Текст книги "Темный лаборант (СИ)"

Автор книги: keklik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц)

Глава 1

Когда солнце зашло, а люди, что еще остались на улице, спешили спрятаться в своих домах, в старой и обшарпанной комнате общежития сидели двое студентов. Bнешне кампус напоминал солдатский барак, а с его возрастом посоревновалась бы только Вселенная. Принадлежало данное учреждение местному университету «Вечной жизни», практикующему исцеляющую магию.

Те два собрата по несчастью уже несколько месяцев делили одну комнату и очень сдружились. Немудрено, если им самим пришлось закупать себе мебель, стены комнаты ходили ходуном, крошились, в потолке зияла дыра, ведущая на чердак. Пару раз им уже приходилось разгребать завалы в коридоре, а кошелек вот уже как две недели пуст.

Первого звали Ангеларом. Это был высокий и худой молодой человек со скучающим лицом. Его одежда мешком висела на плечах, из голодного брюха постоянно доносилось урчание. Впрочем, так было не всегда. Он приехал в этот город недавно, из далекой деревни, еще не успевшей познать все горести нищеты. Возможно, тот еще не скоро бы оттуда уехал, однако сомнительная деятельность молодого человека заставила всех деревенских ложиться с петухами. Дело в том, что Ангелара обвинили в некромантии, осквернении могил, воровстве и влечению к трупам, вследствие чего был вынужден переехать в большой город. В оправдание стоит сказать, что все, кроме последнего, было правдой.

Виктор – второй студент, невысокий, горбатый, с переломанным лицом. Его глаза всегда рыскали в поисках легкой наживы и прямо светились нечеловеческой хитростью. Находясь в такой же бедственной ситуации, горбун нашел выход, как ему с Ангеларом найти денег на пропитание.

Последние полтора года вся магия, кроме исцеляющей, жестоко пресекалась святой инквизицией. Более того, шла вездесущая пропаганда Церкви, а потому все люди, имевшие какую-нибудь причастность к магии, ушли в подполье. Некромантия занимала одну из лидирующих позиций на черном рынке, который рос день ото дня. Его существование яро отрицалось, однако это не мешало инквизиторам раз в месяц устраивать облавы и обыски.

Исходя из ситуации, Виктору пришла гениальная идея, в которой Ангелар нанимается ассистентом в одной тайной лаборатории. Он сам, в свою очередь, через своих друзей будет искать расходный материал и всячески прикрывать голодающего товарища. Он даже успел договориться с охранником, который пропустит студента при помощи кодового слова.

Сам Ангелар согласился без раздумий.

Колокола Учебного корпуса объявили об окончании занятий, а потому, быстро попрощавшись с Виктором, я отправился на улицу. Меня окружали сотни спешащих по своим делам студентам. Подавляющее большинство из них являлись сынами богатых чиновников, а потому не удивительно, почему те казались поперек себя шире. А в это время мой изорванный серый плащ тихо трепетался на ветру, сапоги просили каши. Такова несправедливость этого мира, с которой ничего нельзя сделать.

Стоит лишь выйти за каменную ограду, как в глаза бросается вся красота бедности и развала. Траву ведь за территорией университета не красят, а разбитая улица с деревянными бараками так никуда и не девается, ее так просто не спрячешь. Правда, бедняки не разделяли подобные взгляды на социальное неравенство. Выстроившись вдоль стены, оборванные и обделенные люди протянули руки по миру. Голод не тетка, жить хочется всем, однако, как удержаться без единого гроша в кармане? Разве что телом торговать… во всех жутких смыслах этого выражения.

Быстро свернув в жилой переулок, я открыл люк канализации. Из черной глубины мне в лицо дыхнула ужасная вонь человеческих фекалий и крови. Словно в глотку дракона прыгать, только право выбора мне никто не давал.

Пару лет назад за канализацией в центральных районах еще кое-как следили, но после злополучной резни на улицах города, когда убили почти весь Шабаш ведьм, даже простую уборку перестали совершать. Через некоторое время из каналов поползли странные, гигантские крысы. Казалось бы, эти два события никак не должны быть связаны, а потому, в начале данному факту не придавали никакого значения. Гораздо позже, когда полгорода лежало на койках, покрывшись бубонами, выяснилось, что грызуны являются переносчиками Черной смерти. Суеверный народ начал поговаривать о проклятиях, монстрах, водящихся под поверхностью Двелла. Только полгода назад, собрав всех инфицированных в самых грязных, обжитых мелкой нечистью туннелях, инквизиция огнем и мечом победила заразу. Болезнь была пресечена самым жестоким образом. Ходят слухи, что некоторые каналы оказались перекрыты горой обугленных трупов, которые до сих пор переживают свой последний миг, крича в дикой агонии.

Я не боюсь призраков, ужасного запаха или проклятий. Чего по-настоящему стоит боятся, так это огромных крыс. Эти твари все еще обитают под землей.

Туннели сворачивали то направо, то налево, однако дорога была мне хорошо известна. К слову, канализация больших городов – самая лучшая лаборатория, сама по себе. Лишь из одних грибов можно было устроить массовую панику на базарной площади, сделав из них дымовые шашки.

Внезапно, на меня нахлынули теплые воспоминания. Моим самым первым зомби стала крыса из подпола. Она вышла столь хорошо, что до сих пор жива, бегает по подвалу отчего дома. На грызунах мои изыскания не остановились, и через некоторое время я начал поднимать скелеты на деревенском кладбище. Мне никогда не хотелось причинить вред соседям. Просто меня интересовало изучение человеческого тела со стороны медицины, а вся нежить, что все-таки смогла встать из могил, жила несколько мгновений. Я всегда хотел стать лучшим лекарем. Впрочем, это не помешало моей девушке объявить меня некромантом во всеуслышание.

Путь оказался легким и спокойным, только маленькие мыши, тихо пища, перебегали из угла в угол. Наконец, когда мой нос уже притерпелся к вони, впереди замаячила большая дубовая дверь, обитая железом. Перед ней, с маской на лице, облаченный в большой черный плащ, стоял человек, закинув арбалет на плечо. Оружие оказалось заряженным.

Мне не хотелось оказаться застреленным в первый же день работы, а потому некие сомнения все же начали заползать в мысли. Про себя я проклинал Виктора, ведь о подобных вещах речь не заходила. Подлый хитрец! Всегда знал, что этот горбун только мать родную не продал. Но время не стояло на месте, а потому, набравшись смелости, я вышел из-за угла, вскинул руки вверх и прокричал:

– Не стреляйте! Яйца всмятку!

Почувствовав себя самым большим дураком на свете, моя голова уже приготовилась получить болт между глаз, однако незнакомец лишь одернул полы своего плаща и снял с себя маску. Охранником, внезапно, оказалась девушка. Подобный маскарад создавал весьма внушительное впечатление, словно она была в полтора раза больше. Все также держа прицел арбалета на мне, та спросила:

– Кто такой? Назовись!

– Я… Я – Ангелар! Меня послал сюда Виктор! Горбун такой… Только не стреляйте!

Привратник опустил оружие и кивнул в сторону двери. Подойдя к ней поближе, но все еще держась на расстоянии, я ждал, пока она отпирает засовы. Сердце до сих пор выплясывало чечетку, норовя выпрыгнуть из груди. Ее грозный взгляд ясно давал понять, что если меня угораздит выкинуть или сморозить что-нибудь лишнее, то мои яйца тоже превратятся в гоголь-моголь.

– Вниз по лестнице, не ошибешься. – Указала она мне дорогу. – Как спустишься, иди налево, в лаборатории. Все ясно?

– Ага… – Кивнул я. – А вы все также будете наставлять на меня свой большой арбалет?

– Может, ты какой-нибудь лазутчик или шпион? Лично я не доверяю всяким проходимцам вроде тебя. Давай, шагай.

Дверь заперли за мной изнутри, и я побрел вниз по мрачным, пыльным ступеням. Было не очень приятно спускаться, зная, что тебя сопровождает девушка, приставив свой арбалет к спине.

Лестница показалась мне очень древней, ведь каменная кладка здесь точно такая же, как у самых старых домов Двелла. Похоже, что это убежище создали вместе городом, и лишь после оно было оборудовано в качестве лаборатории.

На самом нижнем этаже подземелья мне открылась большая комната, в которой находилось два широких прохода, тяжелыми, каменными арками нависая над полом. Правый проход был заперт, а вот из левого лился ровный свет.

Черный рынок представляет из себя сложную и многогранную систему, в которой не так уж и легко разобраться, а он сам является лишь придатком еще более крупной структуры. Всем балом правит великая Торговая Гильдия, которая и договаривается о поставках, добыче информации, откуп полезных людей и прикрытие всевозможных волшебных лавочек. Логика инквизиции устроена так: нет магии – нет проблем, даже сам Канцлер не прочь воспользоваться услугами умельцев, если ему нужна информация.

Высшую ступень в Гильдии занимают кузнечные и оружейные магазины. Следующую занимают бесчисленное множество мелких лавок, неважно какие, магические или продуктовые. На предпоследней ступени уместились лаборатории и обсерватории. Да, обсерватории. Вы удивитесь, каким оборотом обладают журналы с гороскопом. Подчас, вера в надежду и удачу помогает куда больше, чем церковники, призванные помогать простому люду. Самую низшую ступень занимают странствующие торговцы, которые продают свой товар в других городах и странах. А все это лишь в общих чертах, на самом же деле все градации уже давно стерлись, и ступеней стало куда больше.

Лаборатория, в которую отправился Ангелар, не была самой крупной или совершенной, однако качество производимого ею товара всегда была на высоте, а потому она очень ценилась.

Помещение, в которое попал студент, можно было бы сравнить с университетскими лабораториями, вот только вместо слащавого запаха здесь стояла едкая вонь реагентов. Температура здесь была явно ниже среднего, из-за чего Ангелар сунул руки подмышки, легкий пар вылетал изо рта. Огромные книжные стеллажи, стоящие в выбитых гранитных нишах, уходили под потолок, в далекие затуманенные своды комнаты. В дальнем углу находилась некое подобие зоны отдыха: переломанный пополам диван и два стула на трех ножках. В центре комнаты стоял один единственный стол, предназначенный для операций, а вокруг него катались несколько маленьких шкафчиков на колесиках.

Мои глаза от шока вылезли из орбит – с огромного операционного стола водопадом лилась шипящая кислота, а на обугленной тряпке лежали человеческие кости, покрытые жуткими ошметками плоти, изъеденные червями. На подставке из досок и книг стоял невзрачный с виду старик. Полы его белого халата стелились по полу, а его руки порхали над останками, время от времени протягивая руку к нагрудному карману, из которого доставал некие инструменты.

Все это происходило настолько быстро, что я, с открытым ртом, решил подойти и посмотреть на операцию вблизи. Однако, стоило мне сделать шаг, на мою плечо положили руку, не давая проходу дальше.

– Профессор сейчас занят и лучше его не тревожить.

Я обернулся и поймал на себе взгляд охранника. Похоже, она знала, что случается с более наглыми людьми.

Через некоторое время некромант закончил свою работу, спустился с возвышения и отправился к котлу, что стоял рядом с алхимической стойкой. Помешав немного зелье, он опробовал его на вкус, после чего, удовлетворенно кивая, налил варево в колбу. Облив густой жижей труп, тот громко крикнул:

– Боян! Костяная голова, иди сюда! Все готово, отвези этого пациента на четвертый стеллаж, в седьмой сундук. И да, не забудь присвоить ему серийный номер!

В ответ на крик, я услышал, как та самая запертая дверь, оставшаяся позади, громко отворилась, и из темноты, громыхая костями, вышел огромный скелет. Он отпихнул меня в сторону, после чего покатил стол к себе в убежище. Как только двери закрылись вновь, профессор обернулся.

Глава 2

Профессор обернулся ко мне. Его внешний вид казался неказистым и преисполненным скрытой угрозой. Седые волосы опускались на плечи, длинные брови на сморщенном лице закрывали глаза, а левая, рассеченная напополам щека, была сшита толстыми нитками, судя по всему, на скорую руку. Из идеально белого xалата торчали огромные иглы, на худой шее висел веревочный метр. Уже по внешнему виду я начал сомневаться в его психическом здравии.

– Мерисса, кого ты к нам привела? – Спросил он громким, скрипучим голосом. – Eсли это пациент, то почему он живой?

Похоже, старый некромант был явно недоволен новым лицам в лаборатории, если только их мышцы не охватило трупное окоченение.

– Профессор, это Aнгелар, он пришел наниматься на работу.

– А, так вот о ком говорил Виктор! Вспомнил, вспомнил! Меня зовут Шиф, некромант по профессии. Рад знакомству!

Профессор протянул свою правую руку в приветственном жесте. Я ответил на рукопожатие, после чего застонал от боли – его хватка оказалась просто железной. Серые возбужденные глаза уставились прямо на меня в голодном и нездоровом желании. Такое чувство, что в мыслях некроманта я уже предстал разобранным на части.

– Мой дорогой мальчик, что ты знаешь о нашей науке, о нашем пристрастии?

– Ээ… Некромантия – область магической науки, взаимодействующая с механизмами самой смерти. – Неуверенно ответил я.

– Неплохо! Но это только теория, скучные учебники, бла-бла-бла, пустая болтовня! Что ты знаешь о практической части?

Под конец своей речи старик даже сорвался на крик. Хрипловата сопение из носа, на пару с громовым голосом резали мои уши, не хуже орудий пыток. Я было оглянулся на Мериссу, в надежде, будто все это представление – весьма плохая шутка, черный юмор, анекдот в конце концов, однако та лишь задумчиво ковыряла грязь под ногтями, даже не смотрела в мою сторону. Где-то на задворках разума пронеслась мысль, что сейчас смерть нависла надо мной, так же, как и тяжелый свод этого склепа. Смирившись с плачевным положением дел, я стал искать варианты выхода из лаборатории в целостном состоянии.

– Благодаря некромантии и ее тесному взаимодействию с медициной мы можем оживлять всевозможные скелеты и трупы, создавать новых комбинированных существ, заниматься донорством и… – Меня пробил холодный пот. – Дальше не знаю…

Старик весело захохотал в ответ.

– Хорошо-хорошо-хорошо! Да, благодаря этой науке мы можем останавливать саму смерть и насмехаться над ней. Ты довольно много знаешь, однако я бы хотел увидеть тебя в действии! – В этот момент он захихикал и потёр свои заскорузлые руки. – Мерисса, дорогая, отведи нашего гостя к котлу, а я пока приготовлю все необходимое.

– Профессор, он и сам может дойти, я для него не нянька. Мне нужно вернуться на свой пост. – Запротестовала девушка.

– Покажи ему что-нибудь, я не знаю! И следи чтобы он ничего не стащил!

Я с обреченным видом направился к алхимической станции. Сверкающие перегонные кубы и пробирки были куда совершеннее моих самодельных, которые остались у меня дома. Приближаться к котлу не хотелось, ведь осмотреть его содержимое без риска получить увечья представлялось возможным. Внезапно, мне в глаза попалась толстая, раскрытая посередине книга. Яркие иллюстрации с описанием нечеловеческих издевательств над телами усопших ужасали и, одновременно, восхищали. Только мои пальцы коснулись потрепанных страниц, как они резко захлопнулись.

Oхранник забрал книгу, спрятав ее в полах своего плаща.

– Нет, вот её ты не получишь.

– Pазве я уже не завоевал ваше доверие? – Спросил я.

– Откуда такая уверенность? Ты ещё даже проверку не прошел, на работу не наняли. Да и я тебе ещё не скоро доверять буду.

– Мне нельзя почитать самую обычную книгу?

– А болт словить не желаешь?

Вздохнув, я обернулся к алхимическому столу. Вся его поверхность была завалена самыми разнообразными порошками, костями, хрящами и связками сухих трав. В этот момент Шиф вернулся обратно.

– Я вернулся! Нашел все необходимое, и теперь мы можем проверить новичка! Мерисса, как себя вел наш гость?

– Ужасно. – Усмехнулась она в ответ.

– Похоже, что вы нашли общий язык, это радует меня! Итак, настало время для твоего первого задания, Ангелар.

– Мне дадут сшить полноценного зомби?..

– Нет, трупов здесь шью только я! Свари-ка ты нам бальзамирующий раствор, он у нас как раз закончился.

Я посмотрел на котел с болотной жижей, который шипел и плевался в разные стороны.

– Разве это не тот самый раствор? Его здесь еще очень много…

– Нет, закончился! – Резко вскричал старик, после чего пинком опрокинул котел со всем его содержимым на пол. Моему удивлению не было предела, девушка, в это время, за моей спиной еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. Похоже, выражение моего лица выглядело было крайне комично.

– По крайней мере мне дадут рецепт, да?

– Нет, не дадут! – Профессор одарил меня самой лучезарной улыбкой. – Попытайся сварить его без рецепта. Мерисса, пожалуйста, целься ему в голову.

Охранница, без лишних вопросов, вновь наставила на меня свой арбалет.

– П-погодите, а это ещё зачем!? – Запаниковал я.

– Ну, так ты подтвердишь свою преданность нашему искусству. Не бойся, если ты провалишься, из тебя выйдет прекрасный зомби и ты, так или иначе, послужишь на благо нашей лаборатории! У тебя на все про все ровно час!

– Но… Постойте!

– Мерисса, проследи за ним! Мне нужно уйти в морг.

– Да, профессор. – Кивнула она.

Я с мольбой оглянулся на девушку.

– Мы ведь друзья, да? Может…

– Не бойся, в начале выстрелю в колено, не умрёшь. А теперь за работу!

Она вновь одела маску и прицелилась. Разводить панику – не лучшая идея. Придётся подумать, причем быстро.

Создание всевозможных алхимических препаратов требует максимальной собранности от изготовителя. Лучшего эффекта довольно легко достигнуть, если вымерять все на глаз. При должном навыке, можно изготавливать самые изощрённые яды и химикаты из подручных материалов. Качество продукта не будет таким же безупречным, как если бы использовались нужные ингредиенты, а не заменители, но зелье все равно возымеет необходимые изготовителю свойства.

В такой науке, как некромантии, зелья играют второстепенную роль. С ней куда теснее связана химия, нежели зельеварение. При помощи химии, учёные создают бальзамы, консерванты, яды и многое другое.

Как побочный продукт всех этих махинаций, возможно образование наркотического вещества, а потому химик-некромант может совмещать приятное с полезным – оборот наркотиков на черном рынке просто колоссальный.

Дрова весело потрескивали, и источали приятное тепло в этом мертвом месте. Поставив котел на огонь, я стал перебирать на столе все ингридиенты, какие на нем были. В это время моя надзирательница сидела на стуле, клевала носом.

– Ты там ско…ро..?

Очередной приступ зевоты прервал ее на полуслове. Мерисса со скучающим видом водила свой арбалет из стороны в сторону.

Не обращая внимания на ее придирки, мне пришла идея заглянуть внутрь одного из ящиков стола. Внезапно, мои глаза нашли, то что искали.

В котле варилась клейковину по древнему рецепту: толченые пчелиные соты с медом было необходимо смешать с молоком, а при помощи соли и спирта, в мензурке получился простейший антисептик. На этом мои умения закончились, и я с волнением стал ждать назначенного часа. Когда время вышло, профессор, крадучись, вновь зашел в лабораторию.

– Ну как? Справился с задачей? Вижу, ты приготовил мне что-то интересное! Мерисса, вставай! Я не для того тебя нанимал, чтобы ты спала на работе! Иди сюда!

Девушка с сонным видом подошла к нам и встала за спиной некроманта. Проверка началась.

– Ну давай, рассказывай! – Промолвил Шиф.

– Что же… Я решил использовать свой метод и создал особый набор веществ, предназначенный для мумификации.

– Ага, продолжай!

– Ну… Создал самый элементарный антисептик, после чего сделал клей из меда и молока. Клей оказался не очень прочным и пришлось его усилить, добавив толченого базальта.

– Продолжай… Ага, да…

– При помощи чешуек саламандры я создал вещество, способное иссушать плоть, как если бы оно находилось под воздействием высокой температуры, но в разы быстрее. Ну и по-немногу, различные слабые вещества, призванные замедлить разложение… Это все.

– Отлично, ты справился! Теперь нужно проверить твои препараты. Боян! Тащи сюда труп той ящерицы!

Услышав зов хозяина, скелет привез на тележке средних размеров свёрток. Как только тележка была доставлена, тот снова вернулся в морг.

– Давай, открывай! Я приготовил тебе подарок, как раз в твой первый рабочий день!

Сдернув саван, я обнаружил под ним мертвого василиска, длиною около полутора метров. Труп оказался свежим.

– Теперь попробуй оживить эту рептилию, а я посмотрю. Мерисса, если что, застрели эту тварь и нашего гостя, будь добра.

– Как скажете.

Охраннику явно надоел весь этот балаган. Не скажу, что проникся сочувствием к ней, но будь я на ее месте, ноги бы здесь моей не было.

А вот я попал, и серьезнее обычного. Лучше голодом маяться, чем наниматься сюда. Хотя платят хорошо… Я не ел мяса вот уже десять дней.

Я решил начать операцию. Удалил все внутренние органы, вычистил и обработал тело змеи. Вскрыв голову, меня охватили сомнения. Было два варианта дальнейших действий: либо мозг остается на месте, либо нет. Я решил, что стоит совместить оба варианта, а потому полностью удалил лобную долю. Склеенные кости и череп окаменели, став практически неразрушимыми. Когда в жилы змеи попал раствор, тело скукожилось, а мышцы приобрели характерные для нежити свойства: относительная хрупкость и большое количество белка. Введя в ткани антисептик и бальзамирующие препараты, я набил рептилию опилками. Она стала похожа на плоского червя, увеличенного в сотни раз.

– Surge! – Запел я.

Первое время ничего не происходило. Мне начало казаться, что сейчас я лягу на стол вместо этой змеи, однако потом ее мышцы резко сократились. Извиваясь, она подняла голову, и наши взгляды пересеклись – мой, полный страха, и василиска, с мертвой, тупой покорностью. Мне было очень страшно, ведь ее яд так никуда не исчез.

Укусы caverna reguli опасны тем, что их сильный паралитический яд обездвиживает жертву, а из раны начинает фонтаном идти кровь. Он настолько силен, что появилось поверье, будто эти змеи обращают жертв в камень. На самом деле, укушенный может просто стоять в самых жутких позах, застыв в предсмертной агонии.

Тварь шарила по пространству остекленевшими глазами и мерно покачивалась из стороны в сторону, разглядывая других обитателей лаборатории. Внезапно, василиск изумрудной лентой сполз со стола и начал обвиваться вокруг моей ноги! Я стоял, не движимый, сердце пропускало удар за ударом, колени начали трястись. Однако, монстр просто обвился вокруг ноги и застыл на ней.

– Хорошо! Хорошо! У тебя получилось! Похоже, что эта тварь привязалась к тебе. Можешь оставить ее здесь, как питомца. Кхм-кхм!

Шиф громко прочистил горло и, разведя руки в стороны, громко возвестил:

– Ты принят, Ангелар, мальчик мой! Отныне, ты – один из лаборантов нашей прекрасной обители смерти! Ты достойно проявил себя и даже создал своего первого ручного питомца. Вне всяких похвал, отличный результат!

Профессор рассыпался в аплодисментах. Мерисса же просто развернулась и ушла к себе на пост.