Текст книги "Новая эпоха (СИ)"

Автор книги: StarStalk147

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 37 страниц)

– Да, Создатель… – прошептала Химера, чувствуя, как по лицу текут слёзы, которые она пыталась стереть трясущимися руками.

Глава V. Глубины сознания

Шум прибоя Сизого океана завораживал. Пляж Аполотона, созданный анимагенами на месте части Портового района, обстрелянного в своё время Железным Флотом, мерцал огнями набережной. Каменистый берег едва ли походил на золотистые световые пляжи, которые Харси видел на фотографиях, но анимагены неприхотливы, потому обустроили эту часть, чтобы иметь доступ к воде. Затопленные корабли давно извлекли со дна, а останки портов разобрали, перенеся на десятки километров севернее, поближе к «Гонерси», и теперь тут даже можно было купаться. Правда, в зиму даже анимагенам не хотелось лезть в холодную воду, кроме самых отчаянных, и пляж закрыли, но зато сама набережная сияла золотыми огнями, освещая чёрный асфальт, многочисленные лавки и отдыхающих здесь горожан.

Светало. Багровый диск Ольмира медленно восходил над тёмными водами океана. Лёгкий ветер гулял по просторной улице, трепля волосы детей, стоявших у фигурной ограды. Они ходили почти целый день, осматривая местные достопримечательности, посмотрели на тело Эксплара в музее, погуляли по «Ночной Грёзе» и даже забрались на верхушку «Просветителя». День вышел насыщенным, но младшие дети уже устали, и Хиру и Капи собирались уходить в Шпиль, решив напоследок встретить свой первый рассвет в Аполотоне.

– А красиво тут, – с улыбкой прошептала жёлтая беот, положив своему нейге голову на плечо. Даже она утомилась, проведя целый день на ногах, но не подавала виду, следуя примеру медвежонка, – буду летать сюда из дома.

Квартиру, которую выбрал Хиру, они тоже посмотрели. Просторная, трёхкомнатная, с довольно широкой лоджией – всё так, как и хотела обрадованная Капи. Конечно, сейчас им ещё рано говорить о полном переезде, но они уже договорились с местным управляющим, довольно флегматичным анротом Жевером, чтобы придержал для них квартиру до окончания войны.

Слухи о том, что новусы договорились с главами государств о Мировой Конференции, распространялись со скоростью пожара. Анроты с жаром обсуждали новость, объявленную Консулами Иргой и Сене, о том, что возможно, в скором времени, для них станет доступен остальной мир, и, что самое важное, примирение с людьми. Многие анимагены мечтали об этом, и счастливы были узнать о такой перспективе. С другой стороны, никто не знал, чего ожидать от такого мира. Человечество намного древней анимагенов, и их влияние на их культуру нельзя недооценивать. Альтруистическое и гармоничное мировоззрение казалось людям чем-то диким, смешным и в целом проявлением слабости. А слабость в их цивилизации воспринималась как черта потенциальной жертвы. Человечество – очень агрессивная раса, умеющая и адаптироваться и постепенно подстраивать под себя окружающую среду, и Консилиум это прекрасно понимал, с осторожностью обсуждая пути развития отношений.

– Спать хочу, – Кири сладко зевнула, закрыв глаза и уткнувшись носом Харси в шею, – неси меня в Шпиль, мой храбрый защитник.

Тот лишь сконфужено фыркнул. Когда они переходили по мосту в Южном районе, лисичка, в свойственной ей непоседливой манере, пару раз наполовину высовывалась через ограждение, чтобы разглядеть канал реки внизу, тем самым напугав и рассердив Капи. После десятиминутной нотации, канарейка назначила Харси «почётным телохранителем» своей младшей сестрёнки. Дело осложнялось тем, что зайчонок и сам не очень любил высоту, предпочитая держаться от края моста подальше, благо очень скоро они спустились вниз, но последние часы их прогулки Кири подтрунивала над ним, дразня и дёргая за уши.

С южного аэродрома неподалёку взлетело несколько грузовых турболётов. Прокуратор сдержал слово и отправил в Сольтен ресурсы, столь жизненно необходимые для работы крепости. Хиру подумал, что Технократия, вероятно, выиграла намного больше от присоединения Союза, нежели потратила. Ведь, помимо притока новых граждан и территорий, на которых, к слову, всё ещё находилось несколько крупных залежей металлов, Сольтен являлся крупной производственной базой, включая совершенные системы маскировки и технологию «жёсткого» света, а также большим архивом уникальных данных «Нового Рассвета». И за всё это Прайм заплатил ресурсами, фактически, вернувшимися обратно. «Ох, политика – это не для моего процессора, – утомлённо вздохнул бурый беот, – любопытно, что отец об этом думает? Он как-то вяло отреагировал, когда узнал, что нас подчинила Технократия».

– О, смотрите! – Кири возбуждённо запрыгала на месте, показывая пальчиком куда-то влево. – Новус!

Среди пёстрых одежд и сизых лиц анимагенов отчётливо белела туника одного из недавно прибывших гостей Сарохара. Короткие светлые волосы трепетали от ветра, но жёсткое, словно сделанное из закалённого железа, лицо лишь улыбнулось бризу.

– Это Сопранис Роривер, – подсказал Харси, выглядывая из-за спины Капи, – папа рассказывал, что этот Вокс отвечает за дальнюю разведку и поддержанию духа внутри Хора.

Будто бы услышав его слова, новус слегка повернул голову в их сторону, и по-доброму улыбнулся. «Наверное, он нелианец, – подумала Капи, с интересом наблюдая за ним. Кипенно-белая кожа отражала рассветные лучи Ольмира, оттеняя одежду, и словно светилась изнутри, – интересно… высшим Воксам больше четыреста лет, сколько же он не был на родине?»

– Он идёт сюда! – со смешанным чувством восторга и лёгкой паники пискнула Кири, заметавшись. – Харси, сделай что-нибудь!

Новус и правда направился к ним неспешной, но уверенной походкой. Хотел он того или нет, но он сам привлекал внимание окружающих одним лишь присутствием. Анимагены, особенно девушки, с большим интересом наблюдали за ним, правда, издали – все знали, что псионики не слишком общительны, а уж тем более человеческие псионики. Хиру отметил, что, несмотря на жёсткие черты лица, Роривер выглядит довольно юным, лет на двадцать с небольшим.

– Доброе утро, – приветствовал он их, решив не использовать привычный жест Ауколиса и просто кивнув, – вот мы и встретились, сыновья Старшего Советника Урси и дочери воина Вульпи.

– Вы знали папу? – удивилась лисичка, осмелев.

– Из его воспоминаний, – кивнул тот, – он очень часто думал о вас.

Капи слабо улыбнулась. Воспоминания о родителях вновь сдавили горло, а в носу предательски защипало. Прерывисто вздохнув, она отвернулась и посмотрела на пылающий огнём диск над водой. «Рассвет всегда приходит, даже после самой тёмной ночи, – эти слова говорила мама, когда Капи мучили кошмары и она забиралась к ней в постель, засыпая в тепле её перьев, – как же мне вас не хватает…»

– Простите, – смутился Роривер, уловив её мысли, – я поступил бестактно.

– Это ничего, – канарейка хихикнула. Новус был ненамного выше Хиру, и это чуточку ободряло юных беотов, – а вы…

– О, я и представиться забыл, – тот неловко рассмеялся, почесав затылок, – меня зовут Сопранис Роривер, высший Вокс Великого Храма Ауколис, – он плавно взмахнул руками, очерчивая круг над головой. Харси, из рассказа отца, уже знал, что новусы Хора этим жестом характеризуют единство себя и собеседников с ноосферой, – но вам представляться нужды нет, – добавил он, заметив их намеренья, – я знаю ваши имена.

– Я думала, новусы не покидают Шпиля, – призналась Кири, бесцеремонно рассматривая его. Хотя туники из плотной, но лёгкой ткани не просвечивали, но при сильном ветре можно было разглядеть рельеф тела под ними.

– С чего бы? – удивился Роривер. – Прокуратор и Консилиум не ограничивали нашего передвижения. За пределы города нам нельзя без разрешения, это правда.

– А вы же сам нелианец, верно? – задала мучающий её вопрос Капи. Утро стремительно разгоралось, и ночная жизнь Аполотона вновь переходила в буднее русло. Анимагены возвращались к работе, а золотые огни заменял ольмирский свет.

– Истинно так, – кивнул новус, хмыкнув, – даже ума не приложу, как ты об этом узнала. Разве что по имени…

– Вы таким взглядом смотрели на океан…

– А, вот оно что! – совсем весело рассмеялся тот. – Ну да, это имеет смысл. Я решил, что спустя столько лет вернувшись на родину, мне нет нужды скрывать свои чувства.

– Вы родились здесь?

– Да. В Северном районе, почти у самой окраины. Славное было время… Помню, сколько мы с парнями всего повидали, пока учились в Академии Железного Флота, – Роривер вновь посмотрел на океан, – и меня приятно удивило, что Академия до сих пор существует. Только за это я благодарен Прайму и всем, кто восстанавливал доброе имя Адмиралов Железного Флота.

– Наверное, в те времена тут всё было по-другому? – поинтересовался Хиру, взглянув на младшего брата. Харси явно хотел спать, но диалог с древним новусом ему явно был интереснее. Впрочем, Роривер и сам почувствовал их желание, потому сделал жест рукой в сторону дороги в город, предлагая пройти до остановки электропоезда.

– О да, – свист серебристого локомотива приближался, но в Аполотоне они ходили слишком часто, чтобы друзья боялись на него опоздать, – автомобилей я, конечно, не застал, но в то время этот город выглядел не столь грандиозно. Честно говоря, он мало чем отличался от Умвелотона в то время – как-никак, столица королевской колонии. Это уже потом, когда началась вторая половина четвёртого цикла, всё пошло по одному месту. «Аревирский Рассвет» окончательно покинул Хор, кайлитийские новусы разошлись кто куда, а через сто лет началась Железная Война.

– И вы в ней участвовали?

– Да, к сожалению. Правда, на стороне Эххи. И если бы не Ойлигер, едва ли бы Кайлити устоял, хотя даже на тот момент его флот являлся самым сильным из всех на Аревире.

– Похоже, у вас было насыщенное прошлое, – Харси едва знал этого человека, но его тёплая и добрая аура, которую он отчётливо ощущал, очень располагала и вызывала чувство симпатии, – а в Хоре чем вы занимались?

– В последние годы наблюдал за Кайлити, – усмехнулся тот, – даже успел познакомиться с вашими Сноходцами. Забавные ребята.

– О, вы их уже знаете?

– Ну да. Сцепились пару раз так, что всё пространство трещало, но потом как-то само собой всё улеглось и мы наладили диалог. Мне понравилась идея создать колонию в псионическом мире, которая, пусть и с оговорками, но всё же реализуема при текущих знаниях. Если всё сложится, мы сможем объединить наши архивы данных и получить более чёткую картину псионического Аревира.

– Моя прошлая учительница Иниса сказала, что у меня есть потенциал Сноходца, – похвастался Харси, вытянув уши. Он совсем перестал бояться Роривера и даже отпустил руку Хиру, подойдя к нему поближе, – вот только мама сказала, что засунет её голову в плазменный реактор, если она ещё раз это скажет.

– А твоя мама не из робкого десятка, – расхохотался Роривер, – Хара, Вторая Неизвестная. Беот победившая ноосенса в открытом бою – действительно удивительная личность. Ну, а ты сам-то что думаешь? – он лукаво посмотрел на смутившегося зайчонка. – Хочешь стать Сноходцем?

– Не знаю, – неуверенно ответил тот, – я вообще пока не задумывался о том, кем я хочу стать. Но мне нравится исследовать «истинный» мир, поэтому… почему бы и не стать Сноходцем.

– Так, стоп! – воскликнула Кири так громко, что несколько прохожих удивлённо оглянулись на них. – Сноходцы! Это же те, кто годами сидит в этих ваших псионических мирах! Ты что, хочешь бросить меня?! Ты посмеешь… ты бросишь меня?!

– Ай! – в качестве подтверждения своего негодования она ощутимо дёрнула его за ухо. – Да отстань! Я ещё ничего не решил!

– Даже не думай от меня сбежать, понял? – она резко обхватила его за шею и потёрла макушку костяшками пальцев. – Иначе ты не представляешь, что я буду делать с твоим телом, пока ты там находишься!

– Не надо с ним ничего делать! – возмутился тот, силясь вырваться из её хватки. К сожалению, у него сил было не так много, как у нахальной лисички, но Кири и сама уже выдохлась, потому быстро отпустила его, напоследок щёлкнув по носу.

Они подошли к остановке – тёмно-синему полукуполу, от которого веяло прохладой. Встроенные автоматы-холодильники со всякой снедью вновь приковали внимание младших беотов, и Роривер с немалым удивлением отметил, что ему доставляет удовольствие просто наблюдать за ними. «Сафира права, – усмехнулся он про себя, – дети и вправду у них милые. Дети… мы так долго этого ждали… неужели, наши мечты, наконец, осуществятся?»

Сразу вспомнилась его последняя ночь с Эсле перед самым отъездом. Она, в привычной для неё, полуленивой флегматичной манере, рассказывала о каких-то пустяках, с любовью поглаживая крупные лепестки розы Хиин, которую он сорвал с клумбы Мраморного Дворца, а он молчал, слушая её незамысловатые рассказы. Роривер всё думал, как бы сложилась их жизнь, будь они обычными людьми? Встретились бы вообще когда-нибудь? Их пути пересеклись только в Хоре, когда они уже стали новусами, встав в один ряд с его Истоками. И с первой же встречи она прочно засела в его сердце – яркая, энергичная и всегда спокойная женщина. Правда, она не всегда была такой. Сблизившись с ней, Роривер узнал её самый страшный секрет, но поклялся хранить молчание в знак верности. Он слишком любил и дорожил ею, и Эсле это знала. «Мы должны заключить мир, – сказал он про себя, глядя на молодых беотов, – и я верну тебе твою настоящую улыбку, моя тайли. Я обещаю!»

– А вы не поедете с нами? – удивился Хиру, увидев, как Роривер отступил вглубь остановки, хотя поезд уже приближался. Он надеялся поспрашивать новуса о жизни на Сарохаре, но тот отрицательно покачал головой.

– Я ещё немного погуляю. Вспомню места боевой славы моей юности, – усмехнулся он, – но не переживайте – мы ещё увидимся.

***

Известие о том, что Юмене, Дейриеру и Акило удалось уничтожить предводителя «Тёмных Голосов» дошла и до Шпиля. Первым радостную новость сообщил Омилум, услышавший звуки боя и через связь Хора. Как только благая весть разлетелась по всей Песне, он тут же сообщил её остальным, и посетовал, что не он прикончил «этого настырного гада». Однако, ноты не так горячо восприняли восторг людей, да и Ирша лишь задумчиво нахмурилась, выражая недоверие.

– Очень странное стечение обстоятельств, – Прайм решил, что нет нужды сейчас собирать Консилиум, тем более что тема не касалась войны и внутренних дел Кайлити, и объявил собрание у себя в покоях, – мы так и не узнали кто он такой, какие цели преследовал всё это время, зачем ему Наследие и откуда взялись все эти гибриды! Он просто объявился из ниоткуда и умер!

– Да, тут я с тобой соглашусь, – мрачно протянул Ассур, сидя в кресле напротив него и воскового светильника посередине комнаты, – слишком много вопросов оставил после себя этот «Тёмный». С другой стороны, мы уже давно не получали новостей от деятельности Секты на территории Кайлити.

– Всех, кого могли, мы захватили и изолировали, – сидевший рядом с Прокуратором Риабилл неспешно отпил из бокала красного вина. Протектор всем видом показывал, что не понимает причин для недоверия, – если верить воспоминанием Далары, то они давно не получали от своего предводителя никаких известий, так что, скорее всего, он действительно мёртв.

– Велир и Дейриер ещё не проводили вскрытие? – поинтересовался Прайм у Омилума, с интересом изучавшего марки напитков в баре.

– А? – тот вздрогнул, неловко попятившись, словно провинившийся ребёнок, но вовремя взял себя в руки. – А, нет, тело только прибыло. Но я уверен, они возьмутся за него при первой же возможности.

– Зная деда, у него уже руки чешутся расщепить каждую молекулу останков одержимого, – усмехнулся Роривер, только недавно прибывший обратно в Шпиль, – хотя едва ли он будет это делать без Дейри. Старые друзья…

Сколько он помнил этих двух, они всегда держались вместе. Такие непохожие друг на друга, вдохновлённый энтузиаст и расчётливый прагматик – лучшие друзья с давних времён. Когда-то, Дейриер был лаборантом профессора Велира Малленти, помогая ему проводить генетические эксперименты с целью создать «эликсир вечной молодости». На изучение тайн человеческого тела и его скрытых свойств ушла целая жизнь, но дело того стоило – Дейриер смог создать особый тип клеток, могущих сохранить тело на многие столетия прежде чем они сами не умрут. Велир лишь мог радоваться за своего подопечного, но даже по нынешним человеческим меркам, он был слишком стар, чтобы продолжать работу. Он уже не передвигался самостоятельно, хотя и исправно ездил по оздоровительным лагерям и санаториям. И однажды, судьба занесла их в Бенленский монастырь Ауколисс где они и открыли у себя «пси-фактор». Новус Айла Фэнотра, мать Юмены, смогла раскрыть их потенциал, и оба решили, что вместе поведут человечество в светлое будущее, применив на себе то, что сейчас называют «меуконом». «Этот тандем не раз удивлял мир неожиданными открытиями, – светловолосый новус перевёл взгляд на подозрительно молчавшую Иршу. Девушка неподвижно сидела рядом с Ассуром, как бы невзначай положив свою руку рядом с его ладонью, – но даже их время подходит к концу. Столетие, а может меньше, и Хор лишится двух самых светлых умов человечества».

– Если так порассуждать, то нам больше нечего бояться, – Сафира за обе щёки уплетала некое блюдо, похожее на запечённый ананас с мясной начинкой, и выглядела как самый счастливый человек на свете, – люди и анимагены заключат мир, ноосфера станет прежней, и Аревир вступит в новую эру. Ура!

– Мне бы твой оптимизм, – вздохнул Ассур, – я не думаю, что Берендор так просто позволит остальным главам государств выйти из-под его контроля. В конце концов, глобальная экономика в его руках, и в случае чего, у него есть рычаги давления.

– Если только решение будет не единогласным, – возразил Омилум, – старик и правда обладает большой властью, однако если против него обернутся все страны, а их правители вспомнят, что у них есть яйца и собственные народы, то от власти Эххи останутся рожки да ножки! Нечем будет крыть Берендору волю целого мира, а то, что он попытается нам помешать, так это будьте благонадёжны – белая змея не упустит случая укусить даже перед смертью.

– Ты недооцениваешь этот род, мой друг, – едва заметно покачала головой Ирша, ядовито улыбнувшись, – Каузы не одно столетие выстраивали свою систему власти, и их ошибка лишь в том, что их ослепила гордыня. Они слишком зазнались и утратили бдительность, но козыри всё ещё у них на руках. «Небесная Башня» и Никси, централизация и контроль потоков ресурсов и военной силы, и вдобавок целый Хор новусов – ни один правитель не сможет этого отнять у Эххи.

– Мы служим человечеству, – с вызовом заявил Баастар, – а не старому корольку!

– Неужели, вы и вправду верите в эти слова? – с издёвкой поинтересовалась девушка. – Будем откровенны: пока Юмена пыталась создать «идеальный» мир без войн и насилия, она лишь насаждала власть эххийцев, которые, воспользовавшись нашими талантами, укрепляли своё влияние. Какая из стран посмела бы бросить вызов и без того сильной армии Белого Королевства? Сэлтия? Так она и погибла, полностью поглощённая и растоптанная нашими же руками, – при этих словах Роривер поджал губы, но ничего не сказал.

– А что там случилось? – тихо спросил Урси, посмотрев на него. – До меня доходили только слухи, но я…

– Да нечего там рассказывать, – раздосадовано отмахнулся новус, – Сэлтия, как и Кайлити, когда-то была колонией Королевства на южном побережье через перевал Тулура, но тамошний наместник, Фатрон Иве, в один прекрасный момент решил изменить существующий порядок вещей и потребовал суверенитета. Сэлтия и правда могла бы стать богатой страной, ведь на той территории залегало множество полезных ископаемых. Аревир вообще очень богатая на металлы планета, но там, как говорили, даже земля была твёрдой, как бастум. В итоге, Селебор Кауз отправил туда нас. Меня, Юмену, Лера и Иршу, дабы мы подавили восстание. Но Фатрон, решил, что смерть лучше рабства, и в качестве подтверждения своих слов, устроил показательную расправу над одним из наших отрядов, накрыв их ураганным огнём артиллерии и подземными бомбами-кротами. Даже телекинетики не смогли сдержать то количество взрывчатки, что на них обрушилось, и в итоге, мы потеряли полсотни учеников.

– Но в итоге-то Сэлтия мирно присоединилась к Королевству?

– Увы, – лицо Роривера потемнело, – когда мы подошли к столице, к Акторе… будь проклято это место!.. мы столкнулись с сопротивлением. Фатрон стянул к городу практически всех её жителей, от мала до велика, во всеуслышание объявив, что новусы собираются подчинить их разум. У нас оставалось выбора… – он резко замолчал, сурово нахмурившись и сжав кулаки. – Случилась бойня. Люди бросались на аколитов и новусов, но силы были слишком неравны. Мы условились не применять псионику к обычным людям, но если бы не Юмена, сумевшая силой ноосенса усмирить большую часть населения, то погибли бы все. С тех пор, её и прозвали «Миротворец Акторы».

– А что же Фатрон?

– Его мы нашли застрелившимся у себя в штабе, – новус пожал плечами, – вместе с остальными офицерами. Похоже, увидев начавшуюся мясорубку, они поняли, что деньги и власть не стоят тех потерь, да и едва ли Селебор позволил бы им жить. В любом случае, это дела давно минувших дней, а Сэлтия сейчас даже не вспоминает это имя.

– Я чувствовал их ненависть, – Омилум медленно сел рядом с притихшей Сафирой, – эххийцы всегда были воинственным народом, но те, которые родились и жили в Сэлтии, наверное, самые злобные ублюдки.

– Откуда ты знаешь? – повернул к нему голову Урси.

– Потому что я один из них, – усмехнулся тот, откинувшись на спинку кресла.

Ирши громко вздохнула, а Роривер хмыкнул. «Разные личности с разным прошлым, – Ассур почему-то только сейчас осознал, насколько различаются новусы, сидевшие рядом с ним, – но объединённые общим разумом. Наверное, именно скрепив эту разность, они и добились таких высот. Но, возможно, тут что-то другое…» На самом деле, его сейчас больше волновало состояние Аркании. Нот и слушать не хотела его оправдания, и, по словам Сафиры, закрылась в своей комнате, не собираясь разговаривать даже с ней. Из-за этого он чувствовал себя виноватым, хотя и понимал, что ни в чём не провинился. Ассур видел, что только-только проявившийся бирюзовый свет души Аркании начинает оплетать тьма отчаяния. Она вновь начала замыкаться, чувствуя себя обманутой и преданной, и он не мог это игнорировать, ни как друг, ни как мужчина. Почувствовав его мысли, Ирша слащаво улыбнулась и положила ему руку на предплечье. «Секреты должны оставаться секретами, – почти пропела она, отправляя ему нужные цвета эмоций, – даже если придётся пожертвовать чем-то личным». «В них есть необходимость? – спросил он, коротко взглянув на её жест. – В свете открывшихся обстоятельств?» «Ты же не думаешь, что это настоящая победа? – Соланис откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. – Лично я – нет». Ассур кивнул. На самом деле, он разделял мнение подруги – история с убийством одержимого показалась ему слишком неубедительной.

– Что ты думаешь про всё это? – Урси посмотрел на Прайма. Прокуратор подпёр голову рукой и впервые на его памяти, выглядел настолько мрачным.

Тот поджал губы и поднялся с места. Плащ он отстегнул, оставив его на кресле, оставшись лишь в своём мундире.

– У меня есть одна догадка… – протянул он, подходя к бару и наугад вытащив оттуда бутылку. – Но она… слишком безумна, чтобы быть правдой. И я не хочу никого смущать ею.

– Думаешь, нас можно чем-то удивить? – Роривер рассмеялся, закинув руки за голову. – А что это у тебя? – он лукаво прищурился, рассматривая этикетку. – Уж не вешенский ли коньяк?

– «Старый капитан», – Альвен вытянул руку, демонстрируя изящные формы бутыли с тёмно-янтарной жидкостью, – я знаю, что Адмиралы Железного Флота посвящались им, когда впервые выходили в первое дальнее плаванье.

– Да нет, мы постоянно его хлестали, – громко рассмеялся новус, под неодобрительные взгляды Ирши и Сафиры, – когда годы напролёт находишься в открытом океане, тебе уже всё равно, номерной ли это коньяк или сивуха из дизельного топлива.

Урси усмехнулся. Роривер, как и многие другие моряки Железного Флота, никогда не отказывался от выпивки и душевных разговоров, верный славным традициям старой армии. Приготовив несколько снифтеров и приказав роботам нарезать лимон, Альвен вернулся в кресло, разливая пахнущую цветами и мёдом жидкость. Роривер заулыбался, словно довольный кот – он как никто другой знал этот за аромат. Ирша тоже с аппетитом поджала губки, отметив, что у Прокуратора очень хороший вкус и он явно разбирается в марках алкогольных напитков. И только Омилум как-то застеснялся, неуверенно взяв в руки пузатый бокал. Для новуса его характера это было странно, и Урси с интересом стал наблюдать, как тот неправильно и с явным любопытством пытается ухватиться за специфическую посуду поудобнее.

– Вот, смотри как надо, – сидевшая рядом с ним Сафира аккуратно взяла у него из рук снифтер и вложила его ножку между пальцев раскрытой ладони, – чтобы тепло рук согревало коньяк и аромат был насыщенней!

– А ты-то откуда это знаешь? – поинтересовался у неё Риабилл, с благодарностью отказавшийся от предложения Прокуратора сменить напиток.

– Я, вообще-то, древний новус! – она с гордостью подняла пальчик вверх. – И пока некто, чьё имя мы не будем произносить вслух, не вернул мне силы, – она показала язык улыбнувшемуся Ассуру, – я изучала предметы и пищу, появившиеся за последние четыреста лет.

– «Старый моряк» появился ещё в третьем цикле, а ты просто насмотрелась как другие это делают, – Ирша элегантно взяла в руки предложенный снифтер, – но мне тоже интересно, что думает Прокуратор по поводу случившегося, – он с лёгким прищуром взглянула на вздохнувшего Прайма.

Урси видел, что она так и не отпустила руку Ассура, ласково поглаживая его ладонь. «Хм, неужели, и они тоже сошлись? – он никогда бы не поверил, что такая эффектная девушка как Ирша обратит внимание этого на угрюмого и вечно недовольного нота. – Интересно. В любом случае, это будет способствовать прочным отношениям между нашими народами!» Он уже слышал от Альвена, что тот собирается отправиться с Юменой отдыхать куда-нибудь в удалённое от всех место – в честь предложения руки и души, что он собирался ей сделать. Они оба устали от войны, и за те месяцы, что они провели здесь, поняли, что полюбили друг друга. И очень скоро, они должны встретиться, чтобы улететь подальше от всех передряг и мировых проблем.

– То, что я вам скажу, прошу не принимать близко к сердцу, – Альвен скованно провёл рукой по волосам, отпив из бокала, – в общем, не буду тянуть – я считаю, что Эксплара мы не уничтожили.

Урси громко поперхнулся только что сделанным глотком коньяка, а лицо Ассура потемнело. Риабилл перестал улыбаться, с недоверием покосившись на Прайма, а тот, залпом осушив снифтер, наспех закусил долькой лимона.

– И, я так понимаю, ты считаешь, что тот «Тёмный» ноосенс, глава Секты – это он? – Роривер переглянулся с Омилумом. Глаза Баастара недобро блестели в свете восковой лампы, но сидевшая рядом с ним испуганная Сафира несколько разбавляла его негативные мысли.

– Нет, – коротко вздохнув, покачал головой Прокуратор, – нет, вовсе нет. Физическое тело Эксплара было уничтожено, это факт. Но существуют и другие способы спасти личность, о которых мы знаем. Например, записать данные на ёмкий носитель и вживить их в новую личность.

– Но где взять душу этой личности? – недоумевающе спросил Ассур. – Сухая информация не приживётся в чужом сознании, в лучшем случае, оставшись дурным воспоминанием или сведя с ума. Только настоящий владелец этих знаний может вернуться с их помощью. Если я правильно понимаю, – добавил он, внимательно посмотрев на Альвена.

После рассказа Аркании о том, как Прайму удалось вернуться после смены тела, тому больше не было смысла отпираться или умалчивать эту тайну.

– А душу-то можно разделить… – прошептал Урси, внезапно вспомнив старого Мастера и его руку.

– Но если бы он разделил свою душу, то мы бы наверняка бы его почувствовали, – возразил красноглазый нот, – без собственной воли, без Конветума, он не смог бы скрыться.

– И я так решил, поначалу, – кивнул Альвен, – но потом подумал – а что, если всё это время он был не один? Эксплар всю Войну Возрождения сотрудничал с Рингаром, а тот, в свою очередь, связывался с кем-то из Сарохара. Мои агенты установили, что он очень прочно был связан с кем-то из приближённых Владыки, но это не значит, что это его единственный контакт с этим материком.

– Иначе говоря, кто-то из ноосенсов Сарохара помог Эксплару спастись? – Ирша задумчиво подняла взгляд кверху. – Из Хора или самоучка, но если это правда, то мы всё ещё в большой опасности.

– А что, если Дейриер ошибся? – Роривер не разделял их мрачности, хотя и перестал улыбаться. – Что, если тот самоучка, которого мы убили, на самом деле принял эту информацию, и она исказила его? Мы же не можем утверждать наверняка, как повлияют знания столь сильного псионика на ум и тело обычного новуса, верно?

– И это тоже верно, – вновь согласился Прайм, – поэтому я не берусь утверждать, что моё предположение правдиво. Это лишь догадка, но в ней слишком много несостыковок.

Однако его теория на этот раз тронула разум Ассура сомнением. Почему-то именно в этот момент он вспомнил погибающий Аревир, что показала ему Создательница в видении восемь лет назад. «Иногда, самая невероятная теория может оказаться истиной, – эту фразу он увидел в книге мастера Софа, и она долгое время не давала ему покоя своей неоднозначностью, – мы можем надеяться на лучшее сколько угодно. Но, порой, от нашей веры или неверия ничего не зависит».

– Что ж, раз уж все мы здесь сегодня собрались, – Роривер поднял снифтер, – предлагаю осушить бокалы в честь победы. Хор ликует, готовится большой праздник, поэтому не будем омрачать радость. За победу!

– За победу! – обрадовано воскликнула Сафира, таки получившая возможность отведать алкоголя. – А… Омилум, а как из него правильно пить? – коньяк, по правилам, наливали чуть выше уровня донышка, а стенки ёмкости были слишком высоки.

– А я откуда знаю? – рассеяно ответил тот. – Я ж не пил никогда!

– Ох, молодёш-ш, – протянул Риабилл, ехидно усмехнувшись, – вот тебе и четыреста лет…

Остальные только рассмеялись, и на этот раз ни у кого не осталось мрачных мыслей.

***

Она слышала их мысли. Свет спектров душ новусов мелькал бликами, пробуждая от болезненного сна. Юмена открыла глаза, чувствуя жуткий холод. «Меня кто-нибудь слышит? – позвала она, обратившись к новусам. Их разумы сверкали и она отчётливо слышала их мысли, словно до сих пор находилась в Хоре, однако она не чувствовала тела. – Велир? Кадасла? Хоть кто-нибудь?!» Но те не обращали на неё внимания. Вся Песнь излучала радость и восторг, наполняя позитивной энергией.