![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-interesah-gosudarstva.-vozvyshenie-si-385062.jpg)
Текст книги "В интересах государства. Возвышение (СИ)"
Автор книги: Алекс Хай
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)
И лишь после того, как тело потребовало кофе, я понял, что был в порядке. Даже получилось встать и дойти до сестринской комнатки.
“Ну здравствуй, Михаил Николаевич. Вижу, очнулся”.
Я дернулся и едва не выронил чашку с обжигающе горячим напитком от внезапно установившегося ментального канала. Ушибленная голова тут же взорвалась лютой болью, а к горлу подкатила тошнота.
“Если ты не один, делай вид, что ничего не происходит”, – предупредил меня голос. – “Мы с тобой еще не закончили”.
Шувалов. Это был голос Шувалова.
“Что тебе нужно?” – коротко спросил я и отошел подальше от людей.
“При иных обстоятельствах я бы попытался тебя убить, но мы с тобой еще можем быть друг другу полезны”.
“С чего мне тебе помогать?”
“Например, с того, что ты очень любишь свою сестру и наверняка захочешь увидеть ее снова”, – улыбнулся в моей голове бежавший граф. – “Живой и невредимой”.
Глава 37
У меня внутри словно все оборвалось.
“Только посмей ее тронуть, урод!” – рявкнул я не только ментально, но и вслух. Лишь обеспокоенный взгляд медсестры, высунувшейся на шум, заставил меня обуздать эмоции. – “Только попробуй!”
“Не беспокойся, Михаил Николаевич. Ее жизни ничего не будет угрожать, если ты включишь мозги и станешь вести себя хорошо”.
“Чего ты хочешь?”
“Встретимся – обозначу”, – отрезал Шувалов. – “Спасская пристань к западу от Воронцовой дачи. Через час. И помни, что, в отличие от тебя, Ольга не может похвастаться силой. Придешь не один – ей конец”.
Беглец мгновенно оборвал ментальный канал, и я остался в тишине – с чашкой уже ненужного кофе, раскалывающейся головой и липким потом на спине.
Только не Ольга. Только не сестра. Внутри меня кипел гнев, но и страха было достаточно. Под ложечкой противно засосало, а из легких внезапно исчез весь воздух.
Нельзя поддаваться панике. Хотя и прорабатывать план времени тоже не было. Чтобы оказаться возле Воронцовой дачи через час, требовалось выезжать немедленно.
Дерьмо. Хреновый путь выбрал Шувалов для начала сотрудничества через угрозу моей сестрице. Но чтобы добраться до него и прикончить голыми руками, сперва требовалось прибыть вовремя.
Как и был – в больничной пижаме и мягких резиновых тапочках, я добрался до своей палаты и прихватил те немногие вещи, что передали сотрудники Отделения – ключи от Вити, паспорт и бумажник. Витю отогнали к больнице, памятуя о моей привычке сбегать из лечебниц раньше срока.
Отведя глаза медсестрам, я пробрался на улицу и отыскал автомобиль. Теперь предстояло решить самое главное – сообщать Корфу или нет. С одной стороны, рисковать жизнью Ольги я не хотел. С другой – подстраховка мне все же была нужна.
Первым делом я попытался связаться с Серегой. Он должен был быть вместе с Олей. Я специально настоял на том, чтобы сестра оказалась в его обществе – Сереге можно было доверять. Да только кто знал, что его отец был замешан в делах Аспиды?
– Дерьмо! – Я с отчаянием треснул кулаком по рулю.
Серега не отвечал. До него даже нельзя было дотянуться ментально. Словно парень был либо под очень надежным и плотным куполом, либо без сознания, либо… Нет, он все-таки бессмертный. Даже если умер, то воскреснет, Иисус хренов.
До Корфа и Бестужева дозваться тоже не вышло – оба, очевидно, были на допросе. А когда сотрудники работали, чаще всего ставили ментальные блоки на внешнюю связь. Да и дело, к тому же, было ночью.
Оставалось совсем немного вариантов.
“Аня!” – позвал я, особо не надеясь получить ответ. Все же девчонке тоже досталось. – “Аня, отзовись!”
“Если всему миру не угрожает опасность, то пошел в жопу”, – сонно ответила Грасс. – “Соколов, я тебя очень ценю и даже в какой-то степени люблю, но, черт возьми, до утра ждать не может?”
“Нет. Мне нужен твой шеф. Попроси его связаться со мной. Немедленно”.
“А говна на лопате?” – огрызнулась девушка.
“Шувалов похитил Олю. Мою Олю”.
Пара секунд молчания – и ментальные интонации Грасс изменились.
“Будь готов в течение пяти минут. Он сам с тобой свяжется”.
Я тем временем уже завел мотор и выехал к воротам. Сонный сторож попытался что-то возразить, но заткнулся и нажал на кнопку, когда я молча сунул ему рубль. Видимо, в этот момент мою рожу так перекосило, что лучше было не связываться.
“Здравствуй, Михаил”, – голос Радаманта – такой же хрипловатый и скрипучий, раздался в моей голове. – “Анна сказала, ты меня ищешь”.
“Мне нужна помощь”.
“Почему ты решил, что я намерен тебе помогать? Мы не друзья, Михаил”.
И никогда ими не будем. И все же общие интересы способны сплотить даже вчерашних злейших врагов. Пусть и на время.
“Потому что причина моей проблемы – член Аспиды”, – ответил я. – “Беглец, но, увы, не Юсупов. И он угрожает моей сестре”.
“И чего ты хочешь от меня?” – с интересом спросил Радамант. – “Чтобы я убрал Шувалова?”
“Подстраховки. Я хочу спасти сестру. Шувалов – ваш. Если мне не изменяет память, ты хотел избавиться от всех аспидовцев. Если это намерение еще актуально, записывай адрес. Он назначил мне встречу на общественной пристани возле Воронцовой дачи. Через час”.
Радаманта это, казалось, даже забавляло. Ну конечно, Миша Соколов, который столько раз хотел послать этого косоликого подальше, теперь сам приполз и молил о помощи.
“Думаешь, он заманивает тебя в ловушку?” – спросил Радамант.
“Это очевидно. Если он убьет меня сейчас, может восстановить свою репутацию в Аспиде. Или как минимум избавится от человека, который многовато о нем знает. В его интересах, чтобы я пошел на корм рыбам. А в ваших – чтобы рыб кормить отправился Шувалов. Решай, Радамант”, – сказал я и оборвал связь.
Оставалось надеяться на то, что я его зацепил. Можно сказать, я преподнесу ему одного из заговорщиков на блюдечке. Детей мне с Шуваловым не крестить, так что пусть развлекается как хочет. Только сперва я верну Олю.
Жать на педали в резиновых тапках было неудобно, зато ночной город был свободен. Одна беда – я как раз попал на время разводки мостов. Что хорошо туристу, то петропольцу – смерть.
– Да что ж такое!
Я двинул дальше по набережной до Южного моста – высокого новодела, который не требовалось разводить – корабли проходили под ним. Этот маневр стоил мне дополнительных двадцати минут, и остаток дороги до Воронцовой дачи пришлось гнать.
Наконец впереди показался нужный указатель. Я проехал чуть дальше и свернул к Спасской пристани. Здесь располагался публичный парк, а местные жители ставили на прикол свои посудины.
Пристань была пуста. Время близилось к рассвету – горизонт понемногу светлел, наливаясь бледными красками. Легкий ветер поднимал слабую рябь на заливе.
Я увидел Шувалова издалека – он в одиночестве стоял возле перил и, казалось, тоже меня заметил. Выбравшись из автомобиля, я направился прямиком к беглецу.
– Один? – Громко спросил он.
– Как договаривались. Где Ольга?
– В безопасности. Сперва поговорим, я сделаю тебе выгодное предложение, и, если ты его примешь, то сможешь ее забрать.
Я усмехнулся.
– А почему бы мне сейчас просто не вскрыть тебе башку и вытащить из нее информацию о том, где она?
Шувалов рассмеялся. Нервно. Наигранно.
– Потому что ты слаб, Соколов. Ты растратил все резервы и не мог восстановиться за неполную ночь. Уж поверь, я знаю, насколько тяжело копить силу после того, как выдашь ее всю без остатка.
– Ты не знаешь, что я потратил всю.
– Не смеши, Михаил Николаевич. Будь ты в силе, то наколдовал бы кучу щитов, призвал “Берегиню” и наверняка с самого начала начал бы разговор с позиции силы. Но нет, ты сейчас стоишь передо мной – слабый, усталый, едва на ногах держишься. Единственное, что заставило тебя выползти из больничной палаты – это сестра. На то и был расчет.
– Тогда откровенничай до конца, – осклабился я. – На кой хрен ты меня вытащил из теплой постельки? Убить хочешь или что?
– Убить я тебя хочу, но сейчас от живого Соколова пользы больше. Помоги мне бежать.
А ведь Шувалов и правда готовился к побегу – в руках молодого графа была дорожная сумка, да и сам он был одет непривычно скромно, если не сказать дешево. Словно собирался затеряться в толпе.
– Что, боишься, что поджарят за бегство?
– Ты знаешь, что они могут.
– Тогда проси защиты у Отделения. Пойди на сделку – с тебя показания и информация, от Корфа – помощь. Ну, лежанка на нарах помягче, колодки по размеру…
– Не в том ты положении, чтобы ерничать, – огрызнулся Шувалов. – Впрочем, и у меня выбора мало. На каторгу я не хочу – не протяну там долго. И бегу я не от ищеек, а от Аспиды. Того, кто занимал высокое положение в кружке, бивать не станут. Будут пытаться освободить всеми средствами. А от таких, как я, избавятся. Поэтому я хочу убраться быстрее, чем они отреагируют. И даже готов предложить тебе подарок. Считай это знаком моей доброй воли.
– Что за подарок?
– Информация. Я скажу тебе то, за что меня убьют. И даже если они это сделают, я буду знать, что все равно подложил им свинью.
– Не очень ты лоялен к своим патронам, – улыбнулся я.
– С чего мне хранить им верность? Они обманули меня с самого начала. Обманом втянули в эту игру и сделали пешкой. Когда я это понял, было слишком поздно – я влез в эту гадость по самые уши. Назад пути уже не было.
– Тогда если хочешь нагадить напоследок, говори.
– Моего дядю и его семью убили с подстрекательства Аспиды. Прямых доказательств нет. Но еще когда я был в Швейцарии, два года назад, со мной встречалась графиня Строганова. Отдыхала на водах и нанесла визит. Я тогда не понял, к чему были ее вопросы о моих планах на будущее, на возвращение в Россию… Но когда я стал наследником, она была первой, кто нанес мне визит. Мне намекнули, что мое внезапное возвышение не обошлось без сторонней помощи. Я стал от них зависеть. Мне поручали задания – и я их выполнял. И именно Строганова знала о помолвке с Ирэн фон Штофф.
Интересно складывалось дело. Не могла ли Строганова знать об истинном происхождении Ирки? Если так, то Аспида могла формировать свои матримониальные планы. Понять бы только, зачем.
– Более того, я уверен, что вся тряска родов, что случилась за последние полтора года, было делом рук Аспиды. Они умело избавлялись от неугодных, несговорчивых и нелояльных их идеям глав родов.
– Ну, тут не только аспидовцы постарались, – справедливо заметил я. – Радикальные группы надеждинцев тоже отличились.
– А откуда они получали точную информацию? – вспыхнул Шувалов. – Откуда знали, где, когда и по кому бить? Даже мой дядя… У него была охрана, он сам был одаренным, как и вся его семья. Нет, Соколов, все это было грамотно подстроено. Аспида уже давно вела свою работу.
Я молча пялился на воду и мерно покачивавшиеся лодки. Нет, с такими знаниями и предположениями нельзя было давать ему уходить. Следовало взять Шувалова под белы рученьки и сопроводить в Петропавловку на интересный разговор с Корфом. Потому что не мог Шувалов додуматься до такой теории заговора на пустом месте. Значит, были звоночки, косвенные улики, ниточки…
– Нельзя тебе сейчас уезжать, – сказал я. – Хочешь нагадить – сотрудничай. Возможно, даже получится выбить для тебя особые условия за вклад в дело.
– Ты не понимаешь. Вы все не понимаете! – взволнованно крикнул Шувалов. – Если останусь, я не жилец, Михаил. Мне известно, что ты сотрудник Отделения. Я знаю, что ты под крылом у Корфа и старшей Штофф. Но даже с твоим влиянием, даже если представить, что ты встанешь на мою сторону и попытаешься меня защитить, ничего не выйдет. Я слишком много выяснил. Я и дня не протяну, если не покину Россию.
– Думаешь, тебя не найдут за границей? – кисло улыбнулся я. – Твоя любимая Швейцария, конечно, не выдает преступников, даже политических. Но, думаешь, Аспиду это остановит? Если они настолько могущественны, что смогли обезглавить столько семей и поставить своих марионеток, то, поверь, от тебя быстро не останется мокрого места.
Шувалов рассеянно пожал плечами.
– В Европе у меня гораздо больше шансов затеряться. Кроме того, дальнейшее – это уже мои проблемы. Я лишь прошу тебя, нет, требую, чтобы в обмен на всю эту информацию ты помог мне покинуть страну.
– Ты хочешь, чтобы я тебя охранял? Или сделал тебе фальшивый паспорт? Конкретнее, Семен Павлович! Силушки, как ты сам сказал, у меня нет…
– Прикрой мне путь к отступлению, – тараторил Шувалов. – У меня был запасной вариант, я все продумал. В Таллине, в порту, у меня есть подвязки. Все уже устроено и куплено. Я смогу добраться морем до Киля, а оттуда уже отправлюсь… Впрочем, не имеет значения, что дальше. Просто помоги мне добраться до Таллина.
Я потихоньку начал кое-что смекать.
Не зря, ох не зря Шувалов назначил мне встречу именно здесь. На этом побережье, где аристократия любила отдыхать и ходить на катерах да яхтах по Балтике, могли найтись суда, способные доставить нас в Таллин. Я-то думал, что Шувалов захочет от меня помощи в проходе через сухопутную границу.
Только беда в том, что я ни черта не смыслил в морских походах. Не знал, как управляться с катерами и яхтами. Черт возьми, да я бы и с надувной лодкой-то с трудом справился.
Но Оля и Серега как раз сегодня были в море. Значит, воронцовская яхта уж точно на ходу. Неужели Шувалов решил отжать судно бывшего сообщника по заговору?
– Где Ольга и Сергей? – я шагнул к беглецу, и тот вскинул руку в предупредительном жесте.
– Ни шагу дальше, пока мы не договорились, – сказал он. – Они в порядке. Но отыскать ты их сможешь после того, как поклянешься и дашь слово дворянина, что мне поможешь. Без клятвы сделки не будет.
Ах он сволочь. Подкованный, зараза. Что ж, сейчас я могу дать ему уйти. Но это не помешает мне потом передать всю информацию сотрудникам отделения и объявить на него настоящую европейскую охоту. Сейчас безопасность Ольги была важнее.
– Хорошо, – наконец согласился я. – Даю слово дворянина, что не стану на тебя покушаться, пока ты не доберешься до Таллина.
Шувалов мрачно усмехнулся.
– Меня не устраивает такая формулировка. Дай слово, что поможешь мне.
– Козел ты, Семен Палыч, – вздохнул я. – Даю слово, что помогу тебе бежать из Петрополя и не трону до самого Таллина, пока ты не сгинешь с глаз моих.
Аспидовец кивнул.
– Так уже лучше. Как только мы доберемся, я скажу тебе, где твои сестра и друг. К слову, клянусь, что ни один волос не упал с головы Ольги Николаевны. Я сейчас думаю только о себе, но все же и у меня есть принципы.
– Благодарности не дождешься, – огрызнулся я. – Не будем медлить. Морем или сушей?
Шувалов воровато огляделся по сторонам и крепче вцепился в дорожный саквояж. Действительно, предусмотрительный товарищ. Даже эвакуационную сумочку припас. Значит, предполагал, что все могло пойти наперекосяк.
– Я боюсь не столько Аспиды, сколько того, кто ею управляет, – тихо сказал он и шагнул мне навстречу. – Думаешь, главным был Юсупов?
– Мне-то откуда знать? Мне известно лишь, что он смог уйти.
– Смог. Но он – организатор. Юсупов координировал действия кружка. Занимался, так сказать, операционной деятельностью. Но идея… сам замысел принадлежал не ему.
Я недоверчиво уставился на Шувалова.
– Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, есть кто-то еще выше?
– Я ничего не смогу доказать. У меня нет документов, свидетельств… да и не позволят. И даже если я просто назову имя, это…
Он не договорил. Внезапно Шувалов захрипел, выронил саквояж и схватился обеими руками за горло. Я ощутил мощнейший импульс силы – прямо здесь, в этом самом месте. Родовуха внутри меня вздыбилась, как напуганный конь, и я инстинктивно отшатнулся.
Изо рта Шувалова хлынула кровь, из глаз потекли розовые слезы, из носа тоже полило…
– Эй! – Только и успел сказать я, когда беглец рухнул на песок.
– П… Поздно… – булькая, прошептал Шувалов и упал плашмя.
Я мгновенно окружил себя слабым сиянием “Берегини” – свечение заклинания было совсем бледным. Сил сейчас не хватило бы и на пару хороших “Колобков”.
– Я не причиню тебе вреда, Михаил, – хрипло сказали у меня за спиной.
Я обернулся. Как? Как, черт возьми, он умудрился подкрасться так близко?
Радамант приподнял шляпу в приветственном жесте. Полы плаща развевались на ветру, и он медленно шагнул ко мне. Все такой же, как и всегда – до чертиков загадочный и с обезображенным лицом.
– Благодарю за помощь в уничтожении еще одной аспидовской твари, – криво улыбнулся он. – Признаюсь, не ожидал такого подарка.
Я растерянно смотрел на мертвого Шувалова и с трудом заставил себя поднять глаза на Радаманта.
– Что ты наделал?!
Глава 38
– Что ты, мать твою, наделал?! – взревел я и бросился на косоликого.
Но тут же напоролся на прозрачный барьер. Невидимая преграда мягко, даже бережно, оттолкнула меня назад.
Радамант воздел руки в примирительном жесте.
– Остынь, юноша, – спокойно проговорил он и поправил сбитую ветром шляпу. – Давай без резких движений. В твоем нынешнем состоянии это будет смотреться жалко.
Да насрать мне было, как все это могло смотреться!
– Ты идиот! – прошипел я. – Он единственный знал, где Ольга! А теперь, когда ты его завалил, как мне ее искать?
Радамант, впрочем, даже не сделал вид, что сожалел о своей преждевременной мести.
– Он начал заговаривать тебе зубы. Ты согласился на сотрудничество. С ним! – Он презрительно плюнул себе под ноги. – Об этом мы не договаривались.
– О том, что ты его вот так завалишь, мы тоже не договаривались!
Твою мать. Нашел помощника на свою беду. Балда ты, Миха. А ведь чуяла моя пятая точка, что с надеждинцами надо держать ухо востро. Но я не ожидал подобного от Радаманта. От Аньки Грасс – да, вполне. Она ведь тогда завалила предателя Афанасьева и бровью не повела. Но я надеялся, что Радамант покажет себя более прозорливым.
И зря надеялся.
Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо! Мало того что поиски сестры здорово усложнились, так еще Шувалов не успел рассказать, что успел накопать на Аспиду. Не нравилось мне то, что он смог рассказать перед смертью. Ох, не нравилось… И если учитывать, что Юсупов бежал, а над ним был кто-то еще…
Короче, рановато расслабляться. Да, на маскараде мы взяли многих важных аспидовцев, но не отрубили главную голову этой гидры. А это означало, что вскоре могли вырасти новые. И вычислить их теперь будет еще сложнее.
Я не был уверен, что Шувалов говорил правду. Но молодой граф точно был напуган и прекрасно понимал, что проживет недолго. На его месте, осознавая свои высокие шансы не встретить следующий год, я бы, пожалуй, и правда решился навалить своим будущим убийцам самую большую и вонючую кучу под дверь. Но то я. А что было в голове у Шувалова, я точно сказать не мог.
– Мы договаривались, что я тебя подстрахую и получу в качестве платы за услугу голову аспидовца, – голос Радаманта заставил меня отвлечься от судорожных размышлений. – Я тебя подстраховал. Ты обеспечил мне аспидовца. Все честно. О том, что я должен помогать тебе спасать сестру, речи не было.
– Ну ты и говнюк, Радамант.
Косоликий усмехнулся.
– Боюсь, это не новость. Как бы то ни было, я благодарен за наводку. Одной проблемой меньше. А что до твоей сестрицы… – он взглянул на море, где на горизонте под лучами восходящего солнца красовалась небольшая яхта. Судно явно держало курс на берег. – Полагаю, она либо в усадьбе Воронцовых, либо на том кораблике. Причем я ставлю на кораблик.
Он закурил и облокотился о перила причала, задумчиво глядя на горизонт. Залив успокоился, ветер стих, и окружающий пейзаж казался почти идиллическим. Кабы не распластанное на деревянном настиле тело графа Шувалова.
Пару минут мы стояли молча. Я все так же безуспешно пытался докричаться до Корфа и Бестужева – глухо, как в танке. Ищейки явно работали под мощным куполом.
– Ладно, дальше ты сам разберешься, – сказал Радамант и бросил недокуренную папиросу в песок. – Бывайте, ваше сиятельство.
Он развернулся, снова поправил шляпу и неторопливо направился в сторону дороги. Я подавил порыв броситься за ним. Зачем он мне теперь? Мертвецу в голову не залезет, ничего толком не считает, если только в нем случайно не откроются таланты психометриста. А меня сейчас куда сильнее заботили поиски Ольги, нежели расспросы об Ордене Надежды.
Я пригляделся к яхте. Красивая посудина, и шла точнехонько к частному причалу во владениях Воронцовых. Что ж, даже если это не та яхта, я мог попытаться что-нибудь выяснить. Оля уезжала сюда и должна была остаться здесь на ночевку. А у меня, как у ее брата, были основания требовать информацию от слуг в любое время дня и ночи.
Этим и воспользуюсь.
Стараясь идти не по песку, а по дощатому настилу, я поспешил в сторону Воронцовой дачи. Благо здесь было совсем рядом – общественный причал утыкался в территорию князя восточной частью. Добравшись до ограждения, я не стал перелезать, а направился к воротам. Пришлось пройти с добрый километр, и только когда я оказался перед заветной оградой, вспомнил, в каком виде сюда приехал.
В больничной полосатой пижаме и резиновых, блин, тапочках. Эксцентричненько.
Что ж, по крайней мере местные слуги знали меня в лицо. А что до нестандартного вида – так слуг годами дрючили сохранять невозмутимость в любой ситуации.
Я нажал на кнопку звонка, и через несколько мгновений из сторожки вылез взъерошенный, но отчаянно бодрившийся охранник.
– Чего тебе?
– Михаил Николаевич Соколов, сын графа Соколова. Требую информацию о местонахождении моей сестры Ольги Николаевны.
С каждым моим словом сна в глазах охранника оставалось все меньше.
– Эмм… Пардон, ваше сиятельство. Не признал вас в… Очень по-домашнему выглядите. Случилось чего?
– Отвечай, где моя сестра, – прошипел я сквозь решетку. – Иначе, богом клянусь, ограду расплавлю так, что металл тебе ботинки прожжет.
– Момент!
Ничего не понимающий охранник заскочил в свою сторожку. Я услышал звуки телефонных гудков, где-то вдали раздалась трель звонка. Охранник кратко описал ситуацию и, видимо, получил разрешение меня впустить. Я нетерпеливо барабанил озябшими пальцами по решетке.
– Прошу, ваше сиятельство, – он открыл передо мной калитку и тут же запер, едва я протиснулся на территорию Воронцовых. – Дело вот какое… Не серчайте, но сестрицы вашей в усадьбе сейчас нет…
– Об этом я уже догадался, – хмуро кивнул я. – Где она? Где Сергей Андреевич?
– Эх… Давайте я лучше провожу вас к Евгению Васильевичу. Он точно в курсе, что да как. А то сейчас скажу чего-нибудь неправильно и навлеку гнев… А, поздно. Вот и он сам.
В усадебных окнах уже потихоньку загорался свет – многие слуги вставали до рассвета, чтобы успеть все приготовить к новому дню господ. А в загородной усадьбе дел хватало.
Со стороны хозяйственного крыла к нам спешила одинокая фигура – мужчина зябко кутался в куртку и, старательно избегая ступать на покрытую росой траву, семенил к нам.
– Евгений Васильевич! – поприветствовал охранник и указал на меня с легким поклоном. – Вот, их сиятельства волнуются за нашу гостью… Аж лично прибыли…
Мужчина еще не успел одеться в ливрею и предстал передо мной в чуть менее домашнем виде. Скользнув по моей пижаме кратким взглядом, он поклонился.
– Ваше сиятельство, прощения просим, что не доложили об изменении планов. Вчера Сергей Андреевич и Ольга Николаевна отбыли на прогулку. Намеревались вернуться к позднему ужину. Однако вечером нам передали по радио, что господа изменили планы и решили зайти на Сескар и заночевать там, а утром вернуться домой. Вот… Сами ждем. С берега доложили, что совсем скоро причалят. Только вот вернулись они раньше срока…
И я понимал, почему. Возможно, князю удалось связаться с Серегой и сообщить о произошедшем. Или не князь, а кто-то другой связался. Как бы то ни было, сейчас, пока старший Воронцов сидит в допросной на Петропавловке, формальным главой рода становится именно Сергей. И, разумеется, он на всех парах понесся в Петрополь, едва получил новости.
– Мне нужно их встретить, – заявил я. – У меня есть срочные новости для Сергея Андреевича. Проводите меня к пристани немедленно.
Евгений Васильевич достал рацию и вызвал какого-то Федора. Через несколько минут к нам подъехала небольшая машинка, похожая на помесь гольф-кара и УАЗика.
– Забирайтесь, ваше сиятельство, – пригласил Евгений Васильевич. – Причал далеко, если идти через парк. Так будет быстрее.
– Спасибо, – кивнул я и залез на пассажирское сидение.
Безмолвный водитель Федор притопил как на настоящем сафари – машинка быстро свернула с основной дороги и понеслась проселками. Подпрыгивая на каждой кочке, я едва не отбил зад, но через пять минут мы оказались возле пристани. Красотка-яхта как раз швартовалась. Я прочитал выведенное красивым витиеватым почерком имя судна – “Анна-Мария”.
Я кивнул водителю в знак благодарности и отошел подальше, позволяя персоналу работать. Еще через пару минут по лесенке спустились Серега и Ольга. Оба выглядели уставшими, но взбудораженными.
– Доброе утро, – хмуро поприветствовал я.
Глаза Ольги расширились до формы монет.
– Миша? Что ты здесь… Господи, ты в пижаме! Что стряслось?
А стряслось то, что Шувалов меня обманул. Не брал он никого в плен – разве что выяснил у Воронцова-старшего, что Серега с Ольгой отправились на морскую прогулку. И ловко воспользовался этой информацией, чтобы вытащить меня на встречу.
С одной стороны, я был рад, что все это время сестра была в безопасности. С другой – неприятно было чувствовать себя обманутым. С другой стороны, Шувалову это не помогло, спасибо Радаманту.
– Сергей, нужно поговорить наедине, – сказал я не терпящим возражений тоном.
Друг хмуро кивнул. Видимо, кое-какие новости все же успели до него долететь. Ольга, явно ничего не понимавшая, осталась возле лесенки. Я же отвел Серегу в сторону.
– Ты уже знаешь?
– О чем именно? Что отца задержали?
– Знаешь, выходит, – вздохнул я. – Кто тебе сказал?
– Связались из Тайного отделения. Сообщили, что отец задержан. Приказали быть в Петрополе и ждать новостей. Потому мы и двинули домой среди ночи. Только легли спать, как меня разбудил этот… Бездушин? Бесстужий?
– Бестужев, – поправил я. – Все верно. Он среди тех, кто занимается вопросом. Больше тебе ничего не сообщили?
Серега покачал головой. На его смазливом лице отчетливо читалась растерянность.
– Миша, я не понимаю… И почему ты здесь?
– Позже расскажу. Случайно вышло. Короче, Серега, у тебя проблемы. Вернее, не у тебя, а у твоего отца. Но, сам понимаешь, это наложит тень и на твою репутацию.
– Да что случилось?! – друг заорал так, что все люди на пристани обернулись в нашу сторону.
Я дернул его за руку.
– Тихо! Пока – тихо. Прости, что узнаешь это вот так, но лучше от меня, чем от ищеек. Твой отец – один из членов Темной Аспиды. Его и остальных членов кружка взяли под стражу при обсуждении заговора о провокации в Сенате. Сейчас он в Отделении на допросе.
Сергей слушал меня, явно не веря ни единому моему слову.
– Нет… – он растерянно замотал головой. – Быть не может…
– Боюсь, это правда. Я участвовал в операции по задержанию. И сам не ожидал увидеть его среди заговорщиков.
– Нет! Это полный бред! Он бы никогда…
– Тихо! – я сжал его руку со всей силы. – Держи лицо, Сергей. Сейчас не время для слабости. Ты понимаешь, что все это означает?
Младший Воронцов, казалось, вообще ничего не слышал. Он тупо пялился в одну точку где-то за моей спиной, в остекленевших глазах читался ступор.
– Да чтоб тебя… – я врезал ему пощечину. – Соберись! Ты наследник! Веди себя как наследник!
Удар подействовал эффективнее слов. Серега дернулся, но его взгляд обрел осмысленность.
– Поклянись, что это правда.
– Слово дворянина. Сам видел. К сожалению, больше, чем хотелось.
Лицо Воронцова ожесточилось, но он смог обуздать эмоции и лишь коротко мне кивнул.
– Ольга, Михаил, прошу вас быть моими гостями этим утром, – сухо обратился он к нам с сестрой. – И мне срочно нужно сделать несколько звонков поверенным нашей семьи.
***
За последние сутки я освоил искусство сна во всех мыслимых и немыслимых позах и обстоятельствах – по-другому прикорнуть просто не было времени. Зато теперь я начал понимать Корфа. Полагаю, вредный характер и некоторую грубость усугубил хронический недосып в сочетании с конскими дозами кофеина.
Потому что к концу следующего дня я сам ненавидел все и всех и был готов убить за возможность поспать на горизонтальной поверхности.
Но хрен мне.
Сначала мы с Ольгой помогали Сереге разобраться с его статусом, пока князь пребывал в заключении. Часть вопросов от имени старшего Воронцова могли решать поверенные, а что-то было доверено самому Сергею. И парень чуть пальцы не переломал о телефонный диск, пока выяснял, что к чему.
Параллельно я смог достучаться до Бестужева и сообщить о трупе Шувалова. Через час на берегу уже орудовала бригада, а меня вызвали на ковер. Егорушка привез из Ириновки нормальные вещи для меня и забрал Ольгу домой.
А я отправился на Петропавловку.
И теперь, после пятой чашки самого дерьмового кофе в мире, я был готов убивать голыми руками.
– Еще раз, – Бестужев ходил кругами по кабинету, непроницаемый купол вибрировал инфразвуком, мои глаза слипались. – Зачем ты обратился за помощью именно к Радаманту?
– Еще раз объясняю, – устало ответил я. – Затем, что моей сестре угрожал беглый аспидовец, а вы были заняты. У меня, знаете ли, нет корочки и права командовать всеми вашими дознавателями! Я вообще у вас в штате числюсь номинально! Решал проблему как мог.
Бестужев наконец-то перестал кружить и уселся за стол напротив меня.
– Мне доложили, что ты очень живо интересовался жизнью этого Шувалова. Подноготную искал. Даже заказал одному журналисту расследование… Это, знаешь ли, вызывает вопросы. Я должен понять, кого убивали – аспидовца или личного врага.
Я обхватил голову руками. Господи, когда это закончится? Радамант, сучий он потрох, умудрился ко всему прочему крепко меня подставить.
– Шувалов мне с самого начала не понравился. Да еще он начал лезть в дела моей семьи. Нужно было перестраховаться и понять, что он за фрукт, поэтому я обратился к Андрюшину в частном порядке. И да, я просто не мог убить его сам таким способом. После того, что случилось на маскараде, я пуст. И Шувалов это откуда-то знал, раз решил встретиться со мной наедине. А Радамант воспользовался ситуацией и утолил жажду мести. Он ведь предупреждал, что будет убивать каждого аспидовца.
– И ты заручился его поддержкой, зная об этом, – скорее утверждал, чем спрашивал, Бестужев.
– Да. Потому что другого варианта в тот момент я не видел. Мне нужно было спасать сестру.
– Которая оказалась вне опасности.
– Я этого не знал. Тогда – не знал. И не мог связаться с Сергеем Воронцовым – он установил блок. У них там, оказывается, был романтик Сескарском маяке.
Бестужев придвинул к себе пепельницу и вытащил из пачки последнюю сигарету.