Текст книги "Петербург на границе цивилизаций"

Автор книги: Александр Тюрин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 31 страниц)

Русь речная

Целью функционирования государства Русь было обеспечение безопасности торговых путей и стабильное взимание дани с подвластного населения, однако устойчивость системы, в первую очередь, зависела от предотвращения негативных воздействий внешней среды.

А географическое положение Руси Речной – ворота между степями Азии и степями центральной Европы – обуславливало ее постоянное взаимодействие с кочевыми системами Востока.

Кочевые орды – это главные генераторы энтропии в русском Средневековье. Для прокорма одного кочевника требуется сто гектаров, для прокорма одного крестьянина половина гектара. В условиях конкуренции за землю, кочевнику – для обеспечения своего нормального существования – надо уничтожить двести крестьян.

Русские летописи – это, фактически, длинные списки степных набегов. На протяжении сотен лет Степь жила за счет Русской земли. Интересы степняков и оседлого славянского населения были прямо противоположны. Права кочевника попирали права крестьянина. Что для них одних – пашня, для других – пастбище. Что для одних собранный урожай, для других – легкая добыча. Что для одних – человек, жена, ребенок, для других – раб, рабыня, самый ликвидный товар того времени.

Кипчаки-половцы налетали осенью, когда мужики еще в поле, завершают сбор урожая, и захватывали детей, женщин, хлеб, обрекая деревню на частичное или полное вымирание зимой. Кусок за куском они превращали Русскую землю в Дешт-и-Кыпчак.

«Россия есть громадное континентальное государство, не защищенное природными границами, открытое с востока, юга и запада. Русское государство основалось в той стране, которая до него не знала истории, в стране, где господствовали дикие, кочевые орды, в стране, которая служила широкою открытою дорогою для бичей Божиих, для диких народов Средней Азии, стремившихся на опустошение Европы. Основанное в такой стране, русское государство изначала осуждалось на постоянную черную работу, на постоянную тяжкую изнурительную борьбу с жителями степей», – пишет C.Соловьев.

Борьба с перманентной внешней угрозой облагораживала русскую власть, укрепляла связь государства с населением.

Однако Русь Речная все же проигрывает схватку со Степью задолго до знаменитого монголо-татарского нашествия. На рубеже XI и XII вв. закрываются балтийско-черноморский путь и балтийско-каспийский пути, бывшие экономической основой этого государства – с южного конца. Население мало-помалу тянется по речным бассейнам с черноземного и плодородного юго-запада на бедные суглинки и супеси северо-востока Русской равнины.

Вслед за тем, как кочевники перекрыли южные выходы транспортных коридоров, немецкая и шведская экспансия перекрывает северные входы – к концу XII века. В XIII в. климатический оптимум стал заканчиваться. Для Руси начиналась эпоха внутриконтинентальной замкнутости. Северо-восточный вектор внутренней миграции сохранится на века и в конечном счете приведет к освоению русскими Арктической зоны, Крайнего Севера и Сибири, однако в краткосрочном порядке приведет к «размыванию» населения на больших пространствах и снижению интенсивности хозяйственных взаимодействий.

К концу XII в. сарацины уже не могли помешать коммуникациям итальянских торговых республик в Средиземноморье. А Варяжское море стало германским Ostsee, что совпало с крушением государственности балтийских славян после трехвековой борьбы с германскими королевствами и западными крестоносцами, и быстрым продвижением немецких колоний в Прибалтику.

Во второй половине XII в., когда южнобалтийское побережье, в том числе портовые города балтийских славян, попадут в руки немцев, они создадут Ганзейский союз, работающий на тех же морских путях. И первой его задачей станет монополизация балтийской торговли, прекращение всякой самостоятельной морской торговли русских купцов на Балтике.

Запад отрезает Русь от моря

Всего лишь за сто лет политическая география на Балтике изменилась радикальным образом, превратив его из Варяжского моря в германское Ostsee. До середины XII в. древнерусское государство владело восточным побережьем Финского залива, Приневьем, Приладожьем, берегами Западной Двины вплоть до устья, левобережьем Чудского озера, где на Омовже (Эмайиги) стоял русский город Юрьев, Восточной и Западной Карелией (включая Карельский перешеек), областью расселения карел, с которыми мирно уживались русские поселенцы, принесшие сюда земледелие. А также Каянской землей – северо​​-восточными берегами Ботнического залива. Контролировало область расселения племен сумь и емь, пришедших на территорию нынешней южной и центральной Финляндии на рубеже VIII и IX вв. с востока. Русская власть была мягкая: торговля, сбор умеренной дани, отсутствие какого-​​либо религиозного принуждения. Но с середины XII в. немцы начинают вытеснять русских из Прибалтики, а шведы – из Финляндии. Что совпало с усилением феодальной раздробленности Руси – в то время как в других европейских странах шли противоположные процессы. Надо заметить, что исторические часы у разных народов не совпадают, что во многом определяется природно-климатическими и геополитическими факторами.

В 1134 перебиты все русские купцы в Дании. Немцы, датчане, шведы захватывают устья рек и гавани Прибалтики и Приботнии, ранее бывших своими для русских купцов – Немана, Даугавы (Двины), Ауры, Оулу, Вуоксы и т.д. А ведь даже центр шведской колонизации Финляндии Турку (Або) имел название, происходящее от русского «Торг». Шведские и немецкие феодалы вытесняют новгородцев из тех прибалтийских регионов, которые Новгород контролировал со времен единого русского государства: земель Сумь и Емь, Каянской земли, Аландских островов, чудских земель.

В 1142 происходит разбойное нападение шведов на новгородских купцов в Финском заливе. «Князь свейский и бискуп пришед в 60 шнеках».[11]11
  Новгородская летопись. Первая выборка. Полное собрание русских летописей. т.42. СПБ. 2002.


[Закрыть] Этот год можно считать началом многочисленных шведско-русских войн. Затем следует череда нападений на Невско-Волховский путь. Шведы подвластное им племя емь нападают на русские поселения на Ладоге и убивают около 400 человек. В 1149–1150 «емь приходили на области новгородские». Затем русских вытесняют из Саволакса (кстати, это название происходит от русского слова Заволочье) и прочих земель Западной Карелии. Шведы несут власть другого типа, феодальную иерархию с тяжелыми повинностями для простонародья, господство шведского языка и католической церкви, жесткий контроль над мыслью и словом. 28 мая 1164 шведы нанесли удар по Ладоге на 55 шкутах, но были отбиты новгородским князем Святославом и посадником Захарией, потеряли 43 судна.

Шведы крестили емь и сумь огнем и мечом, затем гнали их в бой за свои интересы, но это были всего лишь кнехты, рабская пехота. Успехи шведской экспансии базировались на использовании пота и крови покоренных финских племен. Но как субъект финны не присутствовали в политике никак. Шведская экспансия была долгой. Даже по Ореховецкому договору 1323 г., который фиксировал территориальные потери русских, не только Ладожская Карелия, но и значительная часть современной территории Финляндии от бассейна озера Сайма до побережья Ботнического залива, где в него впадает р. Пюзайоки, оставалась за русскими.

В конце XII в. новгородцы выдавлены из важнейшего транзитного центра торговли на Балтике, с острова Готланд – в 1188 все русские купцы были здесь просто перебиты. На рубеже XII и XIII вв. прекращается русское торговое мореплавание на Балтийском море.[12]12
  Мавродин В. Начало мореходства на Руси. М.,1949.


[Закрыть] Отдельные попытки русских купцов выйти в море оканчивались одинаково – их разграблением или убийством, о чем без чувства стыда сообщают западные хроники. Единственный путь, которым можно добраться с Руси в Западную Европу – долгий и опасный, из Белого моря, через Северный Ледовитый океан, огибая Скандинавский полуостров, каким воспользовался Григорий Истома при Иване III.

Северо-западный край становится на столетия фронтиром, зона постоянной кровавой борьбы русских с немецкими и шведскими феодалами.

С высадки бременцев в устье западной Двины в 1159 начинается долгая история немецкой колонизации Прибалтики. Нынешние правительства прибалтийских государств, жаждущие полного слияния с Европой, могли бы по этому случаю и национальный праздник установить. Орден меченосцев («братьев Христовых воинство») основывает Ригу и начинает завоевание южного течения Западной Двины, принадлежавшего русскому Полоцкому княжеству.

В начале XIII в. немецкое завоевание Прибалтики входит в решающую фазу. Крестоносцы и войска рижского епископа Альберта побеждают полоцкого князя Владимира и его союзников, ливов и латгалов, в низовьях Двины (1206–1208). Немцы завоевывают чудские земли и берут в 1224 г. Юрьев, построенный в 1030 великим князем Ярославом – уничтожая всё его население.

В 1228 г. шведы и емь разбойничают на Ладоге, а в 1233 ливонские немцы уже являются на коренные русские земли и осаждают псковскую крепость Изборск, ясно показывая свой интерес к восточным территориям.

Отрезание от самостоятельного судоходства на Балтике и Черном море (там это стало результатом половецких нашествий) сыграло большую негативную роль в развитии России. Русские товары, прежде чем попасть на внешний рынок, проходили через жадные руки западных посредников, снимавших основной барыш; то же происходило из товарами из заморских стран. Причем посредники могли в любой момент пресечь поставку любого товара на Русь. Первые антироссийские санкции относятся еще к началу XIII века – скоро будем отмечать 800-летие, – когда в январе-​феврале 1229 папа Григорий IX в трех посланиях ливонским, любекским, шведским и готландским иерархам, а через них и светским властям, требует безусловного запрета поставлять что-​либо русским, в том числе и продовольствие. В организации западного натиска на восток, римская курия будет играть ключевую роль. В 1232 папа запретил и заключать какие-либо договоры о мире с русскими «схизматиками».

Позднее Средневековье было в Европе эпохой перехода к Новому времени – когда вместе шло и накопление торговых капиталов, и развитие технологий, и усложнение социальных институтов. В итальянских городах, немало разбогатевших на грабеже Византии и торговле с разбойничьей Золотой Ордой, в том числе и «живым товаром», славянскими рабами, уже начинался Ренессанс. А у нас это было временем исчезновения сложных ремесел и прекращения каменного строительства, возврата к архаичному подсечно-огневому или переложному земледелию[13]13
  Аграрные технологии в России IX–XX вв. М., 1996.


[Закрыть] – только в лесу густом имелась возможность укрыться от набегов кочевников. Это было время хозяйствования на бедных почвах между низовьями Оки и верховьями Волги, время бедных маленьких городов. Именно это время и определило то технологическое отставание Руси от Европы, которое потом придется преодолевать с огромными усилиями и которое станет основой всех русофобских мифологем насчет «отсталой азиатской России».

Пользуясь монгольским нашествием, в 1240–1242 гг. западные соседи пытаются овладеть восточным краем балтийского побережья, что ещё оставался в руках русских, в чём активно участвует папская курия, желающая там крестить «язычников».

Шведское феодальное ополчение ледунг, норвежцы, датчане, финские племена сумь и емь, во главе с ярлом и фактическим правителем Швеции Ульфом Фасе, приходят морем в устье Невы, собираясь взять Ладогу и Новгород. "Придоша свеи в силе великой... в кораблях много зело; свеи с князем и с пискупами своими", как сообщает Новгородская первая летопись. Шведы движутся с епископами, поход имеет усиленный идеологический характер. Шведы были засечены береговой стражей русских, находившейся, скорее всего, на о-ве Котлин, и сошли на берег в устье Ижоры, где собирались поставить укрепления. Но кн. Александр Ярославич, обладавший замечательным чувством пространства и времени, внезапным ударом (военные историки до сих спорят, как он так незаметно подошел к шведскому лагерю) и малыми силами, в основном состоящими из его дружины, переяславцев и суздальцев, нанес шведскому войску поражение 15 июля 1240 г. И попыли свеи обратно, несомые течением реки, лицом вниз.

Однако в августе того же года немецкое войско, возглавляемое «мирным пастырем» дерптским епископом Германом, при участии датчан берет Изборск. (Стенсбийский договор 1238 г., заключенный при участии папской курии, оговаривал дележ добычи и земель, при совместных действиях Ливонского ордена и датского войска на Восточной Балтике.) Старшая ливонская рифмованная хроника гласит:

Этот замок Изборском назывался.

Никому из тех, кто там оказался,

Уйти невредимым не дали:

Всех, кто защищался, хватали

В плен или немедленно убивали.

Русские кричали и причитали.

А потом, обманывать не буду,

Плач начался в той земле повсюду.

И в самом деле немцы в сентябре наголову разбивают псковичей, возглавляемых воеводой Гаврилой Гориславичем. После разорения окрестностей и посадов Пскова, ливонцы добиваются от этого города, который веками был стражем Руси на Северо-Западе, покорности и берут заложников. Вместе с немецкими фогтами (наместниками) в Пскове начинает править изменник боярин Твердило Иванович. На следующий год подходит черед Новгорода. Ливонские рыцари с чудской пехотой входят в Водскую пятину Новгорода, занимают Копорье, где ставят свою крепость, берут Лугу, разоряют окрестности Новгорода. В том же году кн. Александр Ярославич возвращает Копорье, казнит изменников из племен води и чуди. Зимой князь Александр берет Псков, где погибает 70 рыцарей и множество ливонских ратников, идет мстить в Чудскую землю; после неудачи одного из своих отрядов отступает, но 5 апреля 1242 разбивает ливонские силы на Чудском озере.

Кстати, битва на Чудском озере стала в последнее время одной из главных мишеней для атак западников. После обрезания ими всего диапазона событий немецкого Drang nach Osten остается лишь «пограничная стычка». Однако совсем недалеко от Пскова, в немаленькой стране Пруссии, немцы за несколько десятилетий покончили с многочисленным и воинственным народом пруссов. Истреблены были многочисленные полабские или балтийские славяне, оставив лишь микроскопическую лужицко-сербскую общину, исчезающую сегодня на наших глазах. Ассимилировано славянское население Поморья. Частью уничтожено, частью ассимилировано балтское племя куршей, оставившее о себе память в названии Куршской косы, и финноязычное племя ливов, давшее название Ливонии и Лифляндии. Финноязычные народности чудь, сумь, емь, также как латыши и латгалы спаслись от истребления только быстрым приходом в покорное состояние – из национального и культурного обморока они выйдут лишь 700 лет спустя, в государстве, именуемом Российская империя…

Летописи фиксируют поход ливонцев на Псков в 1253, затем большой поход псковичей, новгородцев, переяславцев, тверитян в Ливонию, где они 18 февраля 1268 у Раковора (Раквере, Везенберг) громят ливонско-датскую армию. Это не помешает Ордену в 1269 опять атаковать Псков. Ливонцы пытаются взять Псков в 1299 и дважды в 1323. Пограничные стычки Пскова, бывшего стражем северо-западной Руси, с ливонскими немцами происходят практически каждый год, выливаясь время от времени в масштабную войну, как в 1340–1343. Попутно Пскову достается и от литовцев, особенно в правление князя Витовта, проведшего два больших похода, в 1405 и 1426, на псковские земли, с участием татарских отрядов, приведенных ему союзным ханом Тохтамышем после поражения в битве на Ворскле. Витовт, попавший на памятник Тысячелетия Руси как положительный персонаж, берет в псковских землях тысячи пленников и убивает множество мирного населения.

Шведы в 1283 через Неву приходят на Ладогу и занимаются там уничтожением новгородских купцов, направляющихся в Обонежье. На следующий год шведы под командованием Трунда опять разбойничают на Ладоге, в 1292 нападают на новгородскую Карелию и ижорскую землю. Годом позже шведы устраивают настоящий крестовый поход – под флагом крещения язычников-карел. В завоеванной части Западной Карелии шведы во главе с Торкелем Кнутссоном в 1293 основывают на месте русско-карельского поселения выборгскую крепость – несмотря на многочисленные попытки, русские смогут взять ее только при Петре, через 400 с лишним лет. Памятник шведскому колонизатору сегодня красуется в русском Выборге.

Выборгская крепость встает у впадения в залив западного рукава Вуоксы (существовавшего до XVI в.) и запирают для русских альтернативный путь из Ладоги на Балтику.

В следующем году шведы воюют по всей Ладоге и в Карелии. Заметим, что рабство в Швеции, расцветшее еще во времена викингов, формально отменяется только при поздних Фолькунгах, в начале XIV в., так что русские пленники проводят остаток жизни в цепях. А неформально продолжает существовать и дальше. В какой-то степени восточный вектор шведской агрессии объясняется тем, что Дания, владеющая обоими берегами пролива Зунд, контролирует торговлю и морские коммуникации на Балтике.

Сами датчане пытаются поставить крепость на русской стороне Наровы, но изгнаны оттуда новгородцами. Шведы в 1295 берут г. Корелу, но не могут удержать его.

А под занавес XIII века шведы по главе с маршалом Т. Кнутссоном истребляют новгородские поселения в ижорской земле и ставят восьмибашенную крепость Ландскрону возле устья Невы, на Охте, – стройка идет всеевропейская, с участием мастеров из «великого Рима от папы». Ландскрона должна была окончательно запереть для русских Балтику. Но в том же году новгородцы, при участии суздальцев и великого князя Владимирского Андрея Александровича, выбивают шведов вместе с прочими европейцами из устья Невы. И вообще первую половину XIV века Новгород еще ведет довольно активную политику, противостоя западному натиску.

В 1302 и 1303 союзные Новгороду карелы ходят походом в край лопарей, который норвежцы пытаются сделать своей северной провинцией Финмаркен, устраняя русское влияние. В 1311 новгородцы совершают рейд в захваченную шведами Финляндию, доходя до Тавастегуса (Хямеэнлинна), а в 1318 ушкуйники добираются до Або (Турку) и захватывают там деньги, взымавшиеся Ватиканом. В 1313 и 1317 шведы жгут русские поселения на Ладоге: «И по грехам нашим врази наши окаании немцы, изъехаша Ладогу и пожгоша». Вскоре окаянные опять нападают на Корелу (1322), в ответ новгородцы вместе с московским князем Юрием Даниловичем пытаются взять Выборг. Годом позже, новгородцы идут морем в севернонорвежский Халоголанд и берут крепость Бьаркей, но по Ореховецкому договору уступают шведам три карельских округа.

В 1337–1338 шведы вместе с изменниками из числа карел воюют против Новгорода в Обонежье и на Ладоге, сжигают посады у ладожского города.

Середина XIV в. ознаменована четвертым крестовым поход шведов на «язычников» (так обозначались русские в папских буллах). Шведы под командованием короля Магнуса Эрикссона захватывают русскую крепость Ореховец у истока Невы из Ладоги (1348), годом позже новгородцы отбивают ее.

Между прочим, король, захватив Ореховец, вызвал новгородцев на религиозный диспут. Но новгородцы, которые согласно воззрениям наших западников, благодаря контактам с Европой, были более образованные, чем «авторитарные» москвичи, эту тему, как говорится, слили.

Когда годом позже Новгороду удается отбить крепость и прочистить выход из Ладожского озера, король шведский слезно жалуется папе римскому, что русские «напали на христиан». После чего папа с королем деятельно организуют новый крестовый поход на русских, чему, однако, препятствует «черная смерть», привезенная генуэзскими кораблями с Черного моря. Зато ушкуйники снова ходят в Халоголанд, к Бьяркею.

В 1392, 1395–1396, 1411 шведы (которые после Кальмарской унии уже являются подданными датской короны) воюют на Неве, осаждают крепость Ям на южном берегу Финского залива, продолжают завоевания в Западной Карелии.

В 1419 норвежский отряд в 500 человек приплывает к побережью Белого моря, входит устье Северной Двины, «в бусах и в шнеках», разоряет Неноксу, Онежский погост, Варзугу, Кегостров и ряд других поселений, Николо-Карельский и Архангельский монастыри, сжигает несколько церквей, а «христиан и чернецов всех посекли». Поморы дают отпор грабителям, уничтожив две шнеки, после чего уцелевшие норвежские суда уходят в море.[14]14
  Фруменков Г. Г. Соловецкий монастырь и оборона Беломорья в XVI–XIX вв. Архангельск, 1975.


[Закрыть] В 1445 г. норвежцы вновь появляются в устье Северной Двины и причиняют большой ущерб местным жителям. «Того же лета приидоша Свея Мурмане безвестно за Волок на Двину ратью, на Неноксу, повоевав и пожгоша и людеи пересекоша, а иных в полон поведоша». Поморы опять дают серьезный отпор, уничтожая большую часть непрошенных гостей вместе с тремя их командирами, пленных отсылают в Новгород. Остальные норвежцы «вметавшиеся в корабли отбегоша».[15]15
  Новгородская первая летопись младшего извода. В кн: Полное собрание русских летописей. Т.3. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.-Л., 1950, с.426.


[Закрыть]

Кстати, стараниями норманнистов в конце XIX в. северный берег Кольского полуострова, ранее именовавшийся Поморским или Русским, переименован в Мурманский. Хотя, кроме набегов в позднее Средневековье, норвежцы там никак не отметились. А вот в Финмаркене (ныне заполярная Норвегия) русские власти и русские промысловики появились намного раньше норвежцев – собирали дань и торговали с саами-лопарями, коренным населением этой местности.

В 1444–1445 ливонцы нападают на Ямскую крепость, разоряют Вотскую пятину и Ижорскую область Новгородской республики.

Когда в это время в Новгород приходит голод, «добрые христиане» из Ливонского Ордена устраивают блокаду голодного города, сговариваясь с Литвой, шведами, норвежцами, Данией, Ганзой, Пруссией. Магистр посылает флот для осуществления блокады к устью Невы.

В целом можно сказать, что с середины XIV века новгородская республика существенно ослабла в роли северо-западного стража Руси, и, как правило, отказывала в помощи Пскову, ведущему постоянную борьбу против литовцев и ливонцев. Это связано и с ее хозяйственным ослаблением: увяло новгородское купечество, ведь львиная доля доходов от торговли русскими товарами доставалась ганзейцам, усилилась роль землевладельческой олигархии, заполучивших в свою полную собственность две трети земель – крестьяне, жившие там, отдавали господам от четверти до половины урожая, шла депопуляция. Новгородское боярство поглядывало на Литву, как на своего нового сюзерена.