Текст книги "Вопросы теории гибридной войны"

Автор книги: Александр Бартош

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 25 страниц)

Исторический характер системы законов обусловливается ее подвижностью, которая объясняется важным системообразующим фактором, связанным со стремлением каждой из сторон уничтожить или, по крайней мере, существенно подорвать, подавить противостоящую сторону, в то же время сохранить, а возможно, и нарастить свои силы и сохранить жизнеспособность.

Фактор подвижности системы законов войны является ключевым для объяснения характера современных конфликтов, появления новых видов конфликтов, таких как ГВ.

Законы гибридной войны

При сохранении преемственности системных и подсистемных групп законов войны, ГВ придала импульс появлению новых специфических законов вооруженной борьбы, основанных на синтезе факторов времени, пространства, внезапности, стратегической мобильности, уязвимости государства, «ускорения» войны, «трения» и «износа» ГВ, широкого использования достижений науки в самых различных областях (психологии, антропологии, истории, кибернетики, науки о мозге и др.)^[53].

На появление группы законов ГВ США и НАТО против России оказывают определяющий характер следующие её особенности:

• глобальный геополитический характер, поскольку США стремится разгромить одного из своих главных и сильных геополитических противников, единственного, который может уничтожить Америку вооруженным путем;

• цивилизационный характер, так как США стремятся уничтожить своего единственного мировоззренческого противника, который в рамках собственной культурно-мировоззренческой парадигмы способен создать свой мировоззренческий проект, который может стать основным нравственным стержнем человеческой цивилизации и победить США и радикальный либерализм в войне смыслов;

• перманентный и всеобщий характер, так как ведется постоянно, со все усиливающейся интенсивностью во всех сферах в специально созданных СЗ – театрах ГВ;

• диффузный (гибридный) характер, так как в ней используются все известные сегодня средства и методы войны, включая обусловленную интеграционным фактором взаимодействия способность использовать технологии цветной революции в качестве катализатора операций ГВ с целью ускорения развала государства.

Опережающее отражение при разработке стратегии гибридной войны

С учетом временных рамок продолжительности ГВ (многие годы и десятилетия) в планировании ГВ определяющая роль принадлежит долгосрочным стратегиям, построенным на прогнозировании возможных вариантов исхода ситуации, на умении создавать и использовать опережающее отражение действительности, связанное с опережающей, ускоренной подготовкой к будущим возможным изменениям операционной среды.

Опережающее отражение при разработке стратегии ГВ – это перспективное видение развития военного конфликта, основанное на четко выстроенной последовательности действий, которые следует выполнить для того, чтобы достигнуть поставленной цели.

Физиологи и философы установили, что живые организмы на основе экстраполяции опыта выработает способность в той или иной мере моделировать будущее, и дали такой способности название «опережающее отражение». Утверждается, что «…само возникновение жизни, по-видимому, было бы невозможно без опережающего отражения, позволяющего заблаговременно принимать решения для приспособления к окружающей обстановке с целью сохранения биосистемы»^[54].

В военном деле наличие опережающего отражения – способности умозрительного синтеза будущего, то есть моделирования вероятных исходов задуманных, зародившихся или уже развивающихся военнополитических ситуаций, создает предпосылки для формирования наступательных и оборонительных стратегий и выбора наиболее эффективных и целесообразных форм и способов воздействия на противника.

Например, с учетом фактора опережающего отражения в стратегиях гибридной войны США И НАТО против России основной удар наносится по национальному самосознанию страны, ее самоидентификации, по сознанию народа и в целом по национальной культурномировоззренческой сфере.

Фактор опережающего отражения вероятных военно-политических ситуаций является системообразующим для всего комплекса законов ГВ и планирования военного конфликта.

К законам ГВ как нового вида межгосударственного противоборства относятся:

• закон формирования СЗ как театра ГВ;

• закон отрицания факта ведения ГВ;

• закон многосферного сдерживания;

• закон скрытности применения против противника комплекса ГУ;

• закон использования продажных местных элит в качестве важного инструмента ослабления и развала государства;

• закон всеобъемлющего охвата территории государства при проведении операций ГВ, включая космическое и киберпространство;

• закон опережающего отражения при разработке стратегии ГВ, основанном на перспективном видении развития военного конфликта;

• закон приоритетности операций по оказанию когнитивного разрушительного воздействия на сознание и психику людей, использования технологий цветной революции в качестве катализатора операций ГВ с целью манипуляций сознанием людей и ускорения развала государства;

• закон специфичности развития военной техносферы гибридного военного конфликта.

Законы отражают относительную новизну феномена ГВ, стратегия которой строится на способности противника синхронизировать по месту, времени, видам и интенсивности использование рукотворных ГУ против уязвимостей государства-жертвы на всей его территории. Синхронизация осуществляется с учётом нелинейного характера ГВ и во взаимодействии с современными технологиями информационнопсихологического и кибернетического воздействия.

Научный анализ феномена ГВ как скрытого и не имеющего определённого статуса конфликта, обладающего сложной внутренней структурой, протекающего в виде интегрированного противостояния, осложнён тем, что его более широкое развитие в практике противоборства происходит в условиях форсированной трансформации миропорядка. Обострение межгосударственной борьбы и, соответственно, появление новых – гибридных – форм противоборства во многом обусловлены разворачивающейся сегодня технологической революцией, которая протекает во взаимосвязи с научно-техническим и социальным прогрессом.

СЗ как театр ГВ представляет собой стратегическое пространство в пределах которого международная система переформатируется под правила нового миропорядка. В СЗ изменению подлежат нормативно-правовые положения, институты, национальные интересы и приоритеты государств. Действия в СЗ воплощают одну из версий американских стратегий сдерживания посредством отрицания и доктрины принуждения, построенных на современных технологиях ГВ. Такие операции позволяют конкурировать с государствами находясь ниже порога обычной войны и ниже порога того, что может вызвать международную реакцию. Отсюда и термин «серая зона» как промежуточная среда между черным и белым, войной и миром. СЗ представляет собой театр ГВ, а именно, среду скрытого противоборства государственных и негосударственных образований, осуществляемого на грани международного вооружённого конфликта, но не переходящего данную грань.

Отрицание факта ведения ГВ рассчитано на недопущение эскалации противоборства до уровня, на котором станет возможным вмешательство ООН на основе резолюции «Об агрессии» от 14 декабря 1974 г., введение в действие статьи 4 Организации договора о коллективной безопасности (далее – ОДКБ) или статьи 5 Договора о коллективной обороне НАТО, а также развитие конфликта, способное вызвать жесткие меры реагирования, такие как ужесточение экономических санкций. Исторически одним и первых примеров создания СЗ и ее дальнейшего использования стали действия Вашингтона на Балканах в начале 90-х гг. прошлого века, когда была разрушена СФРЮ, а территории ее бывших республик превратились в объекты военнополитических манипуляций в интересах США и консолидированного Запада в целом. В течение нескольких десятков лет США занимаются превращением территории Украины в СЗ и плацдарм агрессии против России и Белоруссии и театр всевозможных провокаций, совместно с НАТО осуществляют военное освоение страны.

ГУ направлены на незащищённые или слабозащищённые элементы политической, экономической, информационной и иной инфраструктуры государства, а также его военной организации и вынуждают военно-политическое руководство конкретной страны в случае кризиса идти на серьёзные уступки, а в случае войны или вооружённого конфликта предопределяют высокую вероятность поражения этой страны. С учётом факторов уязвимости выбор государства – мишени гибридной агрессии обусловлен совокупностью следующих стратегических детерминант:

• проведение руководством страны независимой внешней политики, направленной на безусловную защиту суверенитета и национальных интересов, противостояние попыткам формирования однополярного мира;

• наличие на территории государства ценных природных ресурсов;

• расположение страны на маршрутах поставки энергетических ресурсов и важных транспортных коммуникаций;

• стратегическое положение страны как удобного плацдарма для агрессии против её соседей;

• факторы нестабильности внутриполитической ситуации, связанные с противостоянием властных элит, коррупцией, социальноэкономическими, этническими, религиозными противоречиями, демографическими и некоторыми другими проблемами и пр.

Перечисленные детерминанты имеют сугубо общий характер и при анализе стратегии гибридного вооружённого конфликта используются как системообразующие в ГВ, которая в своём практическом воплощении представляет собой синхронизированное задействование спектра ГУ как инструментов воздействия на конкретные «болевые точки» отдельной страны. Изнурение жертвы предполагает широкий замысел действий, включающих привлечение воинских и иррегулярных формирований одновременно с проведением в рамках единого замысла и плана операций по хаотизации административно-политической, финансово-экономической, культурно-мировоззренческой сферы, подрыва военной безопасности.

Закон всеобъемлющего охвата территории государства при проведении операций ГВ, включая космическое и киберпространство отражает специфику стратегии этого вида конфликта, построенной на координированном использовании страной-агрессором многочисленных видов (инструментов) насилия, нацеленных на уязвимые места страны-мишени с охватом всего спектра социальных функций для достижения синергетического эффекта и под чинения противника своей воле.

Таким образом, границы СЗ как театра ГВ способны охватить не только географически определенный район мира в границах одного государства, но и зоны ответственности организаций обеспечения международной безопасности (НАТО, ОДКБ, Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (далее – ОБСЕ) и др.), обширные районы действий террористических организаций.

Закон приоритета операций по оказанию когнитивного воздействия отражает беспрецедентные возможности подрывных информационно-психологических операций ГВ, направленных на установление контроля над сознанием людей и последующего манипулирования их поведением. Появление концепции КВ привносит на современное поле боя третье важное боевое измерение. К физическому и информационному измерениям теперь добавляется когнитивное. Это создает новое пространство противоборства, выходящее за рамки сухопутных, морских, воздушных, кибернетических и пространственных областей, которые уже интегрированы в стратегии современных военных конфликтов.

Закон специфичности развития военной техносферы ГВ как новой формы межгосударственного противоборства и инструмента стратегического неядерного сдерживания не требует разработки каких-либо новых систем оружия и военной техники и строит свою стратегию в СЗ на использовании имеющихся средств. Закон отражает особенности технологического соперничества в СЗ в военной техносфере и охватывает несколько взаимосвязанных направлений борьбы, важнейшими из которых является киберпространство, технологии ИИ, использование БПЛА, космические системы мониторинга земной поверхности, радио– и радиотехническую разведку, а также информационно-психологическую (когнитивную) войну, стратегия которой построена на использовании информационно-коммуникационных технологий для достижения геополитических целей противоборствующих сторон.

В обозримом будущем операции информационно-психологического (когнитивного) воздействия с использованием цифровых технологий будут естественным инструментом военно-политического руководства западных государств в борьбе за доминирование на мировой арене, признаки этого налицо. Нарастающая актуальность ГВ делает такой вид межгосударственного геополитического противоборства одной из наиболее острых угроз для национальной безопасности России.

Принципы гибридной войны

Следует выделить ряд принципов, имеющих важную роль в повышении качества взаимодействия в гибридных военных конфликтах. Это:

• принцип полноты учета факторов, обусловливающих возможности противника, в том числе стратегической культуры государства, узких и уязвимых мест, оружия, форм и способов проведения военных операций;

• принцип полноты учета вопросов взаимодействия в документах планирования операций, обеспечения оперативности подготовки документов, их доступности для понимания;

• принцип непрерывности взаимного информирования об обстановке;

• принцип непрерывного контроля за выполнением задач на исполнительском уровне, оказания содействия в организации взаимодействия;

• принцип скрытности;

• принцип устойчивого, гибкого и непрерывного управления операциями;

• принцип ведения непрерывной разведки противника и оперативного доведения ее результатов до заинтересованных сил и средств;

• принцип упреждения действий противника;

• принцип прогнозирования развития обстановки и гибкой адаптации собственных действий к изменениям.

На различных этапах ГВ значимость и содержание определенных принципов могут изменяться в зависимости от остроты противоборства, использования инновационных приёмов борьбы, появления новых союзников или распада существовавших коалиций, трансформации военной техносферы. Непреходящими являются научные принципы, представляющие собой основу теории взаимодействия в ГВ: системный подход, предвидение и нацеленность на перспективу, адаптация и постоянное совершенствование форм и способов взаимодействия.

В общем случае принципы гибридной войны включают международно-правовые, национальные организационно-правовые принципы и военные принципы.

С учетом того, что ГВ как новая форма межгосударственного противоборства пока не получила международно-правового обоснования, в частности, не подпадает под понятие «агрессия» Устава ООН, принципы в этом виде военного конфликта следует объединить в две группы: национальные организационно-правовые принципы, а также военные принципы и пути их реализации (табл. 1.1).

Таблица 1.1

Принципы ГВ

Понятие «гибридная война» отсутствует в основополагающих документах РФ: Законе об обороне, СНБ, Военной доктрине. Как представляется, в этих и некоторых других документах должно содержаться указание на ГВ как особый вид межгосударственного противоборства, что повлечет за собой появление ряда других документов, определяющих задачи государства по организации всестороннего отпора гибридной агрессии, включая создание межведомственного органа руководства, развертывание специфических сил и средств, взаимодействие с союзниками и партнерами, работу с организациями обеспечения международной безопасности, подготовку кадров. В упомянутой ранее работе Е.Г. Анисимова, А.А. Селиванова и С.В. Чваркова убедительно показано, что гибридная война должна стать важнейшей частью предметной теории и практики «высшей стратегии» как категории более высокого и многопланового уровня, нежели военная стратегия. Высшая стратегия призвана стать высшим, систематизирующим и организующим звеном теории и практики государственного и военного управления при решении военных и невоенных задач обеспечения национальной безопасности.

«Высшая стратегия» должна научно обосновать ведение предупредительных, сдерживающих, принуждающих, наступательных, защитных военных и невоенных мер в условиях обстановки «условного мира», её обострения, межгосударственных и внутренних кризисных ситуаций, а также при противодействии гибридной агрессии и отражении прямого военного вторжения противника^[55].

Одновременно должна быть чётко определена ответственность органов государственной власти на всех уровнях за подготовку страны и ВС к отражению гибридной агрессии.

Наряду с военно-силовыми способами обеспечения национальной безопасности и определяющей роли военной мощи в современных условиях заметно возрастает роль несиловых способов ведения противоборства.

Важную роль в повышении эффективности взаимодействия играет принцип полноты учета и анализа возможностей своих и противника, который применительно к своим возможностям в решающей степени зависит от качества межведомственного взаимодействия, а в том, что касается противника – от разведки всех видов.

Соблюдение принципа полноты и доступности для понимания исполнителями документов по взаимодействию, своевременное доведение их на все уровни управления операциями ГВ требует детальной заблаговременной разработки документов и указаний. Крайне важным является согласование действий всех сил и средств по всем вариантам выполнения боевых задач. Успех операций ГВ прямо зависит от взаимной осведомленности об обстановке, о военно-политической ситуации, в условиях которой развиваются операции.

Успех совместных действий при проведении операций гибридной войны прямо зависит от взаимной осведомленности об обстановке и условиях, в которых решаются совместные задачи. Поэтому крайне важно на всех этапах подготовки и ведения гибридной войны неукоснительно соблюдать принцип непрерывности взаимного информирования об обстановке.

Ведение разведки, мониторинг обстановки и непрерывный контроль за выполнением совместных задач позволяет сосредоточить усилия взаимодействующих сил и средств на главном направлении, своевременно осуществлять маневр силами и средствами, прогнозировать развитие событий и принимать рациональные решения.

Принцип упреждения действий противника на этапах подготовки и ведения ГВ неразрывно связан с принципами ведения непрерывной разведки противника, оперативного доведения ее результатов до заинтересованных сил и средств, прогнозирования развития обстановки и гибкой адаптации собственных действий к ее изменениям. Соблюдение принципов упреждения и прогнозирования обстановки является непременным условием для обоснования целесообразности проведения превентивных стратегических ударов по противнику при условии получения от разведки гарантированно достоверных сведений о его неминуемой агрессии. Особое значение принцип упреждения имеет в условиях проведения противником подготовительных мероприятий при подготовке КВ (создание сети подрывных НПО, развертывание антиправительственной кампании, дискредитации правящих элит страны – жертвы гибридной агрессии, проведение дезинформационных операций, активизация пятой колонны и т. п.).

Как представляется, пренебрежение принципом упреждения сыграло роковую роль в событиях на Украине, когда противнику удалось захватить инициативу и навязать проведение в стране комплекса мероприятий по подготовке и проведению цветной революции, государственного переворота, что в конечном итоге привело к гражданской войне.

В то же время соблюдение принципа упреждения и ведение непрерывной разведки сыграло решающую роль при подготовке и проведению успешной операции по присоединению Крыма.

Принципы единства взглядов различных руководящих инстанций на содержание, роль и место взаимодействия и единоначалия неразрывно связаны с законом взаимодействия всех сил и средств ГВ на основе единого замысла и плана. Важно, чтобы командиры всех степеней знали боевые возможности и способы применения сил и средств своих и противника, понимали природу ГВ и особенности проводимых операций. Следует распределить задачи между взаимодействующими разнородными силами и средствами, разделить функции между различными звеньями управления и внутри них среди должностных лиц на основе единой цели взаимодействия и установленного порядка ее достижения.

Принципы соблюдения скрытности при подготовке наступательных или оборонительных операций ГВ, оперативности и устойчивости управления отражают требования законов скрытности применения против противника комплекса ГУ и взаимодействия всех сил и средств ГВ на основе единого замысла и плана.

Поэтому одним из основных принципов взаимодействия в ГВ является единоначалие, важность которого обусловлена выщокой динамичностью, напряженностью и сложностью подготовки наступательных и оборонительных операций, большим числом взаимодействующих разнородных сил и средств. В этих условиях руководящая инстанция, принимая решение, определяет общие и частные задачи взаимодействующим силам и средствам, указывает способы их выполнения. На оперативном и тактическом уровнях также принимаются решения, детализирующие указания вышестоящей инстанции.

Соблюдение принципов скрытности при подготовке и ведении операций ГВ, всестороннего их обеспечения и устойчивого управления позволит избежать срыва проводимых мероприятий и дезорганизации действий своих сил и средств со стороны противника, достичь внезапности нанесения ему мощных ударов в различных сферах противоборства.

В приведенный перечень включены те из них, боблюдение которых требуется во всех операциях ГВ. Перечень не является законченным и может изменяться в зависимости от трансформации форм и способов противоборства.

1.4. ФАКТОРЫ ГИБРИДНОЙ ВОЙНЫ

На повышение роли взаимодействия в военных конфликтах современности оказывает влияние совокупность военно-политических, военно-технических и социально-экономических факторов.

В основе нынешних стратегических концепций США и НАТО лежит стремление превзойти вероятных противников во всем: в стратегической мобильности, прежде всего, на Атлантическом, Тихоокеанском и Европейском ТВД; в информационной и кибернетической войне; в искусстве использования стратегий «жесткой и мягкой силы»; в техническом оснащении армии новыми современными видами оружия; гибкости организационной структуры войсковых (флотских) формирований; повышении боевой готовности стратегических группировок на удаленных ТВД; широком внедрении в управление войсками (силами) автоматизированных, компьютеризированных систем; военном использовании космоса; возможностей по совершению всеохватывающего маневра на земле и по воздуху; всестороннем обеспечении операций. Весь комплекс предпринимаемых усилий базируется на тщательном учете и использовании важнейших факторов войны: временного, пространственного и фактора внезапности. Фактор стратегической мобильности тесно связан с группой указанных факторов.

Задача правильного учета особенностей взаимодействия, взаимовлияния и синергетики факторов времени, пространства и внезапности занимает особое место в стратегии и контрстратегии ГВ.

К числу военно-политических факторов следует отнести:

1) сохранение роли ЯО как средства стратегического ядерного сдерживания и инструмента обеспечения стратегической и политической стабильности;

2) склонность стран, обладающих ЯО, к применению военной силы и другим нарушениям норм международного права за счет использования различных гибридных технологий в том числе и в районах, географически удаленных от их национальной территории;

3) расширение спектра стратегий сдерживания: при сохранении решающей роли стратегического ядерного и неядерного сдерживания, широкое использование в современных военных конфликтах получают доктрины принуждения, сдерживания посредством отрицания, сдерживания неопределенностью;

4) появление международных террористических организаций, использующих для реализации своих политических целей «неклассические» способы насилия;

5) порожденную глобализацией зависимость национальных экономик от складывающейся мировой экономики;

6) расширенное использование технологий информационно-психологической войны, нацеленных на создание условий для манипуляций сознанием населением государства жертвы гибридной агрессии^[56];

7) формирование СЗ как театров ГВ в межгосударственном противостоянии, появление новых сфер борьбы в ГВ – в космосе и киберпространстве, в когнитивной сфере^[57];

8) воздействие групп постоянных и переменных факторов.

В группу постоянных (или относительно медленно меняющихся) факторов следует включить: стержень геополитики – принцип географической предопределенности – «географических детерминант», а также состав участников конфликта, установившиеся между ними связи, сложившиеся организационные механизмы взаимодействия, иерархию отношений. Факторы способствуют формированию относительно устойчивых системных структур, взаимодействие между которыми определяет стратегию конфликта в условиях резко повысившейся взаимозависимости мира.

Переменные факторы связаны с воздействием на конфликт вызовов, рисков, опасностей и угроз, часть из которых носит трудно предсказуемый характер и может возникать внезапно.

Фактор времени

«Время на войне дороже всего», – говорил А.В. Суворов. Если во времена Суворова и до середины прошлого века стратегия оперировала при планировании военных действий в основном годами, то теперь – месяцами, неделями, а нередко и секундами.

Учет фактора времени приобретает решающее значение во всех сферах межгосударственного противостояния. Политолог А.В. Кортунов справедливо подчеркивает, что сегодня политики и военные отмечают, что линии между войной и миром стали размытыми. Существенное ослабление международно-правой системы, основанной на правилах, усугубляется своеобразной милитаризацией почти всего: экономики и торговли; политики и дипломатии, информационной и кибернетической сфер, космоса.

Происходит кардинальная смена парадигмы мировой политики, в ткань которой все более активно проникает война со своей логикой, с особой ментальностью, со своими принципами и приоритетами. В результате классическая формула К. Клаузевица в наши дни могла бы звучать в зеркальном варианте: «Политика есть продолжение войны иными средствами».

Применительно к конфликтам современности с фактором времени связано определение таких основополагающих элементов стратегии ГВ, как ее начало, продолжительность, определение кульминационной точки победы, выбор мер по «ускорению» войны. Особое место в этом перечне принадлежит искусству синхронизации использования ГУ по их виду, времени и очередности применения, интенсивности, а также географии использования угроз. При разработке контрстратегии важно правильно определить сроки ответных и превентивных мероприятий во всех сферах прогнозируемого воздействия противника, включая приведение ВС и других государственных структур в соответствующие степени готовности, усиление разведки, а также решение многих других задач по противодействию агрессии, в основе которой лежит стратегия изнурения.

Фактор времени является важным мерилом эффективности действий разведки как наступающей, так и обороняющейся стороны при проведении анализа данных с целью вскрытия тенденций развития стратегии / контрстратегии ГВ, эволюции форм и способов ведения не силовых и силовых действий. На стратегическом уровне учет временного фактора является необходимым условием проведения качественного анализа, стратегического прогнозирования и планирования хода и исхода «гибридного противостояния», определения требуемых ресурсов с учетом опыта прошлого, оперативного рассмотрения изменений текущей военно-политической обстановки на ТДГВ. Особого внимания требует задача оценки влияния событий на состояние системы обеспечения национальной и глобальной безопасности, прогноза развития в будущем. С фактором времени в существенной мере связано влияние других факторов ГВ, таких как трение и износ, ускорение и взаимообращение войны и некоторых других.

Управляемый хаос как инструмент ускорения войны

В контексте изучения влияния стратегического фактора времени на ход и исход ГВ следует ввести понятие «ускорение войны», под которым следует понимать связанную единым замыслом резкую активизацию действий, направленную на подрыв и хаотизацию обстановки в противостоящем государстве, развал армии и государственной власти. Операции по ускорению войны могут проводиться как государством-агрессором, так и государством – жертвой агрессии каждым в своих целях.

Это может быть применение новых смертоносных видов оружия, как, например, атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки ВС США 6 и 9 августа 1945 г. с целью ускорить капитуляцию Японии (вопрос о целесообразности использования смертоносного оружия массового поражения с пагубными последствиями для нескольких поколений японцев остается открытым). Ускорителем войны может служить смерть крупных политиков или военачальников, организация масштабных волнений в крупных городах, как это было, например, накануне выхода России из Первой мировой войны, успешные пропагандистские акции среди войск противника и др.

Мощным ускорителем операций ГВ, своеобразным ее катализатором, служит цветная революция, построенная на использовании технологий управляемого хаоса. Цветная революция предусматривает создание искусственно манипулируемой толпы, которая используется в качестве тарана для слома государственных властных структур, осуществления государственного переворота с последующим переводом страны-жертвы под внешнее управление.

Одним из первых разрушительную роль хаоса осознал Л.Д. Троцкий, революционный деятель XX в., идеолог троцкизма как одного из течений марксизма, один из организаторов Октябрьской революции 1917 г., один из создателей Красной армии.

По его мнению, «восстание – это не искусство, а машина». Чтобы завести ее, нужны специалисты-техники. И остановить ее смогут только инженеры, понимающие «технико-бюрократическо-военную машину государства: изъяны, бреши, слабые места. Необязательно провоцировать забастовку. Чудовищный хаос, который царит в Петрограде, – это посильнее забастовки. Это хаос, парализующий государство, мешающий правительству принять меры против восстания». «Раз не можем опереться на забастовку, давайте опираться на хаос», – формулировал он задачи. Восстание не нуждается в благоприятных условиях, обобщал Троцкий в дальнейшем, нужны ударные военные части и техники: отряды вооруженных людей под командованием инженеров.

Таким образом, использование технологий цветной революции позволяет придать мощный импульс ускорения процессам разрушения государства в ходе ГВ за счет искусственно создаваемой хаотизации обстановки в столице и некоторых других крупных городах. Изучение тактики применения социально-политических технологий для ускоренной хаотизации ключевых сфер управления коллективной деятельностью людей представляет собой крайне актуальную задачу в условиях ведущейся против России ГВ.