Текст книги "Античный Чароплет. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Nimaniel

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 34 страниц)

Но обдумывать мне никто ничего не дал: я не пытался телепортироваться за спину, так как этот трюк уже однозначно ожидаем. В этот раз я решил дать противнику право первого хода. Видимо – зря.

С первых секунд поле сотряс дрожащий треск рвущихся корней. Настоящий рёв, гул – земля под ногами вздыбилась по воле Лагаштара, окутанного каменной пылью. Комки грунта поднимались в воздух. С ними вместе летели камни, глина… Он буквально поднимал вверх кусок за куском, слой за слоем, все, что было у нас под ногами, на расстоянии метров тридцати!

Мгновенно подхваченные чьей-то волей, поднятые в воздух земляные комья полетели прямо в меня: телекинетические импульсы устремляли ставшие невесомыми, но вовсе не лишенными массы объекты, в мою сторону. Мне хватило ума догадаться, что против меня работает телекинетик. Так в это весь план? Геомант помогает справиться с гравитацией, чтобы относительно слабый телекинетик-подмастерье отправлял в меня целый град поднятых снарядов?

Не так уж часто они и летели. Быстро – да. Но не сплошной стеной. Предвестник помогал мне уворачиваться с легкостью. И он же показал мне боль в ноге через полторы секунды. Отдернуть из-под укуса пергаментного цвета кобры я конечность успел в последний момент.

Тактика истощения противников не помогла. Я надеялся, что такая интенсивная работа с множеством объектов кого-то да оставит без маны: геомант, телекинетик, не все ли равно? Я достаточно спокойно мог уворачиваться от их атак, ведь мое физическое развитие для обычного человека попросту запредельно. Теоретически, я мог бы, наверное, в рукопашном бою безо всякой маны перебить всех их вместе взятых. Предвидение и запредельные физические возможности делали меня невероятно трудной целью. Но, как выяснилось, был еще и третий участник действа.

Чего ждешь от некроманта в отсутствие трупов вокруг? Стрелы смерти? Призраков каких? Но Калдуни сумел меня удивить. На меня начали со всех сторон набрасываться змеи, хомяки, крысы и прочая мелкая живность. Какая-то зверюшка мне по колено. Это полуразложившееся нечто было собакой?..

Словно внезапно восстало целое кладбище мелких животных, решив отомстить мне, непонятно за что. Уворачиваться от летящих комьев земли и мелких камней стало кратно сложнее: то там, то тут под ногами начали лезть всевозможные твари. Они мертвы. Им не нужно заботиться о целлостности своих шкур. Просто кидались и старались достать. Я вынужденно перешел на жесткие удары кулаками по летящим в меня снарядам и многочисленным щелкающим и хрустящим не смазанными ничем суставами питомцам некроманта.

Откуда он их столько достал, я понял: все новые и новые твари выбегали и выползали из его мешка, развязанного под ногами. Нет, это же надо! Трупов нет? Так он из расширенного пространства их достанет!..

В конце концов, я понял, что дальше так продолжаться не может. Новое Облако Отчаяния сорвалось с ладоней и стало быстро наползать на импровизированную арену. Ожившие зверюшки падали сломанными куклами – явно низкокачественная нежить – а камни и комья земли больше не поднимались в воздух там, куда доползал красноватый туман. Уже запущенные телекинетиком стали менее точными, хотя и не исчезли совсем – я еще не накрыл троих противников.

Следующий их ход меня едва не прикончил. Точнее, он мог бы меня прикончить, если бы я был расслаблен и не видел ближайшего будущего.

Мне под ноги упала алхимическая колба. Из дешевых, которые делаются из обожженой глины. Считай – закрытый воском горшочек. Я заранее увидел этот момент и отпрыгнул назад. Вовремя. Буквально пара секунд прошла, пока сосуд лежал на земле. А потом прямо посреди моего Облака Отчаяния вспыхнуло другое облако. Поменьше. Зато температура там была такова, что от меня бы осталось… Ну ладно. Скажем, Дыхание Мерталла от артиллеристов Доминации было пострашнее. Не убили бы они меня. Но обожгли бы знатно.

Даже успев отпрыгнуть подальше, я все равно почувствовал перед лицом сильный жар, мгновенно высушивший пот, собравшийся над верхней губой.

Заканчивать нужно было побыстрее. Пока эта талантливая гильдейская молодая поросль еще что-нибудь не придумала.

Поднятый с земли камень стал отличным решением. С’мшитский знак «быстро» позволил совершить мощнейший по начальному импульсу бросок. И, в отличие от моих соперников, я был крайне точен. Попадание в голову Узубару мгновенно отправило его в беспамятство. Остальные маги попросту сдались, поняв, что их резервы почти на исходе, а Облако Отчаяния уничтожило большую часть начальных заготовок.

Итого – я потратил еще порядка двухсот с лишним единиц маны. Почти в ноль, если медитация достаточно эффективно пойдет.

Следующие два боя не стали чем-то выдающимся. Кажется, у моих оппонентов закончились «выдумщики». Это были классические маги, классические заклинания, классических шумерских школ в разных направлениях. Итересен был разве что Амуркан из Гуабы: он обратился огромным огненным элементалем. Точнее, он сумел его создать поверх собственной кожи, буквально вместив себя внутрь пламенного монстра. Но мастер есть мастер. Он даже мне, тому еще аутсайдеру по объемам маны среди магистров, уступал. Долго он продержаться не мог бы против меня при всем желании.

Оставались только трое чародеев: Зурамму из Киша, Джулебар из Ура и Либатхаша из Урука. Два магистра, один мастер. Солнце к тому моменту уже клонилось к закату, хотя огромный красновато-желтый диск еще не успел лизнуть краешком горизонт. Я дышал довольно тяжело, несмотря на периодический отдых. Джулебар и Либатхаша добились своего. Понимая, что меня не получится одолеть никому из них, они взяли и выбрали тактику измора. Теперь я уже не был уверен, что смог бы справиться сразу со всеми магами вместе, прими они мое предложение в начале… Хотя, я вроде бы предлагал выйти против себя только мастерам и подмастерьям. Ну, они бы меня сильно потрепали… Наверное, я бы вышел победителем. Да не наверное, а точно. Просто все следующие бои были достаточно тщательно продуманным тактическим действом, где маги, направляемые несколькими более опытными товарищами, использовали свои умения так, чтобы компенсировать слабые стороны друг друга и сдержать мои. А я вынужден был действовать в четверть силы, чтобы сохранить энергию для дальнейших боев. Ни дать, ни взять – сражение инвалидов.

– Против тебя выйдет Зурраму из Киша, – Джулебар, кажется, уже сам устал объявлять все эти бесконечные дуэли… – Против тебя, Зурраму из Киша, выйдет Тиглат из Вавилона!

Остальные маги с тем или иным уровнем успеха залечивали свои раны. Все уже давно были в сознании. Кто-то злобно на меня смотрел, кто-то – просто устало. А многие – с интересом. Я не ожидал, но видел и по взглядам, и по аурам, что больше половины чародеев восприняли свои поражения философски. Ну и то правда – одно дело просто проиграть. Другое дело – проиграть магистру. А совсем другое – проиграть магистру, который отделал четырнадцать твоих товарищей, среди которых были и боевые маги, прошедшие войну с куклусами.

– Предлагаю соревнование, – Зурраму вместо боевых заклинаний решил бить, видимо, словом?..

– Чего?.. – Я сфокусировал на нем взгляд. – Какое еще соревнование?

– Разрешительная дуэль ведь не только на поле боя, – развел тот руками. – Все просто. Я создам Огненный шар. Ты создашь Огненный шар. У кого больше – тот и победил.

– Ты создашь Огненный шар. Если я смогу его развеять своим Облаком – я победил. Не смогу – ты, – чуть подумав, ответил я. В конце концов, кто знает, какие могут быть секреты у коллеги?.. Вдруг он Длань Шамаша переработал под мастерский уровень? Ладно, это полный бред. Но все равно. Конечно, развод был очевиден: заставить меня потратить еще сил. Но с другой стороны – очередной бой мне тоже не был интересен. Телепортация, потом, если он отобьется, еще что-то… Пусть лучше это соревнование.

– Стороны договорились. Принимается, – Джулебар хлопнул в ладоши.

Зурраму напрягся, шепча себе под нос слова. Он медленно сцепил пальцы в замок, после чего стал разводить руки. Полыхающий огонек меж его ладоней стал нестерпимо ярок, а потом начал расти. Маг развел локти в стороны, потом – руки. В них полыхало маленькое солнце. Размером не менее метра в диаметре, снаряд медленно полетел в моем направлении. Это точно не боевое заклинание – вон, сколько усилий прилагает, чтобы удерживать эту штуку стабильной. И движется медленно…

Я не стал создавать Облако Отчаяния полной формы. Вместо этого, пакостно улыбнувшись, кинул сгущенные капли Дождя Разочарования. Я так давно и так много использовал это заклинание, так плотно его применял, так много раз его видоизменил, что уже чисто интуитивно мог придавать его структуре те или иные свойства.

Раскрывшись плотным облачком красноватого тумана, мой Дождь влетел в заклинание Зурраму, заставив его потерять контроль и взорваться в небо большим огненным столпом. Когда пламя опало, на меня смотрел усмехающийся маг. Кажется, он выполнил некие обязательства. Скорее всего – перед энном. И сделал тому примерно такую же пакость, что и я только что всем, кто рассчитывал на полноценное мощное развивающее с моей стороны.

– Победитель – Тиглат из Вавилона, – очень недовольным голосом сказал Джулебар. Он не стал предлагать дуэль немедленно: понимал, что я затребую себе свои законные полчаса отдыха. Я же тут же плюхнулся на землю, занявшись медитацией. Мана. Мне нужна мана. Как можно больше маны. Дальше предстоят бои с магистрами. Не боевыми, да. Только вот тот же Джулебар по запасам сил превосходит меня. Ну или мы равны. Я пока не уверен. Про Либатхашау тоже не могу ничего конкретного, кстати, сказать. Нейтральная аура. Она вообще кто? Джулебар погодник. Примерно понятно, чего от него ждать. А Либатхаша? Я не слышал про нее раньше. А, между тем, магистрами просто так не становятся.

– Джулебар из Гуабы. Теперь твоя очередь? – Я слегка устало посмотрел на магистра. Тридцать минут пролетели незаметно. Восстановить некоторое количество маны удалось. Но мой резерв все равно был едва ли наполовину полон. Ну, скорее чуть больше половины. Две трети. Надо просто максимально быстро разобраться с Джулебаром – да и все. Останется только Либатхаша с достаточно нейтральной аурой спокойных, хоть и немного ядовитых цветов. Она точно не боевой маг, а остальное не так опасно.

– Теперь моя. Ты принимаешь мой вызов, Тиглат из Вавилона?

– Да, принимаю, – я пожал плечами.

– Начинайте! – Либатхаша была в этот раз судьей.

Следующий миг показал мне, что будь магистр хоть сто сорок четыре раза не боевой, он все равно магистр. Предвестник позволил мне уйти от первого заклинания, но это было близко! Еще буквально секунду назад казавшиеся мирными тишина и легкая зыбь нагретого воздуха были разорваны пронзительным треском и грохотом разорвавшие предвечерний солнечный отсвет неба пронзительно яркой длинной вспышкой мощнейшего синевато-белого разряда, ударившего с неба в точку, где я стоял. Молния продержалась секунды две, успев дважды сменить траекторию.

– Так и убить можно! – Я хватанул ртом воздух: дыхание немного екнуло, когда я инстинктивно, готовясь к тому, что будет, сместил себя в сторону.

– Я не говорил? – Джулебар выгнул бровь. – Моя работа на магистра была об управлении атмосферным электричеством.

– Неплохо, но одна молния тебе не поможет, – я злобно глянул в его сторону.

– А кто сказал, что она одна?.. – Он поднял голову к небу. Глянув вслед за его взглядом, я увидел ослепительно белые точки меж облаков, которые наливались цветом. – Каждые двенадцать секунд, – Джулебар пожал плечами, – тебе нужно уворачиваться или защищаться. Ну как?

В следующий миг с него слетела Личная Защита, которую я снес одним мощным ударом своего металлического посоха, появившись за спиной. Новый удар он принял на Каменный Доспех, а затем последовало новое заклинание из числа нестандартных для шумерской боевой школы:

Вокруг Джулебара сгустился, казалось, сам воздух, начав закручиваться в вихрь. Это был буквально едва-едва, но все же вполне видимый глазами поток какого-то другого газа. Не воздуха. Или воздуха?.. Не могу понять, что он делает…

Впрочем, все быстро выяснилось. Вокруг мага пережившие прошлые бои остатки травы, потрескавшаяся земля начали покрываться инеем. Это был воздух. Обычный воздух. Просто плотный и переохлажденный до каких-то сумасшедших низких температур.

Вспыхнувший вокруг меня Огненный Доспех выдержал поток этого ужаса, похожего, наверное, на дыхание какого-нибудь архидемона из ледяного мира. Но силу маг не жалел ни капли, а потому даже мою защиту слегка, но все же продавил. Я буквально чувствовал потоки леденящего воздуха вдоль кожи. И пусть проморозить меня им было не дано, опасность явно превышала разумный уровень, поэтому стоять на месте точно не следовало.

Снова телепортировавшись, я понял, что просто не успеваю ничего сделать на то, что меня ждет в следующую секунду. Предвестник помог понять, что будет. Но не мог объяснить, как этому противостоять. Легкие сжало, словно под прессом. Голова мгновенно начала отзываться болью. Джулебар намеренно бил площадными, чтобы не давать мне шансов на увороты.

В этот раз он атаковал с еще большей изобретательностью, чем в прошлый: атмосферное давление. Маг просто-напросто сжимал воздух в зоне нашего противостояния. И повысил его давящую тяжесть, надо сказать, очень существенно!

Когда же у него мана кончится⁈ Столько площадных атак…. Он же не архимаг, чтобы в таких условиях непрерывно сражаться!

Воздушного Доспеха у меня заготовлено не было. Технически, он мог бы немного выровнять атмосферное давление до приемлемого для меня. Сейчас же я мог сделать только одну вещь: ускорить ток праны на максимум и положиться на свои физические возможности, надеясь, что мощный поток жизненной силы обеспечит существенную регенерацию микроповреждений и высокое сопротивление как здоровых, так и поврежденных тканей к распаду и внешней среде, поможет справиться с лопнувшими сосудами и сверх компрессией легких.

Нужно было перехватывать инициативу. Я активировал заклинание Разделения и мгновенно следом переотразился через Зеркаль. Здесь, на Земле, я чувствовал её ОЧЕНЬ хорошо. Она была так близко и так легко ощутима, что даже не было ясно, как вообще я так плохо мог с ней раньше взаимодействовать. Время проведенное на Парифате и в других мирах сделало свое дело, отточив и усилив мои навыки как зеркального мага.

Шесть двойников и двенадцать фантомов с помощью блинков окружили магистра. Все подняли руки, с которых потек красный густой быстрый туман.

– Н…

– … ну…

– … что…

– … Где!

– … Где…

– … где…

– Где ты думаешь настоящий⁈ – восемнадцать моих пар глаз наблюдали, восемнадцать моих ртов говорили, а тридцать шесть моих ушей слушали, устремив свое внимание на магистра Джулебара.

– А какая разница?.. – Маг фыркнул, а затем быстро сделал оборот вокруг своей оси.

– Подчиняясь его воле, плотный холодный воздух раскрутился вслед за ним, разошедшись мощной ударной волной по округе. Да, заклинание мгновенно дестабилизировалось. Только вот Облако Отчаяния – это физическое явление. Оно вполне взаимодействует с потоками воздуха. И сверххолодный газ, которым управлял магистр, быстро потерял стабильность, лишившись магического контроля. Он падал каплями конденсата на землю, пробивая себе проходы в трещинах, обратился огромным облаком пара, проморозил ледяными ниточками инея все вокруг. И Облако Отчаяния он тоже сумел разогнать.

С мысленной руганью мне пришлось уходить от собственного заклинания, лишившись троих двойников, которые скончались крайне поганым образом. Фантомы тоже пропали.

Не мудрствуя больше, я поднял три пары рук и ударил с каждой из доступных мне сторон тремя классическими молниями, вложив в каждую по паре сотен единиц праны.

Резерв жизненной силы мгновенно сжался. Но разгон её по моему телу помог относительно безболезненно пережить этот отъем. Так что я хоть и чувствовал, как жизнь покидает меня, не слишком по этому поводу беспокоился. Откровенно говоря, я, наверное, тот еще отморозок: это ощущение утекающей праны – оно ужасает любое живое существо, которое только его когда-либо испытывало. А я настолько уже исковеркал свою психику, что банально не обращаю внимания на такое, сам по сути своей начиная и останавливая, когда мне вздумается, процесс полноценной некрофикации, начальной частью которого и является эта процедура.

Проблема была не в потраченной жизненной энергии. Проблема была в мощи того, что сорвалось с моих пальцев. Я едва удерживал физически ощутимый поток силы, который корежил и жег мои ладони. Боль, очень жгучая, режущая, пронизывающая боль буквально сжирала мои кисти рук и мои ладони. Кажется, я прожег себе мясо на пальцах, благо – такие ощущения мне уже стали достаточно привычны, чтобы не позволять сбиваться концентрации.

Хочешь стать магом – умей терпеть боль. Когда берешь в руки Солнце, глупо рассчитывать, что оно не будет жечь ладони. Когда через тебя внезапно начинает проходить такая мощь – странно ждать, что она не причинит боли или что она просто и легко устремится туда, куда ты желаешь. Так не работает. Даже колдовские молнии могут вредить хозяину. Даже колдовской огонь, чаще всего жгущий лишь то, что ему приказывают, может сжечь неумелого чародея. Наш разум, наше подсознание заключено в мане, которая воплощает чары. Если есть неуверенность, неготовность творить мощную волшбу, страх того, что она вырвется на свободу и обретет враждебную волю, подсознательный надлом или заткнанный глубоко на задворки психики волевой изъян, то всегда есть шанс, что в какой-то момент этот скелет выйдет из шкафа и вцепится в глотку своему хозяину.

Именно поэтому, когда мои ладони начали попросту выгорать от проводимой по ним мощи, я лишь крепче скрючил пальцы, погружая их в незримый плотный жгучий поток, а мой разум буквально влился в поток маны с единым желанием, единым посылом, одним-единственным императивом: «Тут командую я». Моя воля, моя цель, моя задача, моё право и мое заклинание. И слушаться оно будет меня!

Мы буквально слились. Двойники – это разные концепции нахождения моего физического тела в отличных друг от друга точках пространства. Концепции – потому что двойники не до конца существуют. Они реальны только все вместе. Стоит одному быть уничтоженным, и полную реальность моего существования приходится делить оставшимся. Мы буквально есть одно целое. И, как следствие, несмотря на единые тонкие тела, но имея каждый свой мозг, пусть и почти идентичный, можем принимать разные решения, координируя через общий центр.

Тем не менее, когда двойники творят заклинания, они используют общий резерв маны, у них единая жизненная сила, единая аура, единые чакры. Создав три идентичных заклинания, да еще таких когерентных, как молния, я невольно сотворил что-то большее. Что-то триединое, но при этом одно и то же, как и я сам. Чары буквально обрели некую тень подобия сознания. Я на кратчайший миг словно бы оживил колдовской электрический заряд, вдохнув в него частичку себя.

А затем оно, это нечто, ударило в Джулебара. Все произошло за доли секунды, показавшиеся мне вечностью.

Маг держался буквально миг. Может быть два. С него с треском слетели сразу три доспеха, щит против молний, который он успел сотворить, Личная Защита. Дальше остаточный заряд влетел в ногу и живот, отбросив тело с загоревшейся одеждой на пару метров. Товарищи из Гуабы побежали к одному из своих лидеров, готовя целительные чары и зелья. Я же молча смотрел на выжженые ладони: во многих местах видны были начавшие обугливаться кости. Сухожилия отсутствовали.

– … покой и благодать, – бросил я активационную фразу Среднего исцеления, одновременно пытаясь направить жизненную силу к рукам и начитывая последовательно два очень важных заклинания: парифатское Насыщение, чтобы дать организму хоть какой-то дополнительный строительный материал, и классическую шумерскую Регенерацию. Очень эффективная, хотя и медленная штука. И постоянно тянет ману.

– Что, смертный? Плохо себя чувствуешь? – Эг-мумия был как нельзя некстати.

– Раньше ты был уважительнее.

– Раньше у меня не было повода. А теперь у тебя вместо рук угольки да костяшки. И как ты проведешь последний бой?

– Она одна. Как-нибудь справлюсь. И не боевой маг.

– Джулебар тоже был один. И тоже не боевой маг.

– И я справился.

– Так у тебя руки были, – Йессор’Ро’Сотх ощерился кровоточащими деснами. – Могу помочь вернуть. Плату ты знаешь.

– Быстро вылечишь? – Я против воли заинтересовался. Да, я сам эти травмы тоже залечу, но не так быстро, как хотелось бы. Час… Около трех часов скорее. Но какую-то функциональность верну раньше: левая не такая пострадавшая, как правая. Как минимум указательный и средний палец там будут шевелиться.

– До боя успею. А еще – могу дать тебе маны и рассказать про твою противницу. Она интересная. Хочешь? За отдельную плату.

– Ты точно не иудей?..

– Я честно служил Фараону. При жизни смертного.

– Вылечи мне руки. И поделись силой, – на секунду подумалось, что рисковать не стоит. Я бездарно тратил желания, но и риски снижал кардинально. Было бы просто глупо проиграть последний бой из-за нехватки маны, потеряв все, что я мог бы достигнуть. А вот информация… Раз я Джулебара одолел, то еще один приказ Эг-Мумии того не стоил. Мужчина был по ауре слегка ярче Либатхаши, так что вряд ли она опаснее него. С другой стороны – желания… Что те желания?.. Они – расходник. И их надо расходовать, а не трястись над каждым. А то так недолго дойти и до того, чтоб за каждый сикль торговаться на базаре. Но все же они не настолько бесполезны, чтобы тратить их совсем понапрасну.

– Как пожелаешь, Тиглат из Вавилона, – Йессор’Ро’Сотх провел над моими ладонями, на которых начали быстро нарастать словно бы зависшие в воздухе ниточки сосудов. Ткань между ними даже еще не появилась. Он снова провел своими лишенными кожи руками. Забавно, но сейчас наши кисти были до жути похожи. Начавшая нарастать плоть лишь усилила эффект. Это выглядело отвратительно синергично, словно одна Эг-Мумия играла в ладошки с другой. Но я лишь мотнул головой, отгоняя непрошенную мысль.

– Я снова Тиглат из Вавилона, а не смертный?.. – фыркаю.

– Так у тебя снова есть руки! – Демон провел последний раз – и невероятно быстро на них начала появляться кожа. Чистая, без волос, белая. Но вполне здоровая.

Какие лэнговы ощущения я испытывал в процессе этой ударной регенерации – не пересказать. Благо, все микроповреждения и нюансы построения тканей компенсировались моей активированной Регенерацией. Ну и потоком праны, само собой.

– Черт с тобой. Называй, как хочешь.

– Черта не надо! – Йессор’Ро’Сотх аж возмутился. Я удивленно замер, смотря на него расфокусированным взглядом. Потом расхохотался.

– Ладно! Тогда Пазузу.

– Его тоже не надо, – Эг-мумия мотнул головой. – Давай лучше я закончу выполнять свои обязательства.

Положив мне руку на плечо, он начал передавать энергию. Я поморщился. Сила была похожа на своего владельца: темноватая, с привкусом крови, но достаточно легкая и легко усваиваемая. Минут десять потребовалось демону, чтобы наполнить мой резерв. Я отошел от него на шаг в сторону. Просто хотелось немного разорвать дистанцию. Словно перегрыз кому-то артерию и свежей крови насосался. Наверное – ощущения были бы почти те же.

– Я свои обязательства выполнил! – Йессор’Ро’Сотх махнул кистью.

– Да. Можешь идти. Возвращайся обратно, – я кивнул головой.

– Лучше досмотрю твой бой. Печати ослаблены твоим призывом, так что я некоторое время могу тут находиться.

– Как хочешь, – мне было плевать. Я пошел в сторону того ровного пространства, где мы провели все прошлые сражения. Конечно, осталось тут мало что… Ну и плевать. Поставлю потом каменные стелы или посажу что-нибудь экзотическое.

Мой бодрый вид и, главное, мои здоровые руки, произвели на магов Гуабы неизгладимое впечатление. Они расположились в полусотне метров, Джулебар уже пришел в себя, но главное не это. Главное – что они то и дело поглядывали в мою сторону, постоянно что-то обсуждали, переговаривались. Конечно, дураков не было. То, что я воспользовался услугами демона, было очевидно. Но еще было очевидно, что кому попало демоны услуги не оказывают. Если ты имеешь такой контракт – это часть твоей магической силы, твоего статуса. Как и контракты шаманов с духами, и големы големостроителей, и элементали стихийников. Демоны демонологов для всех – тоже часть Искусства заклинателя.

Спустя десять минут подошли Либатхаша, Джулебар и Нерут, который помогал коллеге-магистру идти. Тот вроде и сам мог ковылять, но опираться на чью-то руку было удобнее.

– Тиглат из Вавилона.

– Это я.

– Ты готов к бою с Либатхашей из Урука?

– Все же решили провести его? – Я посмотрел на женщину. Она была магистром до меня. Вроде бы она присутствовала на присуждении мне магистерского звания… Не помню. Я там только Менгске помню, да еще пару человек. Хотя да. Вроде бы присутствовала… – Я тебя жалеть не стану, женщина.

– Так ты готов? – Джулебар спросил настойчивее, а глаза Либатхаши сощурились. «Женщина» – так часто обращались к зарвавшимся дамам. У дворянок и магесс свободы было больше. Особенно у магесс. Эти в правах поражены не были, имея социальный статус наравне с мужчинами. Особенно сильные чародейки, пусть таких и было немного. Но именно поэтому так обратиться к магистру и было оскорбительным. Принижало её достижения, её силу, её авторитет. Кажется, я себе заимел личного врага. А еще – сильно разозлил свою будущую противницу. Чего я, собственно, и добивался.

– Готов.

– Команду о начале известит вспышка. Мне нужно отойти прежде, чем вы начнете.

– Да будет так, – первой подала голос Либатхаша.

– Да будет так, – я пожал плечами. Пока Джулебар отходил, я решил еще немного позлить свою будущую соперницу. Откровенно говоря, я не знаю, почему так… Но она с самого начала вызывала у меня желание подурачиться и немного поглумиться. – Ты точно хочешь сражаться? Можно ведь разрешительную дуэль и иначе провести. Вон – твой товарищ на огненном шаре посоревноваться решил. Чего молчишь?.. – Либатхаша только больше щурила глаза. – Кто кого, может так?.. – я слегка повращал тазом. Вот теперь, кажется, я её выбесил. Судя по цвету ауры. – Или ты любишь… Ну, это… – Мне пришлось картинно дать пару щелбанов себе по горлу. Вообще, этот символ в Шумере означает пытки. Но в контексте сказанного раньше, смысл очевиден.

– Ты позоришь Гильдию и свое звание.

– А вы все – нет? Пришли аж восемнадцать магов. Этого, считай, достаточно чтобы свою маленькую Гильдию создать. Хотите выгнать меня из дома. И все – по указке чиновника, пусть и крупного…

– Я не подчиняюсь энну Машде!

– Ну да. Ты просто выполняешь его указания. Желания даже, скорее. А все, кстати? Или только когда он посылает тебя проводить дуэли?.. – Я нахально оскалился.

Как бы я себя ни вел, в одном прав был на сто процентов. Для них всех прийти сюда, чтобы выгнать из моего нового дома, устроить весь этот цирк, да еще и проиграть мне… Это было унизительно. И дурная слава о магах Гуабы расползется теперь по Шумеру рано или поздно. И Либатхаша не могла этого не понимать.

Следующую колкость мне не дала произнести яркая вспышка, которая почему-то сильнее всего била именно мне в глаза, а Либатхаше в спину. Впрочем, застать врасплох того, кто умеет видеть будущее, пусть и столь близкое, таким образом невозможно.

Еще когда только свет попробовал меня ослепить, я уже начал действовать. Раздвоение, блинки, Переотражение… Мое любимое – шесть двойников, двенадцать фантомов. Каждый ударил Молнией, чтобы снять Личные Защиты, если бы Либатхаша поставила не те щиты. Двое двойников переместились к ней, чтобы ударить посохами.

Но магистр не зря носила своё звание: от молний она была защищена, а вот то, что произошло дальше…

Все, метрах в трех от неё, буквально остановилось. Словно замороженное во временном пузыре. Сама Либатхаша сместилась приставным шагом, нанося моему застывшему двойнику удар кинжалом в живот и проворачивая его вверх.

Проблема была не в ранении – к боли от потери того или иного тела я давно привык. И не в самом двойнике, благо, он довольно быстро замерцал и пропал. Проблема была в том, что боль эту почувствовали ВСЕ мои тела. Даже фантомы. Все двенадцать тел-иллюзий развеялись, а за ними исчезли и все иные. Двойников больше не было – только один я, вставший на одно колено в двадцати метрах от Либатхаши, активирующий начитанное перед боем Среднее Исцеление.

на пошла в мою сторону. Я уже чув

– Женщина, да? – Оствовал, как ткани срастаются, а по ране разливается прохлада, уносящая боль. Если бы не мощный поток праны… Либатхаша метила в печень. И, наверное, задела орган. Именно потому я и не рассчитывал ограничиться Малым Исцелением. Только Среднее. Иное могло бы не суметь залечить столь сложные повреждения.

– Вольт, да? Использовала мое тело, как вольт?.. – Я скорее хрипел, чем говорил. несмотря на устойчивость к боли, спазмы все равно по всему телу прокатывались волнами. Благо, хотя бы встать на две ноги получилось. Да и лучше становилось с каждой секундой.

– Да. Твои… Копии – они идеальные проводники. Что может лучше повторять оригинал, чем сам оригинал. Это же одно и то же тело? Я лучше всех понимаю суть того, что ты делаешь. Только не понимаю, как ты это делаешь, – Либатхаша остановилась метрах в пяти от меня. – Кстати. Ты думаешь, что тянешь время для восстановления? – Её рука, держащая тот самый кинжал, ранивший меня, двумя пальчиками, отпустила оружие, полетевшее острием вниз. Моя попытка перехватить его телекинезом была отбита чужой волей. А острие воткнулось… В мой след на песке.

В следующий миг стопу прострелило, а я вынужден был отпрыгнуть на правой ноге, так как левая подкосилась. Новый бросок кинжала уже в мой новый след, оставленный ведущей ногой и пропитанный небольшим количеством крови, даже отбивать не стал. Позволив себе упасть на землю, не пожалел ни маны, ни праны, ударив Звуковым Резонансом.

Вся почва мгновенно растрескалась, вздыбилась, камни полетели вверх, разрываясь острым крошевом, корни деревьев загудели. Вдалеке несколько повалилось. Конец куску моего дворцового сада…

Либатхаша не пострадала. Она просто подхватила себя телекинезом и зависла в нескольких метрах над землей, с интересом смотря на творящиеся внизу разрушения.

Нога у меня уже заросла, так что я, зло прищурившись, ударил плотной взвесью капель Дождя разочарования. Мощный боковой порыв ветра просто сбил мои чары в сторону. Облако в таких условиях тем более не поможет.