Текст книги "Калила и Димна"

Автор книги: Абдаллах ибн аль-Мукаффа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

Увидев, что царь ни за что не откажется от своего намерения, вазир больше не стал спорить с ним и ответил: «Если царь прикажет, мы закроем эту пещеру». И на следующее утро по всей стране было объявлено веление царя: «Все молодые мужчины и юноши, что проживают в наших владениях, должны явиться к нашему дворцу в такой-то месяц и такой-то день, и каждый обязан принести с собой большую вязанку хвороста». А день был назначен заранее потому, что издавна в этот день стихали вихри и замирал ветер, и когда он наступил, к царскому дворцу явилось множество народа, и каждый нес огромную вязанку хвороста. Все они отправились к пещере и намертво заделали ее хворостом и камнями, а перед ней построили каменную преграду.

После этого в стране вовсе перестали дуть ветры и прекратились вихри и люди могли больше не опасаться ураганов, но не прошло и года, как стали сохнуть все травы и деревья, вначале те, что росли на горе, а затем и дальше, так что земля на двести фарсахов вокруг превратилась в пустыню. Замерли родники, не журчали ручьи и пересохли реки, и звери покинули эти края, а те, что не могли двигаться далеко, издохли от голода и жажды. На людей обрушилась моровая язва, и множество жителей той земли погибло. Не было конца несчастьям и бедам, и ко всему прибавилась еще и смута. Те немногие, что еще остались в живых, собрались ко дворцу царя, убили его и вазира и перебили всех домочадцев царя, его приближенных и придворных. Когда в царском дворце никого не осталось, восставшие бросились к пещере, разрушили каменную преграду и подожгли хворост, которым был завален вход в пещеру. Но не успели люди отойти и разойтись по домам, как из пещеры вырвался бурный вихрь и понесся, увлекая за собой огонь, который выжег все вокруг. Ураган бушевал два дня и две ночи и разрушил до основания все города и селения, так что в той стране не осталось ни крепости, ни дерева, ни строения, ни человека, ни зверя – все они погибли в огненном вихре».

Услышав этот рассказ, мышиный царь сказал: «Я понял смысл твоей притчи. Но говорят также: кто решается совершить дело, которое может принести великую пользу, а потом отступает, испугавшись трудностей и воображаемых несчастий, тот обрекает себя на унижения и если добьется удачи, то лишь случайно. Добиться чести и оставить после себя добрую славу можно лишь совершив подвиг, о котором будут говорить потомки, ибо ничто не унесешь с собой в могилу, кроме доблестных деяний». «Ты прав, великий царь, – ответил вазир Зузама. – Но не каждый подвиг ведет к добру, он может навлечь и невзгоду. Недаром древние мудрецы говорили: «Недостоин помощи тот, кто сам навлек на себя беду, не попадет в рай тот, кто был причиной собственной гибели». Но царь мышей промолвил: «Я могу сказать одно: если ты поможешь мне советом, я добьюсь удачи, стало быть, тебе непременно надо принять участие в этом деле».

И тогда вазир понял, что царь не откажется от своего намерения, и тут же придумал средство, которым можно было бы осуществить его. Но, не желая опережать других вазиров и для того, чтобы царь понял превосходство его ума, он сказал: «Я могу советовать царю лишь сообразно своему слабому разумению и осмеливался говорить с повелителем лишь потому, что мне ведомы совершенство его разума и мудрость. Я слишком мало узнал и испытал для того, чтобы давать советы и предлагать какие-то средства, и склонен возложить надежду на счастливую звезду нашего великого повелителя, который выказал мне великую милость, спросив о моем мнении. И мудрецы, и простые люди единодушны в том, что мудрый время от времени должен спрашивать совета у невежды для того, чтобы поступать противно его совету. Разумный может обратить себе на пользу и совет глупца и невежды, ибо сам он мудр и дальновиден. Известно, что разумный спрашивает совета у глупца или для того, чтобы через него выведать какую-либо тайну, либо надеясь, что сама недалекость глупца подскажет ему нечто, могущее быть полезным. Я надеюсь, что царь не прогневается на меня за смелые речи, ибо его я считаю мудрым, а себя невеждой».

Царь промолвил: «Ты прав, о мудрый вазир, во всем, кроме одного: напрасно ты назвал себя невеждой и сказал, что мало знаешь. Напротив, по моему мнению, ты самый мудрый и опытный из моих придворных, и я ценю тебя выше всех среди моего воинства». – «Поистине, повелитель слишком милостив к своему рабу, – ответил вазир. – И я прошу его разрешить мне говорить последнему, после других вазиров».

И царь спросил младшего вазира: «Что скажешь ты об этом деле и какое можешь предложить средство?» Младший вазир ответил: «По моему мнению, нам следует изготовить множество бубенцов и колокольчиков и подвесить их на шею каждой кошке и каждому котенку, чтобы мы издали слышали звон и могли спастись в наших норах».

«Что ты думаешь об этом средстве?» – спросил царь второго вазира, и тот ответил: «Мне кажется, это средство никуда не годится. Нетрудно изготовить сколько угодно бубенцов и колокольчиков, но кто из нас осмелится подвесить колокольчик на шею хотя бы маленькому котенку, не говоря уже о взрослом коте или кошке! По моему мнению, нам следует сделать вот что: нужно покинуть этот город и целый год оставаться в пустыне. Увидев, что кошки больше не нужны и у них нет дела, люди перестанут их кормить, выгонят или даже перебьют и уничтожат. Кошки разбегутся, множество погибнет, а те, что уцелеют и станут жить в пустыне, одичают и больше не вернутся в город. Тогда и мы можем возвратиться и станем жить, наслаждаясь безопасностью и спокойствием».

Выслушав слова второго вазира, царь мышей спросил мудрого Зузаму: «Что ты думаешь об этом средстве?» И вазир ответил: «Я не могу его одобрить, так как кошки за один год не переведутся, а мы в пустыне испытаем страшные муки и можем все до единого погибнуть, потому что в городе наши враги – только кошки, а в пустыне обитают коршуны, лисицы и змеи, и нам придется опасаться всех этих злодеев».

«Ты прав, – промолвил царь. – Скажи нам теперь, какое ты придумал средство». И вазир сказал: «Я могу посоветовать лишь одно. Прикажи, чтобы главы мышиных семейств, живущих в каждом доме, сделали обширные норы, которые вместили бы всех мышей этого дома. В эту нору следует снести все запасы пищи, которых должно хватить на месяц. В норе следует сделать десять дверей – три ведущих в кладовые, где находятся ковры, одежда, пища и разная утварь, и семь, что будут выходить наружу. И так следует поступить всем мышам нашего города и его округи, а также всех селений, на которые простирается власть нашего монарха.

Когда приказ будет выполнен, мы все отправимся в дом какого-нибудь богатого человека, у которого в доме есть кошка, и, проникнув в кладовые, начнем грызть ковры, ткани и все прочее, но при этом не будем слишком стараться. Увидев, какой мы нанесли ему урон, хозяин дома подумает, что одна кошка не может справиться с нами, и принесет вторую, но мы станем еще сильнее грызть ковры, разную утварь и съестные припасы, так что ему придется достать третью кошку. Но тогда мы изгрызем все, что есть в доме, и хозяин призадумается, стоит ли ему увеличивать число кошек. Он станет сравнивать и поймет, что чем больше кошек, тем сильнее вредят ему мыши. И он скажет себе: «Выгоню-ка я одну кошку, может быть, мыши угомонятся». Он прогонит одну кошку, а мы станем меньше грызть и больше не тронем съестных припасов. Тогда он, догадавшись, что мы делаем это намеренно, прогонит и вторую кошку, и мы оставим в покое его ковры и ткани. А когда он избавится и от третьей кошки, мы уйдем из его дома и отправимся в соседний, где будем делать то же. И так мы будем поступать до тех пор, пока люди не поймут, что мы портим их имущество для того, чтобы они выгнали или перебили своих кошек. Убедившись в этом, люди нашего города и его окрестностей уничтожат не только своих домашних кошек, но будут ловить и убивать и диких, и мы избавимся от нашего вековечного страха и великого бедствия, от которого страдаем мы и страдали наши предки».

Царь в точности выполнил совет своего мудрого вазира, и не прошло и полугода, как люди поняли, что мыши ожесточились против них из-за ненависти к кошкам. Они стали выгонять своих кошек и убивали их, пока не погибли все кошки этого города. И дошло до того, что если кто-нибудь из жителей видел, что мышь изгрызла сыр или проделала дыру в ковре или ткани, то говорили: «Посмотрите, не прошла ли поблизости кошка!» А если на людей или скот нападала какая-нибудь болезнь, то горожане восклицали: «Без сомнения, по нашему городу прошла кошка!» Так мыши победили своих исконных врагов – кошек и стали жить спокойно, избавившись от страха перед ними.

Ты видишь, царь, что слабое и малое создание сумело покончить со своим врагом, который был намного сильнее. Что же сказать о человеке – наилучшем из созданий творца, – неужто он неспособен одолеть врага и одержать победу?»

ГЛАВА О ГОЛУБКЕ, ЛИСЕ И ЦАПЛЕ

И царь Дабшалим сказал философу Байдабе: «Я понял смысл твоей притчи, а теперь поведай мне притчу о человеке, который дает верный совет другим, но не может уладить собственное дело». Байдаба ответил: «К этому больше всего подходит притча о голубке, лисе и цапле». – «А как это было и что это за притча?» – спросил царь, и мудрый Байдаба начал:

«Рассказывают, что одна голубка свила себе гнездо на верхушке высокой пальмы, которая высоко вздымалась к небу. Всякий раз, как голубка носила веточки и солому, чтобы подложить их в гнездо, она теряла силы от усталости, так как пальма была непомерной высоты. Устроив гнездо как следует, голубка откладывала яйца и высиживала птенцов, но как только птенцы вылуплялись, приходила лиса, которой были известны все сроки, останавливалась у подножья пальмы и поднимала шум, угрожая голубке, что взберется на пальму, и та в страхе сбрасывала птенцов прямо в пасть жадной лисы.

Однажды, когда в гнезде голубки появилось два птенца, только что вылупившихся из яиц, прилетела цапля и уселась на пальму. Увидев, что голубка грустна, горюет и печалится, цапля спросила: «Эй, голубка, почему у тебя взъерошены перья и опущены крылья, словно ты опечалена чем-то?» И голубка ответила: «Бог послал мне в наказание лису, которая измучила меня: всякий раз, как из яиц вылупляется хотя бы два птенчика, она приходит, садится у подножья пальмы и поднимает шум, требуя, чтобы я сбросила к ней моих деток, угрожая, что, если я не сделаю этого, она взберется на пальму. И я так пугаюсь, что бросаю ей моих птенчиков, а она их пожирает».

И цапля сказала голубке: «Если она придет к тебе снова и сделает то, о чем ты говорила, скажи ей: «Я не брошу тебе своих деток. Если желаешь, забирайся ко мне на пальму и делай что хочешь. Но если тебе удастся подняться в мое гнездо и съесть моих птенцов, я все равно улечу от тебя и спасусь от твоих зубов». Научив голубку, как ей поступить, цапля улетела и села на берегу реки.

В свое обычное время пришла лиса, остановилась у подножья пальмы и как обычно подняла шум, требуя, чтобы голубка сбросила ей своих птенцов. Но голубка ответила ей так, как ее научила цапля. Удивившись, лиса спросила: «Кто научил тебя этому?» – «Меня научила цапля», – ответила голубка. И лиса направилась к цапле, сидевшей на речном берегу, и спросила ее: «Эй, цапля, если на тебя подует ветер справа, куда ты повернешь голову?» – «Налево», – ответила цапля. «А если ветер подует слева?» – продолжала лиса. «Тогда я поверну голову направо или назад», – ответила цапля. Тогда лиса спросила: «А если ветер будет дуть со всех сторон, куда ты спрячешь голову?» – «Я спрячу ее под крыло», – промолвила цапля. «Тебе не спрятать голову под крыло, – возразила лиса, – она не поместится там!» – «Поместится!» – сказала цапля, и лиса воскликнула: «Ну тогда ты должна показать мне, как это делается! Клянусь жизнью, бог предпочел вас, птиц, возлюбив превыше всех других своих созданий! За один час вы узнаете то, что нам не узнать и за год, и умеете то, что не умеет никто другой, например, прятать голову под крылом, спасаясь от ветра и холода, и да будет это вам во благо! А теперь покажи мне, как это делается».

Цапля не задумываясь сунула голову себе под крыло, а лиса прыгнула на нее, схватила зубами и перегрызла горло. Покончив со своей жертвой, она сказала: «О цапля, ты оказалась врагом себе самой! Ты дала совет голубке и научила ее хитрости, но сама оказалась беспомощной, так что враг без труда одолел тебя!» Потом она растерзала цаплю и сожрала ее».

ГЛАВА О ЦАРЕВИЧЕ И ЕГО ДРУЗЬЯХ

И сказал царь Дабшалим мудрому Байдабе: «Я понял смысл твоей притчи, а теперь скажи мне вот что: вы, мудрые, утверждаете, что человек достигает блага лишь благодаря своему разуму, умению вершить свои дела и прозорливости. Почему же бывает так, что невежда добивается наивысших почестей, он счастлив, уважаем и почитаем, а мудрец нередко попадает в беду и терпит ущерб своей чести и достоянию?» Байдаба промолвил: «Человек может видеть, только если у него есть глаза, а слышит – лишь если обладает ушами. Действовать же он в состоянии только с помощью разума, сдержанности, решительности и умения. Однако судьба и рок сильнее и могут безо всякого труда одолеть человека, как случилось с царевичем и его спутниками». – «Как это было и что это за притча?» – спросил царь, и мудрец начал:

«Говорят, что четверо встретились на одной дороге и подружились. Один из них был царевичем, второй – сыном купца, третий, отличавшийся необычайной красотой, – сыном вельможи и четвертый – сыном простого земледельца. Им пришлось претерпеть множество бед на чужбине, так что все они обнищали, и всего-то было у них имущества, что надетое на них платье. Они вместе шли по дороге, раздумывая, что им делать, и каждый из них на свой лад и согласно своей природе надеялся, что к нему придет удача и счастье. Царевич сказал: «Все в этом мире совершается по воле судьбы и рока. Если человеку что-нибудь суждено, это непременно сбудется. Лучше всего терпеть и ждать, что принесет судьба». Но купеческий сын возразил: «Разум – превосходнее и превыше всего». – «Превыше всего – красота», – вмешался сын вельможи, а крестьянский сын промолвил: «Нет в мире ничего лучше, чем усердие и старание в работе».

Приблизившись к городу под названием Матрун [51]51
  Город Матрун. – Название города, очевидно, искажено при переписке рукописи.


[Закрыть], они уселись у городских ворот и стали совещаться. Потом они сказали крестьянскому сыну: «Иди в город и добудь нам своей усердной и старательной работой пищу на сегодня». Сын земледельца отправился в город и стал расспрашивать жителей, есть ли у них такая работа, чтобы, получив за нее плату, один смог бы прокормить четверых. Горожане сказали ему, что у них дороги дрова, которые можно собрать и нарубить в роще, находящейся на расстоянии фарсаха. Крестьянский сын отправился к роще, нарубил большую вязанку дров, принес ее в город и продал за дирхем. На эти деньги он купил еды на четверых и написал на городских воротах: «Тяжкая работа, которой человек изнуряет целый день свое тело, стоит один дирхем». Потом он отнес еду своим спутникам, они поели и уснули.

На следующее утро они сказали: «А теперь настал черед того, кто сказал, будто красота – самое превосходное и дорогое». Тогда в город отправился сын вельможи. Но по дороге он задумался и сказал себе: «Я не знаю никакого ремесла, что же мне делать в этом городе?» Он хотел было вернуться к своим спутникам, но, устыдившись того, что не смог добыть никакой еды, решил расстаться с ними и, повернув в обратную сторону, прошел немного и остановился, опершись о большое дерево. Потом его одолела дремота, и он лег и уснул под тем же деревом.

Мимо дерева прошла жена одного из знатных горожан. Увидев спящего юношу, она подивилась его красоте и, тотчас же вернувшись домой, велела своей служанке отправиться к тому дереву, разбудить юношу и тайно привести его к ней. Служанка, выполняя наказ своей госпожи, отвела юношу в баню, а затем он вошел в покои хозяйки дома и провел весь день, вкушая изысканные вина и угощения и наслаждаясь любовью. Вечером он простился с хозяйкой дома, и она подарила ему пятьсот дирхемов. И он отправился к друзьям, написав на городских воротах: «Красота, услаждающая один день, стоит пятьсот дирхемов». Купив еды на четверых, он вернулся к своим спутникам и отдал им еду и оставшиеся деньги. Они поели и уснули.

На следующее утро друзья, проснувшись, сказали сыну купца: «А теперь настала твоя очередь – отправляйся в город, и мы посмотрим, сколько ты заработаешь своим умом и умелой торговлей». Сын купца направился по дороге, ведущей на берег моря, и шел, пока не увидел торговый корабль, нагруженный богатыми заморскими товарами, который только что пристал к берегу. Навстречу кораблю вышло множество торговых людей, желавших купить привезенные товары. Они взошли на палубу и, осмотрев товары, сели в углу, советуясь между собой, и говорили друг другу: «Сегодня нам ничего не следует покупать, хотя мы нуждаемся в этих товарах. Пусть они полежат на корабле, и тогда их владельцы, боясь, что товары залежатся, снизят цену».

Они остановились на этом решении, но в это время явился купеческий сын, который шел другой дорогой. Увидев сидящих на палубе купцов, он сразу понял в чем дело и купил все товары за сто тысяч динаров с условием, что принесет деньги через некоторое время, и сказал владельцам товаров, что на следующий день перевезет купленное в другой город.

Услышав это, торговые люди того города, испугавшись, что товары ускользнут от них, посовещались и перекупили их у купеческого сына за сто тысяч дирхемов [52]52
  Перекупили… за сто тысяч дирхемов… – то есть купцы дали «отступного», чтобы он отказался от покупки товаров, а за товары заплатили сами.


[Закрыть]и тут же отдали заморским купцам сто тысяч динаров. А купеческий сын взял свою выручку – сто тысяч дирхемов и отправился к товарищам. Проходя мимо городских ворот, он написал на них: «Ум, которым пользовались один день, стоит сто тысяч дирхемов».

На четвертый день друзья сказали царевичу: «А теперь иди ты и заработай для нас сколько сможешь с помощью своей судьбы и рока». Царевич отправился в город и, дойдя до городских ворот, уселся на скамью. А надо сказать, что как раз в это время умер правитель той страны, не оставив ни сына, ни кого-либо из родичей и близких. Вельможи и воины царя вышли хоронить его, и каждый как мог выражал свое горе. Процессия прошла мимо царевича, который сидел спокойно, не рвал на себе одежду и не рыдал и ничем не показывал скорби. Заметив это, все набросились на него с бранью, и привратник спросил его: «Эй ты, кто ты такой и почему сидишь здесь у ворот, а не оплакиваешь нашего повелителя?» Царевич не ответил ни слова, тогда привратник прогнал его, и он удалился, но когда все ушли, он снова подошел к воротам и сел на прежнее место.

После погребения царя процессия, возвращаясь в город, снова прошла мимо ворот, и привратник, который был вместе с другими на кладбище, увидев юношу, рассвирепел и крикнул: «Разве я не запретил тебе сидеть в этом месте?» Схватив царевича, он отвел его к начальнику стражи, и тот приказал бросить его в темницу.

На следующее утро жители города собрались и стали держать совет, кого им назначить над собой царем. Они никак не могли прийти к согласию, спорили и ссорились, и каждый предлагал избрать царем того, кто был ему угоден. Наконец привратник сказал: «Вчера я видел юношу, что сидел у городских ворот. Когда мимо него прошла похоронная процессия, он не выразил скорби и не проявил грусти. Я спросил его, кто он такой, – он ничего мне не ответил, и я отогнал его от ворот, но когда вернулся после погребения нашего повелителя, то увидел, что юноша снова сидит на прежнем месте. Тогда я отвел его к начальнику стражи и попросил заключить в темницу, боясь, что это – вражеский соглядатай».

Старейшины, желая узнать, кто этот юноша, послали за ним, и когда его привели, то спросили о его роде и происхождении и о том, что делал он, сидя у городских ворот, и почему не выразил горя, увидев похороны. И он ответил: «Я сын царя Фавирана [53]53
  Царь Фавиран. – Имя не поддается идентификации.


[Закрыть]. Когда умер отец, мой младший брат поднял мятеж и завладел царством. Спасаясь от него, я бежал и прибыл в ваши земли». И когда юноша умолк, его признали те из присутствующих, кому довелось побывать в царстве Фавирана. Они стали всячески восхвалять справедливость и великодушие этого правителя и единодушно решили избрать своим царем его сына, и никто не противоречил этому решению.

По обычаю этого города тот, кто избирался царем, проезжал по улицам на белом слоне. Проезжая мимо городских ворот, царевич увидел надписи, сделанные его спутниками, и повелел сделать новую надпись: «И усердие, и красота, и ум, и все благое и злое, что случается с человеком в этом мире, – все даровано судьбой и роком по воле великого и славного бога. Тем больше моя благодарность за то величие и честь, которых я удостоен».

Потом юноша отправился в царский дворец и воссел на престол. Приказав привести к нему его спутников, он сделал хитроумного купеческого сына одним из своих вазиров, сыну землевладельца пожаловал обширные владения, а красавцу, сыну вельможи, сделал щедрые подарки и велел покинуть его земли, дабы женщины не прельщались его красотой и не грешили. Собрав всех ученых и праведных мужей царства, он сказал им: «Мои друзья уже удостоверились в том, что все блага, которые достались им, посланы судьбой и роком по воле всевышнего бога. Мне хотелось бы, чтобы и вы поняли это, – ведь царский сан достался мне не из-за особой моей красоты, ума или старания, а лишь случайно. Покидая родную землю, я едва мог надеяться на то, что смогу добыть себе хлеб насущный, не говоря уж о доставшейся мне высокой чести, о которой я не смел и мечтать, ибо видел я в ваших краях людей, что, без сомнения, и лучше, и достойнее, и красивее меня, более старательных и благоразумных. Но судьба сделала так, что не кому иному, а мне досталось величие царского сана».

Среди тех, кто слушал слова царя, был некий достойный старец. Когда царь умолк, старец встал пред ним и промолвил: «О повелитель, речи эти свидетельствуют о совершенстве твоего разума и мудрости, и эти твои свойства были причиной твоего чудесного возвышения. Ты разумен и великодушен и оправдал наше высокое мнение о тебе и надежды на твою мудрость и справедливость. Мы признаем правоту твоих слов и согласны с ними. И та честь и величие, которыми судьба по воле всевышнего бога наделила тебя, заслужены тобой, и ты достоин их, ибо наделен мудростью и благоразумием, а ведь те, которые обладают этими достоинствами, – самые счастливые люди в бренном мире и на том свете. Бог оказал нам величайшую милость и честь, послав нам тебя в тот час, когда скончался наш прежний повелитель»

Потом выступил вперед отшельник, достойный и праведный старец, и, восхвалив всевышнего бога, промолвил: «В юности, до того как стать отшельником, я служил некоему вельможе и, пожелав отречься от мира, решил с ним расстаться. В награду за мою службу он дал мне два динара. Я задумал один динар пожертвовать на богоугодное дело, а второй динар оставить у себя. Я отправился на рынок и вдруг увидел, что птицелов продает двух удодов. Я стал с ним торговаться, желая купить их за один динар и отпустить на волю, но птицелов заупрямился и требовал за пару не меньше двух динаров. И я сказал себе: «Куплю одного, а другой пусть остается у птицелова», – но затем, поразмыслив, подумал, что негоже разлучать их, и, сжалившись над птицами и положившись на всевышнего бога, дающего своим созданиям хлеб насущный, решил истратить все свои деньги и купил у птицелова птиц, отдав ему два динара. Мне не хотелось отпускать их на волю в городе или селении, где их могли снова поймать, так как они сильно отощали и измучились, сидя в клетке, и погибли бы от слабости или запутавшись в силках птицелова. И я отнес птиц в безлюдную уединенную долину, где росли высокие деревья и зеленые травы, и выпустил их на волю. Они полетели и, усевшись на вершину плодового дерева, стали благодарить меня. Я услышал, как удод сказал своей подруге: «Этот достойный человек спас нас от смерти и избавил от беды, в которую мы попали, и нам следует вознаградить его за благодеяние. У подножия этого дерева закопан кувшин, наполненный золотыми монетами. Почему бы нам не указать ему это место, чтобы он получил достойное воздаяние?»

Я спросил птиц: «Вы хотите показать мне, где находится клад, зарытый глубоко под землей, не видимый человеческим глазом. Как же вы не заметили сетей и попались в силки птицелова?» И удод ответил: «Если судьба захочет погубить, то может отвести глаза и ослепить взоры. Рок отвел нам глаза, так что мы не заметили сетей птицелова, и он же открыл нам, где находится клад, о котором мы говорили».

Я стал копать землю под деревом и нашел большой глиняный сосуд, наполненный золотыми монетами. Я вознес богу моление о здравии благословенных птиц и сказал им: «Хвала Аллаху, который научил вас тому, что было вам неведомо, – вы летаете в поднебесье, но знаете, что таится в земных недрах». И они ответили: «О мудрец, разве ты не знаешь, что судьба всевластна, и ничто не может противиться ее повелениям, и все, что она пожелает, непременно сбудется!»

Я рассказал повелителю о том, что видел собственными глазами, и если он прикажет, я принесу эти деньги, и пусть они станут достоянием царя и хранятся в его сокровищнице». И царь ответил: «Эти деньги принадлежат только тебе, ибо они – подарок судьбы».

И закончив свою притчу, мудрый Байдаба сказал царю: «Пусть знает каждый, кто желает познать причины всего, что происходит в мире, что все свершается по воле судьбы и рока. Никто не может получить то, чего судьба ему не сулит, или избежать того, что суждено. Смирись же перед неизбежным и укроти свое сердце, ибо лишь вверившийся воле рока будет спокоен и избавлен от забот и волнений».