Текст книги "Темный лаборант (СИ)"

Автор книги: keklik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

– Нет.

– Отлично. Приведи их сюда под предлогом… Выдачи аванса за столь усердную работу.

Теперь, когда известно месторасположение наших противников, можно приступить к следующей стадии. Наконец-то я обзаведусь совершенным оборудованием и новыми пациентами.

__________________________________________________________________

ГЛОССАРИЙ

(1) Sedvade, etnomenMors! – Восстань, именем Смерти! (лат.)

Глава 23

Последние вопросы на собрании отпали только поздним вечером. Ближе к одиннадцати часам была создана более-менее сносная стратегия борьбы с вражеской лабораторией. Меня до сих пор терзали смутные сомнения, однако это намного лучше, нежели не иметь плана вовсе.

Если сильно не распространяться, то он основан на подготовке к быстрой и внезапной атаке, который придётся сразу по источнику всех проблем. Первая стадия – накопление нужных средств, необходимых на карательную операцию. От успеха этого этапа зависят дальнейшие действия. Вторая стадия – разработка стратегии боя. Со всеми силами и средствами, что у меня… в смысле, у нас будут, мы возьмём Кожишку прямо там, в подвале его особняка.

Я долго ещё думал над тем, как это будет выглядеть, каких людей стоит привлечь, однако Тройа решил проведать мой бар. Поздним вечером, сразу после собрания.

– Думаю, что его могли уже давно разнести в щепки, пока мы с тобой мило беседовали. – Сказал он. – Тебя не было почти три дня, и мало ли, что могло случиться.

– Не лучше ли подождать до утра? – Возразил я ему. – Я после операции и собрания совсем никакой, к тому же, ночью выходить довольно опасно.

– А что ты предлагаешь?

– Ну смотрите, поутру идём к Арене, часов этак в одиннадцать, пока народу на улице ещё не прибавилось.

– Дурень! Темнота – это самая малая проблема, а заострять внимание – тебе дороже и обойдется! – Старик хлопнул меня по плечу тяжёлой рукавицей. – Пораскинь мозгами: в толпе всегда легче затеряться, а сумерки скроют наши лица. Наверняка и шпионы наши к этому времени совсем замаялись, кружку пива не пропустили, все дела. Нужно идти прямо сейчас! Заодно я попробую твое пойло на вкус.

– Могли бы здесь попробовать!.. Мне стоит звать Мериссу?

– Нет. Группа из двух человек всегда предпочтительнее, чем весь отряд. Ну, всё! Пятиминутная готовность, нужно торопиться, сегодня идеальный вечер!

И он удалился, поправляя ремни на своих доспехах.

Почему-то, в присутствии этого Джавалли я вновь почувствовал себя… студентом? При всем уважении к нему, такое обращение мне не понравилось.

Длинными морозными ночами Двелл казался самым тихим местом на земле. Летом в нем жизнь кипит круглые сутки, и даже я раньше гулял с Виктором до самой полуночи. А в зимний сезон, когда приходят метели с далеких северных гор, такое практически невозможно. Все разумные люди сидят у очага, вытянув ноги, пьют горячий эль или чифирь… Но весь город словно сошел с ума.

Мы направлялись к Арене с улицы Кёнса, как вдруг перед нами возникла плотная стена. Огромные толпы горожан, одетых только в белые льняные одежды, двигались к соборной площади. Несмотря на сильный ветер, взрослые, старики и даже дети несли в руках маленькую красную свечку.

– Тройа! – Прокричал я, пытаясь перекричать религиозное шествие. – Надо найти другой путь! Сегодня же собирались избрать нового патриарха, так просто через них не пробиться!

– И не нужно! Пойдем вместе с ними, а там уже уйдем, куда надо! Смотри и учись!

Рыцарь смело зашёл в толпу, после чего, незаметно стащив у одного из фанатиков потрепанную простыню, накинул поверх доспеха, как шаль. Нагнать его мне не составило труда, ведь движение потока было, мягко скажем, заторможенное. Однако, пройдя всего пару улиц, я понял, что же привело сюда всех людей. Они злились.

Если честно, за последние несколько дней я уже слишком часто стал появляться в таких сборищах. В последнее время у меня плохое предчувствие разыгралось, надо бы как-нибудь взять перерыв. За стаканом водки. Как раз день рождения недалеко.

– Похоже… Похоже, что сегодня довольно важный день! Да вы гляньте! Сколько недовольных!

Тройа распихивал перед собой верующих, позволяя мне протиснуться сквозь кучу.

– Да что там важного?.. Опять людей за нос водить будет, вот и весь патриарх! А то, что им раз в жизни что-то не понравилось, не делает из них людей! Как было стало овец, так никуда и не делось!

– Не сказал бы! – Прокричал я, пытаясь протиснуться между телегой и жирной, заплывшей бабкой. – Все равно это важно, даже для нас!

Остановившись за углом, старик взял небольшой отдых. Мимо шла целая группа детей со свечами, из-за чего все люди выстроились в живой коридор.

– Ангелар, да ты глянь! Они же малюток используют, чтобы бросить вызов. Пользуются детской невинностью под предлогом наставления на путь истинный, а потом удивляешься, почему это твое чадо растоптали! – Затем он показал на собор, где на высоком постаменте стоял Патриарх и его инквизиторы. – А то, что ты говорил о важности – брехня все это! Просто все приучены, что: "Смена лидера всегда несёт перемены." Ха-ха-ха! Ничего глупее ещё не слышал! Мы топчемся на месте вот уже который век подряд, но продолжаем верить, будто все станет хорошо. Вот он менталитет человека – надежда умирает последней! Жаль, что никто до сих пор не может уяснить простые вещи… Был бы ты на войне, парень, то сумел бы понять меня. Там ты навсегда забудешь о надежде, судьбе или боге.

Я посмотрел на толпу впереди меня и в нерешительности пожевал губу. Очень уж мне не нравилась идея продираться сквозь бунтовщиков.

– Знаете, я бы такое, что немного подождать, пока не схлынет все это дерьмо…

– Страшно?

– Просто не хочу попасть под горячую руку…

Тем временем, патриарх принес клятву верности перед Небом. Горожане так громко взвыли от ярости, что я чуть не оглох. Похоже, красные свечки не очень действенны против решений Синода.

Пристывшие ворота нехотя открылись, стоило мне толкнуть их в сторону. После сильных морозов весь сквер превратился ледяное царство красоты, и здесь казалось даже холоднее, чем снаружи. Стволы деревьев стали белыми до самых веток, а сверху их венчали снежные шапки. Может, ночь обещала безоблачной и светлой, однако я все же решил достать свою лампу. На всякий случай.

– Масла у нас хватит… – На самом ее дне плескалась небольшая лужица. – На полчаса, как минимум. Будем верить, что этого вполне достаточно. Так… Раз это с западной стороны, то лучше будет пройти через овражек, а там и до опушки недалеко.

Давно, когда мне ещё приходилось ночевать в городском Дендрарии, я любил прогуливаться здесь в свободное время. Тот период времени был для меня очень тяжким: в Двелл переехал всего несколько недель назад, а денег на простые вещи просто не хватало. Полежать на сухой листве всегда приятно.

Между тем, наш путь стал спускаться, в низину, где и лежал овраг. Снег здесь выпал уже давно и успел затвердеть, из-за чего каждый шаг превращался в игру «прыгни выше головы». Рельеф этой части сквера был очень интересным, ведь раньше на этом самом месте, протекала маленькая речушка. Без названия, которая никому не сдалась, а после ее вообще в канализацию запихали, как подземный ручей. Теперь же мы с Тройа пробирались по ее бывшему руслу.

Спустя четверть часа овраг вывел нас на знакомую мне опушку. Даже без фонаря был виден черный силуэт старой хибары, сверкающей серебром в лунном свете. Все поле оказалось завалено толстым слоем снега, а из него торчала сухая полынь или борщевик. Но, несмотря на такой красивый пейзаж, что-то заставило меня насторожиться. Позади бара был странный источник света, которому здесь не место.

– Тройа, – прошептал я своему спутнику, – здесь что-то нечисто. Гляньте.

Старый рыцарь начал вглядываться в ночную темноту, выискивая предмет моего беспокойства.

– Хм… Ничего не вижу. Авось, у тебя воображение разыгралось.

– Да нет, тут что-то другое. Видите, там, за домом? Чужой свет, не от моих лампадок или свечей. К тому же, здесь должен сидеть мой человек – охранять погреба с пойлом. Если бы он здесь сидел, то и внутри было бы светло…

– Ага… а его нет. Вот ты мне и говорил: "До утра подождём!" Твой охранник, скорее всего, уже мертвый валяется. Надо бы проверить, все ли в порядке.

Если честно, я до последнего хотел верить, что мне не придется снова ввязываться во всякие там приключения. Вот на кой согласился проверить все самолично? На что надеялся? Вообще не ясно. По-хорошему, сидеть бы мне безвылазно в лаборатории, но опять подставился. Но если они захотели здесь все сжечь, то мало им не покажется. Все-таки, со мной Тройа.

Я задул огонь в лампе и медленно вышел на опушку. Старый Джавалли шел рядом, подходя к бару, с другой стороны. Вдали зазвенел колокол собора и тусклый свет за домом зашевелился, словно испуганный. Поняв, что сейчас незваный гость может уйти безнаказанно, я как можно быстрее побежал ему на перехват.

Каково же было мое удивление, что за углом, там, где его нельзя было разглядеть сидел незнакомец, с небольшим фонариком в руках. Он был одет в кожаную, сплетенную из ремешков, рубаху, поверх которой был накинут синий, с позолоченной перевязью плащ.

– Господин жандарм, что вы забыли здесь в полночный час? – Спросил я. – Вам подсказать дорогу на выход, или сами найдёте?

От такого внезапного вопроса служитель закона со страху свалился на спину, показывая предмет своего интереса. У стены валялся свежий труп, из которого торчало пять или шесть стрел. Полицейский же, оправившись от шока, поднялся и отряхнулся.

– Здравствуйте… сударь. Дорога-то мне известна, вот только я не мог не пройти мимо такого недоразумения.

– Ну, мне и самому было бы интересно узнать, что же здесь случилось… – В этот момент из-за другого угла вышел Тройа. – Так вот вы где.

– Торопишься, парень! Надо было вместе… Ой… А ты ещё что за фрукт?

Оглядев нас обоих, констебль просто засиял от радости. На его лице появилась кривая ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего.

– Ага, сообщник! Теперь это полностью меняет дело. Не думал вас здесь увидеть собственной персоной, Скальпель, добрый вечер. И что же мы будем делать с вами?

Немного обдумав свои слова, я предложил ему такой вариант действий:

– Уходите и забываете о том, что видели нас?

– Нет, так не пойдет. У вас, я погляжу, вооруженный гражданский, что противоречит статье пятнадцать параграф два, а вы сами – рыбка золотая. Любое желание исполнят за вашу чешуйку!

– Советую убраться подобру-поздорову, пока еще можешь.

– Да вы чего, народ честной? Здесь жмур! А вы пойманы с поличным, на месте преступления. К тому же, за голову Скальпеля награда хорошая обещана.

Джавалли потянулся к рукояти своего меча.

– Кто тебя нанял? Сколько тебе заплатили?

– Кхм… У вас есть право хранить молчание, любые слова будут использованы против вас. Ребята! Рыбка в сетке!

Из тени леса, под скрипы сугробов, продираясь сквозь кусты, вышли десять или пятнадцать человек. У большинства из них были короткие, изогнутые кинжалы и темный капюшон на голове. Рана на груди снова начала болеть. Чуял же, что этим то всё обернётся! А полицейский уже среди них нарисовался!

– Наемники!

Не смотря на такое количество людей, Мститель начал просто разминаться. Мороз крепчал, и дышать становилось все труднее.

– Ага, романтики с большой дороги. Ладно, сиди тихо и под меч не подставляйся. Ну всё, пожелай удачи!

– П-погодите, вы куда? Не бросайте меня!

– Ты сейчас все равно, что мешок с песком, зашибу и не замечу.

Старый рыцарь зашагал навстречу врагам, чего-то напевая себе под нос, а я остался один, в окружении оставшихся разбойников. Он меня назвал балластом и бросил! Просто бросил!

– Станцуй, Скальпель! Станцуй нам!

Вдруг, рядом с моим лицом пролетел стрела, а потом ещё одна, прямо над макушкой. Да они издеваются!

Я, полностью растерянный, скорее помчался в бар, но и наемники на месте на стояли – они помчались за мной через все поле. Только мне удалось добраться до дверцы, как ветел внутрь и запер все дверь на все засовы.

– Где здесь погреб?.. Черт!

Окно разбилось, и через него ввалился головорез. Весь в снегу, замёрзший и с красной рожей.

– По… Попався! – Прохрипел он.

Я достал из пояса Пирожка и скомандовал:

– Пирожок, защищать!

Василиск, словно тугая пружинка, выпрыгнул из моих и начал кусать мужика. Тот не успел даже понять, что с ним случилось – его кусали, пока вся кровь фонтаном не вытекла на пол.

И вот, на миг затишье. Я быстро выглянул наружу и понял, что все очень дерьмово. Очень, очень дерьмово! Джавалли окружили практически все враги, пока по мою душу бежали лишь двое. Внезапно, наемник остановился и потянулся к колчану на спине.

– Твою мать! – Над головой снова свистнула стрела, но на этот раз так близко, что я почувствовал ее волосами.

– Выходи! Выходи, Скальпель! – Кричали мне с улицы.

И тут в окно начал лезть еще один молодец, здоровее всех. Я как глянул на него, так почувствовал себя совсем крошечным.

– Вильгельм! Тут дверка заперта, через окна лезь! А где…

Я быстро метнулся к нему с бутылкой самогона и разбил ее о голову. Такое действие с моей стороны только разозлило великана.

– Ах ты, маленькая!.. Ты ведь допрыгаешься!

– Пирожок! – Закричал я.

Змея опутала его стальным кольцом и заползла в штанину.

– Слезь с меня! Снимите ее кто-нибудь! Сни…

Пока наемник отвлекся, я сбил его с ног, после чего уселся сверху. Прижав к того к полу, мне удалось несколько раз врезать ему по лицу осколком стекла. За дверью кто-то ломился, головорезы снаружи тоже кричали, а я нацелился своим скальпелем прямо в моего врага.

– Прошу, пощади! Нет! Не надо!

Но было поздно. Лезвие глубоко вошло между носом и глазом, в том месте, где черепная кость была тоньше всего. Полевая лоботомия, друзья!

Мужик завизжал подо мной, задергался, а хирургический нож входил все глубже и глубже, пока, наконец, он не ушел полностью. В корчах тело начало выплясывать жуткий танец прямо на полу, однако человек уже умер.

Бар ходил ходуном, звуки битвы доносились отовсюду – творилась полная анархия. И когда стало казаться, что все закончилось, в мое левое плечо попала стрела. В первый момент я не чувствовал, кроме странного ощущения инородного предмета в теле. Резкая боль нахлынула уже гораздо позже.

– Чёрт! А-а-а! Чёрт, чёрт, опять! – Лучник на улице бежал ко мне, доставая вторую стрелу. – Пирожок, убить!

Монстр слез со своей жертвы и ринулся к своей новой цели. Пока мой питомец разбирался с последним разбойником, я присел на пол и попытался вытащить стрелу. Однако от этого рана стала кровоточить ещё сильнее, а боль вспыхнула адским огнем.

– Да твою же… Я лично потом изуродую твой окаменевший труп!

Дневник Алерайо Элиэнуса от пятого ноября.

В лаборатории после ухода Ангелара поднялся настоящий кипиш. Вот опять, задаешься вопросом, на кой черт мутить воду? «Мы должны всех предупредить» – да зачем, если в твоей личной преисподней живут только гоблины и пару людей? Ну пропал бы кто, что с того? Скажешь, будто заболел. Или уволил, придумать причину не сложно, главное, чтобы лапша не слишком тяжёлой была. А тут он заваливается и смело объявляет, что начинается война с конкурентами. Не так это делается.

Но меня это все равно радует – руки чешутся, не могу, а тут выпадает шанс почистить лица. Как от него можно отказаться? К тому же, лечение мое затягивается, и на службу по утрам идти не надо… и Зед всегда встречает меня с хлебом-солью. Выпьем за невыход!

Но из последних событий наклевалось кое-что интересное. Всего плана мне так и не поведали, как никак отстранён, сижу в запаске, но это правда весело. Так вот, этой ночью в полную власть вступает новый помазанник, а сам процесс обозвали Полночным Мессией. Пафос так и прёт, а не с проста. Сейчас быстро пробежимся по всем известным мне грядущим событиям, а там покумекаем, что это может дать. Информация эта «канфэдэнсэальная», так что будет лучше, если я все запишу. А то опять, историю напишут победители, а простой человек продолжит лапу сосать. Или чего похуже…

Первым шагом стал новый патриарх, новый духовный лидер. Новый лидер – новые правила, это известно всем, однако не стоит недооценивать значимость подобного избрания. Чтобы там не казалось, религиозные верования до сих пор сильны среди народа. Настолько сильны, что люди могут превратиться в зверей, если ты обмолвишься о культе Луны или Бефрезена. Здесь не исключение.

А теперь очень серьезно. Все цветы и венки в сторону. Новый патриарх – ставленник Инквизиции. Вы хоть понимаете, что может означать? В Церкви случился раскол, масштабы которого сравнимы только с отречением от Небесного Отца.

Инквизиция в прошлом была подконтрольным органом, исполняющим обязанности святой полиции. Несли веру, устраняли ересь и прочая херня. Отделившись, мы стали… Отдельной ячейкой, со своим уставом, со своими правилами, которые нам засовывали в черепа и заставляли вызубрить наизусть! К чему я клоню: нового патриарха никто не примет с распростёртыми объятиями. Если не помогает пропаганда – в дело вступаем мы, Девятнадцать верных отрядов самого Канцлера, благословленные его волей.

Почему девятнадцать? Отличный вопрос, дружок, жаль только, что поляжешь ты прежде, чем узнаешь все сам. Через неделю вступает указ об утверждении Девятнадцатого отряда, который подпишут Патриарх и Венисий. В договоре будет ещё парочка кой-каких уступок для нас, Инквизиторов, по типу государственных услуг, льгот и так далее. Но вся суть в том, что он будет исполнять основную роль карательных батальонов! Бойцы в нем ну совсем выученные – носят маски, редко спят, с оружием обращаются аки мастера… Даже завидно! «Что же там за парни такие?» – до сих пор задаюсь этим вопросом.

Но самое главное. Собирается новый виток Великой Охоты на ведьм. Не сразу, через пару лет, спокойно… и без предупреждения. Меня начинает волновать судьба той девчушки…

Вот так вот, все очень серьезно я изложил. Даже руки устали исписывать эту поганую бумагу. Я так не писал с тех пор, когда накопил в долгах двадцать восемь рапортов – это был сущий ад. Скажу ещё, что народ реально бунтует, вот только, как это делается или, когда они знают. Весь их бунт выглядит как столпотворение стада баранов! Да и причина то смешная – не хотят патриарха из стана Инквизиторов. Вот только слово Канцлера – закон, против которого даже я не попру.

__________________________________________________________________

Пока Ангелар пытался скрыться от своих преследователей, Тройа, наоборот почувствовал прилив сил. Словно в старые добрые времена, когда он служил ещё кавалеристом. Войны давно закончились, но вот умения убивать, и убивать красиво, ещё остались. А тут, какая удача, наемники решили избрать старого Мстителя, как самую опасную цель. Полицейский же, прячась в стороне, лишь подзадоривал их:

– Ребятки, я в вас верю, только про мою долю не забудьте!

На Тройа наступали сразу десять человек, четверо из которых стояли за спинами товарищей, с луками наперевес. Ну, что же, испытайте удачу.

Первый из наемников метнулся из-за спины, пока Джавалли ещё не успел достать свой меч. Не тут-то было: кинжал просто отскочил, хотя удар приходился точно между фартуком и кирасой. Он сделал ещё один, и ещё один, а на доспехе даже царапины не появилось.

Теперь настал черед воина. Тройа лихо схватил его за шею и одной рукой поднял над землёй. Стрелы бились по всему его телу, отскакивая и ломаясь. Одна все же застряла между сочленениями, но ее сразу же сломали пластины, которые, как жернова, перемололи в щепки.

– Мужик, и чего ты хотел добиться своими тростинками? Зубы решил мне почистить? А ты не думал, что… – Вдруг, у человека что-то хрустнуло под пальцами рыцаря, и тот сразу же обмяк. – Ой… Какая жалость. Ты уже умер.

Отбросив тело в сугроб, он побежал на врагов. В мгновение ока все поле осталось позади, а двуручный меч уже летел на врагов. Взмах, и голова наемника упала в снег.

Решив, что с таким противником, как Святой Мститель, мелочиться не стоит, на него напали сразу три человека. Но тот нисколько не растерялся. Схватившись второй рукой за лезвие, он насадил на него бандита. Металл прошел сквозь плоть и органы, как ножом по маслу. Отправив дырявого калеку истекать кровью уже на земле, воин отсек руку его товарищу. Тот с диким воем упал на колени, держась за раненую культю, однако тяжелый клинок быстро положил конец его страданиям. На алый от крови снег упал разрубленный на пополам труп негодяя.

Все то время, пока Тройа веселился, в него постоянно летели стрелы. Стоит сказать, что они попадали по своей цели, а иногда даже в голову… Но тот этого как будто не замечал. Он так и остался невредим.

Последний наемник замешкался от страха, однако Мстителя в гневе было не остановить. Его удар всей силой пришелся по горлу врага. Заходясь в ужасных хрипах, человек пытался поймать хоть какой-нибудь глоток воздуха, но его кадык оказался сломан, и тот перекрыл трахею.

Наконец пришла очередь десерта. На другом конце поля стояли четыре лучника, которые долго и упорно поливали стрелами старого Джавалли. А за их спиной, как главный болельщик, прятался полицейский, прикрикивая на них:

– Косые! Да кто ж так делает-то? Дали бы мне, всех в расход бы пустил!

– Захлопнись!

– Просто вы… Берегись!

Констебль еле успел пригнуться, как все четверо оказались упали замертво. Удар пришелся наискосок, из-за чего первому отрубило голову, а последний катался на снегу.

– Мои… ноги!.. Мои ноги! Мои… Не-е-ет!.. Не…

Джавалли поднял раненого наемника за шею и начал трясти. Из отрубленных культей градом лилась свежая кровь.

– Раз-два-три, раз-два-три! В ритме вальса! Знаешь, была такая пытка – отрубить руку, а потом водить горячим металлом по разрезанной кости. Говорят, боль адская… Сейчас проверим… – Несчастный стонал, выл и просил о помощи, но в ответ услышал только злорадный хохот. – Твои мольбы услышат лишь в аду, однако не стоит торопиться. Покамест – ты мой!

Рыцарь резко ударил по правому боку. Вся кровь, что ещё имелась в теле, словно из шланга пролилась на землю. Снег растаял яркими, алыми лужами. Колокол ударил в последний раз, и сердце последнего негодяя остановилось.

– Господи… – Кто-то прошептал за спиной.

Тройа резко обернулся, ожидая увидеть ещё одного противника, но вместо этого увидел Ангелара. В его руке торчал обломок стрелы, наспех перевязанный обрывком плаща. Прежде нарядная одежда превратилась в месиво, которая теперь смахивала на имперский сыр.

– О, ты выжил! Я ни секунды в тебе не сомневался!

– Сказали бы это прежде, чем бросить меня на растерзание! Вам весело, а мне что делать!?

Но в ответ воин лишь безразлично пожал плечами.

– Раны лечатся.

– Да ладно!? Но черт бы с этим, что делать с констеблем? Он убегает.

– Не беда. – Подняв с трупов лучников пару кинжалов, он начал метать их в бегущую мишень. – Глянь-ка, Ангелар! Попал!

Со второго раза кинжал пришелся прямо в ногу продажного полицейского. Сила броска была такой сильной, что того словно скосило. Его крики разнеслись в ночной тьме сквера очень, очень далеко. Джавалли, довольный собой, подошел к некроманту.

– Итак, бар в порядке. А теперь, думаю, нам будет лучше удалиться. Ты трупы в расход пустишь?

– Не думаю. Вы их так покромсали, что вряд ли с ними можно будет что-нибудь сделать. Просто похороню их в лесу, да концы в воду.

– Тогда так и поступим. А пока тебя стоит подлатать. Снова… И брось ты этот хламиду, он же сейчас совсем развалится!

Уходя с опушки, Ангелар все же снял свой плащ, но не выкинул, как это говорил Тройа, а свернул и взял с собой. Восстановлению он уже вряд ли подлежал, но вот как светлое напоминание о прошлом… После битвы у лаборанта родилась довольно необычная идея: связаться со своим старым знакомым, который сумел бы вывести его на того, кто сумел бы помочь.