Текст книги "Новая эпоха (СИ)"

Автор книги: StarStalk147

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 37 страниц)

– Но ведь он же его и утратил!

– Так ли это? – Камманд неприятно улыбнулся её возмущению. – А что если Наследие уцелело? Что, если его вывезли сюда, на Сарохар?

– Но разве новусы не установили, что глава «Тёмных Голосов» ноосенс? – даже Лупо удивилась его словам. – А Прайм всего лишь телепат.

– Телепат, который обманул Создателя Анима, – уточнил тот, – Прайм выяснял с помощью своих подручных планы Ауколиса и Мраморного Дворца, он точно знал, что Хор нападёт и потому заключил союз с «Первородным Огнём», а пользуясь предлогом поиска оружия против новусов, попытался открыть Наследие. К тому же, он является создателем Ядра Контроля…

– Ты говоришь глупости, Камманд! – вскрикнула Ани, вскочив с места. Девушка тяжело дышала от гнева, а голубые глаза засверкали недобрым огнём. – И за твои слова тебя бы лишить звания!

– Это всего лишь предположение, юная тайли, – осклабился он, откинувшись на спинку сиденья и демонстративно делая вид, что нисколько не боится её, – я не утверждаю, что всё это – истина в последней инстанции. Возможно, я ошибаюсь, и ни Велир, ни Дейриер, ни Прайм предателями не являются. Есть вероятность, что и все «Тёмные Голоса» – это лишь скооперировавшиеся последователи Эксплара, которые мелко пакостят в отместку за своего мёртвого «технобога». Ничего нельзя исключать. Но доверьтесь моему чутью – предатель у нас прямо перед носом. Вопрос лишь в том – кто именно?

Арги задумалась, приложив руку к подбородку. В словах Камманда было зерно истины, однако она чувствовала, что они что-то упускают. Какую-то маленькую деталь, указывающую на главное действующее лицо в этой мозаике интриг. «Предатель организовал войну и похищение Наследия, – начала складывать она про себя, – сплотил Секту и создал армию гибридов из её анимагенов. Следовательно, он имел доступ на Кайлити, и, судя по тому, что его не заметили корабли Белой Армады и Железного Флота, он знает тайный путь на наш материк и пользовался им не раз. Но насколько долго? Как долго это продолжается?»

– А не может ли так случится, – медленно начала она, прервав разгоревшийся горячий спор между Ани и Каммандом, – что «Тёмный» ноосенс, похититель Наследия и учитель Рерара Хонти – это одна и та же личность?

– Учитель Рерара? – посмотрела на неё Лупо.

– Да. Рерар Хонти не смог бы овладеть в совершенстве своими силами без основных знаний и уж тем более без раскрытия «пси-фактора». Ему явно кто-то помог. Кто-то, кто очень часто посещал Кайлити до появления «Нового Рассвета», чтобы научить брата и сестру Хонти ноосенсорике.

– Когда-то новусы Кайлити были частью Хора, – протянула волчица, сообразив, о чём она говорит, – и, скорее всего, кто-то из Ауколиса сохранил с ними связь. Но вот кто?

– Подозревать можно кого угодно из Соланисов. Они все постоянно в разъездах, – пожала плечами Ани, усаживаясь обратно на стул.

Но не успела Арги озвучить мысль, как дверь в гостиную вновь открылась и в помещение ввалились остальные «Сигма» в сопровождении Агния и Златояры. Собравшаяся было прикрикнуть на них Лупо повернулась, но увидев их встревоженные лица лишь нахмурилась и смерила ледяным взглядом.

– Прошу прощения, что прерываем ваш совет, – извинилась рыжеволосая девушка с короткой косой, – но мы вынуждены сообщить, что вам должно остаться в здании, покуда не дозволят высшие Воксы. Пропали Соланисы Юмена и Дейриер.

***

Среди заснеженных тёмных скал белый комплекс, опоясанный габаритными огнями, слишком сильно выделялся, чтобы Юмена его не заметила издали. Куполообразные части, соединённые подземными переходами, блестели от тянущихся в небо языков пламени, выглядывающих из пробоин в корпусах. Яркие красные вспышки по всей территории «Вдохновения» говорили о том, что аколиты Дейриера всё ещё живы, а значит и сам Соланис пока что находился здесь. «Дейриер! – Юмена ещё раз попыталась позвать его, проецируя свой образ предположительно рядом с ним. Усиленная ритуалом Ясновидения, проекция сработала, отправившись вглубь территории, но достигнув главного здания, фантом просто исчез, поглощённый бушующей энергией. – Он с кем-то сражается! – знакомые зелёные спектры мыслей переплетались и разбивались с некими голубыми сполохами. – Продержись ещё немного, я уже рядом!»

Гравилёт завис над горящими зданиями, половина из которых обрушилась внутрь себя, выискивая место, куда можно безопасно опустить фотонный лифт. Судя по искрящим проводам и рваным сваям, посадочная площадка пала первой и была сброшена вниз. Машина всё ещё отчаянно сигналила своей хозяйке немедленно улетать, подгоняемая первобытным чутьём, но Юмена решительно направила гравилёт прямо к основному зданию, возвышающемуся над остальными. Бой проходил по всей территории комплекса. Она отчётливо увидела красные лучи лазеров внутри куполов лабораторий и складов. «Обсерватория ещё цела! – обрадованно заметила она, ощущая присутствие Дейриера в ней. – Похоже, его загнали в планетарий. Не сдавайся, друг! Только не прекращай борьбу!»

Внизу промелькнули какие-то хищные тени. Опустив голову, Юмена узнала в этих фигурах крадущихся «пожирателей» – гибридов, ужасных порождений чьих-то безумных экспериментов. Двигаясь быстро и почти исчезая из виду, эти твари целенаправленно продвигались к главному зданию. Отстреливающийся с укреплённых позиций аколиты пока что сдерживали их натиск, но «пожиратели» уже собирались в большую стаю, чтобы разом пробить их оборону. Только сейчас Соланис обратила внимание, что тёмные пятна вокруг – это лужи крови и смоула, остатки тел клонов и гибридов, скрытые под слоем снега. Битва длилась довольно давно, и её приятно удивило, что аколиты смогли так долго сдерживать натиск. Под воздействием энергий Соланиса эти биороботы становились куда сильней, но их количество уменьшалось с каждым мгновением.

Фотонный луч гравилёта озарил окровавленный снег, заставив надвигающихся «пожирателей» попятиться, скаля зубы. Даже в материальном мире вид Юмены сейчас внушал ужас. Бледная кожа светилась изнутри от переполняющей энергии, глаза, словно звёзды, сияли космическим огнём, а тёмные волосы трепетали от ветра и жара тела. Лишь немного двинув рукой, она направила разрушительную волну псионического огня в сторону оцепеневших тварей, расплавив их всех до единого. Мало кто мог сравниться силой ноосенса в открытом бою. Повелители ноосферических потоков при желании могли и изменить реальность, и противостоять им могли только такие же псионики.

– Где твой хозяин? – осведомилась Юмена у ближайшего аколита, всё ещё держащего пылающую скалу на прицеле. Эта стая «пожирателей» была уничтожена, но Соланис уже слышала клацанье когтей других.

– В планетарии, Соланис Юмена, – тот на секунду отвернулся, склонив голову, и тут же вновь сосредоточился на ожидании противника. Беспрекословно верные создания, не имеющие ни собственной воли, ни даже души, они могли лишь запоминать, пользуясь мелюсовым мозгом.

«Значит, я оказалась права, – девушка жестом приказала открыть забаррикадированные створки входа, – Дейриеру не удалось убежать и он сейчас сражается с «Тёмным Голосом» один на один. Надо поспешить!» Белые лепестки закрывал непроницаемый барьер Конвентума Дейриера, а также металлические замки клонов, которые те услужливо открыли специальными ключами, встроенными им под кожу пальцев.

– Продержитесь ещё немного, воины, – ободряюще произнесла Юмена, прибавив к их разумам толику собственной силы, – скоро мы закончим с этим.

Даже зная, кто такие аколиты на самом деле, она не могла относиться к ним как к вещам. Возможно, её подкупала их схожесть с людьми, или её собственная природная доброта – у Юмены не было времени как следует поразмыслить над этим. Гораздо больше её занимало сейчас то, что она увидела в открытых створках.

Тьма. Мёртвая тьма Небытия смотрела прямо в глаза оцепеневшей девушки. Поглощающая тьма ждала новую жертву, равнодушным взглядом изучая фиолетовую душу Юмены. Даже ритуал Ясновидения, который освещал пространсво вокруг, не мог рассеять её. «Это не просто псионик, – она почувствовала, как её пробирает животный страх. Хотелось сейчас же вернуться на гравилёт и умчаться прочь, лишь бы не видеть ужаса, в который она собиралась войти, – это… нечто больше! Теперь и я вижу, что он гораздо сильнее нас… но во имя Великого Храма Ауколис, я ещё слышу отголоски души Дейриера. Если я его найду и мы объединимся, что сможем вырваться отсюда. Однако… я не могу рисковать остальными…» Юмена была уверена, что подожди она пару часов, и к ней на выручку прилетят подкрепления из храма, возможно даже сам Акило. Баастар, с его силой и просвещением, сможет на равных бороться с тьмой внутри этого здания. Сияющий светом клинок рассечёт, разорвёт все Конветумы, разрубит связь души и ноосферы, лишив «Тёмного» псионика силы, и всё закончится. Но у неё не оставалось времени. Зелёный свет в клубящейся тьме угасал, оплетаемый ледяными щупальцами Небытия. Словно попавшийся в ловушку мотылёк, он бился в агонии, предчувствуя неминуемую гибель. Дейриер умирал прямо у неё на глазах. И Юмена, слушая зов своей души, сделала шаг во тьму.

Даже мягкий камень под ногами казался острыми шипами. Могильный холод легко проходил сквозь подошву тонкой обуви, и каждый шаг давался Юмене болью. Вестибюль главного входа разветвлялся на несколько коридоров, но ей нужен был только лифт наверх, к планетарию, где Дейриер собирал результаты исследований ольмирской системы. Электростанция всё ещё работала, однако лифт оказался отключён. С тихим стоном ступая по мраморной лестнице наверх, Юмена безуспешно пыталась воззвать к сознанию своего друга. Она чувствовала, что его душа где-то рядом, но не видела её. Тьма застилала глаза, а холод пробирал до костей, но Соланис, собравшись с силами, вновь засветилась. Темнота немного рассеялась, и она вдруг поняла, что освещение здания всё ещё работает. «Значит, это явление, – Юмена оглянулась по сторонам, с удивлением рассматривая фигурные светильники, наподобие храмовых, – это часть псионического мира. Я в аномалии!» Эти прорехи между физическим и псионическим миром появлялись из-за чрезмерного истощения завесы между ними. Ноосфера либо искажалась под воздействием сильного псионика, либо просто не успевала вернуть энергию, и миры соединялись, образуя опасные местности. Здесь легко можно потерять как тело, так и рассудок и даже душу. Осознав что к чему, Юмена тут же целиком ушла в псионический мир, намереваясь закрыть проход. Однако то, что она увидела, не походило на привычные виды псионического Аревира.

– Что происходит?! – не удержалась она, в ужасе прижав руки к лицу.

«Истинный» мир искажался в этом месте. Словно чья-то злая воля скрутила его пространство в воронку, тянущуюся вниз, к обсерватории, затягивая пытающихся удрать обитателей и свет. Энергия металась, превращаясь в огонь и молнии, а жизнь уходила во тьму. Небытие прорвалось и начало заполнять Аревир, и Юмена могла только беспомощно смотреть, как она поглощает его. Она, древний новус и опытный ноосенс, оказалась бессильна против этой мощи.

– Дейриер! – сорвавшимся голосом позвала она, вернувшись обратно. – Дейриер, ответь!

Но он не отвечал. Даже малые отголоски его разума погасли, остался лишь едва видимый зелёный спектр души. Дрожащими руками Юмена дотронулась до консоли погасшего лифта и, нащупав нужную кнопку, пустила энергию в сеть. Устройство заработало, вспыхнув белым светом и распахнув люки на полу и потолке. «Ещё не поздно улететь, – она оглянулась на створки главного входа позади. Снаружи слышались звуки яростного боя – «пожиратели» быстро добрались до аколитов, но те не спешили так просто умирать, – дождаться остальных и закрыть этот разлом. Я ещё сохраняю рассудок, значит, эта аномалия слабее меня. Лишь пару часов…»

– Юмена… – донеслось до её слуха. Голос был настолько слаб, что она едва различила его. – Беги…

– Дейриер! – этого оказалось достаточно, чтобы она тут же сделала шаг в лифт. Фотонный поток подхватил её, в мгновение ока переместив в соседнюю точку отправления, но не в верх, как она предполагала, а вниз, к подземной лаборатории. – Что… почему вниз? Разве…

– Всё, как и ожидалось, – протянул чей-то голос у неё за спиной, – ты не могла не ответить на этот зов.

Тьма аномалии скрывала его душу и разум, но Юмена чувствовала, где тот находится. Бледно-фиолетовый луч света, вырвавшийся из её сложенной ладони, пронзил пространство обоих миров, однако лишь оставил на каменной стене сквозную дыру, через которую потянуло холодным горным воздухом. Юмена не собиралась сдерживаться – слишком многое сейчас от неё зависело, чтобы она могла проиграть. Псионические молнии окутали пол и потолок, озаряя помещение и убивая всё живое вокруг. Стены рассыпались в порошок, а электроника потекла из стен жидкой смесью резины и металла, с шипением испуская чёрный дым. Камни вспучились, вырываясь острыми шипами до покорёженного потолка, сплошной стеной заполонив всё пространство. Кольцо пламени, что сжигало не только тело, но и разум, разошлось от сияющей, словно звезда, Соланис, и когда оно достигло места, где клубилась тьма, она, наконец, увидела лицо своего противника.

– Нет… – силы резко покинули её от осознания страшной правды. – Нет! Не может быть!

Опустошающий удар потока негативной энергии откинул её к стене позади. Тело обмерло и перестало светиться, но Юмене уже не хватало воли, чтобы сопротивляться. Истина, в которую она не хотела верить, стояла перед ней, мучительной агонией открыв глаза на то, что она сейчас натворила. «Какая же я глупая… – слёзы отчаяния покатились по её щекам. – Я должна была догадаться…»

– Бедная Миротворец Акторы, – со скупой усмешкой произнёс «Тёмный Голос», неспешно приблизившись к ней. Пламя и молнии вокруг погасли, оставив после себя разрушения и тьму, – ты так рвалась спасти своего друга, что забыла об осторожности. И теперь ты, твоё тело, разум и душа, твои силы ноосенса послужат сосудом для восхождения нового порядка Аревира. Сегодня ты уничтожила человечество, Юмена. И в качестве награды за твою глупость, ты останешься в сознании собственного тела до пока не сгинет последний человек на Аревире!

Бой снаружи закончился. «Пожиратели» быстро поглощали тела растерзанных клонов, восстанавливая повреждения от лазеров и ножей. Где-то вдали внизу показались белые точки приближающихся гравилётов. А во тьме обсерватории, откуда-то с нижних этажей, послышался последний вскрик слепого ужаса и отчаяния Соланиса Юмены.

Глава IV. Заговорщики

Вид шестирукавной галактики, медленно вращающейся под потолком, завораживал. Декоративная проекция мерцала мириадами звёзд и туманностей, сверкала кометами и блуждающими планетами, зияла чёрными дырами. Космос манил, и Ассур, полулёжа в раскладном кресле своей комнаты, ощущал, как легко становится на душе. Когда он жил в Сольтене, то часто выходил в горы чтобы полюбоваться этим видом и поразмышлять над собственной судьбой. Однажды, ему открылась ужасающая картина гибели Аревира. Планета иссыхала, превращаясь в безжизненный кусок камня, а на её поверхности царил энергетический хаос. Потусторонние твари, вырывавшиеся из прорех в завесе между мирами, свободно разгуливали в физическом пространстве, вселяясь в тела мёртвых людей, дабы обрести материальную форму. И это видение настолько сильно впечатлило Ассура, что навсегда изменило его взгляд на мир. Он стал замкнут, мрачен и мысленно готовился к грядущему концу света. Ведь видение, что предстало перед ним, показала никто иная, как сама Создательница Анима, вознёсшаяся на столь высокий уровень Мироздания, что могла бы сравниться с самой ноосферой.

«Возможно ли изменить будущее? – размышлял нот, немигающим взглядом наблюдая за ходом галактики. – Если всё предопределено, то есть ли смысл бороться? Однажды, я попытался изменить ход истории, но это лишь приблизило её конец». Почему-то у него не возникало сомнений относительно правдивости видения, хотя зная существ псионического мира можно было предположить всё что угодно.

Ассур вздохнул. Утомительное ожидание Мировой Конференции нервировало, и чтобы хоть как-то отвлечься, он договорился с прибывшими новусами об обучении. К его радостному удивлению, все трое с удовольствием согласились взять его в ученики, особенно за это радел Омилум, уже на третий день пребывания в Шпиле заскучавший настолько, что буквально лез на стену. Правда, с тем лишь условием, что Конференция пройдёт в пользу мира, однако что делать в противном случае никто не знал. Новусы явно были настроены идти до конца, и в случае если главы государств не согласятся с ними, мир ждал раскол.

В дверь постучали. Вздрогнув, Ассур повернул кресло в сторону входа и пультом на столе открыл створки.

– Добрый вечер, Старший Советник, – приветствовала его светловолосая Соланис, очаровательно улыбнувшись, – не желаете составить мне компанию в прогулке по ночному городу?

– Соланис Ирша, – он встал и слегка склонил голову, – сочту за честь сопровождать вас.

Эта девушка произвела на него куда более положительное впечатление, нежели Юмена при их первой встрече. Ирша не распылялась на комплименты, приторные улыбки и не пыталась хоть как-то расположить к себе, но тем самым как раз давала понять, что её характер куда твёрже.

– Полагаю, вашу спутницу нам тоже придётся взять? – поинтересовалась она, чуть прищурившись.

– Да, – он совсем забыл, что Аркания всё ещё под его ответственностью. Хотя сейчас Роривер и Омилум находились в Шпиле, но ему не хотелось оставлять её с ними, – я позову её через «истинный» мир.

– Жаль. Я хотела бы поговорить с вами… ох, прочь формальности! Мне нужно поговорить с тобой, Ассур, – неожиданно посерьёзнела новус, – и лишние уши нам ни к чему.

– Тогда почему не здесь? – он сделал жест рукой, охватывая комнату. – Если…

– Лишние уши. Ни к чему, – Ирша тихонько рассмеялась, многозначительно постучав пальцем себя по виску.

«Она не хочет, чтобы знал Хор, – наконец, догадался нот, нахмурившись, – интересно…»

– Идём, – он быстро пошёл к новус, элегантно отступившей назад, освобождая вход, – полагаю, лучше будет отправиться в Северный район. Там есть места, где можно уединиться.

– Как мило, – Соланис улыбнулась, словно довольная змея, но в её взгляде не было ничего доброго, – когда-то я обожала романтические свидания. Даже втроём.

Ассур ничего не ответил на эту реплику, дожидаясь, когда она поравняется с ним. Ирша улыбнулась чуть теплей и взяла его под локоть, прижавшись к плечу. «Аркания, жди меня возле главного входа в вестибюле, – он вышел в «истинный» мир, увидев знакомую бирюзовую ауру внизу здания и направив на неё свои намерения, – мы идём прогуляться». Она ему так ответить не могла, но он отчётливо уловил всплеск ярости. Слишком уж нагло он объявил ей об этом, не предупредив заранее. Однако, вместе с гневом, Ассур почувствовал от неё некое смешанное чувство облегчения и даже радости. «Понимаю, ты давно уже никуда не выходила, – он обратил внимание, что Сафира находится рядом с ней и что-то восторженно говорит, – что ж, может, это и к лучшему».

– Мне очень интересно будет послушать, как тебе удалось стать Старшим Советником, – непринуждённо заговорила Соланис, краем глаза заметив, как смотрит на неё девушка-диспетчер за пультом перед лифтом, – надеюсь, ты не станешь привирать. Я люблю честность, знаешь ли.

– Как удивительно, что мы разделяем эту любовь, – он вызвал кабину лифта, чувствуя, как тонкие белые пальцы сжимают его запястье. Ирша явно не без злорадного удовольствия наблюдала за реакцией других женщин, догадавшись, что свободный, молодой и вполне симпатичный мужчина-анимаген давно завоевал их души, – если угодно, можем взять гравимобиль.

– Нет-нет, пойдём пешком. Нам спешить некуда, – она кокетливо закинула руку за спину, чуть выпятив грудь, и Ассур невольно отметил, что Ирше есть чем похвастаться перед остальными тайли.

Лифт прибыл на их этаж, с мягким шелестом раскрыв перед ними створки. За стеклом кабины открывался чудесный вид на ночной город. Улицы Аполотона будто купались в золотом огне, языки которого достигали почти до середины небоскрёбов. Спектр разных цветов и красок расстилался по стенам зданий, отражаясь в окнах и металлических частях. Весело журчали подсвеченные фонтаны, изливая искрящиеся струи воды на каменные фигуры. Сотни энергомобилей двигались по ночной магистрали, и всюду слышались голоса анимагенов, наслаждающихся жизнью и окружающей их красотой, которые они же и создали. «Теперь, я вижу, что Прайм и вправду подарил им великую надежду, – размышлял Ассур, наблюдая за группой анротов внизу, в своей манере обсуждающие некие сплетни, – сплотил и направил их силы на создание нового мира. Умно. Но какую же цель преследует он сам?» «Коэльс» в полном составе остался вместе с ним в Аполотоне, но из всего отряда только Лео решил поселиться в Шпиле. Анроты и ноты «Огня» расквартировались в домах неподалёку, и Ассур не мог их винить в этом решении. За столь долгое время, такая сытая и размеренная жизнь казалась им чем-то новым и даже пугающим. Просыпаться от звуков будильника или прикосновений возлюбленного анимагена, не спешить экипироваться чтобы спустя пару минут ринуться в бой, где ты мог умереть в любую секунду, и смотреть не на обугленные пейзажи войны, а на золотой свет большого города – это стоило каждого дня, что они тут пребывали. И многие из «Коэльса» уже всерьёз подумывали остаться здесь навсегда, когда война закончится.

– Полагаю, ты никогда не ухаживал за девушкой, не так ли? – вкрадчиво поинтересовалась Ирша, с хитрой улыбкой взглянув в его растерянное лицо.

– Нет, – он нахмурился. В отличие от остальных, у него не было ни времени, ни возможностей с кем-либо заводить отношения. Куда больше беспокоило мрачное будущее, нежели мимолётное настоящее. – К чему ты спросила?

– Это крайне бестактно – не узнать у своей тайли, не против ли она моей компании? – Соланис фыркнула, заглянув в его разум. Конвентумы ноты и новусы договорились друг для друга снять, что стало первым шагом на пути их доверительных отношений. – А… так ты даже не понимаешь, о чём я говорю… Тяжёлый случай.

– Нет, – совсем смутившись, признался Ассур, – не понимаю.

– Думаю, очень скоро тебе об этом расскажут, – рассмеялась она, повернувшись к створкам – лифт спустился на первый этаж.

Народу в вестибюле заметно поубавилось. Анимагены не так остро воспринимают разницу между днём и ночью из-за большого запаса сил и энергии на бодрствование, но тёмное время суток они всё равно отводили на отдых и развлечения. Охрана Шпиля только-только начинала сменяться, и у главного входа остались лишь рядовые легионеры.

Арканию Ассур увидел сразу же. Чёрный комбинезон «рассветовского» образца сильно выделялся среди величественной и роскошной обстановки помещения. Тем не менее, он не мог не заметить, что нот крайне взбудоражена. «Интересно, с чего бы это? – казалось, даже одежда и обувь Аркании сияли чистотой, а волосы аккуратно уложены. – Похоже, ей и правда не терпится выйти в город». Серебристое лицо нот разило свежестью и приятным холодом, и он невольно залюбовался ею, рассматривая тонкие черты. Ирша, не удержавшись, вновь тихо фыркнула его мыслям. Настроение Соланис заметно улучшилось, и она даже развеселилась, хотя Ассур и не до конца понимал, что именно послужило причиной её смеха. Равно как причину всплеска жгучей ненависти со стороны Аркании, когда она увидела Иршу, державшую его под локоть. На лице нот не дрогнул ни один мускул, но взгляд буквально убивал на месте.

– Да, я знаю, что не предупредил заранее, прости, – он кивком приветствовал её, но та даже не взглянула на него, лишь сдвинула уши назад, – идём, хватит злиться.

Аркания вновь промолчала, но всё же нехотя оторвалась от стены и поплелась за ними следом. «Какая же ты мразь! – внутри неё всё кипело от злости. – Я тебе что, мутот, чтобы ты посмел выгуливать меня со своей подружкой?! Ублюдок, ты заплатишь за это унижение!» Горечь обиды сдавила горло, а злость заставила сжать кулаки. Захотелось броситься на наглую Соланис, как бы невзначай с хитрой ухмылкой взглянувшую на её бессильную злобу, и вонзить все четыре клинка в её лицо. Она-то, несомненно, чувствовала её настроение, тем самым ещё больше распаляя нот.

Воздух в городе немного похолодел с приходом ночи. Пахло чем-то сладким со стороны центра – должно быть бакалейная лавка вновь проводила пробу новой продукции, приглашая всех желающих. Сквозь свист пронёсшегося неподалёку энергопоезда, слышался рёв двигателей транспортного турболёта. В последнее время они зачастили с междугородними перелётами, но оно и понятно – вернувшиеся домой анимагены переезжали к родным в другие города, поближе к новым семьям и друзьям. Аркания бы тоже с удовольствием вернулась в родной Рахнак, но, увы, даже останки этого тихого города были стёрты войной, и ей только и оставалось что мрачно наблюдать за счастливыми жизнями других анимагенов.

«А почему, собственно, я так сильно злюсь на неё? – спросила нот сама себя, когда они вышли за территорию Шпиля. Золотой свет висевших в квантовых захватах фонарей мягко ложился на одежду и волосы, и словно напитывал окружающих энергией жизни. – Мне эта Ирша ничего не сделала, да и с новусами у меня нейтральные отношения. Так почему же мне так хочется убить её?»

– Полагаю, в горной крепости, где ты… возродился, всё несколько скромней? – поинтересовалась Соланис, подняв голову. Здания вокруг стояли тёмными столбами вокруг которых плясали золотые языки пламени, но выше сияли белые неоновые огни, украшающие город сверху.

– Намного, – согласился Ассур, тоже посмотрев вверх, – а Умвелотон, судя по рассказам, ещё роскошнее?

– Отчасти, – Ирша пожала плечами, – старинная архитектура с примесью современных технологий. Удивительный город, но для меня он скучен. Если Советник Урси рассказал тебе о том, что произошло с эххийцами, то ты должен понимать, что я имею в виду.

Ноосенс кивнул. Урси хоть и не побывал в местном Альтриле, но в красках описал быт и нравы его обитателей. И это вызвало у него смешанные чувства. С одной стороны, как нот, он понимал, что новусы поступили самым гуманным способом, умудрившись угодить одновременно всем сторонам. Но как анимагену, ему было противно слышать, что живые создания целиком ушли в виртуальную реальность, оставив этот мир ради эфемерных удовольствий, и что амбиции других, стали причиной этого пленения.

– Никси, – вспомнил он имя, упомянутое бурым беотом, – кто она?

– О, это интересный персонаж, – Ирша с удовольствием вдохнула сладкий аромат какой-то выпечки, – многие, включая новусов Оперетты, считают, что это очень продвинутая программа. Искусственный интеллект, способный к развитию. Очень сложный алгоритм, который создан сдерживать людей в «Белом Покрове». У неё нет материальной оболочки, но она видит всё, что происходит в объективах камер, мониторах и прочих устройствах подключённых к сети.

– Но кто она на самом деле?

Соланис коротко взглянула на него, лукаво улыбнувшись.

– Ты сообразителен, мне это нравится, – сказала она, почувствовав, как Аркания позади буквально закипела от ярости, – ты правильно задал вопрос: кто она на самом деле. Её создательница, Сопранис Эсле, в прошлом мастер кисти, изобрела голографическую «живую» живопись – рисунки, что жили сами по себе. Это восхитительное зрелище, наблюдать, например, за жизнью средневекового замка или как из семечка вырастает цветок. Рисунки в буквальном смысле жили, и имели настолько оглушительный успех, что обеспечили Эсле славу и имя в мировой истории. Даже несмотря на то, что многие из них «умерли».

– Умерли?

– Как Эсле зародила жизнь рисунка, так она и протекала, развиваясь и угасая, постепенно стираемая ходом времени. Но мы отвлеклись. Никси – это тоже рисунок Эсле, но на сей раз не столь скоротечный, как прошлые. Она черпает жизненные силы людей, что живут в виртуальном пространстве, своего рода энергетический паразит, коих ты видишь в псионическом мире. Её различие лишь в том, что она не совсем программа. Нечто похожее на вас, анимагенов.

– То есть, – Ассур коротко усмехнулся, – Сопранис вложила в неё часть собственного сознания, и Никси обрела личность. И что же случится с ней, когда этот цикл прервётся? Ведь люди рано или поздно покинут сеть.

– Да, ничто не вечно, – согласилась Ирша, – думаю, что Эсле будет надеяться на вас. Она понимает, что строение анимагена сложнее, чем просто набор схем и сервоприводов, но всё же думает найти способ переместить Никси в металлическое тело. Поэтому она решила поддержать мир, надеясь помочь своему творению выбраться из «Белого Покрова». Никси отчаялась, замкнулась и затаила злобу даже на саму Эсле. Да и с кем ей говорить, если её окружают лишь люди, добровольно решившие бросить свой мир ради удовольствий?

– Да уж. Любопытная судьба.

Они свернули на север, выходя к самому тёмному и тихому району города. Здесь в большей части располагались жилые кварталы и густые аллеи с искусственными запрудами и живностью. Анимагенов тут было мало – в это время суток большая их часть находилась в центре, потому Ассур вновь невольно удивился расчёту Ирши, видимо, до этого изучившей быт и жизнь города. Сейчас тут остались лишь влюблённые парочки и работники дневной смены, решившие скоротать ночь в одной из деревянных беседок или на берегу. Ассур слышал, что раньше этот район населяли только богатые люди – министры, Регенты, высшие офицеры и торговцы-монополисты. Также здесь располагался и штаб «Хранителей Жизни». Как раз на месте воронки его взрыва анимагены обустроили самый большой парк, «Ночная Грёза», с прудом, где водилось несколько видов рыб и прочих водных гадов. Удивительно, но растительность в этом месте дала настолько буйный рост, что парк пришлось расширить на несколько улиц.

– Дворец Регента, – Ирша насмешливо вздёрнула бровь, увидев справа от них белое здание. Сады и фонтаны во дворе, витые колонны и даже освещение – всё было воссоздано анимагенами ради сохранения памятника. Сейчас это здание пустовало, но когда-то тут проходили встречи глав государств и проводились роскошные балы, – жалкая попытка походить на Мраморный Дворец от людей ничего не смыслящих в культуре своих предков.

– Ты ведь бывала тут раньше? – Ассур также обратил на него внимание. Тёмные высокие окна закрывали тяжёлые шторы, а свет внутри потушен. Лишь дворовые светильники продолжали верой и правдой служить давно заснувшему зданию.

– Конечно. Притом намного раньше, чем появился «Новый Рассвет». Да и некоторая часть Аполотона тоже. Я же королевская дочь, принцесса Эххи, забыл? – она тихонько засмеялась, но нот тут же уловил нотки грусти в её словах.