![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-interesah-gosudarstva.-vozvyshenie-si-385062.jpg)
Текст книги "В интересах государства. Возвышение (СИ)"
Автор книги: Алекс Хай
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)
Егорушка побежал к входной двери. Судя по тому, из прихожей доносились звуки короткой беседы и какой-то шелест, видимо, это был не гость, а посыльный.
Через минуту лакей ввалился в столовую, неся на вытянутых руках что-то невообразимо монструозное по своим масштабам. Кажется, это была корзина. С цветами. А еще с фруктами, бутылками вина, конфетами и черт знает чем еще. А венчала всю устрашающую композицию небольшая карточка.
– Боюсь спрашивать, от кого это.
Егорушка с трудом дошел до стола и водрузил подарок перед нами. Затем изящным жестом взял карточку и передал отцу.
– Князь Воронцов благодарит нас за изумительную форель, – прочитал записку отче. – Выражает надежду на дальнейшее сотрудничество и поздравляет Ольгу с первым балом. Здесь две подписи. Отца и сына.
Я с суеверным ужасом глядел на корзину. Да уж, эффектно поблагодарили, ничего не скажешь… И что-то мне подсказывало, что идея принадлежала вовсе не старшему Воронцову. Больно уж Серега впечатлился знакомством с моей сестрицей.
Надо бы ему ухи подергать за такие пафосные жесты. Ольгу такое проявление внимания может скорее напугать. Да и вообще сейчас как-то не до Серегиных терзаний…
Отец вернул карточку на место и театрально вздохнул.
– Да уж. А мы с тобой копейки считаем.
Я улыбнулся.
– Ну, могут себе позволить. Главное – рыба им понравилась, а это значит, что у нас могут появиться новые влиятельные клиенты. Больше заказчиков – больше денег. Больше денег – больше хозяйство. Больше хозяйство – больше денег…
– И не поспоришь, – улыбнулся отец. – Вот теперь действительно можно праздновать победу. Нас не сломили, и мы выдержали удар. Все мы.
– Именно. Нужно что-то посерьезнее, чтобы нас свалить. Кстати, отец, у нашей семьи есть враги? Не сплетники и спесивцы, а самые настоящие враги.
Поздновато я задал этот вопрос, но раньше как-то и в голову не приходило, а тут беседа сама к этому подвела. Одно дело – моя таинственная Аспида – ну это я сам нарвался. Но может были и другие игроки, о которых я ничего не знал?
Отец покачал головой.
– Вряд ли, Михаил. Когда наш род пребывал в зените славы, были завистники. И немало. Но после того, как мы утратили Осколок, когда все скандалы улеглись, большинство аристократических семейств попросту вычеркнули наш род из своих списков. Никто не объявлял нас врагами и не требовал поднять на вилы. Просто… О нас постарались поскорее забыть.
– И ни с кем конфликтов не было? – настаивал я.
– К счастью, нет. Твоя дуэль с Константином Денисовым – первый скандал едва ли не за сотню лет. Как ты понимаешь, воевать с кем-либо нам тоже невыгодно.
Особенно теперь, когда к семейным связям потихоньку прибавлялись товарно-денежные отношения. Бизнес с клиентами не воюет.
– Ясно, – почти что разочарованно отозвался я. Экие мы примерные, оказывается. Впрочем, возможно именно это стало залогом сохранения мощной родовой силы.
Я потянулся было за печеньем, когда на втором этаже затопали, зашумели, начали галдеть. Мы с отцом подняли глаза наверх.
– Что у вас там? – крикнул я.
Ефросинья, любезно согласившаяся помочь Ольге со сборами, спустилась на несколько ступенек и свесилась с перил.
– Ох, ваши сиятельства, мы наконец-то закончили.
Отец взглянул на каминные часы.
– И вовремя. Прибыть во дворец нужно к восемнадцати.
Фрося кивнула и нервно заломила руки.
– Вы готовы увидеть нашу дебютантку?
– Еще бы!
Мастерица побежала наверх. Послышались медленные шаги, сдавленная ругань, шипение, охи, вздохи…
И наконец по лестнице начало выплывать… Привидение? Сперва я подумал, что у меня резко помутнело в глазах, но, присмотревшись, понял, что видел не Каспера, а это Ольгу замотали в белую ткань, словно статую перед официальным открытием. Видать, Ефросинья разошлась и решила устроить нам настоящую презентацию.
Отрабатывала каждую копейку, к ее чести.
– Господа, представляю вам итог нашей работы…
Резким, но отточенным движением модистка сдернула с Ольги ткань.
Не знаю, на какую реакцию рассчитывала Ефросинья, но у меня она получилась бурной.
Мы с отцом переглянулись, и на лицах обоих застыло выражение полного шока.
– Доченька, милая… – осторожно начал Патриарх, но я его перебил.
Мне было не до деликатностей.
– Оля, черт возьми, ты действительно собираешься поехать к императору В ЭТОМ?!
Глава 18
Я ни черта не смыслил в моде. Не знал, какие фасоны принято носить этим летом, чтобы не прослыть отставшим от жизни. Понятия не имел, какой длины и пышности юбки были в почете на балах.
Но несмотря на все это я точно понимал, что наряд Ольги можно было назвать, по меньшей мере, провокационным.
– Ну и ну… – выдохнул отец и с присущей ему деликатностью продолжил. – Оленька, душа моя, не слишком ли это смело для первого бала?
Я пялился на наряд, и в моей голове одновременно роилось множество мыслей. Во-первых, фигура у моей сестренки, оказывается, стала почти что полноценной женской. Обычно Оля носила вещи свободного кроя – всякие удобные костюмы, ботинки на низком каблуке. А тут… Быстро, однако, растут наши младшие сестренки.
– Михаил, как тебе? – улыбнулась она.
Платье плотно обтягивало ее формы, но каким-то парадоксальным образом это не выглядело вызывающе. Верх платья сестры представлял собой жесткий корсет, обшитый несколькими слоями какой-то необычной полупрозрачной ткани. Корсет плавно переходил в длинную, до пола юбку – плотно обтягивающую бедра и расширявшуюся чуть выше колена. Сперва мне показалось, что в таком платье будет сложно не то что танцевать, а и шаг лишний сделать, но вот Оля начала двигаться, спустилась на одну ступеньку, другую – и это явно далось ей очень легко.
Но сам фасон платья не был каким-то уж необычным. Весь эффект создавался декором. Снизу вверх поднимался градиент из блесток, напоминающих рыбью чешую – ткань была расшита ими так плотно, что казалось, то была и не ткань вовсе. При каждом движении складки наряда двигались и сверкали, переливаясь всеми оттенками. И чем выше, тем меньше становилось блесток. Верх платья состоял из сложной конструкции в виде полупрозрачной сетки, и издалека казалось, что платье держится на Ольге само по себе.
И самая важная и провокационная деталь – шлейфа у юбки не было, зато от талии через одно плечо тянулась почти черная лента, напоминавшая рыбацкую сеть. Переброшенная за спину, она расширялась и превращалась не то в плащ, не то в шлейф. И в этом была главная ироничная деталь – Ольга сделала отсылку не только на рыбный бизнес, но и на черную перевязь нашего герба, желая продемонстрировать, что не стыдилась ни того, ни другого.
Что ж, она была права. Это мне понравилось.
Удивительно, как Фрося смогла собрать столько разных элементов и деталей, создать из них элегантный и не пошлый ансамбль, но при этом ее работа обещала стать по-настоящему яркой и свежей. Все же умела баронесса находить таланты.
– Выглядишь как русалка, – справившись с первым шоком, ответил я. – А это платье точно подойдет под требования? На балу же дресс-код…
– Не стоит волноваться, ваше сиятельство, – ответила за сестру Ефросинья. – Весь образ выполнен строго в соответствии с требованиями к бальным нарядам. Ни единый элемент не противоречит рекомендациям. Поверьте, я профессионал и отлично знаю свое дело. Тем более я бы не стала рисковать первым выходом Ольги Николаевны.
А моя сестрица внезапно оказалась настоящей бунтаркой! Было в этом наряде что-то от образа Анны Грасс. Не эта ее готика и подведенные черным глазами, а, скорее, мятежный дух и желание выделяться из толпы себе подобных, оставаясь в рамках.
Мы с отцом переглянулись, и я коротко кивнул на его вопросительный взгляд. Пусть едет так. В конце концов, Ольга сама этого захотела, а уж я прослежу за реакцией общественности и смогу оградить ее от излишнего внимания.
Сестра широко улыбнулась и, словно наслаждаясь нашей растерянностью, принялась медленно спускаться. Чешуя на платье переливалась, плащ-сеть покачивался и искрился за ее спиной. К такому наряду не нужны были ни украшения, ни сложные прически – и Фрося подобрала для Оли изящные сапфировые серьги из фамильной шкатулки – под цвет глаз, а прическу сделала в греческом стиле.
– Михаил, ты еще не одет подобающе, – пожурила сестра и кивнула наверх. – Бегом собираться!
***
В этот раз мне пришлось уступить место водителя одному из наших слуг. Ольга настояла, чтобы я не вел сам, да и мероприятие обещало быть насыщенным не только танцами, но и игристыми винами.
К моему удивлению, сейчас сестра была спокойна. Словно она и та девчонка, что боялась лишний раз вздохнуть на приеме у Шуваловых, были разными людьми. Может Фрося провела с ней воспитательную работу, объяснила особенности этикета и поведения? Или же Оля, справившись с настоящими взрослыми трудностями, уже не боялась столичных родовитых зубоскалов?
Как бы то ни было, сейчас она была безмятежна и царственна и теперь напоминала мне даже не русалку, а владычицу морскую. Кажется, моя сестренка и правда слишком быстро повзрослела.
Начищенный до блеска Витя остановился на подъезде к территории Екатерининского дворца. Пришлось потолкаться в очереди, и наверняка это была самая дорогая очередь в империи, если не во всем мире. Перед воротами один за другим останавливались и ждали своего часа автомобили баснословной ценности – эксклюзивные модели, редчайшие ретро-экземпляры, новейшие концепты, еще не пущенные в массовое производство. Если для дам такой бал был поводом пощеголять фамильными драгоценностями и нарядами, то для мужчин интерес был и в этом автомобильном параде.
Когда очередь дошла до нас, к моей двери подошел слуга в ливрее императорского дома. Я опустил окно и протянул приглашение.
– Доброго дня, ваши… – он всего на секунду скользнул взглядом по приглашению, – сиятельства. От имени императорской фамилии счастливы принимать вас, Ольга Николаевна, среди дебютанток бала. Михаил Николаевич, вы являетесь сопровождающим ее сиятельства?
– Верно, – кивнул я. – Сегодня я приглядываю за сестрицей.
Слуга кивнул своему коллеге, стоявшему с планшетом чуть поодаль, а затем вернул мне приглашения.
– Должен напомнить, что применение артефактов, Благодати и… родовой силы запрещено на территории Екатерининского дворца и всего парка. В целях безопасности, разумеется. Допускается лишь применение артефактов для поддержания здоровья, однако их надлежит зарегистрировать. У вас есть при себе подобные?
Мы с Ольгой синхронно покачали головами.
– Нет, мы без артефактов.
– Благодарю и желаю прекрасного отдыха, – улыбнулся служащий и взмахом руки разрешил нам проезд.
Шлагбаум поднялся, и мы медленно заехали на территорию парка, и Ольга ахнула от восхищения. Хотя нам еще предстояло проедать добрые три сотни метров, высившийся Екатерининский дворец даже отсюда производил величественное впечатление.
Занятно, что я чувствовал себя здесь куда свободнее – еще в старом мире несколько раз ездил на экскурсию в Пушкин и Павловск. Однажды нашей учительнице даже удалось выбить билеты в знаменитую Янтарную комнату – восстановленную после похищения во время Великой Отечественной.
Но даже у меня немного захватило дух: ведь в этом мире не было Великой войны. Не было трагедий и разрушений, что она принесла с собой. И все, что я видел сейчас, в этом мире дошло до моих современников в первозданном виде.
– Ты знаешь, что этот дворец стал императорской резиденцией только при Елизавете Петровне? – Сказала Ольга. – Каждый следующий правитель немного перестраивал его под себя, добавлял новые корпуса, церкви, галереи и сады. А еще в восемнадцатом веке все декоративные деревья для садов покупались за границей. Но больше всего на облик дворца, конечно, повлияло правление Екатерины Великой.
– Тебе бы экскурсии водить, – усмехнулся я. – Никогда здесь не была, а знаешь о дворце все.
– Интересно, а у нас будет возможность посетить Пейзажный парк? Там есть несколько памятников Большой войне. Кагульский обелиск, Чесменская колонна, Малая Ростральная колонна, Башня-руина…
– Давай сперва представимся их императорским величествам. Не забывай, у тебя сегодня важная миссия – не опозориться как дебютантке.
Сестра повернулась ко мне и наградила меня теплой уверенной улыбкой.
– Все будет хорошо, Миш.
– Удивительно слышать это от тебя в таких обстоятельствах. Тебя что, заколдовали?
– Нет. Просто Ефросинья долго меня готовила и очень много рассказала о том, как там все происходит. На самом деле ничего сложного. А не боюсь я потому, что мы все сделали правильно, хорошо подготовились, да и ты со мной. Ты всегда меня защитишь, Миша. Я это знаю.
Черт возьми, а приятно было это слышать!
Мы подъехали с северной стороны – мимо Китайской деревни, Ротонды и Крестового моста. Шофер остановился напротив Золотых ворот – парадного входа на территорию дворца. Сейчас они были приглашающе распахнуты настежь.
Я вышел первым, обошел автомобиль и открыл перед Ольгой дверь. Закутанная в длинную темную накидку, она ступила туфельками на дорожку. Я отпустил водителя и подал сестре руку.
Не успели мы сделать и пары шагов, как к нам тут же подлетели императорские слуги.
– Господа! Позвольте взглянуть на ваши приглашения!
Процедура повторилась – нас отметили, вернули бумажки, а затем провели краткий инструктаж и рассказали о программе вечера. Мероприятие обещало быть насыщенным: приветственный коктейль, затем открытие бала и речь императора, представление дебютанток, а затем… Во дворце – танцы, в саду – прогулки и фуршет. В парке у прудов – концерт императорского оркестра. И судя по количеству гостей, уединиться не получится.
– Добро пожаловать в Летнюю резиденцию Их Императорских Величеств! – Отпустил нас служащий, и мы с Ольгой прошли через Золотые ворота.
– Боже мой, какая красота, – не уставала восхищаться сестра. – Ты только погляди, Миша! Нужно быть истинным гением, чтобы создать все это!
Сам Большой дворец располагался между парадным двором, ограниченным полукруглыми одноэтажными корпусами, и обширным парком. Бело-голубое с позолотой здание было сильно вытянуто, множество украшений фасада не делали его скучным. Пройдя по широкой дорожке до входа, мы оказались возле лестницы.
Здесь нас встретили поклонами, бокалами шампанского и звуками музыки. Дворец словно светился – из множества окон лился золотой свет, с галерей доносились смех и болтовня.
– Ну что, идем? – спросил я у замешкавшейся сестры. – Готова явись себя свету?
На лице Ольги промелькнула растерянность, но она быстро взяла себя в руки.
– Готова, – уверенно кивнула она и подставила плечи, чтобы я снял накидку.
Я улыбнулся, одним ловким движением сорвал темную ткань и бросил на руки подоспевшему лакею.
Платье сестры ослепительно вспыхнуло в свете хрустальных люстр, и оказавшиеся в одном с нами зале гости ахнули.
– Ну, теперь готовься приковывать взгляды, – сказал я на ухо сестре. – И да, выглядишь великолепно.
– Для того я и выбрала этот наряд. Я хочу, чтобы о нас снова заговорили.
Я повел ее дальше во дворец, показывая комнаты и залы, которые Ольга до этого видела лишь на открытках да фотографиях. Бесконечные анфилады – зала за залой, гостиная за гостиной были застелены паркетом из ценного дерева с перламутровой инкрустацией.
Под разнообразными потолками – расписными, лепными, зеркальными искрились причудливые люстры. Колонны блистали сибирским и уральским мрамором, мозаики из цветных камней и янтарей вкраплены в стены, покрытые шелком и гобеленами. Словом, это была роскошь, которую трудно представить, пока не увидишь своими глазами.
Ольга выпила бокал клюквенного лимонада – я запретил ей пить шампанское до танцев. Я же опрокинул пару фужеров игристого для спокойствия и повел сестру ближе к Большому залу – там должен был выступать император, там же императорской чете должны были представить дебютанток. И танцы тоже должны были начаться там.
Стоило нам войти в Большой зал, как к нам тут же поспешила молодая женщина в форменном платье и с бантом императрицы на груди. Либо фрейлина, либо ее помощница, – догадался я. У доверенных дам ее величества были особая форма одежды и знаки отличия – ордена, банты, розетки.
– Ваши сиятельства, – присела в реверансе фрейлина. – Михаил Николаевич, Ольга Николаевна… Позвольте представиться. Графиня Виктория Дмитриевна Строганова, младшая фрейлина ее величества.
Мы поприветствовали женщину со всем церемониалом.
– Сегодня очень важный день для вашей сестрицы, Михаил Николаевич, – многозначительно улыбнулась дама. – Позволите мне украсть ее ненадолго, чтобы подготовить к выходу?
– Разумеется, ваше сиятельство, – кивнул я и вложил руку в сестры в ладонь фрейлины. – Желаю удачи.
Дамы удалились в один из сопряженных залов, а я остался в Большом зале и огляделся по сторонам. От обилия золота, хрусталя и зеркал рябило в глазах. Зато среди гостей я все же смог рассмотреть знакомые лица – вот отец и сын Воронцовы, окруженные группой разряженных и украшенных орденами дворян. Они не заметили меня, и я решил поприветствовать их позже.
Прогулявшись дальше, я увидел Марианну Перовскую – стерва-красотка из польского рода облачилась в темно-синее, почти черное, платье, а вокруг нее ворковали девицы чуть моложе. Причем все бегали вокруг нее так, словно были не аристократками, а служанками.
– Здравствуй, Михаил!
Я обернулся и увидел Денисова. Константин подал мне руку, и я сдержанно ее пожал. Неплохой ход – заявить о том, что конфликт был улажен, на глазах у всей знати.
– Рад видеть в добром здравии, – сказал я. – Как голова?
Денисов задрал рукав фрака и показал тонкий серебряный браслет.
– Воспользовался твоей рекомендацией и обзавелся артефактом. Действительно стало гораздо легче. Хотя бы спать стал как нормальный человек. Еще раз хотел поблагодарить за помощь и извиниться за то, что вел себя как сволочь.
– Нет проблем, – улыбнулся я. – Когда-то мы с тобой если и не стали друзьями, но смогли нормально общаться и даже работали вместе. Будет замечательно, если эти времена вернутся.
– К слову о том, чтобы поработать вместе. Здесь дела обсуждать не хочется. Но как ты смотришь на то, чтобы на следующей неделе пообедать вместе? В городе открылся новый греческий ресторан. Позволишь угостить тебя мезе?
А вот это было неожиданно. Или к Денисову возвращалась его упертость? Я догадывался, что однокурсник хотел заручиться моей помощью в поисках того, кто опять чуть не сломал ему голову.
– Конечно, – отозвался я. – Выбирай дату и время.
– Свяжусь с тобой на днях. Приятного вечера.
Раскланявшись, мы разошлись по разным сторонам, но до меня доносились удивленные шепотки.
– Ты видел? Соколов и Денисов… Они жали друг другу руки…
– Может и не было дуэли?
– Вроде Соколов ранил противника…
– Да что вообще здесь делает Соколов?!
Вся эта болтовня почему-то лишь поднимала мне настроение. Видимо, настолько уже привык, что не обращал внимания. Да и сегодня в игру официально вступит еще один наш козырь – Ольга Николаевна Соколова. И вы, господа хорошие, будете ей кланяться и восхищаться ею как миленькие.
– Миша!
Что-то яркое почти что влетело в меня и внезапно растроилось. От неожиданности я едва не выронил бокал и, проморгавшись, понял, что цветные пятна оказались тройняшками Сперанскими.
– О боже. Ребята! – они полезли обниматься, наплевав на все приличия. И чуть не задушили меня в объятиях. – Эй, осторожнее! Раздавите!
Когда приступ радости закончился, все трое отстранились.
– Коля, Боря, Поля, не представляете, как я рад вас видеть. Особенно вместе и здесь, – широко улыбнулся я.
Поля и Боря смущенно кивнули. А их сестричка, надо отдать должное, похорошела. Вытянулась, обросла мясцом и выпуклостями, начала красиво одеваться и причесываться. Да и Боря не выглядел несчастным. Видимо, ребята не особенно жалели, что не прошли в Аудиториум.
Я перехватил официанта и взял шампанского для друзей.
– Рассказывайте, чем живете, – велел я, раздавая напитки. – Про этого лекаря я все знаю. А вы что-то затаились…
– Я пошел в военное училище. Выбрал Пажеский корпус, там есть направление на боевую подготовку в Аудиториуме после выпуска, – сказал Боря. – Как по мне, это даже лучше.
– Нравится?
– Ну, не без дедовщины, конечно… Но это интересная школа жизни.
– Значит, пошел по классике: наследник в Аудиториуме, ты – военным станешь… А Поля?
Братья переглянулись и насмешливо ткнули сестру под бок.
– Поля у нас заделалась мастерицей, – хохотнул Боря. – Пошла в школу искусств.
Я удивленно уставился на девушку.
– Ты же хотела стать артефактором…
– Я им и стала, – улыбнулась девушка. – Совмещаю ювелирное дело и артефакторию. Делаю драгоценности, которые позволяют влиять на облик владельцев и не только. Пока что учусь работе с металлами и обработке камней.
– Ух ты, – искренне восхитился я. – Значит, со временем станешь втридорога продавать колечки, которые сделают уродин красотками?
– Не совсем так. Все же возможности Благодати ограничены. Но кое-какие интересные идеи у меня есть…
Поля хотела сказать что-то еще, но нашу болтовню заглушили трубы.
– Речь! – шепнул Коля. – Давайте подойдем поближе. Я хочу разглядеть всех дебютанток!