Текст книги "Добрый дракон и кровожадная белка (СИ)"

Автор книги: Ялика Фадеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

Как только за магом закрылась дверь, юная леди мигом взяла себя в руки, и ее смущение как ветром сдуло. Нет, белка, конечно, слышала, и даже видела, что есть женщины, которые способны по щелчку пальцев разреветься, но вот чтобы так… Захотел – покраснел, захотел – обратно. Вот она, женская магия во плоти!

– Хотела с тобой подружиться, но, видимо, у нас не выйдет, – совсем другим голосом проговорила Мариэлла, явно и нарочито подражая чьему-то строгому и стервозному тону.

От такой неумелой игры Радмира чуть не рассмеялась в лицо юной леди, и хоть сдержалась, но ухмылку скрыть не смогла.

– И почему же? – белке было очень интересно услышать ответ. Вопросы, один за другим, так и мелькали у нее во взгляде, но вряд ли дочка баронессы умела читать по глазам. А Раде хотелось о многом узнать, но в то же время, она четко отдавала себе отчет, с кем она разговаривает.

– Я хотела предложить свое расположение и предупредить, что Син мой! – на последнем слове юная леди все же сорвалась и перешла на визг. – Чтобы ты не питала глупых иллюзий! Он тебя все равно бросит, потому что страдает по своей невесте! – видимо, сама уловила нелогичность своих высказываний. – Я молодая, красивая! Он все равно будет моим! – и она расправила плечи, выставляя на обозрение свою грудь.

Ну, будь белка мужчиной, конечно бы, впечатлилась. А так… посмотрела на свою грудь, давая понять, что тоже не старушка, да и не уродина. В свои семнадцать Рада, конечно же, мало чем отличалась от парня. В их краях про таких говорили – поздний цветок. Зато сейчас, расцвела, вдали от дома. Следы юношеской угловатости исчезли, появились приятные округлости, на зависть многим.

– Мари, буду честна. Твое расположение мне не нужно. С вашим магом я действительно знакома давно, но это дело прошлое. Скажу даже больше, чтобы успокоить тебя, девочка, – Рада специально выделила это обращение, чтобы дать понять, что в милостях не нуждается, – да-да, успокоить… ведь я изрядно подпортила ему жизнь. И он вряд ли простит меня. А сейчас, думаю, тебе пора, пока мэтр Альберт не зашел. О славе ваших столичных магов я не мечтаю.

И, не дожидаясь ответа, открыла дверь. То ли Радин решительный вид сработал, то ли прозвучало все слишком неожиданно для молоденькой баронессы, но так или иначе, белка осталась одна. Конечно же, ей хотелось о многом спросить у Мариэллы, но это не значит, что она обязана терпеть ее поведение и тон.

Дружбе не бывать. Жаль. И ни к чему сейчас она. Это в детстве и юности без подружек никуда, а сейчас, когда уже пришла пора обзаводиться своей семьей, женские посиделки стали скучными и потеряли свой вкус.

С запозданием Рада поняла, что вдохновение прошло и работать совсем не хочется. Собрала все готовое и убрала в свой секретный сундучок, сделанный для нее еще первым учителем, настоящим шаманом-отшельником.

В последнее время все чаще белка возвращается мыслями к нему и его наставлениям, и гложет ее неприятное предчувствие. Кажется, принесет на своем хвосте Макс еще больше неприятностей, чем он сам и его глупая месть. Устала Рада, очень устала. В последние дни слишком много всего навалилось, столько пережила!

– Вот бы опереться на мужское плечо. Крепкое, надежное, – устало прошептала она. – Только никто не торопится его подставлять, – сама себе язвительно ответила Рада

Все мужчины, которые все встречались на ее пути не горели желанием брать ответственность. Сомневались.

– Встретить бы такого, который не будет метаться. Раз и, – Радмира крепко обняла себя. – Я уже схожу с ума, начала болтать сама с собой. Устала.

Оборотница, хоть и была привычная к бегству… но все же ту мастерскую было ей жаль покидать! Душой прикипела и к городу, и к дому, и к вдовушкам-соседушкам.

Смахнула слезу и пошла умываться.

Раньше, было сожаление, что покидает она обжитый уголок, а тут… словно из дому выгнали. Очень устала!

С такой мыслью уснула, но кажется, и во сне Раде не будет покоя. Потому что снилась ей та самая ночь… Ночь встречи с Черным драконом.

Оборотни, в отличие от людей, помнят свои сны, но они бывают столь несущественны, что размываются в привычной суете дня, потому как во сне над ними всегда преобладает звериная сущность.

А что нужно зверю? Побегать, попрыгать, погонять добычу, в случае Рады – обзавестись запасами. То есть, почти каждую ночь она или прыгает по деревьям, ощущая звериный восторг, или запасается орехами и другой снедью.

Таких снов слишком много, чтобы запоминать их каждый раз до мелочей. Но все же, просыпаясь утром, Рада точно помнила, где и под какой веточкой или пнем спрятала свой стратегический запас. Но вот этот сон белке хотелось забыть навсегда…

Народ на набережной шумел, гулял, распевал частушки про своего короля, отовсюду были слышны смех и пьяные крики. А Рада уткнулась в шею молодого мужчины, от которого пахло чем-то родным и знакомым. Всем телом она ощущала тепло его широкой спины. Кажется, он пожалел девицу, что была не в меру пьяна, и благородно тащил ее на своей спине домой. Но учитывая, что она отпиралась и домой вовсе не хотела, собирался, как честный малый, запереть ее у себя, дабы девушка не пожалела о том, что так опрометчиво напилась на глазах у половины города.

– Пойми я ведь совсем одна, – жаловалась Радмира незнакомцу– Почему он не захотел меня брать в жены? Я кривая? Косая? – вспоминала свою первую влюбленность белка – Вот ты, ты бы взял? – и она крутанулась перед красавцем

– Не-ет, – отказал Эмиль, но вовремя спохватился, увидев, как меняется в лице девушка. Мне еще рано, а вот моему старший брату ты бы подошла. Хочешь познакомлю? – схватил девушку дракона и потащил сквозь толпу.

Вот благородство и доброта мужчину и сгубили. Речи о загубленной женской доле и утраченном доме он выдержал стойко, не сломался даже на слезных причитаниях о странностях несчастной любви. Был великодушен, когда девушка вывалила на него признания о том, что воздержание на ней плохо сказывается, а всю весну она крепилась. А вот после пьянящего напитка со странным вкусом они сами не заметили, как стали целоваться.

Рада могла сколько угодно оправдываться, говорить себе, что в ту ночь над ней властвовал ее голодный зверь, что все это вина пророчества и темная магия гадалки, или что во всем виновато драконье обаяние, или что она была пьяна до беспамятства.

Но только не после этого сна. Она вспомнила каждую минуту, каждую несущественную деталь, и осознала, что просто навязалась дракону.

Ее страх стать игрушкой таинственного незнакомца был надуманным, многочисленные душевные терзания являлись пустыми, а проклятия ненужными. Если кто и заслуживал порицания, то только она и никто больше.

«Бедный дракон!» – хотела пожалеть его девушка, но осеклась. Жалеть незнакомца? Еще чего!

Отмахнувшись от угрызений совести, почти не свойственных сущности оборотня, Радмира с легкой улыбкой встретила новый день, ведь одной угрозой стало меньше! Значит, в ее плане один пункт можно вычеркнуть, это еще не гора с плеч, так, пару камешков, но уже что-то!

День обещал быть продуктивным, ведь к вечеру она должна успеть с заказом, чтобы непременно посетить открытие Королевских гонок!

Пока Радмира начинала свой день, совсем рядом, на соседней улице, спорили трое мужчин. Волки-оборотни негодовали и злились, не в силах решить – стоит ли просто проследить за домом, где остановились драконы, или же лучше будет открыто заявиться к ним гости.

– Давайте не будем спешить, – убежал Сай, как самый разумный волк – У нас их расписание. Там четко указаны, когда и где будут проходить их тренировки.

– Я не крыса, – рычал Макс, – Эти Черные навсегда запомнят меня! – и грозно сверлил друзей взглядом.

– Сай, прав, стоит немного выждать, – устало вздохнул Кас, – Мне тоже не терпится надрать задницу этим чешуйчатым, но нужно правильно выбрать момент.

В итоге сошлись на том, что стоит поговорить с драконами, но не здесь, а где-нибудь в подобающем месте, где удобно будет размять мышцы.

* * *

Пока судьбу драконов решали волки, сами обитатели поместья были чернее туч. Причиной тому был Валир, а точнее, его отсутствие.

Когда кузен не появился на тренировке, Эрик был зол и лютовал так, что остальные возвращались домой, волоча ноги и опираясь друг на друга. А командир все грозился:

– Совсем расслабились! Разгильдяи! – срывая голос, кричал Эрик на тренировке.

– Где Тьма его носит? – тихо спрашивал Эмиль, едва не задыхаясь, у Камиля.

Тренировка прошла плодотворно. Даже слишком.

Когда же утром стало ясно, что Валир так и не появился в доме, а ко всему прочему, весь багаж молодых драконов бесследно исчез, стало понятно, что все неприятности – это происки менее удачливых соперников по играм.

Стоит отдельно упомянуть те самые Королевские игры, на которые стремятся попасть не только все драконы, но и другие жители королевства.

После многочисленных войн, магических и не очень, после мелких стычек воинствующих драконов, после набегов орков и тролльих погромов, Седион IV собрал совет магов и ближайших советников. И они постановили – быть Королевским гонкам! Со временем те превратились в нечто, напоминающее старинные рыцарские турниры, когда лучшие из лучших соревнуются между собой.

По прошествии многих лет награды стали не столь щедрыми, ибо земли не бесконечны, как, впрочем, и государственная казна. Но, тем не менее, даже участие в Королевских гонках было особым знаком отличия, привилегией. А победителям оно давало статус и особое право – право решающего голоса в совете старейшин в своем клане или крыле, и право это было не принято оспаривать.

Так что за возможность встать на ступеньку пьедестала разыгрывались отнюдь не шуточные бои. Причем закулисных интриг было не меньше, чем зрелищных и азартных баталий. Ведь возможность решить в свою пользу вопрос спорных земель, отстоять право распоряжаться казной клана или вершить судьбы всего рода стоит того, чтобы устранить конкурента еще до начала соревнований.

Старый дракон Квазимир возлагал самые радужные надежды на эти гонки. И не только потому, что команда подобралась на редкость сильная, ведь он решился на тайных ход, который без сомнения подкосит претендентов на победу. И вот теперь выяснилось, что его усилия не просто провалились, они просто не нужны.

Его команды нет! Отсутствие одного участника – это стопроцентное исключение!

Нельзя сказать, что Квазимир был в гневе или ярости, только левое веко подрагивало чаще обычного. Ничем другим не выдал своего настроения старый дракон, одним росчерком он лишил команду содержания.

– Вы все поняли? Никаких денег, никаких гулянок пока вопрос с Валиром не уладите. – сердился глава рода. – Эмиль, хватит филонить! Учись ставить блоки. Если вовремя не научился. От тебя фонит, даже меня цепляет – ворчал уже не глава, а отец. Все поняли?

Остальные лишь виноваты кивали. В маленьком кабинете столичного дома было душно, темно и тесно.

– Я изменил ваше расписание. Никаких возражений. Ваше наказание – участие в подпольных играх. Поработаете на казну рода. Все свободны. – махнул рукой, говоря, что не желает видеть провинившихся.

На Эрика было страшно смотреть. Он слишком многим пожертвовал, ради этих гонок. Камиль был хорошим другом и утащив кузена из душного кабинета на просторную веранду, завел разговор:

– Есть одна идея, это может помочь нам, – и он замялся, не зная, как решиться.

– Выкладывай уже, терять нечего, – вздохнул Эрик

– Я знаю ты никогда его не любил, даже до того случая, но может обратимся к нему. Его хоть и лишили имени и крыльев. Но по закону он еще принадлежит к нашему роду, – выпалил Камиль и нервно покусывал свои усы, в ожидании реакции друга

– Я сам все решу. Спасибо, друг, – ответил Эрик и крепко сжал плечо кузена. – Слышал, он стал оружейником.

Камиль кивнул и проводил взглядом тяжелую походку Эрик.

Эрик надеялся на толику сострадания родича. Решение принято. Командир выдвинулся на поиски Безымянного. Все знали, что дракон, лишившийся не только клановой поддержки, но и крыльев, после неудачной влюбленности обитает где-то в оружейном квартале столицы.

Подавленный Эмиль разгуливать по высохшему саду и обдумывать происходящее. Сейчас те волнения, что сводили его с ума неделю назад, казались нелепыми и пустыми. И, как любой молодой дракон, он был захвачен новыми эмоциями.

– Давай поговорим, – предложил Камиль.

Он был ровесником Эрика, но не слыл таким жестким и упрямым, был больше похож на всепонимающего дядюшку-добряка. Но это сейчас. А когда-то и он был командиром младшего крыла, но его сгубила опасная любовь. У драконов есть то ли поговорка, то ли прописная истина: «Без потерь нет истинной любви».

Каждый молодой дракон проходит через опасный рубеж, когда яркие чувства пробуждают в нем магию, и только Судьба ведает, что творится в этот момент в душе зверя. Потому как всех представителей чешуйчатой расы нельзя в полной мере назвать оборотнями. Для них зов луны или зверя не столь ярок и опасен.

Даже больше, у драконов нет той двойственности, что присуща оборотням. Они не разделяют себя в обличье летающего ящера и человека. Их сознание и мысли едины, но только после полной инициации. Только после того, как проснулась и стабилизировалась древняя, первобытная магия.

Но самый тяжелый момент наступает, когда магия просыпается под действием чар любви. Тогда никто не в силах предсказать, как все обернётся, кем ты станешь и что потеряешь. Те, кто с честью прошел и принял все подарки богини, ибо эти потери именуются «дарами Судьбы» (очередная ее усмешка), могут гордо называть себя истинными драконами.

Камиль прошел свой путь и принял все «дары». Итогом стала потеря всех земель, титулов и самая болезненная утрата – право рода. Он не вправе решать свою судьбу, не может заключать брак, не имеет полномочий командовать – о чем свидетельствует его короткие волосы. Некоторые драконы считают это сродни рабству, но это вовсе не так.

Для всех родичей ты навсегда равен ребенку. Дети не вправе решать за себя, не могут владеть и распоряжаться, но родители бывают разные. И Камилю, и Валиру несказанно повезло, что Эрик взял их в свое крыло. Они никогда не чувствовали своей ущербности. Даже больше, командир часто прислушивался к советам, и вот сейчас Камиль видел, что Эмилю нужно выговориться и дать необходимый толчок в правильное русло, пока он не успел свернуть на путь, ведущий к пропасти.

– Поговорим, – указав на удобную скамью, что находилась в тени полусухого нестриженого кустарника, ответил дракон.

И тут рвануло. Камиль был прав, Эмилю нужно было выговориться. Через несколько минут, когда первый накал схлынул, младший вполне серьезно заявил:

– Знаешь, я думаю уступить девушку Эрику.

Он специально не называл ее по имени или женой, чтобы дистанцироваться. Но было видно, что ему приходится нелегко. Камиль вопросительно заломил бровь, ожидая пояснения.

– Я ведь виноват перед братом, это я стал причиной… – и он запнулся, не зная, как выразить всю боль и отчаяние, что до сих пор грызли его душу.

Если это то, о чем Камиль подумал, то это не шуточное заявление, и вовсе не глупые мальчишеские бредни, а преступление. Преступление, которое каралось жестоко.

Дракон, что совершал такое, лишался крыльев навсегда! Он насторожился и боялся взглянуть Эмилю в глаза, чтобы не увидеть в них страшный ответ. Неужели еще одному Черному дракону суждено влачить жалкое существование?

Неужели еще один дракон обрек себя на отказ от потомства? Не хотелось возвращаться мыслями к тому, чье имя очернено преступлением против рода, к тому, кто своим поступком лишил себя крыльев и опозорил Черных драконов.

Камиль поморщился, захотелось сбросить наваждение тех омерзительных дней. Его, как командира, лишь частично причастного к тем страшным событиям, накрыло такой волной, что до сих пор не отмыться! Да, он там был и все видел, но не предупредил, потому что в тот момент был по уши влюблен! Возможно, его потери были бы куда меньшими, если бы не тот день! И неужели Эмиль хочет сейчас сказать, что нечто подобное пытался провернуть и с Эриком?

С неверием посмотрел Камиль в глаза младшему кузену.

– Да ты что! – младший правильно понял его. – Да как ты мог подумать… Да… я!.. Да… ты! Никогда! Никогда, слышишь! Как ты вообще мог об этом подумать! Нет, я не об этом! – Эмиль помялся, отвел взгляд и продолжил: – Ты ведь помнишь его невесту Эрика, Илину? Эльфийская герцогиня. Они ведь хотели сбежать, наплевав на все традиции и условности. Он верил, что брачная метка появится рано или поздно, и они смогут иметь детей-драконов, а нет – значит, так уготовила Судьба.

Он нервно заходил возле скамьи, пытаясь подобрать слова или побороть чувство вины, не так-то просто признаться в проступке, особенно перед тем, чье мнение для тебя так важно.

– Я не знаю, я, правда, не знаю, как это случилось, не буду отрицать своей вины, но… мы провели вместе ночь, всего один раз. И меня это мучило, а когда хранитель не одобрил их брак и не стал проводить обряд, я думал – все к лучшему, Эрик ее отпустит и забудет. Но он ведь на ней просто помешался! Ты же помнишь?

Камиль кивнул, подтверждая слова младшего родича.

Тот вздохнул, продолжил рассказ:

– И я сам к ней пришел и потребовал, чтобы она рассказала все брату, хотел, чтобы между нами в будущем не было пропасти. Даже предлагал взять всю вину на себя. Но она сбежала, а когда Эрик ее нашел, уже была замужем за другим.

Камиль помнил ту грустную историю. Ему казалось, что над Черными драконами навис рок. Все остальные представители древнего народа проходили эти испытания любовью и, соответственно, магическую инициацию, в ранней юности, только-только вставшими на крыло драконами. Мужчины их рода встречали дары Судьбы, будучи зрелыми мужами, а их дядя Квазимир и вовсе разменяв пятый десяток, когда уже не надеялся ни на что.

Возможно, именно поэтому, не желая быть хуже других, раз он обделен магическим даром, и значит, возможностью обзавестись наследниками, дракон преуспел в других областях.

Квазимира никто не мог обвинить в бессилии. Он сражался в поединках, как безумный, ибо совершенно не обращал внимания на магию соперника. Он стал другом и тенью хранителя, впитывая все древние знания предков, наложил свою когтистую лапу на казну и в итоге все же стал главой рода. И только тогда Судьба преподнесла ему свои дары. Дракон влюбился, и в нем раскрылась немалая магическая сила.

Камиль давно перестал вслушиваться в путанные и эмоциональные раскаяния Эмиля, лишь дружески кивал. Ему внезапно пришла забавная мысль, отчего не сыграть с братьями? Может, ему тоже вступить в игру? Он обязательно женит кузенов, и неважно, кто это будет – Эмиль или Эрик. Он должен, что сделать. Сыграть небольшую, но главную роль. Только соперник. Настоящий соперник подстегнёт чувства одного из кузенов. Ох, не зря богиня выбрала Черных драконов в свои любимчики! Судьба не может жить без игры, без азарта…

Женщины всегда любили его, и пусть Камиль не самый завидный жених – у него нет ни земель, ни титула, да и волосы слегка коротковаты, но зато море обаяния. Обставить братьев, щёлкнуть перед самым носом у правильно Эрика, все перевернуть – это разом встряхнёт все младшее крыло. Это то, что сейчас им просто необходимо.

Камиль резко встал и направился к выходу из маленького сада. Он не замечал окликов младшего кузена, забыл о беспокойстве за Валира, который куда-то пропал перед самыми гонками, сейчас все было неважно!

Он нашел для себя долгожданную и такую необходимую цель! Куда-то исчезла вся расслабленность и мягкость в движениях, «добрый дядюшка» испарился, по кривым дорожкам засохшего сада ступал древний, и оттого опасный хищник, который уже наметил себе добычу.

В запасе у Камиля было не только несколько часов, но и небольшая хитрость, которую он и собирался применить, чтобы обнять уже сегодня хитрую беглянку.

Об этом секрете, или лучше сказать, подарке, знал только Валир. Так что, может, даже к лучшему, что его пока нет рядом. Пришло время достать родовой амулет, который они с братом припрятали, когда принимали свое наказание. Черный бриллиант приятно грел ладонь. Значит, девушка, на поиски которой они собирались бросить все свои силы, совсем близко.

– Сыграем братишки? Может в этот раз я выиграю, – сам себе сказал Камиль, – Все складывается очень удачно. Значит ли это, что сама Судьба улыбается мне?

Глава 10 О мужских драках, или Черный день для драконов

Эмиль осел на землю и схватился за голову. Он понимал, что неприятно удивил кузена и что такое поведение не в почете у родичей, каждый шаг которых сопровождался древним ритуалом. Правила и ритуал. От этого всего у Эмиля сводило шею. Никто из Черных драконов не любил следовать древним законам.

Но его род с незапамятных времен покушался на древние обычаи, и даже более – попирал все незыблемые нормы и старые законы. Одни шептались, что именно поэтому Черные драконы страдают такой «поздней влюбленностью», другие возмущались – мол, это лишь малая цена свободной жизни. И многие соглашались с последним. Ведь знали, как живется другим драконам.

Все драконы боялись лишь одного – одичалости. Ярость богов. Когда ты в любую минутуможешь стать диким, тупым, кровожадным животным. Ты исчезнешь. Тебя больше не будет. Страх потерять себя – самый страшный страх. Каждый род испокон веков боролся с этой напастью по-своему. Большинство мучились и носили магические ошейники. Это больно. Очень больно каждый черный драконов знал это, и был благодарен Судьбе, что они свободны от такой ужасной традиции.

Ведь раньше это был всего лишь способ выжить. Но ритуалы стали обычаями, обычаи превратились в традиции, и лишь немногие традиции – законами. Все это было направлено на единственную важную в ту пору цель – прекратить превращение разумных драконов в мерзких и бездушных диких зверей.

Ибо каждый род, каждое крыло соблюдает предписание, данное предками. Ну, почти каждый и почти соблюдает…

Лет эдак пятьсот назад глава Черных драконов вышел из изоляции, которую соблюдали все представители чещуйчатокрылых. Если остальные еще верили, что все, сказанное предками, направлено на сохранение их жизней, то новатор, которого, кстати, звали Эриком, сломал все стереотипы.

Он переселил все крыло на новые земли, вступил в нерушимый союз с человеческим королевством, подписал договор с троллями, взял на службу орков и выдал свою дочь замуж за эльфийского художника!

«Немыслимо! Возмутительно!» – кричали старейшины и главы остальных родов, а простые драконы вторили им.

Эрик I рискнул. Теперь Черные драконы свободны от ошейника, но угроза не исчезла. Черным драконам до сих пор везло, что не один из них не стал диким зверем. Эмиль признавал его единственный выход остаться собой – жениться на избраннице.

– Не – е хо-о-чу-у! – прокричал Эмиль в пустом саду. И устало осел на пожухлую траву.

Пусть остальные делают вид, что не замечают его странностей. Но он давно знает, что ему суждено стать первым в роду, кто перешагнет черту. Он станет Диким. Конечно, все можно еще решить…Радмира.

Брак и сразу ребенок, только так можно спастись. Только так можно закрепить брачную метку. На одной чаще весов собственное я, на другой – вся жизнь в петле. С нелюбимой. С чужачкой. Потакать капризам, забыть о себе, о своих желаниях. Но жить. Для других выбор бы был очевиден, но Эмиль решил:

– Умирать так с музыкой! – прохрипел дракон и лег на землю. – Пусть ее забирают братья!

Будет даже лучше, если Эрик сделает ее своей, тогда, как говорится, справедливость восторжествует! Эмиль расстроил его свадьбу, а теперь старший брак украдет его невесту, чему младший будет только рад.

Именно так! Прочь сомнения и угрызения совести! И дракон последовал за кузеном – пора готовиться к королевским гонкам! «Проживу остаток своих дней с честью» – решил Эмиль.

Эмиль еще не знал, что его ждет сюрприз. И возможно, жить ему осталось считанные часы.

Кас, хитрый волчара, задумал провернуть в тайне от друзей свою месть. Сай слишком правильный. А Макс, который в последнее время стал куда кровожаднее и безжалостнее, может подвести. Здесь нужен холодный расчёт. И смекалка. Именно поэтому Кас приобрёл странную штуковину, которая должна была обезвредить дракона на некоторое время без всякой магии. В успехе своей операции оборотень не сомневался!

– Все-таки люди горазды на разные выдумки, – удивлялся Кассиль и вертел чудо-чудное. «Штукенция экспериментальная, со сложной цепочкой механизмов» – вспомнил оборотень слова мастера– изобретателя. Человек еще много говорил, но Кас так и ничего и не понял из его умных слов.

«Агрегат» – так ее тоже называл изобретатель, была похожа на металлический стержень, и мужчина провел указательным пальцем по холодному металлу. Наконечник был стеклянным.

– Ай! Горячий, – зашипел волк и засунул палец в рот. Кажется, мастер его предупреждал не трогать его. И волк схватил свое оружие за гладкую деревянную ручку, в которую был встроен странный спусковой механизм. Про себя он называл ее не иначе, как Штукой, хотя ясно помнил возвышенное название Покоритель молний.

Ему не было дела до всей этой патетики. Главное – как можно скорее и тише устранить соперника. И волк был приятно удивлен, что навстречу ему шагал тот самый парень.

– На ловца и зверь бежит! – довольно прорычал Кассиль.

Оборотень запомнил его. Этот тот самый дракон, что обернулся на глазах у всех, и чего уж говорить, изрядно потрепал оборотня. Как ни старался Кас, он не смог скрыть хищный оскал, когда вышел из проулка, который вел к запасному входу в поместье.

– Ну, здравствуй, приятель! Помнишь меня?

Эмиль помнил, еще как помнил! И успел бы среагировать на магию или нож. Но то, что было в руках у оборотня, было ему незнакомо.

Удар. Возня. И все смешалось…

Каждый реагирует на проблему по-разному – кто-то впадает в ступор, кого-то инстинкты гонят спрятаться в безопасное убежище, а кто-то нападает.

Младший дракон принадлежал к последним. Возможно, именно это сыграло ему на руку. А может, изобретатель лгал, и в агрегате все же присутствовала толика магии. Или Кассиль запустил механизм слишком рано… так или иначе, но все пошло не по плану.

А план был по-мужски прост, груб и логичен. Вырубить, вывезти на закрытой повозке, и сплавить подальше. Причем, самой сложной частью было именно убрать с глаз долой. Так что оборотень собирался посадить «пьяного» друга в вагон и, естественно, «забыть» положить билет.

А пока тот очнётся в кругу бедных троллей и орков, пока проводник будет разбираться с очередным «зайцем», пока доберётся дракон обратно… Времени должно хватить, чтобы найти и вернуть Радмиру.

Но это по плану, в котором никаких отклонений или случайностей волк не предусматривал. Что ж, и у опытного охотника бывают промахи. В неудачной охоте нет ничего предосудительного…

– Гаденыш! – рычал оборотень

Эмиль не тратил сил на слова. Уворачиваясь от прыткого волка. И тут оборотень решил пустить в ход свое секретное приобретение.

Все, что запомнил Кассиль – это стук шестеренок запущенного механизма, белую вспышку и запах палённого.

Шкуры? Кожи? Он не успел понять, потому как в глазах резко потемнело.

А вот Эмиль успел увидеть чуточку больше: как нечто коснулось его груди и выпустило быструю синюю змейку. А потом все тот же сценарий: вспышка и темнота.

Мужчины так и упали, вцепившись друг в друга, содрогаясь от конвульсий. Старик, случайно проходивший лишь ворчливо заметил:

– Эка молодежь пошла. Тьфу! Срамота.

А вот пара старых слуг, издавна служивших в поместье, где остановились драконы, узнали молодого гостя и не преминули, негодуя, разнести слух об этом интересном инциденте. Не прошло и часа, как об этом уже шептались все – и молодой конюх, и старая ключница, и даже всегда вышколенный дворецкий.

Но Эмилю, можно сказать, еще повезло, потому как всеми забытый и покинутый Валир был окружен разъяренной толпой троллей. Про него все забыли. К нему никто не пришел на помощь.

Эрик окончательно потерял надежду выступить на королевских гонках и потирал опухшее ухо.

А вот Камилю только предстояло узнать на собственном опыте, что значат волчьи клыки.

По его следу шел Макс.

В этот день, кажется, сама Судьба отвернулась от Черных драконов, ведь даже старые друзья и соратники спорили до хрипоты и глухого звериного рычанья. К кабинету главы рода боялись подходить уже несколько часов. Вся прислуга притихла, ожидая бури.

Квазимир и хранитель в который раз обсуждали поиски девушки и никак не могли прийти к единому мнению, а это грозило вылиться куда большими проблемами, чем простая размолвка между старейшинами.

– Как ты не понимаешь, дружище! – хрипел хранитель, устало жестикулируя, пытаясь воззвать то ли к Судьбе, то ли к небу. – Она не драгоценный приз, не хрустальная корона на королевских гонках, она живая! А ты попустительствуешь всему младшему крылу, потакая им в соперничестве за девушку! Я могу понять твои тщеславные желания наконец-то возвыситься и отбросить прежние оковы. Но и ты попробуй представить, что может сотворить обозлённая девушка с искрой драконьей​ души, если ее начнут рвать на части твои родичи! А так и будет, попомни мои слова!

– Не шипи, старый прохиндей! Это ты думаешь, что алчность ослепила меня, но я думаю о нашем роде! К Тьме эту гонку и все подпольные бои! Мне нужно встряхнуть Эмиля. Возможно, это его последняя надежда, ведь неспроста сама Судьба послала именно ему, а не кому-то другому, такую невесту! Признайся, ты и прежде замечал признаки безумия у моего младшего сына? – и он внимательно всматривался в глаза хранителя, надеясь услышать отрицательный ответ.

Им давно уже не требовались слова, чтобы понимать друг друга, и вот сейчас глава рода не услышал, а увидел. Тяжело вздохнул.

– Я так надеюсь, что он одумается, и что девушка сможет ему помочь, – сказал Квазимир. – Знаешь ли, за столько лет я и вправду уверился в избранности и нашей исключительности. Ни одного случая за столько лет, ни единой тени. А тут – родной сын! Что бы ты обо мне ни думал, я, прежде всего – отец. Да, не скрою, получить новые земли – это просто невероятная удача. И даже возможность обзавестись наследниками – это уже многое! Даже за одно, это любой дракон будет готов похитить девушку и спрятать от посторонних глаз! Но я хочу, чтобы моего младшенького никогда не коснулась безумие…

– Эх, старина, все я понимаю. Ярость богов не игрушка, такого даже врагу не пожелаешь! Но я прошу, не забывай, что эта девушка – не твоя марионетка, лучше с самого начала все ей рассказать, чтобы избежать нежелательных последствий.

– Что я, женщин не знаю, не учи старика! – отмахнулся Квазимир. – Сейчас необходимо найти ее как можно скорее, пока никакой ушлый дракон не выкрал такое сокровище, и я знаю, к кому обратиться с таким вопросом. Помнишь тетушка Физу? – спросил дракон