![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskry-razuma-si-260815.jpg)
Текст книги "Искры Разума (СИ)"
Автор книги: Алексей Исаров
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 30 страниц)
– "О-о-о..." – Ни послала обречённый образ, – "Автор книги может быть таким же лжецом или фантазёром как рассказчик. Вот, например – ты читал "Хаос". И? Многому веришь?"
– "Нда..." – согласился чешуйчатый. – "События так и сверкают недостоверностью. Больше похожи на притчи или басни. Но так то хаосисты... Гренея или Изабель не предложат мне ерунду".
– "Если они, конечно, будет знать сами, что это ерунда... Ладно, вот уже и библиотека внизу, не стану задерживать тебя в поиске Истины. А я проведаю твоих близнецов – стоит убедиться в их благонадёжности твёрдо, чтобы уже не поддаваться глупым подозрениям. Не скучай!"
***
Ратисвету уже надоела ежедневная служба Иерону. Тот держал весь город в когтистой хватке и строил вокруг себя подчиненных не хуже Семаргла. После того случая на верхних слоях, когда огненный демиург заставил его заткнуться, Иерон стал зол на весь мир и начал, следуя примеру повелителя, вымещать на окружающих.
Поручения следовали одни за другим: охоты на драконьих чернокнижников, снос их института (домик-то чем помешал? Можно было приспособить под что-нибудь полезное, например, самим организовать там первое образовательное учреждение семуран)... Со временем брат становился все более подозрительным к окружающим и раздавал все более странные миссии. С каждым днем он становился все более похожим на своего "благодетеля", и Ратисвет начал уже небезосновательно опасаться, что скоро шерсть иерарха станет огненно-красной, а глаза запылают двумя непогашенными угольками.
Потому Ратисвет и побоялся просить отгул прямо – наверняка заподозрит в бегстве от обязанностей. Так и мечтал, как его подчинённые принимают почетную мученическую кончину от перетруждения. Но ведь даже характерникам надо иногда отдыхать...
Потому и пришлось сфабриковать доносы на фиктивного сатаниста, который зверствует на Изумрудных Островах. Ратисвет чуть не заработал грыжу на своей музе, слизывая с когтя самые разнообразные злодеяния, такие, чтобы Иерон послал разбираться самого сильного война, а еще лучше нескольких.
И в результате перестарался – Иерон решил разобраться во всем лично... Пришлось убеждать его, что без его мудрого руководства город одичает и провалится в Хаос. Польщенный лидер передумал.
Ратисвет пообещал брату, что после его визита обитатели Островов и не вспомнят о сатанисте, и со спокойной душей полетел на юг.
Когда в последний раз он был предоставлен себе, уже и не помнил. Еще в детстве отец с матерью серьезно взялись за обучение сына, почувствовав в нем сильный дар. А если учитывать, что взгляды на жизнь и мораль у папы и у мамы кардинально разные, то такое обучение превращалось в пытку – уроки одного родителя противоречили наставлениям другого...
***
– Каким периодом ты интересуешься? – Изабелла провела когтём по корешкам книг на полке вровень с мордочкой.
– Да я как бы не разбираюсь, какие они вообще были, эти периоды... – Виран потупил взор, разглядывая кончик хвоста. – Можно мне что-нибудь, где коротко обо всём? На длинное повествование мне не хватит терпения.
– Разряда "Занимательной истории для юных читателей"? – Семурана улыбнулась, сверху посмотрев на невысокого "дарманчика". Но тут же вернула серьёзный вид, чтобы не показаться грубой, насмехаясь над недостатком. – Что же... есть такая. – Она подцепила токную книжку и зачитала заглавие: – "Познающему. История и метаистория народов Хардола". Это из цикла книжек, которые Дарвег писал для сыновей. Он Светлый, но... ещё старой закалки, когда они действительно были Светлыми. Помнит правление Мирдала...
Изабель гордо протянула книжку Вирану. Тот поморщил нос:
– Может... найдётся более нейтрального взгляда на события? Кто служит какой-либо Силе, не может быть беспристрастным.
– Стоило ожидать, – льняная втиснула творение Светлого на место, – что жители Эфердарастрикса выше всего ценят достоверность. Не любят драконы и дарманы обманываться и жить в выдуманной вселенной, с внушёнными кем-то событиями. Тогда, возможно, больше по вкусу тебе придётся это...
На свет появился боком лежащий на остальных зеленоватый переплёт небольшой книги. Что изумило и обрадовало Вирана – на родном ему драконьем языке. Но вот название...
– Почему "Мифология зверодраконов"?
– Да потому что автор, – Иза усмехнулась, – не очень-то верил в слои и демиургов. Наша история в его представлении это скорее фольклор, легенды о некогда живших богах и героях.
– Нет... в отличие от него я иной точки зрения, – Виран отверг и эту книгу.
– Какой капризный читатель попался! – Добродушно проворчала библиотекарша, вытаскивая ряд книг и смотря, что прячется за ним. – Вот! Если тебе не понравится эта, то мы долго будем искать нечто лучше!
Потрёпанный, но крепкий с виду коричневый том с потёртыми золотыми буквами-иероглифами на обложке бережно положили на стол, предварительно разгребая завалы мятых бумаг и исписанных перьев.
– Мой любимый труд по истории, – похвасталась Изабель, – "Память" Витослава Агни. Коротко, ясно и честно – будто списывал со стен дворца карросы...
– Хм... – Виран укоризненно скосил глаза, прося прояснить смысл фразеологизма.
– Ну, никто этого точно не знает... – семурана медленно перелистывала побуревшие страницы, – но есть поверье, что Мекэ построила для себя зал, на стенах которого сами собой возникают письмена, рассказывающие об истории народа. И если когда-нибудь не останется ни одного крылатого, знающего правдивую историю прошлого, Мекэ вернёт её нам. Впрочем, есть и такие слухи, что там же, рядом, и другой зал – но уже с пророчествами о будущем. Немало желавших выгоды от знания грядущего пытались силой или хитростью проникнуть туда – но хозяйка пускает лишь тех, кому это не нужно. Хотя иногда позволяет нерождённым удовлетворить любопытство, в каком народе им предстоит воплотиться, и принять окончательный обдуманный выбор.
Начинающий звёздный колдун, встав на задние, чтоб разглядеть поверхность стола, скосив рогатую и гривастую голову, всматривался в причудливое переплетение символов. Да... наверное, сложность прочесть письмена на стенах того дворца не меньшая, чем пробраться в заветный "зал знаний".
– Думаю, это действительно подойдёт... – Виран полностью доверился вкусу Изабели. – Но... не сочтёшь за трудность потратить время... почитать вслух? Стыдно признаться, но мой письменный праговор значительно хуже устного...
Зверодракона умилённо рассмеялась:
– Птенчик!.. Ладно, конечно почитаю. Заодно скоротаю и себе время между ожиданием посетителей. Нет ничего стыдного, что ты, Виран, не можешь прочесть "Память" – она на глубоком праговоре. В Эфердарастриксе больше известном как литургический. В повседневной жизни этот алфавит не используют – он слишком громоздкий, в общей сложности двести пятьдесят шесть символов. Для обычных записей и книг на более примитивные темы используют руницу, или широкий праговор, а для коротких записок хватает и узкого...
– Три алфавита? – Не переставал удивляться Виран. – Зачем? Это только путает и увеличивает время обучения!
– Шутка в том, – Изабель поправила гриву, – что праговор пришёл к нам с верхних слоёв, гортань населяющих их существ воспроизводит гораздо больше звуков и нюансов интонаций. Потому жители Хардола решили упростить письменность. Но... люди сделали по-своему, а мы по-своему. Так и сосуществуют с тех пор три азбуки.
Обдумывая информацию, Виран внезапно вспомнил кое о чём:
– Если появится такой грубый человек с тёмной бородой, – предупреждал о возможном визите мужика с пристани в Оплот, – отошли его к Стармайнду. Он разберётся... Где Стармайнд, кстати, не знаешь? И Гренея с Пайро?
Изабель наморщила лоб, припоминая:
– С утра расспрашивали меня про Институт... я им рассказала про то, что там были подвалы, или бомбоубежища, или подземные лаборатории, не знаю. Они могли пережить вандализм Ратисвета, который разрушал здание снаружи, не задумываясь о планировке. И, возможно, это подземелье сообщалось с древними ходами под городом. Твои товарищи пошли искать... как они назвали... сталкеров. Которые изучили лазы и могут провести в уцелевшие уровни Института.
– Интересно, откуда ты знаешь об этих подземных уровнях? – Виран подозрительно вопросил библиотекаршу.
– Проболтались работники экспедиции, – она пояснила. – Ну, что, почитаем? Пойдём в прихожую – если придут твои попутчики, сразу их обо всём расспросишь.
– А можно не в саму прихожую? – Он посмотрел на собеседницу снизу вверх. – А то ещё увидит кто такую комедию...
– Верно, – Иза согласилась. – Тогда в соседнюю. Услышу, если будут входить.
Поманив рок'ханца за собой, хозяйка Оплота перешла в обозначенное помещение. Там она устроилась в глубоком кресле, а Виран устроился на мягком мате – было гораздо привычнее сидеть на плоской поверхности.
– Итак... – Иза раскрыла книгу на коленях, – как принято, с самого начала? – И, дождавшись кивка слушателя, принялась читать:
Первым демиургом семуран, тем, кто и создал нашу расу, был Салазар. Ранее он служил послушником в Спектральном Храме, что на пороге центра Галактики. Вместе со многими Светлыми он доблестно бился в Битве Тысячи Огней – и победа позволила отразить нападения прорвавших границу нашего мира могучих существ, которых некоторые нарекают Истинными Звёздами, желавших разрушить Вселенную и собрать её заново...
Виран постарался не выдать волнения. Звёзды! И... угрожали Вселенной? Но... вопросов к Ни стало минимум на десяток больше. На всякий случай он решил уточнить у Изабеллы:
– Эти Истинные, они и правда существуют?
Зверодракона перестала читать и задумчиво потёрла нос, заодно встопорщив шерсть на щёках.
– Салазар их знает. Ви, – она перешла к сокращённому имени, как и Ниберу, – с тех пор минули тысячи лет. Кто вспомнит о поверженном противнике, изгнанном навсегда их Вселенной? Есть, разумеется, пророки, что верят в скорый приход четвёртой силы, готовой нарушить существующий порядок. Хотелось бы верить, только осадить Светлых с Тёмными. Да хаосистов заткнуть... – зверодракона шевельнула ушами. – в последнее время они совсем обнаглели, бесчинствуя вблизи Авваатера. Главное, Иерон их игнорирует, занятый наведением порядка в самом городе.
– Выходит, вероятность существования Звёзд не нулевая? – задал вопрос "дарман", придвинувшись к пушистой крылатой.
– Ты лучше слушай дальше... Отогнав от барьера с нашей Вселенной угрозу, Салазар задумался о наследном народе. Том, что однажды возьмёт из его рук Силу и встанет на защиту. А поскольку начинающий демиург обладал фантазией и стремлением подарить миру нечто красивое, он сотворил нас, семуран. Не все Светлые, узрев на руках теперь уже бывшего послушника, крылатого детёныша, обрадовались возможности разделить слои со «зверями», но говорить Салазару не стали, решив выждать. Тогда же родилась и Хранительница Душ, карроса. Остаётся загадкой, какие сложились отношения с ней у новоявленного демиурга, но Мекэмекабра, как мы зовём её, приняла под крыло не только искусственный слой, но и некие тайные знания или послания. По легендам, однажды они станут достоянием народа. Никто никогда не видел Хранительницу здесь, на нулевом. А если и видел, то не узнал, настолько она изменчива обликом. Нигде в книгах не осталось упоминаний о тех временах. Сейчас зверодраконы считают всё это прошлым, занятые борьбой за выживание народа. Но представь себе, – в глазах Изабель заискрилась надежда, – что Мекэмекабра действительно хранит информацию, способную свергнуть Семаргла и восстановить справедливость? Или даже... вернуть доброе имя народу после стольких лет испытаний! Так вот... Салазару всё же удалось убедить Высших дать шанс семуранам – ведь их близость к небу, желание творить добро и помогать окружающим – это качества настоящего Света. И демиургу выделили Харадол – там он и стал взращивать свой народ вместе с соседями. Первый из них, Вардар, был не очень оригинален, создав себе подчинённых – людей, скопированных с «шаблона» Древних. Второй, Ёран, посмотрев на более опытных товарищей, решил создать середину между опробованным и новым, и инициировал появление велнаров. Был и ещё один демиург, Аболет, но то ли он стеснялся показать своё творение небу, то ли боялся за сохранность опекаемых, но итог его трудов – инконю – поселились в подземных пустотах и на другой стороне планеты.
"А вот и первое отличие..." – подметил Виран, – "Наур утверждал, что первоначально и инконю жили на поверхности, спрятались только после зверств проповедника. Может, Витослав побоялся написать так, а то бы цензура Светлых не одобрила книгу? Или, напротив, вороной пернатый приукрасил бесчинства того человека. Кстати... так и не знаю его имени..." Хотел было уточнить у Изабеллы, но решил, что будет лучше переспросить Наура или его брата. Иза, скорее всего, сочтёт глупостью "чрезмерное порицание". Лучше дослушает до этого эпизода и сразу узнает её версию тех событий.
– Творчество добрых духов, – продолжала чтение Изабель, – привлекло завистливых Тёмных, злые отражения демиургов, главных демонов рас. На людей позарился хитрый и коварный Завьяк, на крылатых – вспыльчивый и похотливый Тадамор, на велнаров – циничный и подлый Ирокир, а на инконю покусился жестокий и безжалостный Арвал. Стали Тёмные портить и испошлять светлые расы, наделяя каждую своими пороками, затемняя в них Свет и Чистоту. Но на то и стоят демиурги, чтобы охранять своих детей ото зла и не позволить скатиться им в нижние.
Проходило время, народы крепчали, взращивая как светлые, так и тёмные свои стороны. Крылате остались свободными от уз цивилизации, живя на природе и сохраняя её мудрость. Часть из них поднялась Вверх, оставшись семуранами, часть упала вниз, назвавшись харууррами. Люди же жили более сплочённо, строили города, пахали пашни, учились контролировать дикую природу и ставить себе на службу законы мироздания. Велнары остались посередине – жили небольшими племенами и кланами, не так процветающе, как государство людей, но и ближе их к природе.
"Тут тоже не так..." – Виран продолжал соотносить, – "а как же Авваатер? Разве не все расы жили в нём вместе?"
– Каждый народ существовал отдельно от другого? – Он задал наводящий вопрос.
– Не сказать отдельно... – Изабель задумалась, – помогали, торговали, но существовали не сообща. При желании можно было жить на чужой территории и влиться в иное общество, но при этом приняв его целиком, вместе с традициями и мировосприятием. Так, чтобы народы жили единой культурой, не было никогда. Продолжим...
Тогда прибыли на Хардол Судии – четыре великой силы духа, странствующих по молодым мирам и раздающих дары. Посмотрели они на Харадол и решили подарить от каждого по могущественному артефакту, из которого можно черпать мощь одной из сторон. Белый Судья наградил демиургов Яр-Ключом – маленьким солнцем, источающем здоровье и созидающем магическую энергию. Чёрный Судья отдал демонам Смертисферу, наполняющую мир болью и гневом. Серый Судья оставил Око Луны, излучающую кипучую силу, способную пробить что угодно, но лишённую чёткого вектора. А Красный Судья – Сосущий Камень, выпивающий, замораживающий, вводящий в стагнацию.
– А Авваатер? Он уже был тогда? – Виран продолжил бомбардировку вопросами.
– Разумеется, Ви! – сама не заметив, Изабель сократила имя дракона. – Задолго до того, как люди приняли веру в одного бога, семураны, заполучив в лапы Яр-ключ, использовали его созидательную силу для строительства прекрасного города, центром которого стал огромный Храм. Там, между прочим, артефакт часто находился, радуя глаз всякого, решившего войти внутрь. Об остальных, у меня, к сожалению, информации нет. – Зверодракона несколько раз подвигала крыльями. – Продолжим? Каждая из сторон забрала дар Судей, но лишь Светлые поставили его на обзор, заставив Тёмных отступить. Им не нравился свет Яр-ключа, но дотронуться до него означало подписать себе смертный приговор, настолько не любил тот их. Смерть, в понимании Тёмных, означала забвение их идеалов и пробуждение лучших чувств в сердце заблудшего.
– Тёмные... им может стать лишь крылатый?
– Почему же? Любой, наделённый разумом и способный делать выбор. Есть вопросы?
"Дарман" отмолчался. Его ум уже захватили нестыковки нескольких версий от разных источников. Неизвестный последователь с братом, колдунья, записи из библиотеки Изабеллы. "А что, если это лишь куски одного текста?", совершенно неожиданно пришла Вирану идея. "Убери лишнее... нет, не выйдет", версия рассыпалась по сознанию мелкими осколками. А жаль – очень хотелось убедиться в правоте Ниберу, или, хотя бы, Наура. Пока Семаргл контролирует Светлых, он может ввести цензуру, а с учётом его сил, стереть неугодные книги стоит одного взгляда.
– Ви, мне продолжить? – обеспокоенная молчанием, крылатая дотронулась до носа слушателя.
– Да, продолжай... Хотя, нет... Понимаешь, – ему очень хотелось полностью рассказать версию нового знакомого, но поведать об этом означало раскрыться. Вдруг опять что-то не так? – В толпе довелось услышать обрывок разговора об истории Хардола. И там Яр-ключ создали демиурги. И он служил источником праны для всех.
– Ты что-то путаешь. Наверное, подслушал не правильно, – надулась зверодракона. – Первое утверждение не стоит и пучка моих волос. Вот второе похоже на правду. Может версия от тёмных? Они любят сеять ложь среди семуран.
– Откуда мне знать? – Развёл крыльями дракон. – Успел дослушать до момента, как люди разрушили артефакт, лишив всех энергии.
– Интересно... – прошептала Изабель. – Я где-то встречала такую версию, не лишённую, однако, корня Истины. Действительно, в мир однажды пришёл проповедник, смогший заморочить головы одним людям. Крылатые подняли его на смех, остальные либо игнорировали, или присоединились к отстаиванию своей веры. Примерно тогда же и исчез Яр-ключ...
Она закрыла глаза и процитировала:
– Исчез Яр-Ключ, и пришла на место его пустота. И дрогнул светлый народ, и побежал прочь. Одни отступники возликовали, получив свободу. И смеялись други Салазара, и указали на ошибки его. «То не свет, а тень его», молвил один из них. Тот, что хотел отговорить от затеи сей. Но не смог помочь народу своему демиург, увлекли его за собой Светлые на слои высокие. И накрыла Хардол Тьма долгая...
В один миг исчезла вся добрая энергия, с ней и добрые чары. Остался лишь негатив. Планета начала частью увядать, частью искажаться и становиться опасной, ядовитой и хищной. Самой же больной опасностью стал рост Гиблой Земли вокруг Смертисферы, и нашествия населивших её существ – эту орду гигантских богомолов назвали Иннумераль, «Бессчётная погибель». Всё их призвание – пожирать. Они захватили Триречье, прогнали разумных из Авваатера...
Единое государство людей рассорилось и раскололось натрое – Харадол поделился на Чел'Азарян, сохранивший магию благодаря тому, что та исходила из исполнения их молитв к Светлым, Тарум, забывший про многомерность мира и потому развивший технологию, и Крод, ушедший в природу, но не слившийся с ней, а поработивший.
Велнары потеряли рассудок, одичали, мало чем стали отличаться от диких животных, живя в стаях, кормясь охотой и набегами на людей. Но крылатым пришлось хуже всего... Яр-Ключ дарил им энергию самой жизни, утратив её, они стали голодать – даже постоянная охота не могла восполнить потери сил на поддержание огромного тела и магии. Потому как без магии не смогут даже летать... Тогда некоторые семураны научились тянуть необходимую энергию напрямую из других существ – из тёмных эмоций страдания умирающей жертвы. И стали вампирами. Те же, кто был слишком светел и добр для такого шага, ушли в иной мир.
Некоторые люди сбежали с родной планеты через портал на другую. И не раз пытались возвращаться – но каждый раз находили Тьму и запустение, и в конце концов оставили надежду вернуться домой и стали отдельным народом.
Не знаю, сколько времени продолжалась агония Хардола, и погиб ли он в конце концов, не найди Свет путей к его исправлению, но страдания окончились, планета исцелилась! То объявился Мирдал. Не выдержало большое сердце вида страданий и злоключений, и Мирдал отдал всего себя на просветление Хардола, словно став заменой пропавшему Яру. Он сумел объединить разумных перед жнецами жизни – Иннумералью, и разгромил её. Он восстановил природу, теперь долины и леса Хардола перестали напоминать пустоши и гнилые заросли нижних слоёв. И самое ценное – он научил крылатых отказаться от вампиризма, собирая энергию для жизни из Бесконечной Вселенной.
Увидел Мирдал, что семураны остались без демиурга, наедине с демоном Тадамором – и предложил заботиться о них, на что согласились с радостью. Захотел Мирдал победить Тьму в семуранах и убил Тадамора – но не опустело место, объявилась новый демон – Неята.
Прежде Соборной Душой при Мирдале была Альдара. Но однажды Мирдал встретил Лазурь и понял, что сердце лежит лишь к ней. Отдалился демиург от Альдары и предложил стать Соборной Лазури, и в честь любви к ней построил Башню, которая с тех пор и служит дворцом всем народоводителям.
Альдара разозлилась, что её бросили, и желание мести поглотило её, с тех пор она перестала быть Светлой, ушла в гнев Хаоса. Захотелось ей изничтожить и Мирдала, и Лазурь, самой стать демиургессой. Стала она внушать Мирдалу: «Ты недоделал своё, надо уничтожить Тьму, пока она не исчезнет. Тадамор погиб, но пришла Неята. Победи же и её!» Хоть и подозревало Второе Солнце, что это не выход, лишь трата сил, ведь каждый раз будет появляться новый демон, но чтобы не потерять веру народа пошёл с демоницей в бой – и проиграл. Лазурь, ужаснувшись тем, как Неята надругалась над супругом, отринула жизнь в бренном мире и поднялась на невероятную высоту, подальше от страданий и лишений внизу.
Тогда вернулась Альдара к Светлым, напомнила, что была Соборной Душой и не собирается бросать своих подопечных. Но Света не принесла ни малейшей доли. Напротив, всячески развращала народ. Многим то не нравилось – и наконец нашёлся герой, который не побоялся обвинить Окоянную во лжи и презрении Покона, победил её и восстановил справедливость. То был Семаргл.
– У меня пара вопросов, – перебил Изабель Виран. – Первый, что стало потом с велнарами?
Зверодракона на несколько секунд выпала из реальности, вспоминая содержание книг.
– Свет подарил им второй шанс. Разве можно бросить целю расу из-за беды, охватившей всех? – Распахнула крыло Изабель. – Конечно, не сразу, но постепенно, усилиями семуран и части людей, их привели к цивилизованному состоянию. Единственное, они так и не оправились полностью, вместо стай у них до сих пор племена или кланы. В зависимости от места проживания и опытов общения с цивилизацией в прошлом. Наёмные воины и торговцы, многие исходят из среды покрытых шерстью наших двуногих соседей. Я ответила на вопрос?
– Даже слишком, – "дарман" хлопнул крыльями. – А Альдара... она всегда была... ненормальной? Столько слухов встретилось за эти дни.
– Ну, – Изабель взяла паузу, – до разлуки с Мирдалом, она, согласно воспоминаниям очевидцев, была доброй и отзывчивой подругой и надёжной матерью, что не бросит дитя даже перед лицом смертельной опасности. Скорее найдёт в себе силы спасти обоих. Не знаю, правду ли говорят, но по сравнению с Лазурью она была ещё очень скромной. Вроде бы они даже жили в простом доме на одном из слоёв, без каких либо вычурных этажей и переходов, возведённых Мирдалом в честь Соборной Души. Растили детей, радовались жизни... В летописях нет упоминаний о начале впадения в Хаос, лишь предположение, что всё во многом из-за Лазури, отбившей любимого. Хаос подкрадывается неожиданно. Так и здесь, стоило потерять опору, и она попала в адепты новой стороны, до того мирно дремавшей. Возможно, сыграли и чувства к Мирдалу с Лазурью. Чем не способ вернуть всё, доказав свою силу и власть? Но власть и развращает. Незаметно для себя, Альдара скатывалась в грехи, предаваясь разврату. В Хаосе нет границ между "хорошо" и "плохо". Всё едино. Думаю, о "подвигах" хаосистов ты слышал, – Виран согласно закивал. – Слишком сложно сохранить чистоту души перед лицом силы, не делающей различий между столькими аспектами морали, и толкающей на самые безумные поступки. Говорят, не так давно она пробыла некоторое время мёртвой, будучи убитой демоном, и окончательно подвинулась рассудком, окунувшись в чистый Хаос. Теперь считает себя самим Воплощением и требует поклонений.
"А при мне вела себя хорошо", вспомнил рок'ханец визиты в каюту на корабле. "До момента пленения Гренеей", после знакомства со второй половиной личности главной хаосистки, ему было не по себе. Как же, такая красивая, изящная зверодракона. Ведёт себя вежливо. И тут превращается в неуправляемое существо, несущее всё, что взбредёт в голову. Тот-то она испугалась до визга Ни, когда та проникла на борт покарать за приставание к дракону... "Как колдунья относится ко мне, готова порвать любого, вставшего на пути", на сердце от этой мысли стало сразу приятно.
– На том, собственно, книга заканчивается, – Иза отложила в сторону "Память", – прилёт вашей экспедиции уже не освещён, но эти события мы помним и сами. Фух... – она встала и потянулась, расправляя крылья и давая застоявшемуся телу снять напряжение от долгого сидения. – Скоро, пожалуй, твои товарищи вернутся, уже вечереет. Надо будет им ужин приготовить...
– Надеюсь, мы не очень тебя затрудняем своим проживанием? – Вежливо поинтересовался Виран, вставая с мата, – готовить на пятерых это задача.
– Я привычная, – Изабель отмахнулась, спеша по делам, – гостей принимаю часто и много. Библиотеку используем для встреч Детей Рассвета, и прилетевшим из дальних земель необходим кров и ночлег, который я с радостью предоставляю. Оплот Геофора просто огромен, в нём осталось немало места даже после библиотеки и музея...
– Музея? Не видел, – Виран провёл взглядом по полкам.
– Покажу... потом, – ответ послышался уже из коридора.
– "Как же жалко, что учёным умам приходится писать лишь угодное режиму..." – сзади донеслась мысль материализовавшейся в искристом синем тумане наставницы.
– Разве... – Виран было начал, но осёкся от короткого рыка Ни. Ладно, учиться так учиться... – "Разве прошло настолько времени с момента воцарения последнего демиурга, что никто уже и не помнит правду?"
– "Пока ещё есть те, кто помнит..." – Ниберу только вздохнула, – "но пройдёт ещё несколько столетий, и все помнящие уйдут – естественно или насильственно. А все исторические упоминания будут заменены на желаемые Семарглу".
– "Та битва Светлых со Звёздами... тоже фикция?" – Дракончик задал тревожащий вопрос. Ни подошла и, улыбнувшись, положило крылышко ему на плечо, вселяя спокойствие и уверенность:
– "Хорошо, что ты спросил об этом меня, Ви. Это было настолько давно, что те времена не помнит никто из крылатых – разве что Салазар, но где он?.. Только Истинные до сих пор живы и память у Вечных прекрасная. Уже в те далёкие времена интересы изрядно разошлись... Всевышний, которому они служили, требовал всё большего и большего могущества и желал, чтобы как можно больше душ слились с Ним, отдав свою Силу. Именно потому Светлые пропагандируют Вознесение, а не стремятся освещать нижние слои. Души им нужны на самом верхнем... Но Великие Созерцатели, наблюдающие за нашей Вселенной со стороны, возмутились таким положением вещей и решили вмешаться. Стали проявлять себя через каналы в наше бытие, образуемые в гравитационных колодцах звёзд и чёрных дыр. И пошли войной на Свет, чтобы убрать неправильный, неудачный вариант Света и создать с чистого листа новый... Но... силы свои не рассчитали, стараясь в битве как можно меньше навредить самому миру – какой будет толк в уничтожении несветлого Света вместе с самой Вселенной? Потому после тяжёлой битвы сторонники Вышнего с неимоверным трудом, но победили. С тех пор Звёзды действуют прочив горячих голов осторожнее. И, между прочим, многим Они уже помогли. Теперь пришёл черёд крылатых... Семаргл падёт – это истина витает в воздухе и гремит, как туча перед яростной бурей. Все чувствует, что огненному недолго осталось наслаждаться властью – и его противники, и его сторонники, да и просто все те, кто живут в страхе перед Поконом и характерниками.
– Но почему никто не противился в полную силу подобной политике? Я слышу уже третью историю о возникновение современного Хардола, и нигде не сказано о восставших против Семаргла. Неужели ни один крылатый не воспротивился жестокости?
Колдунья, прикрыв двери, улеглась на диван.
– Не забыл об Иероне? Разноглазый поборник Покона не так давно оступился, посмел возразить самому демиургу. Знаешь, чего это стоило ему? Вечной немоты, полуэлементаль вырвал своей силой воли язык и прижёг голосовые связки. Теперь лучший целитель не восстановит утраченного. Благо, сильному пранику не сложно воспользоваться мыслеречью.
– Бррр, – поёжился Виран, представив произошедшее, – После такого никто не захочет служить Семарглу.
– Ошибаешься, – поманила к себе Ниберу, – Иерон не только не ушёл, но и продолжил с удвоенной силой работать. Подозреваю, разногласия в рядах революционеров его рук дело. Да, Ви, он воспринял эту жестокость справедливой карой за недостойное поведение на высоких слоях. Видано ли, указать на правоту Разора и Мирдала, – она положила крыло на спину дракону, как будто тот едва ступил на путь Знаний и ещё нуждается в теплоте близких. – Теперь понял, что из себя представляет Иерон?
– Всепрощающий? – предположил Виран. – Нормальный зверодракон после этого люто бы ненавидел Семаргла...
Ни чуть не упала на пол от смеха.
– Все... Ви, разноглазому место в саду, но никак не на посту следящего за порядком на Хардоле. Растения, они многое стерпят, в отличие от мыслящих существ. Встретишь хотя бы одного, превозносящего Иерона, мысленно позови меня. Хочу вдоволь насмотреться на этого дурачка, – и легонько толкнула носом дракона.
– Э... хорошо, – реакция наставницы (или всё же подруги?) окончательно сбила с толку. – Но разве Иерон был единственный случай? Не очень удачный при чём.
– Не единственный. – Зрачки Ниберу расплылись, когда та вспоминала. – Против Семаргла бунтовал даже его племянник – Хаврот. Дядя настаивал, чтобы тот возглавил семуран на третьем слое, а Хаврот отказался, потому что он любил драконессу и вместе с ней улетел в Эфердарастрикс. Огненный рассвирепел... и убил собственного родича. С тех пор он ненавидит драконов и пытается очистить от них Хардол.
– Нет, у Семаргла точно башка не в порядке... – Виран посмотрел в потолок.
– Слишком яркий свет ослепляет, – звёздная изрекла, махнув кисточкой, – равно как непроглядная темнота. Семаргл задался целью и летит к её исполнению, раскидывая всё, что окажется на пути, не задумываясь, что жертвы уже превысили награду.