Текст книги "Честь Воина [CИ]"

Автор книги: Вита Алая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 44 страниц)

Annotation

Роман из цикла «Доспехи Богов» в моём Мире Омана. Жизнь или Смерть? Любовь или Честь? Что выберешь ты, когда жернова судьбы попытаются стереть тебя в порошок? А демоны и ангелы шепчут в мозг каждый своё… И ты даже не догадываешься, сколь многое зависит именно от тебя. Обложку на этот раз делал не я. Тут автор постаралась. Впрочем, как и с иллюстрациями

Алая Вита

Пролог.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Интерлюдия 1

Глава 8

Глава 9

Интелюдия 2

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Интерлюдия 3

Глава 16

Глава 17

Интерлюдия 4

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Интерлюдия 5

Глава 26

Глава 28

Глава 29

Интерлюдия 6

Глава 30

Глава 31

notes

1

Алая Вита

Честь Воина

Пролог.

Время Великой Игры

Сладок запах крови смертных! Но ещё слаще их ужас и ярость, и ненависть, и проклятия последних вздохов. А сейчас в Седьмом Корневом Мире было настоящее пиршество! Кулак Смерти вырезал нартскую деревню. Эти отступники Народа Войны посмели уйти из Своры и осесть! К изначальной горстке постепенно присоединялись люди из других Свор. Так недолго и всё племя совратить с проторенного для них злой волей пути.

К сожалению, быстро найти отступников не удалось, поскольку они отреклись от насилия, и деревня успела разрастись. Но в конечном итоге её крылатый миньон отследил кровавую ссору из-за женщины среди новоприбывших. Послать туда карателей было делом недолгим. А теперь огромная бабочка-рыскунья послушно выкачивала для неё всю пригодную энергию из этого бедлама.

Истошные вопли детей, отчаянные визги женщин, яростные кличи воинов  – смерть собирала обильную жатву. Она пожинала её, Мара! И искажённое её подсказками искусство боя нартов, некогда перенятое у валлов, могло послужить лишь жестокости битвы, но не оставляло им шансов против её верных слуг  – Воинов Смерти. Так густо текла кровь, так мощно бил фонтан предсмертных страстей, опьяняя, насыщая Мару!

Внезапно всю эту восхитительную энергию единым махом вырвали из неё, доставляя болезненное, жгучее, сладострастное, знакомое наслаждение.

Мой Повелитель…

А затем десятикратно увеличенный плотный сгусток невероятной мощи почти на грани того, что она могла выдержать, вернулся к Маре, и прогремел Его Глас:

Время пришло!

О да! Наконец-то! Все вековые планы… Сейчас, через миг, ещё миг невыносимого блаженства!.. Мара содрогнулась в экстазе, исторгнув торжествующий вопль. Волнами разошлась по мирам сладость ярости. И всё было кончено. Слишком быстро, как всегда слишком быстро. Но ничего. Скоро она заслужит большее  – сидеть одесную Его и править Мирами. Ей осталось лишь воплотить столь тщательно подготовленный план.

Однако не следует оставлять столько отборного лакомства для диких духов. В деревне была колдунья, без которой всё давно уже кончилось бы, хотя результат не был бы столь впечатляющ. Гнев и отчаяние колдуньи; ярость, насланная ею на самых свирепых воинов; ужас и ненависть, раздирающие менее храбрых; паника немногих оставшихся в живых сельчан; душераздирающее страдание покалеченных матерей, тщетно силящихся прийти на помощь своим детям; преодолённая боль множества ран Солдат Смерти, которых не так-то просто вывести из строя…. Это был котёл, создающий варево невообразимой крепости, приправленное всеми мыслимыми «пряностями», и оно продолжало кипеть, источая восхитительный аромат.

Но сейчас не время пировать. Эта сила пригодится позже. Пора заканчивать представление. Как хорошо, что здесь есть Обручённый с ней  – предводитель отряда, Кинжал Смерти! В руках у него положенный по званию меч из «небесного металла», а попросту говоря, из другого мира. И эта тёмная сталь с сизым отливом работает не только на физическом плане, но и на тонком, наверняка разя владеющих магией. Меч ей, кстати, тоже потом пригодится.

Сквозь свою персональную дверку в сознании Кинжала Мара послала ему вспышку просветления, указующую, где засела колдунья, которую сам он не мог увидеть из-за чар. Воин смерчом пронёсся среди стоявших на пути отступников, в мгновение ока ставших трупами, и молнией метнулся в указанный дом.

Колдунья увидела свой конец издалека, и ненависть вспыхнула в ней так ярко, что Мара без труда метнула по этому широкому каналу в её слабенькие мозги рецепт смертоносного заклятья, импульс к его сотворению и немного свей силы для осуществления.

Зайдясь в ужасающем вопле, колдунья воздела руки и в миг, когда воин снёс ей голову, взорвалась яростным пламенем, в которое вложила все остатки своей жизненной силы.

Всплеск разрушительной энергии мгновенно превратил в прах всё близлежащее. От тел воина и колдуньи ничего не осталось. За взрывом, уничтожившим дом, раздался оглушительный гром, от которого треснули в округе всё кости. Потом взметнулся ураганный ветер, швырнувший осколки из центра с такой скоростью, что они прошили всё уцелевшее. Этот шквал, вмиг прокатившись до околицы, прекратился так же внезапно, как начался. Вокруг деревни поднялась туча мелкого мусора, щепок и ошмётков плоти, очерчивая края купола. Больше в деревне не осталось ничего живого или целого. И теперь вся эта аппетитная мощная смесь жестокого насилия будет ждать своего часа в неприкосновенности.

…Долгое мгновение длилась обещанная свадьба, к которой Обручённый со Смертью всегда был готов, которой он добивался. Воин узрел наконец истинную, сияющую и прекрасную ипостась своей единственной наречённой, которой служил верой и правдой. Восхищение и благоговение в его глазах взорвались восторгом, и душа взлетела ввысь.

Он был настолько ослеплён наступлением обещанного с юности счастья, что едва заметил свет Сердца Мира в конце туннеля. В предвкушении неземного блаженства он рванулся в указанный ею боковой коридор, и, получив в награду прямое прикосновение, отправился в Чертог Смерти, ожидать воплощения. Ещё одна душа для великого замысла, ещё один совершенный воин, который в назначенный час встанет на победную битву за власть над Мирами. Вот тогда Богам придется наконец потесниться, и справедливость восторжествует!..

Теперь можно заняться в меру своих  – ох, немалых! – сил расстановкой действующих лиц по надлежащим местам. Придётся рискнуть и воплотиться, чтобы верней обеспечить нужное развитие событий и судеб тех, кто должен сыграть ключевую роль. Эти души она давно не выпускала из виду, но влиять на них из-за грани Мира получалось плохо, хотя Мара и не оставляла попыток.

Некстати ей вспомнилось проклятие Самана: «Коль коснётся щеки подчинённой тобою души хоть одна слезинка сочувствия, в тот же миг потеряешь ты всякую власть и отправишься в Путь». Ненавистный божок!

Искра злости Мары, досадливо сплюнутая в мир, зажгла в чьём-то сердце ненависть и простая ссора превратилась в поножовщину. Сласть! Проглотив эту каплю, она засмеялась, вселяя тёмную радость убийства в поддавшуюся ей душу. Ничего! На всякую структуру, что нельзя разрушить, найдётся свой обходной путь.

Барама! Барама!! Мне нужно дитя со слабой душой. Если это будет дочь вождя, тем лучше! Как? Не мне тебя учить. Позаботься о тельце. Как будешь готова  – молись! Я пришлю тебе душонку кого-нибудь из самоубийц. И ещё. Скоро станет много работы для ваших мечей. Беритесь за всё, что предложат. И смотри внимательно  – ты знаешь, кого я ищу.

Старая Барама, обязанная Маре своим бессмертным существованием во избежание божьей кары, знала у и умела много. И она-то уж расстарается. Ещё бы! Ей ведь не хочется гнить в персональном аду пару вечностей, а потом начинать всё сначала.

Следующим делом, Мара вызвала Меч Смерти в Арку и приказала прекратить посылать Кулаки Смерти на истребление нартских деревень, сообщив, что враги изменили тактику и теперь опасности надо ждать с северо-запада.

Вот она – награда за безупречную работу: работающий, как часы, смертоносный механизм! Воины Смерти выполнят любой приказ – ведь она их богиня и покровительница. А могут эти ребята больше, чем кто-либо в этом мире, она сама об этом позаботилась чуть больше века назад. И они будут готовы, когда понадобится. Всё, что требовалось для вечной кровной вражды с нартами, уже сделано, и сейчас для исполнения плана Маре требовалось оградить одних своих подопечных от других. Барама сделает своё дело с другой стороны.

А теперь разожжём тот пожар, на котором должен вскипеть эликсир нашей мести! Лёгкими прикосновениями прошлась Мара по сердцам свободных баронов, разжигая из тлевших в их душе искорок яркое пламя костров зависти, жадности, ненависти… Скоро станет жарко от звона оружия в приграничной полосе. Алые сполохи смеха пробежали по всей сущности Мары. Настал её звёздный час.

* * *

Из небытия возникло видение: по тёмному безбрежному пространству легко шагала женщина гигантского роста и невиданной красы. Но красота эта вовсе не грела сердце, ибо была неживой. Совершенные черты лица, словно нарисованные тушью на бледном мраморе, обрамлял чёрный шёлк волос, стекающий по хрупким плечам на осиную талию. Часть прядей плавно колыхалась за спиной, как русалочьи волосы в медленной воде. Точёная фигура мерцала холодным, замогильным светом.

Левой ладонью женщина крепко сжимала намотанный на узкое запястье канат. Точнее, это был длиннющий хвост огромной бабочки. По её пушистым чёрным крыльям струились яркие лиловые узоры, при взгляде на которые начинала кружиться голова, потому что линии постоянно менялись, извиваясь в неком хаотичном танце.

Вокруг ничего не было видно, но бабочка словно бы рыскала над невидимым полем в поисках цветов, а женщина двигалась за ней. Когда во тьме вспыхивали бледные пятнышки, похожие на болотные огни, бабочка немедленно устремлялась туда и высасывала их. Женщина при этом довольно улыбалась, облизывая синим языком свои лиловые губы.

Постепенно стало ясно, что огни выстраиваются длинной цепочкой. Это было странно и тревожно. Обычно вспышек насилия больше в густо населённых районах, которые так или иначе тяготеют к форме куч. Но чем можно объяснить массу отдельных случаев, растянутых на сотни километров?

Женщина отпустила бабочку пастись на странной «дорожке» из огоньков, а сама прошла чуть дальше – туда, где присутствовал лишь тусклый фон подсветки: местность явно населённая, но, видимо, с суровыми условиями жизни.

Красавица присела на корточки и какое-то время вглядывалась в то, что там происходит. Потом довольно улыбнулась, простёрла гигантскую ладонь и выпустила на Землю свою маленькую копию – аватару размером с обычного человека. Та шагнула в мир с улыбкой абсолютного превосходства, оставляя за собой тошнотворный дымок дурных намерений.

Аватара дошла до стоянки кочевников, но никто там не видел её, кроме одной старой колдуньи. Та обрадовалась и повела Проклятую в шатёр вождя, где лежала больная малышка. Колдунья зажгла чадящие травы, всю ночь бубнила тягучие непонятные колдовские напевы, а к утру копия слилась с девочкой и исчезла. Огромная женщина вдруг засмеялась, и этот смех пронёсся жутким эхом по пространству, вселяя в душу леденящий ужас… Однозначно, затевается что-то серьёзное.

«Пора просыпаться», – подумал Волхв.

– Не спеши, – прилетел из-за пределов мира бесплотный голос, напоминающий весенний ручей.

«Но Мара снова воплотилась. Лично».

– Тебе ничего не сделать, пока всё не завертится, – снова зажурчал ручей. – А до этого ещё лет семь минимум. Главные действующие лица, которым ты должен помочь, пока под стол пешком ходят.

«Как всегда, без памяти?»

– Конечно. Ты же знаешь, в этом мире так положено. Восстанавливайся дальше, иначе запаса жизненных сил не хватит, чтобы довести эту историю до конца.

«Повинуюсь твоей мудрости, Мелин», – почтительно ответствовал Волхв и вернулся в свой долгий транс под болотом.

Глава 1

Кларед: Третий сын

– Таким образом, если построить солдат сплошным строем, то в эти два квадрата войдёт столько же, сколько вот в этот один, – сказал мэтр Пойчиг, заканчивая чертёж на доске, и чихнул.

Он чихал каждый раз, когда брал в руки мел. Гармин, специально ждавший этого момента, плюнул косточкой балины через тростинку в затылок старшему брату. Полдор дёрнулся и обернулся, грозя тому кулаком. Кларед, сидевший последним, шумно вздохнул: иногда ему казалось, что он родился младшим по ошибке.

Преподаватель услышал шум и тоже повернулся. Но Гармин уже спрятал своё оружие и принял примерную позу. Очевидно, задумка была выставить Полдора нерадивым учеником. Однако новый учитель уже разобрался, кто из братьев чего стоит, и решил устроить «воспитательный момент»:

– Мессир Гармин, можешь повторить своими словами, как ты понял то, что я только что рассказал?

Гармин, совершенно точно его не слушавший, выжидая момент для выстрела, не растерялся:

– Мэтр Талис объяснил нам это проще: «салидорские штаны во все стороны равны». Ну, они там реально носят штаны такого покроя.

– И какие практические выводы ты можешь из этого сделать?

Вот тут Гармин слегка растерялся. Если дать ему в руки любые предметы, он мигом что-нибудь соорудит, но попытка сделать то же самое в уме неизменно приводит его в ступор.

Кларед, сидевший позади всех, поднял руку. Если во всём соблюдать иерархию, то, пока до него дойдёт очередь, самые лёгкие варианты уже назовут, и он опять покажется глупым, не зная, что ответить. А тут уж, раз начали не по старшинству…

– Прошу, мессир Кларед.

– Это значит, что бежать наискосок короче, чем по дорожкам, если они квадратные.

– Квадратные дорожки? – учитель насмешливо приподнял бровь. Гармин с готовностью заржал.

– Ну не квадратные, – поморщился Кларед, – а эти, как их… перпиди… перди… – Гармин заржал ещё громче. – Тьфу!

– Мессир Гармин, не поможешь брату? – похоже, потешаться над этим мэтром себе дороже.

– Не, извините, я сам это выговаривать не умею! – Гармин всегда брал наглостью там, где не мог взять умом.

– Ладно, – сжалился преподаватель. – Пер-пен-ди-ку-лярные у вас тут дорожки. Но в целом мессир Кларед прав, хоть и не совсем по последней теме. Молодец. Мессир Полдор?

– Если строить треугольное здание, то камней на длинную стену уйдёт столько же, сколько на две, что покороче.

– Великолепное применение! Но не совсем верный вывод. Ведь стены могут быть разной высоты, а?

Полдор задумался на минуту, что-то вычерчивая пальцами по столу, потом вскинулся:

– Ну тогда, если высота будет такой же, как длина.

– Но ведь длины у малых и большого квадрата – разные.

– Точно, – с досадой хлопнул себя по лбу Полдор.

В этот момент в класс зашёл отец.

– Ну как тут мои отпрыски?

– Неплохо, неплохо, сир Марвик. Вы что-то хотели?

– Вы закончили?

– Ну, с этой темой, пожалуй, да.

– Тогда урок истории сегодня проведу я. Вы можете быть свободны.

Мэтр Пойчиг поклонился, собрал свои принадлежности, ещё дважды чихнув, и ретировался. За это время братья, заинтригованные таким поворотом, успели переглянуться. Но, похоже, никто не догадывался, что на уме у отца, обычно не занимавшегося их учёбой.

– Идёмте в библиотеку, дети мои, – сказал тот, выждав, пока затихнут шаги учителя.

Подрастающее поколение Лоринденов с энтузиазмом переместилось за главой семейства в соседнюю комнату побольше. Отец плотно прикрыл двери, зажёг канделябры, задёрнул шторы на окнах.

У мальчишек от таких приготовлений любопытство разгорелось до невозможности. Они строили друг другу вопросительно-непонимающие рожи, но никто не смел нарушать молчание из уважения к отцу. Это им накрепко вбили с самого детства.

Наконец лорд Марвик расположился в кресле за читальным столиком, жестом велев им садиться на кушетку напротив. И когда все устроились, начал с вопроса:

– Кто-нибудь из вас читал «Сагу о замке Малфир»?

Кларед осторожно взглянул на братьев и несмело поднял руку, слегка опасаясь, что его отругают за «взрослое» чтиво. Но к счастью, оказалось, вопрос был задан не в воспитательных целях. Отец лишь неопределённо хмыкнул.

– А братьям сюжет рассказывал?

Полдор и Гармин закивали, видя, что признание им ничем не грозит. Последний при этом глупо ухмылялся, потому как сюжет там был, что называется, пикантный. Отец слегка закатил глаза, но снова не стал никого отчитывать. Старшие братья расслабились, а вот Кларед, наоборот, почему-то напрягся. Для него в этой книге было что-то волнующее, но вовсе не любовные похождения. Просто сердце иногда пропускало удары, когда он читал некоторые сцены, и сейчас случилось то же самое.

– В общем, роман этот написан, как любовная история, и потому не рекомендуется к прочтению таким юнцам. Но нас сейчас интересует не это. Мне только проще, раз уж вы знаете содержание. Помните, чем лорд Марлин сразил князя Кагара?

Старшие братья переглянулись, а Кларед, на самом деле прочитавший эту книгу уже несколько раз, уверенно ответил:

– Мечом, который он нашёл в пещере под горой по подсказке мудрого волшебника.

Отец кивнул, помолчал, потом со вздохом сказал:

– То, что я сейчас расскажу, должно навсегда остаться тайной, известной только нашей семье. И я попрошу вас поклясться в этом сердцем вашей матушки, леди Этлины.

Вот теперь, всех мальчишек пробрала серьёзность происходящего. Старшие перестали ёрзать, а Кларед, не дожидаясь своей очереди, первым выпалил:

– Клянусь!

Сердце его непонятно стучало, казалось, вот сейчас наконец он поймёт, что его так взволновало в той книге. Порицания за несоблюдение старшинства не последовало, что лишний раз подчёркивало необычность момента. Полдор и Гармин по очереди повторили его клятву. И тогда отец выдал:

– На самом деле мы потомки оруженосца лорда Марлина, и этот меч хранится у нас в подземелье.

Пацаны встрепенулись, переглянулись, заёрзали, только Кларед неотрывно смотрел на отца и, затаив дыхание, ждал продолжения. Хвала богам, тот не разочаровал:

– Сейчас мы все вместе незаметно туда спустимся, и я покажу вам место. Вы все должны знать его, на случай, если со мной что-то станется. И понимать, как важно хранить это в тайне. Идёмте. Остальное я объясню вам на месте.

Притихшие мальчики последовали за отцом на первый этаж, дождались, пока пройдут слуги, и нырнули под лестницу. Отец передал Полдору малый канделябр, взятый из библиотеки, отодвинул с дальней стены большую облезлую шкуру и показал камень, который следовало надавить.

Камень ушёл вглубь, что-то щёлкнуло, и отец навалился плечом на стену, которая оказалась замаскированной под кладку дверью. Пацаны восторженно переглянулись: как так, в их замке есть тайное подземелье! Это же круто! Возгласы восторга готовы были прорваться, но всё же авторитет отца удерживал их от подобных проявлений. Они только шумно дышали.

– Эту дверь важно регулярно смазывать, чтобы не скрипела. Вот тут шарниры, тут запор и тут петли. Но ни в коем случае не привлекать слуг. Подойдёт любое жидкое масло. Можно и с кухни, но лучше всего салидорское, которое мы используем для железных инструментов. У кузнеца всегда есть запас. Этим должен заниматься глава семьи, где-то раз в месяц. Позже я вам по очереди покажу, как это делается. Всем понятно?

Он дождался, пока каждый из братьев подтвердит понимание вслух, как было у них заведено, и жестом пригласил их войти. Мальчики в порядке старшинства гуськом втянулись в узкий коридор, отец зашёл последним.

За стеной было холодно и сыро. Но не душно – огонь свечей колебал какой-то сквозняк. Отец задвинул за собой дверь и трепетание пламени прекратилось. Он протиснулся вперёд, забрал у Полдора канделябр и повёл их вперёд.

Пройдя шагов десять, они упёрлись в стену. Повернули налево, спустились по лестнице без перил, идущей вдоль кладки, и оказались в небольшом зале с земляным полом. Вперёд уходил низкий коридор, но отец лишь махнул рукой в ту сторону:

– Раньше там был потайной выход из замка, но он обвалился ещё лет двадцать назад, когда с горы сошёл сель. Сейчас мы копаем другой, с выходом со двора. Потому что здесь теперь хранится более важная тайна, чем жизни нашей семьи, и лучше вообще никому не знать про это подземелье. Понимаете?

У Клареда снова странно стукнуло сердце. Он опять вне очереди ляпнул «да» и покосился на братьев: как они воспримут эти слова? Парни притихли, слегка ошеломлённые таким заявлением. Тринадцатилетний Гармин чесал в затылке, словно прикидывая, стоит ли подобных хлопот любая вещь. К счастью, наследником был Полдор, которому скоро стукнет пятнадцать. Он воспринимал все обязанности главы семьи, как должное, даже такие необычные, и степенно согласился:

– Понимаю, отец.

Лорд Марвик пристально оглядел сыновей и задержал взгляд на Гармине. Тот со вздохом вынул пятерню из своей по-маминому рыжеватой шевелюры и буркнул своё «да». Лишь тогда отец продолжил:

– Конечно, в идеале надо сохранить и семью, и меч. И только для этого его разрешается использовать в бою, но лишь в самом крайнем случае, если вам грозит полное уничтожение. Поэтому один из вас обязательно должен стать искусным воином, как дядя Белтар. И защищать замок любой ценой, пока это возможно. А если придётся его покинуть, унести меч с собой и спрятать где-то в другом, не менее надёжном месте.

Мальчишки снова переглянулись: кто из них больше подходит на эту роль? Но похоже, отец вовсе не предлагал им взвалить на себя ответственность:

– Не трудитесь. Меч сделает выбор за вас, – удивил он их и полез за пазуху, обернувшись к глухой стене под лестницей.

Большой крестообразный ключ с ажурной бородкой, висевший у него на цепочке, вставлялся в узкую щель между камней и проворачивался явно с трудом. При этом из-за камней доносился глухой скрежет. Дверь была такой же имитацией кладки, как наверху, но с другим механизмом. Протолкнув её внутрь, отец показал железные штыри, утопленные в проём.

– Смотрите, эту дверь тоже надо смазывать. Замочную скважину, вот эти засовы, а также шарниры на полу и петли. Запоминайте, потому что, как я сказал, это обязанность главы семьи, а защитником меча и главой семьи могут быть разные люди. Но знать это должны все мужчины, на тот случай, если кто-то из них надолго уедет или погибнет. Это понятно?

Лорд Марвик снова внимательно оглядел сыновей, и каждый из них поспешно выпалил своё «да» – им не терпелось увидеть загадочный меч. Но отец задержал их ещё на минуту:

– Также вы должны знать, что это задняя стена фундамента замка. Поэтому, если здание по какой-то причине обрушится, и доступ сюда будет перекрыт, надо копать снаружи, ровно посередине стены, чтобы извлечь меч и перепрятать его. Ясно?

Парни задакали ещё быстрее. Наконец, отец прошёл внутрь, а сыновья – за ним.

Преодолев толщу фундамента, Лориндены оказались в глухой землянке с каменными стенами и бревенчатым потолком. У одной стены стояла лавка, у другой – обитый железом ларь, а в центре лежал огромный камень.

Обведя помещение рукой с канделябром, лорд Марвик указал на дальнюю от входа стену.

– Здесь мы с братом сделаем запасной выход к погребу, из которого сейчас копают туннель за стены замка на случай, если придётся бежать из осады. Но выходом этим можно будет воспользоваться лишь один раз. И желательно только хранителю меча. Мы не сможем сделать такие же потайные двери, как те, что ведут сюда. Говорят, их мастерили ещё гномы, которых теперь многие считают сказками. Но мой дед клялся, что это правда, и сам он видал парочку в молодости. Впрочем, сейчас это неважно. Мы аккуратно пробьём выход в стене и заложим его камнями полегче, чтобы знающий секрет мог легко развалить их в случае надобности. Запомнили?

Братья привычно по очереди подтвердили. Отец поставил канделябр на ларь и удивительно легко отодвинул валун в свободный угол.

– Это вулканический камень, – пояснил лорд Марвик, видя округлившиеся глаза сыновей. – Он пористый и намного легче, чем кажется. Вы не туда смотрите, – и он нагнулся к дощатой дверке на полу, до этого скрытой под глыбой.

Ребята затаили дыхание и вытянули шеи, стремясь заглянуть в ящик, закопанный вровень с землёй, откуда отец достал длинный свёрток из кож. Положил на ларь, развязал тесёмки и извлёк чудное оружие в необычных ножнах.

Одни только эти ножны из светлой кожи казались работой ювелира: серебряные устье и наконечник были украшены тонкими золотыми узорами, и такое же тиснение шло по коже между ними. Кроме того, они были слишком тонкие и длинные.

Из ножен торчала загнутая вперёд крестовина из какого-то необычного белого металла – не такого яркого, как серебро, но намного светлее стали. Рукоять была обмотана ореховой кожаной тесьмой, а навершие сделано из похожего на густой мёд камня. Вот уж действительно невидаль!

Лорд Марвик с заметным усилием освободил из ножен непривычно длинный и узкий клинок из светлого желтоватого металла, который как будто засиял, ярче осветив помещение. Конечно, так только казалось из-за гладкой полировки, отражающей пламя свечей, но у Клареда всё равно вырвался громкий вздох.

Он влюбился, с первого взгляда. Никогда бы не подумал, что объектом его чувств станет меч, но бешено заколотившееся сердце, сладкое нытьё в груди и острая жажда обладания в точности соответствовали описанию романтических переживаний в парочке прочитанных отроком «взрослых» книг.

Отец поспешил положить меч на лавку, едва не уронив его, словно тот весил пуда три, и сделал жест сыновьям:

– Попробуйте его поднять.

Первым, как загипнотизированный, приблизился Полдор. Взялся за рукоять, подёргал, потом обхватил её обеими руками и, пыхтя, едва оторвал гарду от лавки, но тут же уронил.

Повинуясь жесту отца, Гармин нехотя пошёл следующим. Тужился-тужился – аж вспотел, но не смог даже приподнять.

Наконец, дошла очередь до Клареда, но он застыл. Если даже отец с трудом переместил этот меч, старший брат еле поднял наполовину, а средний и вовсе не смог, то на что надеяться ему, самому младшему и щуплому среди родни?

К счастью его не торопили, но Клареду и самому так сильно хотелось обладать этим клинком, что он как никогда горячо взмолился богам, собрал в кулак всю свою пока невеликую волю и сделал шаг вперёд. Дрожащими ладонями обхватил тёплую от братских стараний рукоять… Замер на пару вздохов, страстно заклиная меч покориться – это казалось необходимым, как воздух – и поднял его. Поднял!

Кларед чуть не захлебнулся от восторга! Из горла его вырвался торжествующий вскрик. Меч даже не показался ему особо тяжёлым. Он попробовал взмахнуть – получилось. Не очень ровно, и крепости рук ещё явно не хватало, но ведь получилось! И чудесный клинок вовсе не угрожал выпасть из ладоней, как у отца.

Разум отказывался в это верить, но сердце ликовало! Оно открылось мечу, и оттуда пришла, разлившись по всему телу волна какого-то… Блаженства? Счастья? Нет. Не те слова. Кларед словно узнал своё точное место в мире. Или убедился в существовании богов. Или в груди зажглось солнце вместо сердца. Ах, это чувство трудно было описать, но от него появилась небывалая лёгкость. Казалось, если подпрыгнуть, то можно взлететь.

Кларед попробовал взмахнуть мечом ещё раз, и теперь всё вышло естественней и легче. Почудилось даже, что клинок помогает описать дугу поизящней. И тогда пришло восторженное, несомненное осознание: этот меч – его! Никогда в жизни он ещё не был ни в чём так уверен. И это ощущение было абсолютно новым, каким-то взрослым что ли…

Внезапно Кларед вспомнил об отце и братьях, и повернулся к ним, впервые в жизни готовый отстаивать своё право на что бы то ни было, невзирая на старшинство. Но лицо Полдора выражало лишь уважение, а Гармина – и вовсе восхищение. Отец же широко улыбался, с гордостью за младшего сына. Кларед с облегчением просиял улыбкой в ответ.

– Ну что ж, вы сами могли убедиться – меч не простой, – сказал лорд Марвик. – Не всякому он послушен. Но теперь у дяди Белтара есть наследник на посту. Не стану утверждать, будто верю в волшебство, но вы должны знать кое-что ещё.

Отец открыл ларь и достал оттуда слиток железа. Положил на край лавки и велел Клареду:

– Рассеки его.

Тот, ни секунды ни сомневаясь, сделал рубящее движение – и разрезал слиток, словно масло тёплым ножом! Да ещё и край лавки прихватил. У братьев вырвались удивлённые возгласы.

– Извините, не ожидал, что так легко получится, – пробормотал поражённый младшенький, подбирая с пола обломки.

– Ерунда, – отмахнулся отец. – Не увидев, трудно поверить, как легко этот меч разрубает любой материал. И теперь, я надеюсь, вы все понимаете, почему эту тайну надо беречь пуще зеницы ока. Если кто-то прознает, что здесь хранится Меч Кернуна – а предание гласит, что это именно он – нас сживут со свету, лишь бы завладеть оружием, по легенде, выкованным богами. И тогда в мире пророчат страшные события: мор, голод, войну. Особенно, если меч окажется в недобрых руках. Вам всем всё понятно?

Ребята закивали, с трудом выдавливая из себя однозначное «да» на такие ошеломительные откровения. По крайней мере, не забудут они их точно. И не посмеют нарушить заведённый порядок, рискуя такими последствиями.

– На самом деле, сомневаюсь, – смягчился отец. – Но вы подумайте об этом ещё на досуге. Только не смейте обсуждать там, где вас может кто-то услышать. И лучше вообще не произносите слово «меч». Говорите «вещь» или «предмет». Ясно?

– Да, отец, – первым обрёл голос Кларед, как-то разом перестав стесняться, что отвечает вне очереди.

Уж ему-то, наверняка, было яснее братьев, какое сокровище им доверено, хотя осознать происшедшее до конца, сходу, конечно, не выйдет. Особенно то, что зародилось у него внутри и теперь распирало, заставляя широко расправить плечи.

– Тогда вкладывай меч в ножны и прячь его на место, – велел лорд Марвик.

Кларед без труда повторил в обратном порядке все действия отца, и они пошли обратно в замок. Лорд Марвик шагал молча, Кларед следом, а Полдор и Гармин о чём-то зашептались за его спиной. Наверное о том, что «мелкий» опять нарушил иерархию, но сейчас ему было всё равно. Кларед шагал, как во сне, упоённый новыми ощущениями. И уже мечтал о том, как бы снова коснуться этого божественного Меча.

Да, нынче мало кто всерьёз верил в богов, ведь они, как гласят легенды, давно покинули мир людей. Но после соприкосновения с волшебным клинком Кларед понимал, что каждое слово отца и «Саги» о нём – правда. А ведь в легендах тоже упоминался Меч Кернуна. Надо будет перечитать их теперь, когда он знает, что это не выдумки. Ему не терпелось узнать побольше о чудесном оружии.

Когда подошли к последней потайной двери, отец строго шикнул на шепчущихся братьев, и те умолкли. Убедившись, что в парадном холле никого нет, лорд Марвик вывел сыновей из-под лестницы. Старших отослал наверх, в свою комнату, а младшего задержал:

– Идём, прогуляемся с тобой по парку.