Текст книги "Заблуждение сердца (СИ)"

Автор книги: Natallisha

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

–Тогда тебе следовало бы учесть, – Рома склонился к ней, крепко обняв за талию, – я предпочитаю раздевать, а не одевать.

–Ведите себя прилично, господин Рябинин, – деланно сурово проговорила девушка, поворачиваясь в кольце его рук, – я, между прочим, задала очень серьезный вопрос на счет Феликса?

–Феликс получил свой янтарь, не вижу причины, по которой он может жаждать моей смерти, – отозвался Роман.

Эти слова, произнесенные равнодушно будничным тоном, заставили Полину вновь испытать острое чувство страха, и она не сумела сдержать дрожь, волной прокатившую по телу.

–Я боюсь, – подавленно прошептала молодая женщина, отвечая на объятье мужа, – боюсь этого человека, кем бы он ни был, он ненавидит тебя, это же очевидно.

–Полина, послушай меня, – Роман взял ее лицо в свои руки, – я сделаю так, как обещал тебе, ради нас сделаю. Никогда не пошел бы на это раньше, но теперь жизнь  имеет для меня слишком большую цену. Я поговорю об этой проблеме с Паладином, уверен, он решит вопрос, это его прямая задача.

–Твоя жизнь – это жизнь нашей семьи, моя и Никиткина, помни об этом всегда, прошу тебя.

Полина нашла его губы, стараясь растворить свой страх в поцелуе.

-Проклятье, Сергей, – яростно выплевывая слова, неистовствовал мужчина лет пятидесяти, не переставая ходить из угла в угол по комнате, – тебе пора сменить оперативный псевдоним, какой из тебя, к лешему, защитник! Ты совсем потерял разум из-за бабы!

–Вы не имели никакого права – вмешиваться в мою личную жизнь, – возразил собеседник, тоном от которого у менее искушенного человека зашевелились бы волосы на голове, однако на его оппонента сие не произвело ни малейшего впечатления.

–Согласен, не имел, но на тот момент я сделал то, что считал целесообразным.

Серж поморщился, ощутив оскомину от избитых фраз, которые и сам столько раз произносил по поводу и без.

–Ладно, оставим эту тему, это не имеет отношения к делу и касается исключительно тебя одного. Но ты обязан был поднять трубку, чтобы услышать вовремя то, что я собирался тебе сообщить, – несколько успокоившись, продолжил мужчина.

–Олег Валерьевич, – напряженно начал Савицкий, – могу я просить вас: не снимать меня с дела, я сумею обеспечить безопасность Консула, вы же знаете.

–Пока я знаю только одно: вы совершенно утратили контроль над ситуацией, майор, и я больше не могу на вас полагаться, – отрывисто бросил Ермаков.

Серж, закусив губу, промолчал, не пытаясь искать себе оправданий в бесполезных ныне словах.

–Вы меня поняли, Савицкий? – буравя его пристальным взглядом, поинтересовался Олег Валерьевич.

–Я все понял, – ровным ничего не выражающим голосом отозвался Сергей и, развернувшись, двинулся к дверям.

–Я высказал вам свое мнение, майор, – как ни в чем не бывало продолжил Ермаков, – но, к сожалению, у Консула иная точка зрения. Он ясно дал это понять, и идти против желания посредника мы в данном случае не имеем права, риск слишком велик.

Молодой человек на мгновение замер у двери, но при этом не обернулся, ничем не выказывая огромного облегчения, охватившего его при этих словах, облегчения, смешанного с таким же искренним удивлением.

–До связи, Паладин, время выхода на связь – тоже, начинаем с момента остановки, – усмехнувшись краешком губ, добавил Олег.

Едва уловимо кивнув, Савицкий молча покинул кабинет.

 » Глава 5

                                                                                         коллаж от автора

Надежда Аркадьевна только что показалась на пороге кухни, как сразу же сделала маленький шаг назад,  заслышав доносящиеся с лестницы смех и голоса. Спустя пару секунд в поле ее зрения появился зять, по привычке спускавшийся чуть впереди Поли.

-Мама расстроится если мы снова пропустим завтрак, – виноватые нотки в голосе дочери смешивались с иными, наполненными радостью и любовью.

-Реабилитируемся  за ужином, – остановившись на последней ступеньке, Рябинин обернулся и притянул жену к себе,  горячие ладони обняли хрупкую талию, – ты позвонила Маше?

-Нет, я свяжусь с ней из машины, – руки Полины мгновенно отозвались на желанную ласку, – мы больше не можем заставлять Диму ждать.

-Ты помнишь: о чем мы договорились, любимая? – в янтарных глазах мелькнули тревожные огоньки.

-Я помню, родной, – мягко отозвалась девушка, – и выполню свое обещание.

Она несмело обняла мужа за шею,  отыскивая желанные губы  и растворяя его тревогу в солнечных искрах.

Надежда задумчиво качнула головой и, улыбнувшись как можно непринужденнее, все же вышла в гостиную.

-Доброе утро, мои дорогие, – по обыкновению весьма сдержанный голос сегодня звучал с отчетливой теплотой.

-Доброе утро, – вторя друг другу, отозвались молодые люди, и не подумав разомкнуть недавних объятий.

-Вы решили совсем отказаться от еды? – шутливо нахмурив бровь, Надежда взглянула на детей с напускной строгостью.

-Мамочка, не волнуйся, пожалуйста, нам необходимо быть в офисе как можно скорее, но к ужину мы постараемся не опоздать, – смущенно потупилась Полина.

-Перекусите чем-нибудь днем, – сдаваясь, напутствовала Надежда, – совершенно недопустимо так относиться к своему здоровью.

-Никитка уже проснулся? – стараясь сменить щекотливую тему, вдруг спросила Полина.

-И даже успел позавтракать, в отличие от своих мамы с папой, – и не подумала отступиться родительница.

Впрочем она успела заметить некое беспокойство дочери и тут же примирительно улыбнулась:

-Только подождите одну минутку, я кое-что принесу.

На мгновение скрывшись в дверях  кухни, Надежда вернулась с флаконом таблеток в руках.

-Рома, я вчера обнаружила их в гостиной, держи, а то опять забудешь принять, – лекарство легло в протянутую ладонь  молодого человека.

-Спасибо, – несколько растерянно выговорил он, машинально отметив, чо судьба преподнесла ему очередной сюрприз.

Не успев сделаться любимым супругом, он получил еще один новый статус, вдруг оказавшись желанным зятем. И все же в глазах так похожих на Полины читалась явная настороженность.  Надежда не раз уговаривала девушку развестись и положить конец бесконечной череде расставаний и ссор. Огромным усилием воли Рябинин взял себя в руки, отгоняя тяжелые воспоминания и отвечая теще теплой улыбкой.

-Ждем вас к семи, к этому времени привезут заказ из «Причала» – на прощанье напомнила Надежда Аркадьевна.

Серж гнал свою дорогую игрушку, как изволил выразиться донельзя недовольный им босс, по мокрой утренней трассе, пытаясь стряхнуть с души осадок неприятного разговора. Увы, разогнать налетевшие тучи оказалось совсем не легко, а ведь раньше подобное никогда не представляло труда.

«Тебе пора сменить оперативный псевдоним, какой из тебя, к лешему, защитник!» – надсадный металлический голос звучал в ушах, и на этот раз возразить ему было абсолютно нечего. Он совершил столько промахов подряд, что настойчивое требование Консула – сохранить их альянс по меньшей мере удивляло. Особенно принимая во внимание тот факт, что поначалу они почти откровенно не ладили. Не удивительно, ведь вынужденный союзник воспринимал навязанное сотрудничество в качестве малоприятного шантажа.

Уговорами и посулами Паладин  день за днем добивался необходимого согласия. Савицкий  сжал  руль непослушными пальцами: «Чертов Феликс, как некстати ему восхотелось проложить свой янтарный коридор!».

Еще хуже обстояли дела с покушениями на жизнь посредника, попытки повторялись одна за другой, становясь все точнее и изощреннее. Весь его опыт и инстинкты кричали, что Борзов не имеет к ним отношения. Даже сейчас Сержа брала дрожь при воспоминании о недавних затяжных прыжках с Консулом. Лишь благодаря последнему он сам не отправился на тот свет, уже по настоящему, а не согласно придуманной легенде. Парашют не раскрылся вовремя, досадная оплошность инструктора или чей-то коварный умысел?

Скрип тормозов слился с шумом просыпающегося города, Серж откинулся на спинку сиденья, прислушиваясь к затихающему рокоту мотора своего порше. Он понял, понял совершенно четко: случайностью был его нераскрывшийся парашют, но все остальное  просто путаница. Он взял чужой ранец, ранец Консула. Вдоль спины пробежал предательский холодок, нужно думать, думать и как можно быстрее. Господи, только бы сейчас его в очередной раз не подвел природный талант, на который Сергей привык полагаться, как на самого надежного в мире партнера. В глубине души он признавал справедливой критику Ермакова. Дружба и любовь лишили его холодного трезвого профессионализма, но отказаться от человека, ставшего почти братом, и женщины, согревшей замерзшую до боли душу одним прикосновением, равнялось тому, что перестать дышать.

Пронзительный звонок телефона ворвался в унылую тишину салона сквозь гул дождя за окном и на дисплее высветилось: Маша.

-Слушаю, родная, – снимая мобильник с приборной панели, мягко проговорил Паладин.

Людмила смотрела в окно кабинета Луганского, сожалея, что находится сейчас не одна. Она видела то, что видела, и это сводило на нет  все ее возможности взять ситуацию под личный контроль, как еще сегодня утром приказал шеф.

Всего каких-нибудь несколько минут назад у нее оставалась надежда: договориться с новым юристом «Дара Солнца». Сейчас, наблюдая в высшей степени неожиданную картину, Одинцова поздравила себя с тем, что предупреждена. До боли вонзая ногти в ладони, она смотрела: как внизу на стоянке Роман распахнул для Полины дверцу своей шикарной машины, галантно протянув жене руку. И эта холодная неприступная крепость все же пала под натиском поистине рокового обаяния, ибо они устремились к парадным дверям, не размыкая сплетенных пальцев.

Мила невесело усмехнулась. В этой паре она безошибочно угадала то самое роковое совпадение, отчетливо проступающее даже в выбранном образе. Джинсы, кроссовки, кожаные пиджаки, безумие и хрупкое очарование молодости. Разбить теперь не получиться, с горечью осознала Одинцова. Впрочем любовь ранима, а абсолютного доверия между ними  быть точно не может. Значит придется действовать, отступив от первоначального плана.

Тем временем Полина с Романом вошли в элегантный вестибюль. Со стороны небольшого уютного кафетерия им помахала рукой миловидная брюнетка в легенсах и бежевой тунике. Рябинин автоматически поднял руку в ответном приветствии, слишком поздно сообразив, что нарушает этим привычным жестом свою конспирацию.

-Проклятье, это сложнее, чем я думал, – увлекая жену  к резным дверям лифта, пробормотал молодой человек.

-Не переживай, – успокоительно отозвалась Поля, потянувшись к кнопке нужного этажа, – есть вещи на уровне привычки, как например: чай с лимоном. Ты заказал его для меня совершенно спокойно, хоть в тот момент ничего не помнил.

Роман бросил на нее задумчивый взгляд и, пользуясь тем, что в кабине кроме них никого не было, придвинулся ближе, упершись руками в стенку с обеих сторон от ее головы.

-У нас есть множество воспоминаний, но обещаю: общие будут самыми лучшими, – прошептал он, едва касаясь зовущих губ.

-Могу пообещать тоже самое, – в голосе Полины прозвучала ответная обжигающая страсть.

Девушка сжала непослушными пальцами отворот его куртки и притянула мужа к себе, возвращая опьяняющий поцелуй. Сколько раз он боролся с этим всепоглощающим чувством, боясь раствориться в нем и исчезнуть. Но страх отступил, осталась только любовь. Полина одной магией отвечающих губ нанесла сокрушительный удар по его многолетней обороне. Ее атака достигла цели, показав: что значит жить без вечной ноющей боли в сердце.

Створки лифта медленно распахнулись, вынуждая молодых людей отступить друг от друга, выравнивая сбившееся дыхание. Шагая по мягкой ковровой дорожке, они готовились держать нелегкую оборону. Но по большому счету это уже не имело значения, на их стороне отныне находился самый верный союзник, их обретенная любовь.

-Юля, привет, – Роман быстро прошел к дверям кабинета Луганского, увлекая Полину за собой и не выпуская ее руки.

-Привет, Полина, Рома, подождите минуту, Дима просил передать, что ситуация серьезная, и нужно во что бы это не стало очистить последнюю комбинацию. Именно так он и сказал, – девушка выдохнула, – потому как Людмилу Игоревну интересует именно она.

Отвлекшись на Юлиану, Полина не сразу заметила, что муж, услышав последнюю фразу, отчетливо побледнел. Не впервые за последние дни Рябинин ощутил внезапное резкое головокружение. Оно привычно исчезло так же быстро, как началось, но оставило после себя туманность и досадную головную боль.

-Нам необходимо все согласовать и скоординировать свои действия, – поворачиваясь к Роману, начала было девушка, но тут же оборвала себя на полуслове, – что-то не так? Ты плохо себя чувствуешь? Ты принял утром таблетки?

-Конечно принял, не волнуйся, все в порядке, – не моргнув глазом, солгал молодой человек.

Разумеется, в суматохе вчерашних да и сегодняшних событий он напрочь забыл про эти триклятые пилюли.

-Заглянем в мой кабинет, – напряженно предложил муж, – я сделаю буквально один звонок, думаю: стоит обсудить создавшееся положение с нашим общим другом.

Сообразив, что речь шла о Паладине, Полина согласно кивнула и молча последовала за супругом. На ходу поприветствовав Анжелу, Рябинин привычным жестом распахнул дверь и, снимая пиджак, устремился к столу. Секретарша взволнованно двинулась следом:

-Ром, извини... Дима пару минут назад звонил, Мила устроила ему скандал.

-Я в курсе, Лика, – еще сильнее помрачнев, отозвался Роман, – ни с кем не соединяй и никого не впускай, нам понадобится от силы четверть часа.

-Позволь, я отправлюсь к ним прямо сейчас, – встревоженно предложила Поля, – мое появление должно ее успокоить. Не стоит испытывать терпение сотрудника налогового аудита.

-Нет, родная, я не хочу, чтобы вы беседовали один на один, – пожалуй, слишком быстро и нервно возразил супруг,– она обладает весьма уникальной способностью – растить из мухи слона. И не слишком сдержана в проявлении эмоций.

-Милый, я тоже не лишена подобного недостатка, – несколько удивленно взглянув на него, продолжила Полина,  – поверь, при необходимости я вполне сумею за себя постоять. Да и не только за себя.

Бросив отчаянный взгляд на закрывшуюся за  Ликой дверь, Роман приблизился к молодой женщине.

-Полина, я должен тебе кое о чем рассказать,– в родном тоне скользнула очевидная нерешительность.

-Что-то важное? По поводу сделки с «Янтарным»? – напрягшись, уточнила Поля.

-Нет, – ощутив очередной приступ дурноты, Рябинин отвернулся от жены, сделав несколько шагов к своему столу, – это совсем другое.

Он ненавидел это мерзкое чувство, ненавидел и боялся его: ощущение загнанности и безысходности. Наивный идиот, как он мог надеяться, что прошлое не настигнет их, не спросит по счетам в полной мере. Да и что он мог сказать женщине, от взгляда которой зависела его жизнь? Что изменял ей, что искал утешения в случайных связях, что не находил иного выхода....

-Что случилось, Ром? – тревожно повторила Полина.

-Ничего, – молодой человек, обернувшись, заставил себя слегка улыбнуться, – это можно обсудить позже, ты права, иди к Диме, я сейчас позвоню Паладину и присоединюсь к вам.

-Любимый, – Полина прикоснулась к щеке мужа,– пожалуйста, я понимаю твой страх, потому что и в моей душе живет такой же. Я каждую минуту боюсь потерять то, что мы едва обрели. Но как бы  не было страшно, мы должны говорить друг другу правду, иначе не сможем быть готовы ко всякого рода случайностям и козням наших врагов.

-Я не могу тебе этого сказать, – неживым тоном откликнулся муж, – это... трусость, но пока не могу, прости.

-Между нами ничего не изменится, а тебе наверняка станет легче, – предприняла еще одну попытку девушка.

-Изменится, любимая, – обреченно ответил Рябинин, – но на этот разговор нужно больше времени и больше смелости, чем у меня есть сейчас.

Полина внимательно посмотрела на мужа, и его усталый поникший вид заставил все внутри сжаться от накатившей волны страха. Эта бледность, этот блуждающий взгляд, давящая растерянность. Так он выглядел в первые дни после комы, в больнице, с точно такими же почти черными кругами под глазами. О чем она только думала... стресс следовал за стрессом, а ведь доктор говорил о покое, о хорошем питании, о положительных эмоциях.

-Ром, тебе нужно присесть, иди сюда, – молодая женщина решительно увлекла Рябинина к креслу и заставила сесть в него, попутно нажав кнопку селектора. – Лика, пожалуйста, сделай крепкий черный чай, желательно сладкий, и бутерброд. Если можно скорее, спасибо.

-Какой еще бутерброд? – недоуменно уставившись на любимую, переспросил молодой человек.

-С сыром или колбасой, – невозмутимо отозвалась Поля, – без разницы какой, скажи мне лучше вот что: ты точно принимал лекарства сегодня и вчера?

-Принимал, Полина, принимал, я себе не враг, – отводя взгляд, вздохнул Рябинин.

-Я надеюсь, – девушка недоверчиво покачала головой, – сейчас ты позвонишь Паладину, а потом съешь то, что принесет Анжела, и только после этого придешь к нам. Возражения не принимаются.

-Мы можем спокойно перекусить чем-нибудь позже, в кафетерии, – отрицательно качнул головой супруг.

-Обязательно, но у тебя будет второй завтрак, – Полина мягко улыбнулась, – а мне подобное вредно для фигуры.

-У тебя замечательная фигура, – стараясь разрядить обстановку, Рома привлек жену к себе.

Отчего по венам Полины моментально пробежал огненный ток.

-Пожалуйста, помни только одно: что бы  ни сказала эта женщина или кто-либо другой, это ничего не изменит. По одной простой причине: я тебя люблю, – Полина нагнулась к лицу мужа, – но в своем эгоизме я отрицала это много лет. Я хочу, чтобы ты мне верил, хоть и понимаю, что это невозможно сейчас. И не знаю, как просить у тебя прощенья за то зло, что тебе причинила.

-О чем ты говоришь? – Роман поднялся на ноги, пристально глядя ей в глаза.

-О том, какую боль приносила тебе все эти годы. Я это поняла лишь сейчас. Не знаю: почему так случилось. Я будто долго блуждала во тьме. Если сердце умеет заблуждаться, то это было заблуждением, заблуждением сердца.

Рябинин вновь привлек девушку к себе и крепко обнял.

-Ты никогда не причиняла мне зла, а боль – всего лишь часть нашей жизни, – тихо отозвался муж.

-Она тоже пройдет, когда ты сможешь мне верить, – с сожалением покидая его объятья, Поля направилась к дверям.

Уже выходя из кабинета, девушка обернулась, ей вдруг безумно захотелось смягчить внезапно возникшую остроту этого разговора.

-Между прочим, эта рубашка безумно нравилась глупой семнадцатилетней девчонке, – проглотив комок подступивший к горлу, улыбнулась молодая женщина, – и сейчас ничего не изменилось.

-Я учту, – возвращая ей полную благодарности улыбку, ласково отозвался Роман.

И уже гораздо серьезнее добавил:

–Родная, я тебе верю.

-А я тебе, любимый, – без паузы ответила Полина, – и то, что ты хочешь мне сообщить этого не изменит.

Приближаясь по коридору к кабинету Луганского, Полина старалась унять расшалившиеся эмоции, привычно прибегнув к отточенному годами умению. Евдокия Дмитриевна, преподаватель кафедры права в ее академии, называла способность любимой ученицы – бесценным даром. Будущий адвокат был обязан руководствоваться лишь доводами рассудка, а отнюдь не идти на поводу чувств. Поля владела нелегким искусством в совершенстве. И для Милы, ожидающей встречи с потенциальной соперницей, сие оказалось неприятным сюрпризом. В красивых глазах представителя юридической службы холдинга рассыпались колючие искры.

-Добрый день, – как можно более ровно проговорила Рябинина, едва войдя в кабинет, – мне казалось: господин Луганский должен быть здесь?

-Он отлучился, – холодно отозвалась Мила, медленно поднимаясь на ноги.

-Ну что ж, в таком случае поговорим тет-а-тет, – жестом предлагая Одинцовой вернуться в кресло, Полина решительно опустилась в такое же напротив.

-Я так понимаю, что имею честь беседовать с новым начальником юридической службы компании?-язвительно уточнила Людмила.

-Полина Андреевна Рябинина, – согласно кивнув, подтвердила молодая женщина, проигнорировав саркастический тон собеседницы.

-Людмила Игоревна Одинцова – старший инспектор налоговой службы, на столе мое направление. Я хотела бы незамедлительно ознакомиться со всей документацией по внутренним сделкам вашего холдинга с комбинатом в Янтарном, исходя из всего финансового периода, – живые проницательные глаза ловили малейшую реакцию на произнесенное требование.

-Не вижу к тому никаких препятствий, – холодом в голосе Полины можно было сейчас заморозить пламя, – разве что придется немного подождать, вся документация находится на местах, но я дам соответствующий запрос и ее привезут.

-Пытаетесь выиграть время? – подозрительно осведомилась Мила.

-Отнюдь,  политика корпорации такова, что все необходимые документы, в своей оригинальной форме, хранятся на месте сделки. Это значительно упрощает ведение отчетности. Потому как партнерство с комбинатом многолетнее и рассчитано на долгосрочную перспективу. При необходимости я могу подговить письменное распоряжение за подписью и печатью руководителя,  – спокойно продолжила Полина.

-Думаю: формализм можно опустить, не так много времени мне отвели на данную проверку, однако проявляя лояльность к администрации, – последнюю фразу Мила произнесла не разрывая с девушкой зрительного контакта, впрочем тут же об этом пожалев, арктический лед двух голубых океанов заставлял ощущать себя неуютно, – я подожду пока привезут бумаги. Надеюсь, господин Рябинин оценит этот жест доброй воли.

-Роман Анатольевич будет здесь с минуты на минуту, его задержали чисто организационные моменты, как вы понимаете рутинных дел никто не отменял, – не меняя бесстрастного выражения лица, пояснила Рябинина.

-Поистине Снежная королева, в самом ярком своем проявлении, – узкая улыбка тронула бледные губы.

-Простите? – Полина недоуменно приподняла бровь.

-Ваш бесспорно очаровательный супруг ничего не преувеличил, – с некоторой долей удовольствия пояснила Одинцова.

Роман, почти повернувший дверную ручку, потрясенно замер, как только его ушей достигли последние слова.

-Восточный мужчина, горячий как само пламя, не правда ли? – глаза женщины загорелись триумфальными всполохами, пойдя на определенный риск, она все же пробила непроницаемую броню своей собеседницы.

Если бы можно было предугадать ход событий, должных произойти через каких-нибудь несколько часов.... Увы, в эту горестную минуту потрясения и внезапного страха молодой человек не сумел обуздать своих чувств. И тем самым подставил  себя и свою семью под очередной удар. Не смог шагнуть на порог комнаты, не смог посмотреть  в глаза  жене. Не смог согласиться на жестокое признание и принять последствия оного.

Стремительно развернувшись, Рябинин  направился назад в коридор. Окинув его удивленным взглядом, Юлиана нерешительно двинулась следом. Успев лишь увидеть, как босс сбежал вниз по покрытым ковролином ступенькам.

– А вам посчастливилось это узнать? – иронично поинтересовалась Полина, разрушая едва обретенные надежды Одинцовой.

Пожалуй, лишь Машу не смогли бы сейчас ввести в заблуждение лениво расслабленные интонации и безразлично пристальный взгляд давней подруги.  Ведь внутри у последней занялся поглощающий все на своем пути пожар.

-Было дело, – проглотив удивление, краешком губ улыбнулась Мила.

-Что было то прошло, так, кажется, говорят, – колкое замечание рассыпалось в пустоту ледяными горошинами, – я не вижу особой необходимости в воспоминаниях, когда от них не осталось проку. И не отдам вам моего Кая, ведь в  каждой сказке свои правила и запреты, Людмила, наша история – не исключение.

– Означает ли это, что призраки прошлого вас не пугают?– легкое недоверие скользнуло в голосе собеседницы.

-Предпочитаю жить настоящим, – равнодушие и спокойствие с каждой секундой давались Полине все тяжелей, – надеюсь, в этом вопросе мы достигли компромисса. В дальнейшем прошу не затрагивать сугубо личных моментов, я не имею привычки смешивать чувства и бизнес.

-Жаль, ваш супруг столь счастливой способностью не обладает, – раздосадовано бросила Мила.

-Полагаю, в таком неумении он не одинок, – пожала плечами девушка, – Людмила Игоревна, позвольте дать вам совет – не прибегать впредь к подобного рода откровениям. Наша прошлая, настоящая и будущая жизнь с моим мужем определенно не имеет к вам отношения, точно так же, как меня не интересует то, что вы с таким упорством жаждите мне сообщить. Я достаточно ясно донесла свою мысль?

-Более чем, – коротко произнесла Одинцова.

-И оставьте опасные заблуждения, – решив окончательно расставить точки над "i", продолжила Рябинина, – когда речь идет о моей семье, я, отбросив всякую щепетильность, воспользуюсь вашим же оружием.

-Не сомневаюсь, однако считаю нужным предупредить: если мои подозрения подтвердятся, я уничтожу ваш холдинг и отправлю вашего весьма предприимчивого супруга за решетку, – более Мила не пыталась скрывать обжигающей злости, охватившей все ее существо.

-Надеюсь, вы понимаете, что я вам этого не позволю, – не поддаваясь на провокацию, возразила Поля.

Нервы Полины, натянутые словно струна, начинали сдавать. Сейчас, когда следовало сосредоточиться на деле и мыслить с особенной ясностью, она вдруг с ужасом ощутила, что теряет над собой контроль. «Когда же наконец придет Рома, и почему он так медлит?» – внезапно острое чувство тревоги пронзило молодую женщину. Она резко поднялась с места, поворачиваясь к дверям.

Рябинин почти бегом  направлялся к стеклянным дверям, установленным в фойе холдинга, когда заметил показавшегося навстречу Луганского, сжимающего в руках небольшой кожаный портфель.  На лице приятеля застыло отчетливо растерянное выражение.

-Рома, – не сразу совладав с эмоциями, изумленно начал Дмитрий, – ты уезжаешь? Прямо сейчас?

-Я вернусь через полчаса, мне нужно кое-что обдумать, – будто бы про себя пробормотал Рябинин.

-Что обдумать? – несколько нервно уточнил друг, – подожди, я ничего не понимаю? Где Полина?

Окинув Дмитрия невразумительным взглядом, Роман быстро вышел на улицу, устремляясь к парковке. Но потом все же на мгновение обернулся:

-Через пятнадцать минут приедет Паладин, вам нужно просто сделать так, как он скажет, и все будет улажено!

-Но… – Луганский едва ли успел запростестовать, беспомощно наблюдая: как партнер усаживается в тойоту и, резко заводя мотор, выезжает со стоянки с такой скоростью, словно за ним гонится стая диких койотов.

-Дима, что происходит? – встревоженный голос Полины разорвал наступившую тишину,– Юлиана сказала, что Рома ушел…– оборвав себя на полуслове, девушка испуганно уставилась на не меньше нее потрясенного Луганского.

-Не волнуйся, – опомнился молодой человек, уверенно подхватывая девушку под руку, – он скоро вернется, просто возникли срочные дела.

-Какие дела? Дим, что между вами случилось? Вы опять от меня что-то скрываете? – с явственным недоверием продолжала допытываться Поля.

-Да нет же, пойдем в кабинет, с минуты на минуту приедет Паладин. Он нам поможет с Одинцовой.  А вот, судя по всему, и он сам, очень даже вовремя, – донельзя обрадовался Дмитрий, полагая что появление Савицкого несколько успокоит жену лучшего друга.

Девушка порывисто обернулась. Из черного порше, только что припарковавшегося на стоянке, показался мужчина, направившийся в сторону бизнес-центра легким уверенным шагом. Когда незнакомец приблизился на достаточное расстояние, Рябинина с удивлением признала в нем загадочного покровителя из прокуратуры. Роман рассказал ей о своем защитнике, но забыл упомянуть, что они некоторым образом знакомы. Рома, куда же он уехал так поспешно?

–Здравствуйте, Дмитрий, – Паладин улыбнулся, приятной располагающей улыбкой, скорее автоматической, чем желанной сейчас, но тем не менее искренней.

–А вы… – Луганский был изумлен не меньше молодой женщины.

–Савицкий Сергей Константинович, можно просто Серж, вы, насколько я помню, Полина? – поворачиваясь к девушке, уточнил молодой человек.

Рябинина быстро кивнула.

–Хорошо, давайте обсудим ключевые моменты: для всех непосвященных я ваш новый партнер, именно со мной вы заключили последнюю сделку в Янтарном. Иными словами, я покупатель той самой всех интересующей партии. – Серж замолчал, ожидая неизбежных вопросов.

–То есть вы хотите сделать это сами?– несколько неуверенно уточнил Дима.

–На данный момент у нас нет другого выхода. Я не могу кому бы то ни было доверить решать вопросы с Беррингтоном. Он должен приехать со дня на день, – спокойно пояснил Паладин.

–Пока он не подтвердил  своего приезда, – возразил Дима, которого предстоящий аудит тревожил все сильнее.

–Подтвердит. Это всего лишь вопрос времени, – уверенно отозвался Серж, – так что нашу рокировку я буду проводить сам. К тому же так мне будет легче – держать в поле зрения консула и наладить контакты с Феликсом. А по сему, нам желательно перейти на ты и производить впечатление добрых хороших знакомых. Мила не должна усомниться в доверительности наших партнерских отношений.

–Сергей, – вдруг напряженно спросила Полина, – нам действительно нужно продолжать сотрудничать с этим человеком?

–К сожалению, да, – кивнул Савицкий, моментально почувствовав ее страх и растерянность, – нам некем его заменить. Другой такой колоритной фигуры на этом поприще сейчас попросту нет. Но об этом потом,  давайте уладим вопросы с налоговой службой.

–Да, да, пойдемте, я представлю вас Одинцовой, – Полина заставила себя произнести эту фамилию спокойно, однако от Димы не ускользнула легкая дрожь в голосе девушки.

–Я могу сделать это сам – предложил Луганский.

–Нет, – она отрицательно покачала головой, – я справлюсь, тем более, что это моя прямая обязанность.

Людмила все больше теряла терпение и почти приняла решение – отправиться на поиски руководящих лиц «Дара солнца» самой, когда дверь резко распахнулась. Повеяло запахом модного мужского парфюма, вслед за ним в кабинет обманчиво легкой расслабленной походкой вошел,  пожалуй, один из самых красивых мужчин, которых ей когда либо приходилось встречать. Перед собой он галантно провел очевидно взволнованную Рябинину.

–Здравствуйте, – буднично улыбнулся незнакомец, окидывая ее пристально испытующим взором, в котором сквозила ленивая настороженность.

–Добрый день, – отозвалась Мила, стараясь унять странное волнение в голосе.

–Прошу прощения за задержку, я выехал из филиала как только мне вчера позвонил Роман. Представишь нас, – мягко напомнил он своей спутнице.

–Да, разумеется, извините, – в свою очередь улыбнулась девушка, от всей души понадеявшись, что за внешней невозмутимостью Одинцова не заметит охвативший все ее существо страх, – Людмила Игоревна, это наш партнер – Савицкий Сергей Константинович, он может вполне детально ответить на все ваши вопросы касательно состоявшихся в прошлом квартале сделок с комбинатом.