Текст книги "Два в одном 3: слишком много предательств (СИ)"

Автор книги: SecretKeeper

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 44 страниц)

Как это ни парадоксально звучит, но возможно, если бы я была нормальной, циничной и бесчувственной, «правильной» демонессой – Лукреция прожила бы пусть недолгую, но счастливую жизнь, и умерла бы счастливой, в окружении безутешных детей и внуков. Но, как я уже говорила, я – неправильная… Я прожила с ней ее человеческую юность, и начала сопереживать… чувствовала, как время берет свое.

Понимая, что ей осталось недолго, каких-то двадцать лет, вряд ли больше, сдуру предложила Лукреции еще одну сделку… заморозив ее биологические часы, и законсервировав ее красоту в том самом мгновении и состоянии. Правда, неприятной ценой, но это мелочи…

Лукреция перестала стареть. В свои пятьдесят семь лет – выглядела дай бог если на тридцать. Это быстро начали замечать. В конце концов, пришлось уговорить ее имитировать свою гибель, подложив в дом раздобытый бродягами труп, и устроить пожар… Мы с ней прожили короткие сто двенадцать лет, меняя дома, фамилии и документы, пока однажды в городок не заехал инквизитор церкви Святого Престола. Казалось, раньше мы успешно заметали следы, нигде не задерживались дольше десяти лет, но как оказалось – кто-то все же узнал Лукрецию, так как видел ее двадцатью годами раньше столь же молодую…

Той ночью и началась моя долгая, печальная и изнурительная пытка в виде заключения в подвале инквизитора-ренегата… Прошло чуть больше ста пятидесяти лет, за которые мои тюремщики сменились лишь трижды, так как каждый из них, захватив нас в плен – требовал одного и того же: долгой жизни. И каждый рано или поздно попадался, был схвачен или убит, а убийца недолго думая занимал его место… Каждый из этих «святых защитников рода человеческого» становился палачом и убийцей, как только понимал, что может оплатить чужой болью свою долгую жизнь…

А я все это время поддерживала жизнь Лукреции, будучи неспособной просто так ее отпустить, заставляя ее цепляться за эти крохи жалкого существования взаймы у вечности…

Пока, наконец однажды, будучи узницей в очередном подвале в доме, расположенном очень далеко от изначального места пленения – я впервые увидела шанс все изменить. Шанс в лице обычного с виду парнишки, который казалось бы ничем внешне не выделялся… и который – на поверку оказался идеальным сосудом, вместилищем, существом в море разума которого может… способен поместиться огромный, почти беско… так, оставим это для другого раза.

В тот самый миг, когда я его увидела и постигла его истинную суть, я едва не вознесла хвалу Творцу… И все осознав и просчитав, я решилась оставить это тело, служившее мне пристанищем так долго, и переселиться в новое. Более молодое, более, сильное и потенциально б… так, об этом позже.

В общем и целом, я решилась и предложила ему договор. Единственное, чего не смогла – это отпустить Лукрецию, освободить, позволив ей наконец умереть, а вместо этого позвала последовать за мной даже в это полное непредсказуемых опасностей путешествие…

Все еще не понятно, к чему я веду? Видимо, нет. А если кто и начал понимать, то боюсь понимание это слишком поверхностно, не в состоянии охватить и оценить всего масштаба…

Уверена, даже самый глупый смертный знает что демоны – жадные собственники. Жадные до полного абсолюта. Есть ли среди тысяч миров кто-то жаднее нас? Ну, может быть разве что драконы… не знаю, не встречала их, да и не о них речь.

Когда я учила Яромира, рассказывая ему о Жадности и Страхе, я слегка покривила душой… эти две фундаментальные составляющие управляют не только помыслами смертных, но и нашими тоже. Разница лишь в том, что смертные зачастую этого не осознают, а мы – понимаем как все обстоит, но поделать с этим ничего не можем. Или не хотим. Или то и другое сразу…

Так вот, если кто не понял, к чему я веду… Как я уже говорила, я – ненормальный демон. Я слишком привязываюсь к тем, кого выбрала. И эта моя особенность… эмоциональная привязанность, помноженная на демоническую жадность – порождает гремучую смесь чувств, термоядерную реакцию, способную в миг уничтожить опустошающим всепожирающим пламенем все и вся, если кто-либо осмелится хотя бы попытаться забрать их у меня…

– Ну и заставила же ты меня понервничать, – усмехнулся Яромир, вырывая меня из воспоминаний.

Он завел поднятую руку за голову, взъерошивая волосы на затылке, как часто делал в минуты растерянности. Что, он и правда сумел меня прочитать? Занятно…

– И главное как натурально все обставила, до сих пор осадок остался… ты понимаешь, что я на полном серьезе поверил в то, что ты переметнулась? Черт тебя дери, Малисса, да я…

Он запнулся, а я, чтобы скрыть неловкость, перешла в атаку:

– Я тебе уже много раз говорила – будь осторожнее, высказывая пожелания, Ярик, и следи за словами! – язвительно ухмыляясь, я подергала бровью. – Или это у тебя новая фантазия – понаблюдать как меня будет драть черт? Я-то думала, что ты больше любишь не смотреть а участвовать… если хочешь, могу без проблем это организовать, а вот ты точно переживешь это зрелище?

С удовольствием отметила, как хмыкнула голубоглазая прохиндейка, любопытным взглядом наблюдающая за спектаклем, потягивая напитки в кресле. Нахмурилась серебристая лиса, а рыжая наоборот оскалилась и украдкой подмигнула, мол так его. Ярик только фыркнул, покачав головой.

– Да иди ты… и вообще, за то как ты поступила, ты теперь мне должна!

– С чего это вдруг? – я легко поддалась, вступая на это поле, предвкушая удовольствие от легкой победы.

– С чего с чего… за моральный ущерб⁈ Ты представить себе не можешь, как я перенервничал, когда ты заявила, что бросаешь меня и соглашаешься служить Токаторо! У меня теперь травма на всю оставшуюся жизнь!

– Вот как? – я растянула губы этой похотливой бабенки в провоцирующей улыбке, облизнув нижнюю и всерьез рассчитывая что он засмотрится и собьётся с мысли. – Ну, если уж говорить о моральных травмах – ты мне нанес куда большую!

– Чем это⁈ Тем, что истолковал буквально все, что от тебя услышал⁈ Ты же мне в лоб заявила: «Ты слишком близко меня подпустил, слишком привык на меня рассчитывать, слишком доверился!»… Как еще это можно истолковать⁈

– Чем, спрашиваешь? Своей недалекостью, неспособностью оценить картину происходящего вцелом… На исполнения твоего второго желания, я вложила в конструкт Тенебриса часть своей души, чтобы подарить тебе масштабность мышления, вариативность прокрутки событий, способность анализировать сразу все возможные варианты из развития… Какой же ты все еще ребенок, – покачала головой я. – Из сказанного ты воспринял лишь то, что лежало на поверхности, не потрудившись копнуть двойное или тройное дно… «Я поняла что стала испытывать к тебе чувства, не присущие демону, стала слишком… правильной…» – последнюю фразу я выдавила через силу, едва сдерживая холожное бешенство, потому, что меня(!) Малиссиану Драксель, высшего демона, поборницу коварства и соблазна… а теперь уже не просто демона… вынуждают раскрывать чувства, объясняя простые истины. – А-р-р!!

Разозлившись, я выбросила указательный палец перед собой, прямо ему в лоб, собрала все свои чувства, переживания, трепет, злость от осознания что он поверил в мое предательство, скомпрессовала эту мешанину из чувств в единую точку света и впечатала ему в голову. И похрен, что у него сейчас башка разболится! Заслужил!

Ярик подвис на долгие десять секунд прежде, чем его взгляду вернулась осмысленность…

– Я… прости, Малисса, я и правда… и чего ты хочешь… то есть я хотел сказать – какого хрена? Это точно твои эмоции? О какой травме речь, ведь это ты играла у меня на нервах…

– В самом деле не понимаешь? – я вскинула бровь. – А вот твоя подружка, уверена, очень хорошо меня понимает… Думаешь, мне не больно было осознавать, что ты так легко записал меня в предательницы? Слабо хоть чуть-чуть пошевелить извилинами, и понять, что я вступила в его игру лишь с одной целью – уделать его на его же поле?

Краем глаза я с удовольствием отметила недоумение на лице Ярика, а голова серебристой лисички напротив, кивает, в мыслях соглашаясь с моими доводами, ведь она сама оказалась в таком же положении… Я почувствовала усиливающийся азарт от предвкушения итога нашей маленькой словесной дуэли.

– Ну-ка вспоминай, чему я тебя учила! – потребовала я, не давая ему собраться с мыслями. – «Никогда не бросайся словами! Всегда внимательно оценивай происходящее, особенно, если замешаны… подобные мне. Учись искать и правильно интерпретировать противоречия тому, что ты слышишь – фактическим поступкам!»

– Тебе легко говорить, – буркнул он с обидой в голосе. – Это не тебя оставили в незавидном положении с блокирующим ошейником в ожидании своей участи! И так поступил кто-то, считавшийся абсолютно надежным! И ладно бы я один еще пол беды, но ведь там была еще и Аки… по-твоему, такое легко пережить?

Интересно, он действительно не понимает? Неужели я и правда ожидаю от него слишком много?

– Незавидная участь… ошейник… Какой же ты все-таки ребенок, Ярик… – я повернула голову в сторону молча наблюдающей прохиндейки. – Джин? Кажется, ты упоминала, что приказала своим людям деактивировать ошейники сразу же, едва только цель задания будет в их руках, не так ли?

Та подтверждающе кивнула.

– Понятно… – я достала из кармана блок управления, точно такой же, каким пользовался Миямура, только этот принадлежал самому Токаторо. Повертела его в руках. – Ну так давайте их снова включим!

Я щелкнула переключателем, на нем загорелась лампочка, и оба ошейника, всеми забытые и все еще одетые на шее Ярика и рыжей лисы разом замерцали индикаторами.

– Ты… что делаешь? – вскочила со своего места Джин, Ярик схватился за свой ошейник, а вот рыжая даже не дрогнула, только с каким-то хитрым прищуром улыбнулась.

– Кажется, я уже поняла, – протянула она. – Они не работают, так?

– Естественно, – я просто пожала плечами. – Скажу больше: вот это должно принудительно включить детонатор… – палец Вивьен демонстративно несколько раз нажал на пиктограмму, в ошейнике Ярика что-то зажужжало, щелкнуло и от него медленно повалила тоненькая струйка дыма…

Повисла тишина, которую нарушила Аки, направив пальчик на свое «украшение».

– Nihil in obscurus pulvis…

Ошейник тихо, словно обижено, хрустнул и рассыпался в пыль.

– Стой! – выкрикнула прохиндейка, с опозданием делая шаг в ее сторону, а следом разворачиваясь к Ярику. – Не уничтожай это… лучше отдай мне, мои спецы его разберут и изучат. В будущем может пригодиться…

Ярик скосил глаза, повертел в пальцах край своего, а следом его левая рука побледнела и замерцала фиолетовым спектральным сиянием. Застежка с хрустом переломилась, словно ее перекусило болторезом и расщёлкнувшийся ошейник остался у него в руке. – Ты хочешь сказать, что он все это время…

– Ну да. Я повредила взрывной механизм, когда коснулась твоего «украшения» перед самым твоим отъездом. И механизм ее ошейника – тоже. «Гремлин» – противная штука, знаешь ли… оно медленно сожрало начинку взрывателя, а следом принялось за батареи…

Он на мгновение задумался, повертев в руке свой трофей и нехотя передал его Джин.

– И все равно, могла бы предупредить…

– Могла. Только зачем? Если бы ты, двоечник, внимательно слушал, когда я тебя учила, то с самого начала все понял бы. И то, что мое хм… дезертирство – фарс, и то, что Токаторо проиграл еще даже не подписав контракт!

– Может тогда объяснишь, как я должен был это понять? По каким таким признакам?

– Уверен, что хочешь позориться дальше при всех? Да без проблем. Слушай. А еще лучше – смотрите. Все вы.

* * *

Сказать по правде, я и правда просчиталась. Немного. Наблюдая последние два года какими темпами развиваются Ярик и его жуликоватая подружка, я незаслуженно возгордилась.

Резерв Ярика заполнился под завязку, и уже подходил ко второму прорыву, который выведет его потенциал на качественно иной уровень. По моим ожиданиям, прорыв вот-вот должен произойти, судя по тенденции – максимум полгода.

Девчонка же определённо умнее и прозорливее, чем хочет казаться. Бурчит и вредничает, язвит и строит из себя независимую, но явно лишь для поддержания обманчивого впечатления, а сама впитывает знания как губка, все запоминает. И когда я покидаю ее тело – втихаря повторяет и заучивает до автоматизма. И не только техники Тенебриса, коим к слову сказать она овладела весьма недурственно, и еще более мастерски скрывала это от Ярика.

Все это меня слишком расслабило, заставило ослабить контроль и минимизировать вмешательства, давая им возможность справляться со всеми проблемами самостоятельно.

Ловушка захлопнулась быстро и внезапно. Пока Токаторо с хитростью, достойной истинного демона отвлекал внимание, постепенно пуская в ход сначала уговоры и аргументы, затем авторитет старейшин, следом сыграл на верности клятве служения – пока проклятые волхвы готовили ритуал запечатывания.

Мало того, как оказалось, Токаторо контактировал не только с Имперцами и старейшинами лис: уже позже, оказавшись в его теле я ощутила явный смрад демонических эманаций…

Честно сказать, я действительно не заметила ловушки, пока не стало поздно и нас не запечатали. Ошейники надели сразу же, едва только Ярик и Аки вырубились, прямо там в саду. Мало того, и помещение, куда их поместили – оказалось заготовленным для удержания сущностей из-за кромки.

Выслушав пафосную речь Токаторо, я сразу поняла, что в лоб задачку по нашему освобождению не решить. Зато я в очередной раз вознесла хвалу человеческой жадности. Кто и что бы не говорил – а это самый сильный мотиватор, и самый эффективный инструмент контроля. Окажись Токаторо не таким жадным – вполне возможно, что я встретилась бы со своим братцем намного быстрее, чем планировала…

– Тогда не будем откладывать больше ни минуты!! – с торжеством протянул мне свиток со своими розовыми влажными мечтами Токаторо, и я решила потешить его чувство значимости, поддерживая иллюзию покорности:

– Слушаюсь, господин.

Когда я создала печать договора, и он повис перед глазами жадного азиата, на какую-то долю секунды я затаила дыхание… ну хорошо, просто замерла в предвкушении, заметит подвохи или нет?

Токаторо не обнаружил ни один. Да, мои условия он перечитал, но лишь брезгливо скривился, а следом его взгляд перепрыгнул на его собственные девятнадцать пунктов, и на лице расплылась улыбка нечеловеческой жадности… Абсолютное подчинение. Абсолютная верность. Помощь во всем. Использование моих сил и магии без каких-либо ограничений. Молодость на протяжении всего периода действия договора. Здоровье и физическая сила. Харизма. Обаяние. Привлекательность для любой женщины, самки любого вида, условно подходящего для создания пары с человеком… Этот пункт я особо прокомментировала, и семена упали в благодатную почву.

«Господин желает благосклонности какой-то конкретной особы? Вам не о чем волноваться, ведь один из моих титулов – Повелительница Соблазна. Любая особь женского пола находясь рядом с вами будет ощущать сильное сексуальное напряжение, а в совокупности с вашей властью и положением в обществе это даст вам почти стопроцентный шанс заполучить любую…»

«Интересно, а твой бывший хозяин тоже пользовался этой способностью?»

«Разумеется, – томно прошептала я, даже не акцентируя на его оговорку по поводу хозяина. – Аура Соблазна для меня так же естественна, как для вас – дышать воздухом, эффект самопроизвольный…»

– Вот как? Честно говоря, примерно так я и подумал, когда искал объяснения столь легкомысленному поведению Китсу-но-ити…

Сказать по правде, следующие несколько часов он тешил свое самолюбие, читая мысли своих слуг, запугивая их, играясь с простеньким телекинезом и даже зажал в подсобке одну из своих секретарш, явно проверяя свое тело на выносливость. Я не препятствовала, и даже подстегивала его тратить как можно больше сил…

Перед погрузкой Ярика и Аки в транспорт – Токаторо снова не сдержался, дав волю своим алчности и тщеславию. На коротких переговорах с посланниками двух влиятельных дворянских семей он повел себя агрессивно, а когда градус диалога повысился – применил тенебрис, создавая ауру паники… точнее – я применила. Перед отъездом кортежа он не смог отказать себе в удовольствии еще раз продемонстрировать свое превосходство. Думаю, старейшинам лис еще долго икаться будет…

Наконец, он не смог отказать себе в удовольствии еще раз пофорсить перед Яриком, а заодно дать понять Аки, какой она была глупой, что все это время ему отказывала, и в итоге оказалась не на той стороне. И пока он распылялся, удовлетворяя свое эго, я всячески этому способствовала… не забывая при этом о своем собственном плане внутри его плана, разумеется. В чем он состоял?

Как демон коварства я буквально всеми фибрами своего существа ощущала витавший в воздухе дух… предательства. Да, именно так. Минимум треть наемников на этой площадке фонили предательством, а это значило лишь то, что некая неизвестная сила категорически против того, чтобы Токаторо добился своих целей. Сильнее всего это ощущалось от странной женщины-солдата, которая вопреки тому, что открыто заявляла – в душе симпатизировала Ярику. Честно говоря, меня это даже забавляло.

Однако, само собой разумеется, я не готова была доверить судьбу Ярика и Аки – к которым, как ни тяжело признаваться я уже привязалась – какой-то наемнице, тайному агенту неизвестных сил. Поэтому, я решила использовать их предательство как трамплин, создавая условия для побега.

Ведя с ним внутренний диалог, я распаляла Токаторо все больше и больше, пока он не позволил мне на пару мгновений перехватить управление телом, чтобы приблизиться к Ярику и оставить сюрприз в механизме его ошейника, и позже – в ошейнике Аки…

«Любопытно… Если я попробую сломать эту штуку снаружи, она успеет сработать?»

Затевая этот диалог, я осторожно транслировала его содержание, чтобы Ярик мог слышать о чем мы толкуем. Во имя пылающей Бездны, да я была абсолютно уверена, что он правильно истолкует происходящее и сделает вполне логичные выводы, поняв, что в скором времени ошейник придет в негодность…

– Кто знает… А что, хочешь проверить? Лично я не против, если ему оторвет голову. Но лучше будет доставить его целым, твой братец уже заждался… и пусть он не обнаружит тебя внутри, но и этот подарок придется ему по душе. Если конечно у этого куска гнили есть душа.

«И все же, зря вы не соглашаетесь оставить Яромира мне, – осторожно вбросила я словно ни на что не намекая, но при этом как бы предупреждая, и давая понять, что к моему мнению стоит прислушаться. – Как сосуд, больше всего мне подходит то тело, которое я уже подготовила, и поверьте, я намного лучше распорядилась бы…»

– Это не тебе решать! Я тебе уже все сказал: как окажемся в Японии – выберешь себе сколько захочешь таких вот! И не смей трогать ошейник!

«Плохо – ухмыльнулась я. – Впрочем, как знаете, решать вам… господин…»

Ну вот и все. Шах и мат. С этого момента, Токаторо был обречен, просто пока еще этого не знал…

По моим подсчетам, максимум через полчаса заклинание пожрет детонатор и катализатор ошейников, сделав их инертными, а когда они станут бесполезными… Хи-хи, не завидую я тому, кто встанет на пути у этих двоих. А я, тем временем, окончу свой план триумфом, и как следует покараю наглеца, посмевшего возгордиться и поверить в себя, настолько, чтобы бросить мне вызов.

* * *

Едва только кортеж выехал, один из слуг предупредил Токаторо, что прибыли «они». Сначала я не поняла, о ком идет речь, пока этот самодовольный тип не проследовал к месту встречи.

Двое странных существ, паршиво мимикрирующих под людей, с мертвенно бледной кожей и красными глазами ждали его в саду, явно нервничая от нетерпения.

– Желаю вам долгих лет, господа. Чем обязан такому скорому визиту? – любезно поинтересовался Токаторо, но я буквально чувствовала как у него зудит от нетерпения показать этим «пожирателям падали» где их место.

– Оставь любезности, человек! Ты нарушил уговор! Обе кицунэ должны вернуться к Храму в долине и быть переправлены!

– Я решил пересмотреть соглашение, – пожал плечами Токаторо. – Внимательно изучив результаты этого союза, я понял что он получился весьма односторонним, и выгодным только для вас. Поэтому, дабы выровнять дисбаланс я принял решение, что оставлю Akakitsu и Kitsu-no-yuki себе. Давно хотелось иметь наложниц кицунэ, знаете ли…

– И ты смеешь так открыто заявлять о том, что нарушаешь договоренность?

– Я ничего не нарушаю. Это моя компенсация за неудобство. Я уже все решил, этих двух я оставлю себе…

– Кажется, ты слишком высокого мнения о себе, человек, – зарычал второй, и его лицо начало багроветь а глаза темнеть. – Зря… это последняя ошибка в твоей жизни!!

Охрана вскинула оружие, хоть и понимая, что против этих тварей оно не страшнее комариных укусов.

– Не вмешиваться! – приказал Токаторо, явно наслаждаясь моментом. – Малиссиана! Убей их!

– Как прикажете, господин, – промурлыкала я, в душе ликуя. – С огромной радостью…

Тело мужчины распухло, деформировалось, одежда затрещала по швам, зубы удлинились, превратившись в клыки, и он прыгнул прямо на Токаторо, намереваясь навалиться сверху, подмять и растерзать.

Честно говоря, впервые, когда я столкнулась с этими тварями – я понятия не имела, что они такое, и как с ними бороться, да и сил у меня было маловато, поэтому ограничилась лишь барьером и магическим прессом. Сейчас же…

Я перехватила управление телом Токаторо, подняла руку навстречу летящему испражнению хаоса, сложив пальцы в печать Освобождения.

– Sagitta сorpus evora!

Сорвавшаяся с указательного пальца тоненькая стрела Тьмы ударила точно в тело твари, и взорвалась. Тьма – это не хаос и не скверна. Дословно, на языке вселенной она означает «Ничто». Это не просто отсутствие света, это состояние абсолютного небытия, апогей разрушения. Богиня Naquira – одна из ее предвестниц…

Тварь не успела ничего понять, среагировать, даже издать какой-то звук. Она просто перестала быть. Второй недодемон в это мгновение был уже в прыжке, когда его собрат сгинул, и в отличие от последнего удивится-таки успел.

– Tenebris Corpus Frigeat! – произнесла я, и холод Предвечной Тьмы сковал тварь.

В мою протянутую руку скользнул короткий клинок, торчавший за поясом одного из охранников поместья. Еще пара слов, и лезвие загорелось фиолетовым пламенем.

– Прошу, господин, – прошелестела я, отодвигаясь вглубь сознания. – Не откажите себе в удовольствии…

И Токаторо не заставил себя упрашивать, лишь расхохотался, медленно отрубая твари конечности одну за другой, пока наконец не искромсал в клочья.

– Выбросьте эту падаль, – приказал он, направляясь в свою беседку и буквально светясь от радости.

Вот только радоваться ему оставалось очень недолго… Каждый добавленный мной пункт договора содержал подвох, и не один. К формулировке всех пунктов можно и нужно было придраться, заставить переформулировать и тем самым себя обезопасить. Скажу честно, я слишком перемудрила, переоценив прозорливость Токаторо. Три самые очевидные ловушки я разместила на поверхности лишь с той целью, чтобы он их обнаружил, ткнул меня носом и с чувством собственного превосходства заставил убрать или переформулировать, ведь настоящий подвох я закопала глубже – и он представлял из себя совокупность сразу трех пунктов из пяти…

Я выждала ровно сутки с момента, как уехал кортеж с Яриком и Аки и как я помогла убить двух пожирателей тел, которых вы называете Цукимоно. Ведь это именно тот самый срок, когда для Токаторо настала пора платить по счетам. Разговор застал его во время прогулки в парке с одной из женщин из обслуги. Впрочем, до нее мне дела не было.

– Господин Токаторо, – позвала я его предвкушающим голосом. – Сутки истекли, пора платить по счетам. Я жду.

– Ты это о чем, демон? – не понял он. – И почему ты мне мешаешь без разрешения⁈

– Ну как же, – промурлыкала я довольной кошкой. – Я жду от вас щедрой компенсации, как того требует договор.

– Какой компенсации⁈ – заревел он. – Я не…

Он замер, быстро соображая, и к нему начало постепенно приходить понимание.

– Вчера, согласно вашему приказу, я истратила очень много сил на то, чтобы урезонить непокорных слуг и сломить ваших врагов. Пункт договора номер два, раздела моих условий: Согласно договору, вы обязаны компенсировать мне затраты силы незамедлительно. Не позже суток. Сутки прошли. Свою часть договора я выполнила безупречно… а вот ваша…

– Но…

Его глаза забегали по сторонам, явно ища выход и не находя его. Ну еще бы он у него был.

– Подожди немного, я… все компенсирую…

– А если я не хочу ждать? – уже неприкрыто издевалась я. – Плати по счетам немедленно, иначе я возьму сама!

Наблюдать, как у него холодеет сердце и начинают дрожать коленки было ни с чем несравнимым удовольствием.

– Подожди хотя бы пару часов! Я… Я приказываю тебе подождать!

– Отклоняется, – ухмыльнулась я. – Согласно договору – не позже 24 часов. Срок истек.

– Тогда… – он повернулся к несчастной женщине, не понимающей с кем и о чем он говорит, схватил ее за руку.– Вот! Возьми ее!! Забери ее жизнь!

– Ну не-е-ет, – ухмыльнулась я. – У тебя есть ее договор, подписанный кровью, дарующий право забрать ее жизненные силы?

– Она моя служанка! Это ее долг перед господином…

– Не городи ерунды… господин, – издевательски протянула я. – Ее душа и тело тебе не принадлежит, и вряд ли ты получишь ее осознанное согласие даже под пытками, так что – плати немедленно! Пять Секунд! Четыре!

– Стой!!

– Три! Две!

– Погоди пожалуйста!! – закричал он, падая на колени. – Я… отдам в два раза больше чем должен! В три! Шесть человек! Только погоди до завтра!

– Не интересно, – с предвкушением прошептала я. – У_г_а_с_а_й!

И Токаторо закричал, когда я потянула из него жизненные силы, заполняя свой резерв, который будем честны не восстановился и на четверть потраченного… как я и планировала.

Уже через две минуты вместо полного сил и энергии мужчины на полу валялся ссохшийся сморщенной старик с тусклыми глазами, побелевшими волосами и дрожащими руками. Про таких говорят «смерть посрать отпустила»…

– Пока достаточно, ведь договор запрещает тебя убивать, – хмыкнула она. – Кстати, нарушение третьего пункта дает мне право расторгнуть договор… Кажется, ты еще легко отделался…

В его глазах блеснула надежда, но я – не была бы я, если бы не добила:

– Хотя погоди… не отделался!

Его поджилки затряслись еще сильнее, хотя казалось бы куда уже…

– Пункт договора номер три: «В период действия договора – ни за что, ни при каких обстоятельствах вы не можете забрать у меня или отделить от меня то, что по праву мое. А если такое случится – наш договор считается досрочно исполненным мной, со всеми отсюда вытекающими»… помнишь? Так вот, «господин»… после подписания договора, ты забрал у меня кое-что, что принадлежит мне! Точнее, кое-кого… Яромира! Согласно нашему с ним договору, его тело по истечении срока переходит в мою собственность. Но ты своим решением отправил его прочь, приказав мне от него отказаться. Я несколько раз намекала тебе, что не стоит так поступать, и ты пожалеешь, но ты не послушал… Теперь – плати по счетам! – зарычала я.

– Но… но… – захрипел он непослушным горлом. – Но ты мне не сказала и не предупредила…

– И что с того? Назови пункт договора, который обязывает меня предупреждать тебя о своевременности исполнения и последствиях нарушения? Я не обязана тебя предупреждать. Каждый следит за своей частью сделки сам. Итак, с этого момента наш договор считается исполненным с моей стороны полностью и бесповоротно. Но вот твоя часть так и остается за тобой!! – гремела я уже не сдерживая торжества. – Сейчас мне некогда с тобой разбираться, да и взять с тебя нечего… но однажды я спрошу с тебя должок! Догнивай жалкие крохи своей жизни в страхе, что однажды я вернусь! – выкрикнула я, и сорвала печать привязки к телу, устремляясь, наконец на свободу.

Точнее, как раз не на свободу, а в тюрьму, в подземелье, где, как я помнила сидит в заточении одна занятная личность, вполне годная для того, чтобы послужить мне временным пристанищем. Всего то нужно – пообещать свободу и заключить сделку…

* * *

Я закончила трансляцию своего воспоминания, наблюдая, как все присутствующие выходят из транса, медленно моргают, восстанавливая нормальное восприятие, переглядываются.

Ярик пришел в себя быстрее остальных. Он сглотнул, поднял на меня свои слегка детские глазенки, и виновато спросил:

– Ты сильно злишься?

– А сам как думаешь? – прошипела я ядовито, хотя, честно говоря я уже практически не злилась, потому что по его взгляду поняла – ему максимально неудобно.

– Знаешь… по правде сказать, когда мы только-только…

– У меня другой вопрос! – неожиданно перебила его сереброволоска, вскочив со своего места. – Кто такая Kitsu-no-yuki⁈

≡≡≡≡≡≡≡=

Спасибо всем за поддержку, приятного чтения. Не жалейте лайка книге, если она Вам по душе! И не забывайте оставить мнение в коментариях ;)