Текст книги "Добрый дракон и кровожадная белка (СИ)"
Автор книги: Ялика Фадеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)
Глава 22. О неправильном похищении
Что такое случай? То, чего мы не ждем, не планируем…
А придаем ли значение случайным встречам? Случайному попутчику? Или прохожему, которому случайно наступили на ногу? Мы можем не вспомнить ни того, ни другого. Зато вспомнят нас. Вспомнят, и при случае отблагодарят.
Где-то в древних драконьих манускриптах есть такая строчка: «Случай – любимый слуга самой Судьбы, ибо даже пылинка, попавшая в глаз, может изменить ход истории!»
Радмира не могла рассуждать о столь высоких материях. По крайне мере в столь странный момент. Белка, обратившись, копошилась в рыжих локонах своей подруги и думала. Думала о том, что ее глупая девичья мечта полетать на дирижаблях сбылась. Осуществилась! Только вот она этому совсем не рада. Было бы смешно, если бы не было так грустно. Увы, Рада не могла насладиться пейзажами и оценить красоту пенных облаков, не могла прикоснуться к холодному стеклу или заглянуть в рубку пилота.
Сейчас она пыталась спрятать свое маленькое звериное тельце в сложной прическе одурманенной подруги. Рада пыхтела, сворачивалась клубочком, ерзала и даже пыталась укусить Мари, но та была равнодушна ко всему.
Так что маленькой белке пришлось смириться и навострить ушки, чтобы услышать хоть что-то дельное из разговора, обрывки которого долетали до нее. Но похитители не спешили раскрывать свои планы.
И Радмира, как девушка практичная, постаралась вспомнить все детали похищения. Возможно, только так она сможет успокоиться и понять, что делать дальше.
Они с Мари все-таки нашли то место, где в последний раз она виделась с магом-недоучкой. Пару часов и несколько золотых потратили они на то, чтобы разыскать его, того самого студента, преступившего закон. И вот бы здесь прислушаться к своей интуиции, но нет же! Да и как?.. Сердце скручивается в тугой узел от одних воспоминаний о наглом драконе, на плечи давит вина, прошлое царапает душу. Да еще и страх подгоняет и без того суетные мысли.
Как тут услышать тоненький голосок интуиции? А ведь она предупреждала!
Первым звоночком стала тревожность. Только вот Радмира списала все на предстоящий ритуал. Ведь после него Макс станет самим собой и спокойно поведает обо всех ее «подвигах». Без прикрас. Без утайки. Так, как все виделось со стороны.
И она боялась.
Боялась, что Кас не поймет. Осудит.
Боялась, что она потеряет брата, как потеряла всех своих родных. Нет, они не отказались от Радмиры. Только вот они там, а она – здесь. И когда она сможет вернуться в родной клан? Неизвестно.
За всеми этими мыслями она и не заметила, как успела выторговать у мага его кровь, да еще получила в довесок всякую мелочь для шаманского ритуала. Куриные перья, кусочек меди и черную соль – все это он отдал, лишь бы опасные клиентки оставили его в покое как можно скорее. Маг-недоучка боялся, что девушки по женской глупости выдадут его властям. Он, видать, был не лучшего мнения о прекрасной половине человечества.
Вторым звоночком стал Стен – давний поклонник юной баронессы. Солнце невыносимо жгло спины, когда подруги возвращались обратно. Мари пыталась узнать, останется ли с ней Макс после обряда. Радмира пообещала помочь в соблазнении волка. Так что неутомимая подружка щебетала без умолка, строя радужные планы на Макса. Девушки шли по светлым улочкам квартала, где жили только маги-студенты. То и дело появлялись шумные толпы, мелькали магические огоньки и шутихи – веселая братия даже в такое пекло не оставила свои забавы.
Из очередной пестрой толпы вынырнул знакомый мужчина. Стен. Один из магов той комиссии, где Радмира получала свою лицензию. Белка даже не подумала остановиться, вежливый кивок головы, и все.
Но маг замер, брезгливо поморщился и, не выказывая должного уважения к титулу Мари, почти выплевывая фразы, выдал:
– Мариэлла, вижу, ты по-прежнему грезишь выйти замуж за своего кузена и готова поверить любому шарлатану!
Не заметить шпильку в свой адрес Радмира не могла. Но помнится, в день получения лицензии он так стремился взглянуть на ее «шарлатанство»!
– Вы ошибаетесь, уважаемый мэтр, и доброго вам дня, – ответила шаманка, укорив его в невежливости и одновременно давая понять, что им некогда вести с ним разговор.
– А это набор юного алхимика, я так понимаю? – сказал он, небрежным жестом указав на прикупленные у мага-прохвоста женские мелочи. – Или у благородной леди, наконец, прорезался магический дар?
Пока Радмира раздумывала, над тем как бы отделаться от настырного типа, Мари сморозила очередную глупость:
– А вот и прорезался! Только вам все равно ничего не светит!
Шаманка поняла, что маг задел болезненную для маленькой баронессы тему. И что в их отношениях не все так просто. Она и не знала, что эти двое знакомы. Значит, не так уж прост этот выскочка, как утверждал мэтр Альберт.
– Если и так, то вам, баронесса, не стоит доверять первые уроки… – и он брезгливо глянул на Радмиру. – Не стоит доверять новичкам. Давайте я угощу вас мороженым, здесь за углом есть прекрасное кафе.
К своей чести, он все же сумел воздержаться от прямого оскорбления.
И опять Рада не успела отказать, ведь Мари совершенно неожиданно для нее согласилась. Белка вопросительно глянула на ветреную подружку. Рыжая бестия лишь подмигнула, давая понять, что их планы чуток изменились.
– Мы ведь никуда не торопимся? – не спросила, а скорее, напомнила маленькая нахалка, и уже шепотом добавила: – До полуночи еще далеко.
Но маг все равно услышал последнюю фразу и очень недобро глянул на шаманку.
Вот так они оказались в маленьком, но уютном кафе. Обшитое темным деревом, с круглыми столиками, оно само по себе напоминало горький шоколад. Небольшая витрина ломилась от бутафорских пряников. А внутри царила невообразимая сладкая смесь запахов из детства. Радмира решила – может быть, и в правду стоит порадовать себя холодным мороженым и колотыми леденцами? В жаркую погоду это весьма соблазнительно!
Пока она, облизываясь, выбирала десерт, маг и Мари успели уединиться. И судя по нервной жестикуляции благородной леди, страсти там кипели нешуточные. Все-таки Радмира пагубно влияет на маленькую баронессу.
Не успела она насладиться ощущением прохлады и тонкой кислинкой запахов, как к ней подсел оборотень.
– Теряешь сноровку, сестренка, – подмигнул Кассиль, – совсем засиделась в городе.
Брат прав. Хитрый оборотень бесшумно проскользнул и уселся напротив, загородив парочку. Радмира забылась и не почувствовала его прихода. Но признаваться в этом не собиралась.
– Твои кровавые раны и мою лечебную мазь даже тролль с заложенным носом почует. Ты чего встрепенулся? Мы вроде как договорились?
– Говорили-то мы говорили, но не договорили, – и с лица его исчезла озорная улыбка. – Если ты переступила закон, лучше скажи сразу. А то не успеет Макс очнуться, как окажешься в суде. А мы еще и поможем вожаку – может быть…
– А что, сейчас не станете помогать? – осторожно спросила Рада.
– Ну… сейчас он малость не в себе.
Все остальное было понятно и без слов.
Поддержка будет. Ты, мол, белка, только скажи, как и где помочь. Где соломку-то стелить? И Радмира решилась.
– Мне до сих пор стыдно. Вспоминать. А говорить и подавно… – и она замолчала, собираясь с силами. – Вся заварушка началась из-за меня. Я придумала себе любовь. Его чувства ко мне. Оправдывала его действия. Любое слово или взгляд переиначивала. Его насмешки – он просто боится показать свои истинные чувства, так говорила я себе. Знаешь, когда тебе изо дня в день повторяют, намекают, что сын вожака будет для тебя лучшей парой… В это начинаешь верить. Я понимаю, матушка хотела, как лучше… Не влюбись я тогда в Макса, ничего бы и не было… Влюбленную шаманку заметил не только вожак стаи. Вот в чем была моя проблема.
И Рада замолчала, не зная, как рассказать о прошлом. О том, что толкнуло ее на все эти страшные поступки.
А Кассиль наблюдал, как она бездумно ковыряет холодный десерт, пытаясь подобрать слова. Ему было странно видеть, что старшая сестра мнется и опускает взгляд. Кассилю казалось, что она всегда была дерзкой и готовой дать отбор даже своре молодых волков.
– Тот вечер был просто мечтой, – наконец, продолжила она. – Макс появился на пороге моего дома в красной шелковой рубахе, широких шароварах и вышитом праздничном поясе. Поясе! Я как увидела, остолбенела. Дрожала, как осиновый лист. Все, о чем я могла тогда думать, так это о том, как он будет мне вручать этот пояс. И как для всех я стану его невестой. Мне до сих пор смешно, но я даже не слушала, о чем он говорил. Я уже грезила, как зажигается вечерний костер, как мы танцуем, и все видят, что его черный, вышитый золотом пояс, на мне.
Кассиль заметил, как заблестели глаза у Рады, как изменился голос.
– Я смотрю ему в глаза и жду, когда, когда же он поцелует меня… Я, дуреха, и не заметила, что он от меня нос воротил. Он шептал мне, мол, приходи к старой заводи, и все приготовь. А то место, ты знаешь, влюблённые парочки облюбовали. Ну, я и подумала, что он не просто в невесты меня взять решился, а сразу в жены. Обряд я и без вожака могла провести… Я всему нашла смысл. Да не зыркай ты на меня так. Знаю, что дура. Это сейчас я знаю, а тогда… Я полночи не спала, думала, как лучше все приготовить. Вот спозаранку и помчалась на ту заводь, выбрала самое тихое местечко, а то мало ли, какая парочка забредет. Наломала лапника под ложе. До сих пор кажется, что чувствую, как те иголки впиваются в пальцы. Разложила черные свечи в пентаграмму, прочла заклинанье, окропила все там своей кровью. Чтоб, когда прийти с ним… чтобы все было готово. Ведь не до этого будет… не до ложа и знаков магических…
Кассиль видел, как сестрица недобро ухмыльнулась.
– Оставалось только свечи зажечь да клятву принести. Ночь любви. И мы – муж и жена. Весь день промаялась, тряслась над нарядом. Каждую ленточку заговорила, всю вышивку подновила. А когда Макс на пороге появился при всем параде, я даже не заметила, что он злился. А как матушка светилась! Даже слезинки утирала! Знаешь, если бы не случай… все бы по-другому сложилось. Гуляем, значит, только я вот всю свою смелость растеряла в тот миг. Молчу. И он молчит. Идем, как два дурака. Зацепилась я лентой за сук, крепко так, что сразу и не отцепить. А Макс даже помочь не пытается, и промаялась я долго с этой лентой. Но освободилась… и пошли дальше. Идем. И все молча. Ни слов красивых о любви, ни шуток, ни песен. Топаем, как заговоренные. Только я в мечтах, а он весь от злобы красный. Как подходить стали, слышим – то тут, то там парочки вздыхают и хихикают. А я гляжу – наше место занято! Не смейся! Тебе вот смешно, я тогда от возмущения чуть не задохнулась. Да еще свечи мои свечи зажгли! Думаю, ну все! Накрылась наша тайная свадьба. Захотелось мне хоть одним глазком взглянуть на тех бесстыдников, что чужое место заняли. И только я подобралась к месту, как… В-жих! Бах! Ветки ломаются, камыши у заводи свистят, словно сюда вся стая торопится… Хватит ржать, как конь! Прекрати!
Кассиль едва подавил улыбку. Слишком живая мимика была у Рады, слишком эмоционально она говорила, казалось, вернулся даже деревенский говорок, который за четыре года исчез.
– Вся не вся… но многие оборотни сбежались на крик того старичка. А он визжит, как поросенок: «Древний закон нарушен! Попрали заповеди Праматери!» Я стою и не колыхнусь. Я ведь знаю этого голосистого, это он, прохиндей, мне книжку с ритуалами вручил. Не сообразила я, что по наши с Максом души он взывает. Только ошибся он чуток. А как узрели, кто на ритуальном ложе, так и вовсе ахнули. Сам вожак с полюбовницей! А я стою, только рот разеваю. Я вот до сих пор не знаю, то ли девка такая ушлая была… Подслушала, что обряд такой провести можно, и сама решилась, то ли просто случай. Местечко понравилось? Так или иначе, но обряд был почти завершен. Не знаю, что уж там вожак шептал в пылу любви, но, видимо, врал с три короба. А ведь клятвы обрядовые… они злючие бывают. Да только не о том речь. Я уже не помню, как все завертелось. Как народ исчез, а мой дед прибежал. Как вожак напился и набил морду тому старичку. А старичок был тот совсем не прост. Старейшиной он был, из тех, к кому сами вожаки на поклон ходят. И быть бы беде. Наказание мне такое маячило, что… Лучше сразу топиться. Да только наш вожак спьяну иль со злобы сказанул, что долг у меня пред кланом и сумму назвал… – Радмира по привычке аж присвистнула, забыв, что городским девушкам так вести себя не полагается. – Чудовищную! По тем временам, особенно. Четверть земли клана можно было выкупить за такие деньжищи. А мой дед, пока старейшина не оклемался, печать вожака стребовал, что сказанное слово его – закон. – Радмира тяжело вздохнула. – Я только позже, из писем узнала, что старейшина и вожак сговорились. Есть очень древний закон, что шаман стаи не может быть в семье вожака. «Не должна быть такая сильная власть в одних руках» – цитировала она старика, подражая его хриплому голосу. – А если то случится, то шаману полагается… много чего там полагается. Шаман чуть ли в раба превращается, всем должен. Старик хотел, чтоб я на благо старейшин служила. Шаман под каблуком – это сила! Вот и задумал пакость. И наш любимый вожак клана, конечно был в курсе. Отец Макса решил перехитрить старика и назначил Максу такое вот испытание – соблазнить, значится, меня. А как старик заявит, то он ему в ответ – что тот испытание прошел, теперь он свободный волк. Да еще и с правом на новую землю, с молодой женой-шаманкой. Загляденье!
– Подожди. Не понял, – перебил оборотень
– По задумке старика-советника он должен был явится на рассвете и обвинить Макса и меня в нарушение закона. Ну Макс, бы легко отделался, а вот я. Мне бы пришлось не сладко. Только наш вожак решил обыграть и сделать все по-своему. Наша ночь была испытанием для Макса. Так что все чисто – никаких нарушений. Он только выполнял испытание. Только вот оно как случилось… Но если бы не я, ничего и не было бы.
– М-да… а чего ж нам не сказала, иль мы чужие? – спросил с обидой в голосе Кассиль.
– А этот старик-прохиндей как очнулся, со всех клятву взял. Пока долг не выплачен, все молчком.
– А ты, значит уже, или… – волк запнулся.
Радмира кивнула и подтвердила:
– Не поверишь, буквально на днях откупилась. Все! Теперь я свободна!
И она взмахнула руками, забыв, что держит в руках ложечку с мороженым. Изящными манерами белка никогда не отличалась… Сдавленно хихикая, брат с сестрой сползли под стол, прячась от возмущенного посетителя, красивая рубашка которого оказалась внезапно обляпанной невесть откуда взявшимся десертом.
– Так уж и свободна? – отсмеявшись, спросил Кассиль, картинно заломив бровь. Он не стал ждать очередной исповеди, а достал вчетверо сложенную газетную вырезку. На первой полосе целовалась красивая пара, а заголовок гласил: «Таинственная супруга победителя…»
Но не успела Радмира оправдаться и хоть слово сказать, как заметила удивительную картину.
– Не может быть. Ну, зачем она…
И с обреченным видом двинулась спасать свою ветреную подругу. Сейчас эта рыжая бестия целовалась с магом, а ведь несколько минут назад готова была ему глаза выцарапать! Но Мари в помощи не нуждалась, звонкая пощечина выразила все ее отношение к данному действу.
– Помочь? – спросила Рада.
Мелкая вертихвостка картинно утерла несуществующие слезы и тут же спряталась за спину подруги. Мгновенье – и рядом возник грозный оборотень.
– Претензии? – Кассиль глянул на Мари.
А та, хитрюга, взяла и кивнула. Сородич уже записал ее в невесты друга, так что она практически член стаи. А это значило, что высокомерный маг нарвался на неприятности.
Это белка хорошо понимала. Женщины клана неприкосновенны! Это не просто оскорбление для оборотня, это плевок ему в лицо.
Но также хорошо шаманка понимала, кто истинный виновник поцелуя, и, увы, это была ее любимая Мари.
– Ты аккуратней, не забывай, что мы в городе. И нам не нужны неприятности, – предупредила Рада Кассиля. Встревать и уговаривать оборотня отступить? Нанести еще большее оскорбление. Лучше схитрить и сказать: – Мы пойдем, ты не задерживайся…
И пока маленькая интриганка не очухалась, Рада взяла ее под руку и поспешила уйти. Вот теперь у братца та еще задачка. Только припугнуть… и поспешить проводить дам, пока они еще куда-нибудь не вляпались? Или остаться и хорошенько проучить мага, и ожидать очередную подставу от взбалмошных девчонок?
Выбор очевиден. Через несколько минут Кассиль догнал сестру и ее подругу.
Радмира этого не помнила. Не заметила. Пропустила. Не прислушалась к своей интуиции.
Безымянный дракон был свидетелем не только некрасивой сцены, но и разговора мага и рыжей девушки. Теперь он был уверен, что маленькая пигалица – его добыча.
А Мари была уверена в том, что ее обман не раскроют, потому и сочинила про свои магические способности, чтобы позлить давнего поклонника. Так что посторонний слушатель решил, что именно она – его цель!
Рыжая. Есть дар. Ее оберегают оборотни. Скудная информация, что была у дракона, привела его к выводам, что Мари – носительница драконьей искры. Значит, именно ее нужно схватить. Только нужно выждать момент, когда девушка останется без присмотра.
А это оказалось совсем не просто. День близился к завершению, а никто не собирался спать. Наоборот.
Радмира собрала всю разношерстную компанию, чтобы провести ритуал. Сайман выполнил поручение приятельницы и нашел-таки место в парке, который закрывали на ночь от студентов-магов и других вандалов. И, увы, волнение вновь заглушило тоненький голос интуиции. А чужой взгляд белка сбросила, передернув плечами. Пустое. Это волнение перед встречей с прошлым. Пока добирались по пустеющим улицам к месту проведения ритуала, Радмира старательно отгоняла грустные мысли об Эрике. Сегодня она разрубит последний узел прошлого.
Станет свободной. Только отчего-то совсем не радостно. И вовсе не хочется быть свободной. Эта свобода похожа на одиночество.
Под нервное хихиканье Мари Радмира пыталась перелезть через высокую кованую ограду, что разделяла улицу и парк, в виде человека. Оборотни без труда перемахнули через забор. А вот девушки остались по другую сторону. Не будь рядом приятельницы, белка не стала бы чиниться и забралась по тонким прутьям, обернувшись зверем.
Только вот что делать с Мари? Рыжая бестия вдруг стала играть в скромницу и ни в какую не хотела, чтоб мужчины ей помогли. Пришлось Радмире взвалить на собственные плечи такую капризную ношу. В буквальном смысле. Вот так, корячась, они пытались забраться на ограду.
И вот тут-то все и случилось. И как ни силилась шаманка вспомнить потом детали похищения, она так и не смогла сообразить, когда же все пошло наперекосяк, в тот момент все смешалось. Или лучше сказать – все произошло настолько быстро, что остальные и глазом не успели моргнуть.
Яркая вспышка. И отвратительный запах гнили просто сшибает с ног. И без того ослепшие глаза начинают слезиться.
Подруга резко пошатнулась, а Рада, держащая ее за ноги, по инерции упала с ней.
Дикий визг баронессы. Заложило уши. Звериный рык.
Сородичи сообразили, что случилось непредвиденное.
Вдох. Выдох. Удар сердца. Мысли путаются и небо раскачивается.
А голос подруги удаляется.
И Рада оборачивается.
Все остальное помнится смутно. Размыто. Мысли и без того текут медленно, словно под толщей воды. На виски и уши давит острая боль. Глаза по-прежнему слезятся. А нос заложен. Но главное – они живы.
Мари тоже дышит, правда, она без сознания.
Вот что смогла восстановить в своей памяти Радмира. Не густо. Невозможно провести анализ и сделать выводы. Болезненные ощущения притупились, но не исчезли. Остается только ждать и гадать, кому и зачем понадобилась ее подруга?
Глава 23. О том, что спасатели бывают разные
Эрик никогда не думал, что будет спасаться бегством из собственного дома. Прежней злобы не было, осталась лишь ноющая боль.
«Неправильно. Это неправильно!» – твердил себе дракон, но все равно действовал. Его гордость пострадала от того, что он улизнул вот так, как последний воришка.
Эрик был хорошим воином, и сейчас он тихо пробирался по узким коридорам заброшенного южного крыла. Самое жаркое и самое старое строение давно оставили и слуги, и хозяева поместья. Но Черный дракон все равно шел осторожно, таясь… чтобы ни одна старая половица не скрипнула, ни один случайный свидетель не попался на пути. Но его волновала не собственная безопасность – Эрику не хотелось подставлять кузена, возможно, единственного оставшегося у него близкого человека. Камиль и так сделал для него больше, чем кто-либо.
Чувство ответственности за чужие жизни всегда довлело над Эриком. Вот и сейчас, когда он пробирался по опустевшим комнатам и услышал знакомый голос хранителя, произнесший имя младшего брата, он не мог не остановиться и не прислушаться.
– …Конечно, хранитель, ведь мы спасаем жизнь дракону. И не просто дракону, а Эмилю! – восторженно сказал кто-то в ответ на замечание старика.
– Да-да, и это тоже. Я хочу знать подробности. Как ты нашел эту девчонку? Откуда она? Почему мы не слышали о ней раньше, ведь драконья искра – весьма редка? Такое не утаишь!
Это уже говорил хранитель, понял Эрик. А вот то, чем интересовался старый друг семьи, было странно. Очень странно. Неужели он еще до происшествия с меткой искал Радмиру? Воспоминание о ней кольнуло сердце дракона острой иглой.
– Сама Судьба привела ее в наши руки! Это значит, что наши действия благословила сама богиня! – вещал меж тем фанатик.
– Я все сделал, как вы велели. Но вы же в курсе, драконица в последний момент вильнула хвостом и отказалась помогать. И я подговорил одну гадалку на площади… за небольшое вознаграждение она обещала мне подготовить девчонку… – ответил хранитель.
Негодяй. Подонок. Эрик обязательно его найдет и расквитается.
– Значит, ты ничего не знаешь?
– Хранитель, а все остальное я выполнил, как вы и просили. С фальшивой меткой я, конечно, немного промахнулся, но я не виноват! – затараторил собеседник. – Вы не предупредили, что на Эмиля так странно подействует ваше снадобье. Он ведь не лежал спокойно, а вертелся и извивался, как треклятый уж.
– Ты меня обвиняешь? – повысил голос хранитель.
– Нет-нет, что вы! И мысли не было, – залебезил исполнитель.
– Если на этом все, то выметайся. Деньги возьмешь в королевском банке, я выписал чек на твое имя. Исчезни с глаз на пару лет. И молчать обо всем!
Эрик поспешил скрыться за поворотом. Побег отменялся. Прежде всего, нужно выяснить, что именно замышлял старый интриган и не стал ли он предателем. Нет, возможно, его действиям есть оправдания, и все это во благо рода…
«Все ради рода!» – таков девиз любого хранителя.
Но червячок сомнения все же поселился в душе Черного дракона. И на чаше весов оказались чувства и долг. Еще несколько дней назад Эрик, не задумываясь, поступился бы чувствами. Но возможное предательство хранителя… Это заставило его колебаться. Какие бы противоречивые эмоции дракон не испытывал, все же он поступил правильно. Как истинный Черный дракон! Как командир младшего крыла!
Все ради рода.
Только с маленькой поправкой – после он обязательно найдет свою беглянку.
Разыскать Камиля было нетрудно. Если кузен и был удивлен возвращением командира, то не выказал этого вслух. Через пару минут он был в курсе всех сомнений Эрика, им предстояло найти Эмиля и уже вместе справиться со сложившейся ситуацией. А вот здесь была загвоздка.
Эрик для всех должен оставаться пленником и не разгуливать по поместью. Это здесь, в заброшенном крыле, нет никого из прислуги, а вот дальше… Поэтому братья решили дождаться ночи, к тому же, по словам кузена, Эмиль после победы в гонках кутит в столичных ресторациях, и его все равно в особняке нет. И братья решили разработать план действий.
День пролетел в спорах, драконы были так увлечены, что забыли даже про обед. И вспомнили, что пора подкрепится, уже когда на небо выплыла луна. Камиль сделал вылазку на кухню и убил тем самым двух зайцев. Принес пленнику еды и разузнал, что пьяный Эмиль продолжил кутеж, и сейчас пьет в старой библиотеке. Почему именно там? Камиль не смог ответить Эрику на этот вопрос.
Так или иначе, это было на руку братьям. Старая полупустая библиотека находилась недалеко от южного крыла, и они тотчас поспешили осуществить свой план.
Но не всем планам суждено сбыться. Эта комната была скорее большим кабинетом, и когда-то дед драконов любил проводить здесь время. Но со временем все позабылось, библиотеку редко стали посещать, да и уборка там проводилась от случая к случаю. Там царили сумрак и пыль.
Войдя в библиотеку, братья ожидали увидеть младшего чуть навеселе, в задорном настроении, но никак не вдрызг пьяного, с кровавыми потеками по лицу и ссадинами на руках.
– О! Явились, не запылились, братцы-красавцы! Неужто спасать? – плевался ядом Эмиль. Он едва ли мог стоять на ногах. Опорой служила спинка высокого кресла, а в руках он держал дорогую бутылку из синего стекла.
«Эльфийский бальзам…» – определил Эрик.
Интересно, что послужило поводом для того, чтобы Эмиль, после ночи с Радмирой давший клятву не притрагиваться к спиртному, изменил своему слову и вновь взял напиток «самой Тьмы».
– Что случилось? – привычным приказным тоном спросил Эрик.
– У-у, наш праведный пленник. Тьфу! – Эмиль, не закончив фразу, грубо сплюнул прямо на грязный пол.
Кузены переглянулись. Рассчитывать на помощь младшего теперь нельзя. Еще выдаст побег Эрика.
– Что, как тебе в роли зверушки на поводке, а, братец? Приказали – и ты бежишь. А пришло время – на цепь. По заслугам, не так ли? – продолжал издеваться Эмиль.
– Ты пьян и бредишь, – попытался смягчить ситуацию Камиль, потому что видел, насколько Эрику больно слышать все это от родного брата. Слишком равнодушным казался командир, но прямая спина выдавала его напряжение.
– Что, думал тебе хрустальную корону, да еще и жену с драконьей искрой отдадут? Ха! Как бы не так! Все давно решили за тебя! Твоя ненаглядная должна стать моей! А? Как тебе такой расклад?
На Эрика было страшно смотреть. Камиль не обманывался его ледяным взглядом, за маской равнодушия кипел вулкан.
– Тебя на цепь и посадили, чтоб ты не помешал нашей скоропалительной свадьбе. Подержат денек, а там и поздно будет! А после еще наших деточек воспитывать тебе отдадут, как верному псу! И ты будешь! Будешь верно служить! Защищать честь рода! Свою треклятую жизнь положишь за него!
– Все, хватит, прекрати! – Камиль решил вмешаться, пока не произошло братоубийство.
– О! Только не говори, что тебя на свадьбу не пригласили? Может, стоило позвать, потом бы было что внукам рассказать… А как будет рада невеста! Ух! Представляю… Сразу столько внимания… Только ничего у них не выйдет. Они забыли одну ма-а-аленькую деталь. Невинная и чистая душа. Обряд не завершится. А твоя девка…
На этом Эрик не выдержал. Сорвался. Младший лишь вяло уворачивался. А Камиль не стал мешать командиру, лишь следил, чтобы Эрик не переусердствовал.
Но Эмиль не все не унимался.
– Ты думаешь, эти волки за красивые глазки ее спасали… – сплюнул кровь дракон. – Да они ее…
Командир ему не дал закончить. И вряд ли Эмиль в скором времени сможет связно говорить. Камиль покачал головой.
– А тот маг, ты помнишь, как он на нее смотрел? – прохрипел младший – он все не мог успокоиться.
– Стой! – предупредил очередной удар Камиль. – Нужно выяснить, когда должна состояться церемония, и где могут держать Радмиру.
Эмиль так и остался лежать на полу. Эрик привалился к ветхому стеллажу, давая возможность вызнать все подробности кузену. Оглядевшись, Камиль понял, что кроме треклятого пойла, нет ничего, чтобы убрать кровавые разводы и умыть младшего. Подсел к Эмилю и «дядюшкиным» тоном начал ворчать:
– Вот зачем напился? Чем это тебе помогло?
– Отстань! Я все равно ничего не знаю. Церемония должна состояться на рассвете. А где Раду держат и как уговаривают – в это меня не посвящали.
И расхохотался.
– Что будем делать? – спросил Камиль, привычно ожидая команды от Эрика.
Оборотни тоже не знали, что делать. Столичный патруль схватил их в тот самый момент, когда они пытались прийти в себя. Ослепшие от яркой вспышки, потерявшие нюх от смрада, они растерялись, ощутив себя новорожденными щенками. К тому же, никто из стаи не мог внятно объяснить служителям закона, что именно произошло, и что они делают по ту стороны ограды. Вот так волки в очередной раз попали в городскую тюрьму. Единственной приятной новостью было то, что Макс пришел в себя.
В темном влажном помещении пахло крысами и гнилой соломой. Дощатые лавки были заняты городским сбродом, так что волкам оставалось лишь ютиться у грязных холодных каменных стен.
– Ты как? – осторожно спросил Кассиль.
По дороге сородичи уже поняли, что Максу стало лучше, взгляд его стал осмысленнее, действия увереннее.
– Я-то в порядке, вот только это значит, что с моей ненормальной Мари что-то случилось. А Рада вместе с ней… – Макс вздохнул. – Кто-нибудь что-нибудь понял? Увидел?
Волки лишь покачали головами. Тягостное молчание затянулось надолго. По камере разносился храп старого бродяги, было слышно, как где-то капает вода.
Кап-кап-кап. Кап.
Резало слух. Раздражало.
Волки теряют время, когда девушкам грозит смертельная опасность. И смелые оборотни ничего не могут сделать. Ни-че-го. Это сводило с ума.
– Рада выплатила долг, – сказал в пустоту Сай, – я все хотел сказать, да как– то не успел.
– Весь? Не может быть! – восхитились сородичи.
– Весь. Она молодчина! – с гордостью за сестру ответил Кассиль, и чуть тише добавил: – А еще она рассказала, с чего все началось… Может, теперь ты просветишь нас? Почему мы столько лет гонялись за ней? Мы-то думали, что наша цель – вернуть тебе невесту. Спасти глупую девчонку. А? Расскажешь?
В голосе Касса прорезались злые нотки.
– Знаешь, еще неделю назад я бы врезал тебе. А сейчас… Не знаю, что сотворила эта мелкая, но я чувствовал ее эмоции, а если она была рядом – слышал мысли. Стыдно признаться, были часы, когда я видел мир глазами Мари. У меня все в голове все перемешалось. Вы помните нашу первую встречу? – внезапно спросил Макс, имея в виду, конечно же, встречу с белкой.
– Хм, мне досталось больше всего, – улыбнулся, вспомнив, Кассиль, – я был тогда пухлым и неуклюжим.
– Да, знатно она тогда отбивалась, – ответил Сай – Но почему ты вспомнил именно те времена?
– С того дня отец каждый раз шутил, что маленькая белка одолела зубастого волка. С того дня я только и слышал – Рада то, Рада это. Хорошо же она тебе хвост скрутила! Молодец девчонка! Представляете, каково это? За обедом – смотри, ешь больше, а то опять белке проиграешь! На ночь – удалось-то от белки сбежать?.. Через месяц я готов был ее загрызть! Но вы стали слишком близки, и мне пришлось смириться. Я пытался подшучивать над ней, чтоб сама отвязалась от нас. Дразнил – а ей все нипочем было. Была бы жива мать, наверное, одернула б отца. А так… это продолжалось постоянно. Его насмешки, его поддевки… Стоило Раде подрасти, он уже рассуждал о том, что именно такая невестка ему по вкусу. А стоило ему узнать, что она может стать настоящим шаманом… то он всерьез решил, что Рада обязана стать моей женой. Знаете, однажды в пылу ссоры я крикнул ему – мол, если она так по душе тебе, сам бы и взял… Давно ведь вдовец! На какое-то время он затих. Это после уж я узнал, что отец обдумывал эту идею. Только вот какой-то заковыристый закон есть… Вот и не вышло у него самому жениться на шаманке. А после он взял и назначил мне это испытание – соблазнить ее, да так, чтоб все думали, что она моя невеста. Я у него давно просил задание. Другие волки, в ком сила была, давно прошли свои испытания и уже обживались на новых землях. Но это было не испытание! Это было унижение. Я злился. Бесился. Месяц ничего не делал. Но отец был непреклонен. Вот я, дурак, и согласился. Только не думал, что все так обернется. Я ведь все эти годы мечтал, что Рада сгинет где-то. И не смотрите на меня так. Моя ненависть к ней, моя обида на отца – все это смешалось. И ненавидеть шаманку было легче, чем отца.
