Текст книги "Маг сельского профиля. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Алексей Широков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 46 страниц)

– Понимаю, – Я был далёк от экономики и всех этих проблем выбора между коммерческим предприятием, кооперативом, артелью и прочими видами не государственных предприятий, но по‑человечески понимал, что отдать кому‑то даже часть того, что ты сам сделал просто так это обидно. – Аркадий Андреевич, к сожалению, я не могу дать вам ответ прямо сейчас. Мне надо подумать. Даже если Иван Фёдорович прав, всё равно стоит учесть массу нюансов. Как с вами можно связаться?

– Вот, пожалуйста! – мне протянули визитку, где кроме номера телефона был рисунок ремня, портмоне, видимо основных изделий предприятия Гаевского, а также тарелка с супом, жареная куриная нога и стейк. Смотрелось это забавно, но мне удалось сохранить серьёзное лицо. – Звоните в любое время дня и ночи! Для вас, Лука Артёмович, всё самое лучшее! Кстати, вам ремень не нужен? Новая партия кожи поспела, отличная выделка, просто отличная! Такой не грех и магу похвастаться!

– Я подумаю, – отказываться было неудобно, да и мне на самом деле мог пригодиться хороший кожевенник. Так что я вежливо улыбнулся и убрал визитку в карман.

– Тогда не буду вас больше задерживать, – всё‑таки какое‑то чувство такта у Аркадия Андреевича имелось, так что он поспешил откланяться, но всё равно последнее слово оставил за собой. – Звоните всенепременно! Всё устрою по высшему уровню! Вот увидите!

– Дальний родственник Алёны Семёновны Хвостовой, – пояснил мне расклад, когда Гаевский скрылся за воротами. – Собственно, только поддержка Виктора Михайловича и позволило ему стать предпринимателем. Нет, вы не подумайте, никакого кумовства… ну по крайней мере явного. Хвостов ссудил денег Гаевскому для начала работы, ну и кожей обеспечил.

– А так он всё сам, ага, – я улыбнулся. – Я вас понял, Иван Фёдорович! Но давайте оставим его в покое. Значит, вы советуете всё же устроить празднование?

– Непременно! – энергично кивнул директор школы. – Но… понимаете, кафе в райцентре будет несколько… претенциозно. Словно вы отделяете себя от жителей села.

– А моя цель прямо противоположная, – согласился я. – Тогда что посоветуете? Я, конечно, мог бы и дома отпраздновать, домовой у меня шикарно готовит, но большое количество там не соберёшь. Какие есть варианты?

– Прежде всего буфет в Доме культуры. – начал перечислять Губанов. – Там неплохое помещение, столики, но посадочных мест маловато. Можно было у нас в столовой, но… сами понимаете. Как по мне, идеальный вариант в десятой столовой «Маяка». Простенько, много места, и готовят там хорошо. Без изысков, но основные блюда готовят прекрасно. Я часто там обедаю.

– Да, я бывал, – я вспомнил длинное, приземистое здание, куда пару раз забегал пообедать. Кормили там действительно неплохо, – Думаете, получится договориться?

– Конечно! – Иван Фёдорович даже не сомневался. – У них регулярно гуляют юбилеи и свадьбы. Да и Виктор Михайлович вам вряд ли откажет.

– Тогда, пожалуй, съезжу поговорю. – я протянул руку директору школы. – Спасибо за помощь и за разъяснения. Вы правы, отделяться от общества я не хочу. Так что придётся день рождения праздновать.

– Ой, а можно с вами! – вмешательство Алсу стало для нас с Губановым неожиданным и под нашими удивлёнными взглядами девушка мгновенно смутилась, покраснев как маков цвет. – Я про столовую. Дома я часто с мамой организовывала всякие банкеты, могу помочь. С классом, Иван Фёдорович, мы уже закончили, наглядные пособия развешаны, учебники разобраны, всё готово! Можно мне с Лукой Артёмовичем? Ну пожалуйста!

Глава 17

– Первое подавать не будем! – отрезала заведующая столовой, Лариса Вадимовна Докукина, чем‑то неуловимо похожая на свою коллегу из школы. Вот почему‑то все повара столовых чем‑то друг друга напоминали. Ну или может мне так казалось. – Не поминки! Нарезки, закуски, горячее, салаты.

– А по горячем что? – тут же подхватила беседу Алсу. – Можно несколько вариантов на выбор?

– Да это не сложно, только вопрос из чего готовить, – Лариса Вадимовна досадливо поморщилась, – Времени немного, два дня всего. Были бы продукты мы бы за ночь управились, но рыбы, например, у нас сейчас нет. Можем котлеты сделать, пожарские, можем курицу запечь, гуляш опять же.

– Гуляш не стоит, – Урусова категорически отвергла последний вариант. – Не сомневаюсь, что вы его отлично готовите, но подлива… обязательно кто‑то на себя вывернет. А отстирать её не так просто.

– Вот! Молодая, а понимает! – восхитилась Докукина. – Держитесь её, Лука Артёмович, сразу видно, девка справная! Значит так! Сделаем котлеты, куриные окорока, купаты… хотя по ним ещё надо уточнить. Рыба… нет, с рыбой вряд ли получится. Хотя бы неделя была, там бы решили вопрос, но сейчас не успеем. Бифштексы сделаем! И оладьи из печени. И достаточно будет. Гарниры обычные, пюре, рис, греча.

– Салаты в общей посуде или порционные? – Алсу задавала вопросы, которые мне и в голову бы не пришли. – Какие вообще будут?

– Мы готовим всё по ГОСТу! – важно подняла палец Лариса Вадимовна. – Зимний, Витаминный, Мимоза, Винегрет, Ленинградский, Минский. Можно «Под шубой», но порционную, боюсь не успеем.

– Тогда и не стоит, – решила Урусова, забравшая переговоры в свои цепкие лапки. – Будем делать порционные салаты! Думаю, все сразу смысла нет, выбрать четыре – пять самых ходовых. И заодно место на столе займём, чтобы пустым не казался.

– Пустыми он не будут! – упёрла руки в бока Докукина. – горячее, салаты, нарезки. Колбаса у нас своя, в Чулыме есть цех, работает в основном на нашей, ужанихинской говядине, в Серебрянке сыр, тоже свой. Так что будет что поставить! Единственное, что если бы раньше можно было балык заказать или карбонат, а так придётся брать то, что есть, но разберёмся. Бутерброды, опять же. Закуски. Яйца под майонезом сделаем.

– Канапе или тарталетки? – влезла Алсу, но видя недоумение в глазах заведующей, сдала назад. – Это такие маленькие бутерброды на шпажках и корзиночки из теста. Но если нет, то и не надо.

– Икры бы хорошо красной взять, но где её сейчас найдёшь, – покачала головой Докукина. – Лука Артёмович, может ваши из района помогут?

– С чем? – я совершенно искренне смотрел на женщин с полным недоумением во взгляде. – Простите, я нить беседы потерял. Честно говоря, никогда не занимался организацией празднований. Дома этим мама заведовала, а в спецшколе и техникуме – администрация.

– Понятно, – по‑доброму ухмыльнулась заведующая и повернулась к Урусовой. – Мужчины, что с них взять. Давай ка мы с тобой, девочка, всё сами обсудим. А вы идите, Лука Артёмович. У вас наверняка своих дел куча.

– Да, спасибо! – я действительно обрадовался возможности свалить. – Так, стоп! Давайте вопрос по деньгам решим. Это же всё не бесплатно!

– Ой, мы вам хорошую скидку сделаем! – удивила меня Лариса Вадимовна, и видя моё недоумение, пояснила. – Помните, когда вы арысь эту прибили, там дети на поле были? И вот среди них два моих внука. Оболтусы, сказано было со двора никуда, а они… так если бы не вы, кто знает, может и вовсе не вернулись. Так что я вам как родному всё оформлю.

– Да не стоило, но спасибо, – мне даже неудобно стало. – Это моя работа.

– А это – моя! – отрезала заведующая. – Я так думаю на круг… триста хватит. Это с алкоголем. Если без него, то сотня.

– Я думаю алкоголь лучше купить самим. – снова влезла Урусова. – Взять хорошее вино, например, Бордо или Шардоне…

– Не, не, не! – а вот тут я был непреклонен. – Лариса Вадимовна, вы же вкусы знаете? Вот и купите всё сами. Чтобы не было потом такого, что мы наберём дорогого вина, а его пить никто не станет.

– А вы соображаете, а говорили, что не занимались организацией! – похвала мне была приятна, но это я не сам такой ход придумал, а наследство альтер‑эго подало сигнал, среагировав на слова девушки. – Хорошо, я Щицыну позвоню, он сам привезёт всё что нужно!

– Вот и отлично! – я сделал вид что не замечаю недовольной мордашки Алсу. – Тогда я за деньгами и сейчас же рассчитаюсь. Дождёшься меня? Я тебя домой потом отвезу, а то дождь начинается.

– Да, конечно, – кивнула девушка и снова повернулась к заведующей. – А что у вас с музыкой? Есть магнитофон? Уверена, что после сытного обеда и выпивки гости захотят подвигаться.

Дальше я уже не слушал, выйдя на крыльцо и втянув уже пахнувший осенью воздух. В Москве в этом время ещё тепло, редко когда температура падает, а здесь, в Сибири, всё, уже прохладно. Днём ещё более‑менее и то если дождя нет, но вечерами заметно холодает. Но понятное дело, всё это была попытка отвлечься от свалившегося на голову праздника, который я совсем не ожидал. А согласился только потому, что понял правильность рассуждений Ивана Фёдоровича. Я ведь начал жить и работать в Ужанихе, но полностью в коллектив не влился. Этот месяц меня не трогали, приглядывались, прикидывали что у меня за характер, можно ли со мной дело иметь. Нет, не по работе, это понятно, что обязанности мои никто не отменял, но даже работу можно делать по‑разному. И, по сути, сейчас мне предстоит пройти финальный этап становления своим, одним из общества, а не изгоем, к которому обращаются лишь в крайнем случае.

Кто‑то мог бы сказать – да зачем тебе это! Подумаешь, признание каких‑то крестьян, фу! Отработаешь три года, свалишь в Москву и забудешь местную жизнь как страшный сон, но это был бы очень глупый человек. Я не зря в разговоре с директором упомянул коллективизм. Пусть у нас в Советском Союзе, он не был возведён в абсолют как в том же Китае, но и значение его сложно было преуменьшить. Что такое характеристика с места, не важно, учёбы, работы или проживания, знали все от мала до велика. И таких в личном деле лежало не один десяток. Ну ладно, может не десяток, но несколько штук точно, начиная с детского сада. И глупо верить, что на техникуме всё закончилось.

Кто‑то опять же мог бы возразить – ну и что? Займись частной практикой, тогда никакие характеристики тебе жизнь не испортят, но и на это у меня был ответ. Частная практика, она потому и частная, что не только ты никому ничего не должен, но и тебе тоже. Даже если мне крупно повезёт и через три года я получу вторую категорию, это будет моим потолком. Да, это уже неплохо, на хлеб с толстым слоем масла хватит, но дальнейшее развитие без поддержки государства станет во много раз сложнее. А я был честолюбив, пусть этого практически никто не замечал. В планах у меня было достигнуть максимальной высоты развития, как мага, так что уходить с госслужбы было вообще не вариант.

До дома я добрался быстро и ничуть не удивился, увидав на крыльце знакомую фигурку. Наталья, кутаясь в платок смотрела на меня исподлобья. Вот ведь не было печали. Знал же, что нельзя связываться с ведьмой. Устроила цирк с конями! Я усилием воли подавил раздражение, и припарковавшись перед домом молча вышел, прошёл на крыльцо и открыв дверь выразительно кивнул внутрь дома. Девушка фыркнула, но молча поднялась и зашла, не забыв снять обувь. Старый дом по мнению большинства сельян был не слишком удобно сделан, главный вход у него выходил прямо на улицу, а вот чёрный вёл на задний двор, откуда можно было попасть и в гараж, и в баню. Поэтому у меня нельзя было разуться на крыльце, как в большинстве других домов, где здание само по себе находилось в глубине участка, но я уже привык. Тем более что первый этаж был рабочим и летом я даже сам не всегда здесь разувался. Но сейчас уже приходилось, чтобы грязь не таскать.

– Значит, ты теперь с этой сучкой! – я не успел снять ботинки, как мне прилетело обвинение. – Кобель!

– А не влюбилась ли ты в меня, красавица? – что Натка ревнует было понятно и так, но меня интересовала её мотивация. Но достаточно было взглянуть в голубые ведьмовские глаза, чтобы увидеть ответ. – Не‑е‑ет! Тебя просто давит, что кто‑то посмел на твоё покуситься. Так?

– А хоть бы и так! – ведьма сбросила с плеч платок и сложила руки под грудью, от чего платье натянулось, подчёркивая безупречные линии. – Я первая тебя нашла! Почему должна делиться с какой‑то шлёндрой!

– Да ты охренела, подруга! – я от такой наглости даже дар речи на секунду потерял. – Я тебе что, собака чтобы у ног хозяина сидеть⁈ Или может быть игрушка, с которой делиться не хочется⁈ Моего мнения спросить не хочешь⁈

– То есть это я во всём виновата⁈ – в лучшем стиле женской логики повысила ставки Наташа. – Конечно! Я же ведьма…

– А ну цыц!!! – а вот это был запрещённый приём, так что я рявкнул так, что девушка не просто замолчала, но и даже немного присела. – Послушай меня внимательно. Я никогда в жизни не попрекал кого‑то за их таланты. И если ты не забыла, то буквально недавно встал между вами и разъярённой толпой. Не потому, что должен, это так‑то работа милиции, а потому что считаю, что каждый имеет право на жизнь и неважно человек это или нечисть. Пока ты не вредишь другим никто не имеет права попрекать тебя ни словом, ни делом. Это понятно⁈

– Извини, – Натка опустила голову. – Я… я тогда так перепугалась. Думала, что всё, сейчас всё и закончится. Если бы ты не появился, точно не сдержалась бы, ударила Голосом. И тогда только бежать, а много ли зимой в Сибири набегаешь?

– А потом увидела меня с Урусовой и решила, что теперь я буду с ней, а тебя защищать не стану. – на самом деле догадаться было несложно. Наташка только казалась себе интриганкой, а по факту все её ходы, как и их причины лежали на поверхности. – И решила сыграть в ревность. При этом чувств ко мне у тебя так и не появилось.

– Мы спим вместе! – в меня обвинительно ткнули пальцем.

– Спим, – не стал отрицать я очевидное. – хотя сном это назвать сложно. Но заметь, с Алсу я не сплю. И вряд ли буду.

– Она и вправду Княжна? – ведьмочка всё ещё изображала из себя вселенскую скорбь, но я заметил, как её глаза блеснули любопытством. – Прям самая настоящая⁈

– Княжна вряд ли, не та ветвь рода, – я пожал плечами. – Дворянка с гарантией. Но дело не происхождении. Там такая семья, что только держись, а я с её отцом уже успел поругаться. Тот застроить меня решил, а я не сдержался и ответил. Так что будущего у нас нет и быть не может.

– Ой, будто это кого‑то, когда останавливало! – фыркнула девушка, которая тоже своё будущее со мной не связывала, и меня это устраивало, как ни странно. Конечно, в постели ведьма это что‑то с чем‑то, но семью с ней строить это отдельный вид мазохизма. И да, я знал, что это такое. – Я вот совсем не против…

– Нат, давай не сейчас, – так‑то и я был не против, но нужно было деньги отвезти. – подожди меня немного, я метнусь, отвезу бабки, а после поможешь список составить, кого на день рождения приглашать.

– У тебя день рождения⁈ – вскинулась девушка и тут же подозрительно прищурилась. – А деньги кому?

– В столовую, заведующей. Там Алсу договаривается об меню и прочем. – я не видел необходимости скрывать это, а как только ведьмочка вскинулась осадил её вопросом в лоб. – Ты сумела бы всё устроить как положено? Есть опыт организации таких мероприятий хотя бы на десять человек? Вот и у меня нет! А у неё – есть. Поэтому я предпочитаю не лезть под руку к знающим людям. И не показывай свой характер, у меня он ещё хуже. Я тебе уже всё сказал, так что давай без психов, лады?

– Козёл ты, – припечатала меня Натка, но истерику устраивать не стала. – Наверху тебя подожду. Только скажи своему суседу, чтобы меня не шпынял.

– Хован, слышал? – я не сомневался, что домовой уже рядом, только не показывается. – Присмотри за гостьей, накормите её, напоите. И не хулигань. Знаю, что ты ведьм не любишь, но Наташа не станет нам вредить.

– Слово даю, – серьёзно кивнула девушка. – Ни словом, ни делом ни безделием не поврежу дому этому и его обитателям!

– Вот и славно! – я развернулся и направился к лестнице. – Я быстро!

В столовой мало чего поменялось, разве что обе женщины теперь сидели за столом, перенося всё о чём договорились на бумагу. Моему появлению обрадовались, потому что как раз остро встал вопрос о количестве приглашённых, на что я разочаровал Ларису Вадимовну, сказав, что понятия не имею. По идее стоило позвать всех ключевых персон села, товарищей из районного ПМАКа, знакомых, уже образовавшихся здесь, но свести всё это в единый список вот так с ходу я категорически не мог. Пришлось отложить этот до завтра, а пока я утвердил меню даже не читая, и рассчитался за аренду зала, работу и продукты. От себя накинул по десятке поварам, чем заслужил уважительный взгляд заведующей столовой. А я что, отец всегда меня учил, что труд должен достойно вознаграждаться. И пускай работники столовой и так получат зарплату, но простую человеческую благодарность никто не отменял.

Что отдельно меня порадовало, так это сообщение, что обо всех закупках Докукина уже договорилась. Завтра с утра должны были подвезти колбасу, мясные деликатесы, удачно нашедшиеся у производителя, купаты и сыр. Вместе с ними обещали доставить флягу кефира, или, как его тут называли, закваски. Дескать, нет лучшего средства от утреннего похмелья. Не знаю, я никогда до такой степени не напивался, но принял с благодарность. Пригодится. Гостям раздам или той же Ларисе Вадимовне, чтобы на следующий день после праздника налила тому, кто захочет. Кстати, это отличный выход! Пожалуй, так и сделаю.

Следующие полтора дня оказались какой‑то бесконечной каруселью. Половину ночи мы с Наткой составляли список гостей, стараясь никого не упустить, чтобы не обидеть. Получилось человек сорок, если считать со вторыми половинками. И ведь не скажешь же приходите один, не поймут. И не вычеркнешь же никого – обидятся. Ладно если бы я давно жил здесь, уже была бы своя компания, свой круг общения, но так как я фактически представлялся местному обществу пришлось звать всех. Даже того самого Гаевского, которого как оказалось с одной стороны не любили за спесивость, с другой, его предприятие действительно работало и приносило неплохую прибыль. И давало работу почти двум десяткам ужанихинцев.

Из тех, кого я пригласил не потому, что так было положено, а по велению души были ведьмы, семейство берендеев и Диляра. Ира обещала прийти с отцом. Ну и конечно, не обошлось без Урусовой, не позвать которую было бы форменным свинством. Я неблагодарной скотиной никогда не был, да и с Наткой мы вроде бы разобрались. Не скажу, что она прониклась к Алсу глубокими чувствами, но волком смотреть перестала… вроде бы. Ну по крайней мере я надеялся, что до прямого конфликта ситуация не дойдёт. Всё же мы взрослые люди, да и нет у меня ничего с Урусовой. Хоть слухи по деревне уже пошли.

Но всё когда‑то заканчивается, вот и я в шесть вечера уже стоял в столовой принимая гостей. Не перед дверью, конечно, мы ж не аристократия какая в собственном особняке, так в зале болтался. В своей лучшей рубахе, специально купленных брюках и начищенных ботинках. Правда по погоде стоило сапоги одевать, дождь зарядил с самого утра, но что поделать. Зато не жарко. И я надеялся, что так и останется, а вечер пройдёт в тёплой дружеской обстановке. Как оказалось, я был слишком оптимистичен, но это совсем другая история.

Глава 18

– Да мне надоело вечно быть твоей обслугой!!! – Аркадий Сергеевич Шмелёв, председатель колхоза «Победа» с красным от выпитого лицом вцепился в лацканы пиджака Хвостова. – Куда не ткни – везде первый Маяк. Только и слышишь, Маяк, Маяк, Маяк! Маяк стал лидером по удою в области, Маяк сдал больше всех мяса, Маяк, Маяк, Маяк!!! Тьху!!! А кто ты без своей ба… жены?!! Смог бы то же самое сам, своими руками?!! Да хрен там!!!

– Они не подерутся? – Мне и раньше происходящее не нравилось, а сейчас я и вовсе начал прикидывать, как ловчее вырубить перепившего председателя Победы. – Может надо вмешаться?

– Да не лезь! – придержал меня за плечо Николай Петрович, тоже вышедший покурить на крыльцо столовой. – Думаешь, это в первый раз? Сейчас Аркаша проорётся, пар выпустит и снова с Виктором станут лучшими друзьями. Тяжело ему вечно вторым быть, да и характер такой, взрывной. Но руки золотые! Он же сначала двадцать лет на тракторе оттарабанил, потом уже его в председатели выдвинули. Тяжело было, но Сергеич упрямый, как баран и за дело радеет. Треть успеха Хвостова, если не половина, это его работа. Без кормов никакое стадо не поднимешь, а разорваться Михалыч тоже не может. Вот и получился такой симбиоз, понимаешь, помогают они друг другу, тянут, но Аркашу прямо грызёт то, что он в этой связке вечный второй. Он может, и смирился бы, так ещё начальство районное масла в огонь подливает. Как какая проверка или подведение итогов, обязательно ему на вид ставят, что можно и лучше работать. Дескать, вот, посмотрите на Маяк, они же могут.

– Идиоты, – теперь я понял, чего Шмелёв колобродит. Будучи импульсивным по натуре ему такие нравоучения как бритвой по сердцу.

– Идиоты. – согласился со мной Кузьмин. – Но идиоты при должности. А Аркаша переживает. И как подопьёт так из него и лезет. Нет, ты не думай, так‑то он редко себе позволяет, но, если уж дошёл до кондиции – обязательно всё Михалычу выскажет. О! Обниматься начали! Вот и всё закончилось. Идём внутрь.

– Да, сейчас! – несмотря на то, что конфликт затух, так и не перейдя в горячую фазу, я предпочёл всё же подождать и лично проконтролировать, что всё в порядке. И мужики это поняли, кивнув в ответ, лишь Шмелёв задержался. – Всё в порядке?

– Ты, Лука, извини. – на удивление, но Аркадий Сергеевич оказался не таким уж пьяным. По крайней мере держался и говорил вполне чётко. – Бывает у меня, накатывает. Я и перед Марфой уже извинился и перед Наташкой тоже. Не тронули бы её, максимум ремнём по жопе перетянул бы, чтобы знала. Это ж целое поле считай в убыток! Кто ж знал, что это нечисть лесная шалит! Викентий, он ведь тоже всегда сперва ведьм проверял, а уж потом начинал концы искать. Вот и я привык. Ты зла не держи. Характер у меня такой, паскудный. Так‑то я за своих глотку любому вырву и за Натку ту же, хоть у неё в поле ветер, в жопе дым. А с Михалычем это наши старые разборки. Не обращай внимания.

– Не буду, – мне было что сказать, но спорить с выпившим мужиком со взрывным характером себе дороже, а портить вечер мне не хотелось. – Идёмте. Там вон танцы начались. Надо поучаствовать.

Справедливости ради, это была первая и единственная стычка за весь вечер. Народ себя особо не ограничивал, гуляли от всей души, но и прямо в сопли никто не напился. Даже директор Победы оказался куда более трезвым чем можно было представить. Так что вечер получился… сносным. Мне сложно было судить, я раньше никогда в таких собраниях не участвовал, особенно в качестве принимающей стороны, но вроде бы все были довольны. Вон даже Наташка лихо отплясывала на импровизированном танцполе, вызывая недовольство всей женской половины приглашённых. Но вроде бы за волосы её таскать никто не собирался, мужиков она сама не подпускала близко, так что можно было немного расслабиться и осмотреть подарки. Вот чего я не ожидал, так это того, что мне надарят столько и такого разного.

Нет, я ждал чего‑то в стиле «книга – лучший подарок», но подарили мне всего одну. Зато какую!!! Её принёс Хвостов, завёрнутой в плотную ткань типа бархата. Не знаю я в этом не разбираюсь, зато, когда я развернул обёртку с трудом удержался от восхищённого свиста. Книга была старая, но в очень хорошем состоянии. Судя по кожаному переплёту, прежние владельцы её ценили и когда износился типографский дали книге новую обложку, из тёмно‑зелёной шагреневой кожи, уже потемневшей от времени, но всё ещё ощущающейся очень приятной. Естественно, никакого названия на ней не было, видимо владелец и так знал, что это такое, а вот мне, чтобы добраться до сути подарка пришлось заглянуть внутрь. И первое что меня встретило, это экслибрисы и библиотечные штампы на форзаце. И надо сказать, уже они впечатляли.

Первым владельцем значилась библиотека Императорского Московского Магического Университета. Что как бы намекало, что книга имеет отношение к магии. Далее шли отметки личного собрания князей Щербатовых, штамп Пражской Государственной Магической Библиотеки и финалила всё отметка спецхрана библиотеки Академии наук СССР. Жизнь изрядно потаскала эту книгу, но как она попала в руки Хвостова я слабо представлял. Понятно, что через жену, которая, кстати, не пришла, но спецхран – это серьёзно. И я отметил себе обязательно поговорить с ним на эту тему.

Следующим шёл титульный лист и только сейчас я полностью осознал, что именно попало мне в руки. Первым в глаза бросился год выпуска. Одна тысяча восемьсот восемьдесят третий. Почти сто лет книжке. Она сама по себе являлась букинистическим раритетом и стоила как чугунный мост. Но самое сладкое таилось в названии, выполненном по всем правилам, с ятями и ярами, как тогда и было положено.

'РЕЭСТРЪ ПОДРОБНЫЙ ТРАВАМЪ, ЛАПИДАРIЮ, ТВАРЯМЪ ЗЕМНОРОДНЫМЪ И ВОДОПЛАВАЮЩИМЪ,СЪ ПОКАЗАНIЕМЪ ЧАСТЕЙ ИХЪ, ВЪ СНАДОБЬЯХЪ ВОЛШЕБНЫХЪ УПОТРЕБЛЯЕМЫХЪ.

Тщанiемъ и долголѣтнимъ опытомъ собранный дворяниномъ Анемподистомъ Забѣлинымъ въ сельцѣ Верейкахъ

ИЗДАНIЕ ТРЕТIЕ, ВНОВЬ ПРОСМОТРѢННОЕ, ИСПРАВЛЕННОЕИ ЗНАЧИТЕЛЬНО ДОПОЛНЕННОЕ ПО РУКОПИСНЫМЪ МАТЕРIАЛАМЪ АВТОРА.'

Самое интересное, что про эту книгу я слышал и не раз и не только на истории магии. Многие рецепты зелий и методики обработки ресурсов опирались именно на этот реестр, составленный ещё в конце семнадцатого века. Понятное дело, что многое устарело, многое оказалось байками или суевериями, но даже сейчас в справочниках и энциклопедиях встречались сноски, мол источник Реестр трав Забелина. Даже не ожидал, что встречу его здесь, пусть и в третьем, самом массовом издании. Подарок дорогой и богатый, даже как отдариваться буду не знаю. И ладно это был бы один дорогой подарок, но директор Маяка открыл врата в преисподнюю. Следующим отличился участковый.

– Лука Артёмович, слышал я ты тут на охоту собираешься? – как и положено хорошему профессионалу, Лыков знал всё что происходит в округе. – А ружья у тебя нет. Конечно, можно купить какое, вон в Коопторге стоят, даже неплохие вертикалки привезли, но для настоящего дела это так, баловство. Оно ведь магия – это хорошо, но старая добрая картечь всегда своё слово скажет! Так что вот, держи!

В расстёгнутом брезентовом чехле лежал странный… аппарат, по‑другому я это назвать не мог и лишь через пару секунд сработала память альтр‑эго, и я его узнал. Полуавтоматический дробовик «Сайга». Двенадцатый калибр, магазины на десять патронов. Сделанный на базе автомата Калашникова, это была надёжная рабочая машина, простая как удар ломом и столь же эффективная. Честно говоря, я даже не представлял, что у нас их выпускали. Не то чтобы я интересовался охотой, не больше, чем любой другой пацан моего возраста, но уж мимо дробового Калаша точно бы не прошёл.

– Гладкоствольное полуавтоматическое ружьё «Сайга»! – Андрей Фёдорович с гордостью продемонстрировал его всем присутствующим, будто сам изобрёл или изготовил данный экземпляр. – Ещё по весне конфисковал у одних ухарей, решивших у нас коз погонять. Сам очень удивился и навёл справки. Сделали его по просьбе товарищей чабанов из Казахстана, чтобы отстреливать стада сайгаков, отсюда и название. Но сейчас кроме промысловиков начали выдавать вохровцам и сотрудникам милиции. Ходят слухи, что скоро у каждого экипажа должно будет такое быть. Ну и тебе, Лука, тоже лишним не будет. Десять патронов, двенадцатый калибр. Можно картечью бить, можно пулей. Красота!

– Да уж, – я принял ружьё, покрутил в руках, приложился, прицелившись в потолок и опустил, даже не щёлкнув спусковым крючком. На военке нас не сильно гоняли, всё же маг зверёк достаточно редкий, да и те, кто хотел служить потом шли в военное училище, но нормы обращения с оружием вбили крепко. Когда ты сам по себе оружие, это первое чему начинают тебя учить. Так что я на людей не направлял, затвор не дёргал, да и вернул его Лыкову, чтобы тот убрал в чехол. – Даже не знаю, что сказать, Андрей Фёдорович! Спасибо! Не знаю, как у меня с охотой сложится, но что подарок пригодится это сто процентов. Но если это конфискат, его же надо правильно оформить, в удостоверение вписать. Да и наверняка оно денег стоит.

– Сто пятьдесят с аванса занесёшь, я всё по бумагам проведу, как продажу конфиската. – отмахнулся участковый. – а в ксиву завтра впишем, всё будет чин по чину. У нас с этим просто, тем более для сотрудников.

– Ну раз дело дошло до оружия, тогда и мне позвольте вставить свои пять копеек! – поднялся с места Всеволод Кириллович, приехавший вместе с Небогатовой. Остальные остались на дежурстве, а руководство нашло время навестить празднование дня рождения самого молодого сотрудника. Но я договорился, чтобы с ними отправить гостинцы для всех остальных. Даже под это дело добыл медовухи у берендеев. Самое то почти не пьющим магам, и вкусно и даже полезно. – Обычно мы вручаем это после боевого крещения на Васюганских болотах, но Лука Артёмович у нас успел отметиться гораздо раньше, уложив арысь и чёрта. И чтобы больше ему не пришлось ковыряться зубочисткой, от лица коллектива Чулымского Пункта Магического Анализа и Контроля я вручаю ему настоящий рабочий инструмент мага оперативного реагирования. Носи с честью, не доставай без нужды, а если уж пришлось – бей без промаха.

– Благодарю! – я с внутренним трепетом принял узкий кинжал, завораживающий разводами дамасской стали на клинке. Теперь понятно было почему стилеты называли зубочистками. Вот это действительно была настоящая боевая волшебная палочка! Я даже без глубокого исследования чувствовал, что от рукояти через всё лезвие идёт проводящая силу жила, причём не серебряная. Что‑то другое. И костяная рукоять даже намекала что именно. – Это…

– Кость ворона, – кивнул Коротков, подтверждая мои догадки. – а внутри лезвия жила из медной патины. Ты уж извини, но у универсального потери будут бешеные. А в бою расход энергии очень важен.

– Да я понял, что мне от судьбы не уйти, – я с благодарностью принял протянутый рукоятью вперёд кинжал, взвесив в руке и осмотрев лезвие. – Отличный клинок. Чувствуется идеальный баланс. Даст Бог, что бы мне не пришлось его часто использовать.

Нож был действительно хорош. По форме напоминавший кинжал британского спецназа с идеальным сведением он выглядел именно боевым оружием. Таким хлебушек резать не станешь, да и банки тушёнки открывать тоже. Конечно, всегда находятся любители использовать нож не по назначению, но конкретно этот мог обернуться несварением желудка в лучшем случае. Медная патина или, если без экивоков, могильная медь. Металл некромантов. Единственный, который не даёт рассеивания силы смерти, но при этом опасен для всех остальных. Ткнуть таким обычного человека даже в не опасное для жизни место и через недельку можно готовить домовину, если вовремя не оказать помощь. Опасное оружие и идеальный инструмент для некроманта. Заклинания должны будут ложиться как нитка в строчку. Но… я вздохну и убрал кинжал в ножны. Чего уж там. Попала собака в колесо, пищи да беги.