Текст книги "Бывший муж – мое проклятье (СИ)"
Автор книги: Леди Дарк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)
Глава 25
3 года назад
Щелчок замка.
Хлопок двери.
Пришел.
Он дома!
Я быстро открываю глаза, подскакивая с дивана, на ходу сбрасывая с себя теплый клетчатый плед.
С замиранием сердца, не чувствуя ни малейшей боли от неудобной позы, в которой я спала на диване, я бегу к входной двери, даже не осознавая, что за окном уже оказывается наступило утро.
А я думала, что еще может быть вечер.
– Привет! – выкрикиваю я из угла, а следом сама через секунду появляюсь в проходе.
Я с трудом сдерживаю зевок, растягивая губы в широкой улыбке, несмотря на слабую головную боль, надеясь, получить такую же улыбку в ответ.
Карстен краем глаза взглянул на меня, аккуратно вешая пальто в шкаф. Он выглядел усталым, не выспавшимся – красные глаза и глубокие синяки под ними были явным подтверждением. Тем не менее, он все равно улыбнулся мне, пусть и лишь уголками губ. А затем притянул к себе и обнял. Не крепко, скорее просто по привычке…
– Привет, – произнес он хрипловато на ухо, обжигая горячим дыханием мне шею.
Я прижалась к нему, незаметно поморщившись от резкого запаха алкоголя и табачного дыма, который исходил от его одежды. Он пил. С кем-то, где-то – неизвестно... Но я решила сделать вид, словно не заметила, продолжая дальше искать утешение в привычной обстановке, даже если она была окутана серой дымкой недосказанности.
– Ты говорил, что придешь в шесть вчера… Я ждала, – невзначай напомнила я, отстраняясь от него. Может, он хотя бы извиниться за то, что даже не позвонил и не предупредил?
Однако, он даже не посмотрел на меня.
– Не получилось. Извини, – сказал Карстен, явно избегая встречи взглядом, и стремительно направился в кухню.
Я осталась стоять на месте, неожиданно уловив мелкую колющую боль под ребрами, когда внутри уже зародилось легкое разочарование, которое постепенно перерастало в бешеную, неукротимую тревогу. Глядя на его удаляющуюся спину, эта боль становилась острее.
Я пыталась не думать о плохом, хотя все факторы упорно заставляли меня об этом задуматься.
Каждое движение, каждый взгляд, каждый вздох заставлял меня ощущать, что что-то есть, что-то не так...Я ловила себя на том, что анализирую каждую деталь: его слова, интонацию, даже те мимолетные взгляды, которые казались безобидными.
Мне все чересчур казалось подозрительно.
– Что-то случилось на работе? – спросила я, привалившись плечом к стене, став осторожно наблюдать со стороны, как Карстен закатывает рукава своей помятой рубашки.
В квартире стояла абсолютная тишина, которая до жути раздражала меня и напрягала, так как ее стало слишком много в нашем доме. А с каждым днем все становилось только хуже.
– Да, небольшие проблемы…
Я потупила глаза в пол, а после решила быстро сменить тему, поняв, что подробностей никаких не будет:
– Подогреть ужин? Может приготовить что-то другое? Что ты хочешь?
Я оттолкнулась от стены, хотя сил почти не осталось – ноги едва держали меня после того, как я провела целый день у мольберта, погруженная в огромную работу. К тому же, я плохо спала, нервничала и долго не могла уснуть.
– Я могу сам. Иди ложись спать, – сказал он.
Карстен включил кофе машину и замер ко мне спиной, оперевшись руками об кухонную столешницу.
Я замерла напротив, немного потерянная и сбитая с толку. Я находила оправдание ко всему. Но меня продолжал напрягать тот факт, что Карстен ни разу не посмотрел сам мне в глаза, как будто чего-то опасался...Это вынуждало меня думать о том, о чем я запретила себе думать в прихожей…
– Я не хочу спать. Можем поговорить... – твердила я, чувствуя, как от натянутой улыбки уже сводит скулы.
Я села на барный стул за кухонную стойку, где по другую сторону у плиты стоял он, и, сложив руки в кулак перед собой, сморгнула пелену перед глазами, распутывая путаницу в голове.
Кофемашина излучила сигнал и комнату наполнил ароматный запах свежезаваренного кофе. Однако вместо ожидаемого наслаждения я учуяла лишь нотки тревожного предчувствия.
– Может разденешься? – предложила я, – а я пока сделаю салат!
Я хотела уже соскочить с места, как вдруг Карстен обернулся, останавливая меня своим жестким взглядом:
– Не нужно. Я выпью кофе и пойду спать.
Он смотрел на меня. Не серьезно. Не злобно. Не нежно. Как-то пусто, безразлично...Но, может быть, мне показалось?
Я улыбалась ему, пытаясь не показывать свою грусть в глазах.
И..он улыбался мне в ответ…
Значит точно показалось!
– Я доделала работу для Хьюберта! – радостно произнесла я, надеясь, что это поднимет настроение.
Хотя, похоже, момент был не самым удачным.
– Супер, – сказал Карстен, сделав глоток кофе, доставая параллельно телефон.
Я почувствовала, как напряжение в воздухе снова возросло.
Сердце заныло какой-то особенной болью, от которой потекли слезы. Но не снаружи, а внутри, где уже становилось подозрительно очень холодно и пусто...
Я ненавидела это ощущение.
В такие моменты казалось, что мир вокруг теряет цвет, а все радужные мечты разбиваются о суровую реальность.
Карстен положил телефон экраном вниз на столешницу передо мной, и если раньше я бы даже не обратила внимание на эту мелочь, то сейчас это казалось мне чем-то настолько значительным, что равнялось примерно взрыву всей Вселенной.
– Ты даже не спросишь, как получилось? Что я написала?.. – вкрадчиво произнесла я, сквозь подступивший ком в горле, нервно перебирая пальцы рук.
Непонятная обида окутала меня, словно липкая паутина. Я не хотела это признавать, но его холод меня ранил. Сильно. Очень сильно. Но я не могла ему об этом сказать. Он ведь будет злиться. Я же знаю, что он меня любит.
А если уже...??
– Что? – переспросил Карстен. Его брови были сильно нахмурены, а взгляд усталый и жесткий. На скулах играли желваки.
Яркие лучи солнца, пробившиеся сквозь окна, разрисовали кухню теплыми оттенками, задев его темные волосы. Я на какое-то время залюбовалась.
– Ничего, – отмахнувшись, я почувствовала, как внутри все сжалось. – Может, расскажешь?
–О чем? – с недоумением изогнул он бровь, пристально глядя на меня.
«Обо всем», – хотела сказать, но промолчала.
Карстен смотрел мне в глаза, но я не чувствовала в них больше того спокойствия. Одно напряжение. Одна пугающая темнота… Они словно становились для меня чужими, какого-то другого, незнакомого и настораживающего мне мимо прохожего человека…
Как так?
Я не могла больше выдерживать это давление и, в панике, начала метаться глазами по кухне в поисках чего-то, что могло бы отвлечь меня. Может быть, чашка с забавным рисунком или нежно-розовые цветы в вазе, которые напоминали о нашем почти удавшемся свидании всего неделю назад.
Страх потерять то, что у нас осталось, лишь усиливал мою тревогу.
– Про работу. Что за проблемы? – еле выдавила из себя я, с трудом сдерживая слезы, которые все больше подступали, угрожая вырваться наружу в любой момент.
– Скоро все уладится. Просто небольшая неразбериха, – Карстен глубоко вздохнул, протерев устало пальцами уголки глаз.
Я покачала головой.
Я верила ему.
Я не могла ему не верить.
Он только начал свой путь в новом бизнесе, и после прежних владельцев осталось множество нерешенных вопросов... Его можно понять. Но чем больше я думала об этом, тем больше меня тревожило то, что он не делился подробностями. Ни то как проходят сделки, ни то, что чувствует сам он.
Я не знала ничего, что происходит у него в жизни и, что внутри…
– Надеюсь, ты не забыл… – начала я, но не успела закончить, как из спальни раздался звонок телефона. – Я сейчас, минутку!
С идиотской улыбкой до ушей я рванула в нашу спальню за телефоном. Все плохие мысли мгновенно улетучились, а грудь наполнилась приятным теплом.
Я знала, что это должна быть Нора с новостями о договоренности по поводу арендованного места на крыше для нашего свидания, которое я попросила её забронировать в честь нашей годовщины. Не верится, что прошел целый год с того момента!
Я быстро забежала в спальню и осторожно закрыла за собой дверь, на мгновение прижавшись к ней, чтобы собраться с мыслями.
«Только бы все получилось» — со скрещенными пальцами на руках подумала я, а затем нажала на зеленую кнопку на экране, резко выдохнув.
– Привет, Нора! – шепнула я в динамик с нетерпением.
– Я договорилась!
Подруга закричала в трубку, и я едва сдержала радостный вскрик, прикусив губу.
– Позвони Джону! Это один из официантов того ресторанчика. Он поможет тебе все организовать! Просто расскажи ему о всех своих идеях и пожеланиях, и он сказала, что все сделает так, как ты мечтаешь!
Я почувствовала, как голова неожиданно стала легкой, как грудь снова наполнилась той нежностью и теплом, уничтожая все глупые домыслы.
Нора продолжала говорить, но я уже начала представлять, как все будет выглядеть: романтические огоньки на крыше, уютные пледы, музыка и наши любимые закуски...Я представляла, как обрадуется Карстен. Как наконец он выдохнет и просто расслабиться в этот наш вечер.
– О, боже! Спасибо! Я безумно тебя люблю! – воскликнула я не громко, в пол голоса, чмокнув подругу по телефону.
После этого я сбросила звонок и быстро набрала номер, указанный в смске от подруги. И отошла к окну, чтобы быть подальше от двери и посторонних шумов.
– Алло, Джон? – произнесла я, полная волнения и надежды, которая заставляла мое сердце трепетать от восторга.
Я верила: скоро все наладится.
Глава 26
На телефоне высвечивается время. 4:30. Утро. Официально назначенный день моей свадьбы.
Моей. Черт. Побери. Свадьбы.
Он настал.
Это правда? Ущипните меня.
Я снова взглянула на экран телефона, наблюдая, как сверху высвечивается иконка напоминания о том, что сегодня вообще-то я выхожу замуж! Уху!! Надо радоваться… Но вместо этого на губах появилась невеселая усмешка.
Особой радости, почему-то нету.
Отбросив телефон в сторону, я обратно подняла взгляд на небо, завороженная красотой рассвета, который расплылся по обе стороны от меня. Чистое голубое небо переливалось в нежных розовых и лиловых оттенках, постепенно сливаясь с темной линией горизонта. Облаков почти не было – только тонкие белесые полосы от самолетов. Море, тихое и безмолвное, успокаивало встревоженную душу, обволакивало волшебным теплом, забирая с собой всю лишнюю тревогу. Ему хотелось доверять и верить, что все будет хорошо…
Все всегда заканчивается хорошо.
Но а если плохо – то значит это еще не конец.
Птицы пролетали мимо, прямо над головой, громко что-то крича, может быть, прощаясь друг с другом или, наоборот, безумно радуясь встрече.
Я провожала их взглядом, на лице играла задорная улыбка.
Они летели туда, чувствуя, где им будет хорошо. Я подумала, что хотела бы также, как они, почувствовать, где будет хорошо мне.
Я поднялась на ноги, стряхивая мелкие песчинки с пеньюара. Легкий ветерок нежно касался моей кожи, обдувая лицо и играя с белоснежным подолом моего тонкого халата, будто пытаясь сорвать его с меня и оставить лишь в нижнем белье.
Медленно перебирая ногами теплый песок, складывалось ощущение, что жизнь налаживается.
Наконец-то?
Всего лишь пару лет назад я была уверена, что к этому моменту у меня уже будут дети от самого любимого мужчины на свете. Я мечтала продолжать развивать свою карьеру, создавать множество картин, в конечном итоге открыть собственную галерею где-нибудь рядом с побережьем. А по вечерам гулять у моря с детьми, имена которых мы выбрали еще задолго до их рождения с моим бывшим мужем, радуясь и наслаждаясь тем, что выполнила свою миссию в этой жизни.
Но все изменилось.
Очень быстро и неожиданно. Даже так, как я никогда не представляла в своей голове.
Теперь… я снова невеста.
И с каждой секундой это осознание накрывало меня ужасным чувством страха.
Все прекрасное вокруг медленно начинало рассеиваться в лучах восходящего солнца, которое напоминало мне о том, что скоро все изменится …Опять.
Я сжала телефон в руках, нервно поглядывая на экран и отслеживая каждую минуту, которая стремительно ускользала от меня, не давая ни малейшего предупреждения. Я пыталась остановить время силой мысли, веря, что это действительно возможно, как показывают в фильмах.
Но, увы, это не срабатывало так, как показывали в кино.
Я по сей день не могла понять, чего именно ожидаю от этого брака. Мужчину вроде Оливера? Большого наследства от его семьи? Устойчивости в жизни? Признания? Счастья? Или же настоящей любви? В ту, в которую я особо не хотела верить, но все еще тайно надеялась.
Я ужасно боялась повторить свой прошлый опыт, когда, пытаясь угодить мужчине, потеряла себя в этом процессе.
Себя терять я больше не хотела.
Но и замуж…
О черт, пожалуйста, замолчи.
Я зажмурилась, и мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Внезапная боль проколола ладонь, будто острым лезвием. А следом я почувствовала, как эта боль переместилась в сердце, вызывая там глухой стон, который эхом раздался в моей груди.
Я невольно опустила медленно взгляд на свою левую руку, от которой возникло это неприятное ощущение, и вспомнила о фотокарточке – о том, от чего я так давно хотела избавиться. Именно поэтому, наверное, сейчас я стояла здесь с ней в руках.
Собравшись с мыслями, я в последний раз взглянула на нас – на двоих, которые когда-то верили в вечность.
Я не очень уверено подняла руку к небу, замерла, выдохнула и сделала глубокий вдох, по свежей памяти все еще вспоминая свои черты лица и до безумия счастливые глаза.
Ветер тихо шептал вокруг, словно уговаривая меня отпустить то, что уже не имело смысла. А я еще пыталась сопротивляться.
Но в какой-то случайный момент, я разжала кулак. В секунду ветер мгновенно вырвал легкую бумажку из моих рук и унес в неизвестность... Я простояла с вытянутой рукой еще некоторое время, не веря в то, что сделала это.
Но я не обернулась.
А это уже означало хотя бы что-то.
Покачав головой, которая вдруг стала невероятно тяжелой, я упала на песок, вытянув ноги к пенящимся волнам, желая вовсе раздеться и залезть в воду с головой. Я прислушивалась к звукам моря, стараясь впитать в себя его уникальный запах свободы, позволяя всей ненависти и обидам, накопившимся в моем сердце, ускользнуть вместе с этими волнами подальше.
Я знала, что мое сердце давно нуждалось в этом исцеление. Оно тихо умоляло меня о помощи, треща от множества шрамов и черных нитей, наложенных на них.
И вот, я наконец услышала его зов.
Рядом со мной вдруг неожиданно упали чьи-то тапки.
Я вздрогнула и резко подняла голову.
– Присяду? – Карстен стоял надо мной и смотрел куда-то вперед. Его голос звучал так, будто мы никогда в этой чертовой жизни не были знакомы.
Я сморгнула порядком еще несколько раз, не поверив, что это действительно был он…
Но это действительно был он.
– Да, – ответила неуверенно я, аккуратно подтягивая подол халата к себе, чтобы он случайно не сел на него.
Я хотела спросить, что произошло, но сдержалась. И так чувствовала, что что-то не так – ведь обычно люди не гуляют по утрам в одиночестве без причины.
Карстен сел рядом. Его взгляд был устремлен вдаль, куда-то дальше самого моря, как будто он смотрел сквозь него в бесконечность. На его лице не было никаких лишних эмоций, и не было ни единого намека на то, что происходит у него внутри в данный момент.
После той ночи, когда я уложила его спать, я не видела его ни разу в течение следующих дней и даже не слышала, как работает его автомобиль, что вызывало во мне какие-то странные чувства… Не то чтобы я его выслеживала, просто обращала внимание на то, что в его доме не загорается ночью свет, а днем никто не появляется во дворе...
Я предполагала, что, возможно, он так сильно переживает из-за расставания с Лили. Однако спросить напрямую не решалась.
Знала, что не расскажет.
Он никогда ничего не рассказывал, когда что-то где-то болело. А я только могла думать и предполагать.
Сердце неожиданно странно пошевелилось в груди, словно повернулось к его сердцу и уставилось на него, в ожидании чего-то – какого-то разговора.
Я снова посмотрела на него, но быстро отвела взгляд, стараясь избавиться от навязчивого волнения.
Мы были чужими друг для друга, просто незнакомцами, которые знали о жизни друг друга чуть больше, чем другие. Все ведь просто.
Я невольно ухмыльнулась от этой мысли, и, отпустив голову, почувствовала как все же притянула мужской взгляд к себе...
– Что смешного? – недовольно проворчал он.
– Ничего особенного, – отмахнулась я, встретив его взгляд. – Просто забавно, как мы делаем вид, что незнакомы, хотя на самом деле... – уголки моих губ растянулись в полуулыбке.
Внутри все дрогнуло, когда я заметила легкую ухмылку на губах Карстена.
Это снова каким-то волшебным образом растопило лед в моем сердце, освобождая меня от всех забот...
– Согласен, – сказал Карстен.
На мгновение мы оба замерли в новом для нас состоянии покоя. Это было что-то необычное.
Моя душа оцепенела от восторга.
Легкий ветерок игриво трепал его волосы, а волны тихо шептали свои секреты, незаметно погружая нас в тот самый вечер первой наши встречи…
– Помню, как мама чуть не упала в обморок, когда я сказала ей, что собираюсь выйти замуж за человека, которого знаю всего год с небольшим. А на самом деле и то обманула, добавив нам пару месяцев… Она сказала, что я чокнутая! – я коротко рассмеялась, пытаясь осознать, как эти слова сорвались с моего болтливого языка… И почему таким он становится только рядом с ним?!
– Да, – услышала добрый смешок. – И что, этот опыт тебя чему-то научил? Сколько ты уже с этим... как его...Оливером?
Я обернулась, заметив, как Карстен нахмурился.
– Мы знакомы чуть больше года, – неожиданно призналась я, поджав губы.
– Значит, ничему не научил, – не отрывая глаз от моего лица, сухо подтвердил он, как будто так и знал.
– Не-а, – махнула волосами. – Поболит – пройдет, – задрав голову к небу, почувствовав, как ноги окатило теплыми волнами, буркнула я.
– Но болеть может очень долго. Зачем позволять кому-то ранить себя?
– Но разве можно всю жизнь провести в клетке, не подпуская никого к себе? Это тоже своего рода страдание.
Что-то подтолкнуло меня обратно повернуться лицом к мужчине и заглянуть в его знакомые мне глаза, но я не могла понять, что именно – какая-то часть меня, оставшаяся в прошлом и верившая в это «что-то».
Мы обменялись взглядами и отвернулись дру от друга, обратно уставившись на море, которое, казалось, успевало поддерживать зрительный контакт с каждым из нас.
В голове вертелись множество мыслей: о будущем, о прошлом, о настоящем...Я исподтишка наблюдала за Карстеном, пытаясь угадать, о чем сейчас он может думать. О Лили или, как обычно, о своей работе? А может он все же думает о нас?
А что он может думать о нас?
«Нас» ведь больше нет…
– А ведь когда-то мы выбирали имена нашим детям… – вырвалось у меня, и лишь спустя некоторое время я сообразила, что сказала это в слух. Идиотка!
– Было время.
Я обернулась к Карстену, немного ошарашена теплотой его произнесенных только что слов…
– А нашу свадьбу? – спросила я с вытаращенными глазами, чувствуя, как сердце замирает от ностальгии. – Помнишь, как мы чуть не опоздали?
– Помню, – усмехнулся он.
– А как мы здесь познакомились? Это было так неожиданно… – продолжала я, погружаясь в воспоминания. Они топили меня, накрывали, как волны, одна за другой… Я не хотела это признавать, но мне это безумно нравилось. Это было что-то особенное, что-то, что заставляло сердце биться чуточку быстрее, чем обычно.
Клянусь, это был в последний раз, когда я позволила этим воспоминаниям затопить меня!
– Конечно.
– А когда ты меня первый раз поцеловал?
– Я все помню, Элизабет.
Я повернулась и почувствовала, как мое сердце запело от счастья.
Он помнил...
Внутри разлилось приятное тепло, словно я снова вернулась в тот момент, когда все только начиналось. Воспоминания о нашем первом поцелуе неожиданно захватили меня: легкий ветерок, шепот волн и его губы, касающиеся моих. Я вспомнила, как трепетала от волнения и страха, но в тоже время как сильно я этого хотела…
И вот теперь мы снова оказались вдвоем на берегу того самого моря.
Именно здесь же встретились, здесь же впервые поцеловались, расписались, обменявшись клятвами, и, глядя на него тогда, расстались.
Это синие море стало свидетелем всего в моей жизни.
– Карстен, – окликнула я его, и он обернулся ко мне. – Почему у нас все было так просто? Я никогда не боялась показаться глупой или наивной рядом с тобой. Я могла быть собой и не бояться... Но с Оливером... Я чувствую, будто должна играть какую-то роль, соответствовать его ожиданиям. С ним я не могу расслабиться.
Я прикусила язык, не понимая, зачем вообще заговорила об этом – о своих мыслях…
Мне было необходимо просто выговориться. Я просто искала свой спасательный круг. И мне показалось, что Карстен идеально подходил для этой роли – моего спасательного круга…
– Ты права, у нас все было как-то странно легко, – ответил он с невеселой ухмылкой.
В его взгляде я вновь уловила нечто необычное – ту самую искру, с которой когда-то все и началось… Но сейчас что-то изменилось. Менялось уже давно – с того самого момента, как я впервые увидела Карстена на пороге дома своего жениха, но теперь словно мы оба приняли это. Будто бы все это было неизбежным. И вспышка страсти, охватившая нас, в ту ночь, помогла нам примириться с неизбежностью.
Это было невозможно. Этого нельзя было допускать! Как это могло произойти спустя столько лет… Но, несмотря на все мои попытки, я не могла отрицать очевидное: меня тянуло к нему.
И его, казалось, тоже.
Так ведь бывает, что иногда к человеку просто тянет и это не объяснить.
Этому нет объяснений.
Раньше я мечтала навсегда оградить его от своей жизни, но, похоже, это было просто невозможно.
Каждый раз, когда я думала, что окончательно разорвала все связи, он вновь появлялся в моей жизни, заставляя переживать те же эмоции и воспоминания. Каждая встреча становилась напоминанием о том, что мы все еще больны друг другом.
Может, эта болезнь даже не лечится?..
Шум волн отвлек меня, и я снова взглянула на переливающуюся водную гладь, где яркие желтые пятна солнечного света танцевали на поверхности, вовсе залюбовавшись…
– Знаешь, я жалею только об одном…
Я повернулась к нему, заметив, как Карстен смотрел на мои губы. И не смогла удержаться от того, чтобы не сделать то же самое. Мне тут же безумно захотелось, чтобы он поцеловал меня ими. Прямо сейчас…
– О чем же ты жалеешь?
Я столкнулась с ним взглядами, уловив странные вибрации в своем животе, словно бабочки просыпались. Заново…
– Что не обняла тебя крепче в нашу последнюю встречу, – сказала я.
– Значит, утром в номере? – его намек был понятен сразу. Он говорил о нашей первой встрече в клубе и о том, что произошло на следующее утро в номере.
Кстати, наверное, все же он победил в нашей войне.
Ведь это мне тяжело не думать о нем каждую минуту.
Это я сдерживаюсь, чтобы не написать.
Это я вижу в каждом прохожем его черты лица и слышу его голос…
Я проиграла, заведомо это зная.
– Дурак. Нет, – я рассмеялась, вспоминая то нелепое утро. Тогда я на мгновение подумала, что нашла своего человека – родственную душу. – Я говорю о том моменте… после развода.
Он приподнял бровь.
На левой щеке вдруг неожиданно появилась глубокая ямка.
– У тебя есть шанс сделать это прямо сейчас, – произнес он, и его голос стал глубоким и манящим, от которого по спине пробежали волнующие мурашки.
– Да ну тебя! – воскликнула я, отвернувшись, чтобы скрыть свои красные щеки и тот хитрый блеск в глазах, который выдал бы меня с головой.
Но в следующую секунду он сам притянул меня к себе, как будто прочитав мои мысли...
Я знаю, что не должна, но все равно это делаю...Я позволила себе расслабиться и почувствовать себя в безопасности в его крепких объятиях, в которых мне сразу же захотелось стать слабой. Той самой беззащитной девочкой, не знающей никаких забот, а не роковой стервой, которая всегда добивается своего и не знает такого слова как «слабость». Вдруг захотелось плакать – навзрыд и прямо ему в плечо.
Я прижалась к нему еще крепче, надеясь, что этот момент станет вечностью. Сжала в кулак его белую футболку, вдыхая ее запах – такой знакомый и успокаивающий, не понимая, мне правда так хорошо с ним? Или я опять притворяюсь…
– Зачем ты это сделал? – прошептала я, нежась в его объятиях.
Солнце уже высоко поднялось в небе, жарко припекая лицо. Вода переливалась и искрилась, отражая солнечные лучи, вдали был слышен щебет птиц, а в воздухе витал его запах, и казалось, что жизнь заиграла другими красками.
– Что? – хрипло спросил он меня на ухо, и я ощутила, как ласковая дрожь пробрала меня насквозь.
– Почему ты мне изменил, Карстен? Что во мне не так? – эти слова дались мне с трудом.
Я смотрела в небо.
На море, ловя взглядом волны.
На солнце.
Но только не ему в глаза.
Только. Не. Ему. В. Глаза.
– Я не изменял тебе, Элизабет, – раздался его голос у меня за спиной, и я поморщилась от новой обжигающей волны злости, накативший на меня.
– Зачем ты врешь? – сквозь зубы спросила я, почувствовав, как в уголках глаз застыли слезы.
Швы на старых ранах снова начали распускаться.
– Я честен перед тобой, – тихо ответил он, а я неосознанно закатала головой, пытаясь выбросить из головы это.
Я сжала челюсти так сильно, что, показалось, услышала хруст своих костей. От того мне было больно и обидно, что он даже сейчас не может сказать мне правду в лицо, спустя столько лет…
– Ты врешь! Карстен, прошу, скажи правду… Хватит делать мне больно своим враньем! Я устала! Я уже три года пытаюсь вычеркнуть тебя из своей жизни! Ты думаешь это было так легко?! Начинать жить заново после такого… Ты не знаешь, что пережила я, поэтому не смей говорить, что мне все равно!!
Я сорвалась.
Я снова дала слабину.
Черт!!!
– А ты?.. – его голос стал глубже, а слова резче и жестче.
Я испугалась и в моменте отпрянула от него.
– Ты думаешь мне все равно? Серьезно?! – его глаза мгновенно налились кровью. – Я разрушил все лишь бы ТЫ была счастлива! Видел же как тебе было плохо со мной…
– Видел, – насмешливо усмехнулась я себе под нос, отпустив глаза, из которых брызнули слезы.
Я уже тысячу раз пожалела, что снова начала этот разговор. Подумала, что, «может быть», сейчас…
А мне всего лишь нужно было развернуться к своему «прошлому» лицом, заглянуть в его темные, бездонные глаза и честно признать самой себе, что все, что между нами было, больше меня не волнует. Это прошло, и этого никогда не будет снова. И да, одна глупая ошибка – это ничего не значит! Но черт!
Я не могла сделать этого.
Это все еще что-то значило, твою мать!!!
– Я не изменял тебе! – заорал Карстен. – Никогда! Даже в мыслях. Я соврал. Соврал, чтобы тебе было легче уйти от меня! Я слышал твой разговор с другим, слышал все, твою мать...Я же понял, что ты устала от меня. От моих нескончаемых проблем...Я понимаю тебя, Элизабет…
Карстен продолжал что-то говорить, но я его уже не слышала…
Мое сердце словно остановилось, повиснув где-то высоко над Землей. А затем с неимоверной силой рвануло вниз, меньше, чем за мгновение разбиваясь на мелкие песчинки.
Мой мир рухнул.
Мой маленький, поломанный мир заново рухнул, как карточный домик... Все было разрушено вдвойне хуже, чем было до.
В этот момент мне хотелось только одного – чтобы все это оказалось просто дурным сном, из которого я могла бы проснуться и вернуться к нормальной, своей прежней жизни без него.
– …ты даже не представляешь, как я скучаю... Как сильно я скучал... Я злюсь. Злюсь на себя за то, что не смог тебя удержать, не смог по-настоящему сделать тебя счастливой... Ты же знаешь, я не привык сдаваться. Я всегда получаю все, что я хочу. Но тебя получить не вышло… Ты была права: нам нужно было больше общаться. Но я не мог! Не мог просто прийти и жаловаться тебе, открываться – я не привык к этому, понимаешь…
Его слова разъедали мое сердце словно кислота.
Он разбил мое сердце.
Еще один чертов раз.
– Идиот… – выдохнула я, медленно приходя в себя. – Какой же ты идиот… Ты испугался, что я разобью тебе сердце и сделал это первым, ничего даже не узнав…
По щекам безобразно лились слезы, но мне было так все равно как я сейчас выгляжу перед ним.
– Ты. Идиот. Карстен, – прорычала ему в лицо. – Я договаривалась о нашем свидание, чтобы отметить нашу годовщину, с человеком, который должен был помочь мне организовать все! И ничего подобного не было! – я сорвалась на безнадежный крик, слыша, как после эхо уходит вместе с громким криком птиц. – Я пыталась вывести наши отношения из задницы! Я пыталась, говорила, говорила, вытягивала тебя на хоть какой-то разговор! А ты… Ты бросил меня, черт возьми, на кануне нашей годовщины! Я даже не думала, чтобы уйти от тебя…
Я смотрела в его потерянные, до ужаса удивленные глаза, наблюдая в них бешеную тревогу, за которой приходило все: осознание, сожаление, боль... Он понимал, что натворил.
Мы оба осознавали, что натворили.
– Как можно было додуматься до этого? Неужели, я давала какие-то намеки на это? – сквозь слезы пробормотала я.
Карстен молчал.
– Разве ты не понимаешь, что все сейчас могло быть иначе.
От чувства безысходности, хотелось кричать во все горло, выплеснуть все свои эмоции. Но вместо этого я лишь сжала кулаки, чувствуя, как холодный песок проникает между пальцами. Может он опять соврал? Но люди же не врут так искренни, как признаются в этом…
Мы мучили друг друга годами! Годами, которые могли бы стать основой для чего-то прекрасного… Я ненавидела его за то, что он не понимал меня, за его безразличие и эгоизм. Он тоже ненавидел меня – за мои упреки.
Я считала, что он настоящий урод. А кто он сейчас после такого?
– Я не привык жаловаться и говорить о своих проблемах, – недовольно прохрипел Карстен, уткнувшись лицом в песок, повторяя это так, как будто я не услышала его в первый раз.
– Вот в этом и есть твоя проблема, Карстен! – выпалила я. – Доверять нужно людям! Хотя бы своим вторым половинкам!
Я плакала горячими слезами и не могла смириться с тем, что мы могли бы быть счастливыми вместе, если бы только нашли в себе смелость просто поговорить друг с другом.
Это было так глупо.
– Я не хочу тебя больше видеть, Карстен…
Я встала, чувствуя, как гордость и боль смешиваются в одно целое.
– Мне обидно. А еще безумно больно от того, что ты разрушил нашу любовь вот так. Одной только мыслью, которая даже не подтвердилась на действиях, – произнесла я, и, не дождавшись ответа, развернулась, стремительно покидая это место.
Но вдруг его следующие слова меня остановили:
– Элизабет, признай, что тебе было плохо со мной.
Я застыла на месте.
В спину будто кинули нож.
– А ты знал, что я тебя любила? – резко обернувшись, встретила его сощуренный взгляд.
«И, возможно, до сих пор» – возникло в разговор мое больное сердце, которому слово не давали.
