Текст книги "Архитектор (не) моей мечты (СИ)"
Автор книги: Тая Глиб
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)
Эпилог
Полгода спустя, июль
Наташка
Мой дипломный проект – это один из спортивных объектов в Иркутске для компании Матвеева. Очень сложный, с кучей тонкостей по материалам, архитектуре и, самое главное, по ландшафту. Земля, определённая под строительство, до последнего вносила правки в мою архитектуру. Но я добежала до конца и до победы: лучший проект на курсе, да ещё и утверждённый к воплощению!
Конечно, без помощи Ильи и команды «Велеса», где я работаю уже полгода, ничего бы условно-толкового в такие сжатые сроки не получилось. Но вышло! И вышло «очень недурно» – это слова Ильи, а мне кажется – феерично!
Защита позади, а впереди Большой день – наша свадьба.
Мои подруги из универа в полном восторге. Никто до последнего не догадывался о нашем сближении, а значит, мы и правда неплохо конспирировались. Но время «сидеть в окопе» закончилось, сегодня мы с Ильёй Ольховым у всех на глазах и устах…
Я смотрю на своё отражение в зеркале.
Элегантное белое платье облегает фигуру и чуть расширяется книзу. Открытые плечи делают образ ещё более утончённым и хрупким. Мои огненно-рыжие кудри убраны в высокую причёску, в которую органично вколота невесомая фата, уходящая до края подола. В волосах – живые белые лилии…
Сестрёнки, мама и бабуля, присутствовавшие при моих сборах, выплакали литры слёз счастья и уже спустились к гостям.
Моя будущая свекровь Лара сегодня тоже здесь, вместе со своим супругом. Всё же женится её единственный сын.
Она выдержала свою болезнь, выстояла, за что ей отдельное уважение.
Выглядит она, как и всегда, прекрасно.
Придя ко мне и коротко меня поприветствовав, она лишь улыбнулась, явно оставшись довольной моим образом: «Добро пожаловать в семью», – и спустилась к остальным гостям.
А сейчас я жду Его…
Вижу в зеркале, как ко мне приближается Илья. Его глаза горят как никогда. А голос… Боже, его голос! Обожаю этот низкий тембр с хрипотцой, который прошибает разрядом тока. Люблю…
– Наташка, ты великолепна! Как не прикасаться к такой красоте? Я сам себе завидую…
Я улыбаюсь, а внутренне трепещу. Вся подготовка была ради него – ради этого взгляда и этих слов…
– Ты тоже великолепен, как и всегда.
На нём кипенно-белая рубашка, классический чёрный костюм, галстук…
– У меня есть для тебя кое-что.
Только сейчас замечаю в его руках большой футляр. Он открывает его, и на подушке из тёмно-синего бархата лежит шикарное колье: бриллианты в белом золоте и серьги-пусеты с тонкой нитью, на которой капелькой ниспадает чистейший камень. Это целое состояние…
Я никогда не спрашивала, да и вообще не думала о семье Ильи. Принимала его таким, каким он мне виделся, без лишнего бэкграунда… Но сейчас пазл мгновенно складывается сам собой.
– Илья, это очень красиво, но… как?
Слова застревают в потоке мыслей, но Илья договаривает за меня:
– Наташ, я из очень состоятельной семьи. Очень…
– Угу, – это единственное, что я могу выдавить.
– Это бриллианты – наша семейная ценность. Есть ещё пара значимых вещиц, но ими тебя порадует уже свекровь.
– Илья, я не понимаю…
– Если кратко: мой отец из очень известного дворянского рода. Все мои предки эмигрировали в Европу ещё перед революцией. Мои двоюродные братья и сёстры живут в Лондоне. Кто-то обосновался в Цюрихе и Берлине. Я тоже уезжал в Лондон, но не срослось. Вернувшись я встретил тебя и не захотел, чтобы срасталось… Только здесь и только с тобой.
– Всё равно не понимаю… – мысли в голове путаются. Илья Ольхов и его выбор – я.
Но Илья развеивает все мои сомнения.
– А что понимать? Разве что-то изменится в наших отношениях?
– Нет, конечно!
– Вот и я так думаю. Кроме ещё одного подарка…
– Илья… – выдыхаю я, давая понять, что ничего больше не нужно, и так всё «сверх», а эта правда – и вовсе слишком для меня.
Но Илья берёт мою руку и, поглаживая, произносит:
– Помнишь, я тебе рассказывал про своё поместье? Ты тогда спросила, почему я не хочу отдать его Севе.
– Илья, ну зачем сейчас-то об этом? И зачем Севи вспоминать? – Я правда не понимаю к чему он сейчас.
– Я не мог отдать ей поместье, потому что уже его подарил. Ещё тогда. Почти год назад.
Я хмурюсь, вообще не понимая его пассажа и выбора времени для такого разговора. Стараюсь перевести всё в шутку:
– Илья, я не буду требовать отчёта о твоём имуществе. Мне это не важно.
– Ты хотела сказать – о своём имуществе? – И я вижу смешинки в его глазах.
В моих же, видимо, полное недоумение. Я и правда не догоняю…
– Ольхов, скажи уже, что хотел, и пойдём жениться! Я хочу скрепить нас узами брака, пока мои мозги ещё на что-то способны и ты их не сломал окончательно своими головоломками.
– Наташ, это поместье – мой подарок тебе…
– Что⁈
Илья только молча кивает.
– Ты обезумел? Ольхов, это слишком!
– Я так решил ещё в сентябре и воплотил этот план в жизнь… Ты – хозяйка моего сердца и моего дома, который я строил, как оказалось, для тебя. Я так почувствовал тогда и сейчас я только больше убеждаюсь в правильности своих действий.
– Я даже не знаю…
– Я знаю. Я знаю за двоих… Пойдём уже, сделаем тебя моей женой и начнём наслаждаться тем, что ждёт всех молодожёнов…
Свадебная церемония проходит в нашем поместье, посреди идеально спроектированного Ильёй особняка, безупречного газона и парка, разбитого Ларой – уже моей свекровью. После наших «да» мы кружимся в вальсе под аплодисменты гостей, целуемся, и моему счастью нет предела…
Три года спустя…
Предела счастью действительно нет.
Численность семейства Ольховых растёт в геометрической прогрессии.
За первый год супружества у нас «появился» Марк – сын Ильи от Севы.
На втором году семейной жизни мы обогатились Вовкой и Ванькой.
А сегодня я даже этого боюсь. Идёт третий год нашей счастливой, суматошной, но такой классной жизни, что мне страшно нарушать её ритм.
Лёжа на кушетке с намазанным гелем животиком, я с опаской жду вердикта о «геометрической прогрессии». Надеюсь, я не кошка и четверняшек у нас не будет… Илья сжимает мою руку, тоже находясь в нервном предвкушении.
Врач улыбается:
– Поздравляю, у вас будет ребёнок!
Мы в один голос спрашиваем:
– Один⁈
Наш доктор, Людмила Владимировна, чуть хихикает:
– А вам сколько надо?
– Один! – выпаливаю я, не задумываясь.
– Три! – одновременно со мной басит Илья.
Брови Людмилы Владимировны взмывают вверх, а уголки губ дрожат от смеха:
– Ну, вот вам «среднее арифметическое». У вас двойня, поздравляю!
За хлопотами с тремя детьми время летит быстро.
Хорошо, что с детками помогает бабуля – она как на работу ездит к нам в имение, а вечерами и ночами наших двухлеток нередко подхватывает Илья. Я бы одна не вывезла. Особенно сейчас, когда меня эмоционально штормит так, что сносит крышу – и мою, и всех, кто рядом. Я их тоже немного «рифтую» под себя.
Третий месяц подходит к концу, токсикоз затихает, но разгорается жгучий аппетит на моего архитектора… Гормоны бьют по голове и по всем эрогенным зонам. Илья кайфует.
Вчера хохотал: говорит, в заявлении на внеочередной отпуск так и напишет – «обязан удовлетворять беременную жену», а после ночных марафонов и спринтов с ней руки дрожат, чертить не могу…
Мы ржём. Но он и правда ушёл на удалёнку. Учитывая, что Илья, как оказалось, один из учредителей «Велеса», никто даже не пытается склонить его к работе в офисе по графику.
Малыши спят с бабулей наверху, Марк в школе, а мы периодически облюбовываем один из гостевых домиков на территории поместья. Это не тот, где делал предложение Дарье Матвеев, и не тот, где жил Кармацкий, а наш собственный уютный оазис… Тихого – и не очень тихого – счастья, где мы есть друг для друга.
Животик пока лишь чуть-чуть выделяется, поэтому мы почти не стеснены в позах и желаниях. Грудь стала такой чувствительной, что стоит Илье её коснуться, обхватить губами сосок и чуть прикусить ореолу, как я буквально взрываюсь. Спазмы – предвестники оргазма – скручивают низ живота. Илья чуть отстраняется и, проведя пальцами у меня между ног, довольно рычит:
– Такая влажная для меня… Иди ко мне.
Он медленно, но очень глубоко, на всю длину, даёт себя оседлать и задаёт темп ладонями, вжавшимися в мои ягодицы. Буквально пара движений – и я в эйфории. Он переворачивает меня на спину, и новый виток блаженства наполняет меня им до краёв…
– Илья, ты и так до неузнаваемости изменил архитектуру моего тела. Вторая беременность двойней – это…
– Классно! – перебивает он. – Ты стала ещё более женственной и капец какой сексуальной. А твоя чувствительность… Ммм…
– Я серьёзно. Каркас трещит по швам, – показываю я на налитую грудь, которая уже с трудом помещается в бюстгальтер.
– Ох уж эти твои заманушные каркасы… – Он примыкает губами к моей груди, высвобождая её из кружева и сжимая в своих ладонях. – Прямо для моей руки. Вкусные девочки, – шепчет он, целуя каждую.
А я не унимаюсь, всё больше подзадоривая его:
– А ещё афедрон растёт!
– Показывайте! – командует Илья.
Он переворачивает меня, ставя на четвереньки в позу «собака мордой вниз» – аккурат между своих бёдер. Прогиб спины – и перед ним открывается тот самый вид моей попки.
– У-у-у! – Илья то ли воет, то ли шипит. Его голос опускается до хрипа. – Наташка, это чистый секс… Обожаю тебя!
И мы идём на второй круг…
После нас немного отпускает, но я знаю – ненадолго. Ночи у нас тоже сладкие и жаркие. Наша спальня звукоизолирована, поэтому в ней можно не сдерживаться – детки будут спокойно спать.
Лежим в постели. Время уже час ночи. Наконец-то все угомонились, и мы, насытившись друг другом, проваливаемся в полудрёму. Илья тихо шепчет мне на ушко:
– Люблю тебя…
– Люблю… – откликаюсь я.
Он гладит меня по животу, проходит тёплой ладонью по груди, шее, скулам, едва касается губами моих губ и шепчет:
– Спасибо, что согласилась на «долго и счастливо»…
Я прижимаюсь к нему теснее, вдыхая родной запах – смесь его парфюма и тепла нашей общей ночи.
Где-то в соседних комнатах сопят наши дети, за окном замерло в ожидании рассвета наше поместье, а впереди – бесконечность, которую мы распланировали до мельчайших деталей.
– И тебе спасибо, Илюш, – сонно откликаюсь я, закрывая глаза. – За лучший проект в моей жизни. За нас.
Сон окутывает, стирая границы между реальностью и мечтой. Потому что теперь это одно и то же. Мы дома. Мы вместе. И это – наш самый главный проект, который получил полное одобрение заказчика и уже строится обретая новые формы с каждым днем.
