Текст книги "Няня для мертвого наследника дракона (СИ)"

Автор книги: Юлий Люцифер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)

– Тогда про утренний страх перед булочкой тоже узнают все.

– Это неравноценные сведения.

– Решать мне.

Мы отошли от Тарна.

Он остался у площадки и наблюдал за остальными драконами.

– Где искать Арраса?

Роэн достал из сумки копию рисунка, который оставил Лорен.

– Серо-черный, крупный, левый рог сломан у основания. Если он вообще еще здесь.

В долине было тихо.

Драконы не пытались приближаться.

Мы шли медленно, не приближаясь к тем, кто лежал у воды.

Роэн постоянно следил за Тарном.

Я знала: через связь он чувствует, если что-то изменится.

Первым Арраса увидела не я.

Тарн поднял голову и издал короткий звук.

Слева из-за большого каменного выступа появился дракон.

Серо-черный.

Один рог действительно был сломан.

Я остановилась.

Аррас был почти размером с Тарна, но выглядел старше. На морде виднелись светлые шрамы, края крыльев были неровными.

Он посмотрел сначала на нас.

Потом на Тарна.

– Это он? – спросила я.

– Похоже.

Роэн не шел дальше.

Дал дракону самому решить.

Аррас приблизился на несколько шагов.

Остановился.

Тарн медленно пошел навстречу.

Они встретились на середине площадки.

Не касались.

Просто стояли, внимательно рассматривая друг друга.

Потом Аррас повернулся боком.

И я увидела его заднюю лапу.

Даже без подсказки.

Круговой шрам проходил почти там же, где на нашем раненом драконе находилась узда.

Слишком ровный.

Слишком широкий.

– Роэн.

– Вижу.

Он говорил очень тихо.

Мы не приближались.

Аррас сделал еще несколько шагов к Тарну.

Потом лег.

Только после этого Роэн начал медленно двигаться вперед.

– Оставайтесь за мной.

– Я не собиралась обгонять.

Он подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть лапу.

Дракон следил за ним, но не проявлял агрессии.

Я остановилась на два шага дальше.

Теперь шрам был виден хорошо.

Круг.

Несколько старых участков ожога.

А чуть выше – три тонкие линии, уходящие к суставу.

Точно такие линии Лорен рисовал на внешнем контуре узды.

Я почувствовала холод, хотя в долине было тепло.

– Это она.

Роэн не ответил сразу.

Осматривал.

Потом медленно кивнул.

– Следы совпадают.

Аррас поднял голову.

Я замерла.

Роэн тоже.

Но дракон всего лишь повернулся к другому боку.

И тогда мы увидели еще один шрам.

Возле основания крыла.

Небольшой круг с тремя лучами.

Роэн выругался.

– Что?

Он указал.

– Дополнительный контур. На нашей узде его не было.

– Для чего он?

– Не знаю. Но Селия писала про повреждения связи после закрытых учений. Если Аррас действительно был одним из тех драконов...

Я закончила:

– Значит, узды испытывали еще двенадцать лет назад.

– Или что-то очень похожее.

Мы обошли дальше, насколько позволял Аррас.

Роэн достал бумагу и начал быстро рисовать шрамы.

Я запоминала расположение.

В какой-то момент заметила другое.

На внутренней стороне лапы под шероховатой чешуей остался небольшой темный участок.

Не шрам.

Металл.

– Там что-то есть.

Роэн наклонился.

Аррас сразу дернул хвостом.

Он отступил.

– Вижу.

– Остаток узды?

– Возможно. Нельзя трогать.

Я смотрела.

Небольшой фрагмент металла словно врос между чешуйками.

На нем что-то было.

– Похоже на знак.

Роэн достал маленькую лупу.

Но приближаться больше не стал.

– Недостаточно близко.

Я вспомнила, как Лорен вчера говорил о маркировке.

– Может быть, мастерская.

– Может.

Роэн достал из сумки небольшой увеличительный кристалл на ручке, направил так, чтобы отражение попало на кусок металла.

Изображение стало крупнее на светлой поверхности камня.

Я подошла.

На темном фрагменте виднелась часть знака.

Крыло внутри круга.

Тот же символ.

Не номер.

Только знак.

Но этого хватило.

Мы посмотрели друг на друга.

– Центральная мастерская? – спросила я.

– Государственный стандарт точно. Круг с таким крылом использовали только на оборудовании корпуса.

– Двенадцать лет назад?

– Да.

Теперь у нас было больше, чем второй дракон.

Был старый случай.

Шрамы узды.

Фрагмент военного металла.

И официальная история о поврежденной связи после закрытых учений.

Я отошла от Арраса.

– Селия нашла его в отчетах.

– Да.

– Значит, она была права еще тогда. Современные испытания шли задолго до ее смерти.

Роэн ничего не сказал.

Но я увидела, как это ударило.

Пять лет он жил с мыслью, что жена могла ошибаться.

Теперь становилось ясно: ошибался он.

Я не стала говорить это вслух.

Не потому, что хотела щадить.

Потому что он и без меня понимал.

Мы решили проверить долину дальше.

Не подходить к драконам.

Только смотреть с расстояния.

У ручья я заметила еще одного.

Темно-красный, меньше Арраса.

Когда он встал, на задней лапе показалась белесая полоса.

– Роэн.

Он уже смотрел туда.

Шрам был не таким ровным, но расположение совпадало.

Мы не могли утверждать, что это узда.

Однако вероятность становилась слишком высокой.

В третьей части долины лежала старая самка с поврежденным крылом. У нее шрам проходил вокруг шеи.

Я почувствовала тошноту.

– Сколько их?

Роэн смотрел на драконов.

– Не знаю.

– Лорен говорил, это убежище для тех, кто пережил потерю связи. А если часть из них потеряла ее не из-за естественных причин?

Он сжал челюсть.

– Тогда речь не о нескольких экспериментах.

– А о системе.

Слово прозвучало спокойно.

Но именно оно меня испугало.

Система.

Не один маг.

Не один безумный офицер.

Не один случай.

Чтобы делать узды годами, нужны металл, оборудование, мастера, маги, драконы, отчеты, люди, которые скрывают последствия.

Кто-то должен был отдавать приказы.

Кто-то исправлять документы.

Кто-то объяснять исчезновения драконов.

Кто-то следить, чтобы старые случаи не связывали между собой.

– Сколько людей должно знать? – спросила я.

– Не обязательно много. Если работу разделили, каждый мог знать только свою часть. Мастер делает обруч и думает, что это часть экспериментальной упряжи. Маг получает контур без информации о происхождении. Подразделение получает приказ на закрытые испытания.

– А когда дракон погибает или срывает связь, появляется отчет о боевой травме.

– Да.

– Очень удобно.

Роэн посмотрел на Арраса.

– Слишком удобно.

Мы провели в долине еще около часа.

Нашли три дракона со следами, которые могли относиться к уздам.

У одного совпадение было почти точным.

У двух – только подозрение.

Но даже одного Арраса хватало.

Перед отлетом я действительно нашла камень для Теона.

Небольшой.

Серо-зеленый, с тонкой светлой полосой.

Роэн увидел, как я поднимаю его у ручья.

– Это доказательство?

– Обещание.

– Теону?

– Да.

– Он заставит подписать место и дату.

– Именно на это рассчитываю.

Я положила камень в карман.

Обратно к Тарну шли молча.

Когда долина осталась за спиной, Роэн остановился.

– Элина.

Я повернулась.

– Что?

Он смотрел не на меня.

На горы.

– Селия пыталась показать мне это пять лет назад.

Я понимала, что речь не только об уздах.

– Она показала вам три отчета.

– А я решил, что трех недостаточно.

– Для обвинения людей – действительно недостаточно.

– Но достаточно, чтобы продолжить проверку.

Я не стала спорить.

– Да.

Он провел рукой по волосам.

– Если бы я не пошел к Дейрану...

Я сразу остановила:

– Не начинайте.

Роэн посмотрел на меня.

– Вы не знаете, что я собирался сказать.

– Знаю. Вы опять собираетесь построить целую цепочку из слова «если». Если бы не показали бумаги. Если бы сразу поверили Селии. Если бы продолжили расследование. Если бы открыли ее ящик раньше. В конце этой цепочки вы обязательно назначите себя виноватым во всем, что сделали другие люди.

Он молчал.

Я продолжила спокойнее:

– У вас есть конкретная ошибка. Вы доверились не тому человеку или не тому кругу людей и потом слишком долго не возвращались к расследованию. За это можно отвечать. Но Селию убили не ваши сомнения. Ее убили люди, которые решили, что имеют право убивать ради своей цели.

Роэн долго смотрел на меня.

– Вы сегодня удивительно милосердны.

– Не обольщайтесь. Я все еще считаю, что пять лет молчания были ошибкой.

– Вот теперь узнаю вас.

– Просто не люблю, когда человек берет на себя чужую вину. Это мешает исправлять собственную.

Он улыбнулся.

Не весело.

Но тепло.

– Иногда я забываю, что вы приехали учить Теона, а не меня.

– С вами работы больше.

Мы дошли до Тарна.

Дракон уже ждал.

Полоса солнца ложилась на бронзовую чешую.

Роэн проверил седло, потом помог мне подняться.

На этот раз получилось легче.

Я почти не шатнулась.

– Прогресс, – заметил он.

– Не привыкайте.

Он сел впереди.

– Теперь держитесь. В горах ветер сложнее.

Взлет действительно оказался резче.

Но на этот раз я уже знала, чего ждать.

Не вцепилась в рукояти до боли.

Не забыла дышать.

И когда Тарн вышел из узкого прохода между скалами, даже посмотрела вниз сразу.

Роэн оглянулся.

– Вы только что добровольно посмотрели вниз.

– И не умерла.

– Значительное достижение.

– Запишите в отчет.

На обратном пути ветер усилился.

Тарн несколько раз менял высоту, обходя сильные потоки между хребтами.

В какой-то момент дракон резко накренился.

Я не успела правильно перенести вес.

Рука сорвалась с рукояти.

Роэн сразу поймал меня за запястье и потянул ближе.

– Я говорил вместе с движением.

– В этот раз предупреждения вообще не было.

– Тарн тоже не планировал порыв ветра.

Он не отпускал мою руку еще несколько секунд.

Я сидела ближе к нему, чем до этого.

Слишком близко, чтобы не замечать.

Я первой выпрямилась.

– Уже можно отпустить.

Роэн посмотрел на нашу сцепленную руку.

– Можно.

Отпустил.

Почему-то после этого остаток пути стал значительно длиннее.

Я старалась смотреть на землю.

На горы.

На облака.

На что угодно, кроме человека впереди.

Это раздражало.

Я была взрослой женщиной.

Он взрослым мужчиной.

Мы несколько недель жили под одной крышей и успели пережить слишком многое, чтобы случайное прикосновение превращалось в событие.

Но оно превратилось.

И не потому, что было первым.

Роэн уже удерживал меня при посадке, помогал слезть с Тарна, касался плеча, когда мы стояли рядом с Теоном.

Просто теперь я слишком хорошо знала, что мне нравится, когда он рядом.

Эта мысль была совершенно неудобной.

Особенно потому, что я не знала, что он думает.

После смерти Селии прошло пять лет.

Теон говорил, что отец не собирается жениться.

Сам Роэн никогда не обсуждал со мной ничего подобного.

И я не собиралась превращать нормальное человеческое доверие в красивую историю только потому, что мужчина несколько раз посмотрел на меня дольше обычного.

Тарн начал снижаться ближе к вечеру.

Ранвель появился под нами, и я неожиданно почувствовала облегчение.

Не из-за земли.

Из-за дома.

Я уже воспринимала его именно так.

Не своим.

Но местом, куда возвращаюсь.

Теон ждал на площадке.

Разумеется.

Рядом стояли Марта, Норен и двое охранников.

Как только Тарн коснулся камня, мальчик побежал к нам, хотя Марта крикнула, чтобы не подходил, пока дракон полностью не сложит крылья.

Он послушался.

Остановился ровно на границе площадки.

– Вы нашли?

Роэн спрыгнул первым.

– Нашли.

– Узду?

– Следы как минимум одной.

Теон смотрел на меня.

– А камень?

Я достала из кармана.

– Видите, что человека волнует больше.

Он взял камень обеими руками.

– Хороший.

– Я рада, что прошла проверку.

Теон повернул его на свет.

– Где нашли?

– У ручья в долине.

– Там много драконов?

– Несколько.

– Они дикие?

– Часть.

Он уже собирался продолжить, но Норен сказал:

– Дайте госпоже Маррен хотя бы сойти с площадки, прежде чем проводить допрос.

Теон неохотно отступил.

Роэн коротко рассказал Лорену, что мы увидели.

При словах о шраме Арраса старик стал очень серьезным.

– Фрагмент металла остался?

– Да. Не трогали. Знак видели через увеличение.

– Крыло в круге?

– Именно.

Лорен тихо выругался.

– Значит, надо поднимать старые архивы восемнадцатого крыла. Если партия металла относится к государственным мастерским, можно будет установить годы и поставки.

– И еще минимум два дракона в долине имели похожие следы, – добавила я. – У одного кольцевой шрам на лапе. У другого старый след вокруг шеи.

Лорен посмотрел на меня.

– Вы уверены, что не обычные травмы?

– Нет. Поэтому и говорю «похожие». Но Аррас точно требует проверки.

– Правильно.

Роэн повернулся к Ивару, который только что подошел к площадке.

– Никому не говорить о долине. Даже людям корпуса. Отчеты по старым делам запросим через частные архивы, не по служебным каналам.

Ивар кивнул.

– Понял.

На секунду мне показалось, что его взгляд задержался на Лорене.

Потом на мне.

Совсем немного.

Я запомнила и это.

После нападения мне уже не удавалось относиться к таким мелочам как раньше.

Теона я отправила ужинать с Мартой, пообещав рассказать о долине после того, как сама переоденусь.

Тело только сейчас начало сообщать, сколько часов провело на драконе.

Болели ноги.

Спина.

Даже руки, хотя большую часть пути я просто держалась.

Я вернулась в комнату, умылась и сменила одежду.

Когда вышла, у двери стоял Роэн.

Я остановилась.

– Что-то случилось?

– Нет. Теон уже рассказывает Норену про камень так, будто сам его нашел. Лорен закрылся в библиотеке с отчетами. У нас есть несколько минут до ужина.

– И?

– Хотел спросить, как вы себя чувствуете после первого полета.

Я неожиданно улыбнулась.

– Это официальный медицинский осмотр?

– Нет. Норен сказал, если сможете самостоятельно дойти до комнаты, он вас не тронет.

– Очень профессионально.

Роэн посмотрел на меня внимательнее.

– Значит?

– Устала. Все болит в местах, о существовании которых я утром не знала. Но в целом...

Я замолчала.

– Что?

– Мне понравилось.

Он улыбнулся.

– Я знал.

– Не знали. Вы вообще несколько раз предлагали мне передумать.

– Потому что выбор должен оставаться вашим.

Эти слова заставили меня посмотреть на него внимательнее.

После всего, что мы узнали об уздах, они звучали иначе.

– Сегодня мы нашли дракона, которого когда-то лишили выбора.

– Да.

– И возможно, не одного.

Улыбка исчезла.

– Я отправлю копии рисунков Лорену. Потом поднимем отчеты. Если Селия отмечала те же подразделения, получим связь между случаями.

– А дальше?

– Дальше придется идти в столицу.

Я знала, что рано или поздно это произойдет.

Все следы вели туда.

Но услышать все равно было неприятно.

– Вы возьмете Теона?

– Нет.

Ответ был быстрым.

Я уже хотела спорить, но Роэн продолжил:

– Пока нет. Я не знаю, кто именно внутри корпуса связан с уздами. Везти сына туда, куда пять лет назад Селия прямо просила его не вести, я не стану. Сначала поеду сам или отправлю человека, которому доверяю.

– Кому вы сейчас доверяете?

Вопрос оказался слишком прямым.

Роэн посмотрел на меня.

– Очень немногим.

– Норену.

– Да.

– Марте.

– Да.

– Лорену?

– Начинаю.

– Ивару?

Пауза.

Короткая.

Но была.

– Ивар служит мне семь лет.

– Это не ответ.

– После нападения я проверяю даже тех, кому доверял раньше.

Я кивнула.

– Хорошо.

Он посмотрел на меня.

– И вам.

Я не сразу поняла.

– Что мне?

– Доверяю.

Слова были простыми.

Никакой красивой речи.

И именно поэтому я почувствовала их сильнее, чем следовало.

– Роэн...

– Не нужно ничего отвечать. Просто хотел, чтобы вы знали.

Мы стояли в коридоре.

Вокруг совершенно обычные стены Ранвеля.

Издалека доносился голос Теона, который, кажется, снова спорил с Мартой.

И все же мне вдруг стало трудно придумать нейтральную тему.

Роэн тоже не уходил.

Я спросила:

– Вы всегда так делаете?

– Что именно?

– Говорите что-нибудь важное, а потом добавляете, что отвечать не нужно. Очень удобный способ избежать последствий.

Уголок его рта поднялся.

– Предпочитаете последствия?

– Предпочитаю честность.

Он стал серьезнее.

– Тогда честно: я хотел сказать это еще вчера. И не только про доверие.

Вот теперь я точно могла сменить тему.

Могла сказать, что нас ждут.

Могла пойти к Теону.

Вместо этого осталась.

– Что еще?

Роэн не приблизился.

И это почему-то было важнее, чем если бы приблизился.

– Мне слишком нравится, что вы здесь.

Я почувствовала тепло в лице.

Это раздражало.

– «Слишком» звучит как проблема.

– Возможно, и есть.

– Потому что я работаю у вас?

– В том числе.

– Потому что Теон ко мне привязался?

– И это.

– Потому что вы все еще любите Селию?

Он не отвел глаз.

– Я буду любить ее всегда. Она была моей женой и матерью моего сына. Но это не означает, что я умер вместе с ней.

Я молчала.

Роэн продолжил:

– Я не собирался снова интересоваться женщиной. Долгое время мне это действительно было не нужно. Потом вы приехали и за первую неделю успели изменить половину правил в моем доме, заставить меня завтракать по расписанию и объяснить, что я неправильно воспитываю собственного сына.

– Я не говорила «неправильно воспитываете».

– Смысл был близкий.

– Не искажайте мои слова.

Он улыбнулся.

– Вот именно это.

Я тоже невольно улыбнулась.

А потом снова стало серьезно.

– Роэн, сейчас слишком много всего происходит.

– Знаю.

– Теон. Узды. Нападение. Столица.

– Знаю.

– Тогда, возможно, не лучшее время.

Он кивнул.

– Возможно.

И все равно не ушел.

Я тоже.

Не знаю, кто сделал первый шаг.

Потом пыталась вспомнить и не смогла.

Просто в какой-то момент расстояние между нами стало меньше.

Роэн поднял руку.

Коснулся пальцами моей щеки.

Медленно, оставляя мне достаточно времени отойти.

Я не отошла.

Он остановился совсем близко.

– Если я сейчас неправильно понял...

– Не поняли.

Это было последнее, что я успела сказать.

Роэн поцеловал меня.

Без спешки.

Без попытки сразу притянуть ближе.

Сначала осторожно, будто действительно оставлял мне возможность передумать даже сейчас.

Я не передумала.

Положила ладонь ему на плечо и сама приблизилась.

После этого осторожность изменилась.

Не исчезла.

Просто поцелуй стал увереннее.

Я чувствовала его ладонь на своей щеке, вторую руку у талии, но он не удерживал.

И именно поэтому мне хотелось остаться.

Когда мы отстранились, я несколько секунд не открывала глаза.

Не из-за какого-то волшебства.

Просто нужно было привести мысли в порядок.

Роэн убрал руку.

– Кажется, теперь последствия есть.

Я открыла глаза.

– Определенно.

– Сожалеете?

Я подумала.

– Нет.

Ответ вышел сразу.

Его лицо смягчилось.

– Я тоже.

– Но это не означает, что вы теперь сможете выигрывать наши споры.

– Даже не надеялся.

– Хорошо.

– И завтраки тоже остаются?

Я рассмеялась.

– Особенно завтраки.

Из конца коридора раздался голос Теона:

– Вы там потерялись?

Мы оба резко посмотрели в ту сторону.

Теона видно не было.

Только голос.

Я отступила от Роэна.

– Идем!

– Я уже десять минут жду!

– Две!

Роэн тихо сказал:

– Чувство времени у него всегда было слабым.

– Завтра проверю на уроке.

Мы пошли к столовой.

Не рядом вплотную.

Но и не так, будто ничего не произошло.

Я ожидала неловкости.

Ее почти не было.

Только понимание, которое теперь существовало между нами и которого утром еще не было.

Теон встретил нас с подозрением.

– Что вы делали?

Я ответила раньше Роэна:

– Обсуждали сегодняшний полет.

– Так долго?

– Да.

– И почему оба улыбаетесь?

Роэн совершенно спокойно сел за стол.

– Потому что госпожа Маррен признала, что ей понравилось летать.

Теон уставился на меня.

– Правда?

– Правда.

Вопрос про улыбки был забыт мгновенно.

Следующие пятнадцать минут он требовал подробностей.

Как высоко летел Тарн.

Были ли облака.

Сколько драконов в долине.

Как выглядел Аррас.

Понравился ли мне взлет.

Я отвечала.

Роэн иногда добавлял.

Лорен слушал и делал пометки.

Норен несколько раз напоминал Теону жевать, прежде чем задавать новый вопрос.

Получился обычный семейный ужин.

И именно это слово я очень старательно не использовала даже мысленно.

После еды мы перешли в библиотеку.

Лорен хотел сравнить наши рисунки со старыми отчетами.

Прошло около часа, когда в дверь постучали.

Вошел Ивар Кесс.

В руках у него был плотный конверт.

– Милорд, прибыл королевский курьер.

Роэн сразу поднял голову.

– Откуда?

– Из столицы. Документ адресован лично вам и требует подтверждения получения.

Ивар подошел и протянул конверт.

На печати был знак Крыльев Короны.

Роэн вскрыл.

Я сидела рядом с Теоном и видела, как он читает.

Выражение лица изменилось почти сразу.

Лорен спросил:

– Что там?

Роэн дочитал до конца.

Положил письмо на стол.

– Официальный приказ.

– Какой?

Он посмотрел на меня.

Потом на Теона.

– Я должен явиться в столицу на заседание высшего командования.

Теон нахмурился.

– Когда?

– Через четыре дня.

Лорен медленно снял очки.

– Причина указана?

Роэн перевернул лист.

– Нарушение порядка взаимодействия с имперским патрулем, отказ передать найденного дракона и необходимость дать объяснения по поводу событий в северном округе.

Я почувствовала неприятный холод.

– Они уже знают про узду?

– В приказе ни слова.

– Про нападение?

– Тоже.

Лорен посмотрел на печать.

– Очень быстро работают, когда хотят.

Ивар стоял у двери.

– Курьер ждет ответ.

Роэн взял перо.

На секунду я вспомнила разговор в коридоре.

«Дальше придется идти в столицу».

Оказалось, решать, когда именно, нам не дали.

Роэн подписал подтверждение получения.

Передал Ивару.

– Скажите курьеру, что приказ принят.

Ивар ушел.

Теон смотрел на отца.

– Вы поедете?

Роэн не стал успокаивать его пустыми обещаниями.

– Да. Игнорировать официальный приказ я не могу. Но до отъезда мы решим, как сделать Ранвель безопаснее и кому можно доверять.

Мальчик медленно кивнул.

Я посмотрела на письмо.

Еще утром мы искали доказательства того, что узды существуют.

К вечеру нашли следы многолетней системы.

А теперь сама система, возможно, уже тянула Роэна обратно туда, откуда пять лет назад он увез сына.

В столицу.