Текст книги "Коллектив Майнд"

Автор книги: Василий Клюкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)

Байки наигрывал мелодии дальше. Иногда тексты были грустные или очень даже веселые. Много было про женщин и пьянки. Все слушали с удовольствием.

 
"Она лопала море еды,
На фигуру ей было плевать,
ГМО и подобное прото-дерьмо
Могла сколько угодно сожрать".
 

Неизвестно почему, но женщины в его песнях были красивые, но очень толстые. Эдакий Ботеро музыки.

 
«Ее попа была как орех!
Тра-Ла-Ла
Жирная и шершавая.
Ла – Ла
Ее попа была как орех,
Т-ра-Ла Ла
И имя ему авокадо».
 

Бум! Громкий финальный аккорд.

Вечер прошел очень душевно. Просто классно. Интересная компания, веселые, умные ребята. Даже круче, чем с университетскими приятелями. «Не Паскалем единым жив человек», – вспомнив вечера с другом, отметил Айзек. А с гитарой ему вообще никогда раньше не приходилось так вот сидеть. Нет худа без добра. Не было бы проблем – не встретил бы ни Байки, ни Питера, не сидеть бы ему на этой шикарной вилле. Айзек и на террориста Элвиса сейчас уже смотрел другими глазами и жалел, что не пообщался с ним, пока сидели в камере. Где он сейчас? Наверное, в тюрьме уже. Но ничего, если они справятся, то и Элвиса отпустят. Этот точно предпочтет сидеть в тюрьме сколько угодно лет, но не пойдет на скачивание.

На следующий день Айзек пошел к Викки в госпиталь. Викки была в относительном порядке. Ситуация стабильная, в течение двух месяцев требовалось найти деньги на операцию. Двух месяцев Айзеку должно было хватить. К счастью платить надо было только за операцию и за приезд специалистов из Германии. Само пребывание сестры в госпитале покрывала социальная страховка.

Когда он вернулся на виллу, Байки встретил его как-то наиграно бодро:

– Ну что, пришел уже от своей девчонки-симпатяжки? – на самом деле Байки хотел подбодрить друга, но получалось у него это неуклюже.

– Ты о чем? Ты что-то путаешь, – не понял Айзек. – Я был у Викки, у сестры.

– У сводной. Я о ней и говорю, – гоготнул Байки. – Классная у тебя сестренка. Я же смотрел ваши с ней фото. Обалденная у нее фигурка, улыбка. Красотка, что надо! Надо ее скорее вылечить!

Айзека что-то кольнуло. Это не была обида на бесцеремонного Байки. Просто Айзек никогда не думал о своей Викки, как о красивой девушке. «Викки, девчонка-симпатяжка», – повторил про себя Айзек, задумчиво. Это правда. Вики была красивая. Ее не портила ни больничная обстановка, ни даже бледнота кожи.

Часть третья

Глава первая

По утрам на вилле ребят ждал превосходный кофе.

– Воркование этой навороченной кофе-машины похоже на тот благородный звук, который раздается, когда я завожу свой Харлей, – Байки с утра был настроен поэтично. – Пожалуй, еще разок послушаю. Айзек, подставляй чашку. Эх, настоящий кофе – вещага! Не то, что это растворимое дерь… суррогат. Ты все-таки фартовый, Айзек. Может, есть какая-то энергия фарта? Сам подумай. Денег нет, но будут. Сестра больна, но только до тех пор, пока ты не получил деньги, а значит, – это временная проблема. Мозги у тебя на месте. Ты пошел сдавать энергию, и фортуна тебя спасла. Ты получил обломок платы и не выкинул, посмотрел. Из двух кандидатов ты нашел меня и Волански. Опять не промахнулся. Не скрою, я рад, что мы оказались здесь, а не у мажора с Харлеем.

– Это не совсем фарт. Согласен, мне повезло на сдаче, что появился Элвис. Но выбор тебя и Волански – это трезвый расчет. Конечно, был риск, но, в первую очередь, – это правильный анализ кандидатов. Фортуна любит трудолюбивых, а не делает за тебя все сама. Тем более, были и неудачи с парой других кандидатов…

– Не знаю. Я считаю, что у тебя фарт. И интуиция хорошая. Иногда я думаю о том, сколько сложилось всяких мелочей, чтобы я сидел здесь, в моменте, и понимаю, что математика не работает. Потому что это невозможно повторить с точки зрения теории вероятности. Я даже в бар попал, потому что мотоциклы люблю. Хозяин бара тоже байкер. Не стал бы я байкером, не попал бы в бар, и ты, возможно, выбрал бы кого-то другого.

– Так можно сказать про любого человека без исключения. Начиная хотя бы с того, что каждый из нас родился благодаря победе в гонке сперматозоидов. Один из нескольких десятков миллионов. Это как один человек из всей Франции, один из Польши, пятеро из Америки. Так что математика ни при чём. Это судьба или еще что-то. Может, это и фарт.

За разговором они выпили уже по три чашки. Аромат пьяняще разлился в воздухе, вкусный кофе бодряще разливался по телу. Айзек всегда клал много сахара. И наконец, они сели за комп.

– Байки, у тебя есть идеи, как найти Линка?

– Учитывая, сколько ты съел только что сахара, – это сейчас скорее вопрос к тебе. Сахар основное топливо для мозга. Ты сейчас перезаправлен.

– Про идеи, я имел в виду твои профессиональные навыки, в первую очередь.

– В принципе, кое-что можно попытаться сделать, кое-что нельзя. Пробовать, как всегда, надо все. Никогда не знаешь, где наткнешься на след. Либо он полный затворник, что для ученого вполне вероятно, либо он рано или поздно наследит. Конечно, при условии, что он жив или не стал хэппи.

– Я все-таки надеюсь, что в базе он не случайно и не по ошибке. Не хэппи – это точно. И, видимо, официально мертвым не значится. Иначе, зачем хранить данные об умственных способностях трупа.

– Кто знает, кто знает.

Байки считал себя супер-аналитиком и был уверен, что найдет Линка, если есть хотя бы минимальный шанс. Он скачивал все сведения, которые находил. Запустил программу сравнивания, которая удаляла весь одинаковый контент. И в итоге насобирал море релевантной информации.

Байки сравнивал похожие статьи, которые почти не отличались, и выписывал любые различия в поиске зацепок. Где-то он смог найти название отеля, в котором Линк останавливался, где-то марку машины, на которой его привезли. Где-то одежду. Байки собирал все, что можно было собрать. Это заняло у него несколько часов.

Оставив напарника размышлять, Айзек отправился на очередную встречу по поводу регистрации своего анти-дождевого изобретения.

Айзек все больше ненавидел «Коммуну» и укреплялся в своем желании нанести ей удар. Еще лет пять назад его изобретение оторвали бы с руками, и очередь бы стояла. А теперь он, в который раз, ехал на переговоры с представителем патентного бюро, не зная, это, наконец, последняя встреча или первая из очередного десятка новых бюрократических бесед.

Лысый полненький представитель патентного бюро, представившийся Сержем Мореллем, тоже ненавидел «Коммуну». У него были на это другие причины. Раньше он являлся руководителем крепкого департамента, почти двадцать человек. Был большой шишкой и уважаемым человеком. Теперь же его департамент состоял из него одного, и считался департаментом только потому, что никому не хотелось тратить время и силы на переименование в отдел. Он любил изобретателей и творческих личностей, которые приходили в бюро теперь совсем редко. Ему было неловко перед Айзеком, он оправдывался тем, что теперь все нужно делать самому. И заявки регистрировать, и проверять их, и даже печатать все данные.

Он заверил, что следующая встреча станет последней, все почти готово, и намекнул, что с удовольствием уволится и станет личным агентом Айзека, продвигая его изобретения на рынок. Айзек в ответ пообещал подумать. Агент добавил, что его визитка начальника департамента по-прежнему вызывает уважение и упрощает переговоры. А куда и как обращаться он хорошо знает, за плечами, никак, тридцатилетний опыт работы.

Прошлый, неуверенный в себе, Айзек согласился бы сразу. Но теперь это был другой человек, который не стал бросаться на первое же предложение с распростертыми объятиями, только пообещав подумать.

Вернувшись из бюро, Айзек первым делом отправился сварить себе кофе, а затем заглянул в комнату Байки. Посмотрев на уставшего от однообразных поисков друга, он решил предложить свою идею:

– Давай сложим то, что мы имеем, проанализируем. Вижу, ты устал, я незамыленным взглядом посмотрю наработки и тебе расскажу, что я думаю, свои мысли, как подойти к анализу. А ты скажешь, что реально и что нет, может, что-то добавишь.

– Валяй, – сказал Байки и традиционно отвернулся к компьютеру.

– Ну, надо найти то, что могло быть ему важно: раритеты, например, старый коллекционный мотоцикл.

Айзек видел, что Байки очень вымотан, решив его слегка развеселить, сказал свою версию с максимальной серьезностью. Байки уловил прикол, повернул голову и улыбнулся.

– А если серьезно, – продолжил Айзек, – То давай посмотрим его расходы по пластиковым картам, выписки по счетам, подписки на журналы и изучим прочие мелочи бытовой жизни. Что любил, что ненавидел.

– Да, журналы могут быть, кстати, неплохой темой. В интернете есть много чего, но старые добрые журналы, кто же их не любит. Это легко, – добавил Байки, – И сюда же телефоны, личный электронный ящик, любимые сайты.

– Еще, если он жив и в порядке, он может тайно поддерживать отношения с некоторыми друзьями, с тем же генсеком Блейком, например.

– Думаю, узнать мобильник Блейка я смогу, и если он не корпоративный ООН-овский, я вскрою все звонки, если же он ООН-овский, то это будет точно не просто. Скорее даже, нереально. Все-таки программы защиты информации у многих компаний все еще так себе, но точно не у ООН. Чаще люди сами неаккуратны, оставляют после себя кучу следов, даже не подозревая. Или по неосторожности, или не считают себя важными птицами. Но хакеров осталось крутых множество. Мы, программисты, по жизни андеграунд и составляем самый низкий коэффициент доноров, между прочим, – довольно добавил Байки.

– Ну да, только многие из вас сидят прямо у «Комы» в штате.

– Пара моих друзей, если надо кокнут любой орешек и достанут любимый порнофильм с компьютера старины генпрокурора.

– Далее, – размышлял Айзек, – Я думаю, давай посмотрим, куда Линк чаще всего ездил до того, как исчез. Не думаю, что он в Африке или Антарктиде. Если бы ты хотел скрыться, ты бы наверняка выбрал что-то из тех мест, где был раньше и что тебе нравилось.

– Это проще. Поездки, особенно старые, я смогу отследить. В то время программы защиты по сравнению с сегодняшними были полное говно, да и вообще не думаю, что какая-то сумасшедшая турфирма будет тратить бабло на суперпрограмму по охране информации о том, куда их клиенты ездили в позапрошлом веке. Думаю, лет на десять назад я легко залезу. У Линка наверняка не было особо времени улаживать все муторные вопросы, связанные с поездками. Скорее всего, он пользовался персональным ассистентом, секретарем или личным помощником.

– Далее идут бонусы авиакомпаний, может, он клиент проката машин. Думаю, там тоже не мегазащита.

– Не факт. А пока могу тебе сказать, что в штате лаборатории Линка работало два лаборанта и ассистентка. Не такой уж он был общительный. Номеров, куда звонили из лаборатории больше пяти раз в год всего сорок два, и еще около сотни у его ассистентки. Не так уж и много. Есть среди них и явные лидеры.

– Отлично, пригодится.

– Также, – продолжил Байки, – Надо найти его старую банковскую карточку, и хотя бы отсортировать наиболее популярные транзакции. Можем увидеть что-то необычное. Например, покупка лекарств. И если они редкие, то наверняка и сейчас он их употребляет.

– Окстись, нету рака, нету СПИДа, и ты считаешь, Линк не позаботился о каком-нибудь своем аллергическом насморке?

– Да, верно, шансов немного. Но все же. Посмотри, пожалуйста. Я спущусь пока вниз в спортзал. Что-то я здесь пристрастился заниматься. Раньше думал, что я по складу характера для фитнеса не подхожу. А сейчас уже самому не терпится потягать поскорее железки. Проветривает голову, будь здоров. И нервы успокаивает. Смотри, как мои руки окрепли? – Айзек гордо продемонстрировал Байки свои подросшие бицепсы.

Тот молча кивнул. Спортзал у Волански и вправду крутой. Делали профессионалы и явно недешево. Сам Байки туда не ходил, и так здоров как бык.

Глава вторая

Следующая встреча с агентом патентного бюро, Сержем Морелем, все-таки не стала последней. Вкралась какая-то опечатка, и пришлось еще раз переподписать документы. Агент заверил, что это точно уже финиш, и скоро Айзек получит сертификат на свой патент. Так и случилось, через два дня! Айзек не мог поверить своему счастью. Это конечно еще не деньги, но уже финишная прямая! Агент поздравил Айзека с официальным статусом изобретателя, торжественно вручил красивый патент и целый комплект всяческих документов.

Айзек, улыбаясь, собрал эту кипу бумаг, а Серж на всякий случай напомнил про свое предложение совместно посотрудничать. Айзеку было не до того, он был слишком возбужден и рад, пообещал всерьез об этом подумать чуть позже. Все, наконец, успешно закончилось, и он в хорошем настроении поехал обратно на виллу. Посмотрев на супердовольного друга, Байки спросил:

– Ну, и как твоя встреча с им-патентщиком?

– Супер! Изобретение зарегистрировано! Ур-рра! Смотри! – Айзек торжественно поднял над головой свеженький сертификат с большой золотистой печатью.

– У-ууу! Молодец! Поздравляю! Сегодня отмечаем, – Байки крепко обнял своего друга.

– Я угощаю.

– Из бара Волански? Ну, уж нет! Сегодня пойдем в мой "Маккартис". Я в долгосрочном отпуске, но вроде как работаю. Руки чешутся поналивать кому-нибудь пива и намешать коктейлей. Баб сто лет не видел. Как монахи живем! Я обет лично никогда не давал! Сидим как попугаи неразлучники в этой золотой клетке.

– Ок! Значит в город!

– Ты будешь стоять в зале, а я – обслуживать тебя за барной стойкой! Гуляй, твой праздник!

К вечеру друзья отправились в бар. Айзек надел рваные джинсы и белую рубашку с запонками в форме черепов, которые имелись у него для особо торжественных случаев.

– Черепа тебе, Айзек, не идут. Я тебе сделаю запонки сам как-нибудь, крутые, будут в одном единственном экземпляре.

– А чем эти плохи?

– Ничем не плохи, и ничем не хороши.

– Череп, между прочим, это оберег.

– Знаю. На тебе как-то слишком по-пижонски смотрится. Хрен с ним, поехали!

Байки по случаю вымыл и смазал свой Харлей, почистил от пыли косуху.

– Ты только сиськами не сильно жмись, – пошутил он, приглашая Айзека сесть сзади.

– Сначала девушку надо угостить, и только потом рассчитывать на такую близость! – кокетливо пропищал в ответ Айзек.

Старый мотор мощно взревел, и они двинули в центр Монако.

В «Маккартис» Айзек поначалу расстроился, праздник у него, а все бросились обниматься с Байки. С ним тоже здоровались, Байки его со всеми знакомил, – торжественно налил кружку пива, и, выключив музыку, громко и важно произнес:

– Сегодня мы отмечаем большой успех моего друга Айзека, великого изобретателя, покорителя дождя. Он зарегистрировал свой чумовой проект в патентном бюро! Ура!

Весь бар громогласно взревел:

– Урааааа!

Со всех сторон был слышен звон чокающихся кружек. Айзек ощутил прилив счастья. Такого внимания к нему раньше не было: абсолютно все вокруг жали ему руку и желали успеха. Искренние настоящие поздравления незнакомых людей. Все ему улыбались, симпатичная официантка даже чмокнула в щеку. Вокруг воцарилось веселье.

Байки провозгласил, что следующие двадцать кружек за счет заведения, и народ хлынул в сторону барной стойки. Вопрос был не в том, что посетители стремились получить бесплатное пиво, просто всем хотелось разделить радость Айзека, почувствовав сопричастность, и полноценно присоединиться к его празднику.

– "We are the champions…" – громыхнуло из колонок.

– Of the World! – подхватил весь зал.

– Ур-р-ра! – Айзек бросил клич, и все его поддержали одобрительным гулом. Он был самым счастливым человеком на свете, настоящим триумфатором.

Айзек выпил три кружки пива буквально за полчаса, и ему приспичило пойти в туалет. За крайним столиком в самом углу, скрытом колоннами, он заметил в полутьме одиноко сидящую фигуру, не принимавшую участия во всеобщем веселье. Опьяневшему то ли от счастья, то ли от пива Айзеку захотелось обязательно стряхнуть с печального посетителя грусть, и он уверенно направился к таинственному незнакомцу. О, даже незнакомке!

«Господи боже, да это же Мишель Бланш!» – обрадовано удивился Айзек.

Мишель сидела совершенно отрешенная, в своих мыслях. Перед ней стоял полупустой стакан с крепким Лонг Айленд.

– Мишель, это ты??? Откуда ты здесь?

– А-аа, привет, Айзек! Айзек, верно? Хорошо, что ты здесь. Ты не мог бы мне принести воды, пожалуйста.

То, что Мишель запомнила его имя, теплом разлилось по Айзеку. Он сразу простил ей злой взгляд при предыдущей встрече. Немного пьяная, расслабленная, она ему показалась в сто раз красивей, чем раньше.

– Конечно, одну секунду, я сейчас, – он понял, что девушке нехорошо, и хмель моментально выветрился из его головы.

Айзек зашел за барную стойку, налил воды, добавил льда и шепнул Байки:

– В углу сидит Мишель Бланш. Я к ней ходил до того, как нашел Волански. Не пойму, что она здесь делает?

Байки вытянул шею, чтобы посмотреть, о ком говорит Айзек.

– Я ее знаю. Ну, в смысле видел здесь раньше. Не в первый раз приходит. Очень редко, но заходит. Странная пассажирка, всегда пьет крепкий сладковатый Лонг Айленд. Одна, ни с кем не общается. Наверно отдыхает от своих светских тусовок. Может, несчастна, а может, просто все ее задолбали, и она здесь иногда от всех прячется. Чужие мысли – лабиринт. А женские мысли – лабиринт в кубе. Для меня, так, точно.

– Ясно. Она такая красивая!

– Лицо красивое. А фигура… Я не люблю таких тощих.

Айзек принес Мишель воду, она жадно выпила полбокала, встала и попросила проводить ее до машины.

Айзек, размечтавшийся о том, что наконец с ней познакомится поближе, был ужасно разочарован.

– Может, ты еще посидишь? Принести тебе чего-нибудь?

– Нет. Мне пора. Я устала. В другой раз.

Айзек, взяв Мишель под руку, аккуратно повел ее к выходу. Посетители его все еще приветствовали и поздравляли, но Мишель, кажется, этого совсем не замечала. Жутко обидно. Только что такой был такой триумф, а она ничего этого не видела и теперь еще и уходит. Настроение Айзека окончательно испортилось.

На улице Мишель уже не выглядела выпившей, разве что немного уставшей. Водитель ждал у входа, открыв ей дверь шикарной машины.

– Спасибо, Айзек, ты очень милый! У тебя, как я поняла, праздник. Поздравляю. Хорошо тебе погулять, – Мишель приятельски чмокнула Айзека в обе щеки, попрощалась и уехала.

Айзек любил. Он ее точно любил. Как жаль, что она уехала! Это прикосновение ее губ он ощущал на себе до сих пор. Эмоционально он был абсолютно разбит. Вот так легко и непринужденно Мишель взяла и покорила его, даже не стараясь. И наверняка не только его, а большинство мужчин в своем окружении. Айзек постоял в одиночестве на улице, ему не хотелось ставить точку в этой неожиданной встрече. Потом все-таки пришлось вернуться в бар.

– Где ты пропадал, Айзек? Что у тебя с лицом? Ты чего такой загруженный?

– Налей мне лучше. И никакого пива. Налей водку. Двойную. Две порции.

– О-о-о-о-о, все с тобой ясно, – весело подмигнул Байки. – За патент пили и хватит, теперь бухаем за любовь?

Сколько они еще пробыли в баре и как вернулись, Айзек не помнил. Следующее, что он почувствовал, – дикий сушняк и сильная головная боль. Вставать из постели не хотелось, но голова так раскалывалась, что Айзек нехотя поднялся и побрел на кухню искать обезболивающее.

Глава третья

За две недели Айзек и Байки, набрав море информации, анализируя ее вдоль и поперек, не могли сдвинуться с мертвой точки. Вариантов было слишком много, и, несмотря на усилия Байки и его таинственных друзей, добывших массу данных из таких мест, что даже хранить их было страшно, они по-прежнему не могли выдвинуть никакой версии о местонахождении Линка.

Обсуждали и спорили, убеждали друг друга, но в реальности не продвигались.

Айзек смотрел на добытые сведения и подбивал итоги:

– Итак, наш дядька отдыхал мало и любил острова. В принципе неплохо относился к Таиланду, Корсике и Сардинии, бывал в Китае. Америку тоже посещал, но в основном по делам, а отдых – чаще всего именно средиземноморские острова. Ездил туда иногда просто на выходные, иногда оставался дольше и, что интересно, часто перед поездкой звонил в голландский эскорт сервис. Да уж, сидя многими часами в лаборатории, спутницу найти довольно сложно. Остальное – общая информация, родился, учился, не дающая никаких догадок…

– Айзек, зачем мы его ищем? Столько сил кладем! Может лучше попробовать изучить саму технологию?

– Интуиция, Байки, интуиция. Если найдем его, то возможно найдем и свой вопрос, и свой ответ. Кто создал, тот и теоретически разрушить может. А технологию пытались получить многие, и без толку, тем более сломать. Устроим нечаянно катастрофу. Опасно. Лучше пусть Линк ее ломает, когда его найдем.

– Если он может и захочет…

– А как насчет его любимой женщины? Если он жив, она скорей всего поблизости. Проанализируй ее данные. Возможно, они не так секретны, да и женщины не так заботятся о безопасности, точнее не так осторожны, как параноики-ученые. Если она не из ученой среды, то вполне могла где-то наследить.

– Да, Айзек, идея-то хорошая, но только особо связей у Линка я не нашел.

– А как же эскорт-услуги? Неужели ты считаешь, что он не мог звонить и встречаться с одной и той же девушкой? Номер-то неоднократно повторяется.

Эта тайная сторона жизни Линка могла дать какие-то зацепки. Если не считать того, что эскорт-сервис вряд ли имеет постоянные сайты и постоянный телефонный номер. Но больше вообще ничего не было, и Байки взялся за анализ.

Прошло несколько часов, Айзек заглянул к другу, и по виду возбужденного Байки понял, что, наконец, есть какая-то зацепка!

– Похоже, я знаю с кем наш дружок временами вил свое гнездышко! – Байки был очень доволен, и Айзек понял, что сейчас тот выложит какую-то бомбу. – Каждый раз после звонка в эскорт с этого номера набирали еще один мобильный или городской. Мобильный, к сожалению, давно не используется, да и не пришлось им особо заниматься. Потому что я наткнулся на кое-что поинтереснее. Номер, который городской – это Нидерланды, Амстердам, числится за квартирой, а ее адрес в свое время засветился в бюро эмиграции. Так вот, согласно рапорту по этому адресу жило две девушки. Некто Иоши Като и Хиро Окамото. Так что наш дядька любил не только научные колбочки, но еще и японский колорит.

– Так…

– Иоши Като потом мне попалась еще неоднократно.

– А Хиро Окамото видимо ни разу, – догадался Айзек, улыбаясь.

– В яблочко! Молодец, Айзек, шаришь.

– И я даже рискну предположить, что ты уже собрал инфу по Иоши.

– Опять в яблочко!

– И нашел ты…

– Пока банан, – спошлил Байки, – Кроме того, что она получила вид на жительство в Англии! Но ты погоди. Все-таки я роюсь не так давно.

– Что ж, Амстердам не Токио, можно провести разведку на местности. Удобно Линк устроился. Один час лета и никаких лишних глаз. Пожалуй, я туда слетаю, – подытожил Айзек.

Слава богу, в Голландии проституция была легализована, а значит, имелся шанс найти японку или ее подругу. Хотя Байки трудился не покладая рук, и нужно было продолжать искать информацию, от поездки в Амстер, конечно, его тоже удержать было невозможно.

– У нас нет лишних денег. Я справлюсь сам, – уверял его Айзек.

– Я согласен на отель в четверть звезды, я согласен даже спать с тобой в одной постели, я готов не есть и не пить, но я точно поеду в Амстердам, и это не обсуждается. И не пить я, пожалуй, тоже не согласен.

Поняв, что сопротивляться бессмысленно, Айзек позвонил Питеру, предупредил, что они отлучатся в Амстердам. Питер рассмеялся, уточнив, в какие даты они будут отсутствовать.

– Вам надо, пожалуй, немножко проветриться, – согласился он.

От Монако до Амстера полторы тысячи километров. После небольшого спора с Байки, который, выбив себе поездку, теперь предлагал ехать на его Харлее, все-таки победил вариант с самолетом. Ни на машине, ни на мотоцикле в Амстере было неудобно.

Айзек купил самые дешевые билеты, нашел недорогой апартамент с двумя кроватями через приложение на телефоне.

Возбужденный Байки не давал Айзеку спать до трех ночи. Хотя особо план обсуждать было не надо, они вкратце его проговорили. Потребуется обратиться в экспорт-агентства, вряд ли хороших много, а в то, что Линк звонил в дешевое, не верилось. Нужно было постараться отыскать там обеих японок.

Если исходить их того, что Иоши исчезла вместе с Линком, то найти ее будет не проще профессора. А вот второй, Хиро Окамото, особо скрываться смысла нет. Надо разыскать ее и посмотреть, куда дальше потянутся ниточки. Даже если она больше не работала в эскорте, мало ли, решили поговорить. Старый адрес квартиры японок Байки легко вычислил по имеющемуся номеру телефона. Ну, а с остальным надо разбираться на месте.

Амстердам – единственная столица в мире, находящаяся ниже уровня моря. Десятки каналов делят город на множество маленьких островов, соединенных сотнями самых разных мостов. Главный и самый известный канал – Амстел. Амстердам – город тюльпанов. Но далеко не их родина. Изначально цветок пришел с азиатских гор. Их любили греки и персы. Была «эпоха тюльпанов» и в Турции. Посол Австрии как раз оттуда привез несколько луковиц и подарил местному профессору ботаники. У него они были украдены и привезены в Амстердам. Айзеку вспомнилась история знаменитого тюльпанового бума, который последовал за этими событиями. Тогда за луковицу красивого тюльпана можно было получить хороший дом. Цены стремительно взлетели вверх, луковицами спекулировали все – от банкиров до обычных домохозяек. Конечно, в итоге пузырь лопнул, утащив на финансовое дно кучу людей.

Столица мировой свободы. Здесь когда-то собирались толпы людей, приезжавших повеселиться на выходные. Здесь было все: улица красных фонарей, множество клубов и баров, кофешопы. И сейчас многие выбирались сюда покурить травку и развлечься, хотя былых скоплений людей уже не было. Айзек был в Амстердаме трижды, но больше всего запомнился День короля. Улицы превратились в оранжевые потоки, – люди, все как один, были одеты в национальный цвет в честь праздника. Казалось, вся Голландия собралась на улицах Амстердама. А количество лодок, лодочек и плотов на центральных каналах такое, – воду просто не разглядеть. Народу на лодки забиралось столько, что непонятно было, где заканчивается тротуар и начинается вода. Все пели, пили и танцевали. Один из лучших дней прошлого. Самолет заходил на посадку, Айзек улыбался своим приятным воспоминаниям.

На такси решили сэкономить, поехали на экспрессе и через полчаса уже стояли на центральном вокзале. Байки подивился размерам велосипедной парковки. В трёхуровневом открытом здании велосипедов были тысячи. Если не десятки тысяч. Можно было за копейки арендовать велики, но ребята отправились в старый центр пешком. Апартамент удобно расположился на чердаке старого дома, лифт отсутствовал, но это не проблема. Зато до веселой и шумной Рембрандт Пляйн рукой подать, и видно примыкающий к Амстелу другой канал с разводным мостом.

– Айзек, давай сначала пообедаем. Вряд ли эскорт открывается в обед. Девочки спят после рабочего дня, точнее ночи.

– Обед, так обед. Так пахнет пиццей, что у меня в животе урчит. Ты не против кусочка Италии?

– Я только за, – ответил Байки, поглаживая свой большой живот.

Байки, стараясь оправдать свое пребывание в Амстердаме, подготовился досконально. Он изучил пять самых посещаемых сайтов эскорт агентств. Азиатки фигурировали только в двух из них, а японки и вовсе в одном. Где находится квартира, за которой был закреплен найденный домашний телефон, ему тоже было уже известно.

– Номер телефона, который я нарыл, не подходит ни к одному из агентств, он с тех пор изменился. Но на одном сайте, что я нашел, написано: сервис работает уже двадцать пять лет. Я думаю это то, что нам надо. Правда, есть еще один, тоже, судя по всему, старый. Для тренировки я начал бы с него, как с менее вероятного варианта.

На звонок Айзека ответили почти сразу и весьма бодрым голосом:

– Решили приятно провести вечер? – мужской голос с акцентом бойко заговорил по-английски.

– Да, спасибо, но у меня специфические пожелания, – Айзек немного стеснялся.

– Наши цены существенно выше, чем на улице Красных фонарей, имейте в виду. А специфические пожелания – еще дороже.

– Нет, нет, я не об этом. Меня интересуют азиатки.

– Ну, такое легко можно устроить.

– Но не любые, а только японки. Это принципиально для меня.

– Японок нет. Тайки, китаянки, филиппинка есть. Молодая раскосая русская есть, очень красивая.

– Нет, только японки. И знаете, постарше. Лет тридцати или чуть старше.

– Послушай, это не супермаркет. Такого выбора у нас нет, но ты не пожалеешь, выбрав китаянку, как раз есть постарше, если желаешь. Очень сексуальная экзотичная женщина.

– Мне нужна японка, – настаивал Айзек.

– Ты что, японофил? Ты сам тоже японец?

– Нет. Я европеец. Просто был здесь несколько лет назад. И был с одной девушкой. Хочу ее снова увидеть.

– Сорри, парень, конкретно японок у меня не было. Надо будет кого-то еще, звони, – и Айзек услышал короткие гудки.

– Мимо, – повернувшись к Байки, сказал Айзек. – Сейчас передохну и позвоню по второму номеру.

– Алло, – Айзек услышал уже знакомый голос.

– Э-ээ, это снова я, – Айзек не подумал, что разные номера телефонов могут принадлежать одному и тому же агентству.

– Вот ты парень настойчивый. Видимо хорошо тогда оторвался, – менеджер агентства рассмеялся.

– Но у вас на сайте написано: есть японка.

– Если бы я тебе пьяному привел китаянку, ты бы не почувствовал разницу. В общем, нет у меня японок, и не было. Но я поищу. Имени не помнишь своей Камасутры? Они, знаешь ли, часто исчезают. В смысле уходят. Залипает такой как ты или денег так много дает, что у телки пропадает необходимость в работе, иногда забирают на постоянное содержание, чтобы только с ними жили, иногда вообще женятся.

– Дело не в камасутре. Не помню точно имя. То ли Иоши Като, то ли Хиро Окамото какая-то.

– Ок. Найду – позвоню. В каком вы отеле?

– «Гранд Европа», – соврал Айзек. Реальный адрес говорить не стал, побоялся, что сорвется сделка. Лучше было выглядеть богатым заказчиком.