Текст книги "Репортаж о докторе Зорге"

Автор книги: Юлиус Мадер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 34 страниц)

Однако чтобы покрыть таким образом на базе местного сырья 45 процентов потребности в бензине и 44 процента потребности в масле, как предусматривает план, необходимы капиталовложения в размере примерно 700 миллионов иен; это значительная сумма для ограниченного японского рынка капитала, который и без того столь интенсивно используется для постоянно растущих государственных займов. Для осуществления этих планов необходимо ориентировочно 9 миллионов тонн угля ежегодно, причем Япония может добыть у себя только половину этого количества, в то время как еще две четверти должны быть ввезены из японских колоний и из Маньчжоу-Го. Еще 95 миллионов иен потребуется на поддержку государством производителей искусственной нефти, чтобы в течение ближайших семи лет покрыть разницу в ценах между природными и синтетическими нефтепродуктами.

Учитывая опыт, накопленный за последние годы Южно-Маньчжурской железнодорожной компанией и концернами Мицуи и Мицубиси в создании промышленности синтетических нефтепродуктов, полагаться только на частные компании не собираются. Наоборот, решено создать полугосударственное промышленное объединение – компанию по разработке горючего Тэйкоку, которая должна энергично стимулировать и поддерживать частную промышленность. Эта компания, которая должна действовать главным образом как посредница при государственных капиталовложениях в частные предприятия, помогать в решении технических проблем и осуществлять контроль за всем развитием новой индустрии, не занимаясь сама производством синтетической нефти, должна быть конституирована в ближайшее время на основе имперского закона, с основным капиталом в 100 миллионов иен. Сумму эту внесут поровну шестью годовыми платежами государство с одной стороны и частные кредиторы – с другой. В дальнейшем компания выпустит облигации на сумму 300 миллионов иен, процентное начисление по которым и пятипроцентные дивиденды от акций, находящихся в частных руках, должны быть гарантированы государством. Рассчитывают на то, что предприятия, в которые намерена вложить свои капиталы эта компания, должны будут со своей стороны инвестировать 350 миллионов иен.

Токио, май 1937 г. Рихард Зорге.

«ЦАЙТШРИФТ ФЮР ГЕОПОЛИТИК»

Берлин, № 7/1938,

с. 524–532, и № 8/1938, с. 638–644

Р.3.

ГОНКОНГ И ЮГО-ЗАПАДНЫЙ КИТАЙ В ЯПОНО-КИТАЙСКОМ КОНФЛИКТЕ[463]463
  По поводу этой статьи, написанной Рихардом Зорге в апреле 1938 г., необходимо заметить, что уже вскоре произошло предсказанное им вторжение японцев в исследованные им области Китая. В октябре 1938 г. Япония захватила Кантон. Колония британской короны Гонконг подверглась нападению японцев 15 декабря 1941 года, дислоцированные там всего лишь шесть батальонов британских войск капитулировали уже через десять дней (Прим. авт.).


[Закрыть]

Впечатления от одного путешествия

Токио, апрель 1938 г.

Введение.

I. Роль Гонконга в японо-китайском конфликте. – Политико-географическое положение британской колонии. – Практическая помощь Гонконга. – Гонконг как военный фактор.

II. Кантон и Юго-Западный Китай в японо-китайском конфликте. – Кантон. – Новая роль юго-западных провинций.

Заключение.

Введение

Тому, кто едет сегодня из Японии через Шанхай в Южный Китай мимо все еще безлюдных, растерзанных Усуна и Чапэя, трудно удержаться от глубоких размышлений. Великая китайская стена опять оказалась недостаточной защитой от чужеземных захватчиков. Весь Северный Китай, то есть пять северокитайских провинций, контролируется японской армией. Даже Желтая река, дугой опоясывающая плато Ордос во Внутренней Монголии, преломляющаяся у города Туньгуань на стыке провинций Шаньси, Шэньси и Хэнань коленом, которое сыграло такую важную роль в истории, и пересекающая на пути к морю всю провинцию Шаньдун, перестала быть непреодолимым препятствием для японских войск. Центрально-китайская область в устье реки Янцзы, между Шанхаем, Нанкином и Ханчжоу, также находится в руках японцев.

Приходишь к мысли, что у японской стороны может возникнуть желание или даже чувство необходимости оккупировать также, по крайней мере, важнейшие области Южного Китая в провинциях Фуцзянь и Гуандун и поставить их под контроль Японии, учредив власть сомнительных «временных или иных правительств».

Подобная попытка военного захвата Китая с юга исторически явилась бы совершенно новым событием, ибо даже роль Гонконга в открытии Китая для мировой торговли не могла бы быть использована здесь в качестве параллели. Однако Япония в своей экспансии никогда не ориентировалась только на северное и северо-западное направления. Формоза, первый плод этого продвижения, а позднее захват островов в Тихом океане породили у Японии столько интересов к Южному Китаю, что вторжение в Южный Китай и даже военные операции оттуда против Северного Китая отнюдь не являются чем-то невообразимым. Возможность такого развития событий становится даже все более… вероятной, благодаря полностью изменившемуся отношению Японии к Англии. Для японских притязаний на ведущую роль в дальневосточном регионе, притязаний, о которых Япония заявляла неоднократно, Гонконг, непосредственно прилегающий к Южному Китаю, представляется большой помехой. И чем ближе пароход, за которым ведется настороженное наблюдение с голубовато-серых японских военных кораблей, приближается к колонии британской короны Гонконг, тем сомнительнее, в связи с предполагаемым наступлением японцев, кажется дальнейшая судьба Южного Китая и… так тесно связанного с ним Гонконга.

Внимательное исследование положения в Гонконге и Южном Китае подтверждает эти теоретические размышления. Довольно быстро убеждаешься в том, что роль британской королевской колонии и ее… связи с Южным Китаем могли бы дать довольно действенный толчок японской экспансии.

I. Роль Гонконга в японо-китайском конфликте

Географическое и политическое положение британской колонии

Гонконг расположен на восточной стороне большой бухты при входе в Кантонскую дельту Жемчужной реки. На западной стороне этой бухты лежит португальская колония Макао. Пароходом до Кантона можно добраться всего за шесть-семь часов. Железной дорогой при нормальных условиях ехать менее трех часов. Гавань Гонконга, расположенная в бухте между главным островом колонии и материком, считается лучшим естественным портом во всей Восточной Азии. Обилие питьевой воды, отличная защита от ветров, созданная горами различных островов, придают гонконгской гавани особую притягательную силу во время больших тайфунов. К этому следует добавить, что Кантон, единственный крупный китайский торговый город на южнокитайском побережье, благодаря водной системе Северной и Западной^{8} рек, отнюдь не незначительной, является естественным партнером Гонконга. Ни одна из южнокитайских гаваней не в состоянии принимать большие океанские суда; в гонконгскую же, напротив, они могут заходить и становиться под разгрузку без всяких трудностей. Таким образом, Гонконг в симбиозе с Кантоном как нельзя лучше подходит для того, чтобы служить перевалочным пунктом во всей южнокитайской торговле.

Британская королевская колония включает в себя собственно остров Гонконг со столицей Виктория, расположенные к юго-западу от него острова Ламма и далее на запад остров Лантао, наибольший из всех островов. Южная граница королевской колонии проходит южнее вышеназванных островов по южному побережью маленьких островов Соко и Путайцюн-дао. Севернее острова Гонконг королевская колония занимает область «новой территории», то есть южной оконечности китайского континента между бухтами Дип Бэй и Мэрс Бэй^{9}. Северная граница этой континентальной части проходит на западе вдоль устья реки Кэн-Кан,^{10} затем сворачивает на восток и в районе города Шацзинтоу снова упирается в бухту Мэрс Бэй. Мэрс Бэй и Дип Бэй считаются еще территориальными водами британской королевской колонии.

Благодаря такому великолепному географическому положению и тому, что ее территория охватывает и острова, и материк, колония британской короны является сегодня важнейшим заграничным опорным пунктом китайского центрального правительства в его борьбе против Японии. Это утверждение остается справедливым даже при учете возрастающего значения Французского Индокитая и северных связей центрального правительства с Советской Россией.

Сегодняшнее значение Гонконга тем более впечатляет, что королевской колонии во время ее основания приблизительно сто лет назад отводилась прямо противоположная роль. Гонконг был ключевой позицией англичан, откуда можно было совершать набеги на самоизолировавшийся Китай. Только после успешной борьбы англичан против Кантона стало возможным преодоление замкнутости и быстрое политическое и экономическое проникновение в Китай «западных варваров». Из Гонконга китайцам сначала был навязан опиум, потом военная и политическая воля западных держав. Эту его роль китайцы все еще не могли забыть даже в 1925 году, когда тогдашнее гоминьдановское правительство Кантона, по своему составу все еще частично равнозначное сегодняшнему центральному правительству, довольно успешно боролось путем бойкотов и стачечного движения с самым крупным «империалистическим врагом» Китая.

Однако тесная… связь Гонконга с Южным Китаем характеризуется отнюдь не только противоречиями. Позиция Японии, от которой должны защищать свои интересы не только Китай, но теперь также Англия и другие западные державы, вынуждает Гонконг и Китай к самому тесному сотрудничеству. Нынешнее значение королевской колонии для китайского сопротивления базируется не только на географическом положении, усиливается не только из-за потери Тяньцзина и Шанхая как перевалочных пунктов в снабжении Китая заграничными товарами, но имеет предпосылкой весьма однозначное политическое отношение гонконгских англичан и Британской империи к разразившемуся японо-китайскому конфликту. Без ясного политического решения Англии в пользу центрального правительства Китая или вообще в пользу китайской стороны в этом конфликте Гонконг, несмотря на свое благоприятное географическое положение, никогда не приобрел бы своего нынешнего значения.

Эта британская позиция, судя по многочисленным высказываниям англичан в Гонконге, может быть сформулирована следующим образом.

Экономические, политические и военные интересы Англии в Китае, а также в южной части Тихого океана требуют ограничить японскую экспансию областями севернее Желтой реки. Так как Англия (ни сегодня, ни в ближайшем будущем) не в состоянии с помощью собственных средств ограничить японскую экспансию названной территорией и так как сил одного Китая для этого же недостаточно. Англия оказывает Китаю через свою королевскую колонию Гонконг совершенно легальную транспортно-техническую, экономическую и политическую помощь для усиления сопротивления китайского центрального правительства.

При этом интерес англичан вовсе не ограничивается только тем, чтобы воспрепятствовать вооруженному продвижению Японии за пределы упомянутой границы. Для Англии важнее, поддерживая сопротивление Китая, в такой мере ослабить Японию, чтобы она была вынуждена после ликвидации конфликта признать такие границы своей экспансии, какие желательны Англии, как, впрочем, и некоторым другим государствам. При этом Англия очень ясно дает понять, что она при определенных обстоятельствах охотно сохранила бы благожелательный нейтралитет по отношению к любой японской экспансии севернее Желтой реки, и что она не считает противоречащими вышеизложенной точке зрения определенные уступки Японии в районе Шанхая.

Один из пределов помощи центральному правительству, оказываемой Англией, ставит опасность военного столкновения с Японией. Высший принцип состоит в том, чтобы всеми средствами избежать этой опасности. Англичане в один голос настойчиво заявляют, что в случае объявления Японией войны Китаю они запретят торговлю и транспортировку военного снаряжения через Гонконг, чтобы не подвергать себя опасности быть втянутыми в войну. При этом они вполне ясно сознают, что такое решение очень тяжело отразилось бы на экономике Гонконга.

Но так как этот предел, эта опасность вовлечения в войну с Японией являются зыбкими, зависящими не только от силы или слабости Японии или от одного международного положения, но также и от степени военной готовности Англии на Дальнем Востоке, это порождает для Англии новую необходимость ускоренно провести работы по дальнейшему укреплению Гонконга и Сингапура; эта работа ведется с удивительной энергией.

Таковы, пожалуй, основные соображения всех англичан, проживающих в Гонконге. Их целиком разделяют прочие иностранные торговцы, американцы и европейцы, в том числе и немцы. Они удивительно единодушны с англичанами и с точки зрения симпатий в конфликте, и с точки зрения желанной цели. Одинаковая экономическая заинтересованность в китайском рынке – лучшее тому объяснение.

Практическая помощь Гонконга как перевалочного пункта

В Гонконге нет собственной промышленности или сельского хозяйства, продукция которых имела бы значение для экспорта в Китай. Он играет роль исключительно торгового и перевалочного пункта в международной торговле, и особенно в торговле с Китаем. Сейчас в условиях военных действий это его значение особенно возрастает потому, что в противоположность Шанхаю, Тяньцзиню и другим крупным торговым центрам Китая Гонконг не находится на китайской земле; он является суверенной британской территорией, а тем самым – «нейтральной заграницей».

Значение Гонконга как международного торгового центра, возросшее в результате японокитайского конфликта, видно из следующих показателей торгового оборота. По совокупному объему товарный экспорт и импорт Гонконга составлял: 1935 – 636 миллионов гонконгских долларов, 1936 – 803 миллиона гонконгских долларов, 1937–1084 миллиона гонконгских долларов. (Английский фунт стерлингов равен 14 гонконгским долларам).

Китайско-японский конфликт, который начался во второй половине 1937 года и превратил обширные районы Китая в театр военных действий, не смог задержать рост гонконгского товарооборота, наметившийся несколько лет назад. По сравнению с 1936 годом в 1937 году торговый оборот возрос на 35 процентов. Правда, следует заметить, что в 1937 году импорт в Гонконг увеличивался быстрее, чем его экспорт. Первый вырос на 36,4 процента, второй – на 33,2 процента. Это связано с ростом собственного потребления Гонконга, который очень интенсивно вооружается, а также расширяет и улучшает свой технический перевалочный аппарат.

Для настоящего исследования, однако, важнее вопрос о том, какую роль играет Гонконг в торговле с Китаем и особенно в снабжении Китая иностранными товарами. Экспорт из Гонконга в Китай (учитывая весь Китай) увеличился довольно значительно, хотя и не в таком объеме, как общий экспорт Гонконга. В 1937 году он вырос по сравнению с 1936 годом на 30 процентов (общий экспорт Гонконга – на 33,2 процента), а по сравнению с 1935 годом – на 45 процентов (общий экспорт за соответствующее время – на 72,4 процента).

Доля китайского экспорта в общем экспорте Гонконга составляла в 1937 году примерно 41 процент, то есть намного превосходила экспорт в любую другую страну. Следующим партнером по объему отправляемых через Гонконг товаров являются США, однако их доля в экспорте Гонконга составляет только 8,8 процента. В рамках экспорта в Китай, составившего в 1937 году почти 200 миллионов гонконгских долларов, главную роль играет экспорт в Южный Китай. В 1937 году, то есть включая и первые пять месяцев конфликта, экспорт в Южный Китай составил 66 процентов от всего экспорта в Китай, а в конце года, в декабре, он вырос почти до 70 процентов. Удивительно, что экспорт из Гонконга в Северный и Центральный Китай в цифровом отношении отнюдь не уменьшился, хотя стоимость экспорта в Южный Китай – особенно в последние месяцы 1937 года – росла быстрее и в декабре превысила 14 миллионов.

В нынешней торговле Гонконга с Китаем можно отметить два существенных качественных изменения. Если по сумме своей соотношение между экспортом в Южный Китай и экспортом в другие области этой страны, оккупированные в настоящее время Японией, изменилось мало, то ассортимент товаров решительно преобразился. Те товары, которые идут сегодня в Северный и Центральный Китай, то есть в Тяньцзин и Шанхай, не могут иметь никакого отношения к войне. Об этом позаботятся японцы. Бойкая торговля важными в военном отношении материалами, которая шла преимущественно через Шанхай, теперь в одностороннем порядке переместилась в Южный Китай. Можно безошибочно утверждать, что экспорт, идущий из Гонконга в Южный Китай, имеет почти исключительно военно-хозяйственное значение, чего вовсе не было перед конфликтом. Под экспортом, имеющим военно-хозяйственное значение, мы понимаем военные товары в широком смысле, то есть включаем сюда грузовые автомобили, которые занимают важное место в южнокитайском торговом балансе, а также материалы для строительства дорог, представляющие сегодня один из важнейших элементов продления боеспособности центрального правительства, почти столь же важный, как поставки собственно боеприпасов и оружия, идущие исключительно через Гонконг.

Второе значительное смещение в значении Гонконга заключено в том, что он взял на себя решение такой чрезвычайно трудной задачи, как переброска большинства важных в военном отношении товаров со своей нейтральной территории в Южный Китай, находящийся в условиях войны, то есть переброска сквозь кольцо японских военных кораблей и через области, подвергающиеся налетам японской авиации.

Оба этих новых момента: изменение характера экспортируемых товаров и необходимость доставки этих товаров с нейтральной территории на военную – делают Гонконг чрезвычайно важным для сопротивляемости центрального правительства. Следует указать на то, что ежемесячный объем ввоза в Южный Китай на сумму 12–14 миллионов гонконгских долларов слишком невелик, чтобы решительно повлиять на ведение войны Китаем.^{11} Уже не останавливаясь подробно на примитивном характере ведения военных действий китайцами здесь можно только выдвинуть утверждение, что, хотя заграничные военные поставки не очень велики количественно, они по своему качеству включают материалы, без которых невозможно продолжение войны. Массовые товары, такие, как патроны, ручные гранаты, винтовки, китайцы изготовляют в достаточном количестве в собственных мастерских и на предприятиях фабричного типа. Важнейшими статьями экспорта являются химикаты для производства боеприпасов, автомобили, самолеты, специальные марки стали для изготовления пулеметов, зенитные орудия.

Разумеется, не должно создаваться впечатления, что Гонконг является единственным местом на земле, откуда подобные военные материалы идут Южный Китай и дальше, в Центральный Китай. Несомненно, что самолеты, танки, автомобили, материалы для строительства шоссейных и железных дорог находят свой путь в Китай и через Индокитай. Наверняка и Советы каждый месяц поставляют некоторые важные виды вооружения по железной дороге из Сибири в Центральный Китай, объем этих поставок трудно определить; во всяком случае сегодня они еще не играют столь большой роли, как поставки из Гонконга, организуемые кратчайшим путем из наилучшего и наиудобнейшего перевалочного пункта.

Можно было бы подумать, что англичане монополизировали выгодные военные поставки. Это не так. Они поставляют только часть самолетов, противотанковых орудий, материалов для строительства шоссейных и железных дорог. Гонконгские англичане зарабатывают, кроме того, на перегрузочных операциях и на финансовых трансакциях, связанных с военными поставками из других стран. И, наконец, у них, вероятно, полно забот с поставками для вооружения Гонконга. В коммерческих делах, связанных с войной, участвуют торговцы всех без исключения стран.

Транспортно-техническая помощь

Задачу доставки предназначенных для Южного Китая товаров в Кантон можно решить только при активнейшей помощи Гонконга. Китайским торговым судам всех типов, будь то пароходы или джонки, только до тех пор не угрожает опасность нападения японских военных кораблей или самолетов, пока они находятся в территориальных британских водах. За их пределами они в любой момент на пути в Кантон могут подвергнуться нападению. Поэтому пароходное сообщение с Кантоном возможно только под иностранным флагом. Наиболее часто такие рейсы осуществляются под английским флагом. Но можно также видеть корабли под португальскими и американскими флагами. Корреспондент, плывя в Кантон на пароходе, видел два шедших встречным курсом американских грузовых судна, принадлежавших, по-видимому, американским нефтяным компаниям, в то время как два больших английских грузовых парохода плыли вверх по течению. Пассажирские пароходы, регулярно совершающие по одному рейсу в день, не перевозят собственно военных материалов. Китайские же пароходы и джонки часто отваживаются на подобные рейсы; однако многочисленные обломки судов на Жемчужной реке свидетельствуют о том, что подобные рейсы для китайских кораблей далеко не безопасны. Количество товаров, доставляемых в Кантон водным путем, не поддается учету. Возникает впечатление, что в процентном отношении оно не превышает количества товаров, перевозимых по железной дороге и по новому шоссе Коулун-Кантон.

Железная дорога, ведущая в Кантон прямо из коулунского порта, – это китайская дорога, построенная на английские деньги, на основе английских организационных принципов и обслуживаемая на наиболее важных участках англичанами. Значительнейшей фигурой среди них является английский майор Уокер, в руках которого сосредоточено все организационное руководство.

До самой границы владений королевской колонии, то есть до реки Кэн-Кан, движение поездов абсолютно безопасно. Однако тотчас же по выходе за эти пределы транспорт подвергается постоянным воздушным налетам японцев. Поэтому поезда начинают ходить только с наступлением темноты – даже пассажирские, которые, как постепенно выяснилось, японцы не бомбят, когда могут разобрать, что они пассажирские. После значительных пробок, вызывавшихся на первых порах воздушными налетами, в настоящее время полностью обеспечено регулярное ночное движение. Возможности средств противовоздушной обороны при этом весьма ограничены. Имеется только несколько зенитных орудий на важнейших железнодорожных мостах и станциях. Обычные станции лишены какой бы то ни было защиты. Так как японцы очень редко предпринимают налеты на железную дорогу ночью, а поезда в таких исключительных случаях, заблаговременно получив предупреждение, укрываются, соблюдая затемнение, в туннелях, либо на станциях, всего лишь однажды японским летчикам удалось успешно атаковать выступавшую из туннеля часть состава одного из поездов. Как правило, японцы ограничиваются бомбежками железнодорожного полотна в дневное время.

Сейчас все организовано так, что даже при прямом попадании в мост восстановительные работы, благодаря умелому ведению ремонтных операций, длятся не более двух-четырех часов. Перебои в движении на линии Кантон-Ханькоу продолжительнее, потому что среди руководящего персонала там нет ни англичан, ни других иностранцев.

Аналогичным образом поддерживается сообщение на новом коулунском шоссе. Здесь, как и на железной дороге, автомобили загружаются в полной безопасности в пределах территории королевской колонии. И здесь перевозки осуществляются главным образом ночью.

Однако поскольку трасса большей частью не имеет твердого покрытия и колея врезается в глинистую землю, машины часто ломаются и застревают. Обусловленные этим попытки поддерживать-таки движение днем побудили японцев атаковать движущиеся грузовики с бреющего полета, что, по описаниям китайцев, ведет к очень большим помехам. Сообщение по этой дороге осуществляет компания, автопарк которой до февраля насчитывал приблизительно сто грузовиков.

Растет и значение воздушного сообщения, которым располагает Гонконг. «Евразия» сделала Гонконг центром регулярных воздушных перевозок. Перелет в Ханькоу занимает семь часов; этой линией в значительной мере пользуются члены центрального правительства. В Гонконге можно пересесть на самолеты таких авиакомпаний, как Пан-Пасифик, Империал Эр Лайнз, а также на самолеты индокитайской и европейской линий французских авиакомпаний. Таким образом, это идеальное средство связи во всех международных экономических и политических переговорах центрального правительства. Однако Гонконг предоставляет свой аэродром также частным самолетам членов центрального правительства. Редкая неделя не обходится без подобного визита «высокопоставленной персоны».

Финансово-политическая поддержка

Известно, что примерно два года назад англичане, в какой-то мере вопреки сопротивлению различных китайских и особенно японских банковских кругов, стабилизировали китайскую денежную единицу. Известно и то, что нынешняя китайская валюта может существовать только благодаря английской помощи. Последний визит в Гонконг китайского министра финансов Куня и постоянные переговоры Суня с английскими банковскими кругами в феврале, во время пребывания там корреспондента, связывались англичанами с вопросом дальнейшей поддержки курса китайской валюты.

Финансово-политическое значение Гонконга достаточно ясно характеризуется импортом и экспортом серебра. В 1936 году, то есть перед конфликтом, Гонконг импортировал из Китая 72 миллиона долларов серебром, а экспортировал в Америку и Лондон 143 миллиона для выравнивания торгового баланса и для стабилизации своей валюты. Но в 1937 году, в связи с конфликтом, Гонконг ввез 386 миллионов долларов и вывез 395 – это означает, что Китай финансировал свою борьбу ценой своих больших запасов серебра, которые создали в Лондоне основу для иностранных заказов и стабилизации валюты. Стало также известно, что наряду с этими суммами в Лондоне уже депонировано китайского серебра более чем на 300 миллионов долларов. Вопрос, сколько времени Китай сможет нести финансовые расходы на войну, зависит от количества серебряных запасов в стране и от готовности Англии признать их как основу китайской платежеспособности. Только Гонконг и Лондон могут ответить на этот вопрос.

Немаловажное значение для финансового положения китайского правительства имеет увеличение экспорта из Южного Китая. Несмотря на трудности военного времени, китайцам удалось значительно поднять этот вывоз, почти удвоив его по сравнению с 1936 годом. Тем самым пассивный торговый баланс снизился до нескольких миллионов. Кроме того, часть импорта была оплачена на основе прямого товарообмена посредством таких важных материалов, как вольфрам, олово, свинец, растительные масла. Помощь, организованная в Гонконге, особенно способствовала этому.

Англичане постоянно подчеркивают безупречную международно-правовую основу всех исходящих из Гонконга мероприятий. Однако они знают лучше многих других народов, что вопросы международного права в большинстве случаев являются вопросами могущества. Поэтому-то они и пытаются наверстать то, что было упущено прежде в отношении обороноспособности Гонконга.

Гонконг как военный фактор

Сегодня Гонконг вновь начинает приобретать военное значение. Приблизительно сто лет назад, во время основания королевской колонии, голый, почти безлюдный остров имел значение лишь как база британского морского флота и крепость против Кантона. Лишь постепенно он стал торговым центром, превзойдя Макао, традиционный торговый центр, где все нации вели торговлю с Китаем. После заключения Вашингтонских соглашений о флотах Гонконг как крепость утратил последнее значение. Уже сами по себе устаревшие крепостные сооружения быстро превратились в развалины. Кроме того, система оборонительных сооружений Гонконга в соответствии со старой идеей противостояния Кантону была направлена почти исключительно на север. Таким образом, королевская колония встретила последние события в Китае, то есть японо-китайскую войну, располагая укреплениями, состоявшими всего лишь из нескольких устаревших сооружений на северной границе «новой территории» и пары тяжелых орудий на горе Дэвис, стволы которых смотрели на север.

Неожиданное расширение японо-китайского конфликта, активная поддержка Китая Гонконгом, усиливающиеся антибританские настроения в Японии и в особенности передвижения японского военного флота возбудили сильное опасение, что Япония нападет на Гонконг. Ведущиеся теперь с поразительной энергией работы по укреплению Гонконга обусловлены ежедневной констатацией того факта, что японский военно-морской флот запер Гонконг с трех сторон и, далее, тем, что в случае военных действий придется считаться с возможностью высадки японцев на материке вблизи «новой территории», а также ожидать нападения на сухопутную границу колонии на континенте. Таким образом, новые оборонительные сооружения должны учитывать возможность нападения неприятеля со всех сторон.

Из разговоров с многочисленными заинтересованными лицами из числа англичан выяснилось, что по меньшей мере на двух направлениях оборонительные сооружения удалось довести до определенной степени совершенства. Это северная граница на материке и вход в бухту Гонконга с юга. Сооружение северной укрепленной полосы облегчается рекой Семчун, которая представляет собой естественный защитный рубеж для половины границы. Оборонительные сооружения возводились с учетом опыта «точика»^{12} и «филлбокс»^{13}. Рисовые поля также затрудняют приближение неприятеля. Общая протяженность этого «фронта» составляет приблизительно 20 км. Западная часть этой оборонительной линии холмиста и создает значительные выгоды для обороны.

Оборону южного входа в бухту Гонконга (через пролив Датон) образуют огневые позиции, размещенные на обращенных к входу в порт склонах гор самого острова Гонконг. Речь идет о береговой линии длиной в 7 км. Чтобы усилить оборонительные сооружения этого участка, надежно укреплены материковые полуострова, сужающие вход в бухту.

Краткость сроков, очевидная нехватка дальнобойных тяжелых крепостных орудий, учет возможности нападения с воздуха привели к решению дополнить стационарную оборонительную систему подвижными моторизованными соединениями. Может быть, наибольшее впечатление производит сооружение дорог, которые пересекают сегодня все части Гонконга.

Еще в прошлом корреспондент находил строительство дорог в Гонконге удивительно развитым. Сегодня едва ли найдешь группу холмов или косу, сколь бы пустынны они ни были, которые великолепное шоссе не связывало бы с главными автомагистралями Гонконга. Англичане прямо заявляют, что развитие сети путей сообщения этой, конечно, сравнительно небольшой королевской колонии является одной из важнейших задач оборонного характера. Уже сегодня подвижные воинские соединения в очень короткое время могут быть переброшены в любую часть главного острова и в важнейшие пункты гораздо большей «новой территории». Правда, утверждается, что численность гарнизона королевской колонии не превышает нескольких тысяч человек, помимо небольшого количества добровольцев из числа жителей Гонконга. Однако в случае критической ситуации рассчитывают на подкрепление из Индии, выделяющей резерв и для военно-воздушных сил, которые при необходимости могут быть усилены несколькими эскадрильями из Сингапура. О применении против японцев в случае войны крупных военно-морских соединений едва ли думают. На подкрепление флотом из Сингапура не рассчитывают, ибо его было бы далеко не достаточно для того, чтобы противостоять всему японскому флоту. Находящиеся в Гонконге корабли по их боевым качествам совершенно ничего не значат.