![](/files/books/160/oblozhka-knigi-v-interesah-gosudarstva.-vozvyshenie-si-385062.jpg)
Текст книги "В интересах государства. Возвышение (СИ)"
Автор книги: Алекс Хай
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)
– А теперь последний штрих, Михаил Николаевич, – Циклоп поднес ко мне пару крылатых сандалий. – Погодите, надевать рано. Сперва я покажу вам конструкцию и объясню, что делать.
Я спрыгнул со стула и склонился над изделием.
– Что припрятали?
– Часть вашего задания, – сухим и безэмоциональным тоном проскрипел артефактор. – В каждой сандалии под крылышками спрятан чистый горный хрусталь. Размер небольшой, но емкость приличная. Вам предстоит уже на месте разместить его в комнате, где предполагаемые заговорщики будут вести компрометирующие беседы.
Я удивленно вскинул брови.
– Об этом речи вроде не было…
– Ничего не знаю. Таков приказ его превосходительства, – ответил Циклоп. – Я лишь выполняю поручение Корфа. Вы должны не просто увидеть все своими глазами, но и принести доказательства. Либо запишите на камень разговор, либо перенесите на него свои воспоминания, если увидите все лично.
Глава 32
Ночь перед маскарадом прошла тревожно. Я то и дело просыпался, прокручивал в голове все планы и инструкции, срывался с кровати проверять целостность костюма и атрибутов. Все было в порядке, но меня не отпускал мандраж. Казалось бы, за два года я должен был привыкнуть, но… Видимо, еще не разучился бояться.
Да и на карту сейчас было поставлено очень многое. Ведь если получится взять сразу всю ячейку Аспиды на этом мероприятии, Тайное отделение сможет выбить имена остальных и наконец-то прикроет этот балаган.
А я… Я смогу спокойно доучиться, поеду к Ирэн в Дакию и переведу дух. Пусть ненадолго, пусть после этого меня свяжет присяга, но все станет по-другому. Я даже смел надеяться на какую-никакую спокойную жизнь. По крайней мере такую, которую я мог планировать дальше завтрашнего дня.
И чем ближе казалась эта перспектива, тем сильнее я нервничал. Боялся накосячить сам, боялся не уследить за косяками Денисова… Да там могло произойти что угодно в конце-то концов!
Но отступать было некуда. Позади Петрополь и защита государства, впереди – неизвестность и опасность. Но за моей спиной был Род, и поддержка предков внушала надежду, что прорвемся.
Финальный инструктаж проходил у меня дома. Хорошо, что маскарад пришелся на субботу, и я смог разогнать всех домашних. Слугам дал отгул, отца и бабушку отправил в Петрополь на выходные, а Ольга таки приняла приглашение Сереги прогуляться на яхте по Финскому заливу и, кажется, намеревалась заночевать на Воронцовой даче. Умотала с рассветом, ранняя пташка.
Поэтому с десяти утра наша гостиная превратилась в филиал штаба. Первыми заявились сотрудники Отделения, чуть позже подъехал Денисов, а за ними подтянулся сам Корф – заспанный, в несвежей прокуренной рубашке и с бесконечной тоской по отдыху в глазах.
– Самовар закипел, господа, – сказал я и достал из буфета сервиз попроще. Если расколотят парадный, экономка мне голову открутит. – Чай в заварнике, сахар в вазочке. Сегодня у нас самообслуживание, уж не обессудьте.
Алексеев тут же принялся готовить напиток для шефа, к нему присоединился Бестужев, а я, убедившись, что чашек хватило на всех, вернулся к нависшим над картой Корфу и Денисову.
Константин был преисполнен энтузиазма. Наверное, в самом начале, едва распробовав этот вкус риска, я был таким же. Сейчас голова соображала куда трезвее и здраво оценивала шансы. А шансы у нас были таковы, что операция могла сорваться из-за любой неучтенной мелочи. Даже с учетом того, что Отделение, казалось, предусмотрело любой сценарий. Практика показывало, что всего предусмотреть невозможно.
– Давайте еще раз прогоним сценарий, – попросил Костя. – Значит, Бестужев со своей группой будет дожидаться здесь…
Палец однокурсника скользнул по карте к дому на Садовой, почти примыкавшему к дворцовому парку. Территория была обширная, и работу осложнял этот дурацкий парковый ансамбль. Огорожен решеткой – не проберешься без тревоги, да и место непубличное – так что заслать наблюдателей тоже не получилось. Охрана Юсуповых не зря получала деньги.
– Долго добираться будут по тревоге, – вздохнул я. – Хреново, когда нет страховки.
Корф поднял на меня глаза.
– Ты не впервые на родео, Михаил. Кроме того, напомню, что парк – это преимущество для вашего побега. Вам будет легче затеряться среди деревьев и этой зелени, чтобы оторваться от преследователей. Но все же стремитесь к тому, чтобы за вами не гнались. Сейчас приоритет на информацию – имена и должности. Взять их всех сможем и потом. Для этого будет отдельная подготовка.
Помню, мы с Денисовым спорили до хрипа, и я объяснял ему, почему лишний раз рисковать не стоило. Забавно, конечно, получалось: до его появления в деле я у нас был самым молодым и неопытным, и это мне вечно прилетало за сумасбродство и стремление решить все и сразу. Сейчас уже я вдалбливал в многострадальную голову Кости то, что и сам усвоил не сразу.
– Да, я помню, – с готовностью кивнул Денисов. – Нам нужно просто вернуться живыми и с именами. Что само по себе не кажется простым.
О, аллилуйя! Неужели до него наконец дошло?
Я положил поверх карты центрального района другую – добытую с большим трудом из архивов градостроительной управы.
– Будь это не закрытое мероприятие, где каждый человек наперечет, мы бы спокойно разместили людей вот здесь, в корпусе бывшей конюшни, – Корф указал на большой прямоугольник, прилепленный к полукруглой стене дворца. – Но на это рассчитывать не приходится.
К слову, этот корпус был отличным трамплином, чтобы сбежать – если выбраться из основной части дворца, пробежаться по полукругу служебных корпусов, то выйти получится как раз к конюшне. А там стена и улица – спрыгнул и исчез. И никакого забора. Правда наверняка стояли датчики слежения, но их можно было проигнорировать при побеге. Главное, чтобы машина забрала вовремя. А там оторвемся.
– Помните, что все служебные корпуса, а также домашние апартаменты хозяев будут закрыты. Это здорово сузит поиски нужного места, – продолжал Корф. – То есть большая часть первого этажа и почти весь третий отметается. И вам нужно обыскать все подходящие помещения. Скорее всего, Аспида соберется ближе к полуночи. Не гарантирую, но некоторые приглашенные могут подъехать позже. Полночь была бы оптимальным временем для встречи. Имейте в виду.
– Ага.
Я рассеянно кивнул, еще раз запоминая план. И хотя нам досталась старая карта, еще прошлого века, наверняка князья не перестроили там все подчистую. Так что сориентироваться получится.
По сторонам центрального корпуса были отделены крошечные дворики, куда вели лестницы из комнат парадного этажа. Я запоминал, какая лестница куда уводила и как можно было выбраться на балконы и крыши. Денисов, судя по сосредоточенному взгляду, делал то же самое.
– А теперь последние новости. К счастью, радостные. Не знаю, как им это удалось провернуть, но трое надеждинцев умудрились в последний момент попасть в штат прислуги. Так что у вас будет какая-никакая поддержка.
Я удивленно уставился на шефа.
– Это как Радамант умудрился их пропихнуть?
– Позже спрошу у него лично, если все получится. Все решилось этой ночью, так что я еще сам не в курсе всех подробностей. Тем не менее нужных людей вы опознаете по красным перчаткам. И один из них – одаренный.
Мы с Денисовым переглянулись. Интересно получалось. Неужели пролез кто-то из аудиториумской ячейки?
– Лишь бы они не стали проявлять ненужную инициативу, – проворчал я. – Поддержка – дело хорошее. Но я их знаю. Могут что-нибудь выкинуть, если почуют Аспиду слишком близко.
Корф посмотрел на меня в упор.
– Значит, постарайся, чтобы не выкинули.
***
– Готов? – Подъехав к дворцу Юсуповых со стороны набережной Фонтанки, Денисов припарковал арендованный щегольский автомобиль и заглушил двигатель. – Приглашения с собой?
Я откинул в сторону полу плаща, скрывавшего костюм, и продемонстрировал торчавшие из внутреннего кармана накидки карточки:
– Разумеется.
– Тогда не вижу смысла медлить, – решительно заявил мой сообщник. – Идем.
Мы подъехали к девяти вечера: самое время для начала ночных мероприятий. Формально гости собирались с восьми, но опыт научил меня, что в первый час делать там обычно все равно нечего.
“На месте, направляемся внутрь”, – отчитался я Бестужеву.
“Принято”.
Все же хороша была ментальная связь как замена рации. Правда, существовал риск, что во дворце могли повесить непроницаемые купола в комнатах, где творилась особо откровенная дичь. Но на этот случай у меня при себе были заготовки из горного хрусталя.
Три дня до дня Х я учился превращать куски кварца в информационные носители. Оказалось, не так-то это и просто, и все мои познания в артефактории мало помогли. Пришлось тащиться к Хруцкой, срывать ее с кровати и клянчить мастер-класс. Меня спасло то, что я притащился со здоровенным ведром дынного мороженого, которое она просто обожала.
– А по виду и не скажешь, что внутри такой разврат творится, – хмыкнул Денисов, разглядывая фасад, обращенный к набережной.
И действительно, сложно было представить не только затейливые увеселения в этом месте, но и вовсе наличие дворца одной из богатейших семей империи. На Фонтанку выходила скромная сплошная двухэтажная стена с одними воротами посередине. Кованая решетка врат, хоть и стоила немалых денег, но роскошью не блистала. Все было выполнено в стиле классицизма, так любимого петропольцами. Да и цвета здания тоже не отличались уникальностью: бледно-желтые стены и белые украшательства вроде колонн, наличников и прочего.
Скромненько. Я бы даже сказал, бедненько для рода Юсуповых. Хотя, быть может, именно поэтому развратничали князья именно здесь. В конце концов, внешность часто бывает обманчива.
За стеной виднелись кроны деревьев, и я знал, что за зданием дворца простирался парк с живописным прудом, доходивший аж до Садовой улицы. Словом, место было козырное во всех отношениях. Подойдя к решетке, мы встретились с облаченным в темную ливрею слугой и молча показали приглашения. Слуга жестом велел открыть ворота и, все так же молча указал нам дорогу дальше.
Несмотря на вечернее время, не заметить прелестей архитектурного ансамбля было сложно – иллюминация не позволяла. И во дворе было светло почти как днем.
– Ладно, беру свои слова назад, – улыбнулся Денисов и огляделся. – Мощно отстроили.
От ворот до главного здания тянулся длинный полукруг служебных корпусов – мы знали, что их должны были закрыть на время вечеринки. Над парадным подъездом возвышался широкий балкон третьего этажа. Сейчас там уже толпились люди в масках и накидках поверх полуобнаженных тел.
Не обошлось и без указания на собственника этой недвижимости – на фронтоне располагался здоровенный геральдический щит Юсуповых. Такой огромный, что, сорвавшись с крепления, он мог расколоть мраморную лестницу.
Вот по этой лестнице мы и поднялись, стараясь не смотреть наверх и делая вид, что чувствовали себя комфортно. Нет, я все понимаю – древние греки жили преимущественно в очень жарком климате. Но, черт возьми, не могли они штанов придумать? Я к такой вентиляции не привык.
Парадные двери дворца были закрыты, хотя из окон лился яркий свет. Не успели мы перешагнуть последние ступени, как створки распахнулись словно по волшебству, обдав нас ароматом тяжелых восточных масел, благовоний, вина и еще чего-то. Очень порочный запах. Я никогда не был в борделе, но наверняка там пахло примерно так же.
В дверях высилась тонкая фигура, быстро принявшая форму красивой женщины. Красотка была на шпильках такой высоты, что удивительно, как она вообще могла ходить. Ей же это, судя по всему, неудобств не доставляло. Раскинув руки в приветственном жесте, она звякнула браслетами на запястьях и обворожительно улыбнулась.
– Добрый вечер, господа, и добро пожаловать, – бархатным голосом обратилась она. – Могу ли я взглянуть на ваши приглашения?
Честно говоря, давно меня так не сбивала с толку женская красота. Было в этой дамочке что-то языческое, древнее, и правда пробуждавшее тягу к порокам. Стройная и тонкая, с совершенными формами, обтянутыми платьем с высоченным разрезом, она выставила руку, ожидая получить карточки.
Я с трудом отвел взгляд от ее декольте – лямки или как там это называлось у верха платья – поднимались к настоящему ошейнику, усыпанному камнями. А от ошейника, прямиком по ложбинке бюста, тянулась тонкая цепочка, покачивавшаяся при каждом движении.
Почему-то мне захотелось взять этот поводок. Рвануть на себя, заставить ее рухнуть на колени и смотреть, как она медленно подходит ко мне на четвереньках, глядя на меня снизу-вверх. А потом…
Твою мать, Миха!
Это что за наваждение такое? Может артефакт на привлекательность? Или мне уже и правда пора перестать вести себя как монах-отшельник? Чертовщина какая-то…
Как бы то ни было, выполнение задания только что здорово осложнилось отвлекающим фактором. И это при том, что мы пока увидели лишь одну девицу из юсуповского “гарема”. Но эта горячая особа явно не походила на невинных девиц из отдаленных губерний. Администраторша?
Я тряхнул головой и протянул приглашения. Девушка скользнула по ним внимательным взглядом и изогнула пухлые губы в улыбке.
– А, так это вы наши сегодняшние дебютанты… – она сложила карточки и наградила нас еще одной, уже менее невинной улыбкой.
Не знаю, что она делала, но даже отвести от нее глаза получалось с трудом. При этом я не чувствовал в ней биения Благодати. Девушка была простолюдинкой в поколении от самого царя Гороха. И все же магнетизмом обладала почти что сверхъестественным.
Она подошла к нам – первым ее жертвой пал Денисов – и сорвала с него плащ.
– Это вам сегодня еще долго не понадобится, ваше сиятельство.
Денисов завороженно следил за ее руками. Не знаю, откуда, но в кулаке девушки появился небольшой предмет.
– Типичная проверка, господа. Не стоит беспокоиться. Вы ведь, должно быть, знаете, что на наш вечер запрещено проносить артефакты за исключением тех, что поддерживают жизнь?
– Да, – хрипло ответил Денисов. – У меня браслет для поддержания ментального восстановления. После травмы…
– Да-да, я вижу. Ничего, его снимать необязательно. Судя по нити и венцу, вы у нас герой Тесей…
Как же все-таки хорошо, что все наши приблуды не носили следов Благодати. Красотка осмотрела реквизит Кости и, удовлетворенная увиденным, перешла ко мне.
Я поежился от холода, когда плащ слетел с моих плеч.
– О, какой красивый щит. И сандалии с крылышками… Персей, полагаю? – догадалась девушка.
– Верно, – кивнул я. – Клинок бутафорский. Но можете проверить.
– Вынуждена просить об этом.
Затаив дыхание, я наблюдал за тем, как она сняла с моего пояса стилизованный под древний короткий меч клинок и дотошно проверила его своим хитрым устройством. Кристалл на его вершине так и не загорелся, что, видимо, свидетельствовало об отсутствии чар. Она внимательно ощупывала оружие и делала это с таким естественным эротизмом, что я сто раз пожалел о том, что был одет в тунику. Видимо, после такого приема гостям уже не был нужен никакой “разогрев”.
– Все в порядке, ваше сиятельство. Благодарю, – она вернула клинок мне на пояс, и я с трудом удержался от того, чтобы перехватить ее руку.
Миха, соберись. Оставалось надеяться, что мозги встанут на место, когда она уйдет из поля зрения.
– А сейчас, дорогие дебютанты, я напомню вам пять главных правил, – проворковала девушка. – Первое: применение силы запрещено. Второе: все, что происходит в стенах дворца, остается в стенах дворца. Распространяться запрещено. Третье: все должно происходить при взаимном согласии, что бы это ни было. Четвертое: запрещено снимать маски с себя и других. И, наконец, пятое: приветственный напиток полагается выпить до дна из уважения к гостеприимству хозяина торжества. Вам ясны правила?
Мы с Денисовым одновременно кивнули.
– Да.
Девушка встала между нами, взяла каждого за руку и повела в холл. Двери за нашими спинами затворились с тихим скрипом, и мы оказались в зале, украшенном восточными гобеленами с изображением райских кущ. В центре стоял фонтан, только вместо воды он изливал ярко-рубиновую жидкость, похожую на вино.
Соблазнительница отпустила наши руки, покачивая бедрами, приблизилась к бортику фонтана и, взяв две чаши, щедро зачерпнула напиток.
– Хозяин приветствует вас и желает хорошего отдыха, – сказала она, протянув нам тяжелые серебряные емкости. – Пейте до дна.
Едва я прикоснулся к чаше губами, меня словно обожгло. Словно я пил не вино, а жидкое пламя. Но пил, не имея сил остановиться, и мне показалось, что это было лучшее питье на свете. Нектар, живая вода, чистая сила… Не знаю, что именно, но оно было прекрасно.
Закончив пить, я покачнулся и с удивлением взглянул на опустевшую чашу.
– Эту ночь вы не забудете никогда, – прошептала мне на ухо соблазнительница, вытащив из моих пальцев ножку чаши.
И от ее многообещающей улыбки мне стало не по себе.
Глава 33
Таинственная соблазнительница, так и не назвавшая своего имени, проверила, что маски на нас с Денисовым были надежно закреплены.
– Безупречно, – промурлыкала она и указала на первую залу, из-под закрытой дверей которой выходил ароматный дым. – Поскольку вы у нас впервые, я рекомендую начать экскурсию с этого зала. Первый этаж состоит из двух анфилад – западной и восточной. Они соединяются здесь, у лестницы.
– А что располагается на втором этаже?
– Об этом немного позже, господин. Итак, восточное крыло предпочитают любители более традиционных развлечений. И весьма легких. Западное крыло предлагает удовольствия для более притязательного вкуса. Помните, что вы вправе присоединиться к развлечениям в зале или же отказаться от оных – вас не имеют права заставить, однако мы настоятельно просим соблюдать вежливость и этикет. В местах, где обнажают тела, нередко и души оказываются нагими. Не стоит их ранить.
Я кивнул.
– Видимо, нам, как неискушенным, и правда стоит начать с восточного крыла. А что если я захочу с кем-нибудь уединиться?
Наша проводница в мир удовольствий расплылась в сладкой улыбке.
– Вам непременно захочется, господин. И как раз для этого отведены специальные комнаты на втором этаже. Если комната занята, на дверной ручке будет повязан красный шарф. Если комната свободна, вы можете ее занять. Разумеется, некоторые помещения будут заперты, поскольку в там располагается собственность хозяина праздника. Просим не ломать замки. Словом, господа, правила предельно просты, и вы быстро разберетесь.
– Благодарю, – кивнул я. – Третий этаж, как я понимаю, закрыт вовсе?
– Да, он недоступен для посещения. Понимаю, здание огромное, и вы боитесь запутаться. Просто не ломитесь в закрытые двери – и все будет в порядке.
На прощание горячая дева наградила нас таким обжигающим взглядом, что мне пришлось прикрыть щитом место гульфика у Денисова. Видать, все же придется сегодня кое-кому пар выпустить.
Красотка уже оставила нас, направляясь к лестнице – прибыли другие гости. Чтобы не смущать их, мы поспешили к дверям, что вели в восточную анфиладу.
Насколько я помнил из архитектурной терминологии, анфиладой называлась вереница комнат со сквозным проходом. Такие очень любили в старых питерских коммуналках, и соседи вечно собачились, когда кто-то громко шастал в проходных комнатах. Здесь же, с учетом формата мероприятия, такой подход мог быть занимательным: перемещаясь из одного зала в другой, каждый раз мы могли оказываться в новой обстановке.
– Ну, с богом, – шепнул Денисов, и охранник в классическом темном костюме открыл перед нами первую дверь.
Сперва мне в нос ударил фруктовый аромат кальянного табака. Дым здесь клубился с такой интенсивностью, что в этом тумане видимость была не больше двух метров.
Первая комната оказалась вполне невинной. Я бы сказал, что-то вроде чилаута. Вдоль обитых темной тканью стен были расставлены диванчики и столики. Полураздетые парочки, развалившись на бархате и подушках, покуривали кальяны в высоких стеклянных колбах и любовались на танцы девиц в центре зала. Здесь, на небольшом подиуме, под медленную и тягучую музыку, извивались, шурша тканью и звеня украшениями, девушки, которых явно хотели одеть под античных рабынь.
Денисов громко проглотил слюну.
– Я бы чего-нибудь выпил.
– Никакого алкоголя, – зашипел я. – Найди воду или сок.
– Угу.
Напитки возникли перед нами почти мгновенно: официантка в маске и очень коротком платье подала нам поднос.
– Желаете горячительного или прохладительного, господа? – спросила она.
– Прохладительного и безалкогольного, – ответил я за компаньона.
Девушка подала мне запотевший от холода стакан с кучей льда и долькой лимона.
– Тоник со льдом и лимоном. Прекрасно освежает.
– Благодарю.
Денисову достался такой же, только с лаймом. Официантка растворилась в дыму, словно ее никогда здесь и не было.
Наличие трубочки оказалось большим подспорьем: в маске и так было неудобно – пережимала нос и мешала дышать, да и угол обзора был так себе. А тут хотя бы попить можно было нормально.
Мы обошли зал по кругу и поняли, что нашего интереса здесь не было. Танцевали красиво, но аспидовцы точно не стали бы даже здороваться друг с другом в первом зале.
Мы подошли к входу во второй зал, и охранник в черном – почти точная копия того, что охранял этот зал, распахнула пред нами двери.
– Ого! – тихо присвистнул Денисов, когда перед нами открылась картина, происходившая в следующем зале. – Египет, кажется?
Я прищурился, разглядывая детали.
– Ага. Судя по всему, свадьба Клеопатры и Цезаря. Там-то они с размахом оторвались.
Кажется, организатор этого клуба анонимных любителей оргий питал страсть к истории. И я начал угадывать мотив, на который ссылалось представление в этом зале.
Я читал, что после свадьбы с Цезарем Клеопатра организовала увеселительный круиз по Нилу – такая у египтян была традиция, но царица подошла к вопросу с особым размахом.
Несколько стометровых лодок, украшенных золотом и слоновой костью, были оборудованы как залы, библиотеки, театры, сады, бассейны и аквариумы. Плавучие дворцы сопровождались флотилией из 400 больших лодок и тысячи малых. Здесь флотилия была изображена на стенах, но в центре длинного вытянутого зала стоял настоящий корабль, украшенный шелком, цветами и фонариками.
В другом конце зала играл оркестр, отдыхавшие на креслах-лодочках гости наслаждались утехами под прохладный ветерок опахал из птичьих перьев. А приглашенные актеры разыгрывали на корабле эротическое представление, порой зазывая к себе гостей. Я едва увернулся от приглашения ряженой Клеопатры.
– Иди же к нам, герой, – томно вздохнула фигуристая дама в парике и массивных украшениях – они заменяли ей одежду, ни пяди ткани на женщине не было. – Присоединяйся к нам, юноша…
Я смущенно отвел глаза и бочком-бочком, таща за собой Денисова, очутился у входа в следующий зал.
– Интересно, сколько их всего сегодня приготовили? – вытерев струйку пота с подбородка, спросил он.
Я пожал плечами и огляделся.
– Понятия не имею. Но держи себя в руках.
Третий зал поразил нас относительной тишиной и свежестью. Все здесь было убрано в японском стиле, а актеры и приглашенные жрицы любви были одеты в традиционные для Японии кимоно. Постановка явно изображала праздник – наряды были богатыми, да и убранство намекало на торжественность. Только всю романтику разрушал плясавший в самом центре японец без штанов. В одной рубахе и без штанов. Занимательно.
Наверняка это что-то да значило. В японской истории я совершенно не был силен, поэтому, когда от хоровода танцующих отделилась одна актриса и прошла к нам на забавных туфельках с высокой платформой, я решил порасспрашивать.
– Что за праздник здесь инсценирован?
К моему удивлению, каких-либо сцен разврата я пока что не увидел.
– Это – праздник по случаю рождения Инумии, господин, – с поклоном ответила актриса. – Много-много лет назад у советника императора родилась дочь – прекраснейшая из детей. Отец провел много дней без сна и еды перед покоями жены, а когда та разрешилась от бремени, то в спешке завернул ребенка в снятые с себя штаны…
Ну, теперь становилось понятно, что в центре хоровода забыл дядька с голым задом.
– Это была большая удача для советника, – продолжала актриса тоненьким голоском. – Девочка обещала стать красавицей, и на ней мог жениться сам император. Это могло поднять положение семьи советника на небывалую высоту. Поэтому в честь рождения Инумии был устроен великий праздник. Явились все министры и вельможи, в саду играли лучшие музыканты. В честь ребенка танцевали, сочиняли стихи и поднимали много чаш с напитками.
Денисов продолжал в ступоре пялиться на танцующих.
– Как-то это выбивается из общей концепции…
Актриса поклонилась.
– Это зал для отдыха. И эта история служит напоминанием всем нам о том, что у удовольствия должны быть плоды, и плоды эти могут получиться прекрасными. Не стоит думать лишь о минутных усладах, но следует глядеть в будущее… Не желаете ли присоединиться к танцам?
Я покачал головой и указал Денисову на следующую дверь.
– Возможно, чуть позже. Мы пока осматриваемся.
– Разумеется, господа, – актриса в кимоно засеменила прочь, а мы, пробираясь через ветви сакуры, оказались возле входа в четвертый зал.
– Да уж, – шепнул Константин. – Чудны дела твои…
– Не поминай всуе. Мы понятия не имеем, что будет дальше.
И, распахнув четвертые двери, мы буквально провалились… в какой-то, блин, Версаль.
– Это еще что за…
Перед нами проскакала голозадая пародия на маркизу де Помпадур: светя бледными ляжками, на высоких каблуках, она была одета только в корсет и парик. Причем парик как раз из эпохи Людовика XIV – с кучей кудрей, целыми композициями на голове вместо шляп такой высоты, что едва пролезали в дверь. На груди дамочки красовалось колье, а возле губы – там, где лицо не было прикрыто маской – черная мушка.
Я откашлялся. Не только от неожиданности, но и от обилия пудры, что витала в воздухе.
Итак, в четвертом зале у нас имел место французский разврат. Классика. Но здесь праздник явно устраивали с огоньком.
– О, кажется, это сцены из “Неистового Роланда”, – ухмыльнулся Денисов. – Ненавижу это произведение.
– Рыцарский роман?
– Ага. Меня ими в гимназии так пичкали, что до сих пор тошнит.
А постановка, следовало отдать должное, была на высоте – во всех смыслах.
На импровизированном небе крылатые актеры изображали амуров и стреляли в гостей разноцветными стрелами, соединяя таким образом пары. Мужчина, поймавший синюю стрелу, гонялся за полуобнаженной дамой, что кокетливо пряталась от него за колонной. Судя по всему, тут никто не был против такого случайного выбора.
Здесь же разворачивалась сцена спасения героини романа Анжелики от морского чудовища – правда, когда мы появились в зале, чудовище уже было повержено, а Роланд, подтверждая свою неистовость, уже вовсю занимался так и привязанной к скале Анжеликой…
– Миш… – Денисов тронул меня за плечо. – Мне бы пар выпустить. Я слишком молод для такого… Насколько это вообще разрешено на таком тайном задании?
– Не стоит.
– А если для конспирации?
– Конспирируйся заигрываниями, – прошипел я. У самого шишка дымилась, но первым делом – самолеты.
Я повернулся, чтобы поискать выход. “Французский” зал превратили почти что в лабиринт, и пришлось пробираться сквозь заросли всяких растений, чтобы осмотреться. Найдя выход, я обернулся к Денисову…
И не нашел поганца. Вернулся, осмотрелся и…
Денисов, держа в руке золотую стрелу, уже схватил и закинул на плечо какую-то молодую девицу.
Ну е мое.
Прерывать игрища здесь было запрещено, тем более если они были по обоюдному согласию. Торчать здесь я тоже не собирался – хотелось потратить время на осмотр здания и все же найти помещения, где могла уединиться группа аспидовцев.
“Как закончишь, дай знать”, – обратился я к Денисову. – “Пока пробегусь по западному корпусу”.
Константин не ответил, видимо, вконец занятый своим трофеем. Ну сволочь безответственная. Я это в рапорте отражу.
Четвертый зал оказался последним – я вышел в длинный коридор, по которому можно было добраться до входа в западное крыло. Планировка у дворца, конечно, была затейливая. Это еще мягко сказано – дурацкой она была, если честно. Зато в коридоре было тихо, музыка и сладострастные охи-вздохи не насиловали уши, да и покурить после подобного было бы как нельзя кстати…
Я вышел на террасу, что предваряла спуск к парку. В самом парке было темно, словно никакого празднества во дворце не проводилось. Конспирация, однако. А вот на крыльце сидели две дамочки – явно не гостьи, а актрисы эротического жанра, и с наслаждением курили длинные тонкие сигариллы.
– Прошу прощения за наглость, но могу я у вас одолжить…
Одна из девушек подняла на меня глаза – под маской сверкнули холодком две ярко-голубые льдинки.
– Конечно.
Я взял одну и потянулся за протянутой зажигалкой, памятуя о запрете на силу.
– Благодарю.
– Гость? – спросила вторая.
– Да.
– Впервые здесь, верно?
Я усмехнулся.
– Что же меня выдало?
Девицы переглянулись и расхохотались.
– Чистый наряд! Обычно дебютанты очень быстро приводят их в негодность. Если вы понимаете, о чем я…
Я рассмеялся в ответ и едва не подавился дымом.
– Пока выбираю. Чем больше блюд, тем труднее остановить взгляд на чем-то одном.
– Значит, в восточном крыле вам было скучно? – улыбнулась девушка.
– Ничего нового. Такое я могу найти не только здесь. А хотелось удивиться.
Девушки снова переглянулись и медленно поднялись ко мне.
– Быть может, мы сможем показать вам представление, что вас удивит…
Первая положила мне руку на грудь, а вторая и вовсе не церемонилась. Плоть, и без того замученная увиденным, ответила мгновенно.
– Не так быстро, дамы, – ухмыльнулся я. – Иначе испачкаю еще и вас.
Девицы весело расхохотались.
– А ты забавный, герой. Правда ведь он забавный?
– Пожалуй, да, – промурлыкала вторая. – Я бы пригласила его в наш зал…
Я потушил недокуренную сигариллу в чаше песка.
– В таком случае ведите, красотки.
Дважды просить не пришлось. Девушки, обвив мои руки, вприпрыжку понеслись к входу и, пробежав по коридору, остановились перед дверями в западное крыло.
– Идемте же!
Сперва мы оказались в римском зале. Здесь царила обстановка патрицианского пиршества. Не успел я и глазом моргнуть, как возле меня оказались еще две девицы с обнаженным верхом и принялись омывать мне ноги и руки какой-то душистой водой.
Покончив с этим, они пригласили меня дальше – в сам зал, где на ложах расположились проголодавшиеся гости. На серебряных блюдах вносили целых зажаренных быков и кабанов с зашитыми внутри живыми птицами. Когда пернатые разлетались из взрезанных туш, их тут же ловили, сворачивали им шеи и жарили в качестве гарнира к мясу.