Текст книги "Охота за тенями (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

В какой-то момент Александр прикоснулся к плечу брата и оба Меньшиковых уединились в одном из будуаров.

– Помнишь историю про архив Назаровых? – спросил он. – Китсеры так ничего и не выяснили?

– Бесполезно, – махнул рукой Константин Михайлович. – Они как в воду канули. Возможно, их и не было.

– Есть они, Костя, есть, – уверенно ответил император. – Никита продемонстрировал технику владения «земной тряси». Не знаю, как назвать её точно, только применялась подобная штука ещё на заре становления Руси. В междоусобицах такие мастера участвовали, что легко нам нос утёрли бы.

– И что предлагаешь? – нахмурился Великий князь, сжав бокал с коньяком. – Мы же договорились не лезть к Назарову. Это наш щит на ближайшие пятьдесят лет.

– Я к тому, что проследи за своими внуками, – постучал согнутым пальцем по груди брата Александр. – У кого-то из них может проявиться этот Дар. У Полинки или у Юрки. Мишка-то выраженный «огневик» с вариативными атрибутами.

– Конечно, прослежу, – с серьёзным выражением на лице кивнул Великий князь. – Уверен, после первой инициации у ребятишек появятся очень интересные возможности.

Багдад

Январь 2017 года

На Востоке спешить не любят. Эту истину, которую постоянно напоминал Шавкат, Борис усвоил на третий день пребывания у гостеприимного Самира Дауда. Барон Абрамов, извинившись, исчез сразу же после ночёвки в его доме, как только Багдад осветился солнечными лучами, а он, княжич Волынский, остался ждать неизвестно чего. Самир обещал устроить встречу с господином Тарифом как можно быстрее, но каждый вечер, приходя домой, разводил руками.

– Занят очень, – смущённо отвечал он на немой вопрос русского гостя.

Делать нечего, пришлось Борису целыми днями сидеть возле небольшого бассейна в шезлонге и загорать под зимним солнцем, вызывая любопытство у прислуги и трёх жен Самира, разглядывающих странного русского с верхнего этажа уютного особняка. Они прятались в комнатах, изредка отодвигая плотные шторы. Княжичу было неудобно, что своим присутствием ему пришлось нарушить размеренную жизнь доброго семейства.

– Надо преподнести подарок, – сказал Шавкат, когда Волынский осатанел от безделья и создавал на глади бассейна маленькие воздушные завихрения. – Таковы традиции.

– Кому преподнести? – поднял голову Борис. – И почему ты только сейчас об этом говоришь?

– Приглядывался к Самиру, изучал его окружение и личные возможности, – пожал плечами «консультант». – Пусть он и влиятелен в некоторых моментах, но обращаться к человеку, стоящему выше него по статусу, нужно с большой осторожностью и учтивостью.

– Барон говорил, что Самир – дальний родственник Тарифа аль Фарра, – напомнил княжич.

– Так и есть, – кивнул Шавкат. – Но и здесь всё не так легко. Скорее всего, аль Фарра намеренно тянет время. У вас же есть что предложить?

– Я не знаю, какой подарок больше всего удовлетворит достопочтимого Тарифа, – усмехнулся Борис. – Белоснежный верблюд с золотой уздечкой? Или самолёт, набитый драгоценностями?

– Это лишнее, – улыбнулся сопровождающий его бухарец. – Можно преподнести холодное оружие с магической чеканкой, умеренно украшенное камнями. Старинные книги, свитки, рукописи тоже подойдут. Главное, не переусердствовать и не подарить то, что достойно самого халифа. Иначе это будет неловко.

– Сабля хана времён великого Тамерлана подойдёт? – Борис вспомнил, что в одном из ящиков лежит клинок, но почему-то без украшений. Зато от него фонило магией так, что руку скручивало от бешеной энергии. Вероятно, вделанный в навершие амулет в виде огранённого рубина, и был источником магического питания. – Правда, она неказистая…

Шавкат выпучил глаза. Его щека задёргалась от напряжения. Вытащив платок из кармана штанов, он вытер испарину с лица.

– А можно взглянуть? – охрипшим голосом спросил бухарец.

Волынский пожал плечами. Ему было всё равно. Хотелось поскорее приступить к поискам джиннов и демонов. Казалось, стоит отъехать от Багдада на сто-двести километров, и артефакты посыплются в руки как перезрелые плоды. Его не настораживало предупреждение Шавката и Самира, насколько сейчас тяжело отыскать что-то стоящее, достойное не только аукционов, но и частных коллекций. Борис впервые был предоставлен себе в серьёзном деле, поэтому верил в собственную удачу.

Борису пришлось вести бухарца в гостевые комнаты, где сейчас располагалась охрана княжича, тоже изнывающая от скуки и неопределённости.

– Степан, а где ящики с подарками? – спросил он старшего группы, чей высоченный рост вызывал приступы ужаса у хозяйской прислуги.

– В гараже складировали, – доложил телохранитель. – Чего их сюда тащить? Поставил ребят охранять.

– Пойдём, прогуляемся, – позвал его Борис.

Самир выделил для княжича часть гаражного бокса, где сейчас стояли три внедорожника, на которых предстояло колесить по бескрайним просторам междуречья. Барон Абрамов отговорил князя Леонида от ненужного пускания пыли в глаза. Представительский автомобиль для поездок по халифату привлечёт ненужное внимание, а бронированные джипы куда лучше справятся с защитой младшего сына.

Трое вооружённых парней приветствовали Волынского и по его приказу отыскали нужный ящик. Борис приложил перстень с родовым гербом к магическому замку, намертво запирающему любую дверь, откинул крышку. Шавкат наклонился и замер, разглядывая узкий деревянный футляр. Усмехнувшись, княжич раскрыл его. Старинная сабля его не особо интересовала. Нынешние аристократические Роды, носившие Дар, не использовали холодное оружие, предпочитая решать проблемы с врагами разнообразными бескровными методами, которые, порой, являлись куда эффективнее убийства и стирания с лица земли неугодных семей. А вот раньше ни один аристо не выходил на драку без клинка, пестуя его как ни что другое. Поэтому некоторое семейное оружие аккумулировало в себе невероятную магическую энергию, становясь с каждым годом всё сильнее и сильнее. Правда, с одним нюансом. Клинку нужна кровь.

– Это замечательный подарок для аль-Фарра, – прошептал Шавкат. Его усы подрагивали от возбуждения, а руки сами потянулись к оружию, но он их вовремя отдёрнул. – Скромный, но вместе с тем серьёзный клинок. Вижу, возле рукояти стоит клеймо.

– Оно старинное, без сомнения, – подтвердил Борис. – Знатоки утверждают, что это клеймо – не подделка.

– Кузнечное клеймо знаменитого мастера Кабира, – сказал бухарец. – Он жил во времена Тамерлана и по легенде выковал несколько достойных клинков для его верных нукеров. Со временем их следы затерялись.

– Шавкат, что я ещё про тебя не знаю? – пристально взглянул на него Борис.

– Я увлекался старинным оружием в молодости, – нисколько не смутился бухарец. – Все мужчины любят острое железо и хорошо разбираются в нём.

– Значит, саблю можно подарить и нисколько не обидеть генерала? – уточнил княжич.

– Да, это хороший подарок, – повторил Шавкат. – Лишь бы Самиру удалось договориться с командующим.

Наверное, в этот вечер планеты на небе выстроились в нужную конфигурацию, потому что хозяин дома на ужине торжественно объявил, что завтра Тариф аль-Фарра дал согласие на встречу, выделив для этого полчаса.

– Постарайтесь заранее приготовить нужные вопросы, – попивая душистый чай из пиалы, посоветовал Самир. – Господин Тариф очень занятой и деятельный человек.

– А он компетентен давать разрешение на сопровождение экспедиции? – поинтересовался Борис. – Или нужно обращаться в какие-то другие службы?

– Думаю, вопрос с охраной он решит самолично, – кивнул хозяин.

Встреча была назначена на одиннадцать часов утра, поэтому кавалькада из трёх внедорожников и двух полицейских машин сопровождения, да ещё с мигалками, выехала гораздо раньше. Предстояло пройти внутреннюю проверку, а насколько она затянется, известно одному Аллаху, как сказал Самир.

Колонна промчалась по одной из широких и современных улиц Багдада, где царствовали небоскрёбы из бетона и стекла, после чего свернула под тенистую сень огромных пальм; мягко зашуршали колёса по коричневой брусчатке. Дворец, а иначе вычурное пятиэтажное здание с многочисленными портиками и арками назвать было нельзя, возвышался над богатым кварталом, отражая от белоснежных стен яркие лучи солнца. Даже глазам больно стало.

Массивные ворота оказались закрыты. Возле них стояли два бронетранспортёра с развёрнутыми в сторону дороги пушками и пулемётами. С десяток великолепно экипированных бойцов ни на секунду не расслабляясь, расхаживали вдоль кованого двухметрового забора. Подъехавшую колонну они уже встречали без показной напряжённости, но профессионально взяв под прицел каждую из машин.

Коротко вякнув спецсигналом, головная полицейская машина остановилась в десяти метрах от ворот. Самир, который лично сопровождал гостей, вышел наружу и стал о чём-то разговаривать с красавцем-офицером, опоясанным тактическими ремнями с кобурой поверх белой форменной рубашки. Через пару минут они оба подошли ко внедорожнику, где сидел Борис с Шавкатом. Водитель по приказу приспустил стекло и офицер заглянул внутрь. Княжич ощутил лёгкое прикосновение невидимых лапок к вискам, как будто его пытались прощупать ментальными техниками. Потом запищал какой-то прибор в руке проверяющего.

Офицер отрывисто заговорил с Самиром, господин Дауд отвечал столь же экспрессивно. Борис с интересом ждал, чем закончится этот спектакль. О подарке он гостеприимного хозяина предупредил заранее, поэтому никаких проблем возникнуть не должно. Так и случилось. Наговорившись, офицер дал команду пропустить колонну на территорию дворца.

Их окружили пять квадроциклов, на каждом из которых сидело по двое вояк. В таком сопровождении они проехали через огромную пустынную площадь, выложенную разноцветной плиткой. Неподалеку от парадного входа раскинулась чаша фонтана с бьющими вверх серебристыми струями воды.

На аудиенцию с командующим гвардии халифа шли только Борис с одним телохранителем и Шавкат. Самир сопроводил их до холла и остался сидеть на мягком диванчике, попивая лимонад. Всю заботу о гостях взял на себя мужчина в строгом деловом костюме, представившийся первым секретарём господина аль-Фарра. По-русски он не разговаривал, но бухарец проявил себя и здесь, ловко переводя быструю и гортанную речь местного служащего.

Наконец, их привели в невероятную по размерам приёмную, уставленную вычурной мебелью. Приятно гудели кондиционеры, нагоняя блаженную прохладу, и Борис с удовольствием откинулся на спинку кресла, пока секретарь о чём-то докладывал своему господину. Через десять минут он появился у дверей и сказал:

– Вас приглашают, – встрепенулся Шавкат. – Но только одного.

– Одного? – неприятно удивился Волынский. – И как я буду общаться с генералом?

– Я понял так, что он знает русский, – бухарец расстроился, что лишился возможности присутствовать при разговоре.

Борис пожал плечами, подхватил футляр с саблей и вошёл в кабинет, где кроме пожилого мужчины в элегантном европейском костюме серого цвета никого не было. Тот стоял на отрытой террасе возле балюстрады с заложенными за спину руками и созерцал зелень парка с высоты третьего этажа. Княжич успел заметить столик с фруктами неподалёку и двух громил-телохранителей, которые, возможно, постоянно находились при генерале.

Аль-Фарра обернулся и на его смуглом лице расплылась дружелюбная улыбка.

– Господин Волынский? Рад вас видеть в своём доме. Мой друг Пётр предупредил меня о вашем желании встретиться с глазу на глаз.

По-русски он говорил вполне прилично, пусть даже и с восточной гортанностью.

– Благодарю вас, салар[1] Тариф, за то, что выбрали время в насыщенном графике, – чуть-чуть позволил себе склонить голову Борис, понимая, что пыжиться своей родословной здесь ему не стоит. Не оценят и не поймут. – Я впервые в Багдаде, поэтому слегка растерян и не знаю, как начать своё знакомство с прекрасной страной.

– Присаживайтесь, княжич, – рука Тарифа показала на кресло возле столика. – В ногах правды нет, так, кажется, говорят на Руси? Хотите пить?

– Минералки, если возможно, – Борису хотелось как можно быстрее расспросить генерала и отбыть, наконец, к озеру Тартар. Однако он помнил, что подобная спешка может огорчить и даже рассердить хозяина дома.

Аль-Фарра хлопнул в ладоши, и откуда-то мгновенно появился молодой человек в белом костюме, причём, неся в руке поднос с двумя бутылками минеральной воды. Где, интересно, он стоял и подслушивал?

Пока слуга разливал в узкие высокие бокалы шипучую минералку, Борис и генерал сидели молча, изучая друг друга. То и дело Тариф бросал взгляд на футляр, стоявший в ногах княжича, и тем не менее показывал, как нужно держать свой интерес при себе.

– Как здоровье достопочтимых родителей, Борис? – вежливо поинтересовался салар, не притрагиваясь к стакану. – Я, буду честен, кое-что слышал о Волынских. Это ведь ваша семья выпускает премиальные автомобили?

– Так и есть, – осторожно ответил княжич. Интересно, знает ли аль-Фарра, что император лишил Род звания поставщика Двора? – Мы уже более сорока лет развиваем автомобильную промышленность, и надо сказать, преуспели в этом.

– У вашего отца есть желание зайти на восточный рынок? – проявил интерес генерал.

– Думаю, он объективно воспринимает ситуацию, – улыбнулся Борис. – Здесь сильны позиции Британии и Франции. Никто не даст проникнуть русскому автопрому в Халифат.

– Да, такой риску существует, – кивнул Тариф. – Князь Волынский очень разумный человек, умеющий считать деньги и перспективы. И тем не менее, интерес к нашему рынку у него есть. Иначе бы не прислал младшего наследника.

– От вас не скроешь даже малейшие нюансы, – польстил ему княжич.

– Я же являюсь ближайшим советником халифа, мне положено знать, что творится в политической, военной и экономической жизни государства, – усмехнулся генерал и отщипнул от виноградной грозди зелёную ягодку, покатала её в пальцах и отправил в рот. – Итак, молодой человек, что вы хотели от меня услышать? Какие-то просьбы, может быть?

– Просьба одна, многоуважаемый салар Тариф. Я бы хотел беспрепятственно путешествовать по вашей стране в поисках редких… кхм, артефактов магического свойства, – в горле Бориса вдруг пересохло от взгляда, которым его одарил генерал. Заинтересованность с настороженностью, словно учёный обнаружил редкий вид животного, милого на вид, но опасного по своим природным свойствам. – У нас в Петербурге сейчас происходят странные передвижения в сфере политических конъюнктур, а отцу не хочется, чтобы Род был отодвинут в сторону некоторыми… нахальными и дерзкими новичками.

– Вы собираетесь воевать с конкурентами? – огонёк любопытства зажегся в чёрных маслянистых глазах аль-Фарра. Он даже наклонился вперёд, ожидая ответа.

– На всякий случай, – увернулся Борис. – Знаете, это как последнее предупреждение для врага.

– Некоторые вещи лучше вообще не пускать в дело, – размеренно проговорил мужчина в европейском костюме. – Или вы объявляете о своих намерениях и идёте до конца, или никогда не показываете, что хранится в сокровищнице Рода. Отсюда вопрос далеко не праздный: обозначьте свой интерес, княжич.

– Нам нужно сильное оружие древних магов, – прокашлялся Волынский, ощущая странную давящую пустоту в душе. Он боялся этого человека, а ведь аль-Фарра не был столь могущественен как халиф!

– Что может быть сильнее джиннов? – вдруг улыбнулся генерал и снова посмотрел на футляр. – Вы хотите получить оружие невероятной мощности?

Кажется, пришла пора умасливать хитрого салара. Борис поднял с пола футляр и без сомнений расположил его на столике, предварительно отодвинув поднос с фруктами на самый край. Приложил печатку к магическому замку и потянул крышку на себя, чтобы генерал Тариф смог разглядеть тусклый металл старинной сабли.

– Примите, господин командующий, от семьи Волынских этот клинок. Специалисты уверяли нас, что сабля берёт своё начало с эпохи грозного и великолепного Тимура. Клеймо мастера Кабира напрямую намекает на древность оружия…

– Да, я вижу это клеймо, – медленно проговорил генерал и обеими руками поднёс саблю к лицу, после чего самым натуральным образом обнюхал клинок от гарды до загнутого и острого как зуб змеи кончика. – Действительно, оружие выковал кто-то из славной семьи кузнеца, но это точно не сам Кабир.

«Вот же морда багдадская, – с лёгкой неприязнью подумал Борис. – Или нагло врёт, чтобы сбить ценность подарка, или на что-то намекает. Хрен их разберёт, этих восточных торгашей».

– Но подарок великолепен, – улыбнулся аль-Фарра и прикоснулся губами к холодной стали. – В нём заточена душа пустынного волка, умеющего убивать одним стремительным броском. А кузнецы рода Кабира умели проделывать такие фокусы с железом… Господин Волынский, а вам не кажется, что вы прогадали? Найти свободного джинна в современных реалиях практически невозможно, поэтому расставание со столь ценным предметом может стать для вас разочарованием.

– Ни в коем случае, салар Тариф, – широко улыбнулся княжич. – Даже обычная поездка по древним городам халифата куда приятнее, чем бесконечные поиски артефактов, которых, может, и на свете уже нет.

– Вы так считаете, молодой человек? – с хитрецой спросил генерал, аккуратно укладывая клинок на красный бархат, но не закрывая крышку. – Не поверю, что русские аристократы настолько подвержены романтике.

– Конечно же, нет, – рассмеялся Борис, понимая, чего от него ожидает командующий гвардией. – В душе я очень надеюсь на вашу помощь, какой бы она ни была.

– В таком случае остаётся только разрушить печать, – в глазах аль-Фарра мелькнул оскал волка.

Всё правильно. Закрой сейчас крышку футляра генерал, печать сработает как надёжный сейфовый замок, и достать клинок сможет только представитель Рода Волынских. Борис усмехнулся. Его предупреждали на этот счёт, поэтому он без колебаний приложил печатку к специальной выемке, где был выгравирован родовой герб, и послал усиленный импульс. Раздался тихий звон, рисунок герба осыпался чёрной трухой, которая тут же развеялась в воздухе.

Аль-Фарра захлопнул крышку, ударил два раза в ладоши. Один из телохранителей подошёл и забрал футляр.

– С вами приятно иметь дело, княжич, – деловито кивнул генерал. – Но вынужден предупредить, что моя информация не является точной. Я не знаю, где вам может повезти, поэтому все риски остаются вашими. И ещё кое-что. Если всё же вы отыщете нужный вам предмет, предупреждаю, что покинуть Халифат с ним будет очень непросто. Почти невозможно. Джинны являются государственной собственностью и никто вас не выпустит с ним из аэропорта.

– Почти? – уточнил Борис.

– Да, верно услышали, молодой человек, – командующий наклонился вперёд и тихим голосом добавил: – Я могу помочь вам за небольшую услугу вывезти эту вещь в Россию.

– Что за услуга?

– Пока не могу сказать, – выставил ладони перед собой аль-Фарра. – Надо хорошенько обдумать. Но у меня есть время, пока вы путешествуете по Халифату.

Борис кивнул. Вывоз магических артефактов из страны пребывания всегда был головной болью «чёрных копателей», и без мохнатой руки невозможно провернуть все нужные процедуры. Аль-Фарра предлагал себя в качестве этой самой руки, и княжич вынужденно шёл на эту меру. Но оно того стоило. Противостоять Назарову, имевшему дьявольское оружие, мог только тот, у кого был аналогичный ответ.

– Когда вы хотите выехать к озеру Тартар?

– Я не говорил, что еду именно туда, – усмехнулся Волынский.

Ответом была снисходительная улыбка.

– Ну, хорошо. Куда мне против вашей разведки, – польстил он Тарифу. – Хочу уже завтра начать поиски. Багдад прекрасен, но я не люблю долго сидеть на одном месте.

– Послезавтра утром, – отрезал аль-Фарра. – Я предупрежу нужных людей, выпишу разрешение на свободное перемещение по стране и поиски артефактов. Ну и подготовлю группу сопровождения. С вами поедут десять моих гвардейцев в качестве охраны. В провинциях частенько всякое отребье шалит, могут возникнуть конфликты. А мне не хочется, чтобы наш гость получил предвзятое мнение о великом Халифате.

– Даже в мыслях не держал, – вежливо ответил Борис, радуясь про себя, что скоро покинет столицу. Очень уж ему не терпелось начать поиски. Чем быстрее разрушительная мощь джинна будет в руках Волынских, тем проще станет противостоять Назарову.

– Тогда всего хорошего, княжич, – сразу же стал деловым салар Тариф, словно потерял интерес к гостю. – Послезавтра к дому Дауда подъедет сопровождение, и с той же минуты вы можете начать свои поиски.

Примечание:

[1] Салар – титул, обозначающий военачальника разных рангов, использовался в мусульманских государствах на территории Ближнего Востока, Кавказа, Средней Азии и Индии.