Текст книги "Темный лаборант (СИ)"

Автор книги: keklik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

Глава 24

Боль в висках казалась невыносимой, хуже, чем самая гнусная мигрень. После той чистки улья мне стало совсем невмоготу, будто я сейчас растворюсь в облаке дыма. Пускай, мой Экрезем шел неспеша, на протяжении всего пути, но в ушах продолжал звенеть шум прибоя.

Я всегда стараюсь делать свою работу качественно, однако не использую всю свою силу – она опьяняет. В последний раз, когда я потеряла над собой контроль, то слегка перестаралась, и вместо изгнания нечисти получился обряд экзекуции на призраке. Порою, даже души проклятых людей могут новой смерти тщетные мольбы воздать.

Сейчас в душе такое смятенье, что его довольно сложно описать. С одной стороны, на меня давят Старшие Сёстры, с другой – Ангелар и весь его сумасброд. Вновь репутация отца сыграла со мной жестокую шутку, и я не смогу избавиться от своей профессии. Это постоянное ожидание от твоей персоны все больших достижений, более усердной работы, поведение, словно я им должна – все это так сильно утомляет. Как бы мне ни хотелось отдаться чувствам, такое вряд ли возможно, ведь жизнь в свое удовольствие имеет свою цену. А я не хочу закончить, как мои подруги! Их участь так унизительна, что кроме как скорби и отчаяния не испытываешь!

Экрезем смог довести меня до ближайшего спуска в каналы и покинул меня со словами:

– Время просветления совсем скоро пройдет, а потому я вынужден с вами попрощаться. Берегите себя. Себя?.. Да, себя!

В облике животных бесконечное множество других его личностей почти не причиняют вреда окружающим, но даже так это ему не сильно помогает. Когда он обратился в ворона, то взлетел далеко не с первого раза, а в полёте его бросало из стороны в сторону, словно не мог решить, что ему делать.

Вот ещё одна причина для беспокойства – демон, на попечении Ведьм. "Если ты демонолог, то сделай услугу. Нужно присматривать за демоном. Это ведь твоя обязанность, хех?" И вот опять, обязанность. Хотя бы пациент сговорчивый попался, а сейчас помогает во всём.

А между тем, в канализации все вернулось на круги своя. Я слышала, будто власти пытались бороться с колониями кровостоков, но все их старания обернулись прахом. Стоит только приглядеться, и в переплетениях красных шляпок можно заметить остатки костей… Жестоко. Даже грибы желают тебе смерти, чего уж там говорить о монстрах.

Я шла не спеша, стараясь не привлекать лишнего внимания. Каменные плиты скользили под моими ногами, измазанные, сломанные и грязные. Вонючий поток буро-зеленой воды стоял и медленно зарастал растениями. Не знаю почему, но я находила здесь свою, особую красоту. Глядеть, как жизнь преодолевает все преграды, беря верх над творением рук человечьих, невольно задумываешься о ее значимости.

Тут, за резким поворотом, вынырнул свет от старого, медного фонаря. Такой теплый, словно зовёт погреться у очага… В стоячей канавной жиже появились алые разводы.

Хороший знак – Мерисса на страже.

– Яйца всмятку…

Из темноты сразу же вышла фигура в плаще и маске. Она пыталась что-то спрятать в углу, куда не падает свет лампы, но я сумела разглядеть чьи-то сапоги, по которым стекали ручьи крови.

– Аврил, это ты? Ты слегка не вовремя… – И снова пнула по телу, заталкивая его все дальше в тень.

– Можешь не волноваться… Сегодня к-крови я навидалась достаточно.

Мерисса сняла маску с лица и постучала в дверь. Не было похоже, будто она мне поверила. Интересно, почему?

– Навидалась… Хех, надо же… Гречка! Открывай!

Ангелар быстро нашел для своего зомби назначение. Сразу после пыток он отправил его на вахту, пока мы сидели на совещании. Боян в это время занимался, как сказал Ангелар: "Обучит моих нерадивых работников". Боюсь, эти несчастные больше никогда не видели солнечного света. Интересно, он задумывался о том, что у его жертв могут быть семьи, дети? Интересно, что у него вообще на уме творится?

Дубовая дверца открылась, и из неё вышел Гречка, бывший шпион. Может, раньше это был приятный внешне человек, но сейчас его лицо… Эл мне рассказывал, что во время допроса он вел с гостем не самым лучшим образом, но хотя бы не убивал его. А теперь… Кажется, будто на гематомах выросли гематомы, а кровь запеклась под веками. Глаза словно упали внутрь и закатились в разные стороны. Рот оказался зашит очень толстыми нитками, но через них пробивался ворох опилок.

– Ладно, Аврил, ты пока ступай, а я позже тебя догоню. Гречка, унеси клиента.

Пока Мерисса и нежить паковали тело, я быстро пробежала внутрь. Не хотелось бы выслушивать ещё больше вопросов в обществе этого чудища.

Лаборатория кардинально начало меняться. Пока второй этаж ещё строился, переходный зал оборудовали как временный алхимический завод. Шестеро гоблинов сновали вокруг чанов с кипящим раствором. Все они светились необычным, зелёным светом. Не тот, который излучает Смерть или травы, скорее… Он мне напомнил о металле. В огромных жерновах дробили хрящи и позвонки. А всем этим балом правил… Я забыла, как его зовут. Рыжий, от него вечно пахнет спиртом. Почему-то, именно к нему Ангелар относится лучше всех.

– О, демонолог! Если что, все сейчас в библиотеке, отдыхают! – Прокричал он мне.

– А… Алерайо здесь?

– Да, здесь, сейчас играет в карты, будь ему не ладно. Погоди-ка… Милая, на тебе лица нет! Иди сюда!

– Н-не думаю, что стоит…

– Не отнекивайся. Я знаю толк, как привести усталого путника в себя.

И эта рыжая голова увела меня к столу с перегонными кубами. Мензурки кипятились на медленном огне, а внутри них варилось непонятное нечто.

– Ну, смотри, милашка, ты подожди меня здесь, а я пока сгоняю за своим средством. А, подожди! Как только эта склянка закипит – докинь в неё этого порошка, тот, что зелёного цвета. И ещё, руками его не трогай!

Не знаю, такие наставления только смутили меня. Что же это такое, если оно светится изнутри? А ещё эта трещалка на столе, которая никак не может умолкнуть? Может, мне лучше уйти, пока меня хватились?

Тут обещанная мензурка закипела, забурлила, из неё начал идти густой красный дымок, так сильно, что стелился по столу! Я в испуге скорее схватила бумажку с зелёной пылью и высыпала все в зелье. На миг всё успокоилось, но потом вспыхнуло с новой силой!

– А-а! Эм… У-уважаемый! У вас тут…

Рыжеволосый выглянул из дверей морга и быстро подбежал ко мне.

– Отойди… – Он стал крутить вентили, рычажки, регулируя огонь и включая капельницу с заиндевелой пробиркой. – Ну, ничего страшного, быстрее сварится.

– А-а! Я-я сделала в-всё, как вы просили!

Мензурка стала плеваться искрами!

– Не бойся ты так, покипит и перестанет, что с ней станется? Вот, держи лучше, а я пока ещё покручу.

Алхимик протянул мне пузырёк, в котором плескалась какая-то жидкость.

– А что мне с ней делать?

В руках этого рыжего мастера, зелье перестало бушевать, теперь из него пошёл лёгкий, серый дымок. Или серный?

– Ясное дело, пить! Одного глотка будет достаточно, думаю… Так, ну-ка…

С сомнением я откупорила стекляшку и понюхала. Доверия она совсем не вызывала, но… Этот человек, он же мне добра желает? Так просто помогать бы он не стал.

– Кх!.. – На вкус это оказалось самой отвратительной вещью на всем свете! Такая горькая, что лицо сводит! – Какая… огненная водица!

Нельзя же сказать ему, что мне не понравилось.

– Конечно, это же коньяк. Он всегда так даёт… Да что с тобой? Не перестаешь искриться! Что тебе ещё надо?.. Тебе лучше стало? – Спросил он, не отворачиваясь от своего варева.

– Д-д… Да… Н-наверное…

– Вот и славно! Ладно, дуй в "библиотеку", отлежись там. Там как раз и Ангелар сидит, и Алерайо, чтоб ему пусто было, все там!

– Спасибо вам. Скажите пожалуйста, а как вас… зовут?

– Зед. А теперь иди, там тебя наверняка уже ждут.

В библиотеке всё казалось спокойным и пустым. Потихоньку оборудование переезжает из этой комнаты, освобождая все больше места. Раньше вся дальняя стена была завалена жестью и битыми бутылками, а в навершие им стоял чугунный казан, ростом с человека. Теперь библиотека начала обретать свой облик; кроме книжных полок, дивана и стола здесь ничего не осталось. Удобно устроившись на подушках Алерайо, сидел за своим дневником. Как же приятно, что он все же внял моим советам! Чуть поодаль сидел Ангелар и Святой Мститель, разговаривая о каких-то важных вещах. Некромант постоянно переходил на повышенные тона и часто махал левой рукой. На правой же красовалась аккуратная повязка, поверх которой красовался примотанный кусок льда.

– Простите?..

Я легонько постучала в дверной косяк, чтобы привлечь их внимание, но никто, кроме Алерайо, даже не отвлёкся. Остальные, наоборот, начали спорить ещё сильнее, даже Мститель перешёл на крик, пытаясь убедить некроманта в своей правоте. Не могу догадываться, о чём шёл настолько горячий спор; я снова пропустила всё самое интересное!

Тут в меня влетел мальчик с распростёртыми объятиями.

– Ришар, здравствуйте!

– Привет, Кастор. – Я пожурила его по голове. – Где ты пропадал?

– Ангелар отсылал меня на неделю обратно к дяде. Сказал, что я буду путаться под ногами, пока он разбирается с важными делами. А ещё, инквизитор учил меня фехтовать!

– И? Он тебя чему-то научил?

Но парнишка только понуро забубнил под нос.

– Он меня уделал. В трёх раундах… Подряд! Он так легко выбивал у меня из рук меч, словно ему не впервой!

Ну, наверное, так и есть. Хотя, что-то мне подсказывает, будто Алерайо просто отыгрывался на нём. От скуки.

– Надо же, а ты не говорил, что ему потом тоже нагоняй будет?

– Нет… А зачем?

O sancta simplicitas! Filii rustica, pura creaturae!

– Ну, неважно. Ступай с миром, тебя ведь снова на задание отправили, не буду мешать.

– До свидания, Ришар.

Кастор махнул рукой и выбежал из библиотеки. Я же направилась к нерадивому учителю – потолковать немного.

Удивительно, но Алерайо оделся в новую форму. Ярко алый плащ, подбитый изнутри хорошим сукном, легко струился вниз. Вместо сгоревших манжет на рукавах красовались белые кружева ручной работы и золотая перевязь. Даже шляпа, хоть она осталось старой, теперь сияла от чистоты. Настоящий Инквизитор.

– Эл?

– Ага, доброго. – Раздражённо проворчал он мне. – Ни слова про одежду, терпеть её не могу.

Я удивилась от таких слов.

– Но ведь она… хорошо сидит и выглядит сносно. Как можно её ненавидеть?

– Девушка, знай разницу между ненавистью и простой нелюбовью к вещам. Эта парадная форма слишком вычурная. В ней даже нельзя пить, если я замараю её алкоголем или блевотиной, я ведь её не отстираю! Она жмёт в плечах, а этот корсет просто убивает! И ещё я после недельной пьянки встал в шесть часов утра, это был кромешный пиздец. Думаешь, у меня есть хоть какое-то желание выслушивать твои нотации? Нет, Ришар, не сегодня!

Он с лютым грохотом закрыл свой дневник и воззрился гневно на меня. Я было начала бояться, что он потеряет контроль, но что-то в нём переменилось, а его злость утихла.

В то же время, на другом конце, спор достиг своего апогея. Тройа вышел из него проигравшим, и Ангелар, тряся льдом в руках, указывал тому на что-то. Мне было не понять, в чем же причина ссоры, ведь, как казалось в начале, Мститель и некромант сдружились. Однако теперь всё стало ещё сложнее.

– Ты на них на отвлекайся, жиды на то и жиды, что всё деньги никак не поделят. – Ответил мне Инквизитор. – У них своя волна, и в неё лучше не впутываться – себе дороже.

– Н-но… Разве мы не должны помогать Ангелару? И откуда у него эта повязка?

– Он решил после собрания проверить свой бар вместе с Тройа. Там-то они и наткнулись на головорезов, которые, видать, хотели сжечь лавку. А наш лаборант словил стрелу в плечо. К тому же… Их сейчас лучше не трогать.

Тут Ангелар вскочил и швырнул свой лёд в стеллаж, отчего книги градом посыпались вниз.

– К чёрту! Я не намерен больше это терпеть! Утром на работу не вышли четверо, трое из них – гоблины! Мне проще платить им зарплаты раз в месяц, чем нанимать новых рабочих каждый день! О каком планировании и накоплении средств идёт речь, если всё моё отребье сейчас в землю сляжет!? Хватит это терпеть!

– Твой план – непродуманный высер! Чего ты желаешь добиться? Идти к оркам на поклон – совсем с дуба рухнул, парень!?

– Всяко лучше, чем просиживать задницы и ждать, пока небо не упадёт мне на пятки!

– А откуда ты знаешь, что тебя послушают?

– Я уже говорил, что…

– Этот старик мог просто наебать тебя ради выпивки, ты не подумал?

– Да насрать! Это мои деньги, а они летят в тартарары!

– Хорошо.

– Что хорошо!?

Ангелар был страшен в гневе. А когда у него лицо в крови испачкано, то он становится точь-в-точь, как маньяк. Но Мститель просто пожал плечами. Неужели ему всё равно?

– Хорошо, я пойду и посмотрю на твоих орков. Но если что-то пойдёт не так – пеняй на себя, в помощниках можешь меня не ждать.

– Я согласен.

– Выдвигаемся сейчас. Время теперь играет против нас.

И Тройа ушёл, оставив Ангелара собирать оставшиеся кусочки льда. В целом он выглядел неплохо, в основном только неглубокие раны по всему телу.

– Прошу прощения за столь громкую беседу, Аврил. – Он поклонился мне. – Сегодня вы даже раньше обычного и лицом бледны. Что-то случилось по дороге?

– Н-нет! Просто устала на работе… и…

– Да? Славно. А у меня вот, руки чешутся, хочу кому-нибудь лицо начистить и, желательно, до смерти… Что же, мне пора. Чем быстрее я решу все проблемы, тем лучше для моих средств.

– Подождите! – Я окликнула его. – Вы правда уходите?

– Да. А что?

– М-можно с вами кое-что обсудить? С глазу на глаз?

Он кивнул. Мы вышли из библиотеки, и он сразу же перешёл к делу. Я очень сильно волновалась, ведь Ангелар всегда, несмотря на свои перегибы, был опорной колонной. Если он сейчас уйдёт, может случиться непоправимое!

– Итак, что же ты хотела мне поведать? – Спросил он. – Судя по всему, это что-то очень важное, не так ли?

– Да… Да, важно. Меня терзают сомнения в сдержанности Алерайо…

– Обоснуй.

– С момента, когда я начала присматривать за его одержимостью, заметила, что вокруг него установилось… Не знаю, назову это ментальным барьером. В нём словно всё кипит злости, а эта злость гложет саму себя и преумножается, опять же, в самой себе… Я это отлично чувствую! Вокруг него даже воздух густой, так тяжко становится дышать… Порою. Но со временем, я стала замечать, что этот гнев не только сидит внутри него, он выходит наружу через окружающих его людей. Самыми падкими под это влияние стали Зед и Мерисса. А сегодня и вы со Святым Мстителем, хотя на вас это не похоже…

– И к чему же идёт этот разговор?

Ангелар скривился. Почему он такой непробиваемый? Неужели я не достаточно понятно разъясняю, что ему лучше не уходить? Тогда скажу напрямую.

– Вам сегодня не стоит уходить. Я думаю, что сегодня дух попытается вырваться. От него уже давно не было вестей, так что…

– Теперь мой черёд. – Он наступил вперёд. – Мне решать, что делать лучше, а что нет, ясно? Когда речь заходит об Инквизиторе, на кого я могу опереться? Кто мне напомнит строчку из договора?

– Я…

– Раз так, то нет никаких проблем… Кроме той, что мне скоро тебе платить нечем будет! Одни цинки чего мне стоить будут? Если такая возможность есть, то укроти этого духа, мне какая разница!? Посади его, как джинна в лампу!

– Н-но его нельзя освобождать б-без сторонней помощи…

– Какой такой помощи? Я для чего тебя нанимал!?

– На Шабаше… м-могут подсказать… решение проблемы…

Внезапно, некромант отступил от меня.

– Он скоро будет? Когда?

– Три дня!

– Это хорошо. Я пойду на него, а ты возьмёшь с собой Эла, раз ты уверена, что ему там смогут помочь. До встречи.

И он удалился вверх по лестнице, на выход из подземелья. Впервые за столько времени мне стало страшно, видя это безумное лицо. Одно и то же, не меняется… Вот что бывает, когда жадная скупость съедает твою душу, обречённая на вечный голод желаний. Fames, similes lupum.

Я снова вернулась в библиотеку, где сидел Алерайо. Нельзя позволить ему уничтожить всё, и, пускай, никто мне не верит, но свой долг исполню.

Воздух внутри загустел, словно перед бурей. Я даже боялась приблизиться к инквизитору, любой шум может вывести его из себя. Хорошо, если всё обойдется, тогда мне удастся усыпить Алерайо. В этой ситуации сон – самое лучшее средство, на более действенное попросту нет времени.

Тут как назло в библиотеку входят две нежити, перетаскивающие тяжёлые ящики. Я выскочила на их пути, молчаливыми жестами призывая развернуться, но они просто обошли меня. Зомби неосторожно кинули ящик, и из него вывалилась длинная, бледная рука…

– Ик! Вся венозная…

У Эла что-то сломалось. От него начали исходить волны жара, а лицо перекосило.

– Твою мать! Гха!..

Из его рта полилась кипящая кровь! Истинное олицетворение гнева!

– А-а-а! Скорее!

Инквизитор поплелся в центр комнаты и упал на пол. Под его стопами камень становился черным! Я побежала, так быстро, как только могла до Зеда. Он тоже всполошился от таких адских криков.

– Там что!? Что случилось!?

С лестницы даже примчалась Мерисса.

– Я слышала крики…

– Свечи! – Вскричала я. – Скорее! Все, что есть!

Зед быстро умчал к своей стойке, роняя склянки и ящики. Привратница пронеслась мимо, прямо в библиотеку, но сразу отступила.

– Что там такое!? Жарит, как из печки!

– Это Эл!

Это плохо! Очень плохо! Как бы не опоздать! В этот миг рыжеволосый алхимик выпрыгнул с целой сумой воска. Я уже хотела было побежать обратно, однако тот меня остановил.

– Стоять! Тебе не страшно, а свечи растают, как только ты войдёшь туда!

– Надо хладагент пустить в библиотеку! – Прокричала Мерисса. – Это единственный способ, без боязни сгореть заживо!

– Ебаные обезьяны, живо за насос! Слыхали!? Бегом!

Гоблины, что в смятении носились по лаборатории, убежали в морг. Из него даже Боян вышел, в полном непонимании происходящего. Я бросилась ему на шею, указывая на пышущий жаром проход.

– Нужно задержать процесс трансформации! Пожалуйста!

– Неа, не так работает. – Зед вышел вперёд. – Боян! Дуй в библиотеку, там у стены входной клапан, открой его.

Скелет бесстрашно перешагнул через порог, откуда доносились полные мук крики. От такой пытки можно с ума сойти! Надо спешить!

– А что с?.. – Спросила я, но запнулась на странном, незнакомом слове.

– Хладагент идёт, но надо немного подождать. Спокойно, милочка, инквизиторы намного крепче, чем кажутся.

– Но ведь он так сгореть может!

– Теперь нет. Гляди.

Трубы над моей головой стали резко покрываться инеем. По всей комнате прошла волна холода, от которой пламя под котлами начинало свистеть и трещать.

– Ну, всё, теперь не сгоришь. Ни пуха, ни пера! Беги давай!

Жар наконец спал, и моему взору предстала разрушенная библиотека. Слава Небесам, главное сокровище, книги, почти не пострадали, лишь копотью покрылись. Обивка на мебели медленно тлела, источая в воздух неприятный запах.

Алерайо, в этот момент, лежал с закрытыми глазами в центре залы, скорчившись от боли. Изо рта и носа текла кровь, которая дымилась на холоде. Похоже, он отключился от шока, а значит, я смогу сделать все приготовления.

– Боян! Надо сковать его по рукам и ногам! – Но скелет даже не шелохнулся, наоборот, вернулся в лабораторию. – Небо! Да что это же такое?

Руки начали замерзать, и почти не слушались, но я пыталась как можно быстрее одеть кандалы. Цепи звенели на холодном, каменном полу. Мел громко скрипел в напряжённой тишине, вычерчивая линии.

Как только все было готово, я нацарапала на свечах малые пентаграммы, которые потом расставила внутри защитного круга.

– I… Чхи! Как же холодно!.. lgnis daemonica!

Словно тонкое веретено, из моего запястья возник алый хлыст. Фитили свечей вспыхнули, когда адское пламя коснулось их. Дьявольское заклятье, способное удержать в своих путах даже самого кровожадного демона. Однако всегда есть нюанс, который перекрывает положительные стороны – адская магия сводит с ума. Сила опьяняет…

Внезапно, путы натянулись, и внутри круга снова появился жар. Алерайо попытался подняться на ноги, но упал на колени. Его парадная форма стала гореть, тлеющая ткань прилипла к коже, оставляя на ней страшные ожоги. Вся позолота капля за каплей стекла на пол. Только его шляпа оставалась целой, несмотря на все случившееся. Я стащила её с головы Алерайо… Его глаза пылали огнём! Из них выстреливали искры, зрачки и белок слились в яркое пятно! Но самое ужасное, что его лицо снова исказилось, не от боли, а чистой злобы. Алерайо рычал! Словно зверь, словно бес, словно… безумец! И потом… Раздался крик, неземной, не от мира сего, от которого нельзя было спрятаться. Он терзал мои уши, бил клинком по моему разуму!

– А! Scut! Sus stultus, non procul fui! Suffocant et eadem manu! Vōbīs male sit, damn, omne enim, condemnabitur omnibus! Diabolus cultricem!

Цепи, сдерживающие безумного духа, раскалились до бела, а в некоторых местах кольца даже стали растягиваться. Я обвила кнут вокруг его шеи и стала тянуть к земле. Сколько бы одержимый Алерайо не метался, стараясь вырваться, разорвать круг и путы, было бесполезно. Но потом…

– Damn!

– Deferbuerat, impio in malum!

– Numquam! Numquam! Numquam! Vōbīs male sit…

– Хватит. – В голове стало мутно… – Смирись.

Пламя обвилось тугой петлей вокруг шеи инквизитора. Поток оскорблений из его уст становился все слабее, а Гильям внутри начал бешено хохотать.

– Num… quam… Ha… Nu-ha-ha!..

– Смирись или прими свою участь. – Что?..

– Ха-ха-ха! Уха-хах! Ха!

Нет, пора сбавить обороты, пока не случилось что-нибудь плохое. Если разрушить смертную оболочку, кто знает, что может сделать дух, олицетворяющий истинное воплощение гнева?

Я ослабила хватку, и плеть прогорела. Голова снова прояснилась, однако мои ладони остались обожжёнными… Больно! Неописуемая боль! Алерайо, почуяв свободу, вновь воспрял. Цепи так сильно нагрелись, что жар металла был сравним с его адской яростью. Даже холод внутри библиотеки теперь мало помогал, вся надежда осталась на защитный круг, который таял прямо на глазах.

– Моя месть свершится! – Проревел инквизитор. – Бежишь в страхе, дьяволопоклонник!? Скоро я достану те…

Я окатила инквизитора водой с ног до головы.

– Надоел… Чего надо?

Эл отплевывался от холодной, остывшей на морозе воды. Спесь Гильема питается из окружающего мира, то мне показалось, что сбить его с толку – правильная мысль.

– Я хочу… Свободы!

– Нет. Ты всех убьешь.

– Вы обещали! Обещали, что моя месть свершится! А вместо этого оставили томиться внутри этого жалкого человека! Ха! Его злоба так сильна, что вскоре мне не потребуется ваша помощь! Я сожгу его!

– А может лучше подождать? Тринадцатого числа я гарантирую тебе свободу. Обещаю. Но пожалуйста, верни нам Алерайо.

– Да как ты…

– Pater coelestis, benedic mihi. – Прошептала я и осыпала солью одержимого. Гильям стал задыхаться, а вместе с ним его пламя, пока тот окончательно не успокоился.

Теперь можно и отдохнуть…