Текст книги "Львира. Земли Солмира. Том I (СИ)"

Автор книги: Татьяна Левицкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 27 страниц)

Глава 24. Смертельный джекалоп и гнев виверны

– Пятеро – охранять портал, остальные за мной! – приказал король Нимуард и двинулся в противоположную от истока Лунной реки сторону. Пленников обыскали, забрали котомки и оружие, а затем перевязали запястья так, что концы веревок находились в руках у эльфов, которые беспощадно дергали за них, таким образом подгоняя узников, словно какой-то скот. Вестагар все еще ревел и сопротивлялся таким унизительным мерам, чем вызывал еще больший гнев эльфов, которые уже втроем тащили упирающегося воина за собой, а друиды же шли спокойно, пытаясь придумать хоть какой-то захудалый план действий.

– Почему нас ведут на восток? – незаметно шепнула Каиса Нивертону, пока эльфы вновь занимались буйством Вестагара.

– Они не хотят карабкаться с нами по горам, это очень долго, – пояснил страж, и вдруг замолк, увидев подозрительный взгляд эльфа, держащего его веревку. Когда тот отвернулся, Нивертон быстро заговорил:

– Они перевезут нас по Лунной, а там эльфов еще больше…

– И что же нам делать? – шепнула львира, окидывая наставника отчаянным взглядом. – Может, перевоплотиться…?

– Нет! – твердо возразил страж, гневно блеснув глазами. – Не смей, поняла? Даже, если они захотят убить меня, ты не имеешь права раскрыть себя! Ты поняла, Каиса?! – требовал незамедлительного ответа он, но львира не успела ничего сказать.

– Ты! – дернул эльф за веревку с такой силой, что Нивертон рухнул на камень, проехавшись на коленях несколько антроф. – Пойдешь отдельно!

Подождав, пока остальные пройдут вперед, эльф вновь потянул едва поднявшегося на ноги Нивертона за собой. Устало взмахнув головой, откидывая упавшие на лицо рыжие пряди, страж с ненавистью воззрился на своего пастуха, желая запомнить все черты его бледного ушастого лица, чтобы потом отличить от других таких же, абсолютно одинаковых и смазливых для друида. Лопоухий же сардонически ухмыльнулся и вновь рыком подтянул веревку. Нивертон недобро прищурился и хорошенько дернул руками в ответ. От неожиданности эльф не удержался на ногах и звучно плюхнулся на мягкое место, проскользив по наклоненному камню, словно с горки. Его падение остановилось лишь когда тот эпично шлепнулся всем телом на влажную от росы почву. Белые волосы рассыпались по изумленному лицу, а такого же цвета одежды стали черными. В рядах раздались надменные смешки, заставив эльфа слегка порозоветь и больше не провоцировать пленника.

Вестагар все продолжал рычать. Несмотря на кляп во рту, рев у него выходил отменный. Если не знать, что эльфы схватили воина Кубата и ведут его в свое королевство связанного, можно было предположить, что эти звуки принадлежат новорожденной химере, орущей во всю глотку от неутолимой жажды эльфийской плоти. Впрочем, что-то из этого все же могло быть правдой. Если бы Вестагара освободили от пут, вряд ли хоть один эльф вызвался сразиться с ним. Ненависть к ушастым ударила в голову, сделав лицо Вестагара цвета спелого арбуза совсем диким, а сила сопротивления верзилы достигла своего апогея. Каким-то образом улучив момент, воин сделал рывок, сбив троих своих пленителей с ног, и с громогласным ревом побежал прочь, с правой стороны огибая подножье горы. Эльфы же, хоть и не смогли удержать своего узника, вцепились в веревку мертвой хваткой, вынуждая Вестагара тащить их за сбой, однако этот груз, казалось, вовсе не отягощал воина, когда дело касалось побега от эльфийского короля. Не изменяя скорости, тот хитро вильнул и приложил троих ушастых о край скалы. Выпустив из рук веревку и рассыпавшись по подножию горы, эльфы тяжело охнули, но все же ловко поднялись и пустились следом за убегающим со всех ног воином.

– Что ж… – задумчиво погладил подбородок Лесной Король, спокойно наблюдая за живописной картиной. – Думаю, пока мы ждем вашего друга, можно устроить небольшой допрос, – он подошел прямо к Каисе и двое эльфов обступили ее, предупредительно схватив за плечи и приставив меч к горлу.

– Я не видел тебя раньше в Друидэйне… – начал издалека Нимуард. – Чья ты дочь?

– Я дочь Бедвина, – не моргнув и глазом соврала Каиса. – Меня недавно посвятили в друиды.

– Кузнеца? А ну-ка, засучить рукав! – приказал Король, желая лично удостовериться в ее словах. Эльфы мигом обнажили запястье Каисы, на котором красовался коричневый трикветр.

– Я говорю правду, – продолжала львира ровным голосом, изо всех сил стараясь не выдать себя. – Друидэйн – мой дом.

– Что ж, допустим, я верю тебе, – более мягким голосом произнес Нимуард, наклонившись к лицу девушки. – Тогда скажи мне, кто отец Бедвина? Кто твой дедушка?

Каиса уставилась в пустоту, соображая, что же ей делать дальше. Скорее всего, Лесной Король знает ответ, раз задает такой вопрос, тогда как же выкрутиться?

«Отец Бедвина – Талух,» – вдруг раздался в голове спасительный голос Нивертона, – «а его мать – Морвэн. Ты их не знала, они погибли триста лет назад. Жена Уэн умерла при родах. Говори.»

– Мой отец редко рассказывал о своих родителях, потому что они давно погибли, – уверенно начала Каиса после недолгой паузы. – Смерть Талуха и Морвэн стала для него сильным ударом, а потом и моя мама скончалась, и у него осталась лишь я… – с грустью закончила львира, понизив голос на последнем предложении.

– Как ее звали? – вновь допытывался эльф.

– Уэн, – кратко ответила Каиса, пытаясь понять по лицу Нимуарда купился ли он на столь незамысловатую ложь.

– Что ж, так оно и есть, – более мягким голосом произнес Лесной Король и наклонился к самому лицу Каисы так, что жестокие зеленые глаза оказались прямо перед ней. – Тогда скажи, где друиды прячут львиру? Нет смысла утаивать, я видел ее лично и держал в руке ее перо белого феникса.

– Я не знаю… – растерянно ответила Каиса, в замешательстве покачав головой.

– А я знаю! – расплылся в теплой улыбке Нимуард, проведя длинными бледными пальцами по ее золотистым кудрям. – Неужели вы полагали, что, увидев львиру в человеческом обличие, я не узнаю ее? Быть может Авэрэил, король высших эльфов, что взошел на престол после смерти своего доблестного отца Лэярма, и не увидел бы в тебе львиру, ведь не проходил через Великую Битву вместе с другими народами, но я помню то время. Я самолично сражался за свой род против этих грязных животных! Твоя львиная грива видна из самого Луартема! (королевство лесных эльфов) – брезгливо уронил он несколько светлых локонов. И я с превеликим удовольствием…

Но не успела Каиса дослушать столь ошеломительную речь, как ее прервал оглушительный вопль. Вздрогнув всем телом, львира обернулась на звук. Из-за края горы показался Вестагар, который, почему-то, со всех ног бежал обратно, а за ним гнались трое эльфов, еще более напуганных, чем сам воин.

– Хм… А вот и верзилу пригнали, – довольно заметил Нимуард, но вскоре эмоция ликования сменилась изумлением, а затем и паническим страхом.

Эльфы обогнали Вестагара даже и не думая ловить. Теперь воин сам бежал за обидчиками, а те что-то кричали своим, активно маша руками. Разгадка не заставила долго ждать. Через несколько секунд прямо из-за горы показалась настоящая причина такого стремительного возвращения пленника – огромная разъяренная виверна. С диким пронзительным воплем она спикировала на сомкнувшиеся ряды эльфов и из ее пасти вырвалось драконье пламя. Огонь стремительно окутал долину, лизнув каждый камушек под ногами. Добрая половина эльфийского отряда вспыхнула, как факел.

– Вестагар, сюда! – крикнул Нивертон в секунду сжегши заклинанием веревки на руках. Схватив Каису и отбежав в сторону, он выставил над головой магический щит. Воин, пользуясь потасовкой вырвал у эльфа свой меч с навершием медведя и стремглав побежал к друидам. Едва Вестагар прыгнул под щит, как пламя виверны вновь обдало своим испепеляющим жаром.

– Бежим, пока она нас не сожрала! – скомандовал страж и все трое со всех ног полетели к скале, пока уцелевшие эльфы тратили последние стрелы на новую напасть.

– Не так быстро! – преградил им дорогу Нимуард. Виверна была не самой главной проблемой для него сейчас. Гораздо важнее не упустить такую ценную добычу.

– Брысь с пути, ушастый! – взревел Вестагар, выхватывая из ножен свой обломок меча. – Иначе я тебя как свинью заколю!

– Этре́м то́ри ма́тер! – прошипел эльф, грозно наступая и обнажая свой меч.

– Э-э-э… А что он сказал? – не отрывая взгляда от разъяренного короля шепнул воин стражу.

– Похоже, что-то про твою мать, – крикнул из-за спины Нивертон, уклоняясь от шипастого хвоста виверны, которым та с ревом рассекала воздух, разбрасывая всех вокруг.

– А-А-А-А-А!!! – Вестагар с диким криком бросился на Нимуарда, заставив того в страхе попятиться. – Матушку мою значит посрамляешь?! Свинья накрахмаленная! А ну-ка иди сюда, химера навозная!

Едва эльф выставил меч, как обрубыш Вестагара звонко по нему клацнул.

– Я тебя вспорю и выпотрошу как джекалопа прошлым утром! – продолжал орать воин, беспощадно маша сломанным мечом. Казалось, усталость от целого дня похода канула в пламени, и теперь Вестагар был готов ответить за каждую символическую яичницу, которую эльфы так беззаботно поглощали на завтрак.

– Так вот, что это было! – осенило Нивертона.

– Это рогатые зайцы такие? – уточнила Каиса, с усилием удерживая щит против очередной огненной атаки.

– Да! – крикнул Нивертон сквозь треск пламени и душераздирающие крики горящих эльфов. – И в большинстве случаев они ядовиты!

– Веста-ГАР?! – по нарастающей закричала Каиса, в моменте поняв, что еще вчера могла отбросить лапы и без помощи эльфов и разъяренной виверны, но воин ее не слышал. Он уже был далеко впереди и гигантскими шагами оттеснял Лесного Короля к подножию горы.

– Что не так, принцесса?! – глумился верзила, совершенно не боясь эльфийского клинка под броней из шкуры виверны. – Ишь, какие уши отрастила! Слишком много дней рождений за них дергали?

– Сейчас ты познаешь гибель, смертный! – от каждой брошенной в него колкости Нимуард зверел еще сильнее. – Ты пожалеешь, что вылез на свет при моем правлении!

Эльф ловко уворачивался от тяжелых ударов и легко маневрировал меж каменных глыб, едва касаясь их ногами, но воин разгорячился не на шутку.

– Что, с века́ми волосы вверх мигрируют? – упражнялся в остроумии Вестагар. – Так много на затылке и ни одного на подбородке! Даже интересно, где раньше были твои густые брови…

Едва Вестагар произнес последнюю фразу, как лезвие прошлось прямо по контуру его удивленного лица, обрубив часть бурой бороды.

– Ну нет, принцесса! – взвыл он, вытаращив глаза и уворачиваясь от очередной атаки. – Лучше начнем с тебя! Сейчас я покажу какие прически носят настоящие мужи Солмира! – и улучив момент, воин взял эльфа в захват и шустро намотал на кулак белоснежные локоны. Один взмах обрубышем и серебряный водопад остался у Вестагара в руке.

Секунду Нимуард ошарашенно смотрел на свои отхваченные волосы, которые воин уже довольно прятал за пояс, а затем издал звук напоминающий хриплый крик чайки и, дернувшись со всей силы, вырвался из захвата. Вновь послышалось лязганье мечей, которое время от времени прерывалось разъяренными воплями виверны.

Друиды со всех ног бежали к горе, когда очередной заряд пламени прошелся как раз перед ними и огромная пасть разверзлась, поглотив нескольких эльфов прямо у них на глазах. Сверху раздался хруст костей и неприятное чавканье довольной виверны, которая, облетев круг, готовилась вновь спикировать и поджарить себе очередную порцию эльфятины, чтобы полакомиться ее хрустящей корочкой и сочной начинкой.

Стрелы отскакивали от прочной шкуры, не причиняя ни малейшего вреда. Бездвижные эльфы валялись тут и там, обожженные и изуродованные. Вновь снизившись, виверна выпустила струю пламени и подлетела к самой земле, желая поглотить оставшихся в живых. С криками и хрустом в прожорливой пасти канули еще пятеро, но трое ушастых успели запрыгнуть на бугристую спину. Виверна взбрыкнулась, однако эльфы легко удержались и, едва касаясь толстой кожи, перебрались на рогатую голову. Блеснул метал.

– Вестагар! – закричал что есть мочи Нивертон, когда до воина оставалось пятнадцать антроф. – Сверху!

Свет резко померк в округе, и верзила задрал голову. Лесной Король попятился, но, к своему удивлению, уперся спиной в скалу. Прямо на них со стремительной скоростью падала виверна. Раскинувшиеся в небе крылья застилали солнце, отбрасывая на землю длинную тень. Вестагар перепрыгнул через булыжник и очертя голову рванул в противоположную от горы сторону.

Тень все росла. Еще несколько мгновений и воин навсегда останется погребен во тьме, вместе с ненавистным ему эльфом, который изо всех сил старался не отставать от верзилы. Друиды бежали со всех ног, но время шло на секунды. Обреченный рев вдруг рассек долину. Нога задела носком валун и Вестагар полетел лицом вперед, вспахав здоровенную рытвину. Больше времени не было...

Глава 25. Ихневмон – клинок, поражающий дракона

Каиса перевернулась в воздухе и расправила снежные крылья. Одним взмахом преодолев расстояние до воина, она схватила его когтями и ушла креном в сторону. Крыло обжег сильный удар, заставив полностью потерять равновесие. С глухим стуком виверна приземлилась на то самое место, где только что распластался воин, подняв в воздух столбы камня и песка. Львира ударилась о землю и покатилась по склону, зажав воина между крыльев.

Остановил их очередной валун, внезапно выросший перед глазами. Выставив лапы вперед, Каиса вновь спасла Вестагара от неминуемого сплющивания о твердую поверхность. Мягкие подушечки уперлись в камень и слегка оттолкнулись от него. Повернувшись на спину, Каиса огляделась. Из-за валуна к ней бежал запыхавшийся Нивертон, лицо которого выражало все эмоции, которые он уже был готов выплеснуть на свою подопечную, но та решила отложить их на потом. Резко распахнув крылья, львира выпустила того, кто сможет на достаточно длительное время оградить ее от скучных нравоучений, которые уже начали слегка надоедать, – обезумевшего Вестагара. Выпав на землю из перистых объятий, серый и на редкость молчаливый, он прополз на четвереньках добрые пять антроф и лишь тогда рискнул оглянуться. Надо ли говорить, что замешательство, исказившее и так потрясенное лицо вона, усилилось стократно, и теперь тот лишь сидел у каменистого подножья горы и безмолвно тыкал пальцем в безмятежную, но очень живую львиру, сидевшую напротив него, словно бездвижная гаргулья.

– Это! – наконец смог извлечь несколько звуков из себя воин, тыкая пальцем то на львиру, то на остановившегося рядом Нивертона. – Оно же сдохло давно!

– Вестагар, прошу, успокойся, – мягко начал страж, медленно подходя к ополоумевшему другу. – Все хорошо, она не опасна…

– Не-е-е-т, – с нервным смешком протянул воин, поднимаясь на ноги. Несколько секунд и долину рассек безумный смех, от которого Каиса невольно содрогнулась.

– Всё, что имеет клыки в пасти, опасно! – с дикой улыбкой на лице он еще раз зыркнул на Нивертона, стараясь не выпускать львиру из поля зрения. – Что за шутки, друид?! – не сводя глаз с Каисы, Вестагар медленно опустил руку на ножны, но меча там не оказалось. Львира ударила тяжелым хвостом о землю и утробно зарычала.

– Каиса, прекрати уже этот цирк, вернись обратно в свой образ, – махнул ей устало рукой Нивертон, начиная по-настоящему сердиться. «Хватит и одного неуправляемого на мою голову! Сейчас не время его еще сильнее пугать.»

Каиса фыркнула и нехотя подчинилась. Конечно же ей нравилась неоднозначная реакция Вестагара, и, если бы львира побегала бы за ним по этой долине, как в принципе и планировала сделать, точно бы узнала все его истинные цели и даже смогла бы увидеть вчерашнего переваренного джекалопа, но у Нивертона вновь было «правильное» настроение, а это означало, что веселье опять придется отложить на потом.

Перед Вестагаром предстала та же стройная девушка с золотыми непослушными кудрями и с карие умными глазами, больше не отливающими алым оттенком. Единственное отличие – теперь Каиса была в сто крат более уставшей, чем когда воин видел ее в пещере. Под глазами легли мглистые тени, а лицо слегка осунулось и будто бы даже похудело.

– Дерьмо волколака! Так ты и есть львира! – воскликнул Вестагар, замерев на месте от изумления. – Эльфы не спятили, они искали тебя!

– Так и есть, – ответил за неё Нивертон, встав рядом с воином. – Они напали на Друидэйн, чтобы похитить Каису, которую мы приютили две луны назад котенком. Нашли ее у входа в Фарьяр по звездам и с тех пор растили как друида. Я готов дать руку на отсечение – она не опасна и не причинит тебе вреда…

Вестагар молча слушал историю стража и пристальным взглядом смотрел на львиру, а та, в свою очередь, неотрывно смотрела на него. Она знала, что выстоит этот взгляд, ведь больше скрывать нечего. Каисе не было стыдно за свой безрассудный поступок, она только что спасла жизнь человеку, а это стоит сотни нравоучений Нивертона.

Казалось, воин больше не слышит стража, продолжающего тому что-то объяснять. Всё его внимание было сосредоточено на девушке, так ловко притворяющейся друидом, побыв им всего несколько месяцев. С Нивертоном было все более-менее понятно, но Каису воин оценивал заново, перебирая в голове время, проведенное с ней вместе. Наконец, он приблизился к девушке и твердо встал в несколько антрофах от нее. Нахмуренный взгляд, напряженное лицо… Было видно, с каким трудом Вестагар держал себя в руках. Немного помолчав, он смерил Каису ироничным взглядом и наконец произнес с хриплой усмешкой:

– Враги эльфов мои друзья! Так держать, воительница! – и, схватив Каису в охапку, крепко сжал с такой силой, что у той заскрипели кости. Нивертон звучно выдохнул, слегка помотав вскипевшей от усилий головой.

– Что, друид, думал я твою животинку сейчас прирежу? А вот и нет! – смеялся воин, стискивая Каису так, что ее голова каким-то чудесным образом оказалась у него подмышкой. – Еще посражается, воительница клыкастая!

– Я не животина! – недовольно заметила львира, выныривая из захвата. – Но, если ты так считаешь, могу опять перевоплотиться и поговорить с тобой на «зверином», – хитро сострила она.

– Ладно, ладно… Только не ешь меня! – показал ладони воин, не смея злить настоящую львиру, а затем вновь обхватил ее и с хриплым возгласом приподнял в воздух, помотав из стороны в стороны. – Как скажешь, воительница! – радостно прокричал он, с размаху приземляя ее на ноги. – Я сразу увидел, не простая ты! В долгу я теперь!

Пока воин восторгался дивным событиям, Нивертон взобрался на соседний валун и легко перескакивая с одного камня на другой добрался до виверны, неподвижно лежащей в небольшой впадине. Тела четверых эльфов торчали из-под нее расплющенные насмерть, одним из которых оказался Лесной Король, Нимуард. Из головы чудовища, поблескивая рукоятью в дневном свете, неподвижно торчал меч эльфийской работы, однако, лесные не имели к нему никакого отношения. Это оружие стражу было хорошо знакомо – его когда-то притащила львира в Друидэйн скорее всего из тролличьих нор неподалеку. Преисполненный новыми эмоциями, Нивертон оживленно крикнул:

– Вестагар! Как много виверн ты сразил в голову?

– Ни одной, – усмехнулся воин. – Ни один меч не может пробить их шкуру. С этими тварями я обычно стравляюсь руками и смекалкой!

– Все же один может, – заметил страж и с усилием выдернул эльфийское изделие из мертвой головы, обтерев его о камень. – Этот меч был закален дыханием дракона!

– Значит, Альвисс не ошибся… – задумчиво пробормотала Каиса, пока Вестагар удивленно таращился на могущественное оружие в руках друида.

– Я назову его клинок «Ихневмон» – поражающий дракона. В честь единственного существа, перед которым они трепещут, – торжественно объявил Нивертон, возвращаясь к Каисе тем же путем, а затем добавил:

– Твой тоже так может. Нужно вернуться и отыскать его на этом пепелище.

Воин слегка напрягся услышав, что меч, который он подарил Каисе, может сражать виверн одним метким ударом. Подойдя поближе к родственнице драконов, он досадливо уставился на глубокую колотую рану, чернеющую в ее голове, а затем перевел зловещий взгляд на раздавленных эльфов. Прямо около тела Нимуарда покоился чудом уцелевший обрубыш. Нехотя подняв его, Вестагар тяжело вздохнул и убрал сломанный меч в ножны.

– Хорошая виверна – дохлая виверна, – сделал заключение он, стараясь искать в последних событиях плюсы.

– Могли остаться живые, – ответил Нивертон, следящий за действиями Вестагара. – А если так, им же хуже – они видели истинный облик Каисы. Мы не можем отпускать свидетелей.

Услышав неоднозначное заявление стража, воин коротко кивнул и направился с друидами к полю боя все еще хмурясь, однако, немного погодя воспрял духом. Вид эльфов, умерщвленных огнем и тяжелым хвостом виверны, вселял в него какую-то необъяснимую бодрость. Оглядевшись вокруг, Вестагар не то с грустью, не то с ликованием крикнул:

– Тут одна мертвечина!

– Твой меч, – протянул Каисе оружие страж, выдернув его из-под неподвижного тела.

– Пятеро оставались у хода Тарука, но они же не могли меня увидеть? – с надеждой взглянула она на Нивертона, совершенно не желая, чтобы из-за нее кого-то убивали. Собственно, само заявление стража о том, что он собирается сделать, повергло ее в шок. Каиса помнила уроки и прекрасно знала, что для друида ценна жизнь любого живого существа, что они одни понимают ее безграничную полноту, а убийство презирают всей своей душой, но теперь что-то в лице Нивертона поменялось. Казалось, ради львиры он пойдет и не на такое преступление против естества друида.

– Там их уже нет, – покачал головой Нивертон. – Я видел, как они покинули пост, когда виверна напала на отряд. Теперь эти эльфы где-то среди своих, – махнул он рукой на обезображенные тела. Нужно упокоить их души.

Также, как и Альвисса, друиды предали земле каждого эльфа. Они засыпали братскую могилу землей и поставили сверху несколько валунов, чтобы не раскопали волколаки.

– Мир вашему духу, – провозгласил Нивертон, склонив голову. Каиса повторила за своим наставником, а Вестагар начертил интру, но не долго воин предавался церемониальным обрядам. Громко шмыгнув носом, он звучно харкнул на могилу и, брюзгливо прикрикнув: «Ну вы там долго будете киснуть? Они из нас чуть окрошку не сделали, а я жрать и спать хочу!», побрел в противоположную от истока Лунной реки сторону.

Друиды многозначительно переглянулись и зашагали следом в душе прекрасно понимая воина. Хоть адреналин от схватки все еще пульсом отдавался в ушах, тяжесть в один миг навалилась настолько неподъемная, что ноги еле отрывались от земли.

– Вестагар, виверны охотятся стаями? – спустя какое-то время неожиданно крикнул ему в спину страж, заставив того в оцепенении остановиться.

– Дело говоришь, друид, дело говоришь… – оглянулся на него воин, задумчиво почесав затылок. – Отчего же напала лишь одна?

– Предлагаю обогнуть гору и проверить, что она скрывает. Думаю, там мы найдем разгадку, а если нет, подыщем пещеру и отдохнем. Каиса уже на последнем издыхании, – добавил он, покосившись на львиру, едва плетущуюся чуть позади.

– Я тебе так скажу, друид, не только Каиса, я сам сейчас упаду прямо на месте! – в сердцах воскликнул Вестагар. – Останавливает только одно – если я это сделаю, по утру от меня останутся лишь косточки. Здешние чудовища всё слопают! – демонстративно потряс он руками пузо.

– Тогда идем на запад, – кивнул Нивертон на петляющую впереди тропу. – Быть может эта дорога приведет нас к ответу.

Еле волоча ноги, спотыкаясь и слегка пошатываясь, безумно усталые, но непобежденные путники пошли через узкий путь меж горами, по которому совсем недавно спасался бегством Вестагар. Солнце вновь скрылось за завесой облаков, а полуденный зной густой пеленой завис в воздухе, в котором и так было тяжело дышать. Каиса забыла, когда последний раз наслаждалась свежестью, ощущала полными легкими невесомый морской бриз. Горы Тарука душили, не давали расслабиться ни на секунду и всеми силами старались ни в коем случае не выпускать из своих каменных объятий тех, кто хоть раз попал в их плен.

Некоторое время спустя погода резко переменилась. Часть неба заволокли тучи маренгового оттенка и незаметно крались сзади, подгоняемые диким ветром в вышине, который стремительно крепчал и у подножия гор, разбавляя душный зной приятной прохладой. Сначала путники наслаждались минутным облегчением, однако вскоре тело начал бить легкий озноб.

Извилистая тропа вела мимо хода Тарука, петляя у подошвы скалистых гор и держа направление то на запад, то на север. Рискуя в конец заблудиться, истерзанные ходьбой ноги все топтали ее мелкий камень, в надежде отыскать то, что их обладателям так необходимо – ответы и долгожданное убежище. В очередной раз резко вильнув вбок, тропа уперлась в пологий склон, словно приглашая вновь карабкаться наверх. Нивертон остановился и уперся о него рукой, с намерением отдышаться перед очередным восхождением.

– Так уж сильно нам ответы нужны, что ли? – хмыкнул воин, с сомнением оглядывая непритягательный склон. – Как горные козлы всё по вершинам скачем, когда надо бы уже давно укрыться в пещере и снять эти треклятые сапоги! От них уже все ноги ноют.

– Ты уже был в этой части гор Тарука? – уточнил страж, раздумывая над окончательным решением.

– Нет, я добирался до Мертвого Леса западной дорогой, но и этой смогу вывести вас, коль направление Лунной увидел.

– Если ты не ходил здесь, значит виверна могла охранять что-то, сокрытое от посторонних глаз. Быть может крепость или вражеское логово. Я хочу знать кто наши соседи и чего от них ждать, иначе заночевав в пещере неподалеку мы можем и не проснуться.

– А разгоряченные и вымотанные мы прямо-таки годимся для охоты… Станем как раз отличным ужином, который сам себя на блюдечке поднесет… – саркастично заметил Вестагар, но вдруг замер, подняв вверх палец и заставив уже открывшего было рот Нивертона замереть на полуслове. Все погрузились в тишину, внимая завываниям порывистого ветра, сквозь которые слышалась какая-то возня и едва уловимый писк. Он доносился сверху, с самой вершины горы, и напоминал сдавленный крик о помощи.

Воин рванул вверх по склону и мигом пропал из виду. В замешательстве переглянувшись, друиды поспешили следом, карабкаясь на четвереньках по скалистому склону, но не успели они добраться до пика невысокой горы, как оттуда раздался изумленный возглас:

– Вот те на!

Активно подгоняемая Нивертоном сзади, Каиса ускорилась до рези в мышцах и чуть ли не бегом подлетела к Вестагару, неподвижно стоящему около какого-то огромного входа в пещеру. Однако, воин не смотрел на него. Глаза были опущены и изучали то, что находилось под ногами. Причем, на лице застыло странное выражение, настолько странное, что Каиса даже растерялась. Нижняя губа слегка тряслась, брови превратились в одну сплошную линию, а на черных ресницах блестели слезы, ветром сгоняемые по бледным щекам.

– Вот… – дрожащим голосом произнес он, указывая пальцем на землю. – Вот что я натворил. Я обрек ее на верную смерть!

Львира взволнованно опустила взгляд вниз. Там, у самых ног Вестагара, сидело крохотное напуганное существо. Оно больше не кричало, по всей видимости находясь в полнейшем шоке, а лишь приоткрыло рот и звучно дышало, чуть высунув маленький алый язык. Черное, с небольшими рогами на голове, оно было миниатюрной копией той виверны, что избавила их от эльфийского плена.

– Он умрет один, – Вестагар уже откровенно рыдал, пряча лицо в громадных ладонях. – Виверны воспитывают детенышей в одиночку!

Нивертон подошел сзади и положил тяжелую руку на плечо воину. Тот вздрогнул и попытался успокоиться, но слезы все текли и текли нескончаемым потоком, стыдливо прячась в бурой бороде.

– Ты ведь всегда сам говорил, воин, что виверны – бездушные твари, – задумчиво произнес Нивертон, разглядывая малыша у сапог верзилы.

– Мало ли что я там говорил! – взвыл Вестагар, звонко хлюпая носом. – Что же делать, друид? Тебе хватит силы оживить убитую? – с надеждой в голосе задал он вопрос и громко высморкался в рукав своей рубахи.

– Боюсь, я не наделен силой воскрешать из мертвых, – сочувственно покачал головой страж. – Однако, есть сила, что сможет восстановить этот баланс, я вижу ее в тебе сейчас.

– Что же это за сила такая? – пробасил воин, все еще давясь крокодильими слезами.

– Ее не описать один словом, – страж обошел Вестагара, уверенно встав перед ним, и положил руки тому на предплечья, с поразительно мягкой строгостью смотря в глаза. – Это и жалость, и любовь, и раскаяние, и сочувствие. Не думаю, что подобных чувств мало для того, чтобы спасти осиротевшему детенышу жизнь.

– О чем это ты? – слегка напрягся воин. Даже слезы больше не лились из его проясневших глаз.

– Маленькая виверна – теперь твой перст и твоя доля, – спокойно разъяснил Нивертон, смерив того немигающим взглядом. – Только так ты восстановишь баланс и дашь детенышу все, что было у него отобрано сегодня.

– Я – мамочка?! – вскричал воин, вдруг поняв куда клонит страж. В глазах верзилы промелькнул страх, а голова замоталась из стороны в сторону. – Невозможно! – лишь смог выдавить он из себя, кидая жалостливый взгляд на детеныша у своих ног.

– Тогда придется бросить его здесь, – равнодушно пожал плечами Нивертон, уводя за руку Каису обратно к тропе.

– Нет! Постой, друид! – замахал руками ему вслед воин. – Возьми ты! Ты же мудрый и разную чепуху про баланс жизни знаешь!

– У меня уже есть один детеныш, – Нивертон поднял руку Каисы, за которую он тянул ее к тропе и помахал ею в воздухе, словно та принадлежала не живому человеку, а безвольной кукле. – Второго не потяну.

Вестагар отчаянно ударил по воздуху издав гневный крик, но друиды уже скрылись из вида. Он не желал обречь кого-либо на такую скитальческую жизнь, как у него, да и не воспитывал никогда никаких животных. Единственный зверь, к которому он питал излишние эмоции, были как раз виверны, но эти чувства не имели с теплотой ничего общего и были взаимны.

Оглядев свои кожаные одежды, Вестагар тяжело вздохнул и присел на корточки около перепуганного детеныша, боящегося даже шевельнуться. Иссиня-черные крылышки слегка подрагивали, а карие глаза смотрели с немой мольбой и надеждой.

– Что ж, малыш, друиды совсем спятили. Они думают, я смогу о тебе позаботиться, – тихонько произнес воин, слегка шмыгнув носом. – А я-то думал они разумный народ, ведь древний… Омроки и то посмышленее будут, точно тебе говорю. Ну что ты пялишься так, а?! – в сердцах воскликнул Вестагар. – Нечего на меня смотреть, я злобный воин, дикарь и убийца. Тебя со мной ждет верная смерть, клянусь своей бородой!