Текст книги "Честь Воина [CИ]"

Автор книги: Вита Алая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 44 страниц)

Теперь же настало их время «помогать божеству». Конструкция в центре пещеры пульсировала пугающей силой, так что подгорные мастера поспешили установить поперёк коридора руническую плиту, вплавить её прямо в стену, а для верности на этот раз ещё и обрушить тоннель перед ней со своей стороны.

Но «маги» всего этого уже не видели. Санат умирал от голода и усталости. Элесатракен, похоже, тоже потрудился больше, чем привык, так что он в человеческом облике (знак уважения?) составил Хранителю компанию на предмет отужинать у гостеприимных хозяев и отоспаться в их палатах. Правда, когда настоящий человек проснулся почти через сутки, дракона уже и след простыл.

Наконец-то большая проблема была устранена, и Санат поспешил в свой мир через обычные Врата. Окинув яснозрением обстановку на подопечной территории в целом, он не обнаружил ничего тревожного. Даже в Свободных Княжествах всё было примерно так же, как перед его уходом – подготовка к войне только началась, где-то на юго-востоке, и тучи грядущей беды сгустились ненамного.

Тогда он нашёл мысленным взором Стражей Доспехов, и сразу понял, зачем требовалось его присутствие. Оба были в крайне удручённом состоянии – искры духа тускло поблёскивали где-то у самой земли. Хотя теперь их связывали мощные энергетические узы. То есть, он пропустил их любовь. Но что же случилось потом?

К парню он опоздал – тот снова был под крылом Смерти и отягощён её тенью, причём где-то на юге. Видимо, готовился к посвящению. Вмешиваться поздно. Да и нельзя, по большому-то счёту. И как бы ни хотелось Хранителю, наверняка, дракон задержал его не зря. Хотя… стоит подать Клареду одну идею. Очень рискованную, ставящую на кон почти всё, но способную основательно спутать планы Мары и Девлона. Воплощать же её или нет, решать ему самому.

А девушка… Алрина обреталась где-то на юго-востоке и была совершенно вне себя от горя. Вот к ней-то Санат и пойдёт. У неё теперь есть амулет, созданный им когда-то на скорую руку и переданный Клареду. Это существенно облегчит поиски.

Скостив почти весь путь скоропехом, Санат решил притормозить и пойти с обычной человеческой скоростью, потому что девушка вдруг начала быстро смещаться на юг. Он направился наперерез. Мироздание подсобило, послав зажиточного крестьянина на подводе, который предложил подвезти. В благодарность Хранитель рассказал благодетелю пару легенд, которые навели того на полезные мысли по беспокоившим его житейским вопросам.

Благополучно достигнув Астена, Санат решил подождать подзадержавшуюся в дороге Стражницу там. Символично будет встретиться снова в том же городе, что и единственный раз в прошлом. В ожидании он бродил по торговым улицам и, поддавшись неясному импульсу, зашёл в книжную лавку. Там внимание его сразу привлёк тёмно-синий томик без надписей – уж больно знакомо он выглядел. Попросил посмотреть – так и есть: первая рукопись «Саги о Замке Малфир»! Как же наследник Лоринденов умудрился её потерять?

Впрочем, судя по запрошенной торговцем малой цене, он получил сокровище за бесценок, даже не подозревая, что это такое, и полагая скверно переписанной копией известной книги. А значит, принесли её мутные безграмотные личности, сиречь воры. Хвала Мелину, что направил его стопы сюда! Дабы не наводить продавца на ненужные подозрения, Санат поторговался немного и сбил ещё пятую часть цены. А потом запрятал драгоценный томик в суму и пошёл к северным воротам встречать приближавшуюся Алрину.

Глава 30

Алрина: Затворничество

После отъезда Клареда в Алрине что-то сломалось. Из неё словно вынули какие-то необходимые шестерёнки, внутренние часы остановились и механизм застыл. Дни напролёт она сидела у окна, теребя оставленный им на память палантин, и, вопреки всякой логике, ждала, что любимый передумает и вернётся. Не сможет без неё так же, как она не могла сейчас без него. Она была не в состоянии ничего делать, даже готовить. Питалась хлебом, сыром, колбасой и тинче. И то – тревога сжимала все внутренности так, что кусок в горло не лез, так что вскоре любимый кожаный наряд начал обвисать.

Но время шло и становилось очевидно, что Кларед не вернётся. Выходит, его чувства вовсе не были такими же сильными, как её! Поняв это, Алрина стала злиться, ей хотелось кого-нибудь убить. Или чтобы кто-то убил её. Если до этого она почти не выходила из дома – только чтобы купить еды, то теперь не могла оставаться там, где они ещё недавно…

Она начала отъедаться, по полдня просиживая в таверне. И выпивать. Сидела дерзко, в одном обтягивающем наряде. Когда же к ней подваливал очередной самец, польстившийся на формы и нетрезвое состояние, Алрина от души делала ему больно: то руку выкрутит, то по морде посудой зарядит, то сделает подсечку, так чтобы незадачливый ухажёр шваркнулся об скамью или стол. Втайне мечтая, что кто-то обозлится и предпримет более решительные действия где-нибудь на улице, так чтобы можно было подраться по-настоящему.

Но увы, хозяин, который не возражал против её мелких эскапад, поскольку за разбитую посуду девушка всегда платила, стал предупреждать посетителей, чтобы не связывались с нею. Тогда Алрина сменила таверну, но увы, дурная слава быстро распространилась по всему району, а ходить куда-то дальше ей было лень, чтобы потом, набравшись, не возвращаться долго домой.

Она даже подумала как-то спьяну, что, может, и стоит с кем-нибудь переспать. Забыть чёртова Наречённого, как он о ней позабыл, променяв её на эту суку Смерть… Алрина даже сходила в таверну, где не была раньше, послушала с полчаса какого-то достаточно привлекательного вояку, но когда он позвал её к себе в номер, положив руку на колено, девушку чуть не стошнило. Нет, не могла она ни с кем путаться после Клареда. Разве с ним кто-то сравнится? Прикосновение чужой руки было таким грубым, что она сбросила её и убралась восвояси, оставив мужчину в недоумении. И поняла, что так ей горя не утихомирить.

Когда развлечения иссякли, Алрина впала в тоску и начала пить дома. Однако пустоту в груди было ничем не залить. Ей казалось, что душа привязана к Клареду на верёвочке и сейчас тащит её вслед за ним с такой силой, что всё болит изнутри.

Злость её обратилась против себя и превратилась в отчаяние. Девушка ругала себя за то, что не согласилась на уговоры любимого и не отправилась назад, к нартам. Пусть это и верная смерть, но умереть было бы легче, чем перенести разлуку.

А может, он прав и у них получилось бы вместе. Даже если бы Морена заподозрила их в дурных намерениях, она никогда не действует сразу – всегда сначала играет с жертвой, как кошка с мышью, чтобы узнать слабые места, вымотать, помучить, и только потом убить. В конце концов, даже если бы ахсара сделала худшее – провернула тот же номер, что с Бреном, хедивегу не осталось бы, что терять, и уже ничто не остановило бы её от попытки стереть демоницу с лица земли прямо на месте.

Эта идея так захватила Алрину, что она спешно собралась, купила лошадь, продала ненавистные Петрины «когти корса», чтобы хватило денег выкупать подмену на княжеских заставах, и кинулась догонять Клареда. Может, ещё успеет? Если останавливаться только на ночь, чтобы поспать несколько часов…

В первый же день она одолела почти половину пути до Астена, дважды сменив лошадей и жуя чуть ли не на ходу, что найдётся готового, пока переодевали сбрую. Поспала на заставе от света до света и второй день провела точно так же в седле, несмотря на то, что отвыкшее тело ломило ещё после вчерашнего. Однако добраться до города засветло не успела – пришлось опять ночевать в придорожном заведении.

На следующее утро, направляясь в конюшню, она увидела, как на дворе мастерят какие-то временные навесы и где-то на задворках памяти шевельнулось тревожное воспоминание. Она спросила, для чего это делается, и услышала в ответ: «Так скоро ведь народ начнёт съезжаться на ярмарку, нужны дополнительные места».

Алрину словно громом поразило: если праздник весны так близко, значит, она уже опоздала! Потеряла счёт времени где-то в пьяном угаре. И ни за что не успеет в Новин до Обручения Клареда. Новость сразила её наповал, ноги подкосились, и она вернулась в таверну. Рухнула на лавку и уронила руки на голову.

Но посидеть просто так ей не дали, половой настойчиво спрашивал, что ей подать, и девушка ляпнула первое, что пришло в голову: пряного ронга. Парень почти ничем не выдал своего удивления, только спросил, что на закуску. И видя, что необычная путница в боевом наряде затрудняется с ответом, предложил на выбор соления, сыр и солонину. Алрина кивнула, не уточняя – ей вообще было не до подобных мелочей, – так что тот принёс всего понемногу.

Девушка машинально отпивала по глотку и закусывала, уставившись невидящим взглядом в пространство перед собой. Весь её мир в одночасье рухнул. Впрочем нет, он рухнул ещё тогда, когда Кларед уехал, просто она не желала этого признавать… В глазах защипало, но плакать по собственной глупости было смешно, так что Алрина сердито выпила и закусила ещё.

К концу ронга в кувшине и закусок на тарелке сытость и опьянение сыграли свою роль, придав девушке немного отчаянной бесшабашности. Какая теперь разница, чем заниматься? Но не сидеть же здесь до скончания века? Думать о том, чтобы искать сейчас работу телохранительницей, как она собиралась во время путешествия с Петрой, пробивая дорогу сквозь предубеждения о женском предназначении, совершенно не хотелось. И Алрина решила, что, раз уже двинулась на юг, имеет смысл добраться до Мелдена и попробовать поискать там тётку. Хоть какое-то занятие. Если повезёт, отсидится у той немного, может и силы появятся на что-то ещё.

Она заказала кружку горячего варева из панкрата покрепче, чтобы взбодриться – с этим замечательным напитком Клед познакомил её в Арбене. И когда вялость немного отступила, забралась в седло. Торопиться теперь было некуда, и до Астена оставалось совсем недалеко, так что девушка пустила отдохнувшего коня лёгкой рысцой. Однако по дороге на неё накатила такая безнадёга, что, когда жеребец замедлился до шага, она не стала его понукать.

Какой в этом прок? Искать тётку, восстанавливать титул… Она всё равно не сможет управлять чёртовой провинцией одна. А мысль о замужестве с кем-то иным, кроме Клареда, вызывала тошноту. С ним её жизнь внезапно показалась наполненной смыслом, и словно бы даже обрела предназначение: казалось, что все невзгоды пережиты не зря и ведут к некой важной цели, а в конце наградой маячит счастье. Теперь же… Вот что за шестерёнку она утратила – самую главную: смысл жизни, целиком и полностью. В горле застрял ком от того, что все её мучения оказались напрасными. Но слёзы не шли. Не могла она всерьёз себя пожалеть, отучили её от этого ещё в детстве. Вырванное из земли деревце, превращённое кочевниками в перекати-поле так и не смогло найти места, где пустить корни, а без этого… Зачем вообще жить?

Может, и правда, напиться да с кем-то повздорить? Нет, женщину скорее изнасилуют, чем убьют, а гнить за решёткой, где она непременно окажется, порешив насильника в городе, совсем не хотелось. Если уж погибать, то в бою. И не бездарном, а хоть смерти придать какой-либо смысл – то есть попытаться убить Морену. Но только не сейчас. Сегодня уже поздно, она отдохнёт тут немного, отоспится. А завтра подумает ещё раз.

Мир потускнел и затянутое низкими тучами небо казалось весьма подходящим к настроению. Алрина практически перестала что-либо замечать, с головой уйдя в переживание собственной никчёмности. Городские ворота Астена показались ей дверью в загробный мир, и она покорно въехала туда – стражники не задержали, несмотря на боевую экипировку. Видимо, понурость фигуры сообщила им об отсутствии опасности. Собственная жизнь давила на девушку такой неподъёмной ношей, что она того и гляди готова была свалиться в канаву и остаться лежать там. Только для этого надо было напиться…

И вдруг окружающий мрак прорезали два синих луча! Глаза Алрины сами нашли загадочного странника, столько раз являвшегося ей во снах, что она сначала не поверила. Может, она уснула в седле? Или сошла с ума? Эти нереальные, синющие глаза, сиявшие каким-то внутренним светом, разгоняли безнадёгу, словно морок. Они видели её и принимали, сопереживали и верили, тем самым словно оправдывая её существование… Разве так бывает на самом деле? Да, какое-то время так смотрел на неё и Кларед, но где он теперь?

Алрина таращилась на волшебника из «Саги о Замке Малфир», как на привидение. Ей даже в голову не пришло шевельнуться. Санат сам вышел вперёд и взял под уздцы её вяло переступавшего коня, который беспрекословно подчинился чужаку. Но только когда его тёплая сухая рука легла на её запястье, девушка поняла, что это не сон и не бред, а действительность. Она скатилась из седла прямо в объятия отшельника и неожиданно разрыдалась у него на плече – от облегчения, что не всё потеряно и кому-то ещё есть до неё дело.

* * *

Санат отвёл Алрину в какой-то не очень шумный трактир, где заказал им ужин и комнату на ночь. Она воспринимала происходящее немного как в тумане. Эта встреча наполнила её такими надеждами, что весь мир слегка поплыл и пока ещё не собрался в новую картинку. Девушка страстно жаждала того, чтобы волшебник ей всё объяснил и подсказал, что делать дальше, как спасти положение. И в то же время боялась, что он вовсе не для того встретился с нею. Что сейчас просто бросит снова пару загадочных фраз, которые лягут на её плечи непосильным грузом, и останется только пойти и сдохнуть, выполняя указание, поскольку в этом мог оказаться хоть какой-то смысл хоть для кого-то. Что в целом тоже терпимо, учитывая, как немил ей сделался белый свет после ухода Клареда обратно в Орден Смерти. Лишь бы не новые неразрешимые задачки!

Она всё порывалась завалить Саната вопросами, но тот её постоянно останавливал. Сначала заставил поесть и выпить тёплого разбавленного вина с пряностями. От горячей еды и питья в самом деле полегчало, но отшельник продолжал делать строгое лицо, пресекавшее её любопытство до того, как оно срывалось с языка. Он проводил Алрину в комнату и там, усадив на кровать, наконец, сказал:

– Я понимаю, у тебя накопилось множество вопросов. Не бойся, я отвечу на все. Раньше у меня просто не было возможности это сделать. Однако тут неподходящее место – вообще в этом городе. Так что скажи мне для начала, куда ты направлялась, чтобы я мог выбрать подходящее место и время.

– Я… – Алрина схватилась за голову. – Я не знаю, куда мне ехать и что делать теперь! Я никому не нужна. И ничего не хочу. Кроме Клареда, но…

– Да, эта тропа возможностей уже закрылась. Но ты всё-таки могла бы помочь ему в будущем.

– В каком-таком будущем? О чём вы? – саднящее горе потери снова принялось высекать слёзы из глаз девушки. – У него нет будущего, он же вот-вот обручится со Смертью!

– Смерть ещё не конец пути, – многозначительно ответил Санат. – А он, боюсь, подписывает себе приговор намного дальше. И только ты способна вырвать его душу из её цепких лап.

Смутное подтверждение догадок о том, что они оба когда-то уже жили и любили друг друга, требовало уточнения, но вопрос тут же смело внезапно засиявшей уже вполне явственной надеждой.

– Что мне нужно для этого сделать? – Алрина утёрла слёзы, мгновенно подобравшись.

– Ну, во-первых, многое узнать – от меня. А во-вторых перешагнуть свои личные интересы. Это не так просто, как кажется. Так что нам предстоит провести много времени вместе, а тебе ещё и как следует поработать над собой.

– Вы предлагаете мне стать вашей ученицей? – недоверчиво переспросила девушка.

– Ну, не в полноценном смысле. Ты не пойдёшь по моим стопам. Но всему, что понадобится для выполнения задачи, я тебя обучу. Хотя, боюсь, принимать решение, как именно действовать, тебе придётся всё-таки самой. Я лишь дам тебе необходимые знания и постараюсь воспитать умения.

– Я согласна! – выпалила Алрина, едва дождавшись окончания речи отшельника.

По какой-то неведомой причине она была уверена, что может доверять этому человеку со столь глубоким и понимающим, цепким и вселяющим веру взглядом целиком и полностью. И то, что он обещал, было лучше зайца на обед – он предлагал умение охотиться. Если она сможет всё понять и освоить – а она приложит все усилия, ведь от этого, судя по всему, теперь зависит судьба её любимого! – это лучшее, чего можно было пожелать. Возможно, новый путь на фоне старых вариантов, ни один из которых её не устраивал. Тот самый смысл, который был ей так отчаянно необходим теперь, когда она осталась совсем одна на белом свете.

– Хорошо. Тогда тебе придётся на время поселиться в уединённой местности. Не бойся, не одной, а вместе со мной. По крайней мере, основную часть времени я тоже буду проводить там. Предлагаю отправиться завтра же. Пойдём пешком, но лошадь можешь взять с собой. Только купи ей шоры. Также запасись продуктами, какие понадобятся для пропитания на несколько месяцев помимо охоты. Пастбище там будет. На меня можешь не рассчитывать – меня мать-земля прокормит. Хотя и от горячего кулеша когда-никогда я, разумеется, не откажусь.

Он положил свою сухую, крепкую, горячую ладонь на предплечье девушки, чуть сжал его и добавил, заглянув глубоко в душу:

– Доверься мне. – Алрина кивнула без тени сомнения. – А теперь ложись поспи, тебе понадобятся силы.

Повинуясь его жесту, девушка растянулась на постели и сразу провалилась в сон, даже не успев поинтересоваться, где же будет спать сам Санат – кровать в комнате была всего одна.

Спалось ей мирно и сладко, как ни разу с момента расставания с Кларедом. Даже снилось что-то хорошее, но она не поручилась бы, что возлюбленный, хотя ощущения спросонья были именно такими, словно бы время откатили на прошлое лето, и она проснулась рядом с ним, в Селвидоме, ещё никуда не спеша и ни за что не переживая.

Санат сидел на лавке со сложенными накрест ногами, как любила устраиваться наставница Ху, пока позволяли суставы. Казалось, он дремал с полузакрытыми глазами, но как только Алрина зашевелилась, тут же поднялся и сказал:

– Доброе утро! Мне надо ненадолго отлучиться, но к обеду я вернусь. Надеюсь, ты уже соберёшься в дорогу к тому времени и мы сможем пуститься в путь. Время до войны ещё есть, но не слишком много. А труд тебе предстоит немалый, так что лучше не затягивать.

Девушка кивнула, улыбаясь, и Санат ушёл, омыв её ответной тёплой улыбкой напоследок. Какой всё-таки удивительный человек! В его присутствии словно отступали тени. Сейчас Алрина совершенно не чувствовала безнадёжности и боли, чуть ли не парализовавших её в последнее время. Даже подивилась немного, что оплакивала Клареда, словно мёртвого. Впрочем, примерно так она себе и представляла ситуацию, но если волшебник говорит, что надежда ещё есть, и успех в её собственных руках, то… Это хороший повод как следует позавтракать! А то питалась чем придётся по дороге. У неё проснулся зверский аппетит.

* * *

К полудню всё было готово, и, пообедав в той же таверне, девушка с отшельником пустились в путь. На вопрос: «Куда мы идём?» Санат только покачал головой и Алрина решила, что в конце концов увидит сама. Может быть, волшебник опасался слежки, как Петра.

Они покинули Астен через те же северные ворота, какими прибыла Алрина, но вскоре свернули с Княжеского Тракта в поля. Пока всё выглядело так, будто они направлялись назад, в Селвидом. Но спустя какое-то время Санат попросил её:

– Перестань следить за дорогой, пожалуйста, иначе мы и до лета не доберёмся, куда нужно. И запахни поплотнее шоры коню.

Девушка подивилась такой просьбе, но выполнила её. Правда, с животным всё было просто, а вот заставить себя не обращать внимания на окружение у неё не получалось. Что-то внутри противилось, нашёптывая: а как же опасности, которые могут подстерегать их?

– Ты можешь начать задавать накопившиеся вопросы, – наконец сказал Санат, когда Тракт остался за пределами видимости.

Этой возможности Алрина ждала со вчерашнего вечера, поэтому живо откликнулась:

– Кто такая на самом деле Морена?

Правда, первая реакция её обескуражила:

– А кто такая Морена?

– Ну, ахсара нартов. Предводительница Народа Войны.

Похоже, Санат просто не знал подробностей в виде имён и названий. Как только он понял, о ком идёт речь, то начал давать вполне исчерпывающие ответы. И даже больше, чем могла надеяться Алрина, раскрыв пугающую изнанку мира, борьбу невидимых сил посредством человеческих рук.

Морена оказалась не просто одержимой демоном или его верховной жрицей, а воплощением частички сущности – аватарой – Мары, которую условно можно было назвать «богиней Смерти и Похоти», как, впрочем и делал Орден, в котором состоял Кларед. Хотя на самом деле Мара не была богиней в том же смысле, что Кернун, Дана, Мелвин или Херн, которых Санат называл немного иначе. Он поведал о Богах-Распорядителях, слепивших этот мир и населявших его созданий из материи, созданной их отцом. А также об их противниках, пошедших наперекор родителю, а потому отлучённых им от творения, или попросту – Проклятых. Благодаря своей хитрости они выжили при гибели старого мира и с тех пор не прекращали попыток переделать новый на свой лад. Из-за чего время от времени и случался Карандар, который вёл к изменениям Мироздания в попытке сделать его устойчивей к козням врагов.

Поведал он и о Доспехах Богов, выкованных Распорядителями для первого Карандара – войны с силами Проклятых, которые умудрились завербовать достаточно сторонников среди существ, населявших тогда ещё единый Мир. Алрина сама догадалась, что Орден Смерти – очередная такая попытка. Санат подтвердил её предположения о том, что «смертниками» и нартами движет одна и та же сила в попытке их столкнуть. Но грядущая война сама по себе на Карандар не тянет, а значит подобный выброс энергии смерти, страха и хаоса нужен им для чего-то другого. Для чего, Санат пока не знал.

Доспехи являлись «незыблемыми артефактами», мощь которых брала свой исток в Сердце Мира и была по сути божественной, неподвластной влиянию мира, в котором они находились, то есть всегда оставаясь силой высшего порядка, тогда как местная «магия» зависела от «грубости» мира, соответствовавшей его удалённости от центра Мироздания. Да, оказалось, что мир людей не единственный и находится примерно посередине, а другие миры населяют иные существа. Души же, по мере «взросления» воплощаются в разных мирах, постепенно поднимаясь от более «грубых» к более «тонким», приближённым к Обители Богов и просвещённым их влиянием.

Эта часть оказалась очень трудной для понимания, но Санат сказал, чтобы Алрина не забивала себе голову, поскольку для дела это не важно. Достаточно знать, что сила Доспехов способна помочь Проклятым взломать Сердце Мира, если те соберут их все вместе. Впрочем, Доспехи разбросаны по разным мирам, являясь отчасти «маяками» Божественного Света в каждом из них. Но если эти артефакты попадали в руки Проклятых, как случилось теперь, то усиливали их влияние на данный мир. Именно поэтому Санат пытался внушить Алрине во сне, чтобы та забрала Меч Кернуна при побеге.

Тут у девушки возник закономерный вопрос:

– Если вы всё это время следили за мной, почему же не пришли на помощь раньше?

– К сожалению, я опоздал к разорению Кастердома, когда Мара заполучила Меч в руки своей аватары. Тебе к тому времени уже затёрли память, и я решил, что лучше всё оставить на своих местах. Только провёл Клареда до Ладоней Смерти в Мохавене.

– Как?! – возмутилась Алрина. – Вы сами толкнули его в лапы Мары?! Зная о том, что она из себя представляет?!

– Не горячись, душенька, – мягко осадил её Санат. – Да, я многое знаю и умею в сравнении с обычным человеком, но именно поэтому мне запрещено вмешиваться в дела людей напрямую. Запрещено самим Мелином, то есть, по-вашему – Мелвином, создателем людей и покровителем вашего мира. Но даже без его запрета, есть законы, по которым работают судьбы. И в соответствии с ними, я не могу взять на себя решение чужих задач. Это было бы равносильно лишению возможности роста. Рост происходит только через выбор, который вы всегда должны делать сами.

Алрина фыркнула, желая возразить, что у неё не было выбора, когда её забрали на воспитание нарты, но Санат остановил её назидательно поднятым пальцем в знак того, что ещё не закончил.

– Для того, чтобы сделать выбор, нужно сначала прийти к каким-то выводам, а для этого – пережить некий опыт, чего за человека сделать никто не в состоянии. Вот почему я оставил вас там, где нашёл, или, в случае Клареда, куда он стремился. Лишь присматривал одним глазом, пока решал другие проблемы, устроенные Проклятыми, которые были по плечу только мне, а значит ими я имел право заняться. Ну и попутно выяснял, что это за Обители Смерти такие. Они возникли за время моего отшельничества, в которое я ухожу время от времени, чтобы поддерживать жизнь в этом теле намного дольше, чем велит человеческий век. Видимо, Проклятые специально дожидались нужного момента, чтобы я не разгадал их планы на той стадии, когда их ещё легко разрушить парой встрясок ключевых лиц. Таких, которые заставят их вспомнить о душе и отринуть посулы тёмных сил, взывающие к пока ещё не проработанным сторонам натуры.

На каждый ответ Саната в голове Алрины возникал целый рой новых вопросов, но сейчас она выбрала наиболее животрепещущий:

– А почему вы вообще следили именно за нами?

И снова отшельник по-доброму улыбнулся, одним взглядом снимая подозрения привыкшей везде ожидать подвоха сироты:

– Потому что ваши души связаны с Доспехами, вы их Стражи, и каждый раз воплощаетесь тогда, когда им что-нибудь грозит.

– Значит, мы уже встречались? – задумчиво уточнила Алрина. Одно дело предполагать и совсем другое – узнать наверняка.

– Всё верно. Ты что-то вспомнила?

– Нам обоим являлись видения, когда мы… особенно тесно взаимодействовали.

– И что же именно вы видели?

– Мы… наверное, мы были какими-то другими существами, не людьми, раз вы говорите, что их много. Высокие такие, тонкие гибкие. Я… отвергла его, хотя любила, не знаю, почему. А он куда-то уплыл на корабле и там погиб…

Когда девушка произнесла это вслух, ей вдруг показалось, что они вдвоём обречены вечно любить и терять друг друга… Она хотела спросить, как работают судьбы и возможно ли такое, но не смогла подобрать слов. Вместо этого поинтересовалась:

– А мы с вами?..

– Да, мы тоже встречались, – подтвердил волшебник, но не стал вдаваться в подробности.

Наверное, именно поэтому Санат вызывал у неё доверие – когда-то в прошлом она уже убеждалась, что на него можно положиться. Да и Кларед казался таким родным не зря…

Мысли роились, перескакивая с одной тайны, над которой Санат открывал завесу, на другую, и Алрина погрузилась в себя, пытаясь разложить новые сведения по полочкам в голове. Впрочем, как ни странно, всё это казалось логичным и правильным. Возможно, когда-то уже известным? Сейчас она не всё понимала, но…

– А тем, что вы мне сейчас это всё поясняете и собрались меня чему-то учить, вы разве не вмешиваетесь?

– Не больше, чем Мара вмешалась, захватив тело бедной больной дочки нартского вождя. Основной закон равновесия позволяет мне помогать, когда люди сталкиваются с силами, которые выше их понимания. Как сейчас.

– Жаль, что вы не пришли на помощь раньше, когда Кларед ещё не решил вернуться в Орден, – с горечью сказала Алрина. – Он ведь сделал это только ради того, чтобы сразиться с Мореной. Мы оба так старались увидеть вас во сне…

– Я был тогда в другом мире, – вздохнул Санат. – Исправлял последствия вмешательства, которое могло расшатать равновесие во всём Мироздании. Но пути Мелина неисповедимы, и им лучше доверять. Вселенная и каждое существо в ней взаимодействуют настолько сложным способом, что любой механик, попытавшийся построить модель, сошёл бы с ума. Возможно, мальчик должен был уйти, чтобы ты впала в отчаяние и стала готовой пройти обучение. Но почти наверняка – не только для этого. Так обычно бывает, что за всеми последствиями не уследишь. Например, Кларед может повлиять на Орден в лучшую сторону, если рискнёт. И мало ли почему ещё события сплелись именно так, а не иначе.

– Это как же он может повлиять на Орден? – заинтересовалась Алрина.

– Давай не будем углубляться в те решения, которые зависят не от нас. Этот путь никуда не ведёт. Вот тебе, кстати, первый урок: твоя судьба зависит только от тебя самой. Никогда не списывай свои неудачи на обстоятельства или чужие действия. Иначе ты отдаёшь власть над собой им.

– Это как же, интересно, я могла повлиять на нартов, которые разорили наш замок? – ощетинилась Алрина.

– А почему они не убили тебя? – прищурился в ответ Санат.

– Я… зарезала человека, который убил мою маму. Случайно. Просто ткнула ножом куда попало, ну и попала, видимо… Да, в одну из «точек смерти».

– Тогда держи второй урок: случайностей не бывает. Ты проявила себя в том качестве, которое нарты уважают – боевой дух. Тоже отнюдь не случайно – ты уже была воином в прошлых жизнях. И заметь, в результате ты оказалась не где-нибудь, а под боком у аватары Мары в непосредственной близости от Меча.

– Обалдеть, – поразилась Алрина.

Ей на миг открылась невероятная картина из случайных, казалось бы, переплетений событий, при этом ведущих туда, где, по идее, и надлежало находиться.

– Вот-вот, – кивнул Санат.

– Но всё-таки. Вот Морена так надо мной издевалась… Или сама Мара, не знаю. Там под её дудку, похоже, много кто пляшет, та же Барама…

– Эта старая перечница ещё жива? – удивлённо приподнял бровь отшельник.

– Да. Она, можно сказать выпестовала эту аватару, и я думаю, подговорила Альвейд убить мою подругу. А потом Морена убила моего мужчину… Чего они этим добивались? И как я могла на это повлиять? – всё-таки девушке было неясно, как понимать первый урок.

– Скорее всего, они хотели сломить тебя, чтобы погасить память о божественном свете, которая даёт тебе силы противиться тьме. Но ты невнимательна. Я сказал, что лишь твоя судьба в твоих руках. Этим людям ты, скорее всего, помочь ничем не могла. И нам не узнать, каким образом их смерть вписывается в Божественный Гобелен Событий. Главное то, как ты отреагировала на это.

Алрина поёжилась. Ей не казалось, что она приняла удары судьбы достойно. Помнится, эти смерти её чуть не сломили. И застряли такой занозой в душе, что не достать: когда дело касается Морены, она ведь боится, как загнанный заяц, боится новой боли и потери дорогих людей. Из-за этого она не захотела рискнуть вместе с Кларедом и теперь потеряла его…

– Мне кажется, знай я о своей высокой миссии Стражницы Доспехов, повела бы себя лучше… – с лёгким упрёком заметила она.