Текст книги "Два в одном 3: слишком много предательств (СИ)"

Автор книги: SecretKeeper

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 44 страниц)

– Согласно «Трактату Девяти Хвостов», Почтенной Старейшиной признается сильнейшая Лиса клана или рода. И вот вопрос: достаточно ли для победы показать абсолютное превосходство в силе, или мне следует убить предыдущую носительницу титула Почтенной?

Обе старейшины молчали.

– И я, как победившая предыдущую Почтенную Старейшину, спрашиваю сейчас: есть ли среди вас та, что не согласна с моим званием сильнейшей, и готовая доказать это в поединке?

Фраза была явно ритуальной, и ответа на нее совершенно точно не подразумевалось, потому что две старейшины сделали шаг назад и почтительно склонили головы, явно признавая правоту ее слов.

«Я победила!! – прилетело мне из глубины сознания, вместе с нестерпимым жаром… возбуждения. – Теперь они не посмеют…»

– Это еще не конец! – зарычала оскалившись раненная Томоэ. – Если ты и превосходишь меня, то не силой или мастерством, а благодаря гнусной помощи темной сущности, которая…

Я ожидал, что Аки сейчас разозлится, начнет перекрикивать Томоэ в своей манере, но она лишь закатила глазки.

– Вот как? То есть добровольно признать поражение вы не готовы, старшая, предпочитая выдумывать объяснения своей слабости? Ну хорошо… согласно Трактату я вправе убить прежнюю Почтенную в случае отказа… Готовы отправиться на суд Богини?

Аки протянула руку, позволяя все еще пылающему шару огня отделиться и медленно поплыть вверх, зависнув посреди каменной площадки, над головами Томоэ и зрителей. Шар запульсировал, стал ярче, и принялся дальше расти в размерах. Вот он стал размером с легковушку, потом – с грузовик, и наконец закрыл собой небо, превратившись в миниатюрную копию Солнца.

Стало невыносимо ярко, воздух раскалился, словно в сауне или духовке, пылающее марево давлело и давило почти физически. Даже я офигел от такой ошеломляющей демонстрации, а остальные присутствующие… Кто-то из охраны – не выдержал, несколько человек побросали оружие и бросились прочь, в сторону публичной зоны посольства и дальше – к выходу, у остальных тряслись руки, и я на всякий случай приготовился, мало ли кто-то запаникует и начнет стрелять…

– А ну хватит! Ты что себе позволяешь!! – внезапно раздался гневный окрик со стороны ступеней, и повернув головы мы увидели ту, кого надеялись увидеть по прибытии самой первой, и кто мог и должен был с самого начала привести Токаторо в чувство.

Прямо на нас, вскинув голову и едва не метая молнии из глаз смотрела Китсу, и в ее глазах плескалось нечто такое, что я увидел впервые за всю историю нашего знакомства. И это что-то мне очень не понравилось.

Глава 77

Наверное каждый хотя бы один раз в жизни испытывал разочарование в ком-то, кому доверял больше всех. Минимум в половине случаев пережить последствия такого разочарования без потерь – не получалось. А в некоторых случаях ты до последнего не веришь, что человек, считавшийся надежным поступает по абсолютно нелогичному и непредсказуемому сценарию.

Увидев сереброволоску, на краткое мгновение я испытал облегчение, а Аки настолько искренне обрадовалась, что не теряя ни минуты приглушила окружавшие ее языки пламени и едва не сорвалась в ее сторону, и это при том, что прежде она старалась эти порывы сдерживать.

– Сестра! Во имя Хвостатой Богини, Токаторо-кун, он… ты должна его урезонить, он собирается…

– Замолчи! И не приближайся! – вдруг остудила ее Китсу и Аки застыла, словно наткнувшись на одну из пресловутых невидимых стен. – Ты какого демона здесь устроила?

Улыбка медленно сползла с губ рыжей вредины, сменившись недоумением.

– Китсу, я…

– Молчать! – отрезала она, переводя взгляд наверх, где все еще полыхала нестерпимым сиянием огромная раскаленная сфера. – Отзови силу! Сейчас же!

Аки послушно протянула руку, и шар начал стремительно уменьшаться и бледнеть, пока не упал ей в руку, уже будучи размером с яблоко, которое девушка сжала в руке, заставив погаснуть.

– Китсу…

– Как все это понимать? – снова перебила сереброволоска, требовательно нахмурившись. – С каких пор ты возомнила себя вершительницей судеб? Как ты смеешь бросать вызов нашим устоям и традициям, нарушать порядок, установленный веками? Кто дал тебе право поступать столь дерзко и безрассудно⁈ Может быть ты и мне бросишь вызов⁈

Аки сглотнула, ее взгляд стал каким-то обиженным и испуганным.

– Нет, конечно. Прости… Но, сестра, вспомни, ты же сама мне говорила… Мы ведь с тобой тогда решили покинуть Японию и Храм в Долине именно потому, что старые обычаи и предрассудки изжили себя. Твой отец, господин Сирогане, он…

– Отец… – Китсу вдруг осеклась, скривилась, словно проглотила лимон, и поправилась: – Отец ошибался. Не следует отвергать то, что было основой несколько тысячелетий. Не стоит рушить что-то, не создавая ничего взамен. И Сиро… отец больше не с нами, Аки. Придётся это принять и жить дальше.

Она устремила на сестру ледяной взгляд.

– А ты прямо сейчас покоришься и сдашься. Ты не окажешь сопротивления. Ты будешь наказана за свою дерзость, а Яромир вернётся под сень своего Императора. Мы больше не можем его защищать.

Я похолодел. В груди неприятно заныло, а сознание затопила горечь предательства. Уж от кого-кого, но от Китсу… Я просто отказывался верить. А где-то в глубине моего моря разума напряглась Малисса, одновременно наблюдая, как меняется выражение лица и сужаются глазки Аки.

– Что ты такое говоришь, сестра? – Аки отшатнулась, словно получила пощёчину. – Но как же… мы же с тобой договаривались… Ты ведь ему обещала!

– Сложные времена требуют от лидера умения принимать непростые решения, – холодно ответила Китсу.

– Чушь! Никакие сложные времена не оправдывают предательство! А это – предательство! Что с тобой случилось за эти две недели?

– Довольно, – отрезала сереброволоска. – Лучше вспомни Трактат. Клан не должен жертвовать большинством ради одной жизни. Ещё пять минут назад ты сама цитировала его, заявляя во всеуслышание о своих правах на звание сильнейшей и искренне заблуждаясь, что готова принять бремя Почтенной Старейшины. Однако должность Почтенной – это не только длинные хвосты и длинный язык. Неужели ты не осознаёшь очевидность выбора: жизнь одного слуги или благополучие всего клана на противоположной чаше весов?

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Аки.

– За время вашей двухнедельной прогулки, пока вы прохлаждались неизвестно где, очень многое изменилось, – вклинился Токаторо, медленно спускаясь по ступенькам. – Отец пропал. Мы пережили нападение врагов. Альянс сейчас фактически в состоянии войны. Наше положение сильно пошатнулось. Империя официально требует выдать двоих преступников, которые нарушили приказ, совершили акт измены, убили высокопоставленных сотрудников Службы и Имперского Князя Волкова. Вы объединились с объектом задания и скрылись. Теперь у нас нет выбора.

– Что? Что значит в состоянии войны⁈ С кем⁈ – не выдержала Аки.

– Император Всея Руси Борис Третий официально направил ноту Сыну Солнца и Неба с предложением прислать нового уполномоченного посланника, – продолжил Токаторо. – Наш дипломатический статус приостановлен. И теперь СИБ официально требует выдать двоих преступников, которые нарушили приказ, совершили акт измены, убили высокопоставленных сотрудников Службы и Имперского Князя Волкова, а после объединились с объектом задания и скрылись. Теперь у нас нет выбора. Империя обвиняет нас в гибели Князя Волкова, требуя вас выдать. И прямо в этот миг подняли головы наши старые враги, словно падальщики, почуявшие кровь. На усадьбу совершено вооруженное нападение, восточная часть посольства – в руинах, несколько человек погибло… И на фоне всего этого ты осмеливаешься дерзить и демонстрировать непокорность, когда должна наоборот бросить все силы на сохранение единства и защиту наших людей! Ты ли смеешь говорить о предательстве, Акакитсу?

Аки опустила голову, стиснула челюсти, а в ее душе поднялась настоящая буря, буквально разрывающая ее на две части.

«Ярик, готовься уходить», – донеслось до меня по нашей чувственной связи.

Я замотал головой, совершенно забыв, что меня не слышит никто кроме моей рыжей вредины.

«Что еще значит – готовься… какой в этом смысл? Я тебя не брошу!»

«Я должна остаться, – обреченно донеслось до меня. – Я поклялась в верности Китсу, и я не могу нарушить своего слова. Но тебя это ограничивать не должно – Токаторо сам публично освободил тебя от обязательств. Ты можешь и должен уйти… Прыгай! Сейчас же!!»

– Сдавайтесь! – снова нарушил молчание Токаторо, медленно спускаясь по ступенькам. – Не усугубляйте свое положение, тем более, что вашей жизни ничего не грозит: ты поедешь отбывать наказание в Храм, а он – предстанет перед судом своего Императора, и сможет привести доводы в свое оправдание…

И тут случилось то, чего ни я, ни Аки, ни тем более все остальные не ожидали: в игру вступила Малисса. Воздух вокруг неожиданно зазвенел, и вокруг раздался разъяренный, резонирующий в ушах голос демонессы:

– ЭТО ЛОЖЬ!! ЯРИК ОН ЛЖЕТ!

Все присутствующие, включая Токаторо, Китсу и старейшин заозирались по сторонам в поисках источника голоса, а Аки бросила взгляд в мою сторону:

«Что это значит?» – мысленно позвала она.

«Не знаю… Малисса, она…»

– СЛОВА ЧТО ВАМ НИЧЕГО НЕ ГРОЗИТ – ЛОЖЬ! – снова подала голос Малисса. – УХОДИТЕ!

И моя правая рука схватила Аки за ладошку, а левая сложилась в жест тенебриса, отводящего глаза.

Китсу вздрогнула. Томоэ, всё ещё лежавшая на дорожке, выпучила глаза. Охрана завертела головами, Токаторо отпрянул назад, быстро отдавая какие-то распоряжения.

– Оцепить периметр! Ищите их!

– Ярик что ты делаешь? – растерянно прошептала Аки. – Не нужно…

– Они где-то близко! – побулькала Томоэ, крутя носом и спешно оглядываясь. – Они не успели уйти! Запах остался!

– Уходим, сейчас же! Позже решим что со всем этим делать! – рыкнул я, прижимая к себе растерявшуюся лисичку. – Ты должна уйти со мной! – я буквально влил в эти слова небольшую толику нажима. – Уноси нас на тропу, живо!

– Я… – она не сопротивлялась, но казалось словно потеряла волю, и не торопилась действовать, все еще пребывая в ступоре.

Ну и хрен с ним. Я делаю вдох, и готовлюсь к прыжку, мысленно разворачивая сферу Эйдоса и устремляя сознание максимально далеко, к стенам усадьбы, заглядывая дальше в поисках места для заякоривания сознания, когда неожиданно, подобно чудовищному звуковому взрыву, ударившему по ушам раздается громкий звук гонга:

– БОМ-М-М!

Я не успел ни прыгнуть, ни открыть глаза, потому что сразу следом за этим громким низким ударом и гулом гонга послышались еще два более тонких и мелодичных звука, слившиеся воедино и выбивающих меня из концентрации. Два колокольчика, находящиеся по разные стороны от нас, зазвонили в унисон:

– Дзинь! Дилин!

И казалось бы, подумаешь – звук гонга и маленьких колокольчиков, какой вред они могут причинить… однако же, все три звука в совокупности создавали безумную какофонию, буквально ввинчивающуюся в уши, пронзая череп насквозь, вызывая болезненные ощущения, диссонанс, и мешая концентрироваться.

Зараза! Я встряхнул головой, изо всех сил прищуриваясь и концентрируя все свое внимание на сфере, вновь готовясь к прыжку. На одно мгновение я почти поверил, что у меня получится, но мне не хватило краткого мига, когда вновь раздался этот ужасный «БОМ-М-М!», нанося новый звуковой удар по мозгам, и сбивая концентрацию. Дерьмо! Я не могу прыгнуть!

Аки не выдержала, схватилась ладошками за уши, крепко их зажимая, ее движение повторила эта старая «шуба» Томоэ, а вместе с ней и остальные две старейшины.

БОМ-М-М! Дзинь! Динь!

Перед глазами все поплыло, объекты и люди начали двоиться, а по губам потекло что-то липкое. Я протер рот запястьем, и удивленно уставился на размазанную по коже кровь. Этого только не хватало.

«Ярик, нужно уходить! Немедленно! Опасность!» – шипела в голове демонесса.

А то я сам этого не понимаю. Повертев головой, я увидел впереди, на вершине лестницы странно одетого мужика – толи монаха, толи еще какого служителя культа, который в этот самый момент стоял возле деревянной конструкции, удерживающей бронзовый диск гонга, и как раз замахивался колотушкой, намереваясь ударить снова. Вот ты где, корень проблем…

– Véritas abscondi, lux tace! – выкрикнул я, ткнув в него пальцем и отправив в отключку и его и еще двоих бойцов Сирогане, стоявших рядом.

Но только теперь я понял, какую глупость сотворил. Оглушая человека с колотушкой, я вынужден был отпустить Аки, которую до того обнимал, намереваясь прыгать. И ее тут же увидели.

– Вот она!! – Закричали справа. – Держите! Хватайте ее!

Я метнулся к лисичке, протягивая к ней руку, но две старейшины уже бросились наперехват. Пришлось отшвырнуть их тенебрисом.

– Va’thar!

Цукикаги отлетела прочь, скатившись с дорожки в траву, а я наконец поймал Аки за руку.

– Ярик, что… я…

Ответить я не успел. Новый удар гонга был еще громче, и казался ещё ближе. И пока я соображал, прицеливаясь для прыжка на короткое расстояние, неожиданно со всех сторон раздался новый звук, и на этот раз – его воздействие было куда эффективней предыдущих попыток.

Сразу с четырех сторон послышались незнакомые голоса, однотонно бубнящие какой-то странный речитатив, похожий на буддийские мантры. И я понял, что встрял окончательно, потому что в груди разом потяжелело, сил на поддержание «Ауры невнимания» стало уходить в несколько раз больше, а все тело налилось неподъемной тяжестью. Очередной гонг, разбавленный дребезжанием колокольчиков ранил почти физически, кровь из носа потекла еще сильнее. А спустя еще пару секунд перед глазами окончательно поплыло, и колени подогнулись. Пальцы руки свело судорогой, и «Аура невнимания» окончательно растаяла.

– Здесь! Сюда!

Последнее, что я запомнил – приближающиеся фигуры в тёмных балахонах с вышитыми символами Инь-Ян.

Глава 78

…сознание возвращалось медленно, голова раскалывалась словно в основание черепа ввинчивался огромный тупой бур. Меня мутило, словно я на спор проглотил лошадиную дозу алкоголя К горлу подкатывали волны тошноты, но организм отказывался излить обратно все, что успел проглотить.

Медленно открыв глаза, я обнаружил себя прикованным к креслу двумя парами наручников за запястья. И еще обнаружилось какое-то новое, плотно сдавливающее чувство в области шеи и горла.

Сфокусировавшись, я быстро огляделся. Аки обнаружилась аккурат напротив меня, словно в зеркальном отображении, сидя точно в такой же позе, прикованной к офисному креслу со спинкой. Ее рот был закрыт странной металлической конструкцией… как впрочем, похоже, и мой. На шее девушки поблескивал огоньками непонятный предмет, похожий на… кажется где-то на просторах интернета я такие видел. Или похожие… Точно. Это ошейник с дистанционным генератором звука, предназначенный для тренировок собак… кажется. Девушка была без сознания, потому что ее голова была безвольно свешена набок.

– Смотри-ка, очнулся, – заговорил кто-то поблизости на вполне русском языке, но с неуловимым акцентом. А еще: голос был женский и смутно знакомый.

– Тем хуже для него, – буркнул мужской голос. – Без сознания умирать не так больно…

– Да не будут его убивать, – снова заговорила женщина. – По крайней мере наши… Он – всего лишь предмет торга, и его передадут этим… честно говоря, я бы ни за какие коврижки не имела с ними дел…

– Мы выполняем приказы, с кем иметь или не иметь дела – нас не касается, Лора.

– Да, да, помню, – как-то лениво отозвалась она. – Хватит мне тут нотации читать, лучше передай господину Сирогане, что он очнулся.

Мужчина что-то недовольно пробурчал, где-то сзади хлопнула дверь.

Звук шагов переместился из-за спины налево, и в поле зрения попала миловидная коротко стриженная светловолосая женщина… в темно-серой боевой амуниции и с небольшой штурмовой винтовкой наперевес. Женщина-боец… В голове щелкнуло, и пришло узнавание.

– Ты… – попытался сказать я сквозь маску, но звук получился нечленораздельный.

Она грустно улыбнулась и легонько пожала плечами. Знакомые ямочки на щеках и насмешливый прищур, который по странному стечению обстоятельств очень хорошо запомнились. Намного лучше, чем ее имя.

– М-м… – выдохнул я сквозь металлическую маску.

Лора остановилась в двух шагах, посмотрела на меня долгим взглядом и тихо, почти виновато улыбнулась.

– Привет, удалец… – произнесла она почти так же, как тогда, несколько недель назад… по времени этого мира. – Вот мы и встретились снова.

Я дёрнулся в наручниках. Металл больно врезался в запястья.

– Охереть… Ты теперь сторожевая собачка? – фраза получилась еще более невнятной.

Она вздохнула, явно не разобрав что именно я сказал, но уловила общий смысл. Щелкнула предохранителем оружия и присела на край стола напротив меня. Несколько секунд просто смотрела – сначала на меня, потом на безвольно висящую Аки.

– Я тебя предупреждала, Ярик, – тихо сказала она. – Помнишь? Там, у меня, после того, как ты меня так кайфово… вырубил, – она чуть усмехнулась уголком рта. – Я ведь тогда едва ли не прямо в лоб сказала: не высовывайся. Ты слишком ярко светишься. Слишком быстро взлетел. Многим мешаешь. Неужели ты такой тугоголовый? А с виду – очень умный парнишка…

Лора покачала головой, словно досадуя на саму себя за то, что в прошлый раз озвучила все это с недостаточным посылом.

– А ты всё равно полез в самое пекло. Вместе с этой самоуверенной рыжей сучкой. Хотел показать себя, просверкать в лучах карьерной славы? Как же, юный вундеркинд, освоивший эти шаманские фокусы… которого ставят в пример, которому все воспитанники клана завидуют черной завистью… Вот же дурачок.

В её голосе не было злости – только сочувствие и усталое сожаление. А значит – она мой шанс. Я замычал, попытавшись попросить помощи, но ничего членораздельного выдавить не смог.

«Ну же, сними с меня намордник!» – гипнотизировал я ее.

– Жаль, но я ничем тебе помочь не смогу, – продолжила она. – Я к тебе хорошо отношусь, малыш. Правда. Ты мне тогда очень понравился. Не только твоя задница. Ты… настоящий. Таких мало. Поэтому мне сейчас особенно хреново видеть тебя вот так.

Она кивнула на наручники и ошейник.

– Но я простой наемник, и у меня приказ.

Лора наклонилась чуть ближе и почти шёпотом добавила:

– Послушай доброго совета: не строй из себя героя и не пробуй что-нибудь выкинуть. Сделаешь себе только хуже. Поверь, они будут готовы. Попробуй сыграй в покорность, тогда может и поживешь подольше, но если полезешь на рожон… – она покачала головой, глянула мне за спину и выпрямилась, снова стала холодной и профессиональной.

– Очнулся – и хорошо. Господин Сирогане скоро будет. Постарайся не дёргаться. Эти игрушки очень чувствительны к резким движениям… и к магии. Будет больно.

Лора уже повернулась к двери, когда остановилась и, не оборачиваясь, тихо бросила через плечо:

– И да… жаль, что всё так вышло. Ты мне правда был очень по душе, золотой мальчик.

Она медленно направилась куда-то мне за спину, и я сразу потерял ее из вида.

Я осторожно повертел головой по сторонам, стараясь вернуть зрению фокус. Осторожно прикрыл глаза и попытался сконцентрироваться, чтобы ощупать обстановку «сферой»… где-то сбоку в механизме ошейника что-то щелкнуло и мое тело вмиг пронзила электрическая искра, заставив содрогнуться, стискивая зубы. Черт! Больно!

– Даже не пробуй использовать ё-дзюцу! – раздался позади знакомый с японским акцентом. – В твой ошейник встроен чувствительный элемент, наказание последует сразу же, – окрикнул меня знакомый голос, и в поле моего зрения появился Токаторо. – Оставьте нас, – бросил он, и где-то сзади меня раздались звук удаляющихся шагов и закрывающейся двери.

– Я сейчас сниму это, – Токаторо приблизился, и я почувствовал как возится с креплением приспособления, закрывающего мне рот.

– Но прежде чем ты попытаешься совершить какую-нибудь глупость, я расскажу тебе об этом, – продолжил он без предисловий, взявшись за окольцовывающий мою шею механизм. – Это уникальная вещичка, предназначенная как раз для того, чтобы сдерживать амбиции тварей вроде тебя, Яромир Харт. Впрочем, оказывается, и нашу строптивую вертихвостку вполне можно кхм… стреножить. Итак, в этот ошейник встроен кристалл-негатор, который поглощает и рассеивает любое проявление ё-дзюцу вплоть до высших форм они или йокай, – тихо закончил Токаторо, скользнув пальцами по сегментам ошейника. – Это не просто ограничитель. Это подавитель духовного контура. Кристалл выпивает всю высвобождаемую поблизости силу, не позволяя оформить ее в окончательную форму. Как побочный эффект, он сильно нагревается – прямо пропорционально поглощенной силе. И да, видишь ли, не уверен, что его мощи хватит, чтобы полностью исключить возможность ваших попыток, поэтому, мне пришлось подстраховаться и слегка доработать артефакт, переданный нам… одним доброжелателем. Поэтому, уже моими специалистами в ошейник встроен датчик температуры, электрошокер, и… заряд сильновзрывчатого вещества, направленный вовнутрь. Итак, если температура кристалла повышается хотя бы на 15 градусов – следует удар электрошокером… ну, ты уже в курсе. Каждые пять градусов – еще два, три, четыре удара и так далее. Если же ты попытаешься применить что-то более сильное, и температура подскочит мгновенно… не буду указывать себе точный уровень, просто знай – пересечешь критичную точку, и вместо очередного удара электрошокером – ошейник взорвется, и буквально тебя обезглавит. И не только тебя, – он повернулся к девушке, голова которой все еще свисала без сознания.

Пока он все это рассказывал, его лицо не выразило ни малейшей эмоции, но когда он бросил взгляд на Аки – промелькнула некая тень, расшифровать которую я не смог.

– А чтобы дополнительно подстраховаться, я связал ваши два ошейника, замкнув их друг на друга. Поэтому, если вдруг каким-то чудом один из вас сможет избавиться от ошейника и выжить – второй неминуемо погибнет. Если один ошейник взорвется или от него просто пропадет сигнал – взрыватель второго ошейника сработает в тот же миг…

Я медленно прикрыл глаза и чертыхнулся. Вот ведь сука.

«Неприятная ситуация», – прокомментировала демонесса.

«Ты прямо капитан очевидность, – съязвил я. – Сейчас было бы очень круто, если бы ты вдруг сказала мне, что у тебя есть заклинание на такой случай и все решается очень просто…»

«Разумеется есть. Твой ошейник можно легко уничтожить, стоит только освободить хотя бы одну твою руку. Можно применить заклинание барьера, достаточно поставить тонкий слой между твоей шеей и этой дрянью, он сам взорвется. А после мы тут такое устроим… но девчонка погибнет. Дурацкая ситуация, прости, но если не будет выхода…»

«Даже не думай об этом!» – рыкнул я.

«Успокойся, это самый крайний случай… Я думаю над проблемой. И ты не отвлекайся…»

«Если не будет выхода – ты разрушишь ошейник Аки, и уйдешь к ней», – холодно бросил я.

Между тем, Токаторо расщелкнул застежку на затылке, снимая конструкцию, выполнявшую роль кляпа на моем лице. Давление ослабло. Это был какой-то неизвестный механизм, имеющий отдаленное сходство с удавкой, которую когда-то в далекие и наивные времена нашего первого знакомства использовала на мне Аки. Во всяком случае – чувствовалась работа одного и того же мастера.

– Прежде, чем передать тебя представителям… вашей Империи, я хотел бы обсудить с тобой альтернативный возможный вариант развития событий, – произнес он бесстрастно.

Я зажмурился, моргнул пару раз, стараясь восстановить зрение и подвижность лица – скули и мышцы которого ныли, словно после судороги или паралича. Осторожно сделал вдох ртом и выдохнул, тщательно продумывая свою модель поведения. Дико хотелось послать его в задницу, обматерить, а еще лучше – проклясть, но я трезво понимал последствия.

– Чего ты хочешь? – глухо спросил я еле ворочающимся языком.

– Следует отвечать «Какими будут ваши распоряжения, господин!» – ответил он с нажимом в голосе. – Именно так тебе следует обращаться к главе рода, и человеку, в чьих руках сейчас находится твоя дальнейшая судьба!

Понятно. Он решил сделать меня своим мальчиком на побегушках, и явно не на тех условиях, которые когда-то предложила Китсу…

– Очень сложно расценивать как господина того – кто совсем недавно публично объявил меня изгоем, преступником, и так далее…

– Я не с тобой разговариваю!! – неожиданно рыкнул Токаторо, перебив меня и вызвав полнейшее недоумение. – Ты всего лишь кукла, сосуд, у которого так и так нет будущего… Ну же, покажись, Малиссиана Драксель Киосо Люминьера, – медленно произнес японец, вызвав мое удивление.

Да что там удивление – я просто застыл, лихорадочно соображая что же это может значить. Токаторо не мог знать развернутого имени демонессы, ведь его не знал никто, даже Исао и обе девушки. Не мог ведь?

Малисса в свою очередь никак его не выказала, однако, внутренне ощутимо напряглась.

«Позволь, малыш, посмотрим, что он хочет сказать… возможно, из этого разговора можно будет что-нибудь извлечь…»

И Малисса перехватила контроль, я почувствовал как мои плечи выпрямились, выражение лица стало бесстрастным. Глаза слегка заволокло дымкой, видимо демонесса попыталась изменить спектр восприятия, но резкое потепление в ошейнике и щелчок шокера разом заставил ее передумать. Правда виду она не подала, и даже подавила рефлекс тела, не дав ему вздрогнуть, только зрение стало вновь привычным.

«Интересно… среднее проявление тенебриса и попытки влиять на собственное восприятие – этот механизм улавливает, но не сразу. Значит, если высвобождать силу по крупица – а потом применить конструкт – может сработать…»

– Я слушаю, – холодно произнесли мои губы, а взгляд пристально изучал визави, бегая по его лицу, плечам, судорожно поджатым пальцам, явно отмечая все мельчайшие детали.

Токаторо пронзил меня колючим взглядом и заговорил:

– Малиссиана Драксель Киосо Люминьера. Я предлагаю тебе сделку. Покинь тело этого мальчишки, перейди в моё… и поклянись служить мне.

Мои губы растянула ехидная усмешка.

– Ха! И с чего вдруг мне соглашаться? Что такого ты готов предложить взамен?

– Взамен ты переселишься в тело будущего Сегуна. Власть. Ресурсы. Артефакты. Материалы для твоих ритуалов, даже… человеческие. Относительную свободу удовлетворять любые свои демонические потребности…

Малисса молчала пару секунд. Потом мои губы изогнулись в ленивой, хищной улыбке.

– Ох, как щедро, – протянула она бархатно. – Я почти польщена. Новое тело, трон, отсутствие всяких ограничений… Звучит почти как предложение, от которого сложно отказаться. Вот только ты не уточнил что именно подразумевается под моей службой. Некоторые хм… просьбы – являются весьма затратными, знаешь ли…

Она промурлыкала это все как довольная кошка, которой дали понюхать вкусняшки, почесывая при этом за ушком, и мне даже показалось, что она готова поддаться и вполне серьезно рассматривает его предложение. Самое странное – что еще некоторое время назад за возможность избавиться от моей вынужденной соседки я и сам был готов был дорого заплатить, но сейчас…

«Ты же сейчас не серьезно?..» – осторожно уточнил я мысленно, однако ответа не получил.

– Ты обязана будешь мне служить. Вся твоя сила должна быть в моем распоряжении. Ты должна укрепить мое тело, чтобы оно прожило хотя бы лет сто двадцать…

– Это долго…

– В самый раз, – продолжил он.

– И дорого тебе встанет…

– Повторюсь: ты вольна будешь удовлетворять свои потребности в любом объеме. Просто скажи что тебе нужно? Алтарь? Девственницы в жертву? Все, что ни скажешь – получишь, пока будешь служить…

– Хм-м… – она снова замолчала, явно обдумывая предложение. – Очень заманчивое предложение. Ну хорошо, убедил. Я готова перейти…

«Малисса⁈ – опешил я. – Ты чего задумала…»

– … ты должен выразить четкое согласие на то, что позволяешь мне занять твое тело, – как-то лениво произнесла демонесса.

Токаторо прищурился, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но явно передумал и сказал что-то другое:

– Готовясь к этому моменту, я тщательно все изучил, – покачал головой Токаторо. Мне нужны гарантии, что ты меня не обманешь, демон. Я слышал, это должен быть договор, скрепленный кровью. Вот. Я подготовил, – он достал из рукава своей темной одежды свиток, медленно развернул. – Здесь все изложено…

Мои глаза пробежались по свитку и вернулись на лицо японца.

– Это конечно хорошо, но мы не обсудили мои условия – демонесса качнула головой. – Это тело – тоже мое. Я уже получила на него права. Оно более молодое, сильное, и уже слегка мной… подготовлено, -продолжила она осторожно. – Оставлять его, менять на другое, просто так без подготовки… мне нужно время подготовиться, – закончила она.

Японец хмыкнул, явно подбирая слова, и продолжил, наблюдая за реакцией на свои слова:

– Как я уже говорил, я очень хорошо подготовился… И за сегодня допустил лишь одну ошибку, когда уговаривал Акакицу сдаться, и сказал, что этим двоим ничего не угрожает… Я впрямую солгал в твоём присутствии, хотя имел информацию, что ложь ты чувствуешь, – его и без того узкие глаза превратились в щелочки. – Видишь ли, все остальное что я говорил – чистейшая правда. На нас действительно напали, и прижали, вынуждая пойти на сделку. Важной частью этой сделки было условие передачи Яромира Харта в руки… представителям княжеского дома Волковых.

Сердце пропустило удар, и одновременно с этим я почувствовал, как вздрогнула демонесса. Буквально ощутил, как она запаниковала.

– Именно выполнение этого условия даст мне и моим людям возможность безопасно эвакуироваться в Японию. И да, уверен, что знаю о чем ты думаешь, – он вытянул губы в линию. – Я в курсе того, кто скрывается под личиной юного наследника Волковых, и для чего они хотят получить Яромира Харта. Более того, они уверены, что у меня не получится его захватить… однако, они не учли, что дядюшка Йоши обучил нескольких оммедзи перед тем как отправиться в свое хм… последнее неудачное путешествие с моим почтенным отцом, да смилостивится над ним Яма… Эта комната опечатана, и сбежать ты не сможешь, демон. Если ты не согласишься на мои условия, то я выполню свою часть договора с Волковыми и передам им Харта. Вместе с тобой. Впрочем, я выполню его в любом случае… они хотят получить Харта – они его получат. Только в случае твоего согласия – без тебя. Решай, демон. И не надейся выскользнуть. Ошейники уловят малейшие признаки твоей Тьмы, а разрушение приведет к гибели и Харта и Акакицу, как мне ни жаль… но ты точно не убежишь – потому что мои оммедзи будут рядом, и удержат тебя от попыток. У тебя сорок минут до того, как кортеж будет готов к отправлению, – бросил он напоследок и вышел, оставляя меня наедине с демонессой, которая теперь была напугана не на шутку.