Текст книги "Куница Том 6 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

Глава 35

Священная Римская Империя, Бремерфёрде, конспиративная квартира

Май 1984 года

В бесконечной борьбе со скукой бессмысленного ожидания Данко обнаружил своеобразное спасение – уход в ритуальное и почти медитативное занятие обслуживания оружия. Конспиративная квартира, куда его доставили после нападения на базу, скрывала десяток укромных уголков, хранящих самые разнообразные средства нанесения травм, несовместимых с жизнью. Арсенал оказался настолько обширен, что пока ему даже не пришлось перебирать одно оружие дважды. Данко поднял взгляд на Креста, развалившегося на диване и беззаботно дрыхнущего, и вернулся к своему занятию.

Трёхкомнатная квартира в элитном жилом районе вызывала у парня некоторый детский восторг. Помимо запрятанного в разных местах арсенала, здесь имелся потайной ход в подземный гараж, соединённый с канализационными каналами. Машину по этому ходу приходилось вести осторожно, буквально лавируя среди тесноты подземных лабиринтов, зато его привезли сюда настоящим тайным путём.

Со дня прибытия Данко практически не покидал пределов квартиры, хотя особого желания попасть на улицу у него и не возникало. Здесь присутствовали все мыслимые удобства, обеспечивая настоящий комфорт и какой-никакой уют. Даже присутствие в одной из комнат трёх бойцов неизвестного Данко спецподразделения нисколько не напрягало. Добровольный узник быстро свыкся с ними, понимая, что это скорее мера защиты, нежели ограничение свободы.

Медленно и методично Данко завершил сборку винтовки и аккуратно очистил рабочий стол от остатков масла и пыли. Его сознание начало отвлекаться на мысли о предстоящем приёме пищи, когда сработала система оповещения. Кто-то пришёл. Через несколько секунд свои позиции безмолвно заняли двое бойцов с оружием, а Крест продолжал изображать спящего, хотя Данко ощутил колебания магии. Сам Данко постоянно держал наготове защитное заклинание, гася его только перед сном.

Щёлкнул замок, дверь приоткрылась, Шолль негромко назвал пароль. Бойцы чуть расслабились, позволяя маркграфу пройти. Короткая артефактная проверка, и мужчина попадает в гостиную, а бойцы уходят к себе в комнату. Крест потянулся, прекратив изображать соню.

– Что-то ты невесел, – сразу отметил Крест мрачное выражение лица Эмиля. – Что-то пошло не так?

– Напротив, всё получилось прекрасно, – качнул головой Шолль. – Вот только мудрость гласит: многие знания приносят многие печали.

– Прежде чем вы начнёте, – вставил свой голос Данко, – предлагаю пообедать. А то я вас знаю, там не на один час.

Возражений не последовало, все трое переместились на кухню, точнее, в столовую. Стандарты элитного жилья не предполагали, что жильцы будут готовить сами. С утра холодильник наполнялся готовыми блюдами, и при необходимости по заказу доставляли ещё.

– Значит, предатель раскололся? – ставя последнюю тарелку на стол, спросил Крест,.

– Вдоль, поперёк, даже по диагонали, – подтвердил Шолль. – Когда у меня есть время и условия, я узнаю всё и ещё чуть-чуть сверху. И судя по рассказам неуважаемого предателя, нам, в каком-то смысле, повезло. Из-за спешки координатор был вынужден включаться в процесс, чем навёл на себя тебя. Если бы всё выполнил правильно – мы бы остались с носом.

– Дель Фортини оказался крупной рыбкой? – оскалился Крест.

– Нет, – мрачно покачал головой Эмиль. – Граф Конрад фон Траунштайн.

От неожиданности Крест приподнял брови.

– Адъютант?

– Верно, адъютант. Его положение позволяло свободно перемещаться, оставаясь незамеченным обществом, устанавливать контакт без отслеживания и пребывать вне подозрений. Я схему составил, – Шолль сделал жест, словно прикасаясь к области сердца, демонстрируя расположение важной бумаги. – Только доешь сначала. И, когда читать будешь, полог тишины наложи.

Разведчик, как раз жевавший мясо, чуть не подавился, заставив себя протолкнуть кусок в горло.

– Настолько всё серьёзно? – спросил он, сжимая вилку так сильно, что побелели пальцы.

– Очень, – коротко бросил маркграф. – Тот, кто получал отчёты Траунштайна, знал всё. Точнее, мог узнать всё, что захотел бы. Не до мелочей, но Генеральный штаб и штаб разведки текут со страшной силой. Ну и за каждым чихом императора тоже наблюдали и фиксировали. Примерно месяц назад что-то случилось, Траунштайн не в курсе, что именно. Контакты нарушились, множество связанных лиц исчезло. И, когда пришёл приказ, – Эмиль кивнул на Данко, – на его счёт, у шпиона не оказалось инструментов под рукой. С закономерным результатом.

Закончив рассказ, маркграф уставился на разведчика, оценивая реакцию собеседника. Крест отложил столовые приборы и мрачно спросил:

– Куда шла информация?

Эмиль ответил не сразу.

– Не в Петроград. Если я правильно понял – в колонии. Предположительно куда-то в Америку.

Реакция Креста удивила Данко. Разведчик, похоже, ожидал чего-то подобного.

– Это было ожидаемо? – спросил парень.

Крест криво улыбнулся.

– Я смог выяснить, с чем Мартен приехал в Берлин. И Герсдорф, и Хоуп успели дать первичные указания по своим ведомствам. Когда нанесли удар, всем стало не до этих бумаг, но канцелярия есть канцелярия. Я нашёл распоряжения. В Японии Мартен нашёл оружие. Технология наша, а производство – нет. Он отследил канал поставки. Корабль с экипажем из американцев. Целый крейсер видел.

Замолчав на секунду, Крест поднял взгляд на маркграфа.

– Эмиль. Ты сказал, что отдыхал где-то в Америке, когда получил ложные воспоминания.

Но Шолль уже сам сосредоточенно смотрел перед собой, и на невысказанный вопрос только кивнул.

– Да. Южная Америка. Джунгли. Населённые пункты с труднопроизносимыми названиями. Я никогда не думал… – Эмиль поднял взгляд и сосредоточился на лице разведчика. – Мне нужна ментальная проверка. Я мог что-то видеть и не обратить внимания…

Крест хмыкнул.

– Ещё как нужна. Ты теперь будешь здесь сидеть, на пару с ним, – кивок на Данко. – Но я запутался. Романовы что? Не при делах, что ли?

– Подождите! – поднял руку Данко. – Но там же ваша колония! Там тысячи людей должны бывать! Постоянно кто-то приезжает и уезжает! Нельзя же скрыть от такого количества людей такое важное!

Крест поморщился.

– Данко, Америка – это два огромных континента. А наши колонии – узкие полосы по побережью. Причём действительно крупная колония только на восточном побережье Северной Америки, которая углублена в континент может быть на треть всей его площади, всё остальное – небольшие анклавы для сбора ресурсов. Центральная зона обширных территорий остаётся фактически необжитым фронтиром. Там целую страну можно спрятать, при желании. Наши войска, когда шла колонизация, провели разведку, нашли самые крупные города и убедились в примитивизме местных. Даже железного оружия нет, каменные топоры одни. Мы туда производство первой категории не поставляли, только конечную продукцию. Производства в колонии нет, лишь ремонт привезённого из метрополии. Строительство крупного боевого корабля, подобного современному крейсеру, требует десятков тысяч квалифицированных работников, распределённых по всему производственному циклу.

– Если не поставляли мы, – подхватил мысль Шолль, – могли поставлять из России. И мы снова возвращаемся к Романовым.

– Связь с Романовыми пришита белыми нитками, – отмахнулся Крест. – Не факт, что они связаны с колонией. Со всем происходящим – да, несомненно. И связь эту надо искать в России, а соваться туда сейчас…

Крест покачал головой. Данко поднялся.

– Вы же в любом случае кого-то пошлёте в Америку? Ну, чтобы проверить и разобраться. Вызываюсь добровольцем.

Взгляды мужчин встретились.

– Юношеский максимализм, – констатировал Эмиль.

– Сам как будто старик, – насмешливо напомнил Крест. – Хотя идея интересная.

Шолль удивился:

– Интересная? Поясни.

Разведчик вздохнул, окинул взглядом недоеденный обед и начал невесело ковыряться в тарелке.

– Я и так кручусь ужом на сковородке. Надо докладывать о каких-то результатах начальству, а говорить, что мы подозреваем Романовых во всех бедах, это, мягко говоря… Преждевременно. В другой ситуации мои слова приняли бы, как рабочую версию, начали проверять, искать доказательства, но сейчас… В возможность назначить врага и перевести на него весь гнев вцепятся.

– И начнётся то, что мы с Мартеном видели в своих видениях, – выдохнул маркграф. – И получится, что вместо изменения будущего мы его своими руками и создали.

Крест кивнул.

– Именно так. Во всех мифах и преданиях так и происходит. Человек, услышавший пророчество, сам становится орудием его реализации. Возвращаясь к идее добровольца. Свободных людей у меня очень мало. А у Данко выбор: прятаться в норе или оказаться там, где его не ждут. И тебе, Эмиль, если ты не против, я бы поручил отправиться в Америку вместе с Данко и остальными, кого я смогу собрать.

– Мне? – удивился маркграф.

– После ментальной проверки, само собой, – подтвердил Крест. – Америка может оказаться ложным следом, и вы там ничего не найдёте. А может, получиться так, что… – разведчик неопределённо покрутил рукой в воздухе, подбирая слова. – Что без твоих специфических знаний и опыта никто другой не разберётся.

– А ещё ты хочешь отослать меня подальше, – с обречённостью выдохнул Эмиль.

На это заявление Крест отрицательно покачал головой.

– Нет, как раз такой цели я не ставлю. Ты был бы полезен здесь, но и без тебя я смогу справиться, как-нибудь выкрутиться. А послать на ту сторону шарика мне реально некого. Сам увидишь, когда я вам усиление покажу. Я ещё очень рад, что вон Данко вызвался. Парень хоть и не опытный, зато толковый и сообразительный.

Названный парень расплылся в довольной улыбке, а Крест продолжил:

– Если считаешь, что я не прав – так и скажи. Есть идеи получше – озвучивай, выслушаю.

С минуту мужчины смотрели друг другу в глаза, но Шолль сдался.

– Ладно, ты прав. Мы можем найти там всё что угодно. От скрывавшей своё существование страны инков, или ацтеков, или кто там живёт? До Секретной военно-промышленной базы, построенной теми же Романовыми.

Данко поднялся и начал собирать со стола, а Крест спросил:

– По допросу что-нибудь от себя добавишь?

Ответил Эмиль не сразу, будто что-то решая.

– Кое-что добавлю. Не для отчёта. Траунштайн не смог ответить мне на один вопрос. Не потому, что не хотел. О, он ещё как хотел. Не смог.

Даже Данко остановился, вопросительно глядя на Шолля.

– На вопрос: как и когда тебя завербовали. У Конрада не нашлось ответа на этот вопрос. Он, сколько себя помнил, выполнял приказы от связного.

Крест нахмурился.

– Но… Ерунда какая-то. Если подложные воспоминания о будущем я могу понять, то изменить настоящие воспоминания – трюк, пусть возможный, но это ломает психику.

– Траунштайн уже лет пять выступал координатором сети, однако сама сеть. Она держалась на Гамаюне и способности демона находить нужных людей без непосредственной оперативной работы.

– А зачем вообще нужна разведка, если есть… ну, Гамаюн? – задал Данко очевидный, на его взгляд, вопрос.

– Чтобы не только знать, но и оказывать влияние, – ответил Крест. – Точечно. Например, чтобы секретная и жутко важная база с чудовищным оружием оказалась, внезапно, в легкодоступном месте.

Он вздохнул.

– У меня в ближайшие дни будет аврал.

Глава 36

Российская Империя, Петроград

Май 1984 года

– Это будет триумф, – выдохнул цесаревич.

После долгих боёв войска пробили брешь в обороне и углублялись в город. Конечно же, оборона не сломлена, у заговорщиков ещё имелись резервные части, да и городские бои ещё попьют крови, но Алексей знал – всё изменилось. Он сам, лично, вступит в битву. Бороться за пригороды, жилые кварталы мещан и промышленные районы, всё это находилось ниже его достоинства. Кронпринц отдал приказ пробить коридор в центр города, отодвинуть бунтовщиков, дать гвардейским частям проход. И Алексей, игнорируя несмелые возражения офицеров, сам возглавил главную атаку. Мощь настоящего Романова вырвет победу, несмотря ни на что! В рыцарской артефактной броне, стоя на бронетранспортёре, в полный рост, не опасаясь ни обычного оружия, ни магии, кронпринц въехал в город, чтобы начать финальную атаку.

Пригороды лежали в руинах. Долгие бои, обстрел артиллерией, магия, всё это обрушило большинство домов. Многие улицы разбиты и завалены обломками и техникой. Алексей взирал на всё это с улыбкой.

– Что ты видишь, капитан? – обратился он к Соколову, сидевшему на броне и сжимающему автомат.

До линии соприкосновения ещё предстояло проехать несколько километров и здесь враги встретиться не должны. Разве что какой-нибудь снайпер прополз, но одиночный выстрел остановит щит коробочки.

– Руины, Ваше Императорское Высочество. Истерзанную войной столицу.

– О нет, капитан! – покачал головой Алексей. – Ты видишь возможность! Город последний век рос неконтролируемо. Здесь даже не мещане живут, а уже настоящая чернь. И что это?

Кронпринц указал на покорёженные, но устоявшие стены какого-то небольшого завода.

– Завод? В столице? Неприемлемо! Я перестрою столицу! Это отличный шанс! Мы оставим здесь только особняки знати и богатых мещан. Столица станет городом элиты империи, и безродное быдло будет только среди слуг. Никаких семей и вот этого всего.

Соколов кивнул, присматриваясь к частично уцелевшим зданиям.

– Великолепные планы, Ваше Императорское Высочество, – произнёс он безэмоционально.

Кронпринц обернулся, недовольно глянув на гвардии капитана, но быстро сменил гнев на милость.

– Ты настоящий солдат, капитан. Хвалю! Я вознесу твой род до Светлейших Князей!

– Рад служить Вашему Императорскому Высочеству! – с положенным подобострастием отозвался Соколов.

Однако гвардии капитана не отпускало напряжение. Командование, старшие офицеры, реализовавшие приказы кронпринца, опасались ловушки. Соколову об этом поведал Южин. Последние пару дней всё шло как-то неправильно, гладко. Бунтовщики продолжали сражаться, упорно держась за каждую улицу, каждый дом, но что-то шло не так. Кутузов не вводил резервы, фланговые отсекающие удары оказывались какими-то слабыми, вялыми. Кронпринц носил в себе уверенность, что Кутузов истощил силы, что бунтовщикам больше неоткуда брать новые резервы, но штаб этой уверенности не разделял.

Колонна бронетехники прошла «безопасную» зону. Сухой ветер утих. Не исчез полностью, но уже не терзал так людей постоянными порывами. Небо просветлело, среди тёмных туч появились просветы, и лучи майского солнца упали на город. Гудели двигатели, скребли камень гусеницы. Со всех сторон доносился гулкий шум боёв, долетали взрывы и выстрелы танков. Соколов, следя за обстановкой, одновременно пытался понять, по какой улице они едут, но не узнавал ничего вокруг.

Всё произошло внезапно. Не было гула падающего снаряда. Не было выстрелов. Не было внезапно возникающего напряжения, приносимого магией. Сильные маги могли без труда заметить, что где-то рядом формируется мощное заклинание, одиннадцатого ранга или выше, но гвардии капитан такой чувствительностью похвастаться не мог, лишь некоторое напряжение, резко покрывшаяся мурашками спину, дрожь в ладонях, лишь по косвенным признакам Соколов считывал такие вещи. И сейчас ничего не было. Десять секунд назад колонна спокойно шла к центру города.

Грохот, резкий, внезапный. И также внезапно обрывающийся пронзительным писком. Рывок, дезориентация, боль по всему телу. Гвардии капитан открыл глаза и увидел гусеничный каток в десятке сантиметров от лица. Попытался резко встать, что получилось не слишком уверенно. Гвардейца качало. Нашёл взглядом автомат и поднялся на четвереньки. Наконец, встал, перехватив автомат и выискивая противника. Однако не видел. На броне лежали двое гвардейцев, мёртвые. Ещё несколько либо уже встали на ноги, либо ещё отходили от внезапной атаки. Кто уже поднялся, те тоже водили стволами по сторонам, но никого не видели.

Соколов пытался найти кронпринца, и в поисках этих он развернулся к хвосту колонны. Там шла стрельба, и что-то взрывалось, но сквозь писк Соколов ничего не слышал. Он попробовал выкрикнуть что-то, привлечь внимание, но гвардейцы вокруг не слышали его. Тогда Соколов начал помогать себе жестами, и это сработало: гвардейцы оборачивались в сторону боя. Убедившись, что на угрозу реагируют, Соколов вернулся к поискам кронпринца. А ещё постучал по корпусу бронемашины, пытаясь добиться ответа от экипажа, но машина молчала.

Кронпринц Алексей оттолкнул привалившие его обломки и поднялся, обнаружив себя среди обломков здания. На нагруднике остался след от чего-то сильного. Не выстрел из винтовки, даже не из пушки, какая-то магия. Алексей улыбнулся с детским восторгом.

– А это становится интересно…

Откуда-то сверху упал меч. Клинок легко вошёл в армированный бетон на добрых три ладони и замер, слегка искрясь. Разряд молнии ударил по цесаревичу, не пробивая защиты, но ослепляя ярким светом. Белое искажение перемещения, и рядом с клинком, держа ладонь на рукояти, возник некто в защитном снаряжении. Тоже артефактная броня, но новая, либо хорошая переделка старого комплекта.

Никаких разговоров: кронпринц вскидывает руку. Звание высшего боевого мага не даётся просто так, и Алексей получил его заслуженно. Пространство от его руки и по прямой в противника раскалывается, как стекло. Концептуальная атака, от которой невозможно защититься. Противник не защищался.

Светлейший Князь Волконский качнулся вперёд, слитным движением высвобождая клинок из бетона и сокращая дистанцию между собой и кронпринцем. Удар лезвием врезается в рвущиеся осколки пространства, и концентрированная атака рассекается, рассыпается на сотни искажений, уходящих в разных направлениях. Максим продолжает движение, с ускорением, с вложением физической массы тела в удар, сколь бессмысленно бы это ни было при использовании высшей магии.

Новая атака цесаревича последовала незамедлительно – Алексей рубанул кулаком воздух перед собой. Воздух рядом с Волконским вздулся, взорвался, формируя удар магическим кулаком. Кулаком размером с самого княжича. Удар впечатал Максима в руины, пробил его телом путь сквозь камень и металл, чтобы вышвырнуть на улицу. Тело князь врезалось в бронетранспортёр, ломая и прогибая броню, будто крупнокалиберным снарядом.

Волконский сполз на асфальт, но лишь пошатнулся, встав на ноги. Его тело замерцало, нечёткий силуэт, будто призрак, изломанной куклой свалился под ноги князя. Артефакт сработал, собрав смертельные ранения и сбросив их в фантомное отражение. Максим метнулся к ближайшему гвардейцу, вгоняя артефактный кинжал в жертву и выпитой жизнью перезаряжая артефакт.

А через секунду исчез в мерцании, потому что кронпринц уже обрушил на место, где княжич секунду назад стоял, следующую атаку. Поток голубоватого света упал с неба, пробивая землю на добрый десяток метров и испепеляя всё, что встретилось на пути.

Взлетевший с помощью чар доспеха кронпринц оглядывался, выискивая противника. На секунду звук исчез, на всех вокруг обрушилось давление, а в следующую секунду взрыв поглотил Алексея. Кронпринц вылетел из облака дыма и, кувыркаясь в воздухе. Отлетел в сторону, пробив своим телом недорушенную стену, чтобы упасть в воронку от снаряда. В трёх сотнях метров от поля боя пара молодых бойцов перезаряжали магическую винтовку, скорее напоминавшую небольшую переносную пушку.

Алексей поднял взгляд и дёрнулся, сдвигаясь в сторону. Едва успел – в землю воткнулся меч. Кронпринц вскинул руку, создавая чёрную воронку над мечом, ожидая, что хозяин оружия перенесётся вслед за атакой. Но Волконский либо хорошо чувствовал пространство рядом с мечом, либо предвидел такой ход, и способностью переноса не воспользовался. Вместо этого он создал сотни чёрных проклятых лезвий и выбросил их в небо. Рой чёрных клинков взметнулся, и хищной стаей полетел в кронпринца.

Алексей чертыхнулся и, показывая чудеса подвижности в латном доспехе, начал уклоняться от атаки. Уходя кувырками и перекатами, он принял на броню лишь несколько ножей, оставивших грубые порезы на поверхности зачарованного металла. Максим перенёсся к клинку и готов был броситься в новую атаку. Кронпринц сложил ладони перед собой, а когда раскрыл, между ними пробили разряды ослепительно жёлтых молний. Максим метнулся вперёд, Алексей раскрыл ладони.

Двор заполнили яркие молнии. Магия с грохотом корёжила землю, оставляя в ней метровой глубины раскалённые шрамы, отскакивающие во все стороны молнии, пробивали окружающие здания насквозь, испаряя камень вместе с металлом. Максим метался между молниями, используя все мыслимые способы увеличить подвижность, но не справился. Молнии вцепились в его тело.

Артефакт срабатывает, сгорающее фантомное тело исчезает, утягивая за собой высшую атакующую магию. Алексей пошатнулся, но быстро восстановил равновесие, активировав своё оружие. Из воздуха сформировался исполинский кристаллический молот. Исполинский – потому что голова молота была размером с автобус. Волконский, зло и восхищённо матерясь, выбросил меч. Клинок, игнорируя законы физики, полетел в сторону, едва успев вытащить своего хозяина из-под удара. Кронпринц опустил молот на землю.

Город вздрогнул.

Девятибалльный толчок подбросил камни, технику и людей, поднял в воздух тонны пыли. Посыпались здания, ещё не разрушенные боями. Рухнуло несколько мостов. Нева вышла из берегов, окатив ближайшие улицы водой.

Кронпринц взлетел, выискивая взглядом дерзкого противника. И вскинул руку, ловя новый снаряд, чтобы безошибочно найти стрелков – двух молодых солдат, по странному стечению обстоятельств оказавшихся здесь и сейчас. Девушка Оля, ещё не так давно бывшая старостой в лицее имени императора Николая и ещё один лицеист из этого же заведения. Ребята, ставшие членами команды, едва не ставшей чемпионами. Люди, захваченные событиями и сброшенные в жернова войны. Парень бросает оружие и пытается дёрнуть за собой напарницу. Атака кронпринца, дробящая пространство, пронеслась через несколько сотен метров за какие-то секунды. Напарники не успевают, всю позицию накрывает концептуальная магия, разбивая пространство на мелкие осколки. Тела двух людей осыпаются идеально рассечёнными кусками, как и всё вокруг.

Алексей поворачивается к своим гвардейцам и видит, что в бою постепенно наступает перелом. Гвардейцы, дезориентированные в первые минуты, оклемались и начали контратаку. Противники, в хорошей экипировке, молодые, дерзкие, быстрые, всё равно не были способны противостоять гвардии, элите войск империи. Даже подошедшее подкрепление помогало слабо. Причём, кронпринц видел, что развить атаку не выйдет. Если ловушка захлопнется – гвардейцев зажмут и раздавят.

Кронпринц уже начал формировать заклинание, когда рядом возник клинок. Алексей попытался отмахнуться, но неудачно. Удар соскользнул, Максим оказался ловчее. Артефактный меч полоснул по руке. Не по участку сплошной брони, а по локтю, закрытому кольчугой. Звенья посыпались, клинок оставил глубокий порез.

Магия доспеха была нарушена, и принц полетел вниз. Максим швырнул меч, перемещаясь на землю, немного в стороне от падающего цесаревича, чтобы атаковать магией. Максим пролил свою кровь на землю, чтобы вызвать чёрного блестящего от слизи червя. Кронпринц с лицом, искажённым злобой, применил рассеивание, изгоняя демоническую тварь.

Рассеивание, перекаченное энергией из-за пролитой крови и эмоций исполнителя. Рассеивание, подействовавшее на магию доспеха Алексея, построенного на концептуальной демонической магии. Рассеивание, что оставило кронпринца без защиты.

Бросок меча. Лезвие долетает до Алексея, когда тот находится всего в метре от земли. Романов закрывается рукой. Мерцает перемещение, Максим перехватывает клинок и в изящном пируэте наносит удар, срубая голову. Тело падает. Рядом падает голова, чуть в стороне – шлем. Максим, сплёвывая кровь, замахивается, ожидая. У принца есть Анх, и через несколько секунд…

Автоматная очередь заставляет Волконского отшатнуться. Гвардеец пришёл на помощь повелителю. Максим бросает клинок, гвардеец закрывается автоматом. Перемещение, Максим бьёт клинком, гвардеец не пытается защищаться, нанося удар ножом. Лезвие меча прорезает половину тела гвардии капитана Соколова. Нож по самую рукоять входит подмышку князя, в уязвимое место. Максим отшатывается, выдирая нож с проклятием из своего тела. Оборачивается.

Цесаревич Алексей с какой-то обидой на лице, с головой на плечах, отталкивается от земли и, самостоятельно применяя заклинание, взлетает, чтобы исчезнуть.