Текст книги "Новая эпоха (СИ)"

Автор книги: StarStalk147

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 37 страниц)

Глава III. Тревожные знаки

За пределами Умвелотона царила настоящая сарохарская зима. Шквалистый ветер заставлял стабилизатор гравилёта работать на полную мощность, и Юмена чувствовала напряжение в работе бортового компьютера. «Интересно, – мелюсовые процессоры отличались от прочих стабильностью и, как ни странно, подобием простейшего разума. И сейчас машине что-то не нравилось, будто она чувствовала опасность, – ты никогда себя так не вёл. Что случилось, малыш?» – ласково спросила она, прикоснувшись к стенке гравилёта. Машина ответила невнятным гудением. Она и сама не понимала причину сбоев, но её интуиция буквально звенела об опасности. Нахмурившись, Соланис вышла в «истинный» мир, оглянувшись по сторонам.

Как и планировала, она отправилась сразу же после собрания глав государств к Симленскому пику. Одна из высочайших точек над поверхностью планеты и, по совместительству, новенькая обсерватория «Вдохновение» Дейриера для наблюдения за ходом планет Ольмирской системы. Юмена ещё ни разу не бывала там, но, зная прагматичного друга, уже представляла идеальную чистоту и аккуратный дизайн зданий комплекса. Несмотря на то, что строительство финансировал Темедор, кронпринц Эххи, Дейриер своими силами отстраивал его, напитывая укреплённый бетон и мрамор псионической энергией. Создать обсерваторию его сподвигла Норра, затеявшая построить собственный звездолёт и потому нуждавшаяся в постоянном мониторинге орбиты и близлежащего пространства. По сути, весь комплекс предназначался именно для этих целей, и являлся фундаментом для этапа новой эры, которую собирался открыть Хор.

В отличие от остальных высших Воксов, Соланисы редко собираются вместе в Оперетте – на них лежит большая ответственность, ведь их деятельность поистине глобальна. Присутствие на переговорах глав государств, организация поисков «пси-фактора», археологические раскопки в разных частях Аревира, участие в исследованиях ноосферы, помощь в различных международных мероприятиях, устранение аномалий и собственные проекты. И это не считая того, что им нужно выделять время на своих учеников, избранных и подготовленных Тенрусами и Баритусами для более серьёзного обучения у ноосенсов. Оперетта постоянно нуждалась в свободных новусах и с нетерпением ждала пополнения. Стать высшим Воксом, встать в один ряд с истоками Песни, считалось большой честью, но и требования были очень высоки. Велир и Акило тщательно проверяли кандидата, создавая невероятно тяжёлые условия как в физическом, так и в псионическом мире. Испытуемый обязан соблюдать определённый ряд правил и запретов, постоянно находиться в сосредоточенном состоянии и при этом выполнять сложные поручения. В «истинном» мире, помимо экзамена на знания особенностей, опасностей и обитателей этого места, проводился тест на прочность сознания. Только сильный духом псионик может создать настолько сильный Конвентум, что защитит не только себя, но и других новусов от влияния коварных энергетических тварей. Глупо предполагать, что эти существа неразумны – не раз Юмена сталкивалась с ситуацией, когда потусторонние сущности принимали образы её давно умерших родственников, друзей, кого-то из новусов Хора, и пытались вызвать эмоции, чьими спектрами они питались. Чем дольше такое существо находится рядом с человеком, тем слабее и неуверенней тот становится, вплоть до психических болезней и травм. И случится катастрофа, если новус Оперетты допустит подобное с собой и уж тем более с остальными новусами. Доля псионика это не только видение мира в более широком смысле, но и постоянная борьба за собственный рассудок с незримыми врагами.

«Юмена! – прислушиваясь к дрожи гравилёта, она пропустила появление образа Дейриера. – Здесь что-то не так… похоже, они знают о моём месторасположении! Разворачивайся, немедленно!» «Что? Почему? – Соланис резко остановила аппарат. Она уже достигла заснеженных тёмных вершин, но до самого пика было ещё далеко. – Что случилось?» «Я не могу говорить! – ещё никогда она не видела его настолько встревоженным. – Похоже… всё намного хуже, чем мы думали! Не лети сюда! Я скрою свой голос, чтобы не рисковать Песнью, и постараюсь эвакуироваться. Не смей сюда лететь, Юми, ты слышишь?!» «Что у тебя там происходит? – новус почувствовала, что похолодела. Впервые, страх настолько сильно сковал её разум. – Дейриер! Дейриер не молчи!»

Но образ Соланиса пропал, оставив «истинный» мир в его привычном буйстве и пульсации энергий. «Велир, – дрогнувшей мыслью позвала она, – ты слышал его послание?» «Все мы слышали, – тот незамедлительно появился рядом. На лице старого новуса не осталось ни капли несерьёзности, и теперь он выглядел так, как и полагается древнему существу, постигшему тайны псионики – пугающее энергетическое тело, искрящее энергией, – оставайся на месте и жди нас. Что бы ни случилось на «Вдохновении», в одиночку туда не суйся». «Юмена, – обратилась к ней Эсле, – я ощущаю присутствие «Тёмного Голоса» в той местности, где последний раз мы слышали Дейриера. В распоряжении последнего несколько десятков аколитов охраны, но не думаю, что это его защитит. По крайней мере, они выиграют ему время, чтобы сбежать». Сопранис несомненно была права. Клоны-аколиты обладали высокой стойкостью, а под управлением ноосенса ещё и иммунитетом к контролю разума, но хватит ли их, чтобы задержать угрозу, напугавшую даже Дейриера? Юмена закусила губу. «Не позволяй эмоциям возобладать над разумом, – вспомнила она слова Роривера, – но я не могу…»

– Нет, – решительно сказала она, передавая гравилёту часть собственной энергии, – я не могу ждать. Мой друг в большой опасности, и промедление может стоить ему жизни. Во имя Великого Храма Ауколис… я должна лететь!

Серебристый корпус машины слабо засветился белым светом, набирая мощь. Двигатели вспыхнули, и гравилёт, оставляя шлейф, рванул вперёд, растапливая летевший на него снег. Тёмные скалы зловеще гудели, провожая бликами улетающую Соланис, а где-то вдали, в каменных сводах храма у подножия колонн-площадок Баастаров, в бессилии выругался другой новус, рассеяно заходив взад-вперёд.

«Юмена! – он попытался ещё раз воззвать к её сознанию, но та уже закрылась от них Конвентумом, оставляя лишь отголоски, связывающие её с Хором. – Несносная! Зачем ты рискуешь? Ты хоть понимаешь, как много сейчас от тебя зависит?» Сколько Велир её знал, она всегда поступала по зову своей души, а не разума. Обычно, такое мировоззрение поощрялось, но сейчас он буквально взвыл от бессилия, понимая, какой бедой может обернуться потеря обоих друзей. Оперативная группа уже поднималась в воздух, но до Симленского пика лететь не меньше четырёх часов, и Велир был не уверен, что им хватит этого времени.

– Дейриер не сказал, кто на него напал, – стоявшая рядом Сопранис Сияна, невысокая девушка с длинной русой косой, осторожно прикоснулась к нему, – но… я думаю, что он справится. В конце концов, он же ноосенс! Что может случиться с псиоником такой силы?

– Если «Тёмный Голос» там, то Дейриер в большой опасности, – возразил прислонившийся к колонне Акило. Вечно серьёзный Баастар, практически ровесник Велира, сурово хмурил брови, исподлобья глядя на волнующегося друга. Взгляд холодных синих глаз, отливающих сталью, сверкал живыми искрами переполняющей его мощи, – я пойду за ними.

– Ты? – Велир нервно улыбнулся. – Акило…

– Если «Тёмный» сможет одолеть двух Соланисов и Баастара, то я не знаю, что мы вообще можем ему противопоставить, – резонно заметил тот, поднимая голову к подлетающему гравилёту, – Кадасла, возвращайся в храм, – обратился он к светловолосой девушке через «истинный» мир, – если что-то пойдёт не так, ты будешь последней защитой Хора.

Белый луч света ударил в пол, и новус сделал шаг вперёд, вспышкой исчезнув в фотонном лифте. Велир лишь увидел, как гравилёт на скорости развернулся и умчался на север, унося свет разума новуса в сторону сгущающейся тьмы. Баастар Акило, столь давний его друг, как и Дейриер, всегда предпочитал слову дело. Молчаливый, статный и дисциплинированный, он никогда не делал послаблений поступающим ученикам, но и к себе относился критически и даже предвзято. Первый из Баастаров и один из основателей храма, он всегда находился между физическим и псионическим миром, наблюдая и за внутренними делами Хора и за потоками ноосферы. Благодаря ему, над Умвелотоном впервые появился мощный Конвентум, оградивший его жителей от энергетических паразитов и хищников. И появление «Тёмных Голосов», а также вся история с Экспларом, сильно ударили по самолюбию Акило, считавшего, что ситуация под полным контролем.

– Сияна, – Велир глубоко вздохнул, собирая волю в кулак и успокаиваясь, – нам нужно усилить их восприятие. Пока Роривера нет, я буду помогать вам поддерживать ритуал Ясновидения. Нужно рассеять тьму, чтобы у наших друзей был полный обзор.

Сопранис Сияна, обладающая природной красотой и обаянием, как и все лимнерийки, лишь скромно кивнула. Кроткий характер этой девушки раскрывался в даре целителя, и именно она научила многих новусов как лечить раны энергией ноосферы. К тому же, она являлась значимым философом, несущей идею гармоничного уклада человеческой жизни. В прошлом известная писательница, Сияна так и не смогла завести семью будучи убеждённым интровертом, благо её родители, из рода мелких бояр, смогли обеспечить её хорошим наследством и домиком в отдалённой части княжества Русмерии. Там она и жила до самой старости, публикуя в сети свои книги. Её «пси-фактор» раскрылся очень поздно, когда срок её жизни уже подходил к концу. И умерла бы Сияна обычным человеком, если бы не Лер, увлекающийся литературой. Углядев между строк её романов необычную энергетику, он лично пришёл к ней, раскрыв её истинную сущность. Меукон омолодил новус, вернув юность, но лишил возможности иметь детей. Впрочем, Сияна не отчаялась – в конце концов, это её выбор, и она никогда не теряла надежды на лучшее.

– Хорошо, – кивнула она, сосредотачиваясь и взывая к Леру и Эсле, – готовьтесь, братья и сёстры, мы вновь начинаем охоту на тьму!

***

Ещё никогда они не видели столь широких улиц. Харси и Кири с визгами носились по тротуарам Аполотона, петляя среди прохожих. Для них, маленьких анимагенов, всё казалось настолько большим и высоким, что захватывало дух от одного вида. Яркие неоновые вывески, музыка, величественные здания давней человеческой архитектуры, отреставрированные анимагенами, и стремительная жизнь большого города вызывали у детей бурный восторг. Золочёные гладкие углы зданий сверкали бликами зимних лучей, всё вокруг пестрело, дышало жизнью и свободой. Ни страха, ни ненависти, только радость жизни и сегодняшнему дню. Анроты лишь улыбались им вслед – многие женщины сейчас находились в положении и с нетерпением ждали, когда и в их доме зазвучат детские голоса. А вот Капи, нервно сжимающая руку Хиру, уже начинала сердиться. Неприятное чувство страха за свою сестрёнку довлело над её разумом, заставляя невольно ускорять шаг вслед за убегающей девочкой. Хотя в городе было не так громко, чтобы Кири не услышала её окрика, но канарейка с чего-то решила не привлекать к себе лишнего внимания. Хватало и того, что их одежда слишком выделялась среди местного населения.

– Капи, – Хиру чувствовал, как дрожит её ладонь, – не переживай. Сейчас мы в безопасности. Тут не может случиться ничего дурного.

– Сольтен мы тоже считали безопасным, – сдавленно рассмеялась она, – я ещё когда говорила, что крепости в горах строят только даори, а они все вымерли! А знаешь почему? Потому что даори были слишком маленькими! В смысле – невысокого роста!

– Как это вообще логически связано? – медвежонок закатил глаза.

– Ты! Не смей мне тут возмущаться! – заворчала жёлтая беот, пару раз хлопнув его по плечу ладонью. – Вот когда уйдём подальше от проезжей части, тогда я буду спокойна! А то видишь, как гоняют?! – центральная магистраль Аполотона всегда являлась оживлённым местом, и трафик энергомобилей тут не ослабевал даже под вечер. – Выбежит она на дорогу и…

– Но она же не глупая, – возразил Хиру, немного удивившись, – что она, машин никогда не видела? Уж сколько мы в Сольтене бегали по дороге…

– То Сольтен… – Капи провела рукой себе по лицу. – Слушай… я не могу отвязаться от мысли, что… эх, – горло словно сдавило тисками, – может, ты и прав. Нет, наверняка ты прав! Но я ещё не отошла от… ну ты понял, – он уже знал, если его подруга начинает сбивчиво тараторить, это первый признак её нервозности.

– Ладно, не будем сейчас об этом, – легко согласился он, понимая, насколько болезненна эта тема, – я, кстати, присмотрел квартиру в портовом районе с видом на океан. Пойдём, посмотрим?

– Большая?

– Ну… обычная, – об этом Хиру как-то забыл и смущённо поджал уши, – трёхкомнатная.

– Ты не обратил внимания, да? – она с улыбкой покачала головой. Её нейге постоянно забывал о каких-то мелочах. – Вот опять ты куда-то полез без меня, и всё стало плохо! А если там слишком светло? А на каком этаже? А школа рядом есть? А где мы будем работать? А? Вот надо же сразу всё смотреть! – Капи распушила хохолок, загибая пальцы на каждый вопрос. – А я ещё хочу, чтобы была широкая лоджия! Где мне крылья расправлять?!

Канарейка всё говорила и говорила, а Хиру только с улыбкой кивал. Самое лучшее, что он мог придумать, чтобы отвлечь её от грустных мыслей, это навести её на размышления о совместном будущем. Для себя он уже твёрдо решил, что не оставит подругу и готов прожить с ней, как выражалась мать, всю «долбанную» вечность. «Однако, где же сейчас Луно и Лунги? – он повернул голову в сторону гор, но обзор закрывали сизые тела небоскрёбов. – Если «пожиратели» пришли с восточного побережья, то они наверняка прошли по северным тропам через плато Моррат. Как раз возле Сэперенса…» Вестей от Лунги не приходило с момента её ухода. Сам он её не застал, но Капи рассказала, что видела рысь уезжающей на «броневичке», и это немного успокаивало. На машине куда проще убегать и переживать ночи, однако сам факт того, что молодая беот в одиночку отправилась в столь опасное путешествие, внушал восхищение её храбрости и силе воле.

– Новостей с Южного Фронта не приходило? – поинтересовалась у него Капи, заметив, что тот задумался. Они спустились вниз, в подземный переход, к очередному восторгу младших детей. Длинный и хорошо освещённый коридор веял прохладой и сладкими конфетами из автомата у лестницы. Поскольку стоял он довольно высоко, Харси и Кири только и оставалось что тянуть носы к стеклянному корпусу, рассматривая цветастые обёртки. Однако эти конфеты им есть нельзя. В отличие от тех, что находились в их новом доме в Шпиле, они являлись смесью органики и примира, потому механизмы просто не переварили бы их.

– «Юный» полк временно расформирован, – пожал плечами Хиру, – война остановилась, но если начнётся вторая волна атак, то Совет снова соберёт нас.

– А дядя Кэнлус?

– Вроде как тётя Эри отправлялась за ним в Доу-Отис, – Харси быстро оглянулся на них, – Хиру, я хочу конфет!

– Мы хотим конфет, – подчеркнула Кири, в знак протеста поставив руки на бока, – что надо сделать, чтобы их съесть?

– Местные анроты встроили себе биореакторы, чтобы поглощать органику, – Капи посмотрела на аппарат. Конфеты явно были шоколадными, но не таяли из-за низкой температуры внутри, – а вам ещё рано модернизироваться, – строго добавила она, нахмурившись.

– А конфет хочется сейчас! – заканючила лисичка, однако от аппарата отошла, угрюмо поплётшись следом за старшей сестрой. – Не хочу быть маленькой, хочу быть большой!

– Нам ещё года четыре расти, – разочарованно протянул Харси, поджав губы, – как до-олго!

На самом деле анимагены росли очень быстро, относительно людей. Тонко настроенные механизмы и электроника расширялись, сохраняя прежние функции, и уже к семи годам из ребёнка вырастал взрослый двухметровый анимаген. Хиру с трудом себе представлял, насколько точные и сложные расчёты проводили Создатели Анима, чтобы собрать даже первые простейшие модели их народа, не говоря уж о последних сериях анротов, которых он видел вокруг. Конечно, сейчас, имея на руках все чертежи, анимагены умело модернизировались без вреда для общей работы механизма, но сама идея создания искусственного тела столь высокой сложности и надёжности вызывала неподдельное восхищение.

– Хотите сходить в Аполотонский Музей Истории? – спросил он, активируя наручный проектор с картой города. – Это недалеко.

– Заодно и на «Просветитель» посмотрим, – обрадовалась Капи, указывая пальцем на голографическую башню, – такое историческое место! Можно сказать, тут наши родители повернули ход истории!

То, что происходило здесь восемь лет назад, историки анимагенов описывали как воплощение ужаса и хаоса на Аревире. Город атаковали тысячи «клеймённых» анротов и мутотов, пленяя людей и насильно вырывая их души с помощью особых устройств. Силы гарнизона «Хранителей Жизни» «рассветовцы» смели за несколько часов, и только когда пал городской щит, штаб Командора смог отступить в океан, где с помощью флота уничтожил портовый район вместе с уцелевшими горожанами. Регенты и весь государственный аппарат Нелии погиб в одночасье, и Кайлити, каким его знали, перестал существовать.

– Не могу поверить, что это случилось настолько недавно, – вслух подумал Хиру, поднимаясь вместе с остальными на поверхность. Зимние лучи почти не грели, но воздух всё равно оставался тёплым из-за установок, гудевших вдоль дорог в бордюрах и роботах-уборщиках, – представьте – меньше десяти лет назад тут жили люди! Интересно, как тут всё было устроено раньше?

– Мама рассказывала, что не очень, – похвастался знаниями Харси, – а люди и сейчас тут живут! В южном районе, где раньше стояли Трущобы. Сейчас-то там настоящий Пантеон, по сравнению с прошлым.

Они мало знали о прошлой жизни этого города. Только основные условия и быт, но ничего толком об укладе жизни. Урси говорил, что Аполотон сейчас переживает свой «золотой век», и Хиру был склонен согласиться с отцом, глядя на эпические виды возносящихся к небу массивных зданий. Каждое из них – это миниатюрный посёлок с собственными укладами, где жилищный совет решал административные вопросы и бытовые условия горожан. Анимагены – сплочённый народ привыкший трудиться, и это касалось не только рядовых рабочих, но и управленцев вплоть до самого Консилиума. Так повелось от начала их истории и так есть сейчас.

– Я думаю, что нам надо лететь за Лунги и Луно, – озвучила мучающую её мысль Капи, – Роронские горы наверняка патрулируются силами местного легиона. Должны же они увидеть её хоть раз! Хотя, зная, как умеет прятаться эта рысь…

Лунги в детстве всегда выигрывала в прятки, а повзрослев, стала и вовсе неуловимой, забираясь в такие места, о которых Капи не могла бы даже предположить. Единственный, кто постоянно её находил, был Луно, чем невероятно злил молодую беот, однако сейчас его способность могла сыграть решающую роль в поиске рыси.

– Я поговорю с отцом насчёт машины, – подумав, согласился с ней Хиру, – сам он вряд ли поедет, да и мать будет против, так что не случится ничего страшного, если мы на месяц-другой отправимся в горы. В конце концов, даже если вновь начнётся сбор «юного» полка, у нас будет связь.

– А мы тоже поедем, – заявила Кири, повернув к нему оба уха.

– Нет, конечно! – Капи даже перья взъерошила. – Ты ещё слишком маленькая для таких приключений!

– Это был не вопрос! – воскликнула лисичка. – Лунги и Луно – наши друзья! И мы идём их искать! Слышал, Харси? – она дёрнула ойкнувшего беота за ухо. – Ты тоже идёшь!

– Меня вряд ли отпустят, – тот сердито замахал руками, едва не врезавшись в столб на пути, – учительница Сантия сказала, что Протектор Риабилл продолжит моё обучение.

Если обучением ноосенсов в «Новом Рассвете» занимались Рерар и Лаури Хонти, то остальных новусов учили потомки основателей «Аревирского Рассвета», и Риабилл являлся одним из них. Ходили слухи, что его прошлая жизнь как-то связана с Адмиралами «Железного Флота», но сам Протектор никогда не говорил об этом. Разве что близким друзьям из Консилиума, которым он доверял, но и те хранили молчание. Большую часть нотов-телепатов, включая псиоников Союза, обучал именно он, и он же готовил план по захвату власти в «Рассвете», устранив верных Эксплару нотов после смерти оного. Риабилла и его Нумерусов боялись и уважали, и поговаривали даже, что ему по силам захватить всю власть над Кайлити.

– Ничего, скажем твоему учителю, что у тебя каникулы, – упрямо сказала Кири, резко остановившись у перекрёстка, – вау… ничего себе!

Они добрались до огромной площади, сияющей ослепительной чистотой каменных плит и золотым свечением гигантской эмблемы Технократии посередине. Вдоль неё тянулись белыми и синими полосами светодорожки, соединяясь и изгибаясь у невысокой стены самого большого здания в городе.

– «Просветитель»… – Капи в восхищении открыла рот, непроизвольно расправив крылья. – Какой красивый…

Белый ствол башни уходил в лазурную высь, переливаясь золотом, бликами стёкол и металлических элементов. Массивные сизые опоры растянулись на всю ширину площади, и возле них блестели корпусами легковые энергомобили работников. Здесь, в этом здании, были сосредоточены основные информационные каналы и сервера «Огненного Света», беспрестанно излучая сигналы, шифруя их и направляя на удалённые антенны. Как и в случае с остальными небоскрёбами, в «Просветителе» жили анимагены, местные работники узлов связи и технический персонал. Здесь также процветала журналистская деятельность, редактура, издательства и художественные экспозиции. Многие анимагены-творцы приезжали сюда ради тихих кабинетов, где они могли сосредоточиться на творчестве, и, спустя время, опубликовать свои работы. Также отсюда вылетали во все концы Кайлити экспедиции исследователей, собирающие материалы о древних народах, новых видах флоры и фауны и просто важных событиях, происходящих в других городах.

– Этот город… – Хиру вздохнул полной грудью. – Он живёт! Это настоящая жизнь! Тут открывается столько возможностей, что кружится голова! А ведь мы только увидели малую часть…

– Портовый район, с его историческими памятниками, – защебетала Капи, взмахнув рукой, – район Механиков, где они собирают… – она вдруг задохнулась от восторга. – Собирают корпуса новорождённых! Хиру, пойдём туда, а? Я хочу посмотреть на это!

– Собирают корпуса? – Кири потёрла ладони, загадочно улыбнувшись. – Интересно…

***

Ту гостиную, которую им отдали новусы, Лупо и Камманд объявили временным штабом. Переносной проектор, поставленный поверх того, что находился в столе, мерцал голубоватым светом голограммы карты местности Умвелотона. Пустующий город, казалось, открывал широкие возможности для проникновения «Тёмных» и совершения диверсий, однако сейчас Сопранисы вновь начали ритуал Ясновидения, и даже Миноту показалось, что он видит другой конец города из окна храма.

Судя по тревожным настроениям, случилось что-то неприятное, однако Хор не спешил их уведомлять об этом. Даже Норра, спохватившись, быстро убежала в зал Оперетты по зову Велира, тем самым озадачив Арги, только-только вознамерившуюся вместе с ней делать расчёты будущих энергоносителей. «И где Юмена? – задавалась вопросом лисица, устало сбрасывая сумку с картами на сиденье гостиной. – Она уже должна была вернуться из дворца вместе с Велиром и Лером. Куда она подевалась?» Скучая по дочери и скорбя по мужу, Арги сама того не заметила, как привязалась к темноволосой Соланис, поддерживающей её после Урси. Юмена искренне хотела, чтобы белая беот преодолела кризис, повинуясь добротой своей души, и Арги чувствовала это.

– О, ты вернулась! – удивилась Ани, выходя из смежного помещения в гостиную. – Мы думали, ты уж совсем ушла в лаборатории.

– Не дождётесь, – ехидно усмехнулась та, рухнув на диван у дальней стенки. Мягкая обивка провалилась под её весом, – где остальные?

– Лупо и Камманд скоро вернутся, – нот села на стул рядом, отодвинув его от стола, – а остальные где-то в здании.

– Я так понимаю, с Броном вы больше не общаетесь? – Арги немного поёрзала на месте, чтобы не сидеть на хвосте. – Что случилось?

– Он… – она нахмурилась, потупив взгляд. – Он не хочет становиться анимагеном…

– А он знает способ? – она вновь усмехнулась. – Уж прости, любвеобильная моя, но даже наш единственный ноосенс этого не ведает.

– Но меня же перенесли! – вспылила та. – Я тоже была человеком, но осталась собой после возрождения!

– С тобой вообще странная ситуация, – пожала плечами беот, – Келеи, блуждания по Небытию… я бы не возводила твой случай в разряд стандартных.

– Но должен же быть ещё способ!

– Теоретически, душу можно перенести с помощью душеотводов Эксплара, уверена, у Прайма завалялась парочка. Но как быть с сознанием? Что если «новый» Брон не вспомнит тебя?

– Не будет никакого «нового», – Ани грустно покачала головой, – Брон решил, что не хочет помнить всего, что с ним произошло ранее. Он не смирился с прошлым.

Арги коротко покивала, понимая, о чём она говорит. Броннан Итай родился и вырос в Трущобах Аполотона. Беспризорник, у которого даже имени не было, он сбежал оттуда вместе с кланом диггеров и долго скитался по Кайлити. Белая беот невольно содрогалась, слушая, что пришлось пережить этому человеку, потому известие, что он не хочет с этим жить целую вечность, её не удивило.

– Он всегда шёл своей дорогой, – пространно, словно сама себе, сказала Ани, закрыв глаза. На лице девушки читалась неподдельная тоска, будто она уже его потеряла, – сколько я его знаю.

– Ты рано смирилась с этим, – Арги утомлённо вздохнула, – мужчины его типа всегда могут передумать в самый последний момент. Уж поверь мне, Брон хоть и выглядит суровым, но мировоззрение у него немного наивное. Он ещё передумает, вот увидишь.

– Надеюсь, – повеселела Ани, неуверенно улыбнувшись, – а ты как? В смысле с…

– Ох, когда же кончится ваш страх перед этим именем? – лисица расхохоталась. – Лункс! Его зовут Лункс, Ани, помнишь? И я думаю, что Лунги уже нашла его. Я этого рыся знаю – он всегда пропадает, но также всегда возвращается, мой шкодливый кошак.

Едва вспомнив зелёные глаза и насмешливую улыбку Лункса, Арги почувствовала, как потеплело в груди. Ей очень не хватало его взгляда, крепких рук, прижимающих к себе, заставляющих чувствовать себя под защитой и заботой кого-то сильного. Пусть их отношения не выглядели настолько же чувственными как у Вульпи и Кари, но Арги на это было наплевать. Ради возвращения Лункса она могла свернуть горы и обратить реки вспять, но и без этого она уже догадалась, что он всё ещё жив. Видимо, эти воспоминания настолько ярко проявились у неё на лице, что Ани хихикнула, смущённо отвернувшись. И как раз в это же время в гостиную вошли ещё двое анимагенов.

– Это хорошо, что вы здесь, – Камманд кивком приветствовал встрепенувшихся девушек, – мы кое-что узнали. Про «Тёмные Голоса».

Арги тут же вскочила с места, вопросительно посмотрев на него. Она и сама хотела заняться расследованием, но из-за Норры, увлёкшей её идеей построить звездолёт, совершенно забыла об этом.

– «Тёмные Голоса» – это такие же новусы, как и те, которых мы уже знаем, – начала Лупо, аккуратно усаживаясь за стол, дёрнув ухом, когда Камманд закрыл за ними дверь, – и большая часть из них, это ученики Оперетты и старших Воксов Ауколиса. То есть, имена их известны. Сейчас они называют себя «Верными», и именно они возглавляют сектантские лагеря и базы. И зная, насколько крепкая между ними связь, они явно знакомы не первые годы.

– Учитывая то, что все эти новусы исчезали поочерёдно и в разных местах планеты, и как организованно появилась Секта, предполагаю, что Верные готовились к смерти Эксплара, – Камманд сел рядом, положив руки на стол, – Рингар Исай договаривался с Берендором Каузом относительно атаки, однако в это же время на Сарохаре пропало большое количество Обертанов и Фибулусов Хора, предположительно убитых или завербованных. И когда началась Война Ненависти, эти новусы тайно начали проникать на территорию Кайлити.

– То есть, кто-то специально организовал текущую войну ради прикрытия, – Арги начинала понимать, к чему они ведут, – и этот кто-то – «Тёмный» ноосенс, что создал Химеру и убил Вульпи и Кари?

– Так предполагает Кадасла, – анрот кивнул, – а у меня нет оснований ей не доверять. Зато относительно некоторых других высших Воксов у меня возникают сомнения.

– Баастары неустанно следят за Хором, – подсказала Ани, – и вряд ли кто-то из них действительно «Тёмный».

– Тем не менее, нельзя исключать и такой вариант, – упрямо возразил тот, сделав жест рукой, – первый подозреваемый – Велир. Самый старый и странный из всей Оперетты. Он располагал информацией о перемещениях каждого из новусов и контролирует исследования ноосферы. Зная, насколько далёкая для нас эта тема, я могу только предположить, что он мог бы командовать «Тёмными голосами» из псионического мира при этом оставаясь вне подозрений.

– Велир слишком импульсивный, – покачала головой Арги, – ему не хватило бы терпения так долго плести интригу.

– Согласен. Поэтому второй, кого я подозреваю – Дейриер. Со слов Кадаслы, он часто улетает по своим делам в неизвестном направлении, но всегда появляется в нужный момент, словно знает, когда в нём нуждаются. Полезное свойство, особенно, если тебе нужно сделать что-то, о чём не должны знать остальные. К тому же он, как и Велир, Соланис, а им разрешено скрывать себя от остальных Конвентумом ради безопасности Песни.

– И не стоит забывать, что Дейриер создатель меукона, – произнесла Лупо, постукивая пальцам по столу, – а Химера как раз является продуктом эксперимента с этим веществом. Логично предположить, что тот, кто знает все его свойства, будет проводить опыты с телами анимагенов.

– Стоп, – подняла руки Ани, – разве Велир и Дейриер не постоянно находятся в Хоре? Они же его Истоки, значит, все их мысли видны и остальным. Я думаю, что среди стольких новусов, кто-нибудь да заметил бы отклонения.

– Да, и поэтому последний… – Камманд замешкался, словно не зная, стоит ли это говорить. – Прайм. Прокуратор Технократии.

В гостиной повисла напряжённая тишина, и даже голоса новусов снаружи стали менее слышны. Арги с изумлением посмотрела на А-Трибуна, а тот, поджав губы, мрачно смотрел на свои руки.

– Это… почему? – с трудом выдавила Ани, вытянув уши. – Прокуратор же столько сделал для анимагенов…

– Потому что только он изначально знал о Наследии и собирался его открыть, – резко поднял голову анрот, – потому что благодаря ему Секта получила плацдарм в Роронских горах и вооружение. Если ты не знала, то это он передал Цестусу оружие и транспорты чтобы инсценировать похищение Наследия.