Текст книги "Куница Том 6 (СИ)"

Автор книги: Postulans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 25 страниц)

Глава 27

Российская Империя, Пригороды Петрограда

Апрель 1984 года

Их было шестеро, снайперская пара и четвёрка прикрытия. В другой ситуации Ольга со своим напарником действовала бы самостоятельно, но в городской черте понятия фронта не существовало, а опасность наткнуться на противника имелась постоянно.

И особняк, куда сейчас лезли через окно напарники, выглядел удобной позицией как для них, так и для лоялистов. Короткая очередь, приглушённая прибором бесшумной стрельбы, показала, что предусмотрительность оказалась ненапрасной. Чертыхнувшись, Ольга перехватила оружие, занимая позицию у пыльного дивана. Защита так себе, но отсюда хорошо простреливался коридор.

– Прикрой, – бросил ведущий напарнику.

Двойка нырнула в проход и сразу ушла в сторону. Практически сразу на линии огня показались неизвестные солдаты. В текущей обстановке любой неизвестный – враг. И Ольга вскинула винтовку, открывая огонь. Двоих длинная очередь скосила сразу, ещё одного точно ранила, остальные убрались из-под огня. Не давая им времени опомниться, напарник катнул по полу гранату и потянул Ольгу в укрытие. Через несколько секунд раздался громкий хлопок, коридор залило ослепительным светом. Короткая перестрелка и знакомый голос кричит:

– Чисто.

Группа продолжила движение по особняку. Ольга краем сознания отметила висящие на стенах картины и пустые стеллажи. Пыль ещё не успела накопиться, этот дом был покинут не так давно.

– Подвал.

Ольга с напарником остались на первом этаже, занимая позиции. Короткая проверка поисковой магией ничего не обнаруживает. Покинутый особняк в пригороде, магическая защита деактивирована, а может, и взломана до них. Ольга ещё раз осмотрелась. Комната, убранство. Она попыталась оценить ценность, оценить богатство владельцев поместья. Глупая, неуместная мысль. И несвоевременный вопрос: почему особняк покинут? Почему не организован узел защиты? У войск дворянского союза было время создать оборону, и этот особняк должен был стать её узлом, но не стал. Почему их группа послана сюда только сейчас? До ответа она додумалась сама: чтобы по активированной защите не открыли массированный огонь. Чтобы сделать особняк узлом обороны уже после того, как войска лоялистов будут вокруг и массированный артиллерийский обстрел без дружественного огня станет невозможным.

Снова летит поисковое заклинание, и на этот раз оно находит чужаков.

– Пятеро, холл, двое, кухня. На подходе ещё группы.

Всё не так, как во время игры, но в то же время очень похоже. Получать ранения… Не то чтобы нельзя, но нежелательно. Раны, которые не убьют, всё равно ослабят, – потеря боеспособности. Тактики, которые разменивают мелкие ранения на кратковременное преимущество, становятся нежелательными. И без них витязям есть что показать.

Ольга забегает в комнату, соединяющую холл и проходной коридор, и, не останавливаясь, «забегает» на стену, в угол, где, уперевшись ногами в элементы декора, замирает почти под потолком. И, когда в комнату входят противники, они её не замечают. Но пятеро – слишком много для автоматной очереди, и Ольга прыгает на замыкающего, зажимая его голову ногами, а по остальным стреляет со спины. Не с целью сразу убить. Личные бронежилеты, сумки, может, даже личные амулеты, всё это остановит несколько попаданий. Стрелять же прицельно в падении, одновременно пытаясь произвести захват ногами – это трюк выше её навыков.

Достаточно и исполненного. Они все валятся на пол, и в процессе Ольга сворачивает шею тому, на которого рухнула. Лоялисты считают, что их атаковали со спины, и в неразберихе в первые секунды не обращают внимания на Ольгу. Ей хватает. Из лежачего положения целиться проще, и двое ближайших противников ловят лицами пули буквально в тот же момент. И вот их уже двое. Ольга уходит перекатом, двое оставшихся стреляют, но беспорядочно, слишком высоко и слишком в сторону. Остаток магазина добивает одного, а выхваченный пистолет – второго. Всё. Ольга запускает магию и, убеждаясь, что рядом пока никого нет, перезаряжается. В автомат идёт не магазин из своего подсумка, а из подсумка одного из убитых. Удобно, что все вооружены однотипно.

Сознание с неохотой отмечает, что она убивает. И убивает русских людей. Неприятная новая реальность, с которой приходится мириться.

По нервам бьёт волна магии, это заработала защита особняка. Ольга спешит к напарнику, а уже вместе с ним наверх, под крышу. Хватит перестрелок накоротке, у снайперской пары другие задачи. Винтовку тащит напарник, у неё в сумке патроны. Позиция открывает сразу два направления для огня. Пока Николай устанавливает винтовку, Ольга в бинокль осматривает войска лоялистов. Старших командиров, конечно, на передовой не увидишь, но им хватит и среднего звена.

– Готов, – подтверждает Николай.

Они сидят в глубине чердака, в четырёх метрах от окна, чтобы избежать обнаружения. Специальная винтовка, специальный патрон. Дорогая амуниция, труднодоступная, но князь Волконский сумел её выбить.

– Вижу цель, – сообщила Ольга.

Ольга находила объекты, сухо щёлкала винтовка. Они не спешили, выбирали цели, не пытались достать каждого унтера, только офицеров. Снизу донеслось несколько очередей, но прикрытие не прислало тревожный сигнал, значит – всё в порядке. После третьего выстрела лоялистам было очевидно, что работает снайпер. После седьмого противник определил, откуда ведётся огонь. Очередь из автопушки врезалась в барьер особняка. Прилетевший следом снаряд танка заставил этот барьер дрожать от напряжения.

– Мы их разозлили, – отметил Николай вскакивая.

Оружие не собирал. Первым делом – убраться с чердака. Николай складывал винтовку в чехол, когда по нервам ударил откат схлопнувшегося барьера, а затем чердак вспух разрывами фугасных снарядов автопушки.

Внизу помимо прикрытия их ждало всё отделение во главе с Пригорным.

– Ну как? – спросил Виталий.

– Семерых, – ответил Николай.

– Отлично. Дезориентация обеспечена.

Дальше отряд разделился. Ольга с напарником шли вдвоём, без прикрытия. Шли быстрым шагом по пока ещё почти нетронутым улицам, обходя брошенные или сгоревшие машины. Спеша к новой позиции, девушка прислушивалась к стрельбе и взрывам. Она опасалась не успеть. Опасалась, что атака начнётся раньше времени, из-за несогласованности, из-за внезапного перемещения лоялистов, из-за сотни других возможных причин. Но вместо этого сами попали под обстрел.

Обжёг амулет на груди, и Ольга почувствовала удар. Рухнула. Рядом открыл огонь Николай, а через секунду уже тащил ещё в сторону. В метре от них по асфальту чиркнула пуля. Почему-то Ольгу очень заинтересовало это событие. Она помогала Николаю, отталкиваясь ногами, а сама смотрела на выбоину, оставленную снайперской пулей.

– Ты как? – добрался до сознания Ольги голос напарника.

– Жива. Не ранена… Вроде.

Девушка проверила себя, даже нашла пулю, застрявшую в бронежилете. Пока она занималась этим, Николай стрелял в сторону снайпера.

– Двигаться можешь? – спросил он перезаряжаясь.

– Да, могу.

Ольга встала, проверила амулет. Пуст, надо перезаряжать, но это время.

– Тогда я защищаю, а ты прикрывай, – предложил напарник.

Теперь уже Ольга перехватила автомат и дала две короткие очереди по окнам, после чего они побежали. Обычно в таких ситуациях один идёт впереди и держит щит, а второй следует за ним, но это слишком предсказуемо, да и пули у противника явно зачарованные, так что защита долго не продержится.

Они действовали иначе. Они бежали, и Ольга бежала первой, а Николай бежал следом, держась за её снаряжение. И, когда снайпер выстрелил, заклинание Николая не остановило пулю, а замедлило её. Замедлило на таком расстоянии и настолько, что напарник успел остановиться и остановить Ольгу. Девушка сразу открыла огонь, а Николай приглушил заклинание. Снайперская пуля ушла мимо, а выпущенная Ольгой очередь пропала в пустом проёме.

Ещё один рывок, и они оказались под прикрытием какой-то технической постройки, а дальше уже начиналась слепая зона снайпера. Бегать за снайпером не стали, да и по грохоту взрывов стало понятно – операция началась. А они не успевают.

– Ходу! – Николай поспешил дальше.

– По сторонам смотри! – предостерегла Ольга.

Новой позицией стал жилой дом. Только вот по плану он должен быть цел, а на деле целый подъезд обрушился, а оставшиеся два носили следы обстрела и надёжным укрытием не казались. Николай тихо выругался, ища глазами другую позицию. Ольга выражаться не стала, оглядываясь молча.

– Туда! – указала Ольга на трубу.

Котельная или какая-то фабрика, не имело значения, главное – у вершины имелась узкая площадка, возвышающаяся даже над ближайшими домами. Николай поморщился.

– Мы там как на ладони будем…

– Им будет не до нас, – отмахнулась Ольга.

Возражений не последовало. Они добежали до полуразрушенных ворот и вошли на закрытую территорию.

– Я первый, – сказал Николай и с разбега прыгнул к лестнице, начинающейся на трёхметровой высоте.

Ольга забралась на подсобное помещение, присела за какими-то трубами и достала бинокль. Несмотря на вес снаряжения, много времени у напарника подъём не занял, и вскоре он сбросил сверху пустую гильзу. Под прикрытием напарника на трубу заползла и Ольга.

Площадка оказалась узким кольцом, где они в своём снаряжении едва могли развернуться, а потому издалека наверняка были очень заметны. Попробовали поставить маскирующую магию. Не панацея, но хотя бы их не увидят случайным скользящим взглядом. Время уже поджимало, и, кое-как расположившись на позиции и закрывшись магическим щитом, приступили к работе. Ольга постоянно осматривала округу, ожидая появления снайпера. Если тот на свободной охоте, то попытается их найти. Николай же сосредоточился на отстреле.

Всё, что знала Ольга – в штабе вычислили направление одной из атак и решили устроить ловушку. Таких атак небольшими группами с усилением техники по городу шло не меньше десятка, и витязи перехватывали лишь одну. Ольга заметила движение и постучала напарнику по плечу, указывая направление.

– Там. Третий этаж, крайнее левое окно.

– Вижу, – подтвердил Николай.

Несколько секунд ожидания, выстрел. Короткая перезарядка и ещё один выстрел.

– Последи минуту, – сказал напарник и переключился на продолжающийся бой.

Витязи, пользуясь преимуществами лучшего магического развития и хорошей тактической подготовки, практически избивали обычных строевых бойцов. Витязи полностью состояли из магов, пусть и не из самых выдающихся. Однако этого хватало, у всех своя магическая защита, у всех повышенные боевые возможности за счёт правильно развитых узлов, и общая слаженность, недоступная рядовым солдатам. Ольга убедилась, что снайпер более не подаёт признаков жизни, и вернулась к общему наблюдению. Впрочем, через десяток минут бой уже практически закончился, витязи не стали добивать всех, лишь убедились, что противник побежал, а техника уничтожена.

– Всё, уходим, – Николай стал спешно собирать винтовку.

Ольга обратила внимание на дрожание его рук. Посмотрела на свои и поняла, что её пальцы тоже подрагивают.

Глава 28

Южные Карпаты, Княжество Валахия, замок Блестемат

Май 1984 года

Рука сомкнулась на шее Тиберия, без труда оторвав жертву от пола. Дмитрий вернул себе привычный человеческий облик, но сил это не убавило.

– Ты причинил боль близкому мне человеку, – посеревшие глаза блеснули золотом.

– Она согласилась… Добровольно… – прохрипел Тиберий.

– Ты вынудил её. Выставил условие, понимая, что она не откажет.

– Это справедливая плата! – рыкнул Тиберий.

Дмитрий наклонил голову, глаза его заблестели золотом.

– Справедливость – фиговый листок, которым прикрывают свои интересы и желания.

Ядвига всё же решилась на вмешательство. Подойдя к Дмитрию, она положила ему руку на плечо и попросила:

– Не надо. Это моё решение и моё бремя.

Несколько секунд Куница смотрел на неё, пальцы его разжались. Тиберий облегчённо выдохнул, поспешив отойти подальше.

– Nu-mi vine să cred ce văd, – прошептала ведьма с белёсыми глазами. – Не вижу, где кончается человек и начинается демон.

– Не демон, – отозвался Куница. – Никогда не видела высших магов, ведьма? На моём уровне развития я уже больше магическое существо, чем обычный человек.

– Может, и не видела, – не стала отрицать ведьма. – Зато встречала много демонов.

Куница лишь отмахнулся от неинтересной темы.

– Что я пропустил, кроме удара по Берлину?

С момента над озером в лесу Дмитрий успел вернуть себе прежний облик. Практически прежний, глаза выцвели и стали серыми, а волосы, наоборот, полностью чёрными. Голая задница мага не смущала совершенно, но Дмитрий всё же сплёл из магических теней нечто вроде шорт, а позже в ближайшей деревеньке попросил одежду, взяв свободные белые штаны, какие носили большинство местных мужчин, и жилет без рукавов. От обуви отмахнулся. Вайорика поедала Куницу взглядом – прислушивалась к изменениям, к магии. Ядвига, наоборот, смотрела куда угодно, но не на Дмитрия. Лишь Вицлав наблюдал за всем происходящим с неким отстранённым интересом, будто глазами поляка за действиями Пугающего наблюдал другой демон.

– В Петрограде подняли бунт, – ответил Вицлав. – До нас доходят противоречивые сведения. Диапазон: от «мелкого восстания кучки дворян» до «Гражданской войны».

– Прекрасно, – Дмитрий прикрыл глаза, – Хаос. Хаос в Священной Римской Империи. Хаос у нас.

Они вернулись в замок, где их встретил Тиберий с несколькими ведьмаками и некоторые ведьмы. Те, что успели прийти в себя. Тиберий отошёл к ведьмакам и сейчас потирал шею, но не вмешивался. Напуганным он, впрочем, не выглядел, скорее заинтересованным.

– Да, это плохо, – кивнул Вицлав.

Куница открыл глаза и посмотрел прямо на поляка.

– Нет. Хаос – это возможность. Раньше у меня были связаны руки. Любое действие оставляло несмываемый след, по которому меня всегда находили. Теперь даже искать не будут. Война всё спишет. И всех.

Вицлав даже отшатнулся от Куницы. Зато Тиберий нашёл в себе силы снова привлечь к себе внимание Мартена.

– О чём идёт речь?

Мартен бросил на ведьмака предостерегающий взгляд, но Тиберий не смутился и легко выдержал прямую угрозу.

– Когда высший маг такой силы радуется, что у него, наконец, развязаны руки, и собирается кого-то списывать, это как бы да, возможность. Так чем ковен может быть полезен?

– Тиберий? – с удивлением воззрился на своего повелителя один из ведьмаков.

Хотя с неверием смотрела вся мужская часть присутствующих местных. Женщины же демонстрировали куда больше понимания.

– Tiberius nu este stăpânul tău degeaba, vede el. – сказала Елена и указана на Куницу. – Этот муж окунулся в бездну страха как минимум, судя по тому, с какими разрушениями он возвращался в реальность. Но взгляните. Демон не властен над ним. Тени сплетаются под его руками, ластятся, как верный пёс. Не то, что у этого cârpaci.

Последнее слово относилось к Вицлаву. Куница глянул на поляка и чуть нахмурился.

– А ты когда успел?

Вицлав вздохнул:

– Это долгая история, давай потом?

Дмитрий пожал плечами, будто мгновенно теряя к Вицлаву интерес, и повернулся к Елене.

– Мне нужно избавиться от внимания одного конкретного демона. Пока эта тварь может отслеживать мои действия – враг будет на три шага впереди.

– Обычного одарённого спрятать легко, – заговорила ведьма с белёсыми глазами.

– Какие у тебя ядра силы, великий? – спросила Елена.

Куница оценивающе оглядел всех ведьм, но всё же ответил:

– Узел истока, девятнадцатый. Узел разума, девятнадцатый. Узел жизни, девятнадцатый. Титан, семнадцатый…

На этом месте все присутствующие представительницы прекрасного пола направили взгляды на обнажённый торс Куницы.

– Зверь, шестнадцатый. Негатио, девятнадцатый…

Уже на этом месте Елена поморщилась.

– Да, это будет непросто… Продолжай, пожалуйста.

– Анх, семнадцатый.

– Что за Анх? – не понял Тиберий.

– Вторая жизнь. Когда узел заряжен, позволяет пережить большинство смертельных ранений. Откат смерти разряжает узел, и новая зарядка требует много времени, но…

– Понятно, – Тиберий выглядел впечатлённым. – Очень полезная вещь.

– Ещё бы. Икар, восемнадцатый. Медиаторы, девятнадцатые. Колодец, восемнадцатый. Тринити, шестнадцатый. Лямбда, девятый…

– Ещё одно неизвестное ядро, – отметил Тиберий. – Что даёт?

– Пока – стихийное преобразование энергии без встраивания элементов в заклинания. Позже позволит обращаться к иным планам сразу, опять же без элементов в заклинании.

– Никогда о таком не слышала, – призналась ведьма с белёсыми глазами.

– Не удивлён, – хмыкнул Дмитрий. – Покров, восьмой. Черепаха, пятый.

– А они в конфликт не вступают? – спросил Тиберий.

– Нет, – ответил Дмитрий, ничего не объясняя. – Стабилизатор, одиннадцатый. Фокусировщик, шестой. Барьер, шестой. Сердце демона, девятый.

Когда Куница замолчал, Тиберий переглянулся с ведьмаками, а затем и с ведьмами.

– Ядра, заточенные под боевую магию. Ничего лишнего. Ты в этом деле очень хорошо разбираешься, как я погляжу.

– Мы не сможем продавить твою защиту, – сказала Елена. – Барьер, негатио, покров, все известные нам ядра магической защиты.

– Я без труда подавлю их работу, – пожал плечами Дмитрий. – Мне нужно убрать, – он постучал по виску, – дрянь из глаз. Гамаюн оставил свой подарок, якобы, чтобы меня усилить. Приходится полностью их блокировать и полагаться на сердце демона, а это крайне неудобно. Я вообще хочу глаза Гермеса. А дальше посмотрим.

Тиберий вопросительно поднял бровь.

– Дальше? Я разучился считать, и глаза Гермеса станут не двадцатым узлом?

Куница улыбнулся, но улыбка эта выглядела злым оскалом.

– Есть мнение, что двадцать – не предел, – глаза Дмитрия вновь блеснули золотом, но затем он вернул лицу спокойное выражение. – Неважно. Сейчас мне нужно избавиться от наблюдения Гамаюна, пока тварь не прознала, что я снова в реальности.

– Мы всё подготовим, – пообещала ведьма с белёсыми глазами. – Послужить Великому Магу – большая часть.

Куница вновь блеснул золотыми глазами и оскалился.

– Не лги, смертная. Я вижу ваш страх. Вы взяли плату большую, чем должны были, и боитесь моего гнева.

Ведьма, споткнувшись на первых словах Пугающего, устояла, сделав несколько неуверенных шагов и склонившись.

– Простите нас. Мы всё выполним.

Дмитрий бросил взгляд на ведьм, инстинктивно попытавшихся сжаться и стать меньше, дёрнул скулой, будто сдерживая отвращение, и двинулся в известном ему одному направлении. Вайорика и поляки поспешили следом.

– Что делать нам, о Великий? – с ехидцей спросила Вайорика.

– Выживать, – отозвался Дмитрий без всякой иронии.

Вайорика переглянулась с поляками, а Ядвига уточнила:

– Конкретнее?

– Я не знаю, является всё происходящее кульминацией плана, или только началом основного кипиша, – ответил Дмитрий не оборачиваясь. – Зато я знаю, что в ближайшее время безопасно в Европе точно не будет. И нигде не будет, наверное. Вы, конечно, одарённые и неплохо развитые, один и вовсе одержимый…

– Эй! – возмутился Вицлав.

– Но я даже на свой счёт не уверен, что буду выступать на равных с теми же Романовыми. А вам…

Куница остановился и обернулся, оценивающе глядя на всех троих.

– По-хорошему вам бы завершить развитие. Сейчас я, в теории, могу сделать это относительно быстро, но требуется гора редких и ценных ресурсов. Или без ресурсов, но уже потребуется время, которого катастрофически не хватает. Поэтому делаем так.

Мартен обернулся к окну и задумался.

– Попробуйте добраться до моего особняка. Но не рискуйте. С этим демоновым бунтом… – Куница поморщился. – Надо сначала разобраться, кто, за что и против кого воюет. Держитесь от боевых действий подальше, пока мы не разберёмся в происходящем.

– А что ты собираешься делать? – спросила ведьма.

Куница улыбнулся. Зло.

– Собираюсь получить ответы. Есть кое-кто, кому можно задать вопросы. Правда, придётся выбивать силой. Раньше мне силы не хватало, да и обстоятельства не позволяли. Теперь же… – Дмитрий поднял руку, и пальцы его окутались тьмой. – Герцог Мартен пропал без вести. Пусть всё так и остаётся. А когда я во всём разберусь, станет понятно, что делать дальше.

Поляки с Вайорикой переглянулись, и ведьма уверенно заявила:

– Я отправлюсь с тобой. Меня никто не знает, у меня нет дворянского титула, и я умею оставаться незаметной.

Куница задумался на секунду, глядя в лицо Вайорике, и кивнул:

– Приемлемо. А вас, – он вновь повернулся к полякам, – я попрошу собрать остальных. Ну и успокоить, чтобы не наделали глупостей.

Ядвига кивнула. Куница глянул на Вицлава.

– Что делать с тобой – пока не представляю. В моей памяти идиоты, заключившие подобные сделки, встречались только в начале войны, и они все повымерли в первые годы. Позже с демонами общались совершенно иначе.

Вицлав сложил руки в замок.

– Вы надо мной издеваться изволите, герцог?

– Проверяю, герцог, – говорил Дмитрий спокойным, ровным голосом. – Думаю, тебе уже прояснили ситуацию?

– О том, что Отчаяние со мной навсегда и меня, всего скорее, ждёт одиночество? Да, мне это известно.

– Значит, не прояснили, – пришёл к выводу Куница. – Сейчас от твоих действий зависит, будем мы тратить время на помощь или просто прибьём тебя, как не способного справиться с демоном. Единственный способ это понять – постоянно тебя раздражать, наблюдая за реакцией. Пока реакция правильная, ты остаёшься собой. Но не думай, что проверка в какой-то момент закончится. Тебя не только одиночество ждёт. До конца твоей жизни все вокруг будут держать возможность, что ты не справишься и проиграешь демону.

Дмитрий криво улыбнулся.

– Ирония, правда? Меня, нырнувшего в самые глубины демонического плана, чуть ли не на брудершафт выпивающего с одним из старших демонов пантеона страха, не думают даже в чём-то подозревать. А от тебя шарахаются. Злая ирония. Но мы что-нибудь придумаем. Крайний способ есть всегда – можно вытащить Отчаяние и развоплотить тварь. Тебя заденет откатом, вызывающем деградацию магического тела, что стало бы медленной мучительной смертью… Но как мне известно, деградацию можно остановить и обратить. Сложно, долго, дорого, но можно. Главное – доживи до этого момента.

Куница развернулся и двинулся дальше, не дожидаясь ответа.