![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskry-razuma-si-260815.jpg)
Текст книги "Искры Разума (СИ)"
Автор книги: Алексей Исаров
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц)
– Но ты прав, Стар, этот Мирдал странный, – Пайро, кажется, вовсе забыл о неприязни к дракону, – все его бросили: и Лазурь, и светлые, а в его стихах об этом ни слова. Только любовь к каждому и милосердие.
– Вы читали "Песни"? – Изабелла с уважением оглядела гостей. – В том весь Мирдал. Он продолжает дарить всем свет, даже когда его ненавидят.
– Лопух, – констатировал Стармайнд, с шумом отпивая горячего чая на сладких пахучих травах.
– Неправы те, кто считает Мирдала глупым или слабым духом, – Изабелла заступалась за своего кумира. – Чтобы простить, нужно больше воли и силы, чем чтобы покарать. А на поиск в окружающих достоинств – больше разума, чем на высматривание недостатков.
– Но нельзя быть такой тряпкой! – Серебряный указал когтём на лежащую в стороне книгу. – Не удивлюсь, если и демоница его схватила благодаря его простодушию.
– Зато нынешний демиург, Семаргл, совсем не такой, – библиотекарша угрюмо вздохнула. – Строгий и беспощадный к врагам, а врагов он видит чуть ли не в каждом. Вот и получается, что зачастую страдают невиновные, или же виноватые, но совершенно несоразмерно с провинностью. Например, он убил своего племянника за то, что он отказался от возложенной на него "Миссии" и улетел в Эфердарастрикс с драконессой, которую полюбил.
– Вот даёт! – Пайро чуть не выплеснул кипяток себе на пузо. – Отпустил бы на все шесть сторон и забыл, что у него такой непослушный племянник. Как такого тирана вообще слушаются?!
– Вот как раз таких тиранов больше слушают, чем юродивых вроде Мирдала, – вновь вступил в перепалку Стармайнд, – потому что боятся. Значит уважают.
– Не все согласны жить в страхе перед демиургом, – Изабелла мотнула головой, наблюдая за кругами в чашке. – Многие мечтают о возвращении былых светлых времён, когда правил Мирдал. Некоторые до сих пор возносят к нему молитвы как к демиургу – и надежды в том, что молитвы услышат, больше: Мирдал всегда отвечает.
– Мирдал, ау! – Стармайнд с сарказмом крикнул потолку. Слабое эхо утопло в мякоти диванов. – Бога нет, – подытожил серебряный, ставя пустую чашку на стекло стола.
– Именно потому семураны считают драконов Тёмными, – Изабелла допила чай, отложила чашку и скрестила пальцы. – Атеизм это один из страшнейших грехов.
– Мы, драконы, не атеисты, – принялась разубеждать Гренея зверодракону, – мы верим в живую Вселенную. Но молиться богам, духам или демиургам – странно, по меньшей мере. Ведь это только эгрегоры, фантомы, питающиеся верой последователей. По сути – энергетические паразиты.
– Живая Вселенная – это и есть Род Всевышний, – пустилась Изабелла в пространную проповедь, – Тот, Кто создал всё Сам из Себя. Все остальные – либо его помощники, либо его противники.
– Но ведь есть и те, кто остаётся в стороне, – Виран наконец-то подключился к разговору, перестал быть простым слушателем.
– Нельзя оставаться в стороне, – хозяйка горячо возражала, – ведь ты либо живёшь по Совести, либо против неё. Нет середины.
– Почему же? – Чёрный оставался непоколебим в убеждениях. – Можно с ней соглашаться в одном и не принимать в другом. Да и совесть у каждого своя, она не может считаться чем-то абсолютным.
– Просто у разных крылатых по-разному светлы души, – Изабелла бережно взяла сборник стихов Мирдала и любовно вгляделась в обложку, словно держала маленького ребёнка. – Если душа светла, то и Совесть одна и та же.
– Ага, Семаргл тоже вроде как светлый, – Пайро подметил, – даже один из самых главных.
– Я не верю в то, что Семаргл светлый, – Изабелла призакрыла глаза. – Это... как подмена. Часть того же плана Тёмных, благодаря которому подставили Мирдала.
Разговор сам собой прекратился – улетевшая в невесёлые раздумья Изабелла не поддерживала беседу.
– Хорошо, только последний вопрос, – Гренея вспомнила, зачем же она направлялась в библиотеку. – У вас проходят встречи зверодраконов, то есть, семуран, которые более лояльны к драконам, чем остальные. Когда будет следующая встреча? И будут ли на ней присутствовать драконы, живущее на Хардоле?
– Завтра, – Изабелла шмыгнула носом, – причём внеочередная. Потому будут не все, а только живущие в Авваатере. Драконы вряд ли придут, потому что среди них нет последователей Мирдала, но ради именно этой встречи могут сделать исключение, потому что её тема касается не только нас, но вообще всех.
– Будете решать, стоит ли подымать восстание против светлых? – Стармайнд не уточнял, а доносил прочтённые мысли до дарманов.
– Не против Светлых! – Изабелла вносила ясность. – А против Семаргла. Которого и Светлым язык не поворачивается назвать.
– А нам можно на вашем собрании соприсутствовать? – Безопасник не мог упустить возможности вникнуть во внутреннюю политику зверодраконов. – Не как представителям Эфердарастрикса, а как частным лицам. Потому что, Пайро, – серебряный ответил зелёному прежде, чем тот озвучил вопрос, – если мы будем говорить от лица страны, то возьмём на себя полномочия, которые нам не предоставляли. У нас исследовательская миссия, а не дипломатическая.
Златогривый дарман только махнул крылом. Хоть ради приличия безопасник мог подождать, когда он задаст вопрос сам?
– Конечно можно, – уверила библиотекарша, – мы разрешаем присутствовать всем кроме упёртых слуг Семаргла. Хоть и держим себя в тайне и разглашаем только тем, в ком полностью уверены. А дарманы и драконы его служителями и не бывают... он бы сам таких не захотел! – На этих словах Изабель дёрнула кисточой.
– Во сколько начало? – Поинтересовался Виран, борясь со слипающимися глазами.
– После утренней службы, – Изабелла стала собирать пустую посуду.
– А во сколько это будет по часам? – Пайро поискал лапой сумку с планшетом, не сразу вспомнив, что электронику он решил не брать на планету, не знающую электричества.
– В Авваатере ни у кого нет часов, – семурана крикнула из соседней комнаты, куда ушла относить сервиз, – мы ориентируемся во времени по солнцу. Утреня начинается с первым лучом восходящего светила. И длится, пока оно не подымется над горами.
– У-у... – Пайро устало откинулся на спинку дивана, – в такую рань может проснутся только религиозный фанатик... Если не хотим опоздать к собранию, то должны были лечь спать минимум час назад...
– Солнце и трёх четвертей не прошло! – Изумилась Изабелла.
– Это ваше, хардольское солнце не прошло, – Гренея с пониманием глядела на сонных дарманов, – а на планете Пайро оно уже давно село...
Золотые самки дружно засмеялись. "Как они похожи", – думал Виран – "две жаждущих знаний крылатых..."
– Если хотите остаться у нас надолго – привыкайте к нашему распорядку. Но сейчас вы устали с дороги, потому уложу вас спать пораньше. Пройдёмте, покажу ваши комнаты, – зверодракона уверенно повела жителей Эфердарастрикса по гладким и скользким плитам зал и коридоров в дальнюю часть здания, отведённую под спальни. Которых было немало – Изабель пояснила, что у неё нередко останавливаются прилетевшие на собрания "Дети рассвета" (как она назвала сторонников Мирдала).
– А сам Мирдал хоть раз на слётах присутствовал? – Любопытствовала Гренея.
– Нет, он не хочет искушать себя гордыней... – Изабелла остановилась у одной из дверей. – Вот, выбирайте, кому нравится.
– Мы будем в одной спать, – заявил Стармайнд, не слушая протесты остальных. – И что у вас за властелин такой, который даже к верным рабам выйти не соизволит...
– Вы будете спать все в одной одноместной комнате? – Брови библиотекарши взлетели от изумления.
– А многоместных нет? – Стармайнд покрутил головой, осматривая коридор.
– Ты же сам обещал, что не будешь за нами в сортир ходить! – Припомнил Пайро.
– Но про спальни уговора не было, – Стармайнд стал открывать все двери поочерёдно, дабы убедиться, что все спальни действительно одноместные, – и вообще, если мы опять разделимся, сразу к нам начнут приставать хаосистки.
– Это уже неприлично, в самом деле! – Протестовала Гренея.
После непродолжительного спора не без помощи Пайро, Вирана и даже Изабель ей всё же удалось переубедить упёртого параноика. Тот лишь понадеялся на честность товарищей. И утих.
Каждому инопланетному гостю хозяйка Оплота Геофора выделила по комнате. Даже Виран остался доволен – он-то боялся, что ему придётся ночевать на высоком и невероятно широком ложе, рассчитанном на габариты местных. Но ему досталась комната с мебелью как раз под его размер. Изабель лишь подмигнула в ответ на вопрос, откуда на Хардоле «рок'ханская» мебель. Только потом, уже позже, когда Виран устраивался на кровати с балахоном, пришла догадка. Люди? Да нет, всё же он покрупней человека...
Появления Ниберу он не увидел (глаза уже были закрыты в дрёме), а почувствовал. Ну кто же ещё может так тихо подойти, лечь рядышком и обнять его?
– Ни, прекрати, – дарман открыл янтарные глаза, разомлев в объятьях плюшевой драконы, – я так не засну.
– Заснёшь, – звёздная шептала ему прямо в ухо, приятно и убаюкивающе щекоча слух. – Я просто буду тебя охранять от кошмаров. И Альдара к тебе не сунется. И вообще, я тебе удивляюсь: то жалуешься, что меня долго с тобой нет, а то прогоняешь... Спи, Ви.
Виран закрыл глаза и попытался заснуть. Не получилось – на этот раз помешал стук в дверь. Когда он встал с уютной постели, что бы открыть на стук, Ниберу уже не было рядом. Вновь покинула, не попрощавшись...
В дверях оказался Пайро – уже бодрый, хоть и недовольный тем, что ему не получилось проваляться подольше:
– Доброе утро...
– Утро?.. – А Виран и не заметил, как прошла ночь... Ни как заснул, ни снов он не помнил – может, и к лучшему.
– Гренея предлагает посетить эту самую службу, – дарман указал крылом в другой конец коридора, откуда доносились тихие голоса Гренеи, Изабель и Стармайнда, – но придётся пойти вне зависимости от согласия, наш "телохранитель" не хочет, что бы мы разделялись.
– А она долгая? – Чёрный не видел смысла торчать несколько часов в храме...
– Иза утверждает, что нет, – заверил Пайро, – плюс она сама поёт в хоре. Но если этот хор примется пародировать замогильное завывание, – зелёный многозначительно закатил глаза, – я не останусь единственно из уважения к Изе и слечу через витражное стекло.
– Разве чешуйчатых вообще пустят в обитель светлых? – Виран засомневался, припоминая вчерашнего "стражника", который приставал в руинах института. Кто-то даже имя его называл – кажется, Ратисвет или что-то похожее.
– Даже если нет – Иза обеспечит, – сочтя свою миссию уведомить о происходящем друга, Пайро ушёл к остальной компании.
Ранний по представлениям драконов час для их пушистых собратьев ранним вовсе не считался. Город был не менее оживлён, чем когда Виран впервые пролетал над ним. Жителей на улицах прибавились, но двигались и разговаривали они неторопливо, ещё не до конца сбросив с себя утреннюю дремоту. Дорогу к Храму можно было бы определить даже не будь он таким высоким – в беспорядочном движении выделялся вектор: многие крылатые стремились к центру.
Храм был действительно огромен – особенно это стало заметно вблизи. Зверодраконы казались букашками рядом с мощной, несокрушимой и одновременно стремящейся вверх строгой громадой без украшений и барельефов на светло-серых каменных стенах. Однако новоиспечённый дарман ожидал увидеть в несколько раз больше народа, стремящегося послушать утреннюю службу. Количество, приближающееся к ста процентам обитателей Авваатера. Всё-таки город верующих Светлых. Нет, столпотворения у входа в Храм не обнаружилось. Наверное, даже если жители и религиозны, то частенько находят с утра дела поважнее посещения места поклонения. И – опять-таки вопреки ожиданиям – никаких проблем дарманы не испытали ни при входе внутрь, ни внутри Храма. Входы, кстати, находились как на уровне земли, так и на опоясывающем второй ярус широком балконе. Именно воздушным ходом они и воспользовались.
Створы массивных, обитых металлом дверей были широко распахнуты вовнутрь, в короткий коридор, плавно перешедший в зал, своими габаритами немногим, пожалуй, уступавший залам в аракештском космопорту. Возможно, так казалось благодаря полусферическому потолку или гулкому эху шагов. В зал входили ещё два перехода, а восточная стена... хотя... не было там никакой стены: вместо неё громадное окно, через которое открывался поразительный вид на долину, мокро-зелёную с серо-голубыми клоками ваты тумана, горы, тёмные и суровые, и чистое небо, в нетерпении алеющего последние минуты перед рассветом.
Изабелла, извинившись перед своими постояльцами, присоединилась к небольшой группе крылатых, стоящих, казалось, у самого края пропасти, обрывавшейся в девственный пейзаж. Дарманы и дракон влились в неплотную толпу остальных зрителей предстоящего действа. Те сначала боязливо и с любопытством поглядывали на новые лица, но потом привыкли и перестали замечать их вовсе, относясь так же, как к остальным крылатым. Между тем, проведя короткое совещание, Изабель и шесть остальных певцов рассредоточились по залу: встали у стен через равные промежутки. И замерли, глядя в отверстие, из которого тянуло свежим предрассветным ветром.
Зал затих, шёпот смолк, утих шелест под потолком. Прошли секунды, показавшиеся нетерпеливым зрителям и слушателям чрезмерным сроком для ожидания. Чуть ли не бесконечностью.
Но вот между двумя гранёными пиками сверкнул ярко-золотой лучик.
Тут же сзади и справа раскатистый бас затянул пение – неторопливое, размеренное. Свод потолка ответил резонирующим гулом и словно запел сам, окружив мелодией со всех сторон. Пусть это и был ставший знакомым Вирану праговор, но множество непонятных и архаичных слов не давали чётко вникнуть в смысл.
Как только бас добрался до конца куплета, симметрично ему справа мотив подхватил баритон, только пел он не вместе с ним, а повторял самое начало, которое сливалось с продолжением, совпадая гласными звуками. Мелодия оживилась и стала более мощной, замысловатой и больше стала напоминать музыкальную композицию, а не простой мотив. Через куплет за ним последовал и тенор, запевший текст сначала, точно так же вплетающийся в ушедшие вперёд менее тонкие голоса. Звучание хора обрело такую энергию, что, казалось, именно благодаря ему поднимается всё выше и выше светило. Но и это не был предел: постепенно включались и женские голоса, от низкого, почти мужеподобного контральто до граничащего с фальцетом сопрано. Но так и не приходила какофония – они пели одни и те же гласные звуки с одной и той же скоростью, хотя благодаря возрастающей силе и казалось, что мотив постепенно ускоряется.
Когда самый тоненький женский голосок допел первый куплет, бас умолк, завершив свой текст. Следом за ним один за одним утихали и остальные, оставляя наедине с бездонным небом высокие тембры.
И, наконец, когда продолжала петь единственная девушка, бас затянул долгую и протяжную ноту, становясь фоном, превращая её голос в хор из тысячи певиц, которому резонировало уже само залитое солнечным светом небо, полусферическое как свод зала Храма. Даже после того, как прекратили гласить гимны и они, ещё долго витало между поражённо молчащими слушателями поющее эхо.
На всякий случай потрогав уши, Виран оглянулся на остальных со смесью восхищения и удивления.
– Вы...
– Тшр, – шикнула Гренея, ловя остатки гимнов.
– Весь храм это огромный резонатор, – произнёс полушёпотом чёрный дракон, ещё не отошедший от погружения в податливую массу звуков, обтекающих всё тело.
– Ви, а нельзя без технических подробностей? – Пайро с неохотой оторвал глаза от певцов, скромно стоящих у стен. – Строивший храм должен был быть гением, чтобы сотворить такое!
Зелёный дарман в последнее время увлекался музыкой, скрывая это даже от друга. "И они пели всего лишь гимны Творцу. А будь то чем-то другим? Таким же грандиозным, но посвящённым иному явлению?" – Размышлял Пайро, встречая повсюду радостные лица зверодраконов. "Какой был бы эффект... Эфердарастрикс многое потерял, не сообразив изучить храм. Исследователи... Стоп, а где Ви?" Он покрутил головой, но чёрного дракона нигде поблизости не было. Только стоял у левого крыла! Может, сбил кто с ног? Рок'ханцам всегда сложно находиться с более крупными собратьями. Дарман вежливо потеснил соседей, протаривая себе дорогу из толпы. Кричать? Окружающие не поймут. Уже готовый позвать ненавистного Стармайнда, он замер – Виран, сцепив руки, беседовал с незнакомым зверодраконом. Чёрный, с длинным хлёстким хвостом и перепончатыми крыльями, тот произвёл двоякое впечатление. Вроде глазу и не за что зацепиться, а облик Пайро чем-то не понравился сразу же. "Хм, Ви нашёл себе собрата по цвету – даже вместо перьев перепонка", – тем не менее, внутренне усмехнулся зелёный. Такое чувство, что от незнакомца исходят непонятные эманации. Внутренний голос кричал об опасности, но где она? Зверодракон изредка кивал головой, отвечая на вопросы маленького дракона.
– Пайро, познакомься, это Ниур. Как и мы, он прибыл издалека.
– Приятно познакомиться, – задорно подмигнул дарману новый собеседник. – Необычная у вас компания собралась. А главное, все отправились в храм.
– Нам рекомендовали заглянуть на утреннюю службу, – Пайро решил не раскрывать правды. – Хозяйка дома посоветовала. Да и ей приятно увидеть здесь новых слушателей.
– А я немного разочарован, – признался Ниур, – столько слышал, сколько ходил... И не знаю, как относиться к происходящему. Неужели эту превосходную акустику посвятили одному Творцу? Оставив крылатым исполнять роль служителей?
– Э... почему сразу так? Гимны великолепны!
Зверодракон передёрнул крыльями:
– Но не каждый же день. Правильно? Знаете, для чего строили храм древние люди Хардола? Для концентрации праны, и такого одним пением не добиться.
– А как же демиург? С его-то силой?
– В том и дело, тогда каждый хардолец был намного ближе к верхним слоям, чем сейчас.... Прошу прощения, но мне пора лететь по делам, – развернулся Ниур к толпе.
Дарман с драконом молча проследили за новым знакомым – навстречу тому вышел второй зверодракон, отличавшимся лишь покрытием крыльев. Вместо перепонки в лучах восходящего Солнца переливались чёрные перья. В остальном близнецы, каких свет не видывал. Один в один, включая походку.
– И что хотел этот?.. – произнёс вслух Пайро, адресуя вопрос себе.
– Интересовался, откуда на Хардоле взялся столь небольшой дарман.
– Поторопился ты с гривой, Ви. Лучше бы дали сыворотку роста. Подозреваю, маскировка таковой быть перестала.
Рок'ханец скривился.
– Может ты и прав. Ниур всё порывался рассказать об истории храма. Жаль, что не успел.
Пайро развёл крыльями:
– Жизнь полна неожиданностей. Ага, вот и наши.
Компания из Стармайнда с дарманами и зверодраконой неспешно двигалась к выходу, обсуждая утреннюю службу. Безопасник, и тот вклинивался в разговор. Проняло серебряного до самого мозга. Виран, в силу меньшего роста, нагнал остальных только у ворот и чуть не сбил с ног серо-белого зверодракона.
– Извините, поторопился, – смутился "дарман".
– Ничего страшного. Держи воззвание Иерона к жителям Хардола. Не позволь мятежникам подорвать веру в единство народа!
И удалился, оставив большой лист бумаги с печатным текстом:
Уважаемые господа революционеры!
Начну с того, что Свет вовсе не ненавидит драконов и не считает их дьяволами по умолчанию. Те из них, кто предан смерти, были чёрными магами или развратителями, соблазняющими презреть Святой Покон, а таких вы не потерпите даже среди собственной расы.
Вообще же якобы народное освободительное движение культивируется здесь страной драконов Эфердарастриксом, не сумевшей присоединить семуран в свой вассалитет мирным путём во время переговоров нынешней весною и решившей подточить нас изнутри. Я не буду ставить вопрос, зачем это нужно им, возможно, они действительно руководствовались благим намерением поднять наш технологический уровень. Но я заострю внимание на причине, почему не согласились мы.
Количество драконов в миллионы раз превышает количество семуран даже вместе с харууррами. При слиянии народов мы просто растворимся и исчезнем. Через десяток поколений от прановладения, имеющего равные шансы сохраниться или пропасть в смешанном браке владеющего и невладеющего праной, ничего не останется. Отказываясь от входа в состав драконьего государства, мы, прежде всего, думаем о выживании нашего вида.
Нет, мы не можем надеяться, что, взяв нас к себе под крыло, драконы успокоются. Планеты являются ценным ресурсом. Особенно такие, как Хардол: с чистым воздухом, благодатной почвой, плодородной природой и богатыми недрами. Среди драконов перенаселение и нехватка ресурсов – одни из насущнейших проблем. Драконы не преминут возможностью воспользоваться ими, поскольку они «на территории братства крылатых народов».
Я ни к чему вас не побуждаю, я просто предлагаю задуматься.
Иерон, сын Акраисвента, Каньи и Рода ВсеВышнего.
– ...Каньи и Рода ВсеВышнего, – дочитал Виран.
– Дай-ка сюда! – выхватила из рук листовку Изабелла. – Фи! Иерон, как всегда, ни слова не сказал о роли Семаргла в жизни Хардола.
Листок перекочевал в лапы безопасника:
– Слабовато написано. Цели чётко не обозначены, ситуация не прописана как следует. Кто такой этот Иерон?
– Заместитель демиурга, – вклинилась в разговор Гренея, пропуская Пайро вперёд, – отвечает за текущую обстановку и докладывает лично Семарглу.
– Эй! Дайте и мне прочесть! – Зелёный оказался последним, кто потревожил покой бумаги. – Мне говорили, у вас нет печатных изданий. А про Эфердарастрикс...
– Нет, – золотая зверодракона осторожно скатала в трубочку изрядно помятую листовку. – Политика, Пайро, страшная вещь, и ложь в ней не самое худшее.
– Не будем задерживаться, нам ещё на сходку нужно успеть, – Изабелла развернулась и спланировала с края площадки, направляясь к маленькому зелёному квадратику внутреннего сада библиотеки. Визитёров Хардола не пришлось упрашивать дважды.
***
На обговоренном месте встречи «еретиков» уже дожидались несколько. Морфину Виран уже знал по имени, остальные были незнакомцами. Под раскидистым деревом сидел с травинкой в зубах серый зверодракон с недлинной чёрной кудрявой гривой. Озадаченная бежевая зверодракона с каштановыми волосами растерянно ходила из стороны в сторону. Хм, а вот человек – вытянутый, коротко стриженый и немного угрюмый. Небольшая группа из трёх-четырёх крылатых внимательно слушала невысокого, энергично бьющего хвостом о землю бурого семурана с тёмными полосами на спине. Изабель направилась к нему и поздоровалась:
– Доброго Рассвета, Эрнес. Чем вы так обеспокоены?
Тот отреагировал достаточно резко, мгновенно переместившись к зверодраконе. У дарманов разве что рты не раскрылись от удивления.
– Обеспокоен? – крылатый подобрал крылья. – Ещё как! Надеюсь, листовку ты читала?
Изабелла молча достала помятый лист бумаги.
– Тогда знаешь, о чём там речь. Иерон снова пытается запутать хардольцев, создав из нас образ врагов самого существования народа.
Серый зверодракон приподнял веко. Неужели услышит наконец что-то стоящее, а не пустую болтовню идейных?
– Создав иллюзию воззвания к народу, Молчащий ловко объявил причиной всех бед на планете деятельность борцов с режимом Семаргла. И это... печально, – погрустнел Эрнес. – Раньше я ещё верил в Иерона как в возможного союзника, но, вижу, жестоко ошибся. Он не станет идти против воли демиурга, какой бы она ни была. Готов спорить на перья, – глаза окружающих сместились в сторону сложенных на спине крыльев. По кромке шёл целый узор из волнистых и разорванных синих линий, – он не заступится, даже если Семаргл придёт и начнёт выжигать наших родственников.
– А если ему скажет умереть? Умрёт? – Спросила возникшая словно из ниоткуда молодая зверодракона, чью тело на фоне остальных сразу бросалось в глаза серебряными полосами на боках.
Изабель шикнула на неё:
– Спроси его сама.
Приметив, как Стармайнд отвлёкся на Гренею, Виран робко вклинился в разговор:
– С наместником демиурга всё настолько плохо?
Под раскидистое дерево полетела изжёванная травинка – серому отчего-то захотелось поближе взглянуть на небольшого дармана. Сколько живёт на Хардоле, а таких карликов не приходилось встречать.
– О, это ему вручили листовку на выходе из храма. Виран прилетел с друзьями посмотреть на Авваатер, – представила золотая своего нового знакомого, одновременно делая знаки Пайро, со скучающим видом выслушивающего очередной бред безопасника.
– И ты разрешила им придти на встречу? – удивилась бежевая, прекратив ходить туда сюда.
Остальные крылатые придвинулись, навострив уши. Этот чёрный дарман не производил впечатление борца с несправедливым демиургом. Так, прохожий, ищущий свой единственный путь. И аура его была плохо видна – сложно определить по сгустку, белому с голубой каймой, истинную природу существа. Хорошо, ещё не Тёмный – на этих ребят у всех выработался условный рефлекс, сводящийся к простому действию: найти и вышвырнуть подальше. Революцию легко отравить эманациями Тьмы, хватит одной капли.
– Чешуйчатые имеют право присутствовать на наших собраниях, – Изабель уверила остальных в безопасности гостей, – от Семаргла они страдают не меньше, если не больше.
– Другое странно, – Эрнес задумчиво водил когтём в траве, – с каких это пор последователи демиурга так благосклонно относятся к драконам? Вот, снабдили посланием к "остальным" вместо того, чтобы публично с ним расправиться.
– Не разу не слышала о публичных расправах... – бежевая качала головой.
– Правильно, – подтвердил бурый, – всё больше просто нападают, как только заметят. До показательной казни они ещё не скатились...
– Нас заметили, – подал голос Пайро, – даже вроде бы в запретном месте, где раньше был наш Институт. И мы до сих пор живы.
– Это точно был один из характерников, а не простой прохожий? – Эрнес начинал удивляться.
– А как мы поймём? – Пайро только неопределённо поднял брови. – У ваших сил правопорядка нет знаков отличия. В бронепластинах был – вот и решили, что он из них.
– Дивные дела... – тёмно-серая в серебряную полоску чуть не подпрыгнула от удивления, – это же сам Ратисвет! Он и сравнял с землёй лаборатории драконов! Разве мог Светлый, да ещё такой, не уничтожить "юрых юш" прямо на месте?!
– Он же Светлый, – возразила бежевая, – и верен своей совести, даже когда управляет всеми не слишком добродетельный Семаргл.
– Скорее, у Ратисвета просто было хорошее настроение, – встрял рыжеватый зверодракон.
– Смотрю, вы опять застаиваетесь под открытым небом, – подошёл прежде молчавший человек. – Между прочим, на двух ногах стоять гораздо утомительнее, чем на четырёх. К тому же я жутко проголодался – не ел с утра. Это вы можете довольствоваться одноразовым питанием, люди едят меньше, но чаще.
Осматривая чешуйчатых незнакомцев, мужчина остановил взгляд на Виране. И внезапно в голове чёрного дармана раздался голос – прямо как при общении с Ни:
– "От меня не спрячешься. Впрочем, пока мне всё равно, кто ты".
Вирана передёрнуло. Неужели он встретил ещё одного колдуна? Странно, но никакой магии в одетом в облегающий серый костюм человеке он не чувствовал. Как и должно быть. Но тогда... почему он его услышал? И как он догадался?
– "Но кто ты?" – Виран не замедлил задать вопрос.
– Зови меня Кларк, – человек произнёс вслух, протягивая раскрытую ладонь.
– Люди так здороваются, – подсказала Гренея, аккуратно пожимая его маленькую ручку. – Очень приятно, Кларк, а меня Гренея.
– "Я имел в виду, что за магию ты используешь?" – Виран продолжал молча допытываться. Кларк не был намерен продолжать разговор.
– А меня Саяса, – бежевая, по семураньему обычаю, приложила пернатое крыло к сердцу, – я его... – на этих словах она смущённо потупила взор, – жена, если изволите.
Эрнес возвёл очи к небесам – только хорошие манеры не позволяли ему высказать всё, что он думает. Полосатая ограничилась ехидным смешком – впрочем, тут же осеклась под тяжёлым взглядом Кларка.
– Эваранея-варекра, очень приятно.
Чёрный дракон коротко поздоровался с остальными представившимися и снова посмотрел в сторону Кларка. Тот как раз что-то тихо говорил бежевой зверодраконе. Первая фраза, произнесённая мыслеречью, не укладывалась в представление о людях. Или это и правда колдун, но только скрывающийся? Но Саяса его бы не привела в таком случае. Или здесь есть что-то ещё? Виран отбросил тяжёлые мысли, переключившись на тёмно-серую. Она представилась составным именем. Титул?
– Что означает "варекра"? – Пайро как всегда опередил с вопросом.
Эваранея отвела глаза.
– Тёмная, вставшая на путь Света, – спасла положение Изабелла. – Не каждый решится совершить подобное, отринув Тьму. И Эрнес, – золотая зверодракона сузила зрачки, – не скалься, раскол среди нас приведёт лишь к победе Семаргла.
– Уважаемой Саясе стоит задуматься об эффекте, производимым объявлением мужа. Забудем об этом, и перейдём сразу к делам, – бурый семуран сел на землю, – как заметил Кларк, нам пора переместиться в более безопасное место. Не хватало привлечь внимание дружины города.
– Тогда полетели за мной, – Морфина распахнула крылья. – Дарманы за Изабеллой, остальным разбиться на группы.
Спустя минуту, в воздухе стало тесно от многочисленных крыльев. Кларка, к удивлению безопасника, Саяса понесла на спине (и где гордость?), тот лишь покрепче стиснул бока, одновременно держась рукой за гриву. Пожалуй, самый странный персонаж, не считая угрюмого серого, чьё имя Виран благополучно забыл. Или не слышал?
Внизу мелькали высокие здания Авваатера, отстроенные специально для зверодраконов – иначе как объяснить удобные крыши и просторные окна с балконами? Но и архитектура совсем не похожа на драконью: в Эфердарастриксе старались строить ввысь, здесь же ещё и вширь, не жалея площадей под воздушные конструкции из переплетений балок и садики, разбросанные по всему городу. Вдали показалась проплешина на месте института, тут Морфина повернула налево, увлекая группы за собой. И куда их ведут? Дракон осторожно оглянулся назад и столкнулся со взглядом скучающего Стармайнда. Тому изрядно надоели примитивные манёвры зверодраконов. "Не могли заранее обговорить место и маршруты? Дилетанты. Странно будет, если их вскоре не накроет патруль Ратисвета или других сторонников демиурга", вот что читалось на лице серебряного. Улицы стали расширяться, то и дело перекрываемые одноэтажными домами, и, наконец, распались, теряясь на равнине за городом. Дальше был только лес.
– "Снижаемся", – прозвучало в головах крылатых.
Пока Виран вертел головой, часть присутствовавших на собрание успела куда-то деться, а главное, почти бесшумно. И куда?
– "Следующие", – задрожал вокруг тела воздух, втягивая рок'ханца в некий вихрь.