Текст книги "Маг сельского профиля. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Алексей Широков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 46 страниц)

Маг сельского профиля 3

                                                                                                    

Глава 1

– Ага, значит тут они и ехали. – я как настоящий следопыт щупал след от снегохода, глядя на бескрайние сибирские просторы. – Или не здесь? Ты можешь нормально сказать, а не издеваться?!!

– Кар!!! – как эта грёбаная птица умудряется в одно и то же «кар» вложить столько эмоций я не понимал, но точно знал, что сейчас ворон покатывается от смеха. – Ка‑ар!!!

– Да иди ты! – я поднялся на ноги, отряхнувшись от снега. – Сам знаю, что следопыт из меня как из дерьма пуля! Чего ты хочешь, я родился и вырос в Москве! Мы там, знаешь ли, на молоковозы не охотились и по следам на асфальте не определяли в какой магазин колбасу повезли! Так что будь добр, объясни нормально, куда эти грёбанные охотнички делись!!!

Ворон лишь насмешливо повёл глазом и, вспорхнув с руля снегохода, начал описывать круги по расширяющейся траектории. А я, поправив Сайгу за плечами устроился на сиденье, следя за птицей. Минус сорок пять не давали расслабиться, но пара минут у меня ещё была. К тому же в хорошей военной парке, тёплых, ватных штанах, балаклаве и удобных перчатках всё же было не так холодно. Ну и плюс амулеты под мышками, честно купленные у берендеев. Деревянные кружки из можжевельника, покрытые рунами давали ровное тепло градусов в тридцать семь, за счёт расположения позволяющие долго находиться на улице даже в самый лютый мороз. У оборотням‑медведям за ними всегда очередь стояла, и пусть работали амулеты максимум один сезон, но пользы приносили огромное количество. Так что я пока мог даже немного расслабиться, вспоминая как дошёл до жизни такой и оказался один посреди зимнего леса.

Хотел бы я сказать, что после Краснозёрки проснулся знаменитым, но куда там. Во‑первых, ещё целый месяц никакой информации о происшествии в средствах массовой информации не появлялось, а во‑вторых, я и спать то не ложился. Как обычно происходит, после того как обожглось на молоке начальство принялось дуть на воду. И ладно бы руководство Краснозёрского ПМАКа отправилось под суд, но по всей стране в срочном порядке начали проверять кладбища. А ну как где затаилась очередная пакость? И неважно, что по‑хорошему у нормальных руководителей их и так два раза в год обследуют, это никого не волновало. Сказано делать, оставалось только взять под козырёк и выполнять. И угадайте, кого погнали по всей области потому что и своя машина под задницей имеется, да и просто самый молодой? Правильно! Меня, блин!!!

Я даже толком отдохнуть не успел, вырубился как только зашёл в номер гостиницы, а через четыре часа мне уже долбились в дверь, потому что руководство рвало и метало. Им требовалось вот уже сейчас отчитаться что всё сделано, так что вставай, маг, труба зовёт! Чудом удержался от того, чтобы не проклясть настырных начальников всех мастей скопом и по отдельности, и то, что по факту я ни одного проклятия не знал меня совсем не смущало. Как там говорится, магия – это сплав воли и желания? Вот я очень желал и воли бы мне хватило. Но сдержался. И кое как запихнув в себя завтрак, даже не почувствовав вкуса, прыгнул в машину и погнал по области.

Единственными плюсами во всей этой ситуации было то, что пока я спал мне поставили «Алтай». Даже номер присвоили. Вот могут же суки, когда жареный петух со спины подберётся. И далеко не факт что он их клевать собирался, ой не факт! Знаю я этих петухов, навидался в деревне. Вторым положительным моментом стало сопровождение милиции. Две машины поддержки, плюс эскорт от ГАИ. Гоняй, не хочу! Старичок НЭШ даже как‑то взбодрился, но всё равно выше восьмидесяти не выдавал, да и их с трудом. От предложений пересесть на другую машину я категорически отказался. Нет уж! Я на своей, а кому не нравится, тот сам может ехать и ковыряться с каждым кладбищем сам! Желающих почему‑то не нашлось и я остался при своих. Что с одной стороны радовало, с другой скорость всё же была не мой конёк.

Ещё приятным бонусом оказалась оплата труда. По факту я считался призванным на действующую службу во время чрезвычайного происшествия и платили мне по сетке офицеров спецподразделений во время боевых действий. Неплохо платили, прямо скажем. Правда об этом я узнал сильно позднее, а пока сгрёбся и погнал работать. И надо сказать, это было совсем не то, что я ожидал вначале. Вот совсем не то. Но обо всём по порядку.

Я ведь думал как? Сейчас прокачусь по основным трассам области, буду заезжать в посёлки и города, проверять и ехать дальше. Но когда мне принесли карту с помеченными для проверки кладбищами… я и не знал, что здесь столько пропавших деревень!!! И в основных населённых пунктах, райцентрах и крупных сёлах, уже справились и без меня. А вот мелкие, заброшенные кладбища вдруг никто без некроманта проверить не мог! Гонять Кутайсова по таким задачам было всё равно что лупить по мухам микроскопом, да и послать мог уважаемый маг первой категории так далеко и надолго, что вряд ли бы кто сумел вернуться, а кого пошлёт молодой специалист Новиков Лука? Вот именно! И пришлось мне почти две недели таскаться по самой жопе мира, где следы цивилизации не встречались даже случайно.

Уже на третий день, выбравшись из очередных кушнырей, я заехал в ближайший Коопторг и основательно там закупился, потратив все наличные деньги. И только потом осознал как это смотрелось со стороны. Грязный, заросший щетиной мрачный парень, за спиной у которого висит жуткий жезл, а на плече сидит призрачный ворон, в окружении милиции набирает носки, нательное, тушёнку, крупы, сахар, соль, спички, туристический набор посуды, и прочие нужные для выживания в лесу вещи. Отдельно могу вспомнить только инфракрасный примус‑обогреватель «Луч». Как оказалось, только автомобильной печки, пусть и независимой, что‑то маловато, поэтому дополнительный источник тепла лишним не был. Ну и покушать приготовить можно, это тоже важно. Так что я закупился и снова ушёл в леса.

Что сказать о моём двухнедельном походе? Слова были в основном матерные. Я много раз порадовался что взял с собой скайборд, хоть погода к полётам нифига не располагала. Но точно так же она не располагала к путешествиям по посёлочным дорогам Сибири, которые зачастую были не дорогами, а направлениями. Сколько раз мне приходилось доставать доску и искать ближайший посёлок, чтобы пригнать трактор и выдернуть машину из раскисшей колеи я даже не вспомню. Раз десять точно. Кто‑то может сказать, так у тебя телефон в машине, позвони и всё! И я первый раз реально тоже так думал. Позвонил. Подождал. Позвонил снова. И оказалось что в ближней деревне всего один телефон у председателя и сейчас никто трубку не берёт. Короче слетать самому было проще.

И ладно если бы проблемы на этом заканчивались, но ведь нет! Как оказалось, страдал я не зря и вскрыл минимум четыре окуклившихся кладбища. Поменьше и попроще чем Краснозёрское, но всё же ничего хорошего от них ждать не приходилось. Тут и пригодился «Алтай», чтобы вызвать бригаду зачистки. Сам я, к сожалению, необходимыми навыками не обладал, а ждать пока упыри вылезут что‑то мне не хотелось от слова совсем. Однако, только этим мои приключения, естественно не ограничились.

Первая драка случилась близ села Чумашки, Купинского района. Точнее когда‑то здесь стояла небольшая деревенька, но вот уже лет сорок как люди оттуда ушли и от неё остались лишь заросший крапивой погост и пара сгнивших домов, сейчас больше напоминающих землянки, настолько они обвалились и заросли дёрном. Именно в одной из них меня и поджидали четыре упыря, от голода впавшие в спячку, сравнимую с летаргией. Но появление такого количества вкусных людишек пробудило нежить, а я ещё не расслабился настолько, чтобы сунуться к избам без проверки. И сначала заклинание, а затем Морон подтвердил, что да, нас ждёт засада. Так что выскочивших упырей встретили дружными залпами спецбоеприпасов и мои заклинания и до редкой цепи милиционеров не добежал ни один. Однако, это был самый простой бой, а в следующий раз мне пришлось повозиться.

Началось всё с того, что я остался без сопровождения. Поначалу меня сопровождали сотрудники Краснозёрского РУВД, но за пределами района их полномочия закончились. Точнее поначалу они ещё со мной немного покатались, но потом натолкнулись на местных, плюс собственное руководство задач нарезало, в общем меня передали дальше по цепочке. Но там тоже все стояли на ушах, проверки шли за проверками, дрючили всех не взирая на причастность, поэтому я то передвигался с солидным кортежем, а то рулил в одиночку, пытаясь по карте понять, куда мне вообще ехать, и чем вот этот поворот отличается от того, что мне нужен. Вот в один из таких моментов, когда я соображал, то ли я на месте, а может вообще свернул не туда, и теперь надо возвращаться, а это километров шесть по такой отвратительной дороге, что только обнять и плакать когда на меня вылетел дохлый медведь.

Нет, к кладбищам он никакого отношения не имел, судя по закисшей шкуре, раздувшейся туше и явному некроморфизму мне повезло встретиться с порождением Васюгани. И ведь не сказать, что я так уж близко к ней подобрался, места в районе Верх‑Каргата были довольно обжитыми и на тебе, пробралась, тварь! Скорее всего по воде, чего утопленнику, чапай по дну и чапай. И охрана прошляпила, а мне теперь разбирайся с машиной для убийства всего живого весом в тонну, когтями с ладонь и клыками в палец. Хорошо ещё что морфирование не зашло слишком далеко и медведь не успел обзавестись ни бронёй, наподобие хитиновой, ни дополнительными конечностями, ни особыми приёмами, типа оглушающего рёва, ну и прочими радостями выдаваемыми Васюганскими болотами своим созданиям.

Этот бой мне запомнился даже больше чем схватка с вурдалаком. Тот был тупой, кровожадной скотиной, но всё же сопоставимой по размерам с человеком, а эту тушу никакой Щит не остановит. И уж тем более можно только мечтать, чтобы перекинуть его через себя. Плюс сила, плюс скорость. Минус – полное отсутствие мозгов, хотя как по мне всё ровно наоборот. Если бы ему ещё и разум, я бы точно остался в этих лесах, а так обошлось. Побегать, конечно, пришлось изрядно, и не просто так, а по пересечённой местности уводя тварь от машины. НЭШ ему был на один присест, так что никаких догоняшек вокруг авто и быть не могло.

Конечно, бегать с медведем наперегонки тоже весьма экзотический вид самоубийства, но… я ведь говорил, что тварь получилась тупая? Да, при своём весе и физической мощи нежить могла спокойно не замечать мелкие неудобства, но пытаться пройти через две близкорастущие берёзы у него всё же не получилось. Равно как и свалить их, ну по крайней мере сразу, а вот сдать назад и обойти ума уже не хватало. В итоге я сначала удачно подрубил передние лапы, фактически обезопасив себя с этой стороны и значительно уменьшив мобильность монстра, а потом методично добил задние и уже совсем спокойно отрубил дохлятине голову. На чём моя миссия завершилась, осталось только вернуться к машине, трясущимися руками набрать родной ПМАК, чтобы те связались с местными, затем дождаться наряд на ковре‑самолёте, заполнить кучу бумаг, посмотреть, как маг второй категории сжигает тушу медведя в неугасимом пламени и… вставать на ночёвку. После таких приключений ехать куда‑то было выше моих сил, а спать в машине посреди дикого леса я уже даже привык.

Последняя драка, хотя скорее стычка произошла в последний день работы, когда я уже фактически закончил проверку всех указанных кладбищ и собирался возвращаться. Просто заехал в первую попавшуюся деревню хотя бы пожрать купить, а то пилить пять или шесть часов на голодный желудок удовольствие слабое. Зашёл в столовую, взял куриный суп с лапшой, картофельное пюре, три котлеты, салатик. Компот, конечно не забыл и песочный коржик, на десерт. С удовольствием пообедал, а на выходе меня встретила толпа с дрекольем и охотничьими ружьями.

Да, я в какой‑то мере сам виноват, уже привык, что Старые кости постоянно болтаются за спиной, а Морон или сидит на плече, или кружит над головой. После медведя я в принципе птицу не загонял, ведь в тот раз только благодаря ему меня не прихватили с голой задницей. Гипотетически, хотя кто знает, туалетов в тайге как бы тоже не было предусмотрено. Да и атам тоже висел на поясе, рукоятью намекая, что это не просто нож колбасу резать. Напоминаю, что область уже две недели как лихорадило проверками, а сопровождение я отпустил, решив, что всё, мне оно больше не требуется. Ну и нарвался. Нашёлся в деревне мужичонка один, по прозвищу Крякаш, трепло неимоверное, но харизматичный и умеющий завести народ. Вот он их и завёл, рассказав, что это я, оказывается, кладбища поднимаю, меня милиция ищет, не зря же вон аж несколько машин по трассе пролетели, а сейчас, значит, решил их деревню со света сжить. И если они хотят уцелеть, то меня надо непременно сжечь, иначе всё, кровь, кишки и Содом с Гоморой.

Я честно не знаю, как дело не окончилось кровавой баней. Толпа была угрюма и жаждала крови, а я не собирался позволить разорвать себя на части. Мою просьбу просто дать мне уехать проигнорировали. Точнее заводила начал орать что‑то типа ага, испугался некрот, но не верьте ему люди, он потом вернётся, проклянёт всех вас скопом и каждого отдельно, у коров пропадёт молоко, бабы на сносях родят полено, а деревенская молодёжь все как один перекрасятся в радужные цвета и станут любить друг друга крайне противоестественным способом. К чему было последнее я не знаю, но судя по поминанию Содома у мужичка на этом деле была фиксация и латентное желание попробовать. Правда я тут причём было совершенно непонятно, пробовал бы сам, я к этим вещам крайне отрицательно настроен.

Не остановила людей и демонстрация Старых костей с Плетью тлена. Народ лишь набычился и принялся надвигаться на меня и кровопролитие казалось неизбежным, когда появился глава сельской администрации, ездивший на охоту. Мгновенно оценив ситуацию, он сначала дал залп в воздух, заставив жителей осадить назад, а затем отвесил знатного леща провокатору, даже не став слушать его лепет.

Как оказалось, у говорливого мужичка была справка из жёлтого дома. Там его признали безвредным, чтобы отпустить домой, но вся деревня знала, что кукушечка подтекает. А почему повелись на его бредни никто пояснить так и не смог. Говорят, словно наваждение какое‑то, слушаешь и понимаешь, а ведь прав Крякаш! Чего бы некромант просто так к нам заезжал? Да ещё вот такой весь с оружием и призрачным вороном. Явно же что‑то плохое замыслил. Значит надо взять и проучить, чтобы неповадно было.

То, что большинство из них могло так и остаться лежать неаппетитными кусками гнилого мяса до мужиков дошло сильно позже. Я не обольщался, меня бы всё равно смяли. Люди это тебе не упыри, они куда опаснее, пусть по отдельности каждый из них проигрывает нежити. Но не зря человек стал доминирующим видом на Земле, не имея ни выдающихся когтей, ни клыков. Да и мускулатура у нас была не такой выдающейся как у той же гориллы. Я уже не говорю про мамонтов, но именно люди охотились на гигантов, а не наоборот.

Так что за те минуты я уже успел попрощаться с жизнью, а когда всё разрешилось, подавать заявление не стал. Просто посмотрел на главу, как взрослый матёрый мужик мнётся, не зная как уговорить двадцатилетнего сопляка, чтобы тот не подавал заявление. Ведь если начнутся разбирательства всем будет плевать, что зачинщиком стал психически неуравновешенный человек. У вас то голова где была? Значит и отвечать будете по полной программе. Короче промолчал я и своим ничего не сказал. Бог им судья, а я хоть и не считал себя верующим, но и грех на душу брать не хотел.

– Кар!!! – вырвал меня из воспоминаний голос Морона. – Кар, кар!!!

– Нашёл? – я обрадованно вскинулся. – Ну наконец‑то!!! Давно пора, а то я скоро в сосульку превращусь, вот Карачуну будет забава! Веди! Давай уже найдём этих потеряшек и домой двинем. Хован обещал утку запечь. Будем долго возиться, он её, конечно не съест, но разогретое совсем не то, что сразу из печи. Так что вперёд, за утку и человечество! Хороший лозунг, может мне его своим официальным сделать?

Глава 2

– Сюда? – я скептически осмотрел чистую снежную равнину и полез запазуху. – Не нравится мне всё это, ой не нравится!

Подаренная берендеями свистулька давно стала моим постоянным спутником но применять её пришлось считанное число раз. И похоже, что сейчас настало то самое время, когда без неё не обойтись. Я задрал балаклаву, освобождая рот, дыхнул пару раз, согревая холодное дерево и примерившись, дунул изо всех сил. Громкий перелив разнёсся над заснеженными полями и реальность дрогнула. С неё словно бы сдёрнули занавеску, с нарисованным миром, а за ней скрывалась настоящая действительность. Куда менее приглядная и жестокая.

Потеряшек, двух мужиков‑охотников на снегоходах, отправившихся за зайцами да пропавших почти на сутки я заметил сразу. Поставив снегоходы «галкой» они укрылись за ними от пронзительного ледяного ветра и грелись у едва тлеющего костерка. Всё поле и ближайшие кусты было буквально изрезано следами, но все как один они возвращались в центр, будто мужики просто катались, а сейчас сели отдохнуть. На самом деле передо мной была классическая, я даже бы сказал идеальная картина наведённого морока. Именно так лесной хозяин заставляет плутать случайного путника. Вот только лесной хозяин уже давным‑давно спал крепким сном, я лично это проверял.

Да и не стоило считать деревенских жителей дураками. Понять, что тебя леший водит мог даже ребёнок и наизусть знал что при этом надо делать. Вывернуть рубаху наизнанку, одеть левый ботинок на правую ногу, а правый на левую. Ничего сложного, но работает. И раз охотники не смогли таким способом выбраться, ситуация намного сложнее чем казалась. Однако, пока я никаких признаков опасности не наблюдал. Но, думаю, это ненадолго.

– Здорово, добытчики! – я лихо затормозил возле вскинувшихся мужиков. – Ну что, сколько зайцев поймали?

– Л‑Лука А‑арт‑тёмович! Родненький!!!– закопошились они, пытаясь подняться. – С‑слава Господу Б‑богу!!! Спасены!!! А мы думали всё, смертушка пришла. Бензин закончился, дров нет, хорошо хоть амулеты новые перед сезоном взяли. Но за ночь их почти высосало. Тряпки вот в бардачке были промасленные, их зажгли, думали хоть согреться напоследок.

– Отставить похоронные мысли! – я спрыгнул с седла и принялся отцеплять от багажника канистру на двадцать литров. Их у меня было целых две, потому что первая мысль что пришла на ум, это что у охотников закончилось горючее. – Давайте не стойте, заливайте в баки! И костёр свой потушите! Не хватало ещё из‑за него бензин полыхнул. Давайте, давайте, не спим! Движение – жизнь! И чем быстрее мы двинем отсюда, тем дольше проживём, потому что я понятия не имею, кто вас тут водил кругами!

В принципе мужиков и так подгонять не надо было. Шустро затоптав свой костерок, они не гнущимися от холода пальцами ухватили каждый по канистре и принялись переливать горючее. Благо горловина бака снегохода была широкой и дополнительная воронка не требовалась. Помогать им я не спешил и не из‑за врождённого либо приобретённого снобизма. Просто занявшись этим я отвлёкся бы от наблюдения за окрестностями, а там кто знает, что бы могло случиться. Нечисть штука такая, чуть отведёшь взгляд исчезнет, а потом кинется со спины. А уж если кто‑то начала зимой морочить людям голову ничего хорошего ждать точно не приходилось. Я с ходу мог назвать с пяток тварей, способных на это включая Карачуна, но если бы это был он, мужиков живыми я бы уже не нашёл. Тут кто‑то попроще, но не значит, что неопасный.

– Г‑готово! – управились мужики быстро, сказывался опыт и возраст. Даже канистры не бросили, а ловко принайтовали к багажникам. Это ведь немалая ценность, чтобы ими разбрасываться, а мужики были крестьянами до мозга костей, а значит хозяевами рачительными и бережливыми. Они даже добытых зайцев не выкинули а так с собой и таскали. – П‑поехали?

– Заводитесь и валите! – я не отрываясь от наблюдения махнул рукой. – Я за вами! Следы видите?

– А‑ага, – закивал один и на секунду задержался. – С‑спасибо.

– Езжайте уже!!! – пока мне приходилось оберегать горе‑охотников я был по сути связан в своих действиях вот и старался их побыстрее отправить домой. – В селе всё скажете!

На удивление, двигатели завелись с полпинка и это послужило спусковым крючком, после чего события понеслись вскачь. Стоило мужикам прыгнуть в сёдла, как ближайший куст, метрах в тридцати от нас зашевелился. Тут надо понимать, что в местном наречии куст означало не только заросли кустарника, типа можжевельника или чего‑то подобного, но и отдельные, совсем небольшие рощицы, заросшие осинником, ивой и прочими тополями. Назвать рощей такие заросли было нельзя, ну что за роща десять метров в диаметре, да даже если тридцать или сорок, ну несерьёзно. А вот куст самое оно. Однако деревья там росли самые настоящие. И сейчас на моих глазах одно из них вдруг ожило и выскочило на открытую местность, а я в голос выматерился.

Ну конечно! Лешак‑шатун!!! Какая ещё падаль будет сутками мужиков кружить. Стоило сразу догадаться. Глядя на скособоченную фигуру напоминающее ожившее дерево, но не живое и зелёное, а старое, гнилое, без листьев, левой руки и части морды, бегущую наперерез пытающимся спастись мужикам, я внешне спокойно избавился от Сайги, открыл багажник снегохода, спрятанный под седлом, достал оттуда Старые кости, а вот внутренне судорожно вспоминал всё, что когда‑то читал про этот вид нечисти.

Лешаки, ближайшие родственники леших, но, так сказать, порченные. Если последние были хранителями лесов, с возможностью в итоге обрести человеческий облик и стать лесным хозяином, то лешаки такую возможность теряли. Это отражалось и во внешнем виде. Нет листвы, гниль, плесень, отсутствующие конечности или иные травмы. Некоторые учебники даже относили лешаков к нежити, но это всё же было не так. Эта нечисть словно зависла на полпути между обычным видом и нежитью. Поэтому вымещала злобу на всём, что шевелится.

Там где заводился лешак начинались несчастные случаи. Леса становились тёмными, гнилыми. Животные болели бешенством. Но больше всего лешак ненавидел людей. Странно что при этом сам он на них нападал редко. Предпочитал запутывать, заставлять плутать пока несчастный не умрёт с голоду или его не разорвёт какой‑нибудь бешеный зверь. Однако иногда мог и сам защекотать насмерть. И лишь в самом крайнем случае атаковал напрямую, вот как сейчас. Отпускать попавшую к нему в лапу добычу монстр точно не собирался. Зимой они как и лешие впадали в спячку, но если какой‑то не засыпал, становясь шатуном, характер у него портился стократно, и такая нежить подлежала обязательному уничтожению. Впрочем, лесные хозяева лешаков ненавидели люто и никаких возражений с их стороны не поступало.

– Vid muerta! – взмах жезла застал лешака на полпути к точке перехвата охотников. Снег вдруг взорвался, выпуская длинные мёртвые лозы, покрытые шипами. Они безошибочно нашли свою цель, мгновенно опутав нечисть и повалив его на землю. Правда удержать надолго не смогли. Своей единственной рукой лешак принялся рвать лозы, утробно ревя от боли, только я не собирался ждать пока он освободится. –Comburo!

Кутайсов выполнил своё обещание и как только я вернулся из командировки сразу же взял меня в оборот. Даже отдохнуть не дал, н‑н‑наставник! Но несомненным плюсом оказалось значительное расширение моего некромантского арсенала. Нет, поднимать нежить я по‑прежнему не умел, да и не хотел, но вот по части боевых заклинаний уже кое‑что из себя представлял. И эти два были именно оттуда. Первое оказалось переработкой знакомого мне аркана «ловчей лозы», смещённого к некроспектру, а вот второе более простой версией массового сожжения нежити, которое сам н‑наставник демонстрировал в Краснозёрке. Правда, заклятия были прожорливыми и требовательными к магу, так что без жезла я их не тянул, но сейчас то Старые кости были со мной!

Вой разъярённого лешака накрыл округу, но мужики уже набрали скорость и валилили отсюда на всех парусах. Заморочить снова их нечистый может и попытался бы, но был слишком зол для этого. И естественно выбрал новую цель. Меня. И честно говоря, когда горящая гнилым пламенем трёх с половиной метровая дура медленно поднимается с земли, разрывая путы мёртвых лиан это выглядит внушительно. Я бы сам дёру дал, честное слово, но к сожалению, не имел на это права. Потому что после такого лешак точно не успокоится, а значит село ждёт много интересных дней.

– Аард! – знак я использовал чисто на удачу, вдруг получится, но нет, ублюдок даже не покачнулся, продолжая рвать на себе удерживающие его лианы. Вот ведь паскуда! Давай тогда попробуем что‑то посерьёзней. И переложив жезл в левую руку правой я выхватил атам, описав им замысловатую траекторию. – Flecha mágica múltiple!

Вот сейчас получилось хорошо, не зря с премии закупился новым заклинанием. Главное, что базовую версию я уже знал, а эта лишь увеличивала количество магических снарядов с трёх до двенадцати. Зато как они влетели в лешака, это ж загляденье, только щепки во все стороны! Правда завалить всё же не смогли, но изрядно покоцали, оставив грубые вмятины по всему телу, что ещё больше выбесило лешака. Он одним рывком дорвал лозу, оказавшись на ногах, сбил могильное пламя и тут же, утробно взревев, кинулся на меня.

– Да что ж ты такой упёртый. – я убрал атам обратно. – Ну давай попробуем иначе. Muro!

Тоже базовая магия, которую отрабатывать мы начинали ещё в школе. По факту создаёт невидимый барьер чистой арканы в месте указанным магом. Медиатором выступает перстень и да, это самая первая, простейшая вариация щита. Не сильно прочная, не слишком удобная, но вполне рабочая. Особенно против гигантского ожившего дерева, желающего то ли расплющить меня, то ли сыграть в сорокопута, наколов на ветви и оставить умирать. Так‑то нечисть чует магию и будь лешак поспокойней он бы увернулся или обошёл барьер, но когда они вообще спокойными бывают, особенно шатуны? Вот он и влетел всей тушей в созданную мной стену. Проломил, но и сам на ногах не удержался, покатившись по снегу.

– Кар!!! – надо мной возник Морон, до этого кружащий по округе. – Ка‑ар!!!

– Да я и сам знаю, – отмахнулся я и махнул рукой. – Aplastar!

Лешак взревел ещё громче, потому что ему на спину словно упала бетонная плита, расплющивая и не давая подняться. Надолго задержать нечистого это не могло, но мне много времени и не требовалось. Пришла пора проверить кое‑что из нового арсенала, а точнее как это назвал бы мой альтер‑эго ульту, то бишь ультимативную способность. И надо сказать, данное заклинание полностью подходило под данное определение.

–Per terram, per ferrum, per silentium… – Я поднял Старые кости и принялся выписывать им плавные фигуры, оставляющие за собой в воздухе зеленоватый след. Эти линии пересекались и переплетались, с каждым словом наливаясь цветом и силой, а я ощутил, как из меня тянет энергию, высасывая всё до донышка, но всё равно продолжал водить и читать, чтобы закончить финальной точкой, указывая на вырвавшегося из‑под пресса лешака. –vincula sepulcri!!!

Земля дрогнула. Там, куда я указал, разверзлась громадная могила, из которой пахнуло гнилью, тленом и распадом. Даже лешака проняло и он отшатнулся от могилы, но было уже поздно. Из глубины ямы вдруг вырвались металлически цепи с ржавыми крюками на концах, впиваясь в тело нечисти. Тот взревел, рванувшись в другую сторону, но цепей с каждой секундой становилось всё больше, они впивались всё глубже и тащили свою жертву в могилу. Конечно, это была лишь визуализация магических потоков, однако лешак был не тем существом, чтобы развеять такую плотную иллюзию, и как бы не сопротивлялся, его подтягивало всё ближе и ближе, пока в какой‑то момент количество цепей превысило критический объём и количество перешло в качество. Нечистого буквально сдёрнули в разверзшийся зев и земля сомкнулась над ним, погасив последний отчаянный вопль. Мгновенье, и на округу опустилась тишина и кроме большого, чистого от снега пятна, больше ничего не напоминало, что секунду назад тут кипел бой. А я выдохнул и без сил опустился на снег. Дело было сделано. Даже два. Я избавился от бешеной нежити, подлежащей уничтожению и проверил заклинание «Оковы могилы» в деле. Теперь будет чем отчитаться перед н‑наставником.

– Закончили, – из‑за потери сил мой голос звучал хрипло, напоминая карканье ворона. – Упрямая была скотина.

– Кар! – согласился Морон пикируя мне на плечо. – Кар, кар!

– Да, теперь не выберется, до весны точно, – я взглянул на чистое от снега место, которое уже начала заносить позёмка. – А там это будет уже проблема лесного хозяина. Жуткое заклинание. Недаром н‑наставник говорил, что его категорически запрещено применять к людям. Мало кто захочет быть похороненным заживо. Но лешак это заслужил. Он ведь и так наполовину нежить, а могила из него вытянет некро.

– Кар! – не согласился Морон и долбанул меня клювом по голове. – Карар!!!

– Даже так? – я почесал место удара, благо клюнули меня не сильно, а чисто для профилактики. – Если Морана забрала, так даже лучше. Значит и вовсе беспокоиться не о чем, разве что летом посмотреть, что тут вырастет. Тела лесной нечисти часто на амулеты пускают, пусть это и запрещено, но если она удобрением станет, то может и велесово древо подняться, дуб или ясень, хоть для них у нас не тот климат. А дело то хорошее, это сразу всему лесу защита и благословение. Ладно, видно будет. Лесного хозяина предупрежу, он присмотрит. А пока поехали домой, а то что‑то меня потряхивает. Перестарался, похоже.

К счастью, мужики ждать меня не стали. И правильно сделали, мы тут не в бирюльки играем. В село нечисть бы не сунулась, а вот если бы я проиграл, они бы точно стали следующими. А может и ещё кто‑то, кто поехал бы нас искать, пока догадались бы в район позвонить. А так, меня хоть и мутило от истощения, но я довольно быстро приходил в себя, сказывалась связь с вороном из свиты Мары. Так что уже минут через двадцать я вполне бодро рулил, направляясь к дому. Причём даже сам мог примерно сказать, где нахожусь, пусть и не точно, но я набирался опыта, изучал окрестности и уже неплохо ориентировался на местности.

– Дом, милый дом! – я лихо затормозил у ворот гаража. – Наконец‑то добрались!

За прошедшие пять с половиной месяцев я действительно мог назвать это место своим домом. И пусть вместо семьи меня тут ждали лишь домовой с кикиморой, хуже от этого оно не становилось. А семья, что семья. Как и ожидалось, моё длительное отсутствие позволило немного выправить отношения с родителями. К тому же хоть через месяц, но информация о происшествии в Краснозёрке добралась до средств массовой информации. Понятное дело, в сильно усечённом виде и упирали там на героизм защитников, среди которых промелькнул и один молодой, но подающий надежды универсальный маг, одним из первых откликнувшийся на призыв о помощи.