Текст книги "Няня для мертвого наследника дракона (СИ)"

Автор книги: Юлий Люцифер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

Няня для мертвого наследника дракона

Глава 1. Работа, о которой не спрашивают

Глава 1. Работа, о которой не спрашивают

Предложение доктора Фалька пришло в тот момент, когда я уже начала всерьез считать, сколько недель смогу оплачивать комнату, если перестану покупать мясо.

Денег оставалось немного. Еще меньше оставалось семей, готовых нанять воспитательницу с рекомендацией, в которой прежний хозяин дома не поленился написать, что я «склонна вмешиваться в вопросы, выходящие за пределы ее обязанностей».

Под вопросами, разумеется, подразумевалось то, что наставник его восьмилетнего сына бил мальчика линейкой по пальцам за каждую ошибку.

По мнению господина Реймера, я должна была обучать младшую дочь чтению и не лезть в воспитание наследника.

По моему мнению, взрослый мужчина не должен был доводить ребенка до того, что тот прятал руки под столом при одном звуке его шагов.

Мы так и не пришли к согласию.

В результате наставника оставили, а меня выставили из дома за один вечер.

Две семьи отказались от моих услуг сразу после того, как связались с Реймерами. Третья предложила вдвое меньше обычного жалованья, прекрасно понимая, что выбирать мне особенно не из чего.

Я отказалась.

Упрямство обходилось дорого.

Письмо лежало на подоконнике моей комнаты, когда я вернулась после очередного бесполезного собеседования. Конверт был плотный, кремовый, без герба. На лицевой стороне аккуратным почерком значилось только мое имя.

Я вскрыла его за столом.

«Госпожа Маррен.

Если вы все еще ищете место домашней воспитательницы, прошу прийти завтра к десяти утра в мой кабинет на улице Медиков, дом двенадцать.

Работа необычная. Жалованье соответствует условиям.

Норен Фальк».

Имя мне было знакомо.

Доктор Фальк дважды приезжал в дом Реймеров, когда младшая дочь болела зимней лихорадкой. Пожилой мужчина с седыми волосами, спокойным голосом и неприятной привычкой замечать больше, чем ему рассказывали.

Во второй его приезд он застал меня в коридоре с плачущим мальчиком. Я тогда промывала ему разбитую губу и очень неубедительно объясняла, что наследник столкнулся с дверью.

Доктор посмотрел сначала на мальчика, потом на меня и ничего не сказал.

Через неделю меня уволили.

Я перечитала письмо еще раз.

«Работа необычная».

Эти слова редко обещали что-нибудь хорошее.

Зато «жалованье соответствует условиям» звучало куда привлекательнее.

На следующий день без двух минут десять я стояла перед кабинетом Фалька.

Дом оказался небольшим, в два этажа, зажатым между аптекой и лавкой писчих принадлежностей. На медной табличке у входа не было перечисления титулов и должностей, только имя: «Норен Фальк, лекарь».

Дверь открыл молодой помощник и почти сразу провел меня в кабинет.

Доктор сидел за письменным столом у окна. За те несколько месяцев, что я его не видела, он будто не изменился: те же седые волосы, зачесанные назад, тот же темный сюртук и те же внимательные серые глаза.

– Госпожа Маррен.

Он поднялся.

– Доктор Фальк.

– Рад, что вы пришли.

– В письме вы постарались сделать так, чтобы я пришла.

В уголках его губ появилась короткая улыбка.

– Значит, я еще умею правильно составлять письма. Садитесь.

Я опустилась в кресло напротив.

На столе уже стоял чайник, две чашки и небольшая тарелка с печеньем. Я решила не обольщаться. Люди редко угощали соискателей хорошим чаем просто из доброты.

Фальк налил мне чашку.

– Вы нашли новое место после Реймеров?

– Если бы нашла, меня, вероятно, сейчас здесь не было бы.

– Справедливо.

Он подвинул ко мне сахарницу.

Я добавила половину ложки.

– Вы знаете, почему меня уволили?

– Знаю.

– И знаете, что господин Реймер говорит обо мне потенциальным нанимателям?

– Тоже знаю.

Я отставила ложку.

– Тогда либо вам требуется человек с отвратительной рекомендацией, либо у вас настолько плохая должность, что остальные отказались.

Фальк тихо рассмеялся.

– Вы не изменились.

– За три месяца это было бы тревожно.

– На самом деле мне требуется человек, который не станет молчать, если с ребенком происходит что-то недопустимое. Кроме того, мне нужен человек, умеющий держать язык за зубами.

Вот теперь стало интереснее.

– Обычно эти качества не считают противоположными.

– В данном случае придется различать, когда нужно говорить, а когда молчать.

– О ребенке?

– Да.

– Мальчик или девочка?

– Мальчик. Шесть лет.

– Здоров?

Фальк чуть помедлил.

– Физически – да.

– А в остальном?

– Вы всегда проводите собеседование с нанимателем вместо того, чтобы позволить нанимателю провести его с вами?

– Когда мне говорят, что работа необычная, да.

Доктор посмотрел на меня поверх чашки.

– Хорошо. Тогда сразу договоримся: на некоторые вопросы я отвечу сейчас. На некоторые вы получите ответ только в том случае, если примете предложение. А на некоторые не смогу ответить вообще.

– Уже звучит обнадеживающе.

– Ребенок живет в родовом поместье своего отца. Он редко покидает территорию.

– По болезни?

– Нет.

– Из-за отца?

– Отчасти.

– Мать?

– Ее нет.

Я не стала уточнять. Если Фальк хотел сказать больше, сказал бы сам.

– Раньше у мальчика была воспитательница?

– Нет. До последнего времени его образованием занимались люди в доме. Немного я, немного управляющая, некоторые приглашенные преподаватели.

– Приглашенные?

– Их допускали ненадолго.

С каждым ответом должность становилась все страннее.

– Почему теперь понадобился постоянный человек?

Фальк поставил чашку.

– Потому что мальчику шесть лет, госпожа Маррен. Ему нужен не набор преподавателей, которые появляются на час и уходят. Ему нужен человек, который будет знать его распорядок, способности, слабые места, привычки. Тот, кто сможет заниматься с ним каждый день.

– И отец понял это только сейчас?

Доктор вздохнул.

– Отец мальчика понимает достаточно многое. Просто не всегда в том порядке, в каком хотелось бы окружающим.

– А сам ребенок трудный?

– Умный.

– Это не ответ.

– Иногда упрямый. Быстро замечает слабые места взрослых. Не любит бессмысленные запреты и требует объяснений. Впрочем, в этом вы можете найти немало общего.

Я посмотрела на Фалька.

– Вы пытаетесь меня нанять или предупредить?

– И то и другое.

Он открыл ящик стола, достал лист и положил передо мной.

Я увидела сумму.

Потом еще раз посмотрела на нее.

– Это за месяц?

– Да.

– Здесь ошибка.

– Нет.

– Это почти в четыре раза больше моего прежнего жалованья.

– Я говорил, что условия необычные.

Я медленно положила лист обратно.

За такую сумму я могла не просто платить за комнату.

Если откладывать хотя бы половину, через два года хватило бы на аренду небольшого помещения для школы. Не в хорошем квартале, конечно, но мне и не нужен был хороший квартал. Мне нужны были две светлые комнаты, несколько столов и родители, которым не придется выбирать между платой за обучение ребенка и зимними сапогами.

Слишком хорошо.

Именно поэтому я не спешила радоваться.

– Какие условия?

Фальк будто ждал этого вопроса.

– Вы будете жить в поместье.

– Обычная практика.

– Поместье находится далеко от столицы.

– Насколько далеко?

– Около двух дней дороги.

Я нахмурилась.

– Вы сказали, мальчик редко покидает территорию. Насколько редко?

– Практически никогда.

– А я?

– Вы сможете уезжать в оговоренные дни. Но о каждой поездке придется предупреждать заранее.

– Почему?

– Безопасность.

– Чья?

– В первую очередь ребенка.

Я откинулась на спинку кресла.

– Дальше.

– Вы не сможете приглашать в поместье друзей или родственников.

– У меня нет родственников, которых я хотела бы приглашать к работодателю.

– Не сможете рассказывать им о ребенке.

– Что именно?

– Ничего.

Я перестала улыбаться.

– Имя?

– Нет.

– Возраст?

– Лучше нет.

– Семью, в которой работаю?

– Без разрешения хозяина – нет.

– Вы хотите, чтобы я исчезла на два дня дороги от столицы, поселилась в закрытом поместье неизвестного человека и никому не рассказывала, с каким ребенком работаю?

– Именно поэтому я пригласил вас лично, а не отправил договор через контору.

– Это должно было меня успокоить?

– Нет. Я хотел дать вам возможность отказаться до того, как вы узнаете сведения, которые хозяин дома считает закрытыми.

Я посмотрела на лежавший между нами лист.

Четыре моих прежних жалованья.

Теперь сумма начинала казаться не щедростью, а платой за неудобства, о которых мне пока не рассказали.

– Кто отец?

Фальк помолчал.

– Если вы согласитесь хотя бы выслушать полные условия, я назову его.

– А если мне не понравится имя?

– Встанете и уйдете.

– И все?

– И все.

– Никаких клятв молчания?

– Пока вам нечего скрывать.

Это мне понравилось больше всего сказанного им за последние десять минут.

Я взяла чашку и сделала глоток уже остывшего чая.

– Хорошо. Я слушаю.

Фальк некоторое время смотрел на меня, словно проверяя, не передумаю ли я за эти несколько секунд.

Потом произнес:

– Лорд Роэн Арден.

Я едва не поставила чашку мимо блюдца.

– Арден?

– Да.

– Тот самый Роэн Арден?

– Боюсь, второго у нас нет.

Я молчала.

Имя Роэна Ардена знали даже те, кто совершенно не интересовался драконьими всадниками.

Дом Арденов принадлежал к старым военным родам. Сам Роэн много лет служил в Крыльях Короны, командовал столичным крылом, участвовал в войне на восточной границе. Несколько лет назад он неожиданно покинул столицу и принял северный воздушный округ.

Газеты некоторое время обсуждали причины, а потом нашли другую тему.

Я больше всего запомнила не статьи.

Я однажды видела его дракона.

Только издалека.

Над столицей тогда проходил парад Крыльев, и я стояла среди сотен людей на площади. Темно-бронзовый дракон пролетел так низко, что я различила человека в седле.

Тарн.

Имя дракона тоже знали многие.

– Вы хотите отправить меня в дом одного из самых известных всадников империи и только сейчас сообщаете, кто мой наниматель?

– Именно поэтому и сообщаю сейчас.

– У него есть шестилетний сын?

Вопрос вырвался раньше, чем я успела его обдумать.

Я никогда не следила за светскими новостями особенно внимательно, но имя Ардена слишком часто появлялось в газетах. О жене я что-то слышала. Кажется, она погибла много лет назад.

О ребенке не помнила ничего.

Фальк не ответил.

Просто посмотрел на меня.

Я поняла.

– Это уже один из тех вопросов?

– Да.

– Прекрасно.

– У вас остается возможность отказаться.

– Я заметила, что вы регулярно об этом напоминаете.

– Потому что хочу, чтобы решение было вашим.

Я подняла лист с жалованьем.

– А лорд Арден знает, что вы показываете мне эту сумму до встречи с ним?

– Он ее назначил.

– Тогда хотя бы в одном вопросе мы с ним уже согласны.

Фальк улыбнулся.

– Значит, вы готовы поехать?

– Я готова познакомиться с ребенком и его отцом. Это не одно и то же.

– Разумно.

– И если мне покажется, что происходящее в доме опасно для мальчика, я не останусь даже за эти деньги.

– Именно поэтому я выбрал вас.

На этот раз я ему поверила.

Через три дня я покидала столицу.

Уместить свою жизнь в два чемодана оказалось легче, чем ожидалось.

Одежда, несколько книг, письменные принадлежности, старый серебряный гребень матери, коробка с документами и тетрадь, куда я несколько лет записывала все, что когда-нибудь хотела использовать в собственной школе.

Комнату я оплатила еще на месяц. Просто на случай, если работа у Ардена закончится в первый же день.

Хозяйка дома проводила меня к экипажу и долго разглядывала герб на дверце.

Я тоже разглядывала.

Черный щит, серебряное крыло и маленькая корона над ним.

– Богатые? – спросила госпожа Ланси.

– Очень.

– Старик?

– Нет.

– Женат?

Я посмотрела на нее.

– Я еду воспитывать ребенка.

– Это не ответ.

– Тогда придется вам пережить неизвестность.

Она фыркнула и обняла меня.

Я не была особенно сентиментальна, но в момент, когда экипаж тронулся, неожиданно почувствовала неприятное беспокойство.

Столица осталась позади быстро.

Первый день пути прошел спокойно. Дорога шла через равнины и небольшие города. Ночевали мы на постоялом дворе, где кучер Арденов получил лучшую комнату быстрее, чем я успела назвать свое имя.

На второй день пейзаж изменился.

Земля постепенно поднималась. Появились темные леса, каменные выступы, быстрые речки. Воздух стал прохладнее.

К вечеру дорога сузилась и пошла вдоль склона.

Я отложила книгу.

– Еще долго? – спросила я кучера через открытое окошко.

– Часа два, госпожа.

– До Ранвеля?

– Если погода не испортится.

Я посмотрела на небо.

Оно было совершенно ясным.

– А она собирается?

Кучер поднял голову.

– Нет. Но здесь лучше не обещать.

Видимо, север влиял на людей своеобразно.

Через час мы миновали небольшое селение.

Я ожидала, что за ним появится поместье, но дорога снова ушла в лес.

– Ранвель настолько далеко от всего?

– Лорд Арден любит тишину.

– Похоже, очень.

Кучер ничего не ответил.

Я начала понимать, что любовь хозяина дома к тишине распространялась и на прислугу.

Еще через несколько минут лошади вдруг замедлились.

Сначала я решила, что дорога стала хуже.

Потом услышала звук.

Он был низким и настолько сильным, что стекло в окне экипажа едва заметно задрожало.

Лошади вскинули головы.

Кучер натянул поводья.

Я открыла дверцу прежде, чем он успел меня остановить.

– Госпожа Маррен, лучше оставайтесь внутри.

– Что это?

Он посмотрел вверх.

Я тоже.

В первый момент я увидела только движение над деревьями.

Затем из-за леса поднялся дракон.

Никакой парад в столице не подготовил меня к тому, насколько огромным он окажется вблизи.

Темно-бронзовые крылья раскрылись над дорогой. Солнечный свет скользнул по чешуе. Дракон сделал один широкий круг, и от движения воздуха вершины деревьев закачались.

Я схватилась за дверцу.

Не от страха.

Вернее, не только от него.

На площади драконы казались частью красивого представления. Здесь между мной и существом, способным раздавить наш экипаж одной лапой, не было ни ограждений, ни солдат, ни толпы.

– Это Тарн? – спросила я.

Кучер обернулся.

– Вы его узнали?

– Других темно-бронзовых драконов дома Арден я не знаю.

Тарн начал снижаться.

Только тогда я увидела всадника.

Мужчина сидел в седле между основаниями крыльев, почти неподвижный несмотря на то, что под ним двигалось несколько тонн мышц и чешуи.

Дракон прошел над дорогой.

Я инстинктивно пригнулась.

Кучер засмеялся.

– Первый раз близко?

– Настолько заметно?

– Немного.

Тарн опустился где-то впереди, скрывшись за склоном.

Я села обратно в экипаж и закрыла дверцу.

Ладони были влажными.

Очень достойное начало новой работы.

Если шестилетний мальчик окажется хотя бы вполовину таким впечатляющим, как домашний дракон его отца, скучать мне точно не придется.

Ранвель появился незадолго до заката.

Сначала я увидела башни.

Не дворец и не крепость, а большой старый дом из серого камня, построенный на широком уступе над долиной. Центральная часть была в три этажа, по бокам тянулись два крыла. За домом поднималась невысокая башня, а дальше виднелись хозяйственные постройки.

Стена вокруг поместья удивила меня больше самого дома.

Она была слишком серьезной для обычной загородной резиденции.

Высокая, каменная, с воротами, возле которых стояли вооруженные люди.

Один из них проверил документы кучера.

Потом заглянул внутрь экипажа.

– Госпожа Элина Маррен?

– Да.

Он сверился с листом.

– Добро пожаловать в Ранвель.

Ворота открылись.

Я успела проехать не больше сотни шагов, когда заметила дракона.

Тарн находился справа от дома на большой каменной площадке.

Теперь я увидела его целиком.

Он стоял, сложив крылья вдоль тела. Длинная шея изгибалась, голова была повернута к людям рядом. На спине еще оставалась часть седельной упряжи.

Даже на расстоянии становилось понятно: подходить к нему без приглашения я не стану.

Возле передней лапы Тарна стоял мужчина.

Тот самый всадник.

Когда экипаж остановился у главного входа, я вышла и увидела, как он направился к нам.

Роэна Ардена я представляла старше.

Возможно, из-за должности.

Ему было около тридцати пяти. Высокий, темноволосый, в темном дорожном мундире без парадных украшений. Ни плаща с гербом, ни десятка орденов, ни чего-нибудь еще, что должно было сообщать окружающим о его положении.

Он и без этого выглядел человеком, которого здесь привыкли слушать.

Не из-за сурового взгляда или какой-нибудь особенной походки.

Просто никто рядом не продолжал заниматься своим делом, когда он проходил.

Слуга, принимавший мой чемодан, выпрямился.

Кучер снял шапку.

Мужчина остановился передо мной.

– Госпожа Маррен?

– Лорд Арден.

Он коротко кивнул.

Взгляд прошелся по мне быстро и совершенно без мужского интереса.

Так осматривают человека, которого собираются принять на работу и еще не решили, задержится ли он дольше недели.

Меня это вполне устраивало.

– Доктор Фальк сообщил вам основные условия?

– Сообщил столько, сколько счел нужным.

– На него похоже.

– Надеюсь, вы собираетесь рассказать остальное.

– Собираюсь.

За моей спиной послышался тяжелый шорох.

Я обернулась.

Тарн двигался к нам.

Медленно.

Но когда существо его размеров медленно приближалось, это мало успокаивало.

– Лорд Арден...

– Стойте спокойно.

– Это вы мне или ему?

Впервые выражение его лица чуть изменилось.

– Вам.

– Очень полезное уточнение.

Тарн подошел ближе.

Я заставила себя не отступать.

Его голова оказалась значительно выше меня. Темная чешуя была не однородной: по краям пластин проходил тусклый медный оттенок. На морде виднелись старые светлые полосы шрамов.

Дракон наклонил голову.

Огромный золотистый глаз остановился на мне.

Я стояла.

Тарн выдохнул.

Теплый воздух пах дымом, металлом и чем-то еще, незнакомым.

Я моргнула.

– Он всегда так встречает новых сотрудников?

– Нет.

Это прозвучало не слишком приятно.

Я покосилась на Ардена.

– Мне следует беспокоиться?

– Если бы следовало, я бы не позволил вам стоять здесь.

– Удивительно успокаивающий ответ.

Тарн приблизил морду еще немного.

Я не знала правил поведения при знакомстве с драконом.

Тянуть к нему руку, как к лошади, казалось откровенно глупой мыслью.

Поэтому я ничего не сделала.

Через несколько секунд дракон потерял ко мне интерес.

Он повернулся и направился обратно к площадке.

Я медленно выдохнула.

– Он меня одобрил?

– Он вас запомнил.

– Это хуже или лучше?

– Узнаете со временем.

Мне начинало казаться, что в этом доме никто не способен дать нормальный ответ с первого раза.

К нам подошла женщина лет пятидесяти в строгом сером платье.

– Госпожа Маррен, я Марта Лейн, управляющая домом. Покажу вашу комнату.

Я посмотрела на Роэна.

– А разговор об условиях?

– После ужина.

– А ребенок?

Он слегка нахмурился.

– Вы познакомитесь с ним сейчас.

– Тогда комнату я посмотрю позже.

Марта быстро перевела взгляд с меня на хозяина.

Я уже ожидала первого конфликта.

Но Роэн сказал:

– Хорошо. Марта, чемоданы в комнату госпожи Маррен. Я ее провожу.

Управляющая кивнула и ушла.

Я последовала за Роэном в дом.

Внутри Ранвель оказался светлее, чем ожидалось. Широкий холл, каменный пол, деревянная лестница, высокие окна. Никакой мрачной роскоши, которую я почему-то успела представить по дороге.

Дом был большим, но жилым.

На столике у лестницы лежали письма.

На стене висел мужской плащ.

Из одной открытой двери доносился стук посуды.

И все же что-то казалось странным.

Я поняла не сразу.

В доме не было детских звуков.

Ни шагов.

Ни голоса.

Ни разбросанных игрушек.

Ничего, что напоминало бы о шестилетнем мальчике.

Роэн повел меня по коридору первого этажа.

– У Теона занятия утром и после обеда. Сейчас программа почти отсутствует, поэтому составите ее сами.

Я отметила имя.

Теон.

Фальк до сих пор его не называл.

– Он умеет читать?

– Да.

– Писать?

– Не особенно хорошо.

– Считать?

– Основы.

– История?

– Норен считает, что слишком много.

– Почему?

– Теон любит историю войн.

– Многие мальчики любят.

– Он задает вопросы, на которые Норену приходится искать ответы в моей библиотеке.

Я невольно улыбнулась.

– Это уже звучит многообещающе.

Роэн открыл дверь.

Комната за ней оказалась библиотекой.

У окна за столом сидел мальчик.

Темные волосы торчали в разные стороны, будто он недавно проводил по ним ладонью. На столе лежала раскрытая книга, рядом стояла тарелка с двумя нетронутыми яблочными дольками.

Мальчик поднял голову.

Я остановилась.

Сходство с отцом было заметно сразу. Не полное, но достаточно сильное: форма глаз, темные волосы, линия подбородка.

Шесть лет.

Живой, здоровый ребенок.

Теон внимательно меня рассматривал.

Не застенчиво.

Скорее оценивал.

– Теон, – сказал Роэн, – это госпожа Маррен.

– Новая воспитательница?

– Да.

Мальчик посмотрел на меня.

– Надолго?

Роэн нахмурился.

– Это зависит не только от госпожи Маррен.

– Значит, ненадолго.

– Теон.

– Что?

– Манеры.

– Я ничего плохого не сказал.

Я решила вмешаться до того, как мое знакомство превратится в семейный спор.

– Он прав.

Роэн повернулся ко мне.

– Простите?

– Я действительно пока не знаю, надолго ли останусь.

Теон сразу заинтересовался.

– А вы можете уйти?

Вопрос прозвучал настолько искренне, что я на секунду растерялась.

– Конечно.

– Когда хотите?

– Обычно для начала нужно предупредить работодателя.

– А потом?

– Потом собрать вещи и уйти.

Он перевел взгляд на отца.

Роэн ничего не сказал.

Я уже начала понимать, почему Фальк несколько раз повторил слово «необычная».

Я подошла ближе к столу.

– Что читаете?

Теон развернул книгу обложкой ко мне.

«Северные кампании: история воздушных крыльев».

Я посмотрела на Роэна.

– В шесть лет?

– Я говорил про войны.

– Там карты, – объяснил Теон.

– Карты действительно многое меняют.

Он некоторое время рассматривал меня.

– Вы боитесь драконов?

– Пока не решила.

– Вы видели Тарна?

– Только что.

– И?

– Он большой.

Теон фыркнул.

– Все так говорят.

– Потому что он действительно большой.

– Он добрый.

Роэн оперся рукой о спинку соседнего кресла.

– Теон.

– Что?

– Не нужно рассказывать госпоже Маррен все в первые пять минут.

Мальчик снова посмотрел на меня.

– Почему?

– Потому что вы только познакомились.

– Если она будет моей воспитательницей, все равно узнает.

Роэн промолчал.

Теон победно вернулся к книге.

Я села напротив.

– Доктор Фальк сказал, вы не любите бессмысленные запреты.

– Он тоже?

– Что?

– Говорит про меня взрослым.

– Иногда.

– А что еще сказал?

– Что вы умный, упрямый и задаете много вопросов.

– А про отца?

Я покосилась на Роэна.

– Про вашего отца мы говорили меньше.

– Жаль.

– Теон.

– Я опять ничего не сказал.

Мне пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не улыбнуться.

Роэн это заметил.

Разумеется.

– Я оставлю вас на несколько минут, – сказал он. – Марта покажет госпоже Маррен дом после ужина.

– Вы уходите? – спросил Теон.

– Мне нужно закончить с Тарном.

Мальчик кивнул.

Роэн посмотрел на меня.

– Не выходите за пределы западной террасы.

Я подняла брови.

– Мы собирались?

– Просто запомните.

Он ушел.

Дверь закрылась.

Мы с Теоном остались вдвоем.

Мальчик несколько секунд молча смотрел на дверь.

Потом спросил:

– Он вам не понравился?

– Ваш отец?

– Да.

– Мы знакомы около десяти минут.

– Этого хватает.

– Вам часто хватает десяти минут?

– Иногда пяти.

– Очень удобно.

– А я вам?

– Вы тоже пока проходите испытательный срок.

Теон улыбнулся.

Вот теперь он впервые стал похож именно на шестилетнего ребенка, а не на маленького хозяина слишком большого дома.

– Другие говорили, что я им сразу понравился.

– Возможно, они были вежливее меня.

– Потом они все равно уходили.

Я вспомнила слова Фалька о приглашенных преподавателях.

– Почему?

Теон пожал плечами.

– Отец не хотел, чтобы они оставались.

– А вы?

– Меня не спрашивали.

Ответ был спокойным.

Слишком привычным.

Я посмотрела на книгу.

– Хорошо. Раз уж я сегодня здесь, давайте начнем с простого. Покажете, что умеете читать?

– Это для маленьких.

– Вам шесть.

– Через четыре месяца семь.

– Тогда через четыре месяца я пересмотрю требования.

Он нахмурился.

– Вы всегда такая?

– Какая?

– Разговариваете так, будто я обычный.

Я не сразу поняла вопрос.

– А какой вы?

Теон опустил взгляд на книгу.

Несколько секунд он водил пальцем по краю страницы.

– Никакой.

– Это плохой ответ.

– Почему?

– Потому что не объясняет вопрос.

Он снова посмотрел на меня.

Теперь улыбки не было.

В коридоре кто-то прошел, и мальчик автоматически повернул голову к двери.

Я заметила это движение.

Не просто детское любопытство.

Он прислушивался.

Шаги удалились.

Теон расслабился.

– Хотите посмотреть мою комнату? – спросил он.

– Если ваш отец не запрещал.

– Он запретил западную террасу.

– Это я слышала.

– Значит, комнату можно.

Логика была безупречной.

Мы вышли в коридор.

Теон шел впереди, показывая мне дом так, будто проводил экскурсию.

– Там кабинет отца. Туда можно, если он не работает. Там столовая. На втором этаже моя комната. В северное крыло нельзя.

– Почему?

– Там старые комнаты.

– И что опасного в старых комнатах?

– Ничего. Просто нельзя.

– Понятно.

– Вам не понятно.

– Совершенно.

Он рассмеялся.

На втором этаже детские следы наконец появились.

У стены стоял деревянный конь. На подоконнике лежали три камня необычной формы. На маленьком столике кто-то оставил недостроенную башню из деревянных брусков.

Комната Теона была просторной.

Кровать, шкаф, письменный стол, полки с книгами.

Я подошла к окну.

Оно выходило во внутренний сад.

На раме был массивный замок.

Не детская защелка.

Настоящий замок с ключом.

Я коснулась металлической пластины.

– Оно открывается?

– Иногда.

– Когда?

– Когда рядом взрослый.

Я обернулась.

– Вы не можете открыть собственное окно?

– Могу, если Марта принесет ключ.

Мне это не понравилось.

Совсем.

Я подошла к другому окну.

То же самое.

Теон наблюдал за мной.

– Вы сердитесь?

– Пока думаю.

– На кого?

– Это тоже пока выясняю.

Он сел на край кровати.

– Отец говорит, так безопаснее.

– От чего?

Теон пожал плечами.

– От всего.

Я вспомнила стены, вооруженную охрану и запреты Фалька.

Что бы ни происходило в доме Арденов, оно явно не ограничивалось капризами богатого отца.

Я не собиралась делать выводы в первый вечер.

Но и закрывать глаза на окна тоже не собиралась.

– Госпожа Маррен?

– Да?

– Вы никому не расскажете, что я здесь?

Я повернулась к мальчику.

Вопрос прозвучал совсем иначе, чем предыдущие.

Без шутки.

Без проверки.

– Доктор Фальк сказал, что ваша семья требует конфиденциальности.

– Это значит нет?

– Это значит, что я не стану рассказывать посторонним о ребенке, которого мне доверили.

Он кивнул, но не выглядел полностью довольным.

– А если вас спросят?

– Кто?

– Кто-нибудь.

– Смотря что спросит.

– Есть ли у лорда Ардена сын.

Я помолчала.

Теперь странностей было достаточно даже для первого дня.

– Теон, почему кто-то должен спрашивать меня об этом?

Он соскочил с кровати.

– Хотите покажу Тарна из окна?

Смена темы была слишком очевидной.

– Теон.

– Он иногда спит возле башни.

– Вы не ответили.

– Я знаю.

– И не собираетесь?

Он подошел к окну.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга.

Я могла надавить.

Но для первого знакомства это было бы глупо.

Ребенок, который привык к секретам, не начинал доверять только потому, что новый взрослый потребовал правду.

Я подошла к нему.

– Хорошо. Сегодня не будем.

Он чуть расслабился.

Внизу действительно появился Тарн.

Дракон лежал на каменной площадке, вытянув передние лапы. Рядом стоял Роэн и разговаривал с человеком из охраны.

С такой высоты всадник казался почти обычным.

Почти.

– Он никогда не закрывает дверь, когда Тарн рядом, – сказал Теон.

– Кто?

– Отец.

– Какую дверь?

– Любую.

Я посмотрела на мальчика.

– Почему?

– Потому что Тарн предупредит.

– О чем?

– Если кто-то придет.

Я снова посмотрела вниз.

Роэн поднял голову.

На секунду мне показалось, что он смотрит прямо в наше окно.

Теон тут же отступил.

– Он заметил.

– Возможно.

– Точно заметил.

– У вашего отца хорошее зрение?

– Это Тарн ему сказал.

Я повернулась к мальчику.

– Что сказал?

Теон замер.

Словно только сейчас понял, что произнес.

– Ничего.

– Теон.

– Мне пора умываться перед ужином.

Он направился к двери.

Я не удерживала.

Но слова запомнила.

За ужином Теона с нами не было.

Я сидела за длинным столом напротив Роэна. Марта устроилась ближе к краю, а доктор Фальк, который, как оказалось, приехал в Ранвель еще утром другим путем, сидел справа от меня.

Я подозревала, что его присутствие было не случайным.

– Вы познакомились, – сказал Фальк.

– Да.

– И?

– Сначала хочу услышать остальные условия.

Роэн отложил вилку.

– Говорите.

– Почему окна в комнате Теона запираются снаружи?

Марта перестала есть.

Фальк медленно взял бокал.

Роэн смотрел прямо на меня.

– Они не запираются снаружи. Ключ хранится у Марты.

– У самого Теона его нет.

– Нет.

– Почему?

– Безопасность.

– Это слово сегодня звучит часто.

– Потому что оно имеет значение.

– От чего вы его защищаете?

– От вещей, которые вас пока не касаются.

Я почувствовала раздражение, но голос сохранила спокойным.

– Если я отвечаю за ребенка большую часть дня, они начинают меня касаться.

– Вам объяснят то, что необходимо для вашей работы.

– Кто решит, что необходимо?

– Я.

Вот теперь мы действительно познакомились.

Я положила салфетку рядом с тарелкой.

– Тогда объясните хотя бы правила.

Роэн перечислял их без пауз, словно давно выучил.

Теон не покидает территорию поместья без его разрешения.

Я не вывожу мальчика за ворота.

Не допускаю разговоров с незнакомыми людьми.

Если в доме появляются посетители, о которых меня не предупредили, я должна немедленно отвести Теона в его комнаты и сообщить Марте или начальнику охраны.

Никаких писем с упоминанием Теона.

Никаких рассказов о нем после поездок в столицу.

Никаких его рисунков, вещей или писем за пределами Ранвеля.

Я слушала.

Когда Роэн закончил, спросила:

– А что разрешено?

На этот раз даже Марта посмотрела на меня с интересом.

– Простите?

– Я услышала длинный список того, чего ребенку нельзя. Теперь хочу знать, что ему можно.

Роэн слегка нахмурился.

– Все в пределах территории, если это не опасно.

– Верховая езда?

– Под присмотром.

– Купание?

– В нижнем пруду.

– Лес?

– Только внутренняя часть владений и с охраной.

– Полеты?

– Нет.

– Другие дети?

Тишина.

Вот и ответ.

– Понятно, – сказала я.

– Что именно?

– Почему вам понадобилась воспитательница.

Его взгляд стал холоднее.

– И почему же?

– Потому что охрана умеет защищать. Управляющая умеет управлять домом. Доктор умеет лечить. Но никто из них не может заменить ребенку обычную жизнь.

Марта опустила взгляд в тарелку.

Фальк выглядел почти довольным.

Роэн – нет.

– Вы провели с моим сыном меньше часа.

– Этого хватило, чтобы узнать, что он не может самостоятельно открыть окно и никогда не играет с другими детьми.

– Вы не знаете причин.

– Именно поэтому спрашиваю.

– И я уже сказал, что объясню необходимое.

– Тогда у нас проблема.

– Какая?

– Вы хотите нанять человека, ответственного за воспитание вашего сына, но не хотите дать ему достаточно информации, чтобы понимать, почему ребенок живет именно так.