Текст книги "Куница Том 6 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)

Куница Том 6

Книга 6

Это книга является художественным вымыслом. Все события, описанные в ней, вымышлены и не имеют отношения к реальности. Все действующие лица являются плодом воображения. Любые совпадения с реальными компаниями, людьми и странами случайны. Все аналогии случайны.

Глава 1

Петроград. Казармы Гвардии

Март 1984 года

Небо за окном слегка мерцало остаточными магическими возмущениями. След от применения мощнейшей магии, оставленный расходящейся волной энергий, высвобожденных смертями миллионов людей, провисит ещё несколько часов, но все, кто должен был, уже его увидели.

Борис Федосеев, гвардии капитан, сложивший руки в замок и привалившийся плечом к косяку, отвёл взгляд от окна. В офицерском зале собрались все средние чины полка, отсутствовали унтеры, что понятно. А вот отсутствие старших офицеров напрягало. Перед гвардейцами стояли пятеро: немолодой аристократ и четвёрка бойцов СБ его рода.

– … доказательства неоднократного предательства собственных солдат и офицеров. Романовы веками разменивают жизни подданных, плетут интриги, жертвами которых становятся тысячи. В том числе и мы, аристократы, голубая кровь империи!

Оратор продолжал говорить, обличая правящий род, а капитан хмурился. Двери зала оставались приоткрыты, за ними толпились унтеры и не решались войти. Через сержантов в зал протиснулся капитан гвардейцев, холёный блондин, Алексей Соколов. Он пробился к окну, ткнув в плечо товарища.

– Я правильно слышал, они хулу на государя императора подняли? – спросил блондин.

Его черноволосый товарищ мрачно кивнул.

– В точку.

– А где полковник Тверской? Где старшие офицеры?

– Я тоже очень хочу знать. Они нужны здесь.

Блондин постоял несколько секунд, а затем начал двигаться к первым рядам. Растолкав сослуживцев, блондин вышел и, встав спиной к оратору, обратился к офицерскому собранию.

– Братцы! Мы все давали клятву! Мы как один готовы жизнь отдать за государя императора! Так что же теперь? Императора попрекают за то, что мы долгом почитаем? Не бывать этому! Братцы! Раз дело такое, государю помощь наша требуется! Ай да!

Офицеры подхватили клич. Бойцы СБ дёрнулись, но атакующая магия смела их почти мгновенно, двоих сбили боевые заклинания, один упал без внешних повреждений, последнего размазало кровавыми брызгами по стене. Оратора захватили и посадили под арест.

– Боевая тревога! Открыть оружейки, раздать оружие! Машины к бою! – разносились команды.

Офицеры разбежались по подразделениям, казармы зашевелились, с гаражей выкатывались технику. Капитан Федосеев, ещё недавно стоявший у окна и не решавшийся сделать то, что сделал его товарищ, нашёл друга на плацу, где первая рота заканчивала грузиться в машины.

– Ты, конечно, молодец, но что мы делать-то будем? – спросил Федосеев. – Связи как не было, так и нет. Что происходит в городе – непонятно.

– Сдаётся мне, что взрывы те, это не фейерверк. Когда дворяне приходят и говорят, что император виноват, то заговором называется. Так что здесь думать? Едем к Зимнему Дворцу. Там и узнаем, что делать, и кто отдаёт приказы. Ты со своей ротой поедешь?

– Конечно. За императора!

– За императора! Смерть предателям!

– Смерть предателям!

Первая рота под командованием капитана Гусева, снесла небольшой заслон на выезде из расположения полка. Людей расстреляли из пулемётов, а внедорожники просто смяли гусеницами. Боевые машины катились по городу, расталкивая редкие брошенные автомобили. Людей на улицах не попадалось, горожане только посматривали из окон на проезжавших гвардейцев. В городе что-то происходило, но гвардейцы пока не понимали, что именно. А затем пара ударных вертолётов, крутившихся над Васильевским островом, развернулась к колонне и подлетела ближе. Высунувшийся из люка гвардеец сообщил:

– Приказывают разворачиваться и возвращаться в казармы.

– Сообщи им, что мы едем в Зимний дворец, служить Государю Императору.

Боец нырнул обратно, и через несколько секунд вертолёт качнулся, а затем дал короткую очередь по брусчатке перед головной машиной. Пули били по камням и рикошетили, останавливаемые щитами гвардейской бронемашины.

Командир второй бронемашины пересел в башню и навёл орудие на вертолёт.

– Смерть предателям!

Автопушка выдала длинную очередь, вертолёт, чей щит оказался изрядно разряжен и схлопнулся быстро, поймал несколько снарядов, задымился, завалился набок, чтобы через несколько секунд рухнуть в городе. Второй вертолёт дал залп неуправляемыми ракетами и убрался с линии огня. Навстречу гвардейцам выдвинулись верные дворянам подразделения.

Вторая рота готовилась к выезду, и Соколов обратился к сослуживцам.

– Внимание! Наших товарищей атаковали бойцы частей Петроградского округа! Всех, кто чинит препятствия исполнению долга нашего, считать предателями и бунтовщиками! А значит – врагами!

Гвардейцы взяли под козырёк и выдвинулись в город. Третью роту возглавлял капитан Федосеев. Часть города он прошёл без проблем, лишь попадались иногда остовы сожжённых армейских боевых машин, да поднимались кое-где столбы дыма. Петропавловская крепость пылала, а это значило, что Гарнизонный гвардейский батальон уничтожен. Когда передовая машина появилась на набережной и покатила к биржевому мосту, по гвардейцам открыли огонь танки, занявшие позицию на Васильевском острове. Два танка обстреливали гвардейцев, огрызающихся огнём своих пушек.

– Третья рота, прижаты танками! – крикнул в эфир Федосеев.

«Третья, я штаб, есть связь с моряками. Переключаю!» – порадовал неизвестный капитану связист.

«Третья, на связи Разящий. Дай наведение!» – судя по голосу, это не капитан корабля.

Федосеев успел подумать, что не только гвардия осталась без старших офицеров в самый ответственный момент, и передал положение танков, закончив фразой:

– За Императора! Смерть предателям!

«За Императора! Смерть предателям!» – отозвались с корабля.

С минуту ничего не происходило, а затем позицию танков накрыло корабельным огнём. Капитан с ужасом и злым удовлетворением смотрел, как тяжёлые снаряды уродуют набережную и рушат близлежащие здания, разметая танки предавшего императора полка.

– Смерть предателям, – прошептал мужчина.

С боями, подавляя армейские части и бойцов дворянских родов, гвардейцы миновали дворцовый мост. Сад Зимнего Дворца оказался перекопан боевой магией и не проходим, и капитан направил технику по Дворцовой набережной. Федосеев с трепетом смотрел на потрёпанное здание, целые куски которого уже лежали в руинах, а внутри не стихали бои, то и дело загоралась магия. Гвардейцы заняли позицию у разрушенной стены. Покинув бронемашины, бойцы гвардии, возглавляемые капитаном Федосеевым, бросились внутрь.

Защитники Зимнего Дворца сопротивлялись несмотря на кратное количественное преимущество противника. Бойцам дворян не удалось быстро продавить защиту, бои шли за каждый зал и комнату. Романовы дрались до конца.

Принцесса Анастасия пыталась координировать оборону дворца прямо там, где находилась, но чувствовала, что это лишь жест отчаяния. Они отступали и, чтобы замедлить продвижение бунтовщиков, принцесса обрушила ещё одну секцию. Завал из защищённых магией камней даст им некоторое время, но это агония. Дворец оцеплен, и им не вырваться из западни.

– Ваше Императорское Высочество! – в приёмный зал, что в скором времени станет следующим полем боя, вбежал слуга из младшей ветви, едва не поскользнувшись на крови.

Они уже не пытались вытаскивать раненых, на это не было сил. Даже здесь, у стен или просто в креслах и диванах, сидело два десятка человек, находящихся на пороге смерти. Время и квалифицированная помощь могли их спасти, но ни того ни другого у Романовых нет. Вместе с принцессой дрались всего шесть стоящих на ногах членов рода. Анастасия, закончив наносить плетение защиты, обернулась, кивком позволив говорить.

– Подкрепление, Ваше Императорское Высочество! Гвардия!

Сразу за младшим членом рода шёл гвардейский капитан в сопровождении пятёрки солдат. Все в полной боевой выкладке, с оружием в руках, с решительными лицами, как и положено гвардейцам.

– Ваше Императорское Высочество! Гвардии капитан Федосеев, третья рота первого батальона Преображенского полка. Прибыл в Ваше распоряжение.

Анастасия чуть нахмурилась. Прибыл в распоряжение?

– Кто отдал приказ?

Капитан смутился.

– Никто, Ваше Императорское Высочество. Старшие офицеры полка исчезли. Пособники заговорщиков проводили агитацию, порочили честь престола. Взяты под стражу. Офицерское собрание решило выдвигаться к дворцу. Я сообщил в штаб полка, скоро к нам должны пробиться второй батальон и тяжёлая рота усиления. В городе части Петроградского военного округа, вставшие на сторону заговорщиков.

Доклад не удивил принцессу. Уже в моменте, когда на площади собирались силы, что вскоре пошли на штурм, стало очевидно: искусственное дробление дворянского сословия или вовсе потеряло эффективность, или временно нейтрализовано. Ресурсов же у дворянских родов империи хватало. При всём могуществе Романовых, если сопоставлять даже только с Великими Князьями, едва выходил паритет сил и влияния.

Анастасия одёрнула себя. Всё это сторонние измышления, сейчас необходимо действовать, раз уж верные гвардейцы предоставили такой шанс.

– Гвардии капитан. Зимний дворец нам не удержать даже силами всего полка. Эвакуируем всех способных двигаться Романовых.

– Будет исполнено, Ваше Императорское Высочество! – подтянулся капитан и начал раздавать приказы.

Бросать Зимний Анастасии не хотелось, слишком много тайн он хранил, и часть этих тайн точно не успеют уничтожить. Однако штурмующие не оставляли ей ни выбора, ни времени. Устроить прощальный фейерверк тоже не выйдет, в этом вопросе защита дворца сыграет против.

– Мы должны дождаться подкрепления, – предупредил Федосеев, выглядывая из пролома. – Силами только своей роты я не смогу обеспечить Вашу безопасность.

Одна из машин гвардейцев горела, остальные вели огонь по невидимым Анастасии противникам, стреляли откуда-то со стороны Эрмитажного моста. Вспыхивали щиты, пока державшие удар. Тройка лейтенантов собрала общее заклинание и обрушила на заговорщиков. Анастасия перевела взгляд на дворцовый мост. На Васильевском острове продолжались бои, войска изменников пытались не дать гвардейцам добраться до дворца.

– Фёдор! Дмитрий! – позвала принцесса двух родственников из младших ветвей.

Юноши вопросительно посмотрели на Анастасию.

– Нужен ледяной мост до Петропавловской… – девушка посмотрела на пылающую крепость. – На берег Петроградского района.

– Ваше Императорское Высочество! – гвардеец осознал план Анастасии.

– Выполняй свой долг, капитан. Свяжи боем как можно больше изменников, чтобы они не смогли нам помешать.

Федосеев помрачнел, однако покорно склонил голову.

– Будет исполнено, Ваше Императорское Высочество! Свой долг мы исполним до конца.

Анастасия обернулась к членам семьи. Назначила ответственных за щиты и контрзаклинания. На себя принцесса взяла роль ударной силы. Братья заморозили реку, создавая толстый и прочный ледовый коридор, что выдержит несколько заклинаний и волнение Невы.

Принцесса первая вышла на лёд. На ходу сплетала заклинание, уверенная, что очень скоро оно пригодиться. Так и есть, на берегу появились маги дворян. Что они там готовили, Анастасия не знала и не собиралась давать им время закончить. Плетение наполнилось силой и в локальном куске пространства открылась бездна, пожирая всё и вся. Всего на секунду, но этого хватило.

К сожалению, магия подобного уровня (и в столь быстром исполнении) готовилась заранее, и подобных козырей у принцессы осталось слишком мало. Поэтому восемьсот метров по ледяной поверхности стали самыми напряжёнными в её жизни. Она обрушивала ледяную стужу на танки, промораживая технику насквозь вместе с экипажами. Сбивала молниями вертолёты. Даже утопила вылезший откуда-то вооружённый катер. И с облегчением выдохнула, встав на твёрдую землю.

– Ваше Императорское Высочество! – подскочил к ней блондин с погонами капитана. – Гвардии капитан Соколов…

– Эвакуация, капитан. Мы уходим. Боюсь… – Анастасия обернулась на Зимний дворец, где добивали роту Федосеева. – Зимний мы потеряли.

Капитан помрачнел, но кивнул.

– Будет исполнено. За императора! Смерть предателям!

Глава 2

Германия, Берлин, Шпандау

Март 1984 года

Медленно оседала пыль, открывая остовы домов, сложившихся, как карточные домики. У самых крепких зданий снесло крыши, разрушило стены, обращённые к эпицентру. Лежал в руинах мост через реку Хафель, сквозь разрушенный шлюз медленно уходила вода. Пыль, подхваченная колебаниями воздуха, садилась на камни, на раскуроченный местами асфальт, на вывороченные и упавшие деревья, на разбитые машины с выбитыми стёклами. И на тела людей, разбросанные повсюду.

На груде камней чудом уцелел кусок вывески с красным крестом. Камни зашевелились. Невидимая сила толкала их снизу, разбрасывая в стороны. Кусок за куском они падали на искорёженную землю, пока не открыли проход. Магия разогнала пыль в нескольких метрах от выживших, выбирающихся на поверхность. Первым появился Вицлав. Поляк огляделся по сторонам, а затем посмотрел под ноги.

– Treten Sie vorsichtig, – предупредил поляк остальных, чтобы смотрели под ноги, и протянул руку, помогая следующему.

Вылезший из укрытия офицер правоохранительной службы империи, крупный мужчина лет сорока, встал по другую сторону от прохода и тоже занялся помощью. Дальше шёл мужчина, нёсший на руках мальчишку лет десяти, молодая женщина и, примерно того же возраста, медсестра с перевязанной головой. Появилась Ядвига, помогавшая Вайорике, едва державшейся на ногах. Ведьма, посмотрев на небо красными от полопавшихся капилляров глазами, криво улыбнулась.

– Очуметь… Мы живы…

– Пока, – ответила Ядвига.

– Не каркай, – поморщилась ведьма.

Пока они обходили камни, оставшиеся от крыльца больницы, за ними вышел ещё один мужчина, с перемотанными рукой и лицом, напуганный подросток и бодрая старушка, а ещё девушка с грудным ребёнком. Последним укрытие покидал врач. Он напитывал заклинание, не дававшее обломкам завалить небольшую полость. Стоило ему выйти, полностью оказавшись на улице, как силы его покинули и камни, вздрогнув, просели, заваливая проход. Полицейский помог врачу пройти до относительно ровного участка земли и присесть.

Вокруг плыла пелена пыли, удерживаемая магией. Вицлав оглядывался, будто пытаясь что-то увидеть за пеленой. Ядвига, оставшаяся рядом с бледной Вайорикой, тоже всматривалась в серую мглу. Полицейский, видя напряжение поляков, спросил:

– Was bedrückt dich?

Вместо ответа из пелены вышла фигура. Молодая горожанка, вся в пыли и местами в крови, неровным шагом двигалась к выжившим, что-то бормоча. Полицейский, ведомый долгом, бросился навстречу, чтобы оказать помощь.

– Нет! Стой! Stoppen! – крикнул Вицлав.

Тело горожанки развернулось уродливыми щупальцами. Полицейский в ужасе отшатнулся, падая на спину. Одержимый бросился на свою жертву, обхватывая, обволакивая. Поляк собрал заклинание изгнания. Рой белых огоньков сорвался с ладоней Вицлава и налетел на одержимую. Поверхность щупалец забурлила, как вскипевшая вода, но не разрушалась.

– Грань реальности истощена, – сказала Ядвига. – Изгнание не сработает.

Светлячки рассеялись. Бесформенная масса задрожала, меняя цвета, и вытянулась вверх, постепенно обретая устойчивую форму. На глазах выживших одержимый превратился в карикатурное подобие убитого полицейского. Перекошенное лицо, неестественные цвета кожи, искажения в отображении деталей, значок полицейского напоминал себя лишь отдалённо, циферблат часов торчал прямо из кожи. Но с каждой секундой форма обретала всё большую чёткость.

Ядвига подняла ладонь к лицу и коснулась пальцами глаз. А когда убрала ладонь, глаза полячки светились красным. Одержимый дёрнулся, взревел и вновь рассыпался на щупальца. Под взглядом девушки демоническая плоть закипела. И на этот раз демон начал сгорать, целые куски плоти оплавлялись и падали на вспученный асфальт. Демон дёрнулся в попытке скрыться в пелене, но распластался на асфальте. Заклинанию хватило десятка секунд, чтобы от противоестественного создания не осталось и следа, кроме сажи на камнях. Ядвига закрыла глаза и встряхнула головой, получив от Вицлава уважительный взгляд.

– Не знаю, что это было, но это было сильно, – оценил поляк.

– Родовые знания, – коротко объяснила Ядвига и снова посмотрела на пятно сажи. – Этот не последний.

– Вы можете нас защитить? – с акцентом, но на вполне понятном русском спросил доктор. – Можете нас вывести?

Поляки сначала обвели взглядом группу выживших, а затем устремили взоры на пелену.

– Нет, – коротко ответила Ядвига.

– Люди крякнут, не успеешь шнурки завязать, – добавила Вайорика.

Ведьма сидела на камне, с трудом удерживая вертикальное положение.

– Что? – не понял врач.

– Люди. У них нет магии, нет защиты, – ведьма отмахнулась. – Ребёнок уже одержим, начал потихоньку пожирать мамашу. Пацан прямо сейчас преображается. Остальные тоже недолго протянут.

Врач с ужасом перевёл взгляд на мать с ребёнком. Не понимающая разговора девушка прижимала к себе слабо шевелящийся свёрток. Под взглядом доктора она побледнела, сильнее прижимая к себе дитя.

– Warum schauen Sie mich so an? Was stimmt nicht mit meinem Kind? Schweigt nicht! – взмолилась она.

Оторвав от груди ребёнка, она заглянула в свёрток, что-то тихо нашёптывая успокаивающим голосом. Подросток и медсестра, сидевшие рядом и тоже заглянувшие в свёрток, отшатнулись, бросаясь в разные стороны.

– Помогите же ей! – крикнул доктор.

Но поляки и ведьма смотрели в пелену.

– Боюсь, это меньшая из ваших проблем, док, – ответила Вайорика.

– Мень… Ша… Я… Из… Ва… Ших… Док… – раздался голос.

Голос шёл отовсюду и состоял из сотен голосов, разных, мужских и женских, детских и взрослых.

– Валим? – предложила Вайорика.

Ядвига вскинула руки, накрывая дымом всё вокруг. Дым заполнил пространство, очищенное от пелены, начал клубиться, создавая протуберанцы. Хохот и крики разнеслись по округе. Вайорика почувствовала, как её подхватили и понесли. Несколько секунд тряски, и Вицлав запнулся, покатившись по асфальту.

Темнота и дым исчезли. Поляки и ведьма вывалились на улочку Шпандау. Светит солнце, под ногами целая брусчатка, вокруг целые здания. Удивлённые люди, глядящие на неожиданно появившуюся тройку. Ядвига нахмурилась и, прикрыв глаза, быстро проговорила нечто на дикой смеси польского и латыни. Наведённая иллюзия рассыпалась, стены раскололись, открывая отвесные стены ущелья, место брусчатки заняла мокрая грязь. Полдень сменился сумерками, всё вокруг покрыла паутина.

– Ткачиха, – сказала, как выплюнула Вайорика. – Приятнее кальмара взасос целовать, чем иметь дело с этой тварью.

Вицлава интересовали более практичные вещи.

– Мы всё ещё в реальности?

– Нет, – ответила Ядвига. – Не совсем.

– Полчаса назад единовременно погибло полтора десятка миллионов человек, или сколько там в Берлине находилось? – прикинула ведьма. – Если целиком агломерацию считать, то почти тридцать, но вряд ли накрыло всю.

Полька закончила с заклинанием, создавая над собой яркий зеленоватый шар, от которого начала сгорать ближайшая паутина. Оглядевшись, Ядвига уверенно выбрала одно из трёх доступных направлений и пошла туда. Вицлав и Вайорика спешили следом.

– Короче, – продолжила ведьма. – Грань между реальностью и потусторонним сейчас тоньше мыльного пузыря. Чтобы её преодолеть, даже магия не нужна. Задницу почеши и эмоций от полученного в процессе удовольствия хватит.

Вицлав покосился на ведьму.

– Ты быстро восстанавливаешься.

– Дима постарался, – с толикой смущения ответила Вайорика. – Да и дармовой энергии вокруг…

Узкий проход резко вильнул, из скрытой в скальном уступе полости выскочил паук. Уклоняясь от рефлекторного удара Вицлава, демон величиной с тощую кошку запрыгнул на Вайорику и попытался достать до шеи. Ведьма собрала пальцы в магическом жесте, и из-под ворота выскользнул скорпион, вцепившийся в паука. Два демона свалились в грязь, и Вицлав вдарил по обоим стихийной магией, заморозив до состояния ледышки и расколов на осколки.

– И как нам вернуться в реальность? – спросил Вицлав.

– Сначала Дима, – вставила Ядвига.

Вайорика с поляком переглянулись.

– Подруга, нам надо выбираться отсюда, – начала ведьма. – В реальном мире нас разделял десяток километров. Здесь это расстояние может обернуться бесконечностью.

– Я его не брошу, – нахмурилась Ядвига.

Вайорика подошла к ней и положила руку на плечо.

– Я тоже не хочу его оставлять. Но в реальности у меня есть способы его найти. Здесь – нет. И ткачиха – только первая. За ней придут другие, сильнее и опаснее.

Полька сжала кулаки, решительно глядя перед собой. Вицлав, оглядывающийся по сторонам, уже собирался что-нибудь сказать, когда реальность вновь затрещала. На окружающее пространство опустилась новая иллюзия. Вновь город, но на этот раз не такой, каким он был до катастрофы. Всё вокруг будто состарилось на несколько сотен лет, облезло, выцвело, разве что не разрушилось. Ни одного человека, только паутина в тенях.

– Проклятье! – лицо ведьмы исказила злость пополам с обречённостью. – Мы проваливаемся всё глубже, просто оставаясь на месте.

На крышу выбрался огромный паук и неторопливо выполз на площадь перед состарившимся памятником. Оказавшись на земле, паучиха обратилась в нечто среднее, между человеком и членистоногим.

– Как приятно, когда трапеза сама приходит на тарелку, – прошелестела паучиха.

– Мы тебе не по клешням, тварь! – крикнула Вайорика. – Давай разойдёмся миром, если не хочешь развоплощения.

Ткачиха рассмеялась шипящим смехом. Она приближалась, медленно, неторопливо. А все выходы с площади стремительно зарастали паутиной.

– Какой милый блеф. Всерьёз надеялась, что сработает?

Ведьма пожала плечами.

– Попробовать стоило.

Не дожидаясь действий Ткачихи, Ядвига атаковала. Перед полькой появилась сфера из стальных колец, выстреливших в паучиху. Рассыпавший двумя десятками стальных обручей, они обхватывали конечности демона. Между обручами возникали цепи, начавшие стягивать демона, сжимать. Паучиха попробовала вернуться в форму паука, но заклинание продолжало её сковывать.

– Это не удержит меня долго! – зашипела она яростно.

Ядвига указала направления.

– Туда.

Троица двинулась к одному из выходов. Вицлав стихийной магией выжег паутину, освобождая путь. Паучиха издала вопль, заставляя мир дрогнуть. Десяток секунд, и на магов бросились одержимые. Люди в этих существах лишь угадывались, какие-то части тел ещё носили следы человеческого происхождения. Будто бесталанный скульптор без усердия лепил фигурки, лишь бы они напоминали нечто антропоморфное, существа из плоти лезли из окон и дверей, из узких проулков. Поляки встречали их магией, не размениваясь на мелочи. Вицлав бил стихийной магией, чаще всего холодом, замораживая одержимых или пробивая их тела ледяными копьями. Ядвига орудовала более концептуальной магией, вымывая демоническую плоть, как вода смывает сахарную вату. Вскоре за одержимыми последовали пауки, не особо большие.

Вайорика, на ходу плетущая нечто заковыристое, остановилась.

– Стоп! Прикройте меня!

Ведьма быстро наносила магические письмена прямо на брусчатку, пока маги отгоняли потустороннюю шваль. В какой-то момент Ядвига болезненно простонала.

– Оковы, – пояснила она.

Ткачиха освободилась.

– Да пошла она, – выдохнула Вайорика, активируя плетения.

Мир посыпался в очередной раз. Вновь вокруг одни руины, снова пришла пелена, на первый взгляд кажущаяся поднятой в воздух пылью. Все трое оглядывались, до рези в глазах выискивая угрозы. Оба поляка встрепенулись, повернув голову в сторону, противоположную Берлину.

– Что там? – спросила ведьма.

– Магия, не особо мощная, но её много. Много магов, – ответил Вицлав.

– Латают реальность, – добавила Ядвига.

Вокруг столицы империи хватало военных баз, учебных центров, штабов специализированных и силовых служб, и прочих мест концентрации магов всех специальностей. Нашлись там те, кто сумел понять, что произошло, и те, кто мог закрывать прорехи. Конечно, катаклизм такого масштаба не ликвидировать и тысяче магов, но среагировать и затормозить распространение аномалии они сумели.

– Главное, чтобы всех нас здесь на карантин не закрыли, – выдохнула Вайорика.