Текст книги "Античный Чароплёт. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Nimaniel

сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 51 страниц)

Глава 40

Вспоминая встречу взглядов на стене, я никак не мог отделаться от мысли, что там стояла Ливратмали. Хотя это и была не она. Даже ничтожная вероятность перерождения в этом мире её души не работала: Ливратмали все еще вполне себе жива на Земле. И никак здесь быть не может. Но что-то неуловимо общее во внешности, в отзвуках ауры – это было.

Тревога завершилась, так и не принеся второй волны штурмующих. Мощь, стоявшая на стороне защитников, была просто ошеломительна для атакующей стороны… Сторон. Кларна завершила расстановку следящих чар за полчаса. Уже к вечеру мы вместе со всеми четырьмя Старейшинами Второй Крепости собрались в импровизированном штабном домике, где девушка выводила изображения с разных участков стены, могла показывать нам увеличение тех или иных зон, сканировать звуки и даже по тепловой карте плюс-минус точно рисовать перемещения живой массы противника на расстоянии нескольких километров от стен укреплений.

– К ним прибывают новые силы. И быстро, – она водила пальчиком вдоль иллюзии.

– Это отряды из Долины. Вы как раз вовремя прибыли. Завтра бы они уже пошли на полноценный приступ, если бы вы не испугали их. Теперь они вынуждены задержаться…

– Враг не будет задерживаться! – Старейшина Жальян, с которым мы познакомились накануне, резко рубанул ребром ладони воздух. Он вообще был экспрессивной персоной… – Вы все сделали глупость, продемонстрировав силу. Нужно было подпустить их к стенам, отразить первую волну, втянуть в бой, а уже затем наносить ошеломительные потери! Тогда бы вы выиграли больше времени на их логистике! А сейчас что? Они переработают планы, потом снова пойдут приступом. И подтянут больше сил! Кровью будут поливать каждую меру земли, каждый пройденный локоть! Но ждать они не станут! Они же не идиоты! Раул, о чем ты думал?!

– О том, что у меня нет резервов! – резко выдохнул мужчина. – Любой приступ, любая схватка, любые потери – даже десять к одному моему ученику – это слабость, которая очень быстро выльется в прорыв. А ни один прорыв мы тут не удержим!

– Почему? – молчавший до того Ортинум явно о чем-то тяжело думал.

– Потому что, – в разговор вступил куда более рассудительный Мерал, – у нас нет солдат. Практически нет.

– Стены же кто-то защищает? Я видела большое количество людей, разве нет? – Кларна не поняла ответа. А вот я начал догадываться.

– Нет, – Раул устало прикрыл глаза. – Я служил в армии Доминации. Вернулся под сень Владыки Мертала только шесть лет назад. И имею военный опыт, – так вот почему именно он командует обороной?.. – В Доминации разделяют понятия солдата, воина и ополченеца – это нетождественные определения. Воины в основном сражаются на стороне Союза Полисов, своих бойцов Доминация относит к классу солдат, а неподготовленные вооруженные силы называет ополченцами. Это немного непривычные для уха, но устоявшиеся понятия в целом. Так вот, солдаты с точки зрения военной теории Доминации Железного Лотоса – это подготовленные и обученные бойцы, способные действовать системно в качестве членов более крупного воинского формирования – соединения. Воины – подготовленные опытные бойцы с высоким боевым духом и значительным уровнем владения оружием, навыками ведения боя. В основном это профессиональные наемники и усиленные солдаты Союза Полисов из их знати и её свиты, когда их растят с детства, накачивают нахххадскими настойками и жестко тренируют. Дисциплина обычно хромает, но патрицианские всадники все еще являются самой грозной силой на поле боя в условиях открытого пространства. Я сталкивался с ними на просторах ливаранских пустошех. Дисциплина, подготовленные офицеры и стрелковое оружие Доминации или даже пороховые пушки недостаточно эффективны для сражений с монстрами под два с лишним метра, покрытыми с ног до головы прекрасной сталью и машущими своими кувалдами, мечами или алебардами. Когда они врываются в строй, остаются только кровь и куски тел. Сражаться с ними получается только с помощью залпов ядер, шрапнели и плотных копейных построений в пять-семь рядов. Да и то – только лоб в лоб. Ну и огнеметы, куда без них. Наконец, к ополчению относят вооруженную силу без существенного обучения, боевого опыта, стандартизированного вооружения. Союз использует в основном воинов и ополчение. И регулярно несет огромные потери, но прекрасно их восполняет. Доминация полагается на профессиональную армию и солдат. Ополчение собирается только в случае обороны городов. Для этого все взрослые мужчины дважды в год проходят учебные сборы по пять дней, а юноши обязаны владеть копьем и щитом на минимальном уровне.

– И к чему это все? – Кларна не понимала.

– К тому, что у нас тут именно ополчение. Ученики, адепты и слуги, которые не умеют сражаться нормально. Зарезать свинью в сарае каждый из них в состоянии. Глотку человеку перерезать – тоже могут. А вот противостоять обученной машине смерти или плотному построению, работающему под грамотным управлением – нет. На стенах равно распределены двенадцать отрядов по двадцать человек – каждым управляет офицер, прошедший службу в войсках Доминации или походивший наемником в Союзе. В отряды я собрал наиболее подготовленных людей с хорошим вооружением. Они должны встречать штурмующих первыми. Есть резервная когорта – тридцать шесть опытных бойцов, послуживших наемниками. Их я буду использовать для контрудара по первому появившемуся прорыву. Все остальные люди на стенах – это ученики, адепты и слуги с различным вооружением, уровнем подготовки и с не самым высоким боевым духом. Все они вооружены как застрельщики и стрелки, имеют защитное снаряжение, какое нашли, оружие ближнего боя. И все они будут помогать отразить любой прорыв на стены. Но я уверен, словно сам Мертал отправил мне откровение, что если профессиональные бойцы не справятся с прорывом, то остальные либо побегут, когда их начнут массово резать, либо просто не устоят. Штурмовые группы Доминации состоят из рук – пятерок бойцов в тяжелом снаряжении. Они врываются на стены, сейчас еще перед тем кидают гранаты. Отмороженные на всю голову. Доминация обкатывает новую тактику последние три года – делает шрапнельный залп по верху стен, когда атакующие начинаю взбираться по лестницам. Кого-то из своих обычно накрывает, часть лестниц ломается, но главное – освободить пространство для штурмовиков. Когда штурмовая группа врывается на стену, она пытается оттеснить защитников как можно дальше от лестницы. Доспехи тяжелые, практически без уязвимостей. Они могут даже прыгать вперед и падать вместе с защитниками. Колют короткими металлическими пиками. Задача одна – дать за спиной накопиться хоть какому-то числу нормально вооруженных союзников. Дальше Доминация создает пехотный строй со щитами и укороченными пиками. И начинает продавливать защитников. Нет ни единого шанса, что наши силы выдержат такое давление. Поэтому шанс у нас один: не дать им закрепиться. Если штурм сил Союза отбить мы еще в состоянии, то полноценную атаку Доминации – нет. Но самое главное, мне неким заменять людей на стенах. Если бы мы отбили любой их штурм, командуй я крепостью Союза, то я бы просто сменил защитников, уплотнил бы, где надо, оборону, подвел бы резервы, отошел бы в критической ситуации внутрь укреплений и устроил бы местные арьергардные бои, благо, что нам есть, куда отступать. Но у нас просто некем заменять погибших и раненых. Для врагов нет разницы, выиграют ли они первым приступом или умоются кровью и отойдут. Потому что, даже меняя в каждом штурме десяток своих к одному нашему бойцу, через три-четыре дня они просто лишат нас людей для обмена.

Наступила тягостная тишина. Казавшееся мне недавно вполне терпимым положение защитников заиграло новыми красками. А ведь и вправду – в той толпе все были вооружены и разодеты разномастно. Да, доспех какой-никакой был у всех, примитивные стальные прутья опять же, повязанные вдоль конечностей – самая простая защита из всех возможных, тоже мелькала, набитые плотным войлоком стеганки… Но если все эти люди не обладают боевым опытом и навыками действий в качестве боевых групп, то они не отличаются ничем от хорошо вооруженного ополчения Шумера. А те, в отличие от профессиональных солдат и стражников, во время той же волны с куклусами умудрялись проигрывать схватки с двукратным собственным численным превосходством. И даже трехкратным. Это при том, что куклусов не назовешь особо умными и хитрыми противниками. Хотя ладно, я придираюсь к людям. Когда я был на той войне подмастерьем, то едва ли куклусы мне казались слабыми или примитивными. Но все же мне кажется вполне очевидным результат столкновения толпы крестьян и вчетверо меньшего отряда профессиональных солдат. Просто сейчас крестьяне на стене. Условные “крестьяне”, конечно.

Так или иначе, а положение грустное. Откровенно говоря, я бы тут… Гм…

– Может, начать перекапывать ущелье за нами и вывести туда профессиональные отряды и мелкие пушки? – все недоуменно посмотрели на меня. – Что? Все равно нас тут рано или поздно прорвут. Профессиональных бойцов мы лишимся. Полноценных арьергардных боев не устроим – бегущих со стен ополченцев опытные солдаты будут резать, словно скот. Ну так и зачем все это? Максимальную эффективность ополчение может показать именно на стенах в качестве застрельщиков и толпы в выгодном положении. Плюс мы – маги. У вас в Ковенанте ведь есть и боевые колдуны, если я правильно помню. Они тоже могут какие-то заклинания применять… Один-два дня, пока не размочалят стену артиллерией, мы точно продержимся. Первую волну штурма будет отбивать Ортинум. Дальше на атакующих будет литься плотный поток стрел, дротиков, камней. Плюс – выстрелы тяжелых орудий и заклинания. Если где-то будет локальный прорыв, я постараюсь его ликвидировать. И резервную когорту оставим. К моменту, когда мы лишимся стены и основной массы защитников, противнику придется вести тяжелый бой в узком ущелье против подготовленных солдат с легкими орудиями и магической поддержкой. Если будут подкатывать свою артиллерию, то мы просто отступим дальше – на следующее укрепление. А оборонять предыдущее оставим ополченцев, которые сохранятся после падения основной Крепости.

Глаза Кларны округлились. Ну да, я предложил фактически использовать всех неподготовленных людей до последнего в качестве мяса. Скорее всего, после такой вот компании не выжил бы вообще никто. И даже профессионалы переживут её практически с нулевым шансом. Зато с точки выигрыша времени это было наиболее оптимально. С учетом наличия меня для боев на стенах и Ортинума в качестве массовой ударной силы, Доминация и Союз могли бы рассчитывать на гарантированное взятие стен только после частичного разрушения их артиллерией. Большого выигрыша в этих условиях профессионалы не давали, зато в узком ущелье и во встречных боях во внутреннем дворе крепости они были стократ полезнее неподготовленной толпы.

– Это… Интересный вариант. Я его обдумаю, – Раул кивнул чему-то своему. Жальян посмотрел на меня с прищуром. С уважением, да, но еще – как один опасный хищник смотрит на другого. Теплотой и любовью к ближнему там и не пахло. Я же просто пожал плечами. Мы в этом мире, чтобы помочь освободиться местному архидемону. Тут уж не до сантиментов. И нет никакой разницы, умрут ли его последователи на стенах или в своих постелях от старости.

– Ты не сможешь быть везде и всюду, когда начнется штурм, – Ортинум нахмурился, повернув голову ко мне. Для всех остальных это выглядело как опасение о переоценке мной своих силы. Для меня же – прямой приказ. Я смог бы. Но командир буквально сказал мне “не быть везде и всюду”. Не телепортироваться то есть. И двойников не использовать.

– Разумеется, – я кивнул головой. – Но я смог бы летать с надвратной башни к самым тяжелым участкам. Это не хуже профессиональных отрядов солдат.

– Полет требует много сил.

– Не на сотню метров, – я пожал плечами. Такие расстояния я вполне осиливал и когда был учеником в бегах.

– Хорошо, – командир, задумавшись, кивнул.

– Я еще не согласился с этим планом. Я тут командую.

– Мы и не утвердили его, Старейшина Раул, – Ортинум пожал плечами. – Последнее слово за вами.

Ночью же в свете сиреневых магических искр, подвешенных колдунами в воздухе, закипела работа. Со стен демонтировали легкие орудия, спускали некоторые на веревках, перед стеной разбирали деревянные постройки, копали ров. За ним примерно в сотне метров еще один, за которым насыпали земляной вал. Глубина была небольшая – около двух метров. Ширина второго примерно такая же, первого – на метр больше. Но эти укрепления, обороняемые профессионалами, должны были дать завтра или послезавтра, а может, если очень повезет, и через несколько дней, время и возможность спастись бегущим ополченцам. Я в это время либо тревожно спал, либо дежурил – мы взяли дежурства по-очереди, чтобы всегда оставался кто-то, способный разбудить остальных.

– Это Лира. Вы не представлены, – Старейшина Жальян подвел ко мне ту самую женщину. На миг перед глазами вновь мелькнули воспоминания о Ливратмали. Обучение контролю потоков жизненной силы через внутренние токи маны, мои сложности и неуспехи, связанные с этим, очередные косые взгляды за “бездарность”, вечера, проведенные в компании внучки Гальди, когда мы болтали об учебе, жизни и прочем. Вероятно, в то время я нашел в ней способ удовлетворения потребности в общении. Никогда не считал, что так уж нуждаюсь в социуме, но тем не менее…

– Тиглат, – коротко представился я. Женщина кивнула.

– Оставлю вас, – Жальян посчитал свой долг выполненным.

– Приставили присматривать за мной? – я тонко усмехнулся, поворачиваясь в сторону лагеря Доминации. Огненный Дождь уже подошел к концу. Кое-где еще были видны огненные искорки, падающие с неба, но в целом все уже закончилось. На стене со стороны Ковенанта были дежурные, патрульные… Порядка четырехсот человек постоянно находились здесь, но держать всех бойцов на стенах попросту глупо. Даже если им таскать горячую еду прямо сюда, то они быстро измотаются. Но то – обычные люди и основная масса войск. Мы же втроем все время находились тут днем. Ортинум сейчас стоял на левой выносной галерее вместе с Кларной. Я же сидел на краю стены, свесив ноги с возвышения надвратной башни. Классические каменные зубья были довольно толстыми – в три кирпича. Так что я спокойно расселся между ними, наблюдая за будущим полем боя.

– И это тоже. Но я тут, чтобы в нужный момент оказаться там, – она кивнула вперед.

– И зачем? – я с интересом посмотрел на нее. Аура… Что-то вроде шумерского подмастерья. Ничего выдающегося.

– Я Первая Фурия. Я выберу момент и поведу других фурий за собой. Когда наши косы запылают, развалится любой штурм. Во имя Владыки.

– Удачи вам, – я пожал плечами.

– Почему ты ни разу не воздал хвалу Мерталу?

– Что? – вопрос застал меня врасплох.

– Почему ты ни разу не воздал хвалу Черному Императору? Я слышала, как вы говорите. Никто из вас троих в разговорах не упоминал ни его имен, ни титулов. Словно вы не из нашего круга.

– Так мы и не из вашего круга, – я пожал плечами. – Я не имею отношения к Ковенанту. Мы здесь, чтобы сдержать войска Доминации и Союза столько, сколько сможем. И чтобы помочь Мерталу освободиться. Ничего больше. Мне не привычны ни ваш язык, ни ваш способ общения, ни даже ваша одежда. Странно с твоей стороны рассчитывать, что мы будем на вас похожи.

– Откуда вы?

– Издалека.

– Ясно, – она поджала губы. Но лезть с вопросами дальше не смела. Я молча смотрел вперед. Внезапно мое внимание привлекло кое-что. Я громко хлопнул в ладоши, породив небольшую вспышку и резкий громкий звук, привлекая к себе внимание. Замахал руками Кларне и Ортинуму. Те, постояв секунду, поспешили ко мне.

– Что такое? – командир явно не особо был рад моим средствам коммуникации.

– Там, – я кивнул вперед. – Видите позицию артиллерии? – Кларна только-только хотела сказать, что не видит – у нее на лице было написано – но та самая пушка, про которую я говорил, громыхнула прямо в этот момент. Звук выстрела, впрочем, докатился до меня позже, чем звук врезавшегося в середину стены мощного снаряда, разнесшего как минимум на три кирпича в глубину кладку и обнажившего сиреневые кристаллические пульсирующие жилы, которые, словно поврежденные артерии, стали растекаться фиолетовой светящейся массой, заполняя незримую форму, которой стена должна была соответствовать. Словно бы выбитые кирпичи стали резервуаром, в который медленно изливался фиолетовый раствор. Свесившись вперед и присмотревшись, я заметил огромное количество мелких и не очень вкраплений в кладке, где явно было что-то вроде застывшего известняка или цемента, но уж никак не нормальная кладка стен. – Впечатляет…

– Шедевр колдунов Ковенанта, созданный за последние десять лет. Я лично участвовал, – произнес поднявшийся обратно Жальян. – Я хочу знать, что тут происходит.

– Там, – я вновь указал рукой. – Кларна, дай приближение позиции той пушки, – девушка пожала плечами и создала магический экран. Круглое изображение повисло в воздухе, постепенно приближая нужный нам сектор и постоянно корректируясь по мере изменения изображения.

– И что мы должны были увидеть? – Жальян покачал головой, когда девушка смогла настроиться на позицию достаточно точно, показывая нам артиллерийский расчет, подготовленные снаряды, пороховые мешки и спокойно работающих людей. Они смачивали ствол орудия водой вперемешку с уксусом, банили его внутри, перешучивались и готовили новый заряд.

– Видимо, Доминация приказала вести расчетам рассеянный огонь. Орудия делают залп по очереди примерно раз в минуту. По нам бьют тридцать пушек. Итого один выстрел на орудие за полчаса. Щадящий режим для стволов. Минимальный износ, – Жальян, видимо, тоже был не особо чужд местной военной науке. Судя по всему, в Крепости находились только старейшины, которые что-то понимали в управлении войсками. Разумно со стороны колдунов. – Так что мы должны увидеть?

– Вот это, – Ортинум нахмурился, а потом провел пальцами по едва видимой пограничной кромке искажения воздуха около позиции орудия. – Я прав?

– Да, – я кивнул головой. – Случайно заметил, что одна из последних капель Огненного Дождя падала прямо на позицию расчета. Но взрыва не произошло. Это показалось мне очень странным.

– У них там магический экран. И ночью взрывов со стороны лагеря Доминации почти не было, – мужчина нахмурился. – Жальян, на стороне ваших врагов тоже есть маги. Не знаю, насколько они сильны, но это стоит учитывать.

– Магия идет от Мертала… Или от Има, – мужчина нахмурился. – Скорее всего, это один из орденов Инквизитория. Белые Каратели, Светлые Отцы, Сияющие Стражи… Но в Доминации их деятельность строго ограничена. Они распространены на континенте Лартакия. И я не слышал о способностях ставить защитные экраны.

– Я смогу их разрушить, – не знаю зачем, но я щелкнул пару раз пальцами. – Только вот приказ Раула теперь точно является ошибкой. Они знают о нашей возможности нанести мощный магический удар. Уверен, что штурмовые колонны прикроют маги так же, как прикрыли пушки. Скорее всего, потерь в артиллерии они не понесли практически никаких от моего заклинания.

– Ты сказал, что разрушишь их щиты? – Ортинум повернул голову ко мне. Ему особо и не требовалось никогда этого делать, но поворотами головы командир обычно выражал направление своего внимания к конкретному собеседнику.

– Создам мощное Облако Отчаяния, когда они будут подходить. А дальше ты ударишь объемным пламенем. К энтропии своих щитов они точно не готовы.

– Я слышал последнюю часть разговора, – из внутреннего хода поднимался Раул. – Ударь в гонг дважды, – кивнул он какому-то ученику, стоящему около означенного устройства оповещения. Я предусмотрительно заткнул уши – звук был не из приятных.

Два раскатистых удара прокатились над стенами.

– Что это означает? – Кларна с интересом смотрел на сигнальщика. Раул открыл рот, но в этот момент в стену влетело очередное ядро, вызвав кратковременный грохот.

– Это означает повышенную готовность. Следующий удар призовет всех на стены. Я ожидаю мощный штурм. Если все так, как вы говорите, то командующий армии Доминации водит нас за нос. Он готовится пройти через обстрел чарами и вашу огненную поддержку, – кивок в сторону Ортинума, – а вчерашняя разведка боем дала ему достаточно сведений. Наше главное оружие оказалось неожиданным, но несущественным. Они совершат еще один налет, а под вечер пойдут на штурм. Скорее всего, днем нас будут беспокоить только зверушки Союза. Перед полной темнотой нас попытаются уже полностью вытеснить со стен силы Доминации, а дальше легкая пехота Союза будет вести бои всю ночь во дворе крепости. Им плевать, сколько людей они положат. Если утром стена будет взята, то это не проблема. Выражаю вам, Тиглат, благодарность. Я даже не предполагал, что у врага есть колдовская поддержка. Они не пользовались ей при боях за Долину.

Импровизированное совещание на стене заняло достаточно времени, но вскоре Кларна и Ортинум удалились вместе со Старейшинами в штабной домик, а я вновь остался на стене с Лирой.

– Ты жрица?

– Да, я провожаю души в последний путь в обитель господина. Они служат ему по сто лет, а затем спят под его опекой и учатся его мудрости.

Мне было интересно узнать логику этой женщины. У колдунов она часто извращенная донельзя. В Шумере не особо много знали о демонах как это ни странно. Известно максимум, что им нужны души смертных, что они могут выполнять множество работ, что с ними можно бороться с помощью определенных методов. Но это все. Ничего более. Некоторые могущественные демонологи знают больше, конечно. Особенно про демонические миры. В частности, только я во всем Шумере, полагаю, сейчас вообще понимаю, как они используют души и зачем эта незримая субстанция демонам вообще нужна. Может быть, еще Креол… Не уверен. Старое поколение сильных демонологов так-то уже ушло: Алкеалол пропал во время войны с куклусами, Йена я прикончил лично, Гази не был могущественным демонологом, но тоже помер от моей руки. Учитель Халай покинул мир живых, а Орраш Белая Цепь умер после войны с куклусами, призвав дьяволицу Лэнга. Умер дрянной смертью. А забравшую еще и практически всю соседнюю деревню крестьян тварь прикончил лично тогда еще живой Шурруках.

Из нового поколения сильных демонологов реально есть я, есть Креол Урский. Может быть, еще кто-то из учеников старика Халая. Не особо густо, к сожалению. Знания же, которые, быть может, и были доступны старикам, нам перешли далеко не полностью. Личное обучение, записи в архиве Гильдии – да и все. Остальное уже сами добываем.

– …Как это зачем?.. Я дарю душам покой. Я отправляю их в обитель господина!

– А как же те, кто служат Иму?

– Если они желают сгореть в его свете – пусть будет так. Но даже это лучше, чем раствориться в бездне ничего. Ты разве не чувствуешь её? Все время…

– Мне интересно, как её ощущаешь ты.

– Как бездну. Как голодное ничто, которое готово пожать каждого, растворить в небытии, развоплотить, разодрать на тончайшие нити, из которых мы состоим, дабы они истаяли, лишились смысла, перестали быть. Этот ужас всегда на грани, я всегда его ощущаю. И только к Владыке Мерталу умею проложить для мертвых сквозь него тропу. Ты же… Слишком силен. Тебя явно уже не пугает эта сила так сильно, как когда-то, правда? Патриарх такой же. Он не боится. Может быть, кто-то вроде вас даже может в ней выжить какое-то время, может в ней быть…

Лира рассказывала интересно. Я лишь качал головой. Это что же местный архидемон внушает своим последователям? Кстати, лучше бы нам продержаться подольше, а потом уйти побыстрее. Что-то мне в голову начали закрадываться разные мысли… Абстрактное освобождение архидемона стало казаться не таким уж и абстрактным, а в голову нарочито полезли воспоминания об освобождении Эмуши, призыве Пазузу и могущественных тварях на празднике в Лэнге. Встречаться с очередным существом высшего порядка мне как-то не хочется.

Вторая разведка боем началась неожиданно, но вполне предсказуемо для тех, кто уже видел ход мысли командующего Доминации. Внезапно, словно по сигналу, все пушки замолчали, а от лагеря отделились несколько небольших отрядов – не легионеры, а скорее, легкая пехота. Они шли не строем, но рассыпной цепью, используя каждую складку местности для прикрытия. Это не были солдаты Доминации – не то вооружение и снаряжение. Это была, судя по всему, легкая пехота Союза. И шла она, на самом деле, крайне эффективным образом: плотность построения была в лучшем случае один человек на семь-восемь квадратных метров. И вооружение… Арбалеты, судя по всему. Я не так хорошо разбираюсь в чарах наблюдения, но что-то рассмотреть все же могу.

– Они хотят проверить, где мы слабее, найти уязвимости, – пробормотала Лира, склонившись над вырезом в гребне стены.

– Они хотят их создать, – поморщился я от удара гонга. – Мы можем каким-то образом отменить тревогу? – внезапно повернулся я к сигнальщику.

– Зачем? – обернувшись, я увидел, как Лира зажала в руке косу. Она собирается её зажечь? Зачем?.. Думает, что я предатель?..

– Потому что мы можем лишь выбивать отдельных стрелков, а они, если все войска соберутся на стенах, смогут бить из пушек, – я пожал плечами. – Даже если Ортинум снова воспламенит это поле, вряд ли потери будут равноценны.

– Это… – она неуверенно замерла.

– Это логика.

– Я должна была быть бдительна. Это верность. Это вера.

– Это несовершенная ошибка, – пожал я плечами. Лира отвернулась, поджав губы.

На позициях защитников тоже зашевелились. Ополченцы заняли места за зубцами, лучники и арбалетчики заряжали оружие, а опытные офицеры следили за приближением врага. Кларна развернула магический экран, чтобы следить за передвижениями противника в реальном времени. Ортинум стоял чуть поодаль, готовый в любой момент поддержать огнем, если потребуется.

Для уменьшения потерь со стороны лагерей противников к стене в свое время были прорыты траншеи. Достаточно глубокие тоннели – под три метра. Все изгибались, имели дополнительные ходы. Со стен крепости время от времени пытались по ним бить, чтобы обрушить стенки, но получалось слабо. Во время вчерашнего штурма именно по этим траншеям подносили лестницы. Конец тоннелей был буквально в двухстах метрах перед стенами. Но легкая пехота шла не только по ним, но и по полю. Начались перестрелки. Защитники били из легкий натяжных орудий вроде скорпионов, стреляли из луков и арбалетов, у легких сил союзников были на вооружении своеобразные многозарядные арбалеты, которые позволяли перезаряжаться буквально одним нажатием рычага и бить примерно десятком снарядов за полминуты. Разведчики, добегая до ближайшей зоны стены, начинали активно перемещаться, залегать, маневрировать. Но пользы было немного. То один, то другой падал. Со стен начали летать фиолетовые и зеленоватые лучи, искры. В основном они либо разлетались жгучими облачками, либо поражали одиночные цели – колдуны не зря ели свой хлеб. Только пользы от этого вялого противостояния…

Я видел, что основные ударные силы Доминации даже не готовятся к штурму. Это буквально было изматывающее сражение, которое предполагало боевую готовность защитников. И размен четверо-семеро к одному атакующих вполне себе устраивал. Где-то левее на выносной галерее я заметил Раула. Тот отправлял гонцов в разные стороны, отдавая приказы и распоряжения. Кажется, мы с ним пришли к одинаковым выводам – там, куда добежали посланники, начали выделяться отдельные группы по несколько десятков человек, которые начали движение в сторону спусков. Образовывались толкучки, когда шедшие на стену отряды сталкивались с уходящими…

Именно в этот момент ударили пушки Доминации. Разом. По верхнему гребню стены.

Где-то вспыхивали перегруженные вяленькие защитные экраны. Где-то они даже выдерживали попадание, но один-единственный залп, пришедшийся на верхнюю треть высоты укреплений, осыпал осколками камня, сбил с ног, а где-то и крайне неудачно для нас проделал кровавые просеки в плотной толпе солдат на стене. Кажется, примерно треть пушек была заряжена картечью. Во всяком случае, мелкое крошево во многих местах и попросту выкошенные, словно огромным кровавым серпом, участки построений защитников говорили именно об этом. Не знаю, сколько мы потеряли. Навскидку – до сотни человек точно. И это только убитые. Одним залпом Доминация практически сравняла “счет” с потерями разведчиков под стенами.

На мне самом дважды моргнул Мерцательные Доспех. Умирать за иномирного демона желания не было, так что я заранее продумал защитные чары против местного оружия. Волновали меня в первую очередь местные картечь и пушечные ядра. Спасти одномоментно могла бы Личная Защита, но это “разовая акция”. Проблема в том, что ничего сравнимого по мощности на вооружении воинов моего родного мира не стояло. Так что ответ для решения поставленной этим миром передо мной задачи приходилось искать в области только лишь специализированных щитов и защитных чар боевой магии. Поразмыслив, я принял для себя комбинацию из трех слоев защитных чар, которые теоретически должны были максимально “дешево” по мане меня защитить. Самым первым накладывался Каменный Доспех – лучшие защитные чары Шумера против физических атак. Делали тело по прочности подобным самому твердому граниту, который, очевидно, был куда как более устойчивым к повреждениям от картечи или пушечных ядер. Вторым слоем шел Доспех Духа. Это чары, эффективные против мелких, быстро летящих предметов. До определенного уровня кинетической энергии он мог отразить почти все, независимо от скорости снаряда. Стрелы и даже иногда дротики он отражал очень успешно. Но против сравнительно тяжелых ядер и крупных дробинок – уже нет. Наконец, последний слой. Он должен был отвечать за экономию маны. Мерцательный Щит.

В основном шумерские защитные чары делались в двух модификациях – Доспех и Щит. Многосторонние ближние и односторонние удаленные. Проще говоря, Доспехи обычно плотно прилегали к телу, отражали угрозу со всех сторон. Щиты были на небольшом расстоянии от тела, отражали угрозу только с одой стороны. Обычно работали как защитные экраны или полусферы. Был еще третий, самый затратный и наименее популярный вариант. Накидка. Многосторонняя удаленная защита. Проще говоря, работает как доспех, но образует вокруг тела что-то типа защитной сферы. Хотя в целом, при должном уровне мастерства, ничто не мешает создать Доспех, слегка удаленный от кожи.

Мерцательный Доспех был своеобразным шедевром магической мысли: он проявлялся только в момент отражения атаки, практически не тратя ману в пассивном состоянии. По сравнению с остальным спектром защитных заклинаний. Другие типы чар, конечно, тоже выжирали магическую энергию больше именно в момент отражения атаки, но даже в пассивном режиме являлись делом довольно затратным. Основная моя идея была в том, чтобы главную нагрузку от мелких угроз и прочей дряни принимал на себя Мерцательный Щит – наиболее экономичное заклинание за счет односторонней защиты и сниженных затрат в пассивном режиме. Все, что пробьет Мерцательный Щит, должен был принять на себя Доспех Духа. Простой, не особо затратный. И в целом способный выдержать явно потерявшую кинетическую энергию после первого щита всякую смертоносную дрянь. Идея была в том, что эти два заклинания не особо затратно в случае чего восстанавливать. Ну а если слетят они оба, то я должен буду принять уже явно опасный удар вроде полноценного крупнокалиберного снаряда на Каменный Доспех, который хоть и затратен, но сейчас являлся единственным заклинанием, которое “ело” достаточно приличное количество маны просто на свое поддержание. Наконец, на случай неожиданности на мне висели две Личные Защиты и накидка ЭКЧ, которая сама по себе была неплохим защитным артефактом.