Текст книги "Эфиопские хроники XVII-XVIII веков"

Автор книги: Автор неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)

Начался тэр. В этот месяц захотели Фарес и За-Марьям отложиться от царства господина нашего, царя царей Аэлаф Сагада. Они послали к наместнику Адаля, говоря: «Вот посылаем тебе коня и трех мулов со многим добром и угнанными в полон женщинами, которые будут тебе рабынями. Мы же верны тебе и покорны, но поспеши с приходом, чтобы царствовать над нами».

Начался якатит. В этот месяц, когда не удалось им это, послали Фарес и За-Марьям царю нашему Аэлаф Сагаду послание мира, чтобы смягчить его и обольстить. И когда услышали об этом люди Эндерты и о приходе аввы Мазраэте для заключения договора и мира, то смягчились сердца дедж-азмача Вальда Гиоргиса и абето Дельба Иясуса и всех людей Эндерты. И затем заключил авва Мазраэте договор между Фаресом и За-Марьямом и между дедж-азмачем Вальда Гиоргисом и абето Дельба Иясусом и всеми людьми Эндерты[202]202
  Договоры в феодальной Эфиопии заключались в присутствии священника, которому стороны клялись соблюдать договорные условия и целовали крест.


[Закрыть]. И возвратился авва Мазраэте к царю царей Аэлаф Сагаду.

Начался магабит. В этот месяц захватил За-Марьям по договоренности коров многих, 65 стад.

Начался миязия. В этом месяце возвратились посланные в Ауса: Баэляви, брат Мухаммеда, Дэнафо, Абдо Вад Али, Гуэдуд – и поведали то, с чем послал их наместник Адаля, говоря: «Не пришло время для моего прихода и отложения от царства царя вашего. Но примите, возлюбленные мои, то, что посылаю вам: одеяния дорогие, и ружье, и зеркала позолоченные за тех женщин и дев, что вы послали из любви ко мне».

Начался генбот, и исполнился год с начала измены Фареса и За-Марьяма. Прежде чем мы напишем о том, как вышли За-Марьям и Вальда Хайманот из дома измены своей и как пришли, облаченные в одеяние покорства, к господину своему, царю царей Аэлаф Сагаду, и поведаем страница за страницей, подобает нам завершить здесь начатое и оставленное повествование о победах абето Дельба Иясуса. Как мы говорили, по завершении второго года снова изменил Фарес, как прежде, и было волнение в каждой стране. Когда пришел За-Марьям из середины Тигрэ и вошел в Ад Акет, послал он к Ацма Гиоргису и ко всем людям Эндерты, говоря: «Приходите и следуйте за мной воевать Фареса». И сказали ему люди Эндерты: «Следовать за тобой мы не последуем, но, если хочешь воевать с Фаресом, будь в Ара, а мы будем в Ара в [местности] Сафет». Услышав такой ответ, За-Марьям задержался в Ад Акет, а люди Эндерты разделились на две части: половина пошла к Сафету, а [другая] половина – к Бара. Тогда Вальда Хайманот был в Ара со многим войском. Пришедшие люди Эндерты окружили Бара и победили по своему обыкновению Вальда Хайманота в пятницу. А в первую субботу они захватили много скота и пожгли огнем дома Ваэраба до Замра. Те же, которые пошли к Сафету, сразились с людьми Важрата и были побеждены, и были захвачены в полон 173 мужа, подобно женщинам. Все это было в месяце маскараме.

Начался тэкэмт. И в этот месяц поднялись люди Эндерты из Бара, и пошли к Сафету, и воевали с местными жителями, чье имя Айбато, Бет Марья и Коркора, и убили многих из них, и захватили в плен, и пожгли огнем [их дома], и захватили их жен.

Начался хедар. И 8-го [дня] этого месяца[203]203
  4 ноября 1676 г.


[Закрыть] отправились в набег люди Эндерты в полночь и сразились с людьми Кола Салава и уничтожили их без остатка. Эти же люди Кола Салава были искушены в битвах во всякое время и до того никогда не знали поражения. 16-го [дня] этого месяца, который был днем воскресным, пошли витязи Эндерты к Муджа и сразились с Вальда Хайманотом и Хамальмалем. В понедельник же поднялись они на гору, называемую Годб Хаварьят, и там захватили Вальда Хайманота, и пашу, и сына Васан Сагада, наместника Вага, с 7 барабанами, 7 ружьями и 11 конями. И никто не ускользнул в этот день, кроме Хамальмаля, который ушел к Кабакабу, оставив воинские доспехи там, где расположились Амда Хайманот, Гудфе и Вад Самро. А после этого разделилось войско Эндерты на две части и пошло к Салава по двум дорогам: одной дорогой [пошел] Серапион, взяв половину людей Муджа, а другой дорогой – Вад Сабаре, Лебса Крестос, Афа Крестос и Дек Агера. И, прибыв туда окружили они Джан Амора и пожгли огнем много домов. Когда услышал об этом Фарес, испугался и вошел в Салава. Оттуда он бежал и пошел в Ласту. И тогда явил господь бог Израиля силу власти своей. Закончена история силы абето Дельба Иясуса.

А затем напишем мы повествование о победах дедж-азмача За-Марьяма над Фаресом. Мы упоминали, как прошел полный год с тех пор, как изменили Фарес и За-Марьям. Когда авва Мазраэте, по прозвищу Корне, заключил мир и договор между присными Фареса и между царем Аэлаф Сагадом, 21 генбота[204]204
  26 мая 1676 г.


[Закрыть] поднялся За-Марьям из Ад Акета. Фарес же послал сына своего по имени Вальда Хайманот, вместо себя с За Марьямом. И когда прибыли оба к Эмфразу 22 сане[205]205
  26 июня 1676 г.


[Закрыть], нашли они там радость мира, Аэлаф Сагада, плакавшего плачем великим и невиданным, потому что умер сын его, абетохун Юст. А потом пожаловал он им милость совершенную, а в знак этой милости, дабы ведали все, пожаловал он наместничество Тигрэ дедж-азмачу За-Марьяму. Говорил царь царей Аэлаф Сагад дедж-азмачу За-Марьяму, что Фарес, бывший в Салава, когда услышал об этом назначении, загорелся огнем зависти и возвратился к своей прежней измене. Этот же дедж-азмач За-Марьям сказал: «Если Фарес придет по моей воле как я пришел, то доброе решение он примет для себя. Если же он откажется прийти, то я приведу его насильно против его желания. Но если не смогу я привести этого жестоковыйного и злонравного, пусть [царь] введет меня в свой дом вместе с черными рабынями, уподобив им, обрив волосы[206]206
  Рабыни в Эфиопии, как правило, ходили с обритой головой, а воины, особенно прославившиеся в боях, носили необычно пышную прическу, которой очень гордились.


[Закрыть], несущим посуду, чтобы все видящие меня смеялись надо мною!». И закончив эту речь, что изошла из уст его, спустился дедж-азмач За-Марьям в землю Тигрэ и медлил в Адуа, пока не открылась измена Фареса. А когда открылась его измена и угнал он коров дедж-азмача За-Марьяма, разгневался царь царей Аэлаб Сагад и прибавил дадж-азмачу За-Марьяму к его наместничеству наместничества четырех домов Важрата, и наместничество Эда Маконнен, и наместничество Доба. И когда послал ему [царь] гриву[207]207
  Имеется в виду львиная грива, которую повязывали вокруг головы. Подобное украшение жаловалось виднейшим военачальникам.


[Закрыть], которая является знаком должности, Фарес отрезал уши человеку, который нес эту гриву. И потому поднялся дедж-азмач За-Марьям из Адуа и пошел поспешно то бишь поторопился чтобы достичь страны отца своего, Ад Акета 30 хамле[208]208
  3 августа 1676 г.


[Закрыть]. А в месяце нехасе обратил он [к покорности] Абеля и детей его из страны Куарбиле, и людей Гонка и Гембаро из Бет-Амхара, и людей Май Набр и Фенгелят и заставил их поклясться именем царя царей Аэлаф Сагада[209]209
  Обычай клясться или заклинать человека именем своего сюзерена – обычай, широко распространенный в Эфиопии вплоть до середины XX в. В данном случае имеется в виду то, что За-Марьям заставил всех перечисленных людей признать сюзеренитет и верховную власть царя.


[Закрыть].

Начался маскарам. 12-го[210]210
  19 сентября 1676 г.


[Закрыть] обратил [За-Марьям к покорности] людей Кола Салава и Вараба, послав Вениамина, брата своего. А 30-го [дня] этого месяца[211]211
  7 октября 1676 г.


[Закрыть] поднялся на Дабра Мээляу дедж-азмач За-Марьям, и сразился с людьми Важрата и захватил 360 стад коров. Женщин же и дев, угнанных в полон было много, без числа.

Начался тэкэмт. 1-го, в пятницу[212]212
  8 октября 1676 г.


[Закрыть], снова сразился дедж-азмач За-Марьям с людьми Важрата и победил. А в воскресенье на рассвете воевал дедж-азмач За-Марьям Фареса в земле Даэрвета, и победил, и убил многих присных его. Когда, совершив все эти подвиги, он возвращался домой, окружили его сзади люди Эда Маконнен, витязи Цебта, люди Зена Йоханнеса, витязи Таха, люди Муджа и Коркора и витязи Эда Абона. Сей же дедж-азмач За-Марьям, воинственный и искушенный в битвах сызмальства, рассеял их вечером, как сила ветра развевает прах и дым, и убили его дружинники Хакая, сына Абдель Масиха, князя людей Муджа, Геброма, князя людей Эда Маконнен и Таха, а еще Буная из страны Вальвадж, князя людей Коркоры. И других убитых тогда было много, но благословен господь бог Израилев, сподобивший дедж-азмача За-Марьяма совершить подвиг дважды в один день. Уды этих убитых он послал царю царей Аэлаф Сагаду в землю Такази, когда тот [был там], возвращаясь из Ласты. И тогда была великая радость в стане его. После этого пришли к дедж-азмачу За-Марьяму, собравшись, все князья Ласты, которых зовут дедж-азмач Гудфе, цахафалам[213]213
  Цахафалам (букв. «записыватель скота») – первоначально титул наместников областей царского домена. Этот титул, однако, к XVII в. потерял прежнюю связь с доманиальными землями и превратился просто в почетный титул наместников определенных областей.


[Закрыть] Нагид, васан-азмач[214]214
  Васан-азмач – титул военачальника пограничной области, где его полк был расквартирован и был обязан отражать вражеские набеги.


[Закрыть] Фасило, Завальда Марьям, сын Дамо, наместник Вага, Игнатий, Амда Хаварьят, Амсало, За-Крестос, Леко, Вальда Селласе по прозвищу Бар Сагад, Махдаро, Таксе, Рэтуэ Амлак, Вальда Амлак, сын Ацко, Канаферо Амда Хайманот, князь Салава и Доба, Хамальмаль, князь Бора. Все эти наместники, которые собрались с присными своими от Целаре до Салава, окружили дедж-азмача За-Марьяма и расположились в земле Назрет.

Фарес же, взяв людей четырех домов Важрата, и людей Эда Маконнен, и людей Цебта, расположился в земле Даэрвета. На Дабра Мээляу, месте расположения дедж-азмача За-Марьяма, было три источника воды. И бросил туда ночью Фарес [целую] корзину [ядовитого корня] чэмкэк[215]215
  Чэмкэк – растение, корни которого ядовиты.


[Закрыть], собаку, трех белых кошек и трех петухов, заколотых [в жертву]. Эту воду пил дедж-азмач За-Марьям с присными своими 48 дней, и ничего худого не случилось с ними, ибо сохраняла их сила молитвы царя царей Аэлаф Сагада, как сохранил господь Павла от яда ехидны, которая укусила его (Деян. 28, 3-6). 17 хедара[216]216
  23 ноября 1676 г.


[Закрыть] утром во вторник победил дедж-азмач За-Марьям тех князей Ласты, имена которых по чину и порядку упоминали мы прежде. Дружинники его убили васан-азмача Фасило и других, имен которых мы не знаем. В этот день схватил и связал дедж-азмач За-Марьям Хамальмаля и его брата, Завальда Марьяма. 6 труб с 5 ружьями, 130 коней, 300 мулов и ослов без числа он захватил и отнял из рук людей Ласты и из рук Амда Хайманота. После этого он снова воевал Фареса и победил его на закате солнца, так что смог разграбить то имущество, которое нашел в его палатках, и пожег его стан огнем. Радовался тогда дедж-азмач За-Марьям радостью победителя, а Фарес, печальный и сокрушенный сердцем, бежал и ушел, не давая сна очам своим и веждам дремания (Пс. 131, 4), пока не достиг страны Салава. Дедж-азмач же За-Марьям, сильный, как лев, и быстрый, как орел, возжелал преследовать и схватить сего врага. Он встал из Мээляу, и пошел на север, и пожег огнем дома Катира, вождя мятежников. Поднявшись оттуда, он сразился с Халиб Вангелем, который взошел на высокую гору, по имени Гумаса. Он заставил спуститься этого Халиб Вангеля, наместника Важрата, с этой горы, а на третий день прогнал людей Жан Амора, не бросая копий и не стреляя из ружей. После этого он расположился на вершине горы, называемой Цена.

И когда увидел Фарес, что преследует его дедж-азмач За-Марьям, отправил он свою жену и детей и имущество на четыре горы, которые называются по именам их Черфо, Чакола, Фэрка и Дагоз. 25 хедара[217]217
  1 декабря 1676 г.


[Закрыть] заставил дедж-азмач За-Марьям Фареса спуститься с этих гор Салавы, на которые полагался тот и уповал, и заставил он его войти в страну Ласта. А потом угнал в полон жену его и детей, захватил скот и разграбил имущество. Такла Гиоргису же, который был заточен из-за своей любви к царю, дедж-азмач За-Марьям дал наместничество Салава вместо Фареса. И когда прислал дедж-азмач За-Марьям послание радости, повествующее обо всех поражениях Фареса, со многими удами убитых в Аринго, тогда царь царей Аэлаф Сагад [уже] возвратился из Ласты, и была радость великая в стане его.

Снова, после того как вошел Фарес в селение Кабтия и принял веру нечистую людей Ласты, и после того как принял он от Махдаро наместничество трех стран, называемых Доба, Джама и Мамья, собрал он от Целаре до Доба множество людей, годных для битвы, и пришел к Дамбии. И когда Фарес был там, послал он Арадома со многими мужами, умеющими стрелять из ружей и метать копья, в Эда Маконнен. Дедж-азмач же За-Марьям поспешил послать своего брата Вениамина в это место. И когда воевал Вениамин Арадома утром в среду, победил он его и заставил взойти на гору Галауса, откуда его свел, захватив живым. Услышав эту весть о гибели людей и пленении своего дружинника Арадома, Фарес пришел сам, пленил женщин и захватил скот страны Шабта и Бахура. И в девятом часу Вениамин один победил Фареса и гнал его из Дамбала до Чарк-амба, убивая людей Фареса. Самому Вениамину, после того как он убил одного, пронзили правую мышцу. И когда вернулся из битвы Вениамин, преподнес он дедж-азмачу За-Марьяму вместо подарка Арадома со многими удами убитых. Дедж-азмач За-Марьям велел отрубить Арадому голову и послал ее вместе с другими удами в Йебаба царю царей Аэлаф Сагаду. Вениамину же, брату своему, дал дедж-азмач За-Марьям наместничество [Арадома] над четырьмя домами Важрата, Эда Маконненом и Доба, чтобы возместить ему битвы и ранение.

21 генбота[218]218
  26 мая 1677 г.


[Закрыть], когда Фарес услышал, что вернулся дедж-азмач За-Марьям в свой стан в Адуа, возвратился он из Ласты 27-го [дня] этого месяца и вошел в Салава, трубя в трубы и дуя в рога, то бишь дудки. С четверга по понедельник сжег он пять селений огнем и захватил коров и овец людей Салавы, которые твердо стояли в своей любви к царю царей Аэлаф Сагаду. И когда услышал это удалой Вениамин, встал он из Ката и поспешил пойти, то бишь поторопился, и прибыл сражаться во вторник к Салава. Он связал Фареса в четверг и сделал Даня Абха ему стражем, то бишь курання[219]219
  Курання – страж заключенного или арестованного, с которым он неразлучен, потому что левая рука стража скована цепью с правой рукой арестованного. Иногда за отсутствием цепи арестованного просто привязывали веревкой к его стражу. Так нередко поступали эфиопские воины с захваченными пленниками [20, с. 84].


[Закрыть], и привел в страну Бора. С этим благовестием Вениамин послал человека к дедж-азмачу За-Марьяму, а дедж-азмач За-Марьям – к государю. Но Даня Абха-страж своевольно освободил Фареса от цепей на 12-й день. Этот же Фарес, когда тесна ему стала земля и когда понял, что постигли его все эти несчастья и скорби в месяц мятежа его, то бишь поражения в битвах, и изгнание из земли отцов его – Салава, пленение жены и детей и заточение рук в цепи, пошел к царю царей Аэлаф Сагаду, зная, что обычай того – благотворить злым и прощать прегрешения окаянным, и покорился под ноги его.

Ныне возвратимся к восславлению и восхвалению деяний царя царей Аэлаф Сагада, ибо по молитве и предстательству его смог дедж-азмач За-Марьям войти в Салава, когда никто не помогал ему изо всех князей Тигрэ, кроме Аклома, Мабрад Гадо и Афоя и кроме брата его Вениамина, Кала Кэсоса, Экуба и Нагаде и людей четырех селений: Ад Акет, Хохоле, Май Цадфо и Ката. Что же до слабости, которая постигла Салаву, противной обычаю ее, то подобает нам сказать: о Салава! Где твоя сила, что победила Граня, когда противостояла ты ему, паля из пушек и ружей[220]220
  Имеется в виду победа жителей Салавы над войсками имама Ахмада ибн Ибрагима ал-Гази, прозванного эфиопами Граней, т.е. левшой, и возглавившего в первой трети XVI в. сокрушительный джихад против христианской Эфиопии. Подробнее об этом см. [19, с. 210-237].


[Закрыть]? О Салава! Где крепость твоя, признавшая Исаака, правителя 44 стран[221]221
  Имеется в виду бахр-нагаш (наместник приморской области) Исаак, который в середине XVI в. настолько упрочил собственную власть в пределах своего наместничества, что стал практически независимым от эфиопских царей. Царь Мина (1559-1563) не смог покарать мятежного вассала, и лишь его сыну, царю Сарца Денгелю (1563-1597), удалось разбить Исаака только 26 декабря 1578 г. в битве, где тот погиб. Подробнее об этом см. [20, с. 248, 250, 256-264, 268-276, 282]. Здесь Исаак упоминается как могучий военачальник, прогнать которого было выдающимся достижением.


[Закрыть]?

О Салава! Где огонь пяты твоей, сжигавшей, как сухие дрова, всех восставших на тебя с тех пор, как пал дедж-азмач Каба Кэсос от копья Ласты[222]222
  Каба Крестос – наместник области Тигрэ и видный военачальник царя Сисинния (1604-1632). Его имя неоднократно упоминается на страницах «Истории Сисинния, царя эфиопского». Он был убит в 1629 г. жителями Ласты, восставшими против царя Сисинния под водительством некоего Малька Крестоса, известного мятежника, с которым впоследствии пришлось бороться и царю Василиду, сыну Сисинния и отцу царя Иоанна.


[Закрыть], до месяца назначения дедж-азмача За-Марьяма? Но благословен господь бог Израилев, переменивший силу твою на слабость! Закончена история подвигов дедж-азмача За-Марьяма.

Ныне возвратимся к прежней истории царя царей Аэлаф Сагада. Напишем и скажем, что в месяц зимы, который есть завершение года Марка-евангелиста, умерли вейзаро Рахиль и рас Лавис.

Начался маскарам, [год] Луки-евангелиста, эпакта 27. День Иоанна [был] в четверг. 8-го [дня] этого месяца[223]223
  15 сентября 1678 г.


[Закрыть] умер иерей Абадир, по названию должности своей называемый акабэ-саатом. После этого в месяце тэкэмтэ собралось на собор в доме митрополита аввы Синоды За-Иясус и его присные, Эда Крестос, настоятель Магвинский и все пустынники Вальдеббы[224]224
  «Пустынники», или «облеченные пустыней» – постоянный эпитет вальдеббских монахов [11, с. 90].


[Закрыть], а среди них эччеге авва Кала Авади. Все настоятели дома отца нашего Такла Хайманота и дома отца нашего Евстафия сидели на престолах своих по чинам своим и степеням. И повели речь о законах присные За-Иясуса и говорили, что все вейзаро и все жены [должны] покинуть мужчин, что стали мужами им не по закону[225]225
  См. коммент. 186. Это был ответный ход сторонников За-Иясуса, от которых потребовали на предыдущем сборе рассмотреть сначала дисциплинарные вопросы. Теперь, не отвергая подобной повестки дня, они предложили, коль скоро речь идет о дисциплине, рассмотреть каноничность браков у знати, заведомо зная, что в этом отношении дело обстоит далеко не благополучно не только у придворных, но и у самого царя. Таким образом сторонники За-Иясуса хотели провалить все дисциплинарные вопросы целиком.


[Закрыть]. Когда услышали эту речь азаж Завальд, азаж Канаферо и баджеронд Акала Крестос, поднялись со своих престолов и возразили, говоря: «Чем начинать речь о законе супружества, следует повести речь о законе [супружества] царя нашего Аэлаф Сагада и царицы нашей Сабла Вангель». Тогда Афанасий, правый верою и достохвальный деяниями, и эдуг[226]226
  Эдуг – заместитель, викарий. Это звание викарного епископа было дано Вальда Хайманоту, по-видимому, в связи с его путешествием в Египет с духовной миссией.


[Закрыть] Вальда Хайманот, праведный словом и правдивой речью, и двое других монахов, которые спускались с ними в землю Египетскую и не разлучались с ними до их возвращения и прибытия в страну Эфиопскую, услышав [это], сказали: «Когда рассказали мы и поведали авве Матфею, патриарху, дело царя нашего и царицы, он сказал нам: «Я понял дело жены царя вашего, которое рассказали вы мне, что она дочь мужа сестры царя вашего. И как поставил меня бог [патриархом], то я повелеваю, чтобы была она ему женою». И митрополит авва Синода, услышав [это], сказал: «И мне одному говорил авва Матфей-патриарх и сказал мне: «Что до жены царя Эфиопского, коя есть дочь мужа сестры отца его, то вот повелеваю я, как поставил меня бог, чтобы была она женою сему царю». И когда все это услышал авва Эда Крестос из уст митрополита нашего и из уст этих четырех [людей], имена которых мы упомянули прежде, поднялся он быстро, и встал посреди собрания, и снял отлучение, которое сам произнес [на царя] прежде, и его присные, иереи Магвины, сняли [отлучение]. А затем, устанавливая другие законы и обновляя обычаи, труждались они и старались много дней. А под конец собора 12 тэкэмта[227]227
  19 октября 1678 г.


[Закрыть] собрались все князья и учители во внешней ограде дома царского, то бишь Адабабай, и там многие из иереев обсудили каждый из обычаев установленных и законов принятых. И там снова сняли они отлучение иереев Магвины и всех монахов, которые были заодно с За-Иясусом.

Царь же наш Аэлаф Сагад велел провозгласить указ: «Да будет отделено место [жительства] мусульман и кайла от места [жительства] христиан; человек, дающий другому в долг золото и хлеб, да не берет с другого лихвы; земли, бывшие церковными во времена аввы Симеона[228]228
  Митрополит Симеон присоединился к восстанию Юлия против царя Сисинния, вводившего католичество в стране, и был убит вместе с Юлием в битве 11 мая 1617 г. Столкнувшись с прямым противодействием эфиопской церкви, царь Сисинний отобрал многие церковные земли и раздал их своим воинам. Теперь же указом царя Иоанна эти земли вновь отходили церкви, а воины могли претендовать по праву наследования лишь на те земли, которые были воинскими во времена митрополита Симеона, но не на те, которые были получены ими позже из церковного фонда.


[Закрыть], отдаем мы церкви, а земли войска царского – войску царскому, как сказано: «Отдавайте кесарево – кесарю, а божие – богу» (Лук. 20, 25).

Установив все эти порядки, [царь] отправился 17 тэкэмта[229]229
  24 октября 1678 г.


[Закрыть] из Гондара в поход на Ласту и ночевал в Цада. А оттуда шел обычными переходами, пока не прибыл в землю Гедем и расположился [там]. 12 хедара[230]230
  18 ноября 1678 г.


[Закрыть] пришли туда посланцы людей Дамота и Годжама и сказали царю нашему, что послали их сказать ему: «Не ходи ты ради нас, о пастырь добрый, в страну Ласту менять овец и коз на откормленных тельцов и тучных коров, оставляя нас, овец, в пасти волков хищных, то бишь тулама и меча[231]231
  Эти слова являются аллюзией на библейское: «Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец; а наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка и оставляет овец и бежит, и волк расхищает овец и разгоняет их» (Иоан. 10, 11-12). Этим посланцы хотели сказать, что, хотя поход на враждебную Ласту, сопровождаемый грабежами и разорениями, обещает богатую добычу, нежели безвыгодная охрана Дамота и Годжама от оромских племен тулама и меча, долг царя – защищать своих подданных. Кроме того, если царь «вздумает менять овец и коз на откормленных тельцов и тучных коров», его можно будет упрекнуть и в трусости.


[Закрыть]. Но да повернет [царь] к нам, дабы спасти нас и избавить, ибо сие есть время спасать и время избавлять» (ср. Еккл. 3, 1-8). Царь наш, услышав это слово печали и сдумав думу добрую с князьями и тысяченачальниками, искушенными в совете, оставил поход в страну Ласту и поспешил повернуть из земли Гедем к Дамоту. 18-го [дня] этого месяца хедара, перейдя Абай, прибыл [царь] в землю Йебаба, которая пребывала в порядке под [управлением] дома Коте. Там [царь] оставил детей с государыней, когда услышал известие о приходе галласов и когда захотел сразиться с ними, как хотят напитаться хлебом алчущие и напиться водою жаждущие, шел он до вечера и ночевал на берегу реки по имени Шена. А наутро снова шел с рассвета до 9-го часа и ночевал на вершине горы, называемой Эндеяс. И когда услышал там [царь] о том, что возвратились галласы, он повернул с этой горы и спустился в землю Колала, близ которой была башня. 7 тахсаса[232]232
  13 декабря 1678 г.


[Закрыть] вошел [царь] в Йебаба и там справил праздник рождества и праздник крещения. Тогда назначил он Димитрия, сына дедж-азмача Алавастра, на должность в Амхару. И тогда было упокоение вейзаро Денгель Цавана от трудов сего мира бренного в земле Гажге в обители аввы Татамко, учителя многих братьев.

15 магабита[233]233
  21 марта 1679 г.


[Закрыть], когда опечалился [царь] о разрушении селений отстроенных и оплотов крепких от копья галласов, отправился он из Йебаба и пошел по дороге на Самси и по пути на Анкаша, ибо в месяц воцарения его земля Анкаша, как земля Дамбия, подчинилась ему по порядку и покорилась господству его. И, перейдя реку Фацам, прибыл [царь] к Гомару и отстроил оплот разрушенный, а войско из [галласов] джави и тулама, которые были христианами, послал к Мозу. Они же, не в силах плавать и перейти реку по имени Абай, возвратились, не увидев и не повоевав это селение мятежников. А затем вернулся он оттуда и, перейдя там снова реку Фацам, справил праздник пасхи в земле Залабаса. Там умер азаж Вальда Тенсаэ 3 миязия[234]234
  8 апреля 1679 г.


[Закрыть]. И стало то место местом болезни и смерти. Поднявшись оттуда, царь наш Аэлаф Сагад пошел по дороге на Энамора, и прибыл к Кульбит-амба, и пребывал там немного дней, наводя порядок в стране и заточая мятежников, которые вошли в страну галласов, оставив бога и царя веры своей. Ахава Крестоса тогда назначил [царь] в Дамот. 24 генбота[235]235
  29 мая 1679 г.


[Закрыть], когда пришло время возвращения, возвратился [царь], и отправился из Кульбит-амба, и ночевал в Энамора. И, пойдя оттуда по дороге на Бад, возвратился в область свою зимнюю, то бишь Гондар, 18 сане[236]236
  22 июня 1679 г.


[Закрыть].

В эту зиму пришел архиерей из Армении, по имени Иоанн, и вошел в стан, неся в руке кость руки – анфракс (Быт. 2, 12) многоценный и дорогостоящий – учителя мира, прекрасного именем, отца нашего Евстафия и хартию послания патриарха Александрийского. Когда услышал об этом любящий праведных и обличающий грешных царь царей Аэлаф Сагад, призвал он митрополита авву Синоду, князей и многих учителей из чад отца нашего Такла Хайманота и отца нашего Евстафия и собрал их у третьей ограды, то бишь ристалища конского. И там начал читать митрополит наш авва Синода и переводить эту хартию послания[237]237
  В это время разговорным и письменным языком коптов был арабский. На арабском языке и была составлена «хартия послания» патриарха Александрийского, отчего возникла необходимость перевода. Освещение этого визита архиепископа Хованэса с армянской стороны (армянский текст, открытый и подготовленный для издания еп. Карапетом, с русским переводом Н.Я. Марра и с примечаниями Б.А. Тураева см. в [14]).


[Закрыть] патриарха, гласящую: «О сын мой, царь Эфиопский православный, и возлюбленные мои, учители и князья, примите странника, что пришел к вам из Армении, и отошлите его с миром». После этого Константин вопросил о вере этого архиерея по приказу царя нашего Аэлаф Сагада, а переводчиком меж ними был [человек] по имени Мурад[238]238
  Жизнь этого армянского купца Мурада и его приключения на службе эфиопских царей (включая посольство к Великому Моголу Аурангзебу и три посольства в Батавию) хорошо описаны Р. Панкхерстом [50].


[Закрыть].

Вот порядок вопросов и суть слов этого архиерея армянского. Константин спросил: «В кого веруешь?». Архиерей сказал: «Верую в отца и сына и святого духа, троичного в лицах и единого божеством». Константин спросил: «Которое из трех лиц облеклось плотью человеческой?». Архиерей сказал: «Сын облекся плотью человеческой от владычицы нашей святой девы Марии». Константин спросил: «Одно естество[239]239
  Здесь как «естество» переведено эфиопское слово «бахрый», т.е. «жемчужина». Богословский смысл подобной метафоры объяснил В.В. Болотов: «Самое слово «бахрый», однородное с арабским... собственно значит «жемчужина» и уже в переносном смысле «суть, сущность». Называя «единое существо» Христово таким образом «единою жемчужиной», восточные монофизиты, может быть, преследовали цель прямо полемическую – ту же, которою задается Якоб саругский в своем письме к монахам монастыря св. Васса. Здесь восточный вития веру во Христа – единого сына олицетворяет под видом жемчужины. «Любовь – золото, а вера – жемчужина. К одной литре золота можно прибавить мириады литр; а к жемчужине ни пылинки, ни тени не может прибавить тот, кто приобрел ее; ибо в ней изображен Христос, история которого не приемлет прибавления совопросников». И сама жемчужина говорит: «они [делатели беззакония] хотели прибавить ко мне и не могли; хотели убавить от меня, и я не позволила. О вы, делатели беззакония! оставьте меня такою, как я есмь. Я совершенна, и нельзя гранить меня. Печати – те вырезают, а я не вылита и не вырезана. Врожденной красотою сияю я». Известно, что монофизиты всегда жаловались, что халкидонский собор «прибавил» второе естество богочеловеку. Понятно поэтому, против кого саругский оратор направляет стрелы своего красноречия. Если в этом смысле и абиссины (вслед за арабами) называют единое естество Христа «жемчужиною», то их слово «бахрый» бьет прежде всего против Севира антиохийского...» [3, с. 67].


[Закрыть] у Христа или два?». Архиерей сказал: «Одно естество у Христа, как гласят Афанасий, Кирилл и Диоскор[240]240
  Имеются в виду Афанасий, архиепископ Александрийский (298-373), боровшийся против ариан на Никейском соборе (315 г.), Кирилл, архиепископ Александрийский (умер в 444 г.), и Диоскор, патриарх Александрийский (умер в 454 г.). Православная церковь, почитая Афанасия и Кирилла как отцов церкви, анафематствует Диоскора как еретика. Армянская, коптская и эфиопская церкви почитают как отцов церкви всех троих.


[Закрыть] и их присные, люди Армении и Сирии, люди Египта и Эфиопии». Константин спросил: «Кому поклоняешься?». Архиерей сказал: «Поклоняюсь отцу и сыну и святому духу, поклоняюсь владычице нашей Марии-богородице, поклоняюсь кресту святому». Константин спросил: «Если праздник рождества и праздник крещения приходятся на среду и пятницу, постишься ты или ешь [скоромное]? Архиерей сказал: «Не пощусь, но ем всякую еду [от пасхи] до дня пятидесятницы».

Когда же закончились испытание и вопросы, сказал Арсений, исполненный слова веры: «Поскольку согласна [его] вера и обычай с нашими, желательно принять сию кость пречестную с пением и гимнами». Князья же и учители весьма одобрили этот совет прекрасный и стали готовиться к приему. А наутро снова собрались в доме митрополита нашего аввы Синоды эти иереи и князья многие и сын царя нашего абето Иясу. А в третьем часу вышли оттуда, облаченные в дорогие одежды разноцветные, чтобы почтить кости праведника. Трубившие в рожки дули с усердием, а дувшие в трубы серебряные и медные трубили с силою и внесли эти кости в церковь господа нашего и спасителя Иисуса Христа, ему же подобает слава во веки веков. Из-за этого усилилась распря и ненависть между монахами Азазо и царем царей Аэлаф Сагадом. И не погасил тогда эччеге авва Цага Крестос огня ссоры с царем царей Аэлаф Сагадом водой любви, так что весьма распалилась вражда и не гасла долгое время.

Начался маскарам [года] Иоанна-евангелиста, 28-я эпакта. День Иоанна, крестителя божия, был в субботу. И в этот месяц умер дедж-азмач Адаво. 1 хедара[241]241
  8 ноября 1679 г.


[Закрыть] отправился [царь] из Гондара, своего места зимнего, в поход на Ласту, и ночевал в Цада, и пребывал там три дня, отдавая приказания каменщикам и плотникам, и указывая порядок выкладывания основания, и приготовляя расходы [на перенос] церкви, которую сам царь царей Аэлаф Сагад велел вознести и поднять из места низменного на место возвышенное на 13-й год своего царствования. На 8-й день [месяца хедара] отправился [царь] из Цада и ночевал в Вайнарабе; и отправился из Вайнараба и ночевал в Эмфразе; и отправился из Эмфраза и ночевал в Карода. И в день, когда отправился [царь] из Карода и ночевал в Хамад Бар, сотворил коварство Нагид, сын Асера из Ласты, против царя царей Аэлаф Сагада и ушел ночью из стана [царского], чтобы возвратиться в свою страну, страну мятежа и измены, когда царь любил его весьма и не отказывал в том, чего тот желал. Но с помощью божьей, всегда помогающей [царю] и никогда не покидающей его, в 9-м часу дня схватил его в земле Джеман один [человек] из [племени] майя, по имени Мэкха Гиоргис, сын Асбо. И когда привели его к пределу стана [царя] в Аринго, заставили нести камень по людскому обычаю для всех мятежников. Царь же царей Аэлаф Сагад не убил его, но приказал свести его тем, кто и свел, в долины заключенных, ибо был [царь] многомилостив сызмальства. После того как бог явил в Аринго всю эту тайну помощи и щедрости своей, отправился [царь] оттуда и ночевал в Вахите; и отправился из Вахита и ночевал в Малатите. В этой области разлучилась царица наша государыня с царем царей Аэлаф Сагадом. И пошел [царь] сначала к земле Рача, а оттуда к области Дара, чтобы провести там пост по обычаю своему.

Ныне возвратимся к написанию повествования нашего прежнего. Подобает нам поведать о том, как отправился из Малатита муж сильный и воинственный, царь царей Аэлаф Сагад. Идучи своим походным порядком прежним, прибыл он к Куара Анбаса 6 тахсаса[242]242
  13 декабря 1679 г.


[Закрыть]. И в этом месте по повелению царя царей Аэлаф Сагада, православного верою и изрядного деяниями, устроили собор высокопрестольный и многосоветный митрополит наш авва Синода и учитель мира эччеге авва Цага Крестос и все иереи и князья потому, что послали иереи Ласты от себя к царю царей Аэлаф Сагаду хартию нечестивую, где говорилось, что воплотился отец от святой девы, и еще обращались к царю царей Аэлаф Сагаду, оставив почтение, [подобающее] ему, то бишь говоря ему «ты»: «Если ты позволишь народу твоего царства говорить, что прославился Христос [помазанием] духа святого, будешь ты нам царем, а мы будем рабами твоими и будем подчиняться тебе». Тогда, как будто опьяненный вином веры, встал с престола своего Константин, называемый по имени должности своей акабэ-саатом, и, встав посреди этого собрания, сказал: «Не воплощался отец от святой девы, но только сын единородный воплотился только от девы Марии[243]243
  Эта оговорка о том, что Христос воплотился только от девы Марии, явно направлена против учения эфиопских еретиков, бывших во времена царя За-Денгеля (1603-1604) и Сисинния (1604-1632), которые утверждали: «Христос рождался во плоти дважды: первый раз от дома Симова, от пресвятой девы Марии, а второй раз от дома Ханаанова, от женщины по имени Амата Вангель, дабы не был по сей причине почитаем Израиль и не был превозносим [другими] народами. И в первом рождении своем носил он имя Христа, а во втором рождении носит имя За-Крестоса» [20, с. 252].


[Закрыть]. Если бы воплотился отец, как говорят эти безумные иереи Ласты, обильные безумием, но не знанием, скудные верою, то перешло бы имя [отца] на имя сына и называли бы его именем сына. Это нечестивая речь – не та, что произносили приспешники Ария, и Македония, и Нестория, и других[244]244
  Имеются в виду последователи нескольких ересиархов: Ария, александрийского священника, жившего в IV в. и учившего о неравенстве сына божия с богом-отцом, Македония, епископа константинопольского, также жившего в IV в. и признававшего св. духа третьим лицом троицы по чести, но по существу отличным от бога-сына и бога-отца, творением, а не богом, и Нестория, объявившего, что дева Мария родила не бога, а только человека, отчего ее следует называть не богородицей, а человекородицей, в крайнем случае – Христородицей. Ересь Нестория была осуждена Эфесским собором (431 г.).


[Закрыть], но этих соблазнителей, монахов Ласты, что не уразумели слов Кирилла, который сказал в 38-й главе: «Никак не известно нам, чтобы отец и дух святой облеклись плотью или страдали во плоти, но лишь слово единое, имеющее образ бога-отца и равное ему, снизошло и приняло образ раба, появилось во плоти и страдало в ней». И еще: как осмелились эти соблазнители из Ласты говорить царю царей Аэлаф Сагаду в оной хартии нечестивой: «Если ты позволишь народу твоего царства говорить, что прославился Христос [помазанием] духа святого, будешь ты нам царем и вся земля Ласта подчинится тебе». Неужто ради земли Ласта оставит веру нашу царь наш, царь веры Аэлаф Сагад? Неужто мы оставим веру нашу, пожелав погибели душам нашим? Не мы ли учим других, повторяя сказанное господом нашим в Евангелии святом: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Матф. 16, 26). Мы же не говорим, как говорят Несторий и его присные: «Прославился Христос духом святым как человек и как один из святых», но мы говорим, как отцы наши святые: прославил отец сына своего Христа славою существа своего, когда помазал его во чреве девы Марии помазанием радости духа святого, как сказал Давид: «Славою и честию увенчал его; поставил его владыкою над делами рук твоих» (Пс. 8, 6-7) и как сказал блаженный Павел в послании к филиппийцам: «Бог превознес его и дал ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних» (Филип. 2, 9-10), а в другом месте он повторил, сказав, что прославил его «тот, кто сказал ему: ты сын мой, я ныне родил тебя» (Евр. 5, 5). И как сказал Кирилл, говоря, что он снизошел ради вочеловечения, кое воспринял, и потом вознесся в славу свою, но не в славу, чуждую ему прежде, но возвратился в славу свою, которая была прежде сотворения мира, в вышнюю славу, в коей был рожден от бога-отца. Если же будет такой, кто спросит и скажет нам: «Что есть прославление Христа от отца, когда он был помазан от него елеем радости духа святого», мы ответим и скажем, что тем самым он сделал его сыном и царем, как сказал он сам в книге царей, в главе 7-й: «Я буду ему отцом, и он будет мне сыном» (II Книга царств 7, 14) и как сказал Кирилл в поучении своем: «Он называется сыном божиим по силе помазания духом святым». О том же, что он царь, сказал сам Христос в Псалтире Давидовом: «Я помазал царя моего» (Пс. 2, 6). А в Книге завета снова сказано: «Святым духом воцарил плоть Адама и сделал животворящей». Гавриил благовеститель сказал владычице нашей Марии: «И даст ему господь бог престол Давида, отца его; и будет царствовать над домом Иакова вовеки, и царству его не будет конца» (Лук. 2, 32-33). Но иереи Ласты не только отступники от веры, но [еще] и отступники от заповеди Петра, главы апостолов, который сказал: «Бога бойтесь, царя чтите» (I Петр. 2, 17), и от заповеди Павла благовонноязыкого, который сказал: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от бога, существующие же власти от бога установлены. Посему противящийся власти противится божию установлению» (Рим. 13, 1-2)».

После того как говорил Константин эти речи и им подобные, говорили по очереди высокие словом и сладкие речью авва Табдан, наставник Гванджа, и приведший митрополита нашего из Египта из любви к вере авва Афанасий, и авва Эда Крестос, глава монахов эччеге; а в конце собора отлучил митрополит наш авва Синода всех яковитов[245]245
  Яковит в устах эфиопов означает ортодоксального эфиопа, копта или армянина, т.е. монофизита с точки зрения православия. Это название произошло оттого, что после Халкидонского собора (451 г.) его участники разделились по вопросу веры на сторонников точки зрения императора Маркиана и на сторонников исповедания Иакова Барадея. Первых противников назвали мелькитами (т.е. «царскими»), вторые же получили название яковитов.


[Закрыть], которые присоединятся к этим людям, отступникам и мятежникам. Закончена история собора.

Там разлучились митрополит и эччеге с царем царей Аэлаф Сагадом; митрополит остался в земле Занга Фарча, а эччеге – в Даунте. Отправился [царь] из Куара Анбаса и ночевал в Мэцадите; и отправился из Мэцадита и ночевал в Варо; и отправился из Варо и ночевал в Занджарате; и отправился из Занджарата, свернув с дороги на Ашгуагуа, и ночевал в Алам Нагая 12 тахсаса[246]246
  19 декабря 1679 г.


[Закрыть]. В этот день была великая печаль в стане, ибо покрыла мгла просторы этого места и не видно было солнечного света. От столь великой беды всяк господин спрашивал дружинников своих и всяк ближний ближних своих, говоря: «Где шатер царский?». Тот же, кто вышел из стана, не мог быстро возвратиться в шатер свой и шалаш свой и блуждал близ чужих шатров и звал других, чтобы те сказали ему: «Иди к нам». Наутро в среду, будучи там, послал [царь] жан-церара Хаварья в землю Баба. И когда он сразился с людьми Баба, убил Тэкуре-израильтянина и уничтожил оплот этой Баба. Совершив эти подвиги, возвратился он в стан в четверг. А в пятницу не посылал [царь] князей воевать, поскольку видел непроглядность того мрака и силу того холода. Но в субботу, когда услышал о приходе витязей марава ему в помощь, послал [царь] снова жан-церара Хаварья. Он сверху, а эти витязи галлаские снизу напали на 15 селений, то бишь Салуба, Качен амба, Мэцлаге, Вако верхнее, Вако нижнее, Кульф амба, Захитон Ваша, верхняя Контила, нижняя Контила, Каласа, Косаябато амба, Баба, Агавоч амба, Верач, Сахат.