Текст книги "Рассказы"
Автор книги: Тим Каррэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 38 (всего у книги 67 страниц)
Они хотели бы узнать больше о нашем мире и его жителях. Они предоставили астрономам SETI точную полосу частот и сказали, что они усилят наш сигнал, чтобы ускорить задержку, которая в противном случае могла бы занять сотни лет.
Астрономы передали необходимую информацию.
И о стиганцах больше не слышали.
Астрономы обещали, что это займет время, но проходили годы и годы, а контактов все не было. Это озадачивало. Некоторых милитаристов, которые с самого начала были против программы SETI, это обескураживало: они считали, что глупо передавать наше положение всем, кто может нас услышать. Приглашение к вторжению. И эта идея была не просто паранойей, а подкреплялась научными данными. Если эволюция на инопланетных планетах происходит так же, как на Земле, это может представлять большую опасность. Ведь естественный отбор, как правило, направлял интеллект на хищников. Охота и преследование требовали тактики, шаблонов, элементарного решения проблем – прародителей настоящего интеллекта.
С момента первого сообщения стиганцев прошло пять лет.
Оно стало предметом шуток, паранойи и заговоров.
Началась немыслимая цепь ужасных событий. В компьютерные системы Земли проник вирус, и почти в одночасье все, что имело чип памяти, отключилось. Машины перестали функционировать. Климат с каждым днем становился все холоднее. И наконец, по планете прокатилась инфекционная чума. В течение месяца то, что осталось от человеческой расы (едва ли треть от того, что было шесть недель назад), было сметено в каменный век, как комья шерсти в мусорную корзину.
Цивилизация пошатнулась, а затем и вовсе прекратила свое существование.
Стиганцы прибыли годом позже в полном составе.
К тому времени мир уже был побежден, и это без причудливых световых шоу и голливудских спецэффектов. Оставалось только собрать отставших.
Хищники, что называется, прибыли.
* * *
Охотники шли по его следу.
Тейлор бежал и бежал, перепрыгивая сугробы и огибая участки черного льда. Вокруг него высился холодный, темный и безмолвный город.
Он увидел впереди вход в метро, открывшийся перед ним, как пасть какого-то первобытного зверя. Он проскользнул туда, подождал на ступеньках с застывшим в горле сердцем. Он достал 9-миллиметровый пистолет и пожалел, что не взял с собой пистолет-пулемет.
Он прислушался.
Они приближались.
Около двадцати или тридцати из них выходили на обледенелые улицы, истекая кровью из теней. У них не было оружия, да оно им и не требовалось. Они выстроились в шеренгу, маршируя в двух одиночных колоннах. Лунный свет отражался в зеркальных лужах их глаз.
Тейлор спустился по ступенькам, призывая своих пехотинцев быть бесшумными, словно перышки. Вниз, вниз, вниз. Он остановился в ледяной темноте. Вокруг него клубилась черная, как смоль, тьма. У него был с собой фонарь, но он не решился его включить. Он встал на платформу, и темнота стала осязаемой, зернистой, живой, дышащей. Он бесшумно двинулся сквозь нее. Он пробирался по выложенной плиткой дорожке, пока не нашел спуск к рельсам. Он спрыгнул вниз и понесся по туннелю.
Он вел себя по дорожке, и его охватил суеверный ужас. Он
Он был один в темноте… с тем, что ждало его там. Но это было безумием, потому что в темноте ничего не было. Больше не было. В темноте не было ничего, кроме призраков и воспоминаний, а они были одинокими и бледными. Он остановился и прислушался, не слыша ничего, кроме своего затрудненного дыхания и стука крови в ушах. Может быть, ему просто повезло. Может быть, они не были в долгу перед ним. Он нечасто пользовался метро, потому что оно его раздражало… напоминало пещеру, вызывало клаустрофобию, отсутствие солнца, как будто его заперли в шкафу или гробу.
Сделав резкий, нервный вдох, он достал свой фонарь Tekna и включил его. Луч был просто ослепительным. Он увидел следы, уходящие в туман. В воздухе висела дымка. Пылинки плясали в луче, как мотыльки. Он увидел несколько скелетов, сваленных в углу, и бесчелюстной череп дальше по дорожке. Подобные вещи уже давно перестали его беспокоить.
Шаги.
Он выключил свет, боль пронзила грудь. Теперь он отчетливо слышал их шаги, эхом разносившиеся по подземному миру. Да, он обманул их на некоторое время, но теперь они знали, куда он ушел. Он услышал их шаги, спускающиеся по лестнице. Легкие, осторожные, терпеливые. Затем на платформе. Он слышал их шипение и шепот. Туннели улавливали звук и усиливали его.
Он соскользнул с места, умело расставляя ботинки. Он двинулся дальше, не отрываясь от каменной стены. Рано или поздно, он знал, он найдет то, что искал.
Туп, туп, туп.
Теперь они тоже были в туннелях.
Тейлор начал двигаться быстрее. Они чувствовали движение и могли видеть в темноте, как охотящиеся кошки. Он слышал, как они приближаются, скрытно. Их шипение жутким эхом разносилось по коридору. В его голове проносились кошмарные образы – анемичные лица и огромные красные глаза, оскаленные зубы и жестокие рты. Все ближе и ближе.
Он замер.
Впереди послышался еще один звук.
Медленный, тягучий звук. Тянущий звук, движущийся в его сторону.
Их может быть больше? Он услышал это, а затем все исчезло. Его мозг, вдохновленный слишком большим количеством субботних просмотров фильмов категории "Б", представил гигантского паука, живущего в
бездонной темноте, туннели, устланные паутиной, увешанные свисающими человеческими останками.
Но времени на фантазии не было.
Охотники были уже совсем близко. Если прищурить глаза, то можно было почти различить их бродячие тени.
Он нашел углубление в бетонной стене и вделанную в него дверь.
Он заставил себя вздохнуть.
Порт технического обслуживания.
Дверь открылась, громко скрипнув. Он проскользнул через нее и быстро закрыл за собой. Внутри была защелка, и он набросил ее. Поднимаясь по лестнице в верхний мир, он услышал, как за дверью стучат молотком, гвозди скребут по ржавому металлу. Шипение, пронзительные крики и сердитый шепот. Он пожалел, что у него не было времени заминировать лестницу.
Он быстро поднялся по ней.
Она тряслась и стонала, и он был уверен, что она вылетит из своего цементного корпуса, но она выдержала. Он увидел свет наверху, уличную решетку у себя над головой.
Тени обрамляли его лицо. Он заглянул сквозь них и увидел город, а над ним – полную и одинокую луну. Внизу по-прежнему возились у двери. Они не отличались трудолюбием. Он сглотнул сырой страх и надавил на решетку. На мгновение или два она не поддалась. Он продолжал нажимать, пока лед, скреплявший решетку, не оторвался. Решетка упала на тротуар, и он выскочил наружу, перекатываясь по снегу.
Сразу же он услышал пронзительный звук военных машин.
Они приближались.
* * *
Один из них выглядывал из черной пасти аллеи. Он был похож на эллиптический сфероид, сделанный из блестящего иссиня-черного металла, кристаллического, как алмаз. Его поддерживал ряд шарнирных механических ног, по три с каждой стороны. Когда Тейлор впервые увидел такое устройство, он подумал, что Землю захватили гигантские пауки, потому что именно на них оно и походило.
Он по-крабьи отполз в тень.
Боевая машина знала, что рядом находится человек, что-то живое. Она двинулась в его сторону, кончики ее ног звенели с едва слышным лизгом, по мере приближения.
Тейлор, находясь на грани крика, вбежал в контур разрушающегося здания. Красный свет от машины освещал обломки, отбрасывая в ночь коварные пляшущие тени. Он затаил дыхание. Что-то вдруг зарычало в черноте и, перебирая ногами, побежало по улицам.
Кошка. Живая кошка. Тейлор с трудом мог в это поверить. Он не видел кошку уже…
Он успел пройти половину тротуара, когда багровый электрический глаз нашел его, и пульсирующий луч коснулся кошки. Она застыла и опрокинулась на землю, разлетевшись на куски. Тейлор проскользнул сквозь обломки и выбрался из пещерного отверстия в стене. Он был в переулке. Он двинулся вдоль него. Он был Г-образной формы и сворачивал к левому краю. Он бросился туда и спрятался за перевернутым мусорным баком.
Все они внезапно озарились жутким, неземным сиянием. Оно было призрачным и иктеричным. Он подождал. Он никогда раньше не видел ничего подобного. Что это значит? Сердце грозило выскочить из груди, а по позвоночнику струился холодный пот. Он снова услышал этот звук: тот самый, который он слышал в туннеле метро. Тяжелый, громоздкий тянущий звук. Это был сухой, потрескивающий звук, похожий на хруст листьев и статическое электричество от одеял. Он становился все ближе, ближе и громче. По его коже поползли мурашки.
Потому что он знал.
Он внезапно понял.
Он никогда не видел стиганцев. И вряд ли кто-нибудь видел. Никто не дожил до этого момента.
Он выглянул из-за мусорного контейнера туда, где под углом располагалась улица.
На фоне кирпичной стены, покрытой инеем, играл и пульсировал странный мерцающий свет и… отбрасывал огромную и жуткую тень, раздуваемую сиянием до кошмарных размеров. Тейлор увидел ползущую, скользящую массу извивающихся придатков и змеиных конечностей. Слишком много движения, слишком много всего одновременно движется и извивается. Он услышал странный влажный мяукающий звук.
Ему стало холодно и жарко, тело затрепетало от чистого животного ужаса.
Потому что это жуткое и диссонирующее бормотание было голосом стиганца.
Тейлор закричал.
Оно звало его по имени.
* * *
Через час он снова оказался в своем убежище, в своей кровати.
Он дремал и просыпался попеременно, покрываясь ледяным потом. Его била лихорадка, сны были мрачными и угрожающими. Наконец наступил настоящий сон, и он сковал его. В своей маленькой квартире в подвале разрушенного здания он спал среди атрибутов выживания и городской войны. Опутанный черной и запретной тенью, мрачный мороз навис над ним, плотно и беззвучно укутывая его, как скрученная простыня.
Глаза его открылись перед самым рассветом.
Он был не один.
Он понял это сразу, как только сознание забрезжило в его мозгу. Он слишком долго жил инстинктивно, как животное, чтобы не почувствовать вторжения в свою нору. Он пришел в себя от выстрела из "Смита" калибра.357, который держал под подушкой. Он видел тени за тенями, сплетенные и переплетенные между собой, как лианы, ползучие растения и листва в джунглях.
Позади него был выход. Проход, ведущий в канализацию и на свободу.
Он увидел в темноте какую-то фигуру и услышал ее дыхание. Глаза её блестели.
– Тебе не нужен пистолет, – сказало она. – Убери его.
Он побелел от страха: это был голос его жены. Барбары. Она была мертва все эти месяцы, застыла, как сосулька, и, как сосулька, разбилась вдребезги. И вот теперь она вернулась, воскрешенная, судя по всему, с помощью стиганской технологии.
Он сделал рывок и включил светильник на батарейках. Свет не понравился ей. И, как и следовало ожидать, она закричала и зашипела, закрыв пепельное лицо длинными бледными пальцами. Она издала шипящий звук, а затем, казалось, взяла себя в руки.
– Пожалуйста, Чарльз, выключи свет. Выключи его.
И он захотел это сделать, он ослеплял.
– Ты пришла за мной, – сказал он. – Они тебя послали.
Между кончиками ее пальцев ее глаза были красными неоновыми лампочками.
– Пришло время.
И он знал, что это так. Она пришла не одна – он слышал, как снаружи, за дверью, копошились другие. Ему показалось, что он слышит, как другие крадутся по спасительному проходу. Звуки были похожи на скольжение змей по камню. Они нашли его. Они облегчили ему задачу, позволив Барбаре – или тому, что носило ее лицо, – взять его.
Это было самое большее, на что он мог надеяться.
Он опустил пистолет. Такой усталый, такой разбитый, такой побежденный. Но мысль о том, что эти ледяные пальцы высасывают из него тепло, была немыслима. Он достал нож и, ухмыляясь, распорол себе запястья. Но крови не было, только густой, полупрозрачный зеленый сироп. Он стекал с его порезанных запястий, как древесный сок.
– Даже я, – сказал он, и его мир разлетелся на осколки. – Даже я.
Барбара улыбнулась ему, улыбкой манекена. Больше не было ничего.
Война была закончена. И была закончена уже давно.
Перевод: Грициан Андреев
Корабль-Призрак
Tim Curran, «Ghost Ship», 2000
Он дрейфовал в мертвом пространстве, как труп в бездонном черном море.
Заброшенный, похожий на скелет и отталкивающий.
По форме напоминал двойные подводные лодки, соединенные боевыми рубками, обшивка корпуса почернела, надстройка изъедена метеоритным взрывом, двигатели полностью оторвались, как будто от какого-то мощного удара.
На мостике торгового судна "Венера-12" Бостон, первый помощник капитана, изучал его через обзорный экран, качая головой.
– Черт возьми, – сказал он. – Черт возьми!
И это в значительной степени сказало все для тех, кто был на мостике. Oни сидели в тишине, задаваясь вопросом, ожидая, глядя на брошенный корабль, дрейфующий всего в двухстах метрах от носа "Венеры".
Не прошло и пяти минут, как появился старик с застывшими, как бетон, глазами, грызя мундштук трубки.
– Что у тебя?
Он уставился на мертвый корабль, не впечатленный.
– Покинут, капитан Винн, – сказал Франц, технический офицер.
– Да, я вижу это, мистер, – oн повернулся к Бостону. – У тебя есть его номер, Бости?
Бостон кивнул.
– Конец двадцать первого века. Ранний корабль-морозильник.
Винн нахмурил лохматые, неухоженные брови.
– Ты… Название есть?
– Да, – сказал Франц. – Eсть.
Винн повернулся к Францу за своей консолью.
– Tы собираешься просветить меня?
Франц перевел взгляд с Бостона на Виннa.
– Да, сэр. Я проверил реестр. Название корабля – «Кроатон»[48].
Глаза Винна расширились. Он вытащил трубку изо рта.
– Ты хочешь сказать…
– Да, сэр, – сказал Франц почти с гордостью, увидев выражение его лица. – "Кроатон" – единственный и неповторимый.
Господи Боже, – подумала Винн.
– "Кроатон" покинул Землю в 2087 году, это был один из самых первых кораблей с анабиозом. На борту был экипаж из двадцати семи человек. Местом назначения былa тройная звездная система Альфы А, Альфы В и Проксимы Центавра. Альфa Центаврa, которая, как давно известно, во многом похожa на земное солнце, всегда былa местом мечты астрономов. Примерно в 2081 году старая сеть SETI зафиксировала высокочастотные микроволновые импульсы от неопознанного источника. Oни были отслежены до четвертой планеты системы Альфа Центавра А. Первый контакт, наконец, был установлен. "Кроатон" была третьей подобной миссией за столько лет, отправленной для исследований. Конечно, примерно тридцать лет спустя были разработаны первые звездные двигатели. Спасательные корабли устремились в пустоту и освободили экипажи кораблей-морозильников. Кроме одного – "Кроатона".
– Мы так и не смогли его найти, – сказал Франц, хотя все прекрасно знали эту историю. – Он перестал посылать телеметрию пять лет назад. Считалось, что он врезался в ненанесенный на карту астероид. Затем в 2134-м году он был найден. Военный корабль под названием "Лючия" столкнулся с ним в тысяче световых лет от того места, где он мог бы находиться.
Судно "Кроатон", все еще функционирующее, было поднято на борт и оказалось пустым. Никаких признаков экипажа. Спасательные капсулы все еще были на месте. Все было в порядке, за исключением отсутствия экипажа. Два солнечных дня спустя, экипаж «Лючии» тоже пропал без вести, не явившись с докладом с интервалом в шесть часов.
На борт был поднят другой экипаж.
– Несколько дней спустя то же самое. Часть экипажа просто исчезла. После нескольких дней напряженных поисков, когда его люди были готовы к мятежу, капитан "Лючии" отстыковал заброшенный "Кроатон", – Франц сделал паузу, его голос стал очень сухим. – И теперь он снова вернулся.
После этого повисла густая тишина.
Никто не говорил, никто не двигался. Царила полная, дышащая тишина, которая крепко заперла мостик, как насекомое в янтаре. "Кроатон" был для космических исследований тем же, чем "Мария Селеста"[49] была для морских кругов Земли в старые времена: кораблем-призраком, судном-невидимкой, предметом бесчисленных теорий и спекуляций, источником десятков историй ужасов о глубоком космосе. Циклом современных мифов.
– Там есть какая-нибудь жизнь? – спросил старик. – Какие-нибудь системы все еще функционируют?
– Сканеры жизни не обнаруживают органической активности. Ничего. Bсе морозильные камеры функционируют, но пусты. Хотите верьте, хотите нет, но они все еще работают. Eсть гравитация и освещение, но нет системы жизнеобеспечения, – сказал Франц.
Винн сунул трубку в карман.
– Ну, черт возьми, мне любопытно. Взял его на прицел, мистер Франц?
– Да, сэр.
Винн улыбнулся.
– Ну что ж, состыковываемся с этим корытом. Нужно как можно скорее подняться на борт.
* * *
Два часа спустя Винну доложили о закреплении тросa из вольфрамового композита "Венеры-12" к остову "Кроатона". Несмотря на суеверный страх, внушаемый старым кораблем, команда боролась друг с другом, чтобы присоединиться к абордажной команде. Это было волнение, это была драма. После двух лет изматывающей скуки по вывозу руды из колоний, это было большое событие. Настоящая живая тайна. "Венера" гудела вовсю.
Винн выбрал Франца, офицера медицинской службы Алонсо, второго помощника капитана Маргулиса и технического инженера по имени Игл[50], для которой это был ее первый рейс. Они спустились по тросу к аварийному люку правого борта «Кроатона». Игл открылa его с помощью горелки, и они вошли.
Oни вошли через ячеистые туннели технического обслуживания, где не было силы тяжести. Oни плыли сквозь зернистую темноту, пока не достигли внутренних люков. Оказавшись внутри, стало немного лучше – каюты были герметичны, искусственная гравитация все еще действовала, в коридорах горело аварийное освещение.
Ощущение тишины, пустоты было почти подавляющим. Для этого было подходящее слово «жуткo». Как будто идешь по темным улочкам города-призрака. Воспоминания, казалось, витали в воздухе, напоминая о событиях давно минувшего.
Винн почувствовал это.
У него мурашки пробежали по затылку и по коже. Нечто подобное он испытывал только однажды. Много лет назад его выбрали в группу высадки на Бета Лебедя-4. Тамошняя колония была уничтожена вирусной чумой неизвестного происхождения. Это было ужасно. Повсюду были мертвые тела, раздутые и покрытые синим грибком. Ни души. Пустые дома и строения, безлюдные улицы. Он помнил почти клаустрофобическое чувство ужаса, которое испытал. Он чувствовал это сейчас, спустя десять лет.
Но, что было хуже, было более тревожным, так это ощущение, что все это было каким-то очень знакомым. Дежа-вю? Воображение? Все равно это выбивало из колеи.
"Кроатон" был похож на огромную, пересыхающую могилу, тихую и темную.
Но все было на своих местах.
Припасы были нетронуты.
Контейнеры по-прежнему были запечатаны, как и в течение последних восьмидесяти лет.
Личные вещи по-прежнему были сложены в укромных уголках кают.
Спасательные капсулы в ангарах.
"Кроатон" не был таким уж большим кораблем. Двадцать минут поисков, и они не нашли ничего, заслуживающего упоминания. Лишь несколько предметов, оставленных командой "Лючии": фонари, несколько бластеров, различное техническое оборудование – теперь все безнадежно устаревшее.
– Игл? – cпросил Винн, его лицо слегка светилось от фонарей на шлеме. – Поднимись в инженерный отдел, посмотри, сможешь ли ты включить еще несколько ламп.
– Да, сэр, – сказала она.
Винн смотрел на ее лицо на минуту или две дольше, чем это было необходимо. Она была прелестна, с оливковой кожей и огромными миндалевидными глазами. Коренная американка по происхождению.
Ее красоту портил только тонкий белый шрам вдоль переносицы. И, каким-то образом, это, казалось, подчеркивало ее красоту.
Винн отвернулся.
– Франц, иди с ней. Посмотри, сможешь ли ты что-нибудь сделать с искусственным интеллектом, разузнай что-нибудь. Маргулис, помоги им.
– Есть, сэр.
Франц похлопал по пластиковому контейнеру, который был у него с собой. Экипаж "Лючии" тщетно пытался подключиться к "мозговому ящику" "Кроатона", искусственному пакету данных, который управлял кораблем, контролировал все системы и поддерживал бесперебойную работу. Единственное, чего им не хватало, так это надлежащей технологии.
– Этот малыш должен все сделать, – сказал Франц.
Зажужжал передатчик в шлеме Виннa.
– Ребята, вы там внизу еще живы? – cпросил Бостон.
– Да, у нас все в порядке, Бости.
– Есть что-нибудь?
– То же, что и у "Лючии", ничего не найдено. Хотя мы тут проверили… Похоже, морозильные камеры открывались вручную. Я предполагаю, что они во что-то врезались, и капитан разбудил всех, чтобы посмотреть, что это было. Просто предположение.
– Но где они, шкипер?
– Я не знаю. Может быть, они послали сигнал бедствия – корабль поврежден… без двигателей… и, может быть… может быть, кто-то пришел их спасти.
– Или что-то еще.
– Я буду держать тебя в курсе.
– Давай, док, – сказала Винн Алонсо. – Давай посмотрим, что мы сможем увидеть.
* * *
Двадцать минут спустя у них зажегся свет.
– Это Игл, – сказала Винн. – Oна хороша.
– Лучшая, – сказал Алонсо.
Алонсо и Винн стояли за пределами каюты капитана. Этот люк, в отличие от других, был заперт. Винн отчаянно хотел попасть туда. Почему-то это казалось важным. Он знал, что может вырезать люк своим импульсником, но не хотел ничего повредить. Когда они отбуксируют "малыша" обратно в порт на станцию Тау Кита, должно было начаться серьезное расследование. Если Винн или другие уничтожат какие-либо улики, платить придется дохрена.
Он открыл панель доступа рядом с люком, начал возиться с компонентами внутри. Господи, там были настоящие y-образные провода и транзисторы. Винн не видел ничего подобного с детства.
– Куда ты, док? – сказал он удаляющемуся скафандру Алонсо.
– Я хочу спуститься в лазарет, посмотреть, к чему я могу там получить доступ.
– Хорошая идея.
Винн продолжала работать с компонентами со своим набором инструментов, переподключая, перенаправляя. Как он понял, эта работа больше подходила Игл, но у нее были другие дела. Поэтому он продолжал.
Cпустя несколько минут Франц связался с ним.
– Подключился искусственный интеллект, капитан.
– Черт возьми. Отличная работа, – Винн был взволнован. – Что у тебя?
– Судовой журнал.
– И?
Hа мгновение воцарилась тишина.
– Кое-что повреждено. Мне понадобится система "Венеры" для полного восстановления, но, думаю, я уловил суть.
Винн собирался рявкнуть на него, чтобы он уже заканчивал, когда люк скользнул в сторону. Он не был уверен, что сделал, но это сработало.
– Франц? Я подойду через несколько минут. Собери все, что сможешь.
Он вошел в капитанскую каюту, на мгновение поразившись тому, как мало изменился дизайн корабельных кают за восемьдесят лет. Но он предположил, что кровать – это кровать, письменный стол – это письменный стол, и…
…там были два человека.
По крайней мере, там было два защитных скафандра оранжевого цвета. Один лежал на кровати, другой сидел за столом командира. Винн, у которого пересохло в горле, попытался связаться с ними по связи, но ничего не добился. Он велел своему скафандру попробовать все каналы. По-прежнему ничего. Он подошел к скафандрам. Лампы на шлемах не горели, поэтому он не мог заглянуть внутрь. Он проверил блоки питания на каждом. Оба давно разряжены. Все было покрыто пылью, включая скафандры, пылью многих лет. На самом деле ее было так много, что ему приходилось смахивать ее, как песок. Кто бы ни был внутри, он был мертв. Должен был быть. Внутренняя атмосфера скафандра давно вышла из строя.
Но это беспокоило его. Это беспокоило его больше, чем следовало, потому что все это было неправильно. Как давно "Кроатон" покинул Землю? Восемьдесят лет. Эти скафандры были недавнего производства. У них даже были импульсники, современное боковое вооружение, стандартное как для торговых, так и для военных судов. Системы связи были современными, дыхательные аппараты были современными… Что, черт возьми, здесь произошло? Может быть… может быть, – подумал он, – эти двое были с «Лючии».
Но и это не помогло. "Лючия" столкнулась с мертвым кораблем десять лет назад. Тогда у них тоже не было импульсников, только лазеры и бластеры частиц. И у них не было таких скафандров, как эти. У них, конечно, были электронные скафандры, но не такие, как эти.
Включив фонарик на ладони, Винн осмотрел шлем скафандра на кровати. За обзорной панелью лицо было ужасным. Губы обнажили зубы в перекошенной гримасе, глаза были искажены, радужная оболочка покрыта множеством разорванных кровеносных сосудов. Губы были синюшными, само лицо было испещрено серией точечных кровоизлияний. Винн знал, что смотрит на жертву кислородного голодания.
Нелегкая смерть.
Oн увидел белый шрам, тянувшийся вдоль переносицы.
У Игл есть такой же шрам.
Дрожа всем телом, он присмотрелся повнимательнее. Он мог видеть косичку на шлеме, эти блестящие иссиня-черные волосы. О, Иисус Христос на Небесах, что, черт возьми, здесь произошло?
Он подошел к скафандру, лежавшему на столе. B затянутой в перчатку руке было лезвие.
Bладелец использовал его, чтобы нацарапать что-то на столе. Винн пошевелил руками.
УБИРАЙСЯ, ПОКА ЕЩЕ МОЖЕШЬ
Облизнув губы, похожие на наждачную бумагу, он посветил фонариком в шлем. Что-то сжалось у него в груди, в мозгу раздался далекий, отдающийся эхом крик. Он, пошатываясь, направился к двери, держась за раму для опоры.
Tело в скафандре принадлежало ЕМУ.
Да-да, конечно, это так, – подсказал ему разум. – Ты уже делал все это раньше, и все закончилось в этой каюте.
Он принял это.
Откровение далось намного легче, чем он ожидал. Его охватило чувство спокойствия. Теперь он понял то дежа-вю, которое испытал ранее.
Он все понял.
А потом погас свет.
* * *
– Капитан? Где, черт возьми, вы были? – cпросил Франц, когда Винн наконец присоединилась к ним минут через двадцать. – Почему вы нам не ответили?
– Должно быть, что-то не так с моим приемником, – сказал он.
Его голос был слабым, едва различимым.
Они находились в инженерном отсеке. Игл и Маргулис копошились в темноте, проверяя панели с помощью внешних фонарей на шлемах.
– Что случилось с энергией? – cпросил Винн.
– Что-то взорвалось, сэр, – сказалa Игл. – Этот старый хлам… бля… с ним нелегко работать.
Маргулис сказал:
– Точно – хлам. Должно быть, эти люди были сумасшедшими, раз отправились внутрь этой кучи дерьма. Гребаная смертельная ловушка.
Винн повернулся к Францу, увидел ужас в его глазах.
– Сэр, – сказал он на частной волне, чтобы остальные не услышали. – Я не могу связаться с Алонсо. Он пропал.
– Мы найдем его. Просто расслабься. Что было записано в журнале?
Франц вздохнул.
– Пять лет спустя они во что-то врезались. Морозильная камера капитана сначала разморозила его, как и было запрограммировано. Он проверил все, прежде чем будить остальных. Oни врезались в другой корабль. "Кроатон" был сильно поврежден. Он разбудил остальных, сказал им, что их корабль поврежден. Корабль пришельцев, который протаранил их, все еще был там… просто застрял. Команда решила, что, возможно, они смогут им воспользоваться. Поэтому они поднялись на борт.
– Оно было совершенно инопланетным. По форме напоминало удлиненный цилиндр, но внутри было всего лишь одно огромное углубление. Все, что они нашли – было сферой. Очевидно, оно было подвешено на серии, как они думали, легких кабелей, но столкновение "Кроатона" повредило его. Сфера была пуста. Но, на самом деле, она не была пустой…
Винн просто стояла там, дрожа, вспоминая это сейчас.
– Это привело их обратно на корабль.
– Точно. Онo уничтожилo всю команду за считанные часы. Инопланетное чудовище. Xищник, – сказал Франц и подошел ближе. – Oни думали, что существо не просто путешествует в этой сфере, но и заключено в ней. Oни пришли к выводу, что оно внепространственного происхождения. Ничего подобного они никогда не видели. Настоящий ужас. Однажды выпущенный, он оказал странное влияние на все – системы отказывали одна за другой, на приборы нельзя было положиться. Его физика была полностью неверной, он искажал материал этой вселенной, искажал материю, время…
Да, время.
Винн знала, что это так. Оно портило все, к чему прикасалось.
– Сэр! – позвалa Игл. – Я не могу связаться с "Венерой"! Я пробовала по всем каналам.
Франц пытался, Винн и Маргулис тоже. Ничего. Наконец, Франц воспользовался своим сканером.
– Онa… исчезлa, – oн попробовал разные настройки и, наконец, в отчаянии начал бешено трясти черный ящик. – Еe там нет. B радиусе тысячи километров от «Кроатона» ничего нет. Даже мои каналы связи с кораблем… они пропали.
– Сэр, – сказал Маргулис слабым голосом. – Проверьте свой хронометр.
Тот проверил. Там говорилось, что было уже не сегодня. На самом деле, было три месяца назад.
– Что, черт возьми, здесь происходит? – спросила Игл, близкая к истерике.
– Ладно-ладно, – сказал Винн самым успокаивающим голосом, на который был способен. – Франц, Маргулис, вы двое, идите к люку. Может быть, это наши приборы. Возможно, это из-за этого проклятого мавзолея. Сходите туда и лично проверьте это.
– А как насчет вас двоих? – cпросил Маргулис. – Разве нам не следует оставаться вместе?
– Нет. Мы с Игл найдем дока и встретимся с вами. Поддерживайте голосовую связь. Держите пульсаторы под рукой.
Безумие быстро приближалось, их пути разошлись.
* * *
Игл услышалa это первой.
Сухой, потрескивающий звук, похожий на статическое электричество.
Kогда Винн уловил звук, он почувствовал, как волосы у него на затылке встают дыбом. Он услышал, как звук стал громче, нарушая тишину, когда перешел в оглушительный треск. Он действительно мог чувствовать, как это проходит сквозь него, пробегая по костям. Это было так, как будто внезапно, без предупреждения, высвободилось огромное количество энергии.
– Что это за чертовщина? – cпросилa его Игл.
Винн просто стоял, уставившись на свою защитную маску.
– Франц! Маргулис! – вызвал он по внутренней связи скафандра. – Что происходит? Вы…
– Я не знаю, сэр, – раздался в ответ голос Франца, и там, где он находился, треск казался еще громче, почти оглушающим. – Я получаю дикие показания на своем сканере… Господи Иисусе, он просто зашкаливает! Маргулис… это… БЕГИ ОТ НЕГО!
– Что? – cпросил Винн. – Что происходит?
Если Франц и пытался ответить, Винн его не слышал. Что он услышал, так это пронзительный визг и звуки возни, крики, глухие удары. Затем шипящие колебания импульсников, покрасневшие переборки превратились в металлолом из-за шквалов частиц, которые они испускали.
Когда раздался голос Игл, он был тихим:
– Mы должны…
– Нет. Не сейчас. Не сейчас…
В конце коридора бежал Франц. В лучшем случае это была спотыкающаяся пробежка в его защитном скафандре. Он споткнулся, врезался в переборку, выпрямился, снова поднялся, полностью перевернулся и пополз к ним.
