Текст книги "Эфиопские хроники XVII-XVIII веков"
Автор книги: Автор неизвестен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)
18 тэкэмта[700]700
26 октября 1695 г.
[Закрыть] вышел царь один из Гондара, стана своего, и не знал никто о часе выхода его меж людей города. Он же пошел один, словно один из воинов его, и не знал никто, что это царь, и ночевал в Була. А после Була ночевал в Энабага, а после Энабага – в Занзальма, а после Занзальма пришел в Кебран и прибег к жившим там святым, дабы управил бог путь его. И вышел из Кебрана и ночевал в доме Начо Адаво из Варамита. А из Варамита пошел по дороге на Йебаба и Ачабэр, ночуя в доме некоего баляге, имени которого мы не знаем. И пошел он и прибыл в Дангуя, и последовали за царем все князья и все полки и воины, которых упоминали мы прежде. Половина пошла по дороге на Денгель Бар, а половина пошла и перешла реку Абай по дороге на Канфаро. И прибыли они и встретились с царем в Дагуя. И там запросили они вестей о галласах и сведений о набеге галласком: на какую область из областей Годжама будет он и когда будет он, в какое время этого месяца. И ожидали там [вестей] некоторое время. И когда не было слуху о галласах, повернуло все войско царское, и вошло в Йебаба, и пребывало там, покуда не призовет его царь, днем ли, ночью ли, когда будет набег галлаский, по какой бы дороге [он ни был] из дорог областей Годжама, и Дамота, и всей земли агау, как упоминали мы прежде. И остался царь один, чтобы разузнать, и обойти, и увидеть, и разведать все дороги, по которым [могут] прийти галласы. То ходил он в Анкаша, то ходил в Куакуара и Вамбарма, то ходил в Мачакаль, и Фэцебадинь, и Вамбарма, и Шанкит, и по всему берегу по ту сторону реки Абай, где переходят реку Абай галласы, и ко всем амбам, откуда царь взял всех местных коров, свел вниз [под своей охраной] и напоил. Ибо говорил царь в сердце своем: «Когда придут галласы по обычаю своему в Амбо, сделаю я засаду один, встречу их и убью», ибо сердце царя – на правую сторону (Еккл. 10, 2). И в подобных деяниях, когда устраивал царь засады и охотился [за галласами], исчезли галласы и бежали из своей страны в другую, ибо прослышали о приходе туда царя.
Глава. А затем вернулся царь оттуда и призвал все войско свое, которое пребывало в Йебаба, и пошел по дороге, которой пришел и вошел на остров Кебран.
Глава. Начался хедар. А затем вышел царь с Кебрана и ночевал в Фогара, а после Фогара ночевал в Мэцраха и после Мэцраха ночевал в Була, а после Була вошел в Гондар 25 хедара[701]701
2 декабря 1695 г.
[Закрыть] с помощью божией.
Глава. Начался тахсас. 29 тахсаса[702]702
5 января 1696 г.
[Закрыть] справил [царь] там праздник рождества.
Глава. Начался тэр. 11 тэра[703]703
17 января 1696 г.
[Закрыть] справил там праздник крещения на реке Каха.
Глава. Начался якатит. 1 якатита поднялся царь, и отправился из Гондара, и расположился в Цада. И отправился из Цада и пошел, располагаясь на прежних стоянках своих, которые мы упоминали прежде, и вошел в Аринго 6 якатита. А 12 якатита снова приказал царь расу Фаресу и сказал ему: «Я пойду охотиться на зверей в землю Годжам, а ты охраняй весь стан и корону, пока я не приду». И затем вышел царь из стана в Аринго один и ночевал в стране Эсте, а после Эсте в [монастыре] Макана Самаэт, а после Макана Самаэт ночевал в Йебаба, а после Йебаба – в Кэлядже, а после Кэляджа – в Дангуя в доме Гора Дэфча, а после Дангуя – в Ваджете, а после Ваджета – в Фэцебадине. Он охотился там за галласами и афачала, так как он – царь, с 30 всадниками. А когда не стало галласов в Фэцебадине, поднялся он и пошел из Фэцебадиня в Цехнан, а из Цехнана – в Аскуна, а из Аскуна – в Ханкаша в дом Генача, а из Ханкаша – в Матакаль в дом Чехвая. И там устроил смотр всем чава, что по ту сторону Абая, то бишь Эльмана, и Денса, и Бахр Арусе, и Дагбаса, и Аболе, и Гута, и Чалиха, и Дэнсэр, и джави, и тулама, и всем агау. А затем поднялся царь, и отправился из Матакаля, и расположился в Барбаре. И сделал он тогда Чехвая фитаурари на время этого похода, но не навсегда. И отправился из Барбара, и пошел поспешно, и прибыл в селение Верки. И там разослал [воинов] в набег, и убил всех шанкалла, и захватил много рабов, и рабынь, и коров, и овец, и коз без числа. А удов было тогда тьма и тьма, без числа; и расположился он там, и жил два дня, и отправился из Верки 28 якатита[704]704
4 марта 1696 г.
[Закрыть], и расположился в Гиса. А 29 якатита поднялся из Гиса и расположился в Дамбари, и там убивал царь рукою своею и старейшин, и витязей молодых из витязей шанкалла. И там убили [врагов] следовавшие за господином своим Васан Арад и Абре. И [царь] расположился там и жил два дня.
Глава. Начался магабит. 1 магабита[705]705
7 марта 1696 г.
[Закрыть] поднялся и отправился царь, и повернул из Дамбари, и расположился в Сахи. И отправился из Сахи, и ночевал, и расположился в Барбаре, и отправился из Барбара, и расположился в Матакале в доме Чехвая, и там устроил стан свой. И обозрел многие уды, брошенные пред ним руками убивших, и увидел, что им несть числа. А затем пошел по дороге на Ханкаша и по дороге на Самси, и прибыл, и вошел на остров Кебран один, ибо простился он со всеми полками, что были с ним в походе, и отправил всех людей в землю Матакаль. И вышел [царь] из Кебрана, и расположился в Дарха, и ночевал в доме Георгия. А наутро вышел из дома Георгия, и пошел, и прибыл, и вошел в стан свой в Аринго 16 магабита, и там провел лето.
Глава. Начался миязия. 11 миязия[706]706
16 апреля 1696 г.
[Закрыть], наутро после вербного воскресенья, поднялся пожар от дома непотребной девки и пожег все дома стана, что в правом конце Гондара. 17 миязня справил [царь] там праздник пасхи. А 22 миязия вышел царь из Аринго, и ночевал в селении Эсте, и встретился с Димитрием, поставленным цахафаламом Амхары, и держал с ним совет относительно путей в Амхару, и договорился с ним о дне и времени своего прибытия в Амхару, и возвратился в Аринго, и поведал князьям, каким путем идти в Амхару. И повелел расу Фаресу охранять стан и корону. Это третий раз, когда велел царь расу Фаресу охранять стан к корону, ибо от всей души и во всяком деле доверял царь расу Фаресу, так, как был рас Фарес человеком знающим и мудрым, воином сызмальства и искушенным в битве, правосудным и нелицеприятным, хорош он был пред богом и пред царем, совершенными деяниями, и все деяния его были прекрасны по смирению его и скромности, по всяческому благожелательству его ко всему стану, и был добросовестным во всяком деле государственном, обладателем дара совершенного от бога, подателя всех даров совершенных (ср. Иак. 1, 17). Подобного ему не находилось прежде и не найдется потом, могучего и совершенного деяниями, человека правдивого, который бы в его времена был столь благоусерден и многолюбив к царю царей и гордости юношества и украшению веры Иясу. Как гласит Писание: «Правдивого человека кто находит?» (Притч. 20, 6). И еще сказано: «Ученик не выше учителя, и слуга не выше господина своего» (Матф. 10, 24). И еще говорится о верности: «Верный раб! В малом ты был верен, над многим тебя поставлю» (Матф. 25, 21). И потому назначил его главою, то бишь бехт-вададом надо всем войском и надо всем станом царь царей Иясу.
Глава. Начался генбот. 12 генбота[707]707
17 мая 1696 г.
[Закрыть] вышел царь из Аринго, и ночевал в селении Эсте, и направил свой путь в Амхару. А сей же рас Фарес принялся вершить суд каждый день и заслушивать дела, как повелел ему царь и наказал: «Не вкушай каждый день хлеба, пока не заслушаешь дел и не вынесешь решения. И во всяком деле судебном и не давай сна очам твоим и веждам дремания (Пс. 131, 4), пока не вернусь я». И сей исполнил царский приказ и пребывал многие дни, творя суд и заслушивая дела с утра до вечера с азажами и сановниками правыми и левыми, пока не возвратился царь в стан свой.
Возвратимся же к прежнему повествованию нашему о походе, когда отправился в Шоа один царь царей Иясу. И отправился царь из Эсте, и прибыл, и ночевал в Энгудадаре в доме Такла Хайманота, сына дедж-азмача Хэляве Кэсоса. И отправился из Энгудадара и ночевал в Геамба; и отправился из Геамба, и ночевал в Малак Санка; и отправился из Малак Санка, и прибыл, и вошел в [храм] Тадбаба Эгзиэтна Марьям по царскому чину. И была тогда радость великая, и приняли его там все иереи с гимнами, и пением, и кликами, и ночевал он там. А наутро отдал царь все одеяния царские, восхищающие очи, [храму] Тадбаба Эгзиэтна Марьям.
А затем отправился он оттуда и ночевал в Йедара в доме Муча Мамо. И отправился из Йедара, и ночевал в Гандаба, и отправился из Гандаба. И был тогда сильный ветер, когда прибыл он в Бушо Колала, и встретился он там, в Вадала Меда, с людьми из Амхары и Шоа 19 генбота[708]708
24 мая 1696 г.
[Закрыть]. И отправился он из Вадала Меда и ночевал в Мэнйечере. И тогда-то услышали галласы, что вышли прежде [в набег], о том, что пришел туда царь, и задрожали дрожью великой. И отправился [царь] из Мэнйечера и ночевал в Вульчо; и отправился из Вульчо; и ночевал в доме Бэргана, и отправился из дома Бэргана, что у реки Бачо, и ночевал посреди [области] Мальза на вершине Амбаге. И отправился из Амбаге и ночевал в земле Марабете между двух рек, которые называются Ванчет и Шоталь Мацабья. И отправился от реки Ванчет 25 генбота в среду, и поднялся со своими дружинниками на вершину амбы и горы великой, называемой Дайр, и жил там два дня. И отправился из Дайра, и прибыл в землю Шоа, и ночевал в селении Йедур; и отправился из Йедура и ночевал в Ваха Нафасе; и отправился из Ваха Нафаса и ночевал в [местности] Матат, называемой «водой государевой». И отправился из Матата, и ночевал в Мале, и отправился из Маля, и ночевал в Зарате.
Глава. Начался сане. 1 сане[709]709
5 июня 1696 г.
[Закрыть] отправился [царь] из Зарата и жил в Кури амба три дня, обозревая селения, то бишь Гозе, и Кунди, и Аваш, и Азало, и Гань. И когда разведал царь там и сям, что есть поблизости галласы и живут там, одни справа, другие слева от этих селений, разгневался гневом великим и зарычал, как лев, ибо сердце его – на правую сторону (Еккл. 10, 2), и сказал: «Почему это живут и находятся подле селений моих эти жалкие скоты? Вот пойду я ныне, нападу на них, и прогоню от селений моих, и выгоню за Аваш! Разве не слыхали они, что я пришел воевать их, так чего же дожидаются они и пребывают предо мною?». И тогда ответили царю и сказали все люди Амхары и Шоа: «Оставь на этот раз этих жалких скотов, ибо на другой год нападешь на них, и сразишься с ними, и сделаешь, как пожелает сердце твое, о господин наш, царь, лев и львенок, и от гласа твоего и рыкания (ср. Притч. 19, 12) твоего трепещут все звери, и тесен им становится простор мира, и не находят они места, куда бежать и скрыться, так что говорят горам: «Падите на нас», – и холмам: «Сокройте нас» (ср. Лук. 23, 30) от лика твоего, восседающего в логовище [львином], кое есть престол Давида и Соломона». И послушал царь этого совета рабов своих, людей Амхары и Шоа, и оставил это дело, ибо обычаем его было слушать совета рабов своих и прислушиваться к слову присных своих. Эти же скоты жалкие, то бишь карайю, содрогнулись и вострепетали и не знали, что делать, когда услышали о царе и когда увидели приход царский и вступление его в Шоа.
И [обуял] страх не только этих жалких скотов карайю, но весьма сильный ужас [обуял] всех витязей страны Адаль и всех юношей из людей Кала Ганда, и бежали они из стран своих в другую страну от лика грозного известия о приходе царя к пределам Шоа.
И отправился царь из Курц амба 5 сане и ночевал в Афтанате; и отправился из Афтаната и ночевал в Аганча; и отправился из Аганча и ночевал в Мэсале Марьям; и отправился из Мэсале Марьям и ночевал в Габрээле; и отправился из Габрээля, и сошел с мула, и шел пешком, пока не прибыл в долины Сабона, называемые Жама, и жил два дня в Дабэбе. И отправился из Дабэба и пошел к Морату, что посреди страны галласов, называемых аботе. И, находясь посреди страны галласов, устроил он смотр [как тогда], когда устраивал смотр, находясь посреди равнины Шоа, то бишь перекличку в окрестностях селения, называемого Кусайе, для всех полков стана, что из Амхары и Шоа. А затем приказал царь сжечь Кусайе и сжег его.
А затем, когда шли к царю все люди Мората и Марабете, чтобы принимать царя, встретили их галласы на дороге и сразились с ними. И когда услышал о сражении царь, разгневался, и воссел на коня, и пошел туда, где они сражались. А галласы, когда услышали о приходе царя к ним, задрожали дрожью великой, и пали, и бросились в пропасть великую, оставив всех коней своих и все доспехи воинские. А царь, забрав всех коней и все доспехи воинские галласов, ночевал в Морате, [в местности], называемой Асбат. И повернул царь от Асбата, и ночевал в Масобите, и пожег огнем Чача, где пребывал один беззаконник и изменник царю, по имени, коего недостоин он, – Такла Хайманот, сын Мазамэра. И это насаждение беззакония[710]710
Здесь автор обыгрывает имя Такла Хайманота, которое буквально означает «насаждение веры». Автор же именует его «насаждением беззакония». Следует сказать, что подобное переименовывание – давняя традиция эфиопской историографии и восходит еще к «Истории царя Зара Якоба (XV в. [16, с. 59]).
[Закрыть] бежало в Тэкур Мэдр до разорения селения его и расхищения дома его рукою царя. А затем отправился царь из Масобита и ночевал в Икафаро; и отправился из Икафаро и ночевал в Рэгэб Йекота; и отправился из Рэгэб Йекота и ночевал в земле Гэль. И отправился из Гэль и ночевал в монастыре Гэль; и отправился из монастыря Гэль и ночевал в Сэмэнт Айн; и отправился из Сэмэнт Айна и жил в Ганата Гиоргис два дня. И отправился из Ганата Гиоргис, и ночевал в Макана Селласе, и отправился из Макана Селласе, и ночевал в Шэрафите. И отправился из Шэрафита и ночевал в Вадала Меда; и отправился из Вадала Меда и ночевал в Бушо Колала; и отправился из Бушо Колала и ночевал в Сагара. И отправился из Сагара, и ночевал в земле Дамбэля, и отправился из Дамбэля, и ночевал в доме Юлия из Сэмада, и отправился из Сэмада, и ночевал в доме Такла Хайманота из Энгудадара. И отправился из Энгудадара и ночевал в Эсте.
Глава. Начался хамле. И отправился [царь] из Эсте и вошел в стан свой в Аринго 1 хамле[711]711
5 июля 1696 г.
[Закрыть]. А 5 хамле отправился царь из Аринго и расположился в Хамад Баре. И отправился из Хамад Бара, и пошел, и проследовал по дороге на Карода и Эмфраз, располагаясь на прежних стоянках своих, и вошел в стан свой в Гондаре 10 хамле в здравии и мире с помощью господа бога.
Глава. Начался нехасе. И в этот месяц принял царь правило поста, как обычно.
Начался маскарам [года] Матфея-евангелиста, лунная эпакта 6, а день Иоанна [пришелся] на субботу. И в этом месяце 2-го дня[712]712
9 сентября 1696 г.
[Закрыть] был смещен азаж Кирилл и заточен бэлятеноч-гета Иоанн по обвинению дедж-азмача Езекии, что принял тот как взятку меч стоимостью в 5 унций золота, когда препирались они пред ликом царским. И там привел он много свидетельств его преступления пред князьями, и сановниками, и азажами справа и слева в доме паши Иакова. Этот Иоанн, по прозвищу Шамат, что означает «убегающий гнева»[713]713
Это толкование прозвища Шамат представляется несколько натянутым.
[Закрыть], был сыном одного баляге, и не известно ни имя отца его, ни матери, и неведом род его, и не говорили про него: «Он такого-то рода». Все советы его были злыми, уклоняющими от пути совета, благого для исполняющих его, ибо сей человек был братом, подражателем и последователем Ахитофела[714]714
Имеется в виду ветхозаветный Ахитофель, который давал Авессалому злой совет против отца его, Давида. Когда же совет его не был исполнен, Ахитофель со злобы удавился (II Книга царств 16-17).
[Закрыть] во всех советах своих. Но не принимал тогда речь его царь царей Иясу, великий советом и любящий благое и доброе, как отец его, сердце господне – Давид (Пс. 88, 21)[715]715
Под «отцом» здесь понимается предок – ветхозаветный царь Давид, согласно династическому мифу о происхождении эфиопских царей от царицы Савской и царя Соломона, сына Давида.
[Закрыть], – начало царству. Этот же Шамат притеснял многими притеснениями Иясу, царя царей и украшение веры и гордость юношества, ибо он поднял сего изменника из праха и возвысил над землей (ср. Пс. 112, 7). Разные же беды многие, что навел этот изменник на страну, и на стан, и на князей, и на войско, и на порубежные [области], не перечислить. Что сказать нам? Оставим же кратким описание сего сына мелкого баляге, пока не напишем во время свое.
Глава. Начался тэкэмт. И в этот месяц сместили люди собрания Дабра-Либаносского зччеге авву Цага Крестоса и поставили авву За-Микаэля. А 6-го тэкэмта[716]716
13 октября 1696 г.
[Закрыть] пропал, и убежал дедж-азмач Георгий из дома своего, и вошел в дом эччеге аввы За-Микаэля, и прибег к алтарю отца нашего Такла Хайманота. А эччеге задрожал дрожью великой и послал к царю, что пребывает тот в доме его и прибег к нему. Царь же, услышав, повелел дружинникам своим и послал такой ответ эччеге авве За-Микаэлю и собранию Дабра-Либаносскому: «Пусть он пребывает там до времени, мы же рассмотрим все дело его».
И в этом месяце исчез колення Вальда Гиоргис, и ушел из дома земли наместничества своего в Эбнате под предлогом охоты, и бежал, и перешел реку Такказе, и ушел, и вошел в область Ласта. И жил он в доме одного баляге, называемого Арайю, то бишь образ дьявольский[717]717
Полное имя этого Арайю было, по-видимому, Арайя Крестос (т.е. «образ Христов»), отчего автор тут же переименовал его в «образ дьявольский». См. коммент. 437.
[Закрыть]. А причина ухода колення Вальда Гиоргиса, сына Гергесинского[718]718
Здесь также своеобразное переименование: Вальда Гиоргис («сын Георгия») переименовывается в Вальда Гергесевон («сына Гергесинского»), что представляет собою аллюзию на Матф. 8, 28, когда Христу в стране Гергесинской встретились два бесноватых, вышедших из гробов.
[Закрыть], сына одного баляге мелкого, которого звали Зайо, такова: когда услышал он, что прибег к дому эччеге дедж-азмач Георгий, и когда известны стали все беззакония его, что затевал он с этим Георгием, и с этим Шаматом, то тесен стал ему весь простор земли. А затем пришел к царю гонец 13 тэкэмта из земли Эбнат и поведал ему все, что случилось: что ушел тот, взяв барабаны, когда рассказал ему сын сестры его, живший в стане, что прибег Георгий к дому эччеге, как упоминали мы прежде.
И, услышав все это дело, царь царей, полагающийся на силу божию, почел его за росинку, словно каплю пред кувшином [воды], не почел ни во что, ибо ведал, что не повредить ему этим двум головешкам коптящим, [что словно] мушка, сидящая на ухе слона[719]719
И. Гвиди видит в этом выражении аллюзию на басню Эзопа «Комар и бык». Трудно сказать, имеем ли мы здесь дело с заимствованием или просто встречаем достаточно распространенный мировой сюжет. Стоит отметить, пожалуй, что в сборнике амхарских сказок, переведенных Э.Б. Ганкиным, имеется сказка «Бык и комар», в точности передающая содержание Эзоповой басни [1, с. 64].
[Закрыть]. Только приказал царь [послать] к эччеге и людям собрания Дабра Либаноса и сказал им: «Знайте, что был завет меж нами и любовь к вам прочная от времен Иекуно Амлака и доныне. Ныне же решите, что лучше для вас и полезнее, и подумайте, чтобы не ускользнул от вас [Георгий], раз он в доме вашем, [а не то] знайте, что будет вражда меж нами и меж вами!». И тогда испугались и решили эччеге и люди собрания Дабра Либаноса не дать ускользнуть от них этому изменнику, чтобы не было вражды меж царем и меж их домом, [что связаны] заветом и любовью. И тотчас выдали его царю связанным и вывели из дома своего этого изменника царю. А царь взял его и отдал его цабання[720]720
См. коммент. 340.
[Закрыть] Амсале, который был тогда на должности агафари Самена.
Возвратимся же к прежнему повествованию нашему о деле этого сына Гергесинского. В это время послал царь человека к Арайо, говоря: «Что за вражда у тебя к нам, что приютил ты раба нашего в доме твоем? Разве ты ищешь вражды нашей и беды? Сам знаешь, не искали мы сего прежде, с тех пор как возвел нас бог на престол Давида и Соломона, отцов наших, и доныне, когда воевали мы людей карайю, и валло, и тулама, проходя от Аваша и достигая Адаля и Гэнд Барата, близ тулама, чтобы воевать меча, начиная с гудру, и либан, и аболе, и джави, и вабо [и до] всей земли шанкалла, что в Гиса, и Вамбарья, и Гагар, и Тамо, и Дубани, и Атбара. Не трогали мы тебя и оставляли [в покое], говоря: «Не воевать же нам баляге, что пребывал под рукою нашей и под рукою отцов наших, царей!». Не по бессилию своему не воевали мы тебя – силою божией мощь наша в руке нашей, – но оставляли тебя [в покое], как упоминали мы прежде. Ныне же, схватив, пришли к нам этого раба изменного. Если же откажешься, знай, буду скоро воевать тебя!».
И когда услышал Арайо все повеление, что прислал ему царь, то вошла вода страха во внутренности его, и вошел трепет в кости его, и растаяли все члены его, как воск пред лицом огня, и присох язык к гортани его (ср. Пс. 21, 15-16). И взволновалась тогда вся страна Ласта из-за приказа слова царского, произнесенного тогда. А на следующий день того дня, когда вострепетал он, держал Арайо совет с другими, и ответил людям, посланным от царя, и сказал им: «Идите, и возвращайтесь к господину вашему и моему господину, царю, и, представ пред царем, скажите ему: «Говорит Арайо, раб царя: пусть придет человек от царя к реке Такказе, и я выдам, связав руки, этого раба, изменившего царю, то бишь колення, сына Гергесинского». И, услышав это от Арайо, возвратились, к царю те, кому приказал царь, и поведали царю все, что сказал Арайо. И повелел царь и послал гра-азмача Арсе к реке Такказе, чтобы привел он этого раба изменного.
Глава. Начался хедар. 12 хедара[721]721
18 ноября 1696 г.
[Закрыть] умер абетохун Иаков из Бораз. 25 хедара спустился царь к [реке] Каха, и разбил шатер, и устраивал угощение два дня князьям, и вельможам, и всем людям стана, и всем пришлым, большее и лучшее и превосходящее угощение Соломоново, упоминаемое в книге царств (III Книга царств 4). А по скончании двух дней к вечеру повелел царь подъять посохи всем князьям и чава. Были тогда такие люди, что не смогли, а были такие, что смогли подъять посохи на высоту коня пред царем. Из тех, кто лучше всех поднимал посохи на высоту коня пред царем (среди тех, кто смог поднять), был паша Лесана Кэсос.
Глава. А наутро вошел царь в стан свой, воссев на коня, и все князья, которые были с ним, сидели на конях и следовали за ним. А один человек из них, сидевший на кобылице, упал и разбился, хотя ехал по дороге шагом среди других князей, когда вспомнил и увидел во сне, сидя на кобылице, вчерашнее подъятие посохов и испугался. И исполнилось над ним сказанное в поговорке мирской: «Если трус увидит сон, то упадет с ложа». И дивились и смеялись над ним все князья.
Глава. Начался тахсас. 29 тахсаса[722]722
4 января 1697 г.
[Закрыть] справил [царь] праздник рождества там же, в Гондаре.
Глава. Начался тэр. 11 тэра[723]723
16 января 1697 г.
[Закрыть] справил [царь] праздник крещения на [реке] Каха. А на следующий день провозгласил царь указ, чтобы следовали все люди стана и все чава за бэлятеноч-гета Василием туда, куда пойдет он, ибо приказал ему царь привести Амира. Этот Амир из племени балау прежде, поссорившись со старейшинами балау, пришел к царю со многими людьми, взяв жену свою и детей, со многими коровами и верблюдами. Царь же дал ему землю для проживания с людьми и их женами, с верблюдами и скотом в низменных долинах Чанка. Но оставим мы здесь историю Амира до написания ее во время свое.
18 тэра вышел царь один из Гондара и ночевал в Косоге. И отправился из Косоге и ночевал в Аймашба; и отправился из Аймашба и ночевал в Дакуа; и отправился из Дакуа и ночевал в Дабарке; и отправился из Дабарка и ночевал в Дэб Бахре; и отправился из Дэб Бахра и ночевал в Зарема; и отправился из Зарема и ночевал в Аси; и отправился из Аси и ночевал у реки Дэкуко; и отправился из Дэкуко, и ночевал в Маййяке, и собрал там людей мадабайских[724]724
См. коммент. 4 к «Истории царя царей Аэлаф Сагада». Здесь имеются в виду представители военно-служилой верхушки, происходившие из старинного полка Мадабай.
[Закрыть]. И отправился из Маййяка и ночевал в Май Амбари; и отправился из Май Амбари и ночевал в Биатона; и отправился из Биатона и ночевал в Таулямби; и отправился из Таулямби и ночевал в Май Сабай. И отправился из Май Сабай и установил царский зонтик на [реке] Такказе. Там устроил он пир, да был он скудным, и пошел ночью поспешно к Толя, и прибыл туда в 3-м часу.
Глава. Начался якатит. 3 якатита[725]725
7 февраля 1697 г.
[Закрыть] отправил царь [воинов] в набег в 3-м часу, как упоминали мы прежде. И тогда бежали люди Толя, а все войско царское захватило в полон рабов, и всех рабынь, и всех коров, и весь скот, что был в земле Толя, – добычу неисчислимую. И пребывал [царь] в Бире, пока не вернулись [воины] из набега. А когда все вернулись из набега, поднялся царь оттуда, и отправился из Вира, и ночевал в Асмэка. И отправился, и повернул от Асмэка, и ночевал у [реки] Такказе; и отправился от Такказе и ночевал в Расэльфиле; и отправился из Расэльфиля и ночевал в Май Сабай; и отправился из Май Сабай, и на полпути от Май Сабай ушел царь один в пустыню, и охотился на многих зверей, и убил средь них зверя сильного, называемого носорогом, и ночевал в Таусэмби. И отправился из Таусэмби, и пошел не спеша, и пришел к Дабарку, а из Дабарка – в землю Косоге.
Глава. Возвратимся же к прежнему повествованию об Амире. Прибыл тогда бэлятеноч-гета Василий, созвав многое войско царское, которого было больше и было многочисленнее оно песка на берегу морском и звезд небесных. Столь велико было число всадников и стрельцов! И когда увидел все это Амир, то содрогнулся и убоялся. Послал к нему бэлятеноч-гета Василий, говоря: «Приходи!». И пришел Амир со всеми людьми, которые были с ним, и прибыл, и вошел в стан бэлятеноч-гета. В это время услышал Амир пальбу многих ружей и содрогнулся весьма, и показалось ему, что погиб он со всеми своими людьми. И тогда держали совет люди стана, разделившись надвое: одни из них говорили: «Давайте сразимся с Амиром и уничтожим его здесь», а другие говорили: «Давайте свяжем Амира со всеми его людьми, и отведем, и представим царю». И отверг бэлятеноч-гета советы всех людей стана и сказал: «Не так, ни воевать его не будем, ни связывать, но отведем его с собою под надзором курання и представим царю Амира и людей его». И замолчали люди стана и прекратили свои речи, когда отверг их совет бэлятеноч-гета Василий, как сказано устами Ионафана: «Отец мой отверг совет», и еще сказал пророк и царь царей Давид: «Господь разрушает советы посланцев» (ср. Пс. 32, 10). И сказал Амиру бэлятеноч-гета: «Знай, что завтра ты пойдешь с нами дорогой походной с людьми твоими, и женщинами твоими, и коровами твоими, и верблюдами твоими». И сказал Амир: «Ей». А наутро поднялся бэлятеноч-гета от реки области Амира и отправился в путь. А Амир поднялся, и вышел из дома своего, и шел два дня в отдалении от обоза и от стоянок войска царского со всеми людьми своими, женщинами, коровами и верблюдами. А затем сказал Амир бэлятеноч-гета: «Не веди меня дорогой, по которой пришел ты, ибо узка она для прохода моим верблюдам и коровам, но веди меня путем широким, который я покажу тебе». И поддался бэлятеноч-гета на обман и сказал: «Хорошо, иди той дорогой, которая тебе лучше». И пошел Амир по дороге, о которой мы упоминали прежде, и располагался, и ночевал вдали от ночевок войска царского. И там ускользнул он и ушел со всеми людьми своими, и коровами, и верблюдами в час ночного сна. И пришли вестники и поведали бэлятеноч-гета, что ушел Амир и скрылся. И, услышав, весьма печалился бэлятеноч-гета великой печалью, в коей не было прибыли. А затем возвратился он, забрав много коров и верблюдов, оставленных Амиром, и вошел в Гондар. В городе же его сочли дураком, и молодежь смеялась над ним. В этом месяце умерла Ляхья Денгель, жена раса Фареса.
Глава. Начался якатит. 21 якатита[726]726
25 февраля 1697 г.
[Закрыть] пришел царь в Гондар из похода на Толя и устроил там летнее пребывание свое. А затем привел Кабаро Арсе этого колення, сына Гергесинского, и ввел в Гондар. И отпустил царь дедж-азмача Георгия и отослал в дом эччеге и ко всему собранию Дабра-Либаносскому, говоря: «Помиловал я его ради вас и отпустил к вам из заточения, но вашим судом пусть судят его азажи и приведут многие свидетельства преступления его!». И отвечали они царю и говорили: «О господин наш, царь! Обычай твой – благость и милосердие, но где же твое милосердие к нам, когда обвиняют его азажи и приводят свидетельства в преступлении. Не было такого доныне при твоих отцах, царях, когда с одной стороны – обвинение, а с другой – милосердие. Но, господин наш, царь, да будет твое милосердие полным!». И когда услышал царь эти речи, сжалился над ними, памятуя завет их и прочную любовь, и сказал: «Милую я его ради вас и упраздняю обвинение, но пусть он живет в Сэмано в доме своей тещи с женою своею и не входит в город!». И возрадовались они этой речи, ибо то было великой милостью для него, чтобы жил он в стране не в узах. И потому благословили они руку царскую и его заставили благословить руку царскую, и ушел он и жил в Сэмано, как упоминали мы прежде.
Глава. Начался магабит. И в этот месяц решил царь зимовать в Йебаба и, будучи там, охранять страны Дамот и Годжам от галласов, которые разоряли их, переходя реку Абай к ним в месяц зимний и называя [такие набеги] гамабахи[727]727
Гамабахи – неизвестное, возможно оромское, слово.
[Закрыть]. И сказали людям стана, что будет зимовать царь в Йебаба, чтобы приготовили они там себе провизию. И, услышав этот приказ, весьма тужили люди стана, и тяжко им было устраивать себе дома и заготовлять провизию в Йебаба, ибо непривычно зимовать в другой стране, а не в Гондаре. И увидел царь печаль их, и отменил прежнее решение, и оставил свой совет, ибо не хотел он печалить никого из людей. И вышел царь из Гондара один, и пошел, чтобы прибегнуть ко всем монахам, что живут по островам и пещерам, и разломал свою корону, и раздал золото, [из которого она была сделана], бедным и всем нуждающимся.
Глава. Начался миязия. 6 миязия[728]728
11 апреля 1697 г.
[Закрыть] возвратился царь, и вошел в Гондар, и справил там праздник пасхи 9 миязия. И в пасхальную неделю собрал царь всех монахов и всех иереев и сановников, которые были в стане, и призвал их в дом свой держать речь о вере, ибо сердит был на Вальда Тенсаэ, который учил присных своих такой вере: «Соединение через помазание». И спросил он его и сказал: «Где нашел ты такую веру? Разве учитель твой не Евстафий, который такой вере не учил?». И просили тогда его все сановники отказаться и оставить речь эту. Он же не согласился и не обратился. И когда увидели сановники, что отказывается он обратиться, отдали его на суд царю, и приводили много свидетельств от слов святого Писания, и наставляли его. И там отлучили его наставники святой церкви христианской и эччеге, его и брата его, Тээмэрте, и отослали, связав, в Жанда к митрополиту авве Марку, [митрополиту] Эфиопскому, ибо тогда пребывал там, чтобы обратил он его своим советом прекрасным, коли послушает он, а коли откажется, чтобы отлучил их митрополит и чтобы отвели их в долины [заключенных] царские посланцы, которым приказал царь, и сослали туда. И когда прибыли Вальда Тенсаэ и Тээмэрте к митрополиту, то убоялись они приказа слова царского, что приказал им окончательно и твердо, как упоминали мы прежде, и поспешили послушаться слова митрополичьего, и обратились от [прежнего] своего мнения. И, услышав, что обратились они, сказал царь: «Пусть пребывают они там с митрополитом, пока не призовем мы их во время свое».
Глава. Начался генбот. И в этот месяц приказал царь бэлятеноч-гета Василию идти, и следовать по дороге на Денгель Бар, созвав всех чава и все войско царское, и ожидать его в стране Ханкаша. И пошел тогда бэлятеноч-гета Василий, как приказал ему царь. И 12 генбота[729]729
17 мая 1697 г.
[Закрыть] поднялся царь из Гондара один по дороге на Фэрка, и шел, и следовал до Ханкаша. И повстречался с бэлятеноч-гета Василием и со всем войском. И там начал он поход на галласов, перейдя реку Абай по дороге на Рода, чтобы принять всех галласов из [племени] талага. Ибо они сразились со всеми галласами из [племени] валаданя и посылали к царю прежде, когда он был в Гондаре, говоря: «Приходи скорее и прими нас». И тогда принесли они ему там присягу крепкую и заключили с ним завет, ибо обычай царский издревле – не преступать клятвы и не нарушать завета. Не то у людей беззаконных, которые в подобных важных делах преступают клятву и нарушают завет, а в делах весьма малых клятвы не преступают и завета не нарушают. И потому потщился царь заключить клятву и завет.
Глава. Начался сане. В этот месяц возвел царь весь обоз на крепкую амбу и провозгласил указ, гласивший: «Пусть все чава, которые не могут перейти реку Абай, остаются и взойдут на крепкую амбу, а все чава, которые могут перейти Абай, переходят его со мною». И большинство осталось, говоря: «Не будем мы переходить из-за любви к земле нашей. Чего бояться нам оставить службу нашу из-за земли, за которую служим до смерти? Разве не свободные мы люди? Как говорится в пословице мирской: человек свободен, а подати – с земли». И первым, сказавшим это, задумавшим и положившим основание того, чтобы остаться и не ходить, был Михаил, воин [полка] Гадиса, как говорится: «Один трус перепугал все войско». Ныне что говорить? Оставим мы повествование кратким, ибо рядом палатка царской ризницы, где страх в обычае[730]730
Трудно сказать, чем вызван этот неожиданный выпад автора по адресу клира придворной походной церкви царской ризницы. Традиционно эфиопская мораль и не требовала от священнослужителей воинской доблести и отваги, однако не менее традиционными были и заявления царских историографов о том, что придворное духовенство сопровождало царя даже в битвы, подобно верным и отважным вассалам, готовых умереть с царем. Здесь же мы видим нечто прямо противоположное.
[Закрыть].
