Текст книги "Глубины отчаянья (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

– Конечно же я имел в виду коменданта Тольбуса Логвуда, – улыбнулся Зилгард.

– Комендант не идиот, ему не нужны наши глаза вместо собственных, – проворчала Ямлина.

– И тем не менее, – улыбка толстяка стала шире, – он, как и капитан, наверняка весьма утешен вашим самоназначением на сей пост и вашими докладами. Если бы я был на его месте, то точно был бы.

– Был бы – что? – тень упала на лицо Ямлины.

– Что? Утешен, разумеется, – юный маг пожал плечами.

Обе воительницы хмыкнули.

– Вот это смешно, – произнесла Дэлия. – Если бы ты был Логвудом. Ха!

– Фигура речи, – Зилгард покрутил рукой.

– Нет такой вещи, толстячок. Ты пытаешься идти по следам Логвуда? Пытаешься смотреть его глазами? Ха!

– Скажи, – согласилась другая женщина. – Ха!

– Ты так и сделала, – заметил маг.

– Сделала что?

– Сказала.

– Верно, – после короткой паузы продолжила Ямлина. – Комендант должен был стать генералом, ещё тогда, во времена первого кашмирского восстания. У него хватило бы власти и силы объединить Нанв, как это произошло сейчас. При его, кстати, участии. Но можно было организовать всё раньше, да…

– Он мог стать его правителем, – хмыкнула Дэлия. – Не надутый трус Гуннар, не Фатурк или Хелфгот. Тем более не Плейфан. Тураниус, имею в виду, а не эта мокрощелка.

– Но Кендал Фатурк отлично понимал, кто является его соперником за власть. У него хватило на это мозгов, даже удивительно, – сплюнула Ямлина. – Поэтому он разжаловал Логвуда, превратил в, Двуликий бы побрал, коменданта, и отправил прочь со своих глаз – в приграничный Фирнадан.

– Амбициозный человек сей Логвуд, – качнул головой колдун.

– Ни капельки, пустынник. И в этом вся суть. Он стал бы отличным правителем, как по мне. Нежелание браться за работу – лучший признак.

– Любопытная мысль, дорогая, – задумчиво проговорил Зилгард.

– Не, точно не я.

– Прости, что не ты? – отвлёкся маг.

– Не любопытная, – усмехнулась Ямлина. – Слушай, вольные города были бы совсем иными, если бы Логвуд стал даже не королём, а хотя бы архонтом в то время, много лет назад. Если бы он сделал то, чего мы все от него ждали: схватил Фатурка за шиворот и вышвырнул из башенного окна.

– Он был способен на столь выдающийся шаг? – удивился волшебник.

Обе женщины выглядели обескураженными. Одна повернулась ко второй.

– А какой у него шаг? Вроде широкий.

– Ну, может, и выдающийся, – покачала головой её напарница. – Почему нет?

– А сколько там шагать до башенного окна?

– Может, нужно было шагнуть как следует, кто его знает.

– Ты права, подруга.

– Кхм, – перебил их Зилгард. – Выдающийся шаг, милые. Это значит – поступок.

– Вот оно что, – кивнула Ямлина.

– А, я поняла! – воскликнула Дэлия. – Ты спрашиваешь, сумел бы он сделать это, если бы хотел? Конечно. Не нужно становиться на пути Логвуда, ведь он, в дополнение ко всему, весьма умён.

– Тогда почему же он не занял место короля, архонта или хотя бы генерала? Почему согласился на ссылку и звание коменданта? – волшебник подался вперёд.

– Потому, что он солдат, а не идиот, – фыркнула Ямлина. – Вольные города никогда не жили в мире, как бы разные льстецы не говорили иного. А мы на тот момент ещё и в чужих войнах отметились. И враги это не забыли, – её палец ткнул в землю под ногами, – пришли мстить.

– Тогда все города шатались, – дополнила Дэлия. – Если же, вдобавок, люди бы начали друг дружку резать да на окровавленный трон прыгать, то всё полетело бы в бездну. На него мы все смотрели, так? Ждали, что он захватит трон, разберётся с Фатурком. А когда Логвуд просто отдал ему честь и сказал: «Так точно, архонт» – ну, всё просто утихомирилось.

– Он дал ему шанс, – кивнула Ямлина.

– Хм, – Зилгард поскрёб подбородок. – И что, дамы, думаете, он ошибся?

Женщины одновременно пожали плечами.

– Теперь это не важно, – сказала Дэлия. – Мы тут, и тут это тут, а там это там.

– Пусть будет так и да будет так, – вздохнул колдун и поднялся на ноги. – Удивительнейшее общение. Я благодарю вас за него.

– И тебе спасибо, за пирожки, – хмыкнула Ямлина.

– О, не стóит, – махнул он рукой. – Доброй ночи, красавицы.

Маг неторопливо направился назад, к повозкам с провизией.

Когда его широкий силуэт исчез во мраке, обе женщины некоторое время молчали, занятые слизыванием сиропа с пальцев. Потом Дэлия вздохнула. Ямлина повторила.

– Ну что? – спросила Дэлия.

– Довольно легко, – кивнула Ямлина.

– Думаешь?

– Конечно. Он пришёл, предполагая обнаружить тут две головы с мозгами, а нашёл едва ли на одну.

– И всё одно болтали много, – поморщилась Дэлия.

– Это нормально для дурочек, крошка. Иначе он бы что-то заподозрил, – усмехнулась Ямлина.

– Как думаешь, Ворóны подозревают нас?

– Не больше, чем мы их.

– И мне так кажется.

– Ещё и задумали что-то, как пить дать.

– Угу, наверняка.

– А этот колдун там один из верхушки. Вместе с вождём и старейшинами.

– Знаешь… меня устраивает.

– И меня… Кстати, без веток с листьями пирожки какие-то не такие.

– Странно, и я о том же подумала только что.

* * *

Монхарбский торговый тракт, взгляд со стороны

Зилгард приблизился к другому костру внутри форта на колёсах. Двое мужчин, ютившихся у него, подняли головы, глядя на новоприбывшего.

– Что у тебя с руками? – спросил Торкон, вождь клана Серых Ворóн.

– Всё, к чему я прикасаюсь, начинает ко мне липнуть, – хмыкнул толстяк.

– Ну, – рассмеялся пожилой Юбор, – это мы знаем уже много лет.

– Опять подкармливал Лайфа? – Торкон перевёл взгляд на пса. – Если он станет таким же жирным, как и ты, то сам будешь изменять его друидизмом. Нам нужны боевые и злобные собаки, а не нежные щеночки.

– Никакого подкармливания, – отмахнулся Зилгард. – Зверюга просто преследует меня без какой-либо цели. Но подошёл я не за тем, – его глаза сверкнули отсветами костра. – Только что у меня состоялась беседа с парочкой наших наблюдательниц. И, могу заверить, мы в надёжных руках.

– Липких, как твои?

– Теперь да, дорогой старейшина, теперь да.

– Это, конечно, хорошо, – кивнул вождь, – но чем нам поможет? Окажут защиту? Если с ней не справятся воины и маги клана, то толку хоть от двух, хоть от двадцати двух солдат не будет ни капли. Строчить доносы? Пожалуйста! Но снова поинтересуюсь, в чём наша выгода?

– Например в том, что мы знаем: любое неожиданное действие привлечёт внимание, – тонко улыбнулся толстяк. – И если нам понадобится, мы сумеем достичь этого даже не говоря вслух.

– А почему бы и не сказать вслух? – поинтересовался Юбор, протянув руки к костру. – У нас хорошие отношения с местными лидерами. Я не вижу причин, почему клану может понадобится играть в эти игры.

– Увы, не всю правду можно озвучивать напрямик, – Зилгард пожал плечами. – К иным тайнам можно подобраться лишь самому. И такой момент настанет, друзья мои, непременно настанет. Время не слов, а действий, которые обязательно станут известны.

– Недавно я бы посмеялся над твоим желанием затеять интригу ради интриги, – Торкон почесал бороду. – Но ныне, после целого дня похода, стали заметны… трения, которые возникли между аристократией и командующими армией. А ведь здесь далеко не все люди и не все войска. В нашу бесконечную колонну вплетётся ещё немало народа. Переменных будет становиться всё больше, а постоянности – меньше. Быть может, ты и правда поможешь нам, Зилгард, хоть мне и слабо в это верится, – вождь едва уловимо усмехнулся. – Скажи, как у тебя, чёрт бы меня побрал, вообще получилось всё так ловко рассчитать?

– О, Торкон, мой дражайший и самый главный соплеменник, – раскинул маг руки. – Полное отсутствие в тебе веры губит меня с головы до пальцев ног, которые поджимаются от тоски!

– Триединого ради, не показывай нам! – неожиданно резво, несмотря на свой возраст, воскликнул Юбор. – Ты носишь эти сапоги столько, сколько я тебя знаю, Зилгард. Сам Двуликий Хорес побоится того, что обитает у тебя между пальцами.

– И не напрасно! – рассмеялся толстяк. – Отвечу тебе, Торкон, кратко и чётко: мир – это невообразимо простая вещь, а люди, населяющие его, лишь хотят казаться глубокими, – он остановился и несколько секунд пялился в пустоту. – Ух, если подумать повторно, картина не такая уж и приятная… а если в третий, так и вовсе отвратительно-ужасная. Но я попробую ещё раз. Грани, уважаемые друзья, всегда стираются, когда речь заходит о времени, ведь даже оно утрачивает значение… – колдун снова остановился, – м-да, кстати о времени, уже ведь очень поздно, верно? Сон манит потоком спокойного обещания, возможностью окунуться в мечты или давно забытые воспоминания. Одного этого хватит, чтобы желать быстрее нырнуть в тёплую постель или хотя бы лежанку, да отдаться ему, скрашивая эту постылую ночь! – Зилгард вскинул руки, махнул ими в последний раз и ушёл. Спустя какое-то время Лайф побрёл по его следам.

Двое мужчин смотрели им вслед.

– Вот бы те воительницы проломили его жирную башку, – проворчал Торкон, скрестив руки на груди.

– Кулаки бы соскользнули, – хохотнул Юбор.

– Твоя правда.

– До чего же хитрый ублюдок. Самому не верится, что в клане зародился такой человек. Как же хорошо, что мы пустили того имперца по отдельной линии наследования… Слияние даже двух человек уже кажется мне чрезмерным, а что будет дальше? К чему ещё оно приведёт нас?

– Не думай об этом, старик, иначе тебя стошнит.

* * *

Может быть это хитрость. Вполне… Более чем… – говорил я самому себе, летя над Монхарбом. Оборотней было мало. Точнее… я не знаю, были ли они вообще. У меня создалось ощущение, что воздух не контролировался. Это казалось странным, ибо имперцы очень внимательно и скрупулёзно относились к нему, стараясь захватить первым же делом. Захватить и подавить, ограничить, навязать свою тактику, а потом сокрушать с неба, сбрасывая всё, что только захотят.

Опасность колдунов, атакующих с воздуха, было очень сложно недооценить. По сути, высоко взлетевшие птицы имели все шансы уничтожить целую армию противника без каких-либо усилий. На расстояние в километр и выше банально не долетали ни пули, ни стрелы, ни болты. Магические атаки – некоторые, – такой шанс имели, но ими ещё попробуй попади.

Здесь и сейчас мне казалось, что я был один. Един с тёмным ночным небом, отчего на душе разгоралось подозрение. Интуиция шептала: «Что-то не так». Однако что именно не так – решительно непонятно.

К этому времени Монхарб был полностью захвачен. Поблизости от города, несмотря на темень, собиралось войско сайнадов, освещая позиции факелами и артефактами. Мне пока ещё было непонятно, передовые ли это отряды или полноценная армия – не рисковал подлетать к ним ближе чем на пару километров, подозревая ловушку.

Ха-а… по сути, смотрю со стороны, причём в тусклом лунном свете, но… этого хватало, чтобы оценить обстановку хотя бы примерно.

Прохладный ночной воздух таил в себе обещание песчаной бури. Возможно она уже идёт сюда с Сизиана, а может уже прошла – незаметно для моих глаз, – снова иссушив ближайшие земли. А ведь окрестности Монхарба и так пострадали…

Сделав очередной круг, мысленно вздохнул и… таки рискнул. Дурак! Конечно же дурак. Но как-то само собой тянуло подлететь поближе, испытав свою удачу и навыки. Ха, а ещё лейтенантом себя называю!

Никакого порядка в сайнадской армии, которая собиралась подле стен Монхарба, попросту не было. Тысячи шатров хаотически растянулись вокруг огромного центрального загона, окутанного тучей пыли, подсвеченной факелами и редкими артефактами. Над завесой разносились лихие песни захватчиков. Сайнады веселились, пусть и успели устать, да ощутить первые потери. Вот только это никак не отразилось на их боевом духе. Оно и понятно, отступаем мы, а не они.

На мои глаза попали монхарбские защитники, которые не сумели выбраться из города, попав в окружение и, как сейчас понятно, в плен. Часть из них беспомощно извивалась на «скользких койках» – так сайнады называли четыре длинных копья, вкопанных в землю: жертву клали на острия, расположенные у плеч и чуть ниже ягодиц. В зависимости от веса и силы воли, позволявшей не шевелиться, кровавый путь вниз мог растянуться на часы. Если Троица будет милостива, утреннее солнце приблизит смерть несчастных.

В груди потеплело от злобы, которая пожелала быть исторгнутой на эту людскую массу. Однако я знал, что никак не могу им помочь. Самое лучшее – убить подвергшихся медленной казни быстрым потоком воды, но в таком случае я обеспечу себе множество проблем и, вероятнее всего, обнаружение.

Дело дурно смердит, однако такова участь разведчика. Мы наблюдаем, но не вмешиваемся, даже если момент кажется подходящим. Это отличает хорошего специалиста от посредственности.

Но день воздаяния придёт. Если будет на то воля богов.

Быстрые конные отряды собирались подле юго-западной стороны, становясь на торговый тракт, ведущий к Кииз-Дару и лесу Солкос. Месту, куда отступил Логвуд с колонной беженцев и армией, получившей наименование «Первая». Именно по этой же дороге отступили и последние воины Монхарба, среди которых был и я, на полпути решивший обратиться птицей и узнать «что и как».

Узнал. Теперь самое время вернуться обратно и, если повезёт, урвать немного отдыха.

Развернувшись, я направился вслед сайнадской коннице. Отряд, навскидку, насчитывал около сотни голов, но даже острое птичье зрение пасовало во тьме. И как они не боялись пускать галопом лошадей? Может, прицепили им на глаза какие-то артефакты? Это кажется мне весьма вероятным, ведь сайнады уже не один десяток лет совершают налёты на ближайшие страны, а значит, ночные вылазки для них должны быть привычны. Придумать какие-то способы столь неприятного для нас ведения войны они могли уже давно.

В полёте думал над тем, что видел. За исключением пленников, конечно же. О них думать хотелось больше всех, но это являлось наименее важным в текущий момент. Впрочем, иногда картины рвались в мысли буквально силой, заставляя глухо клокотать – так, как способны лишь птицы.

Армия. Несмотря на хаос в лагере, там также находились командиры, полные кровожадной воли и способные добиться своего. Это не какой-то спонтанный бунт, начавшийся в Монхарбе, это – полноценная армия вторжения, которая достаточно грамотно ухватила нас за задницу. А если бы мы просрали подготовку удара изнутри, то точно не успели бы вывести беженцев, получив бойню внутри города и, наверняка, десятки (если не сотни) взрывов. Монхарб превратился бы в пепелище ещё до подхода сайнадов.

Проклятье! Почему меня не покидает мысль, что можно было сделать больше? О случившемся было известно заранее! Если бы Гуннар прибыл со всеми своими войсками, если бы мы соединили все успешно разделённые военные силы, если бы потратили деньги Магбура на найм большего числа войск… О, пожалуй у нас был бы шанс разбить противника на подходе. Был бы?

Уверенности нет, а чувство сожаления в избытке. И в голову снова лезут умирающие солдаты на «скользких койках». А ведь ещё будут кресты. Будут. Уверен в этом.

Перегнать конницу сайнадов получилось достаточно просто. Никогда наземный не сравнится с летающим. Обнаружить своих было сложнее, но, как и договаривались заранее, маги создали небольшой конус, в центре которого горела руна света. Такая конструкция действовала по аналогу фонаря, светящего только в небо, отчего казалась почти незаметна с земли, однако отлично заметна с воздуха.

– Лейтенант? Мы все ждали, – тут же выдал Лотар, подошедший ближе. Вид сержант имел бледный и встрёпанный. По нему было видно, что мужик ещё и не думал ложиться спать или хотя бы пытаться отдохнуть. Напротив, я сказал бы, что он только и делал, что взволнованно ходил из угла в угол и плевать, что на холмисто-лесистой равнине не было углов.

– Прямо-таки все? И никто спать не пошёл? – позволил я себе слабую улыбку.

– Плохое время для шуток, сэр, – проворчал он, пока к месту встречи подтягивались остальные, хоть и не все. Часть людей уже спала, другая часть слишком устала, чтобы плестись ближе, пытаясь узнать какие-то новости. Я прямо-таки видел в их голове мысли вроде: «Если что-то важное, то объявят всем». И в каком-то роде они правы.

– Какое есть, – хмуро пожал плечами. – Что же, ситуация не из лучших. Войско сайнадов разместилось возле города. Навскидку их более десяти тысяч, но уверен, это только начало. К тому же, часть наверняка пробралась в Монхарб до того, как я прилетел.

– Дык это, значит без проблем удалось осмотреться? – уточнил Лотар.

– Придурок, он ведь сказал конкретику, – среагировала Килара, чья левая рука сжимала предплечье правой – в области действия браслета Оксинты. Удача не стремилась находить женщину, зато предоставляла множество проблем. Даже сейчас её лицо отдавало чем-то болезненным, слово воительница постоянно испытывала ноющую боль.

– И право первого дежурства переходит к тебе, капрал. Можно сказать, ухватила удачу за хвост, – проворчал сержант.

– В воздухе никого не заметил, но полагаться на отсутствие магов в рядах противника я бы не стал, – пояснил я сразу для всех.

– У сайнадов всегда было достаточно магов, – спокойно произнесла Даника. С Серыми Ворóнами мы объединились уже при отступлении. – К тому же, они готовили их.

– Поддержу малышку, – мрачно рыкнул Ворсгол. – Все мы видели того колдуна с артефактами по всему телу. Уверен, это не последний их представитель.

– Ну, теперь и у нас есть эти цацки. Кто хочет примерить на себе? – осмотрел я «Полос».

– Я проверил их и убрал руны слежки, – неожиданно для меня сказал Галентос, второй волшебник клана, оставшийся в Монхарбе вместе с небольшой группой пустынных воинов. – Ещё на тракте всё сделал, так что текущее наше местонахождение врагу неизвестно, а то, что мы побежали за Первой армией и так было очевидно.

– Вот как, – взглянул я на небо, по старой привычке обхватив его взглядом в поисках подозрительных силуэтов. Однако тьма надёжно скрывала не только нас, но и окружающую действительность. – Раз артефакты безопасны, то моя идея из разряда шутки переходит в предложение. Фолторн, не желаешь обрести невиданную силу?

– Смешно, учитель, – сварливо буркнул парень, который непривычно смотрелся в одиночку. Обычно рядом всегда ошивался ныне мёртвый Бранкес. – Почему-то противнику это не помогло.

– Но ты ведь не он, верно? – выгнул я бровь.

– Изен, всё нормально? На тебя не похоже, – поинтересовалась Килара.

Я вздохнул и прикрыл глаза, некоторое время удерживая ладонь на лице.

– Простите… И вы правы. Стал свидетелем казни наших ребят. «Скользкие койки», если вы понимаете, о чём я.

Отовсюду раздались приглушённые маты и злобная ругань.

– Уж не тупицы, понимаем, – прошипел Мелкет, чьи пальцы яростно сжимали рукоятку меча.

– Проклятье! Хотя было очевидно, что живыми в их руки лучше не попадать, – встрёпанный Грайс, чья рубаха имела вид нестираной половой тряпки, на которую кто-то случайно помочился, встревоженно завертелся.

– Лишний повод не жалеть сайнадскую падаль, – холодно произнёс Сэдрин.

– А где Дунора? – огляделся я, осознав, что не вижу привычного лица среди собравшейся группы.

– Отдыхает, – вздохнула Килара. – Я освободила её от дежурств на сегодня.

– Я обещал ей…

– Я всё сделала, – перебила меня Даника, – а потом подлечила. Всё хорошо, лейтенант. Она не будет видеть сны какое-то время, но потом чары нужно будет обновить, либо сварить эликсир. Я займусь эти.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я.

– У Ворóн много хороших воинов и магов, – с лёгкой улыбкой сказал Галентос.

– И волшебниц, – усмехнулся я.

– И волшебниц, – с той же интонацией подтвердил он.

– Что же, тогда я тоже хочу немного отдохнуть… Потому что по дороге видел всадников, скачущих в нашу сторону. Скорее всего – разведка. Около сотни голов. Может быть за нами, но не думаю, что мы являемся их приоритетной целью.

– Проклятье, этого ещё не хватало! – воскликнул Лотар, ухватив себя за ус.

– Без паники, сержант, – сурово дополнил я.

– Изен, ты не мог их спровоцировать? – поднял он на меня взгляд широко открытых глаз.

– Исключено, Лотар.

– Предлагаю заминировать лагерь, – выдал Грайс гениальное предложение.

– Чтобы я подорвалась, когда буду ссать в кустиках? – возмутилась Килара.

– Ссы прямо здесь, никто на тебя смотреть не будет, больно надо, – фыркнул сапёр.

– А вот это прозвучало весьма оскорбительно, знаешь ли! – капрал упёрла руки в бока.

– Ты уж определись, хочешь, чтобы твоей промежностью любовались, или нет, – пробурчал он.

– А я, знаешь ли, натура переменчивая и влюбчивая. Так что смотреть можно, но лишь некоторым, – парировала женщина.

– О, как. Завернула! – воскликнул Фолторн.

– Огласите список допущенных лиц, пожалуйста, – ухмыльнулся Бейез.

– Тебя в нём нет, – хмыкнула Килара.

– А кто там? Дай догадаюсь… – начал Грайс.

– Да-же не ду-май, – по слогам произнесла капрал. – Язык отрежу.

– Минировать не нужно, но отдых необходимо сократить, – прервал я эту перепалку.

– Лейтенант! – с толикой возмущения воскликнул низкорослый Нальмуз, чья смуглая кожа была частым поводом для мелких склок, преимущественно вне отряда «Полос».

– Что «лейтенант»? Что? – постарался я не повышать голос, но одним тоном показать серьёзность ситуации. – Я потому и лейтенант, что головой не только ем, но и думаю, пусть и являюсь, пожалуй, одним из самых младших среди всех нас, – вдох-выдох. – Если мы наткнёмся на кавалерию сайнадов, то ничем хорошим это не кончится. Надо быстрее объединяться с основными силами.

– Поддержу, – выдал Лотар.

– Это не являлось предложением для голосования, лишь констатацией факта, – покосился я на него. – Через два часа выступаем, я – спать.

Развернувшись, я неспешно направился к ближайшей свободной палатке.

– Даника, уговори его на три часа! – дёрнулась тень Фолторна.

– Я? – впервые на моей памяти удивилась волшебница.

– А ты не видишь, как он на тебя смотрит? – ухмыльнулся мой ученик.

Возникло желание вернуться обратно и врезать кое-кому по наглой морде, но я уже забрался в палатку, развалившись на циновке. Даже если я занял место какого-то солдата – плевать. Потеснимся.

– Как смотрит? – переспросила Даника.

– По особенному.

– И это повод пытаться изменить озвученные условия?

– Один из способов, – настаивал Фолторн.

– Нет. Я не стану, – секунду подумав, ответила девушка.

– Эх, жаль, – в беседу включился Грайс. – Потому что Дунора того… – покрутил руками, – не в состоянии, а на Килару чтобы клюнуть, надо совсем…

– Мне послышалось или кто-то захотел получить по морде⁈

– Успокойся, бешеная баба, я, может, удачу твою хочу замотивировать? Личную жизнь тебе устроить. Потому что в палатку к тебе лейтенант явно не специально забрался. Уж точно не за тем, чтобы…

Раздался звук удара, отчего я пожалел, что не остался наблюдать за процессом.

– Позволь мне самой!.. – гремел голос Килары, перемежающийся смачными оплеухами, – Следить за личной жизнью! – и новые удары.

Не, ну капрал женщина боевая, высокая, мускулистая, а сапёр, увы, тот ещё доходяга, хоть и полезный, это исключать нельзя.

– Прибьёшь же его, дура! – взревел Лотар. – А ну расцепились!

– Это было контрпродуктивно, – произнесла Даника.

– Иногда это бывает забавно, – ответил ей Юмон.

– Ты ему всю морду разбила! – продолжал сержант. – Совсем мозгов лишилась⁈

– Забавно? – спросила Даника. – Когда капрал избивает сапёра?

– А нехер про меня гадости говорить! – в таком же ключе ответила Килара.

– Да, – продолжил Юмон. – Иногда к сваре присоединяется Дэлия, Мелкет или даже Ворсгол.

– Ему же целитель нужен! Ты гляди, лежит, словно труп! – разорялся Лотар.

– И им весело? – с долей скепсиса уточнила Даника.

– Ничего не труп, – уже тише добавила капрал. – Это… пульс есть, во.

Хорошо, а то я уже думал вылезти, чего очень не хотелось. Я ощущал, что начинаю засыпать – прямо под крики.

– Кому как, – рассмеялся Юмон. – Но обычно те, кто участвует, получали свою долю смеха до момента появления травм.

– Я могу вылечить, – произнёс Галентос.

– Универсал, как лейтенант! – довольно хмыкнул сержант.

– Травмы нежелательны. Постарайтесь обходиться синяками, а не выбитыми зубами или глазами, – добавила Даника.

– Ну, Грайсу похоже повезло. Глаза на месте…

Мне кажется или этот сукин сын пытается подбивать клинья к мой Данике? – мелькнула сонная мысль. – Я ведь прикончу ублюдка…

– А вот зубы нет, – прокомментировал Галентос. – Но я это исправлю. Зубы умудряются весьма сильно влиять на боевой настрой.

– Как и глаза…

Сон поглотил меня.

* * *

Сайнадская армия подле Фирнадана, взгляд со стороны

Ведя коня на поводу, воевода Кердгар Дэйтус следовал за взводом ратников по улицам Монхарба. «Голова» Тариваол Унсури рассказывал ему самую свежую информацию, в частности о том, что войско младшего воеводы Пилекса Зарни собралось на равнине к юго-западу от города.

– Кавалерия, включая направленных ранее всадников, вот-вот начнёт теребить вереницу беженцев, всё как вы и приказывали, – уважительно объяснял Унсури. – Солдат Нанву не хватает, а потому потери прогнозируются просто огромными, ведь защитить горожан им будет практически невозможно…

Он объяснял то, что воевода уже знал, но тот молчал и слушал, оценивая знания и планы своих подчинённых. Их надежды и чаяния.

– Пока что Логвуд уверенно ведёт людей в направлении Кииз-Дара, – продолжал «голова», – очевидно даже не подозревая, – с мрачной улыбкой добавил он, – что этот город тоже пал и уже сейчас тысячи спасшихся и сбежавших семей спешат по северному тракту им на встречу. Коменданту скоро придётся оберегать вдвое больше беженцев.

– И тогда Пилекс Зарни, выступивший вперёд, окружит врага, чьих солдат превосходит числом десять к одному, и устроит бойню, – озвучил воевода Дэйтус. – Битва должна состояться через три дня.

– И она состоится! – вытянулся «голова».

Кердгар лишь согласно хмыкнул, обдумывая перспективы и дальнейшие шаги. Все планы уже были подготовлены и находились на этапе выполнения, однако у него имелись самые обширные возможности по их доработке «на лету».

– Никаких шансов, – заверял Дэйтуса его собеседник. – Армия вольных городов, то есть, – он усмехнулся, – армия Нанва – словно большой зверь, раненный бессчётными ударами, с боками, залитыми кровью. Зверь ковыляет вперёд, ослеплённый болью. Через три дня, воевода, зверь падёт.

Кердгар задумчиво кивнул, вспоминая ежегодную охоту на вепря в лесах на западе Каржаха. Лесник рассказал ему, что большинство охотников погибали уже после того, как вепрь получал смертельную рану. Последний неожиданный рывок, чудовищный удар вопреки хватке смерти. Предвкушение скорой победы лишало охотников осторожности. В словах «головы» Дэйтус слышал нотки самоуверенности. Зверь истекал кровью, но ещё был жив.

Когда солнце начало подниматься, войска стали выстраиваться подле Монхарба. Младший воевода Пилекс Зарни выступил ещё ночью, собрав самые быстрые части, остальные же собирались нагонять их в своём естественном темпе. Воевода не сомневался, что армия, даже пешая, без каких-либо усилий догонит бесконечную колонную беженцев.

«Как бы ты ни старался, Логвуд, но в этот раз тебе не победить и не спрятаться. Все города, взятые Дэсарандесом, ещё не успели отстроить свои укрепления. А значит, мы нагоним тебя. Нагоним и убьём».

* * *

Помню, как кто-то толкал меня, а я ворчал сквозь сон. Потом, не отдавая себе отчёта перехватил чужую руку, крепко сжав. Услышал хмык.

– Триединый, как это мило выглядит. И почему я не умею рисовать? – смутно знакомый женский голос.

– А ты когда-нибудь пыталась, капрал? – ещё один, и тоже отдающийся в памяти.

– В детстве, когда раскрашивала стены грязью.

– Я жалею, что не была свидетельницей этого шедевра.

– Знаешь, о чём я жалею, Дунора? – голос полнился задумчивыми нотками.

– Хм, вспомнила тут об одном важном деле, – тут же проговорила Дунора.

– Вперёд и с песней, рядовой! – рявкнула Килара, отчего я всё-таки открыл глаза, осознав, что крепко прижимал к своей груди её руку, отчего женщина прогнулась в спине, едва ли не лёжа на мне.

Дунора выскочила из тесной палатки, но я успел заметить её ухмылку. Похоже более-менее оклемалась или просто не подавала виду.

– Развлекаемся, капрал? – зевнул я. – Троица, уже прошло три часа?

– Два часа, Изен, – нахмурилась она. – Или можно три? – в голосе прозвучал оттенок интереса. – И-и-изе-е-ен, три – это куда лучше, чем два. Давай на один часик, а? Я даже помогу тебе… – свободная рука женщины коснулась моего паха.

– Вот если бы не последнее твоё действие, то шанс бы точно был, – отпустил я её руку. – А так уже мимо.

– Пф, – тут же поднялась она. – Больно надо!

Хмыкнув, я занял сидячее положение, ощутив, как укололо виски. Проклятье… «радости» утреннего подъёма.

– Готовьте взвод, капрал, – поморщившись, проговорил я. – Потом доложишь мне обстановку, касательно ночной драки, лечения и доклады караульных.

– Так точно, сэр, – без особого позитива сказала Килара. – Разрешите выполнять?

Кивнув, создал маленький шар тусклого холодного пламени, осветив палатку. Искомые сапоги нашлись у самого полога, через который как раз выскользнула женщина.

Когда тканевой настил уже опускался за ней, я отчётливо поймал её взгляд, осознав, что Килара видела, как я пялился на её задницу. Ну и ладно. Может, это поднимет ей настроение после отказа продлить короткий и скудный отдых?

Потянувшись, снял фляжку с пояса и прополоскал рот разбавленным вином. Чистить зубы буду на ходу, если ситуация позволит…

Спустя двадцать минут мы уже продолжили путь в сторону Первой армии. Я принял форму ворона, наскоро исследовав окрестности в свете мутного солнца и серых облаков, но местность была чиста, не считая целых туч мух-падальщиц, которые кружили по окрестностям, словно кусочки пепла. Полчища этих созданий собирались, по большей части, в двух направлениях. Одно – в сторону Монхарба, а другое… к Первой.

Выглядит как предостережение, а заодно и показатель наших перспектив. Дерьмо!

Неприятно засосало под ложечкой. Где-то в глубине души поднялся страх. Что характерно – не за себя. Я… ха-а… чего уж, я уже смирился с тем, что мертвец. Надежда, конечно, на мир Хореса, но будет ли он ко мне приветлив, после предательства? А если это не земли моего бо… бывшего бога, то что, мать его, вообще такое?

Фух, не думай, Изен. Лучше сосредоточься на ином. Ага, ситуёвина. Ощущение, что всё дурно кончится. А самое херовое – люди не до конца в это верят. Я ведь не глухой, а потому в чужих речах явственно ощущаю её – надежду. Империю мы ведь переломали? Почему не сумеем сайнадов⁈ Аха-ха-ха! И ведь самое мерзкое – эту надежду никак не забрать, а нужно! Из-за неё они действуют не так решительно, более расслабленно и спокойно. Дескать, Империя Пяти Солнц и бессмертный император – вот это была угроза, так угроза! А тут какой-то Велес и «старые знакомые» сайнады. Ну что это, сука, за ерунда?