Текст книги "Всё началось с поцелуя (СИ)"
Автор книги: Этранжера
сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 76 страниц)
– Трудности? – переспросила Моник, слегка хмуря лоб. – Что вы имеете ввиду?
– Ни одна из лекций, прослушанных там не пойдет мне в зачёт, так как университеты договорами не связаны. Меня предупредили, что я должна буду сдать все экзамены за пропущенный период, в противном случае кафедра не допустит до следующего семестра, и мне придётся повторить последний курс. – Дефне старалась как можно более чётко обрисовать перспективу на будущее.
– Что же… – пожала плечами госпожа Селен. – Это ещё одна задача на вашем пути, которую следует разрешить. Когда вы должны уехать?
– Через четыре дня. – вдруг она тихо ахнула и прикрыла рот рукой. – А я даже не поинтересовалась насчёт билетов и проживания там.
– Как учащейся вам будет полагаться стипендия, небольшая, но на жизнь должно хватить, место в общежитии вам предоставят, но билеты придётся покупать самой. Хотя… – она набрала чей-то номер, но на том конце не ответили. – Сегодня же посмотрите на сайте разные авиакомпании, возможно у кого-то есть скидки на рейсы до Парижа, а уже оттуда вы поедете до Пуатье на скоростном поезде, но билет на него можно также купить заранее. – карандаш завертелся в её пальцах, Дефне обратила внимание на это движение, но значения его не знала. – У вас есть какие-то накопления, чтобы взять с собой? – получив подтверждение, задала новый вопрос. – Господин Омер знает о вашем предполагаемом отъезде?
– Нет. И я не собираюсь ставить его в известность. – твёрдо ответила Дефне.
– Понятно… Теперь понятно, откуда взялись внезапные перепады в настроении и рассеянный вид моего сотрудника. – её губы дрогнули в улыбке. – Советов на личные темы вы у меня не просите, но я всё же скажу вам ‒ постарайтесь утрясти ваши разногласия до отъезда. Даже если одна сторона считает другую неправой, ситуацию лучше обсудить и закрыть, не давая внутреннему пожару разгореться и сжечь кого-то из вас дотла.
Дефне не стала возражать, но напряглась и сжала руки в замок так, что костяшки побелели.
– Вы пришли ко мне, потому что находились в нерешительности относительно вашей стажировки во Франции. Я смогла вам помочь? – Моник вернулась к главной теме, с которой начался разговор.
– Да, спасибо. – поняв, что этим вопросом госпожа Селен заканчивала их беседу, она встала. – Извините за надоедливость, но могу я вам ещё позвонить в случае крайней необходимости?
– Безусловно! – Моник вложила столько теплоты в это короткое слово, что у девушки увлажнились глаза, её переполняла благодарность за всё, что эта чужая, по сути, женщина сделала для неё. Ей хотелось её обнять, но она, конечно же, никогда не решилась бы на это. – Обязательно держите меня в курсе дел и не забывайте, если там, на месте, случится что-то экстренное, зовите на помощь Даниэля. Я предупрежу его, что такое может произойти.
Кивнув головой и поблагодарив госпожу Селен, Дефне вышла в коридор и быстро, быстро, почти бегом, пересекла его, потом холл второго этажа, улыбнувшись на ходу замку Шенонсо и подумав о том, что, может быть, ей удастся увидеть его вблизи. На выходе простилась с дежурной, которая вспомнив о просьбе Омера, потянулась было к телефону, но девушки уже и след простыл, поэтому, поразмыслив, женщина решила, что не стоит признаваться господину Ипликчи в том, что пропустила появление рыжей студентки.
Бельгин испытала двоякое чувство, узнав о предполагаемом отъезде Дефне.
– Я рада за тебя, такую возможность упускать нельзя! Жаль только, что мы долго не увидимся с тобой.
Они сидели за столиком их любимого кафе и медленно поглощали мороженое, и хотя каждая взяла большую порцию своего любимого, Дефне ‒ шоколадного, а Бельгин ‒ клубничного, обычной радости от насыщения они не испытывали.
– А мне, если честно, страшно ехать туда одной. Вот бы ты поехала со мной!
– Полагаю, кафедра не пережила бы такого удара от университета Пуатье. Ты же знаешь, как чванливо некоторые из них ведут себя, и это при том, что никого из нашего курса так ни разу и не отправили на стажировку в Страсбург. Если хорошенько подумать, ты им здорово нос утёрла. – она засмеялась и дёрнула подругу за хвост. – Наверное, теперь гадают, кто за этим стоит. Да-а-а, недооценили они тебя…
Девушка даже не улыбнулась ей в ответ и задумчиво произнесла:
– Отольётся мне эта стажировка, сто процентов, отыграются на экзаменах, когда я вернусь.
– Знаешь поговорку? Когда Аллах хочет послать вам подарок, он заворачивает его в проблему. И чем в большую проблему он его заворачивает, тем больший подарок скрывается под этой обёрткой… – она взглянула на приунывшую Дефне и погладила по руке, безвольно лежавшей на столике. – Ударим ещё по мороженку, чтобы отпраздновать событие?
Та сделала круглые глаза и с удивлением взглянула на пустую креманку подруги.
– Ты что? Я и с этой-то ещё не расправилась.
– Ну уж, если ты эту сладкую трудность преодолеть не сможешь… – Бельгин шутливо развела руками, словно говоря: «Что тогда говорить о другом…»
– А кстати… Как разрешилась ситуация с родственниками из Германии?
– Будешь долго смеяться, если расскажу. – девушка лениво водила ложечкой по пустой креманке. – Папа, конечно, категорически возражал против их проживания в доме и предложил двухместный номер в одной из наших гостиниц. – сделала паузу. – Бесплатно разумеется, но… – она вновь замолчала, рассчитывая на нужный эффект. – Они отказались, сказав, что номер маловат, семейство, оказывается, нацелилось на трёхкомнатные апартаменты!
– И откуда что берётся. – пробормотала Дефне. – У себя они там в каких условиях живут?
– Если честно, не вникала, вроде, говорили о каком-то социальном жилье. Но, возможно, я не так поняла. – она поднялась и направилась к стойке. – Тебе какое взять?
– Всё равно. – махнула рукой подруга.
– Домашние уже в курсе твоего отъезда? – довольная Бельгин вернулась к столу с шоколадным и фисташковым мороженым.
– Никто пока не знает. Кафедра ждёт от меня сегодня окончательного ответа. Да, знаешь, сегодня утром я ходила к госпоже Селен, хотела прояснить кое-что и посоветоваться. – она машинально мяла ложкой шарик фисташкового мороженого. – Как я и полагала, французская сторона причастна к этому вызову на обучение, признаваясь в этом, Моник употребила слово «мы».
– Ну, а почему ты так обречённо вздыхаешь? Словно чего-то стыдишься… – Бельгин отбросила волосы назад и поискала глазами кондиционер. – Тебе не кажется, что они ещё убавили температуру, зябко как-то стало.
– Не знаю, мне нормально. Но, возможно, меня просто разжигает, я вся извелась от сомнений и волнения. – она приложила ладони к румяным щекам.
– Заканчивай с своими комплексами и нацеливайся на будущее. А Омеру скажешь? Ведь он всё равно узнает рано или поздно.
– Не планирую. – коротко ответила Дефне. – Представляю, как его взбесит тот факт, что приглашение было сделано с подачи Моник и кого-то из её окружения.
На лице подруги проступило явное несогласие.
– Ты обижена и преувеличиваешь. Уверена, он обрадуется твоей удаче, и ты его сильно, очень сильно оскорбишь, если уедешь, не простившись.
– По правде говоря, есть одна деталь… Я тебе не говорила ещё… – она замолчала, но, услышав нетерпеливое, возмущенное восклицание Бельгин, рассказала, что Омер пригласил её на семейный обед,
Эта новость, действительно, удивила девушку, она осуждающе посмотрела на упрямицу.
– Отбросим в сторону твоё нелепое толкование его предложения, ты хоть понимаешь, что это значит? – схватила Дефне за руку. – Он собирается сделать предложение, если решился представить тебя своей семье.
Однако в ответ та иронично улыбнулась, не разделяя такую точку зрения. – Да ничего подобного! Он просто хочет, чтобы тётя, наконец, отстала от него с бесконечным выбором претенденток на его сердце и состояние. Всё остальное ‒ лирика.
– Себя-то хоть не обманывай! – хмыкнула Бельгин. – Ты же влюблена в него… Зачем всё усложняешь?
– Да, с чего ты взяла? – вскинулась она и внезапно сдалась. – Да, хоть бы итак… Бегать за ним не стану!
– О-о-о… – раздражённо протянула подруга. – Да ты просто обожаешь усложнять жизнь и себе, и всем вокруг и у тебя фантастический талант создавать проблему на ровном месте. Знаешь, – она тряхнула головой, – если ты Омеру не скажешь, я сама поставлю его в известность. А после этого дуйся на меня сколько влезет. Даю тебе… – она прервалась, – когда ты уезжаешь?
– Через четыре дня, возможно раньше, всё зависит от авиабилетов. – ответила та.
– Ладно, буду щедрой и дам на раскачку чуть больше половины. Стало быть в пятницу я ему звоню. – улыбнулась. – Ты успела пометить эту дату красным сердечком в своей голове?
Дефне тоже улыбнулась и покачала головой.
– Нет, дорогая, так не пойдёт. Если он свяжется со мной в оставшиеся до отъезда дни, я скажу ему, если же этого не произойдёт, уеду, оставив всё, как есть.
Бельгин подвезла её к университету и предложила подождать, но подруга отказалась, не имея представления, сколько времени ей придётся там провести. В секретариате она подтвердила своё намерение отправиться на стажировку, передала на кафедру справки, которые успела перевести накануне вечером, их заверили и вернули назад, считая, что они понадобятся ей в университете Пуатье. Пожелав удачи, заведующий кафедрой напомнил, что студентка Топал обязана будет сдать все зачёты и экзамены за пропущенный семестр по возвращению.
Выйдя на улицу, Дефне присела на скамейку в скверике перед университетом, чтобы немного передохнуть, теперь, когда она озвучила своё решение, и пути назад уже не было, в её голове теснились проблемы, требовавшие решения в ближайшие дни, и то ощущение облегчения, с которым девушка покинула учебное здание, быстро сменилось озабоченностью. Прежде всего следовало предупредить семью, с Сердаром и Пчёлкой она планировала переговорить вечером, бабушке лучше пока оставаться в неведении, в пятницу она возвращалась домой, и новость вполне могла её дождаться. Сегодня же предстояло найти подходящие варианты перелёта, состыковать их с расписанием движения поездов в Пуатье и выкупить билеты. Невыполненные заказы лежали тяжестью на сердце, если костюм и платье для матери невесты ждали последней примерки, остальные придётся вернуть и приступить к шитью она сможет, очевидно, не раньше конца января. Положив ногу на ногу, девушка чуть покачивала ступнёй и следила за носком туфли, неизвестно, какую работу проделал её мозг, связав обувь с гардеробом, только она вдруг поняла, что ей самой необходимо срочно пересмотреть одежду и отобрать вещи в поездку, да не наугад, а ознакомившись с температурой в осенне-зимние месяцы в этой части Франции. А вот вопрос с финансами её не очень беспокоил, благодаря работе в институте и с госпожой Селен, у неё на руках скопилась приличная сумма денег, и хотя она уже потратила часть, заплатив за аренду дома, оставшуюся сумму положила почти всю на счёт, недавно открытый в онлайн-банке, для неё это был идеальный вариант, ведь она имела к нему доступ в любое время и из любой точки мира, так что в случае необходимости никаких проблем с пополнением карты не возникнет. Дефне вздохнула и на всякий случай проверила входящие сообщения ‒ ничего… Что ж… Теперь следовало вернуться домой, где её ждала Пчёлка и пойти с ней в магазин, чтобы купить обещанный телефон.
Брату и сестре она сообщила о своём отъезде в этот же вечер, они восприняли это как само собой разумеющееся событие, точно также как и вернувшаяся домой Тюркан, которая считала, что её дочка за своё старание давно заслужила поощрение. Никто из домашних и не подумал задать вопросы, которые пришли бы на ум всякому, кто хоть немного был знаком с подобным процессом, и только Пчёлка мыслила рациональнее остальных. За ужином, когда бабушка в подробностях пересказывала новости посёлка, она оторвалась от нового айфона и спросила:
– А у тебя хватит денег на такую долгую поездку?
Тюркан даже есть перестала и отложила ложку в сторону, эта простая мысль почему-то не пришла ей в голову.
– В самом деле, внучка, три месяца ‒ это срок, за поездку-то кто платить станет?
– Обучение бесплатное, там мне предоставят общежитие, плата за проживание в котором чисто символическая.
Сердар, с аппетитом налегавший на фаршированные перцы, задал вопрос, навеянный, очевидно, процессом их поглощения.
– А еда? Она тоже бесплатная?
– Нет, конечно, но для меня это не проблема, много я не ем. – усмехнулась девушка. – За билеты придётся заплатить, но сегодня вечером я просмотрю рейсы всех авиакомпаний и поищу скидки. К тому же, неплохо бы состыковать время прилёта в Париж с отправлением поезда в Пуатье.
– Париж… – с придыханием произнесла Пчёлка. – О таком можно только мечтать!
– Учись, как сестра, и у тебя всё будет. – бабушка не упустила случая напомнить ей о необходимости серьёзно относится к занятиям.
– Да уж. – согласно кивнула головой внучка. – Я не хочу, как Нихан, всю жизнь официанткой в кафе бегать.
Мужчина тут же поднял голову.
– А при чём тут Нихан? Не всем в университетах учиться, кто-то должен и другую, простую работу выполнять.
– Людей много, работы хватит всем. – рассудила женщина и погладила девочку по голове. – Учись, учись, с дипломом-то легче жить будет.
– Не факт. – односложно заметил Сердар и нахмурился, до конца ужина он не проронил больше ни слова, а выпив чай, тут же ушёл к себе.
– Обиделся. – заметила Пчёлка.
Бабушка неодобрительно посмотрела на младшую внучку.
– А тебя вот кто всё время тянет за язык? Зачем Нихан упомянула?
– В самом деле, для чего ты привела её в пример? – попеняла ей Дефне – Могла бы подумать о том, как он отреагирует.
– А что, я разве не права? – девочка обиженно надулась.
– Ты права в своём желании получить образование и хорошую профессию. – вступилась Дефне. – Но у Нихан не получилось это сделать и не важно по какой причине.
– Не нужно было упоминать её, вот и всё. – примирительно отметила Тюркан, собирая посуду со стола. – Давай, помоги мне убраться на кухне. – Дефне – окликнула она выходившую с кухни девушку. – А Омер знает о твоём отъезде? – и когда та, не оборачиваясь, отрицательно покачала головой, пробормотала. – Верно, опять взбрыкнула, дождётся, бросит он её.
Пчёлке стало обидно за сестру.
– Ещё не известно, кто кого бросит. Мужчины не самое главное в жизни современной женщины.
Тарелка чуть не выскользнула из рук Тюркан.
– Это где ты этих премудростей набралась? Сестра твоя с таким характером вполне может одинокой остаться, и ты собираешься по той же дорожке идти?
– Это устаревшие взгляды. – заявила девочка. – Вот в журналах пишут, что женщина должна быть… – она задумалась, вспоминая слово, – как это… ага… самодостаточной. Вот! Она не должна зависеть от мужчины, а высшее образование и хорошая работа для этого и нужны.
Бабушка схватилась одной рукой за сердце, а другой за край стола.
– О, Аллах! Кого же я воспитала? Ты слышала, чтобы я хоть раз так выражалась? Это какие же журналы ты читаешь, и кто тебе их даёт? Женщина должна быть при муже, родить детей… В семье, в семье её место, как хранительнице очага. Испокон веков так заведено… Ты поняла?
– Да, да, да… – заторопилась девочка. – Мне давно всё понятно. Ты не волнуйся, сядь вот сюда. – она подвинула стул и помогла женщине сесть. – Посиди, отдохни, а я всё уберу. – и вернулась к грязной посуде.
– Ну и ну… – огорчённо качала головой Тюркан. – Одну замуж никак не выдам, и с этой те же проблемы будут. Вот скажите, и что я делала не так? – она сидела так довольно долго, причитая и разговаривая сама с собой.
Если для Дефне дни подготовки к отъезду пролетали незаметно, то для Омера они тянулись невыносимо долго. Говоря Дефне, что не всё меряется деньгами, он вовсе не имел ввиду её готовность к любой посильной работе. Все пять дней путешествия девушки в компании семьи Селен мужчина едва ли знал хоть минуту покоя, и это состояние удивляло его самого, ведь раньше он не замечал за собой чрезмерной ревности, да, если хорошенько подумать и вспомнить прежние увлечения, не испытывал её вообще. Последний раз это чувство отравляло ему жизнь давным-давно, в те далёкие годы, когда обман Ханде заставлял неопытного парня сходить с ума от отчаяния. Думая об этом, Омер грустно улыбнулся, он-то полагал, что исчерпал тогда всю отпущенную ему судьбой норму любовных страданий, а вместе с ними и мук ревности, и навсегда избавился от этой спутницы нежного чувства. Как видно, его оптимизм оказался до крайности глупым: настоящая любовь и ревность оставались компаньонами, и там где появлялась одна, другая незримо парила рядом, ожидая своего часа. И хотя его возлюбленная до сих пор не давала ему повода для ревности, этот спутник любви уже обживался в его душе, покусывая и пощипывая в предвкушении более смелых атак.
Даниэль, красивый, умный малый, достойный во всех смыслах, вполне мог бы увлечь девушку, тем более такую неопытную, так что за время их совместной поездки его беспокойство по этому поводу только набирало обороты, и слова, так обидевшие Дефне, стали результатом этого состояния и вырвались непроизвольно, без всякого намерения её уязвить. Но случилось именно так, и в отповеди, которую она произнесла с таким жаром, свернув на больную для них обоих тему социального неравенства, прозвучали очень тревожные для него слова о том, что он вообще не в состоянии её понимать по той простой причине, что всю сознательную жизнь провёл в комфортных условиях. Возможно, ему следовало бы в подробностях рассказать о трагедии, случившейся в его семье, о страданиях подростка, потерявшего родителей, о его конфликте с дедом. Но разве в жизни Дефне случилось меньше драматических ситуаций? Скорее всего, даже больше! Несомненно, её ранимая, отзывчивая душа прониклась бы сочувствием после его откровений, но вряд ли это помогло бы забыть глупые слова, так сильно ранившие девушку.
Он рассчитывал увидеть Дефне в день её телефонного разговора с Моник, но дежурная ему так и не позвонила, а когда он сам спустился вниз, сообщила, что не видела рыжеволосой студентки. Однако, её глаза убегали в сторону, и в лицо она ему не смотрела, так что Омер понял, что скорее всего, женщина в это время отсутствовала на своём месте. Мужчина ни минуты не сомневался в том, что разговор между ними состоится, Дефне примет его объяснения, и он сможет исправить сложившуюся ситуацию, но по опыту их недолгих отношений уже знал: его любимой упрямице необходимо время, чтобы остыть и успокоиться. Ведь взвинченное состояние, в котором та находилась, не позволило бы ей даже выслушать его, не то что понять, поэтому он выжидал удобного момента, решив в конце недели приехать прямо к ней домой. Но он опоздал…
Глава 26. Отъезд Дефне
Дешёвый билет на самолёт до Парижа Дефне нашла очень быстро, компания Эр Франс проводила скидочную акцию на этот рейс, и хотя вылет был очень ранним ‒ в пять утра! ‒ а стало быть выехать в аэропорт придётся ещё ночью, она даже обрадовалась этому. Самолёт приземлялся в Париже в аэропорту Шарль де Голль в семь часов, и до отправления поезда в Пуатье у неё оставалось очень много времени, которое она могла уделить осмотру города своей мечты.
Накануне отъезда ей неожиданно позвонила Моник.
– Вы уже собрались? Билеты купили?
– Да, ещё в день нашего разговора. Вылетаю завтра из нового аэропорта очень рано в пять часов. – она разговаривала оживлённо, в предвкушении скорого свидания с Парижем.
– Не слишком ли ранний рейс? Или вы выбрали его целенаправленно, чтобы посмотреть нашу столицу? – и по голосу Дефне поняла, что госпожа Селен улыбалась её энтузиазму.
– Прежде всего, он попадал под акцию, это главная причина. Ну, а потом я сообразила, что провести несколько часов, гуляя по городу, совсем неплохо. – она улыбнулась, глядя на Оранжевый гид по Парижу, который тщательно изучала уже который день.
– А с какого вокзала отправляется ваш поезд?
– С вокзала Монпарнасс, отправление почти в шесть вечера. – Дефне вздохнула, мучительно соображая, стоит ли спросить об Омере, но так и не решилась.
Однако женщина сама упомянула о нём.
– Вы говорили с господином Ипликчи?
– Нет. И вас прошу этого не делать. Знаете, если я нужна ему, эти три месяца ничего не изменят.
– Без особых причин я не вмешиваюсь в личные дела своих сотрудников. – довольно сухо заметила госпожа Селен. – Полагаю, у вас есть основания поступать подобным образом.
Девушка ничего не ответила, ещё раз поблагодарила за помощь, выслушала пожелание удачной поездки, и Моник закончила разговор. Дефне несколько минут сидела неподвижно, оглядывая свою комнату, вспомнила, как чувствовала себя несколько месяцев назад, в каком радостном настроении улетала в Италию, но сейчас ощущения были другими, слишком противоречивыми, и она побоялась заглянуть вовнутрь себя. Накануне они почти поссорились с Бельгин, а всё из-за звонка Омеру, на котором та настаивала. Она и сама порывалась несколько раз набрать его номер, но всегда пасовала в конце, раз он не давал о себе знать, да ещё после тех обидных слов, значит, прекрасно обходится без неё. Новым и довольно мучительным оказалось отсутствие телесного контакта между ними, ей так не хватало его узнаваемого запаха, объятий, поглаживаний и поцелуев, рождавших в ней гамму разнообразных чувств, что, когда она в один день потеряла всё это, в сердце поселилась пустота. Но, судя по тому, что Омер за всё время так и не дал о себе знать, он и без неё чувствовал себя совсем неплохо. Возможно, эта разлука пойдет им на пользу, и каждый из них, находясь вдали, определится с тем, что ждёт от этих отношений, нужны ли они вообще, и в какую сторону следует двигаться. Глаза стали наполняться влагой, но энергично потерев их и загнав непролившиеся слёзы назад, Дефне поправила волосы, взглянула на себя в зеркало и спустилась вниз, где её ждали родные и друзья.
– Собралась, наконец? А мы тебя здесь уже заждались. – проворчала бабушка. – Какая ты неугомонная, Дефне, сидела бы лучше дома.
– Дома она всегда будет… Пусть поездит, мир посмотрит, пока есть такая возможность. – возразил Исо.
– Вообще-то она учиться туда едет. – напомнила ему Нихан. – И как ты только не боишься, подруга, не понимаю, там же слова на родном языке не услышишь.
– Так она этот язык и учит, и говорит на нём. Я, например, слышала, как сестра с теми французами общалась. Красиво так… Чирик-чирик… Здорово… – девочка сощурилась и, оглядев по очереди Сердара и его невесту, сидевших рядом, вдруг неожиданно заключила. – Смешная ты, Нихан.
– Чем это? – девушка казалась обиженной.
– Ну, как чем? Простых вещей не понимаешь: если она учит французский, то уж, наверное, сможет понять людей, которые во Франции живут. – рассудила Пчёлка.
Бабушка кинула на неё недовольный взгляд.
– Тебе спать не пора?
Поняв намёк, внучка недовольно надулась и чуть слышно пробормотала:
– А что я такого сказала?
– Исо, а ничего, что я тебе сегодня ночью спать не дам? Ведь нам в три часа уже в аэропорту надо быть. – Дефне пила чай маленькими глотками, она целый день почти ничего не ела, волнения и беспокойства разного рода совершенно отбили аппетит, и бабушка не преминула напомнить ей об этом.
– Ты за целый день один бутерброд съела и без конца свой чай дуешь. Свалишься где-нибудь по дороге, будешь знать. – недовольно проворчала она.
– В самом деле. – вступил в разговор молчавший до этого брат. – Мы все давно в курсе того, что ты малоежка, но даже для тебя это уж слишком.
Девушка согласно кивнула.
– Наверное, вы правы, перед дорогой надо что-то съесть.
– Уже запланировала, какие памятники в Париже посмотришь в первую очередь? Я посмотрела в инете, там вообще куча всего. – покосившись на Тюркан, спросила сестра. – Правда, тебе же ещё до вокзала придётся добираться.
– Да, весь Париж для меня один большой памятник, может успею до площади Шарля де Голля доехать, там, где Триумфальная арка и Елисейские поля находятся. – она мечтательно улыбнулась. – Хотелось бы, конечно, попасть на Марсово поле и Эйфелеву башню посмотреть. Но не знаю, как получится… На музеи времени точно не останется.
– Так и в самом Пуатье, наверное, есть на что взглянуть. – предположил Исо.
– Там остались средневековые постройки. Жаль, что у меня нет прав, так взяла бы машину напрокат и поездила бы по окрестностям, может и до Парижа добралась бы. – и ей совершенно некстати вспомнилось, как Омер рассказывал о поездках по Франции с той женщиной во время стажировки.
– А сколько по времени идёт поезд от Парижа до твоего города? – поинтересовалась Нихан.
– Это скоростной поезд, поэтому время в пути ‒ чуть более полутора часов. – ответила Дефне, всё ещё думая о Гюпсе и Омере.
– Послушай-ка, ты ведь говорила, что приедешь туда около восьми вечера, а куда ты в такое время денешься? Университет, наверняка, уже не работает. На вокзале, что ли ночевать будешь? – продолжала свои расспросы подруга.
– Этого только не хватало. – бабушка в возмущении даже привстала со стула. – Дефне, ты что, с ума сошла что ли?
– Странные вы люди… Я об этом сразу подумала и вопрос решила в течение двух дней. Приглашение от университета у меня на руках, все контактные телефоны и электронный адрес там указаны, на следующий же день, как билеты выкупила, написала им, а к вечеру получила ответ. Мне указали адрес, по которому меня будет ждать комната.
– В общежитии? – уточнила Нихан.
– Не знаю, там разберёмся… – она пожала плечами. – Да, не волнуйтесь вы, я не пропаду.
– Дефо, мы переживаем за тебя, но все уверены, что ты не пропадёшь. – усмехнулся Исо и обвёл взглядом, сидевших за столом.
– Интересно, а как Омер смотрит на то, что ты уезжаешь на столько времени? – Нихан была в ударе и спрашивала за всех.
– Никак не смотрит, он не знает. – после этого ответа за столом воцарилась тишина, родные ждали от девушки объяснения, но она, вперив глаза в клеенку, молчала.
– Как так, не знает? – не выдержала бабушка, первой нарушив молчание. – Вы поругались что ли?
Дефне подняла глаза, все смотрели на неё, но с разным выражением на лице, и только бабушка казалась расстроенной больше всех.
– Он сказал вещь, очень меня обидевшую. – коротко ответила она.
– И даже прощения не попросил? – уточнила Нихан.
– Попросил, но для меня это мало что изменило. – девушка посмотрела на Тюркан. – Не надо возводить ситуацию в какую-то трагедию, такое сплошь и рядом происходит: люди встречаются, понимают, что очень разные, и каждый идёт своей дорогой.
– А зачем тогда в загородный дом приглашал? – вопрос Пчёлки прозвучал так некстати, и на него никто не обратил внимания.
– Внучка, иногда можно и смириться, и, смолчать, тем более, если он прощения попросил. – назидательно заметила бабушка. – А ведь ты чуть что, сразу вспыхиваешь и фырк-фырк… Умнее надо быть, а то сбежит твой черноглазый начальник к другой.
– Пусть бежит! – вскинулась Дефне. – Хватать за рукава не стану! И вообще, хватит об этом говорить.
– Да, может она и права. – проговорил Сердар. – Расстояние и время хорошо мозги прочищает. Пусть подумают оба, нужно ли им вместе быть.
Бабушка недовольно взглянула на внука.
– Ага, ага… Тебе просто говорить, ты мужчина. А ей что делать? Замуж так и не выйдет…
– Ой, бабушка! – не выдержала Пчёлка. – Замужество это не главное в жизни… Ну, хватит уже сестру доставать, она лучше знает, что ей надо.
Дефне улыбнулась и потрепала её по голове, а Тюркан нахмурилась.
– Ты опять со своими рассуждениями лезешь? Тебя кто-нибудь сейчас спрашивал?
Но девочке не давала покоя другая мысль.
– А Даниэля ты увидишь?
– Что за Даниэль? – тут же заинтересовалась Нихан.
– Француз… Шикарный… Красивый… Дефне приезжала с ним и его матерью к тётушке Ёзге. – охотно объяснила Пчёлка. – Он на неё запал, так смотрел… Но наша Дефне ничего же не видит вокруг себя, так ничего и не поняла. – и вздохнула, с укоризной посмотрев на сестру.
Все, за исключением Тюркан, заулыбались, Дефне поёжилась и, с укором взглянув на девочку, проговорила:
– Ерунда всё это. А у тебя слишком богатое воображение, в чём-то бабушка права, ты бы лучше…
– … пошла и книгу почитала. – закончила за неё Пчёлка, вызвав смех у родственников. – Я знаю, знаю. – все засмеялись
– Так у тебя ещё и иностранец какой-то на примете есть? – зацепилась за эту новость Тюркан.
Внучка устало вздохнула.
– Нет… Ни иностранца, ни кого-либо ещё у меня на примете нет. Я просто еду учиться. У меня другие планы в жизни, ну, сколько уже можно на эту тему говорить.
– Так, понятно… – подытожила женщина. – Что толку в твоей учёбе, если ты всех хороших женихов разогнала? Где, спрашивается, Селим и черноглазый твой? Никто из них тебе уже и не звонит, все отступились от тебя! Вот, достукалась! – с выжимом произнесла она.
Нижняя губа девушки начала подрагивать, на глазах показались слёзы, и Сердару стало жалко сестру.
– Бабушка, вот для чего всё это говорить сейчас, не понимаю. Дефне ночью уезжает, зачем ты её накручиваешь? Омер ли, Селим ли, или кто-то другой, если любят её, никуда не денутся. Может, это расставание пойдёт всем только на пользу.
Пчёлка, сидевшая рядом с сестрой, прижалась к её плечу и шепнула.
– Не расстраивайся, у тебя впереди там много интересного. Скинешь мне на сотовый фотки? Кстати… – она вынула из кармана телефон и повертела им. – Кто ещё не знает, сестра мне новый айфон купила. – и этим отвлекла внимание от Дефне.
В новый, третий аэропорт столицы, имеющий то же название, что и город ‒ «Стамбул», они приехали за два часа до отлёта, оба здесь были впервые и поразились грандиозности сооружения, обещавшего стать ещё больше по окончании строительства. В этот ранний час вылетов было не так много, и у стойки регистрации своего рейса Дефне сразу увидела Бельгин, она бросила быстрый взгляд на друга, лицо которого не выдало никаких чувств. А вот её подруга смутилась и неловко кивнула им обоим.
– Мы плохо поговорили на днях, и я не смогла уснуть, не желая, чтобы ты улетела, тая на меня обиду. – сказала она, подойдя. Взглянула на Исо, тот понял, что девушка хотела бы остаться с подругой наедине, и отошёл от них на приличное расстояние. – Я не хочу, чтобы ваши разногласия с Омером влияли на нашу дружбу. – Бельгин глубоко вздохнула и на выдохе произнесла. – Прости за то, что вмешалась не в своё дело. В конце концов, я могла неправильно оценить глубину твоей обиды, не зная всех деталей разговора. И ты права, за эти четыре или пять дней он мог бы дать о себе знать, тем более, что неприятные слова в твой адрес произнес он, а не наоборот.
Дефне молча кивнула и, сделав два шага вперёд, обняла подругу.
– Спасибо, что приехала и сказала мне всё это. Ты моя самая лучшая и верная подруга. – она улыбалась ей сквозь слёзы.
