Текст книги "Античный Чароплёт. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Nimaniel

сообщить о нарушении

Текущая страница: 48 (всего у книги 51 страниц)

– Будь это обычное сражение, нам можно было бы гордиться, – Раул аж зубами скрежетнул. – Две тысячи против двадцати трех. И мы точно вышли вничью по уровню потерь. Одного за десятерых отдали.

– Это необычное сражение, Раул, – Жальян покачал головой. – И они подведут еще двадцать тысяч. А потом еще двадцать. Мы продержались во Второй Крепости три дня – солнце скоро будет садиться. А планировали хотя бы четыре.

– Знаю. Но все самое лучшее я им оставил для ущелья, – старейшина кивнул в сторону стоящей недалеко Лиры. – Мэтры!

– Да? – командир повернул голову.

– Я собираю людей и отхожу на шестую позицию. Два километра отсюда. Там буду встречать всех их… – Раул, казалось, хотел сплюнуть, но сдержался. – Пока Владыка Мертал заперт, Черные Гвардейцы долго в тварном мире быть во плоти не могут. Несколько часов еще… Потом исчезнут. С вами оставлю отряд старшего Сара, Лиру и остальных фурий. Действуете просто. Встречаете врага на позиции, поджигаете одну девчонку. Держите позицию, сколько можете. Ребята Сара прекрасно владеют копьями, вы будете вместо артиллерии. Когда цветочники, – так тут называли пренебрежительно Доминацию, – подводят артиллерию, отходите. Если завтра в полдень они все еще не будут у меня перед глазами, то вы точно выполните и перевыполните свое задание. За старшего Ортинум.

– Принял, – командир пожал плечами. Посмотрев на выступившего вперед Сара, а потом и на Лиру, он молча качнул головой в сторону скального прохода. – Идите на первую баррикаду. Мы тут еще немного постоим, позже подойдем к вам.

Оба молча кивнули, отправившись раздавать указания своим людям.

Увидев, что остатки армии колдунов оттягиваются вглубь скального прохода, профессионалы Союза поперли с удвоенной силой, пытаясь миновать двух Черных Гвардейцев просто пробежав за земляной вал. Тем хватало тел для шинкования, так что прорвавшихся они не преследовали. Скорость Гвардейцев хоть и выручала нас крайне существенно, все же не позволяла двум антрацитово-черным фигурам не пропускать вообще никого.

Я поднял руку и по кивку Ортинума выпустил еще одну цепную молнию. В этот раз заряд был усилен сотней единиц праны. С учетом затрат жизненной силы раньше и не самого лучшего моего состояния теперь – после исцеления – эта потеря уже довольно существенно отразилась на моем теле, заставив на секунду онеметь губы и заболеть глаза и нервы на лице. Но и эффект был впечатляющий: больше полусотни переходов молнии от одного тела к другому вместо обычных семи-десяти. И трижды произошло разделение заряда. Это заклинание уровня архимага, а уж никак не магистра!

– …Харра ульга… – услышал я обрывок окончания фразы, а затем, вторя движению рук Ортинума, перед нами начала расти огненная стена. Высота метра три-четыре… Ширина около двух. Не слишком существенное препятствие для мага, но вот немагам потребуется как минимум закидать её землей. Или истощить чары. Командир отрезал путь всем оставшимся ученикам Ковенанта, которые еще были по ту сторону огненной завесы. Но нам-то что с того? Да и сколько их там таких? Десяток? Два?.. – Пойдем потихоньку тоже, – Ортинум махнул рукой в сторону скального прохода. – Передохнем там немного. С учетом Черных гвардейцев пара часов у нас точно есть.

Глава 42

– И долго нам еще так? – Кларна возмущенно смотрела на командира, поправляя челку.

Очередная застава из баррикад была прорвана, после чего мы отошли, оставляя за собой огненную стену Ортинума и полыхнувшую косами фурию, которая осталась выигрывать нам время. Немного, минут десять требовалось штурмовым отрядам Доминации или кому-то из знати Союза, чтобы убить верткую и невероятно опасную девчонку. Но этого хватало на то, чтобы сместиться на полкилометра, заняв новую линию обороны. Две легкие полевые пушечки начали утаскивать еще минут пятнадцать назад. Весили они килограмм под двести. Может – чуть больше. Эти сверхмалые орудия даже нормальными пушками-то не назовешь. Стреляют недалеко, не особо метко… Но даже они становились грозным оружием на расстоянии пятнадцати шагов, пробивая стену щитов штурмовиков Железного Лотоса и прекрасно справляясь с массивными и крайне сильными знатными воинами Союза Полисов. Одно попадание – и грудная клетка буквально разворочена в фарш. Картечь из этих стволов была неэффективна. Она мало того, что стачивала стволы быстрее, так и засыпать было непонятно что. Убойная энергия каждой отдельной дробинки была не слишком высока – иногда даже строй тяжелых щитов держал такое попадание, так что от картечи отказались еще на первой заставе.

Наверху шел свой неравный бой, в котором с крайне хорошо оборудованных позиций ученики Ковенанта удерживали солдат Альянса. Рельеф верхотуры был крайне непрост и непредсказуем. Там постоянно гуляли высоты – плюс-минус три метра вообще было нормальным явлением на каждом шагу. Так что банально лучше знающие рельеф слуги Мертала, имевшие к тому же куда более легкий подход к верху ущелья с той стороны скальной гряды, вполне себе справлялись с вынужденными карабкаться непонятно как по необорудованным склонам противниками.

Потерпев тяжелейшее с точки зрения потерь поражение, Раул все же умудрился отвести остатки своих сил организовано, строил новый оборонительный рубеж. И это в то время, пока вся ударная мощь объединенной армии пыталась просочиться через нас. А мы меж тем тоже, считай, планово отступали. С точки зрения военной науки он действовал более чем успешно. И не ясно даже, можно ли было эффективнее. Нет, урона нанести наступающим силам можно было точно больше – тут Раул допустил немало ошибок. Но сколько там поляжет врагов было особо и не важно: единственный критерий успеха для него – время. И вот время он выигрывал превосходно. Касательно же потерь… Уверен, если бы с той стороны могли бы мгновенно обменивать своих на учеников Ковенанта сто к одному, то тут же начали бы это делать. Мобилизационный ресурс даже одной стороны – что Доминации, что Союза – был относительно Ковенанта практически бездонным. Так что соотношение потерь колдунов и наступающих сверхдержав было в общем-то не особо и важным.

Эффективность фурий я пересмотрел опять же, еще в самом начале этого долгого планового отступления. Не сказать, что для меня это было откровением – я сам неоднократно доказывал себе и окружающим, что применение даже слабых заклинаний и примитивных инструментов нередко может быть крайне результативным, если делать это комплексно, с умом и выдумкой. Но то, что творили эти бестии в женском обличии меня, конечно, поражало. Фактически когда они поджигали свои косы, то накладывали на себя целую очередь заклинаний. Женщины на несколько минут, лучшие из них – до получаса, получали силу вдвое, а то и втрое выше, чем у крепкого взрослого мужчины, гибкость такую, словно они только и делали с самого детства, что уворачивались от стрел да растягивались во всех самых немыслимых направлениях, скорость реакции достаточную, чтобы поймать муху за крылья на лету, острейшее зрение, слух, две огненные косы, которые очень неприятно хлестали всех вокруг, незаметность… Какая может быть незаметность у носительницы двух огненных хлыстов?.. А вот может. Пылающие косы были крайне яркими, и я неоднократно имел удовольствие наблюдать любимый прием фурий – полыхнуть пламенем, исчезнув во вспышке буквально на пару секунд, а потом возникнуть перед неуспевающим сориентироваться бойцом. Ценой недостаточной реакции всегда была жизнь человека. Осечек у этих бестий пока не возникало.

Собственно, каждое из их заклятий по-отдельности не было так уж страшно. Повышенная сила? Втроем с такой спокойно можно сдюжить. Реакция и гибкость не спасают от волны болтов, кратковременные мороки или оцепенения, накладываемые взглядом, не страшны против толпы, огненные косы вполне себе отбивались щитами, а громкие леденящие душу вопли успешно преодолевались окриками командиров. Но вот когда это все применялось вместе, обычная с виду жрица, не сильно-то и выделяющаяся в плане развития ауры – на уровне более-менее приличных учеников в Шумере – становилась машиной смерти, подобной магистру какого-нибудь небоевого направления. Я даже не уверен, на кого бы поставил. Боевой маг, конечно, тут однозначно справился бы, а вот не боевики, а, скажем, биомаги или спириты… Скорее всего, нет. Разве что сумели бы убежать или защищаться достаточно долго, чтобы фурия себя исчерпала.

Тут есть один существенный нюанс, не дававший мне покоя. Раньше я считал местную магическую традицию интереса не представляющей. Развитие никакое, сила магов уступает даже Шумеру, если учесть всех наших знахарей и мелких гадалок, а подлинная сила обычно связана либо с подпиткой маной от Мертала, что однозначным образом поднимает возможности колдуна, либо с доступом к чему-то более-менее приличному вроде шумерской Огненной Стрелы, которую я с удивлением узнал в применяемых некоторыми жрецами чарах еще во время осады стены. Как наше заклинание занесло за несколько межмировых переходов – тот еще вопрос.

Однако кое-что не сходилось. Это фурии. Они безусловно были опасны… Недолго, правда. Но весь вопрос был в том, что мощные заклинания придумываются не просто так. Если бы миллионом искорок можно было стирать города с лица земли, то никто бы не изобретал Длань Шамаша. Конечно, многократное применение слабых чар вполне себе может вызвать мощный эффект. Удар тысячи учеников чем-то вроде все той же многострадальной Огненной Стрелы вполне сравним с площадным заклинанием архимага… Только вот загвоздка. Маны уходит больше. В самом прямом смысле один сильный маг и множество слабых на одинаковый эффект тратят разное количество энергии. Это не говоря уже о том, что есть такие понятия, как эффективность использования маны, зависящая от мощи чакр; эффективность потерь энергии, зависящая от опыта и развитости ауры; плотность пропускного потока – банальная магическая мощь, которую все определяют и понимают по-разному, но которая однозначно заявляет: гадалкам недоступны чары архимагов. Нельзя выполнить мощное заклинание вроде тех же Дланей, заменив одного сильного мага тысячей или десятком-сотней тысяч слабых. Хотя из каждого правила есть свои исключения. Проще говоря, подмастерья не пленяют архидемонов. И это непреложная истина в первом приближении.

И что же меня смущало в фуриях – кроме внешнего вида, конечно: все как на подбор были очень сочными и эффектными девушками, причина такой красоты мне не была известна – так это их магические затраты. Чтобы наложить от трех-четырех десятков пусть даже не особо-то и мощных заклинаний, поддерживать их, а некоторые – вроде мороков и огненных вспышек – применять неоднократно, требуется энергия. Много энергии. Они ведь тратили эквивалент пары тысяч единиц маны, вероятно. И вот откуда эту энергию брали жрицы, которым Мертал вообще говоря обычно ману не поставлял из своей темницы – это было мне непонятно. Но откуда-то точно должны были. Три закона творца никто не отменял. И из ничего ничто не берется, пусть даже материя хаоса с этим не согласится.

Уже во время массовых применений их способностей, я сумел вычленить в ауре интересное образование. И, полагаю, именно оно делало фурию Фурией. Окончательно я убедился в этом, рассматривая Лиру крайне пристальным взором. Мелкая сеть тонюсеньких белесо-серых нитей была особо и не видна в потоках жизненной силы второго начала, но я слишком хорошо знаком с праной, поэтому смог увидеть грубую, но по-своему интересную структуру, пускавшую “корни” вдоль каждого потока энергии второго начала. И именно эта структура чернела, начиная активно сосать все доступные соки из Фурии, когда она таки поджигала свои косы. Фактически девушки использовали собственную жизненную силу. И от развитости этой сети, судя по моим предположениям, зависела длительность их “активного периода”. Поджигая себя, Фурия начинала процесс собственного уничтожения, расходуя прану. И чем более развита была “сеть”, тем больше этой самой праны уходило на полезную работу, а не в пустоту. Хотя процесс был вполне себе остановим. Но вот обратим он, разумеется, не был.

Сам факт наличия в местной традиции методов работы с жизненной силой меня интересовал изрядно, но вот поучиться было не у кого и некогда. Так что все, что мне оставалось, это сверлить взглядом Лиру и других Фурий, которых оставалось от силы трое.

– Пока не закончится ресурс из демонолюбов, – командир был непреклонен, отвечая на давнишний вопрос Кларны. Общение на всеобщем напрягало нашу компанию, но все вокруг, кроме нас самих, были злы, усталы, а в глазах уже давно мешалась какая-то адская смесь безнадеги и мрачной целеустремленности. Ну да… Для них это их жизнь, их идеалы, их вера. Для нас – просто работа. Притом нам не особо было и важно, как она закончится. Мы, конечно, в случае успеха получали больше денег… Но и все на этом.

– Я уже ненавижу эти горы, – резким выдохом воздуха она слегка дернула свою челку. – Командир, чего ты всегда такой спокойный и собранный? У тебя вообще эмоции есть? Ты словно… никакой. Постоянно ничего не выражаешь!

– Серая Блокада, – два слова стали отличным объяснением.

– А… А как давно?

– С начала работы в Корпусе, – я молча мотал на ус… Которого у меня, правда, теперь не было. Серая Блокада – заклинание постоянного действия для подавления эмоций. Не особо мощное, но помогает сохранять голову спокойной и холодной почти в любой ситуации. Но морально очень тяжелая штука. Ее ставили на подготовительном курсе ненадолго. Ощущения, словно где-то глубоко внутри есть настоящий ты, у которого есть чувства, эмоции, желания, но стоит ему преодолеть определенный порог, как между ним и тобой возникает холодная стена, отрезающая вас друг от друга. Это было в буквальном смысле больно. Только не физической болью, нет. Чем-то куда более тонким и одновременно жестоким. Постоянно таскать это можно, конечно, но усталость копится годами. Зачем Ортинум это делает – ума не приложу. Он, конечно, пиромант, а они вообще все довольно вспыльчивы. Но неужто настолько, что это мешало бы управлять отрядом?..

Разговор на этом увял. За небольшим изгибом ущелья послышались взрывы. Инженеры Доминации не спали. Я уже знал, что они закидывают Огненную Стену мешками с песком, а где-то и с порохом. Взрывная волна не особо мощная, но докатывается и сюда благодаря переотражению от каменных стен. Они пока еще не определились, что быстрее – дестабилизировать заклинание многочисленными взрывами или просто закрыть грязью и негорючими материалами. Но, скорее всего, перейдут на песок. Подвозить его из Долины не так уж и далеко, в мешки можно насыпать и гальку, и грязь, и щебень, а полив их водой, можно достаточно быстро преодолевать Огненную Стену Ортинума. Собственно, только невозможность подвести безопасно инженеров и выполнять работы по созданию проходов и делали фурий такими серьезными проблемами в глазах наступающих сил. Сама по себе одна девушка ничего сделать не могла бы долго, но пока она металась и убивала плохо защищенные цели, нельзя было начать преодолевать чародейскую преграду.

– Элементаль?

– Да, пожалуй, – маг кивнул на мое предложение, тряхнув волосами. Перед ним начала расти огненная точка.

Место здесь было особенно удачное – всего-то полсотни шагов ширины. Даже один элементаль мог сильно осложнить жизнь наступающим. А меж тем командование их явно подгоняло.

– Орудия на месте? – Ортинум повернулся к Сару.

– Да, уже установили.

– Хорошо. Мы тут надолго.

– Надолго?..

– Дальше ущелье расширяется. Где их сдерживать, как не здесь?

– Впереди еще две баррикады…

– А позади их два десятка. Это включая временные, которые мы с вами делали. Стоим тут. Старшая, твои Фурии должны быть готовы одна за другой. Обнимайтесь, прощайтесь – делайте, что вам там нужно. Отсюда мы будем отходить уже без всех вас.

– Поняла…

Я твердыми пальцами поймал за горло молодого юношу из отряда Сара, который после этих слов не выдержал – наверное, двухдневная усталость и постоянные бои сказывались – и кинулся на Ортинума с мечом. Какое-то изогнутое, но очень толстое лезвие. Не видел таких на Земле. Короткий вскрик, и тело с кровоточащим горлом отлетает под ноги Лире. Та без всякого сожаления проткнула сердце ритуальным кинжалом.

– Дисциплина у вас, однако, – Ортинум поморщился. Кто-то просто пожал плечами, кто-то вперился в его фигуру злым взглядом. Но присутствие Фурий и осознание наших возможностей всех удержали от активных действий.

В отличие от жриц, всецело своему темному господину преданных, далеко не все бойцы были готовы стоять здесь до последнего. Умирать они не особо-то и горели желанием. Только вот вариантов им никто не оставлял.

Проводив шагающую вперед фигуру огненного элементаля взглядом, я молча выбросил в ту же сторону руку. Начитанная во время отхода Цепная Молния влетела в первого из солдат… Союза, судя по всему. Легкий доспех и в целом плохое снаряжение как бы намекали. Впрочем, он вполне себе тащил так любимые здесь многозарядные арбалеты. Как они вообще для всего этого безобразия болты-то производят? Сколько леса на это должно уходить?..

Кажется, мое заклинание выиграло еще секунду, убив самых быстрых торопыг, а потом из-за поворота хлынула очередная лавина. Элементаль физически не мог столько убивать. Многочисленные же выстрелы и мешки с грязью, летевшие в его сторону, ему явно не добавляли эффективности, хотя и не особо мешали. Впереди показались уже знакомые нам маги в серо-белых хламидах.

Небольшой неожиданностью было то, что на стороне Альянса вообще была магическая поддержка. Тем более – полноценная. Обычно жрецы богов, например, не обладают способностью ставить даже простенькие щиты, не говоря уже о полноценных защитных экранах. Но что у стен Крепости, что в этом ущелье их проблема решалась просто: Облако Отчаяния делало этих людей практически беспомощными и полностью бесполезными. Хотя использовать их способности для борьбы с элементалями и огненными стенами противник все еще мог. Ну вот опять. Жрецы Има окружили творение командира и создали сплошной экран, поддерживаемый аж двумя десятками людей. Порождение пиромантии билось в него отчаянно, но сменявшие друг друга жрецы не оставляли ему шансов прорваться в ближайшее время.

– Командир?..

– Нет, ничего… Просто думаю, что они будут делать со вторым?.. – забавно приподнятая бровь Ортинума стала сигналом к формированию нового автономного бойца. Не требовалось даже жестов рук. Я тут помочь особо ничем не мог: мои антимагические заклинания и элементалей уничтожат. Тут либо вообще без всего, либо… А хотя стоп!

Быстро зашевелив губами, я уже спустя полминуты подвесил в ауре Дождь Разочарования. Прикинув, куда лучше всего наносить удар, отправил взмахом руки поток быстро летящих капель вперед. Туда, где жрецы образовали небольшую неровность в своей окружности. Не ожидавшие такого служители Има попросту утратили контроль над взбесившимся совместным заклинанием, экран треснул, словно стеклянный купол, по которому прилетело огромной кувалдой. Первый элементаль не пострадал. Огненная стена перед нами выступала вполне себе приличной заградительной линией между баррикадой и атакующими, а моё заклинание её лишь поколебало в ряде мест, но все же не развеяло полностью. Тут как раз Облако помогло бы куда больше.

Привычный поток болтов был не опасен, Каменный Доспех справлялся с ними вполне успешно. А вот следующий удар…

Когда я услышал удар и взрыв вышибного заряда, которые еще даже не случились – спасибо Предвестнику – то сразу понял, что в нас запустили. На такой случай, зная свой прошлый опыт, у меня было заготовлено кое-что, конечно. Морозная аура – одна из модификаций Ледяного Доспеха, мгновенно растеклась вокруг, обдав окружающих мощным порывом холода. Температура упала до минус десяти-двадцати градусов. А Воздушный Таран, примененный в качестве кольца, мощной ударной волной прокатился от моего тела ко всем вокруг, буквально снося облако взрывоопасного вещества. Наши защитные сооружения из каменных кольев и мешков с песком разметало, все попадали на каменистую землю, но вспышка пламени над головой и по бокам показала: я действовал полностью правильно. Ортинум сориентировался кабы не быстрее меня. Его пальцы сжались в кулаки, а Огонь вокруг, казалось, вообще замер, а потом обратился в мощную волну, сжигающую все на своем пути и покатившуюся прямо на наших врагов.

– Фух…

– Что, снова гореть не хочется?..

– Я аж почти воспылал… – пробормотал я себе под нос. – Нет, не хочется.

Попытка сжечь нас Дыханием Мертала оказалась провальной. Но она принесла свои плоды: уничтожила защитные сооружения, которые прикрывали от арбалетного обстрела. Ортинум дернул было рукой, чтобы усилить стену огня – она вполне могла бы сжигать легкие болты – а потом, видимо, передумал. Другие даже не поняли, что произошло, но я этот жест заметил. Вопросительно глянув на нашего лидера, получил лишь приподнятую бровь и кивок за спину. Ну… Логично. Отряд Сара тоже не сможет стрелять через мощную стену пламени. И куда им? Отходить на дальнюю линию обороны? Люди уже на пределе. Кто поручится, что они попросту не побегут? Аж до самых позиций Раула, например? Но что там за позиции и можно ли через них просочиться – вопрос. Нельзя сказать, что это самый эффективный вариант, но он надежный. Лучше положить всех здесь под залпами арбалетного огня войск альянса, чем позволить бросить оружие и отправиться восвояси. А что касается Фурий, то они-то как раз вполне себе годились для “потребления” и на этой линии.

В который уже раз я ловил себя на мысли о том, что вообще не думаю о колдунах Ковенанта как о людях. Совсем. Вопрос даже был не в ценности человеческой жизни. Уж мне ли о таких понятиях заикаться. Одно время среди шумерских вельмож было занимательное развлечение: они толкали рабов с лестницы, на которой расставляли всяческого рода препятствия и лезвия, а потом спорили до хрипоты, чей “снаряд” красивее летел. Будучи продуктом этой культуры, я не жалел людей как таковых. Но при этом я их воспринимал. Во время войны с куклусами у меня не вызывали жалости смерти воинов. Но я их уважал. Я жалел о потере Алкеалола, о других ушедших магах. Но не потому что был сентиментален, а потому что это были сильные и развитые специалисты, чародеи, каких поискать. И каждая частичка Искусства, ушедшая из Шумера вместе с ними, лишала всех нас чего-то важного. Среды, в которой возможно развитие, развития самого по себе и многого другого.

В случае с культистами все было не так. Я их в принципе воспринимал как некие функции, механизмы. Полезные – да. Но не более того. Что-то вроде големов или элементалей. Кто важнее для меня – обычный солдат или элементаль? Если речь идет о войне с Эмушей или с куклусами – однозначно солдат. Разве что речь идет именно про конкретный момент боя… Все просто: люди тяжело восполнимы, они будут двигать мир дальше. Элементаль – это лишь несколько минут работы мага. Но вот к колдунам у меня не было человеческого отношения в принципе. Они для меня не были воинами, идущими на смерть, не были слугами, которые могут иметь собственные мысли, предавать или неряшливо делать свою работу, не были рабами, которых рожают уже принадлежащими господину и телом, и душой. Они в принципе не воспринимались чем-то одушевленным. Просто инструмент вроде дубинки плотника или элементаля. Это был интересный эффект, выверт сознания, который я даже во время войны с эмушитами не вычленял. И он мне был непонятен. Из всех вокруг, кроме моих спутников, для меня существовали только Лира, Жальян и Раул. Даже те двое умерших… Мерал вроде бы?.. И кто-то там четвертый из Старейшин – они уже перестали быть в моем восприятии чем-то существенным.

Мимоходом с руки сорвалось ветряное лезвие. Пролетев шагов пятнадцать, оно нанесло резаную рану пытающему отойти назад ученику Ковенанта, уже успевшему бросить копье на землю. Меж тем перед Огненной Стеной формировался уже четвертый элементаль, а Лира и оставшиеся фурии прыгали прямо сквозь волшебное пламя, прекрасно поджигавшее их косы. Жрица обернулась в последний раз перед тем, как исчезнуть в пламени. Я на миг снова поймал себя на дежавю: словно смотрит на меня не взрослая женщина, а внучка Гальди… А потом гибкое статное тело женщины превратилось в невнятную тень-образ, видимый через огненное марево и искажающий свет от нагрева воздух. Пылающая преграда Ортинума справлялась с любым человеком, который не желал превратиться в живой факел, но вот если такое желание имелось – то это точно не было преградой.

В стороне послышался мерзкий хруст позвонков. Потом еще один. Повернув голову, я увидел, как Ортинум брезгливо оттирает руки от чьих-то соплей. Впрочем, слизь быстро обратилась пеплом, стоило только появиться на ладонях нескольким языкам пламени.

– Зачем? – говорить приходилось довольно громко, чтобы меня слышали в том безумном гуле от ног, орущих глоток, щелкающих арбалетов и периодических воплей Фурий с той стороны стены. Множество выпускаемых болтов все еще преодолевали огонь, но разить с этой стороны им было уже особо некого: остались только мы трое.

– Чтобы не мешались, – мужчина пожал плечами. – Снимаю все ограничения. Нужно остановить их тут. Оставь себе маны на несколько порталов. Я бить в полную силу не стану.

– Понял, – лишь усмехнулся, поморщившись от ощущений. На коже сгореть успели все мелкие волоски, дающие этой части человеческого тела изрядную часть чувствительности. Чтобы ощутить то же, что и я, достаточно сбрить под корень все волосы, включая маловидимые белесые на каком-то участке. Небольно, но приятного мало. Хотя привыкать я уже начал. Еще неделю точно так похожу…

Касательно приказа, то было у меня одно заготовленное заклинание в жезле – Звуковой Резонанс. Им гору можно снести… Если дури хватит, конечно. А тут относительно узкое ущелье со стенами, уходящими на два-три десятка метров в высь. Это помимо осыпавшихся каменистых наклонных горок по бокам. По факту только треть расстояния между стенами в принципе была относительно ровной. Условия идеальны.

Подойдя к правому краю, я положил руки на нагретую солнцем шершавую поверхность наслоений каменных пород. Известняк и что-то еще. Не гранит – и то хорошо. Этот крепчайший материал крушить куда тяжелее. Маны оставалось под три тысячи. И полторы сейчас ухнут в бездну. Вместе с двумя десятками единиц жизненной силы.

На миг у меня даже возникло ощущение, что ничего не вышло: мана исчезла, вроде бы все было нормально, но эффекта не было – лишь легкая дрожь, побежавшая по каменной стене. Впрочем, Предвестник показывал мне, что я не прав. Не прошло и доли секунды, как вся каменистая отвесная протяженность шагов на сто вперед попросту взорвалась настоящим градом шрапнели. Эффект на узком перевале оказался предсказуемо страшен.

Огненная пелена и нагретый воздух, убегающий вверх, частично защитили нас от пыли, но вот уши заложило, уверен, не только у меня. Странный взгляд Кларны в мою сторону не остался не замечен. Что-то в духе “не знала, что ты такое можешь”. Что же творилось впереди…

Камни все еще падали, откалывались какие-то куски. Эхо от натурального взрыва гуляло по проходу туда и обратно, заставляя то тут, то там осыпаться все новые, первично не затронутые мной участки. За завесой слышались чьи-то вопли, поднималась пыль, но самое страшное для атакующих, я полагаю, было в том, что все это создавало куда меньше шума, чем происходившая ранее битва. Уверен, многих просто контузило и завалило либо камнями, либо трупами. Но смысл от этого не менялся: я буквально прикончил под полтысячи человек одним-единственным заклинанием, а уж сколько вывел из строя…

Малое Исцеление решено было все же применить на голову. Чтобы банально привести уши в порядок. Вскоре я уже смог расслышать Ортинума:

– …очень эффектно. Теперь я, а ты копи ману. Ты вообще меня слышишь, Первый?..

– Слышу-слышу… Нулевой… наверное, – я пару раз открыл и закрыл рот, чтобы разложить вновь заткнутые невидимой ватой уши. Чего их закладывает-то? Перепады давления?.. Да вроде бы нет…

– Хорошо. Собирай энергию. Не сиди пустым.

– Угу…

– Я полная, поделюсь немного.

– Спасибо.

Поддержка Кларны вылилась в тысячу единиц маны. Что было на самом деле очень нелишним. Мой резерв хоть и не невероятно велик, но все же требовал определенного времени на медитацию. Несколько часов в идеале. Это если набирать силы полностью с нуля.

Конечно, не Длань Шамаша применил, но тоже довольно сильно просел. Зато болты перестали прилетать. То один, то другой время от времени влетали в плечи, в торс, а пару раз даже в лицо, что пусть и не причиняло существенного вреда, но было более чем неприятно. Длань… Длань… Вот после неё бы я лежал пластом. За всю историю Шумера есть только одно упоминание о каких-то архимаге и магистре, которые вдвоем могли применить её без катастрофичной потери сил. Но умерли оба лет триста с лишним назад, свой секрет никому не открыв. Те, кому вообще про этот феномен известно, считают, что он либо выдумка, либо дело в каком-то разделении отката от заклинания на двоих. Только как этого добились – не ясно. А способных эти чары применять на весь Шумер всего несколько человек в лучшем случае. И они не горят желанием экспериментировать в команде…

А с чего мне все это вообще в голову лезет?..

– …урелла носс… – слова Каша Ортинум проговаривал вполне спокойно. Он тоже в целом устал. Хоть мы и держались бодренько, нельзя сказать, что последние дни на нас не сказались. Перед магом формировались сразу восемь малых огненных элементалей. И проявлялись они дольше обычного. Наконец он закончил. – Отходим постепенно. Думаю, они теперь еще часа три тут не пройдут. Завал разгрести, опять же… Или без пушек полезут. Деваться некуда.

– До Раула не больше полукилометра.

– Именно. Нам и идти-то недалеко. Тиглат, как с маной?

– Немного меньше половины.

– Нормально. Не траться больше особо. Через десять минут сделаем остановку на медитацию. Не хочу выходить к колдунам полупустыми. А эти могут мешать из арбалетов, – кивок на пережившую все и вся огненную преграду.

– Угу…

Впрочем, выходить ни полупустыми, ни на четверть пустыми нам не пришлось: на планируемой точке рандеву никаких войск не оказалось вообще. Раул просто принял решение об отступлении дальше, не задерживаясь у выхода с перевала.

– И что это значит?.. – Ортинум хмуро смотрел на командира небольшого заслонного отряда, который успел выпустить в нас несколько болтов, пока не распознал своих. На наспех сваленной перед невысоким земляным валом с укреплением в виде частокола баррикаде была пара наблюдателей. На самой стене еще человек тридцать. Вот и весь заслон. Они могли максимум передовой отряд из легкой пехоты задержать. Увидев единожды штурмовиков Доминации в действии, я не оставлял в себе сомнений по поводу обороноспособности этой стены. Нулевая. Минут десять потребуется, чтобы до нее добежать. И еще пара, чтобы забраться. Может быть, еще одна-две, чтобы добить защитников, если те попробуют убежать. В ином случае сопротивления они не окажут.