Текст книги "Львира. Земли Солмира. Том I (СИ)"

Автор книги: Татьяна Левицкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц)

Если вам нравится произведение, оставьте лайк или комментарий. Порадуйте автора! :)

Глава 19. Властелин подземного лабиринта

Из туннеля послышался нарастающий шум. Не было времени на раздумья. Каиса разбежалась и изо всех последних сил оттолкнулась ногами от каменного пола. Перелетев через пропасть, она стукнулась солнечным сплетением о ее противоположный край и крепко сжала его в объятиях. Воздух вышибло из легких и все вновь погрузилось в кромешный мрак. Только руки все еще чувствовали холод мокрого камня пальцами впиваясь в его острый выступ.

Из туннеля теперь доносился хорошо различимый топот множества ног. Медленно реальность стала возвращаться. Поднять себя самостоятельно уже не было сил. Каиса и так едва сдерживалась от желания ослабить хватку и раствориться в безмятежном полете. Превратиться в львиру и взлететь тоже не выйдет, грот слишком мал для того, чтобы расправить в нем крылья. Упрямый взгляд прикован к желтому цветку, до которого оставалось лишь дотянуться. Нужно всего то немного подтянуться и протянуть руку. Еще несколько усилий…

– Вот он! Хватайте! – оглушил пещеру чей-то громогласный голос. Адреналин мощной волной ударил в голову. Превозмогая острую боль, Каиса принялась усиленно карабкаться наверх. Руки заходили ходуном от напряжения, мышцы едва выдерживали нагрузку. Засвистели стрелы, щелкая наконечниками о камень вокруг. Спину обожгло, словно раскаленным железом. Сильный толчок ногами и половина тела перевалилась на плоскую поверхность.

– Рэта́рден! – взметнулась рука. Спрятавшись за дрожащий от слабой магии щит, Каиса упала на каменную плиту в глубине души понимая – она не вернется. Левую лопатку парализовала колющая боль, усиливающаяся при любом движении руки. Дрожь сотрясала конечности, а голова уже не понимала, где находится тело. Каиса смотрела, словно через мутную пелену, как какие-то уродливые существа с обезображенными едва ли человеческими лицами, больше походящими на химеру, что-то кричат на противоположной стороне пропасти, как они натягивают луки и грозят мечами, едва поблескивающими в тускнеющем свете. Она уже не могла разобрать их речь, а резкие голоса становились все тише, словно пытались убаюкать ее. На самом деле существа кричали во все глотки, эхом разрывая тишину извилистого подземелья, но львира этого не слышала. Перед глазами откуда-то взялось желтое пятно, размытые очертания которого что-то напоминали, но что именно, вспомнить уже не получалось. Гнетущее чувство внутри подсказывало – это пятно безумно нужно. Оно магнетически притягивало к себе, в то же время мутя сознание. Правая рука потянулась в самый темный угол. Пальцы царапнули воздух, не достав совсем немного до цели. Ползком подобравшись ближе, Каиса вновь потянулась. На камень рядом прыгнула добрая дюжина врагов. Плита завибрировала от тяжести и опасливо накренилась над пропастью. Множество рук впилось в тело, принявшись обвязывать его веревками. Угол наклона каменного пласта стал активно уменьшаться. Последний рывок. Пальцы ощутили мягкий стебель, и плита с грохотом рванула вниз.

Несколько секунд свободного падения, а затем тело врезалось в бурный поток ледяной воды. Не успев сделать и вдоха, Каиса с головой ушла под черное течение подземелья. Сознание прояснилось. Вода залилась в нос и рот и почему-то была горькая на вкус. Львира принялась барахтаться в бурлящем потоке, не в силах помочь себе заклинанием. Плечо нещадно жгло, словно его пронзили раскаленным железом, и даже мертвецкий холод подземной реки не мог облегчить этот пожар. Не умея плавать, Каиса уходила все глубже и глубже под давящую толщу. В этой непроглядной тьме не было видно, где верх, а где низ. Мощь воды кидала из стороны в сторону, с ожесточением швыряя тело о скалы и обломки валунов – остатки каменной плиты, разбившейся при приземлении, которые, теперь объединенные общей силой, крутились в бесконечном водовороте вместе со своими новыми пленниками. Перед глазами заплясали блики. Серебряные звезды, мерцающие на спокойной глади. Так выглядели воды озера Дэорен, когда Каиса в последний раз их видела. Сквозь бурление реки теперь можно было расслышать то самое дивное пение, раздающееся в голове прекрасным хором чистых неземных голосов. Зов духов воды…

Каиса вновь почувствовала всепоглощающую связь, которая оплетала все живое в мире и замыкала ее в свой круг. Она поняла, крик о помощи был услышан. Он мелькнул едва уловимой мыслью, быстрее, чем ласточка влетает в гнездо на песчаном склоне, но звук его был громок. Серебряные блики теперь напоминали яркие светила и все сильнее окутывали Каису своим мерцающим сиянием. Вода успокоилась, а голова погрузилась в безмятежный сон.

«Нет, нельзя» – пронеслась вялая мысль. Каиса очнулась. Перед глазами выросла какая-то длинная палка. Боль, которая, казалось бы, на миг покинула тело, вновь пронзила каждую его клеточку. Каиса инстинктивно дернулась, но конечности почему-то не слушались, а спина сгорбилась и будто провалилась вниз. Немного придя в себя, львира поняла – руки и ноги перевязаны тугими веревками, а сама она висит на этой длинной палке, словно аппетитный кусочек мясца, который, судя по бодрому шагу людоедов, они воодушевленно несут на трапезу.

Перекрещенные руки затекли, но так хоть голова не падала вниз. Теплая вода стекала с волос по спине и капала на каменный пол, где мгновенно с шипением испарялась, а затхлый воздух обжигал ноздри. Стараясь не показывать признаки пробуждения, Каиса послушно болталась на длинной палке полагаясь лишь на слух, который подсказывал – судя по шагам, этих ужасных существ вокруг слишком много. Едва соображая от боли, она стиснула зубы решив, что никакая стрела не заставит ее издать ни звука. Шанс сбежать остается лишь в том случае, если только ее будут считать мертвой.

Вскоре длинные змеевидные туннели привели в огромную залу, где царил легкий полумрак. На удивление, там не было свечей или магии, сам камень, из которого ее вырубили, излучал свечение и пульсирующее мерцал, как сердце, вырезанное из груди горного великана. Темный, но с огненными вкраплениями, он сиял, подобно лаве и, по жаре, что царила в зале, можно было догадаться – камень накален докрасна.

Меньше всего Каисе хотелось, чтобы ее положили на эту обжигающую поверхность или зажарили, как цыплёнка на вертеле, ведь руки и ноги уже привязаны к палке, осталось лишь слегка подрумянить. В глубине души Каиса отчаянно надеялась, что львира придется не по вкусу этим жутким созданиям, а ее запах и вовсе оттолкнет их от трапезы, однако, жители подземелья не спешили отпускать свою добычу и похоже, даже и не помышляли подобным образом. Они вынесли ее на середину высоченной залы и резко остановились, словно по команде.

Теперь Каиса могла хорошенько рассмотреть своих похитителей. Вокруг нее толпились невиданные уродцы землистого цвета. И как она могла подумать, что они чем-то похожи на людей? Может, лишь издалека и при нужном освещении… Ростом ниже друида, эти создания больше походили на зверей, чем на разумных существ. Длинные конечности и очень маленькие тела с первого взгляда внушали какое-то безусловное отвращение, но, если хорошенько присмотреться, картинка лучше не становилась. Морщинистая свисающая дряблая кожа и выпученные огромные глаза, с белой поволокой на них. Рот совершенно без губ, что оставляло длинные ряды острых зубов постоянно открытыми. Над яйцевидной лысой головой торчали острые треугольные уши, неприятно двигаясь в разные стороны. На ногах было всего три мощных пальца, оттого они напоминали огромные птичьи лапы, а расстояние от носка до приподнятой над полом пяты, казалось, не меньше локтя.

Чудовища выражали алчную готовность наброситься, едва им дадут разрешение: челюсти нетерпеливо лязгали, брызжа слюной, выпученные глаза впились в Каису с неистовой страстью, а длинные когти царапали под собой камень от нетерпения.

Едва завидев это зрелище, все мечты о собственной несъедобности у Каисы разом развенчались. Ужас, тот самый, который парализовал волю при встрече с химерой, сковал измученное тело. Девушка мигом представила, как длинные руки хватают ее своими вытянутыми пальцами, как сотня острых зубов впивается в ее плоть, как жадные рты рвут ее на маленькие кусочки, словно пираньи добычу… Чудовища все сильнее шумели и бесновались вокруг. Они кривили рожи, облизывали обглоданные кости, что валялись на полу и издавали крики, по пронзительности похожие на виверн, только более резкие и хриплые.

Каиса и представить себе не могла, что такие монстры вообще существую в Солмире. От ярости и возбуждения, сосуды в белых глазницах существ стали лопаться, наполняя глаза без зрачков красным пигментом, а их непропорциональные худые тела дрожали от волнения. Из безумствующей толпы вылезло самое крупное существо, одетое в какие-то окровавленные лохмотья, и резко подбежало к Каисе. Его быстрые действия и их непредсказуемость пугали даже больше, чем сам внешний вид. Вытаращенные глаза принялись изучать пленницу, а бесформенный нос, напоминающий пару засохших фиников, настороженно обнюхивал ее. Липкие и на удивление холодные пальцы, оттого до дрожи неприятные, потрогали кожу, потыкали в живот и остановились на горле, обхватив его целиком. Притворяться мертвой больше не было смысла.

– Кто ты, пленник?! – прохрипело существо, обнажив три хребта скалистых зубов. – Из какого рода?

– Я – друид, – еле шевеля губами ответила Каиса, глядя на монстра застывшими от ужаса глазами.

– Друид… – повторил эхом безобразный рот и существо оглянулось на сотню своих соплеменников. – Друиды… Это те, что живут на юге от наших гор…

– Они владеют сильной магией, мой господин, – подбежал к нему, судя по всему, главный советник. – Мы не связываемся с их родом…

– А где же твоя магия, друид? – с насмешкой спросил вождь.

Каиса поняла, сейчас или никогда. Магию стихий не применить, воды рядом нет, а ураган может навсегда заточить ее здесь, вместе с этими жуткими существами, для которых тогда львира точно станет ужином, да и сил вряд ли хватит. Перевоплотиться смысла тоже нет – лапы все также будут связаны, а рана на спине не излечится. Тем более, Нивертон сказал, что никому нельзя раскрываться. Получается, путь лишь один – заклинания. Если воля опять ослушается, слово не родится. А какое заклинание, из уже изученных, сможет справиться с таким количеством врагов? Может, из воздействующих… Заклинание затвердевания. Была не была!

– Трэ́то! – крикнула Каиса, намереваясь превратить монстров в неподвижные статуи.

Замерев в ожидании, львира с трепетом смотрела на уродцев, а уродцы без движения смотрели на львиру. Долю секунды она думала, что все получилось, но вдруг чудовища начали двигаться и переглядываться, пытаясь найти следы магии друг на друге. Слезы беспомощности вновь брызнули из глаз и заструились по разгоряченным щекам. Вождь увидел, как девушка открывает рот, но само заклинание, произнесенное на друидском языке, не услышал, ведь теперь на Каисе был трикветр.

Однако, ему не нужно было слышать слова, достаточно было понять, что они не работают. Расплывшись в коварном оскале, монстр издал хриплый крик ликования. Остальные существа довольно загалдели.

Рука с шеи поползла вниз по боку живота и остановилась на спине. Длинные пальцы нащупали древко стрелы. В этот миг Каиса поняла, что произойдет. Зажмурившись, она попыталась напрячься и стиснуть зубы. Наконечник с резким рывком вырвался из спины. Боль была такой силы, что из глаз посыпались икры. Начало мутить.

Жара, бессилие, агония. Мозг буквально плавился от высокой температуры, а раскаленным воздухом дышать уже не было сил. Одежда вся мокрая от пота и крови. Пещера медленно поплыла перед глазами. Теперь перед лицом была лишь размытая белая склера множества пустых глаз, смотрящих прямо на нее.

– Это не настоящий друид, господин! – хищно прорычал советник где-то над ухом. – Это самозванец!

– А не из народа верзил ты случайно, что всё околачиваются по нашим горам и топчут их своими грязными сапогами? – нагнулся прямо над лицом вождь.

– Верзилы… Я даже не знаю, кто это… – слабо ответила Каиса, едва соображая, что происходит вокруг.

– Люди! – фыркнул вождь, скривившись. Некоторые из них теперь перебрались к нам в горы и всё по углам мыкаются, рыщут всё… Убивают нас! С такими у нас совсем другой разговор…

– Точно! Верзила это! – оживился советник рядом.

– Сейчас я это проверю, – вождь вновь потянулся к спине Каисы. Продолговатая рука нащупала рану от стрелы и резко надавила на нее, провалившись в плоть длинным пальцем. Девушка истошно заорала, забившись в путах. Ее тело била мелкая дрожь.

Так же быстро, вождь вынул окровавленный палец из раны и смачно облизал его. Звериное лицо стало на миг озадаченным, а затем исказилось свирепым оскалом.

– Не знаю, кто это, но точно не верзила. Да мне, на самом деле, уже плевать!

Чудовище распахнуло пасть и прямо из десны над первым рядом зубов показались длинные клыки. Пальцы обеих рук жадно впились в предплечье девушки.

– Ты будешь жива, пока я буду глодать тебя! – кровожадно прорычал монстр. – Кричи громче, потому что так нам вкуснее!

Каиса задергалась в путах, но существа подбежали и стиснули ее в стальной хватке, чтобы их предводитель смог спокойно трапезничать. Клыки приблизились к руке и беспрепятственно вонзились в ее плоть. Рвущий горло крик вырвался изо рта львиры, а лицо исказилось гримасой мук. Каждый мускул напрягся.

– Трэ́то! – заорала она, но слова оставались всего лишь словами.

Еще укус. Острые клыки рвали кожу и вгрызались в плоть, вырывая ее из тела. Вождь отстранился. Вся его звериная морда была в крови, а глаза теперь сделались полностью красными и горели алчностью.

– Убрать одежду! – прорычал он и принялся рвать на Каисе рубашку.

– Трэ́то! – повторяла девушка, не в себе от боли. – Трэ́то! – заклинание уже превратилось в скороговорку, но по-прежнему было бесполезно.

– Трэ́то! – одновременно с ней вдруг раздалось с другого конца залы. На этот раз заклинание подействовало. Часть монстров замерла там, где стояла, а остальная кинулась на голос.

– Альде́цио! – опять крикнул кто-то, заставив добрую четверть чудовищ раствориться в воздухе. Единственный друид, который произносил данное заклинание на ее памяти – это Акил… Но не может же он быть так далеко от Друидэйна после всего, что случилось за последнее время… Каиса слабо повернула голову по направлению к звуку.

Размытое едва освещенное подземелье плыло, и лишь по своеобразным очертаниям можно было догадаться, что его жители сначала попытались пойти в атаку, но еще одно заклинание отрезвило их и теперь те спасаются бегством, поредев почти что вдвое. Сотни ополоумевших монстров с криками пропали в многочисленных ходах, спрятавшись среди змеевидных туннелей подземелья. После них остались лишь клубы земли и пыли, за которыми трудно было рассмотреть хоть что-то.

Все тело Каисы горело изнутри, словно ее окунули в лаву. Шок, температура, невероятная боль и серьезная потеря крови – все это сочетание провоцировало тяжелую агонию. С трудом удерживая сознание в реальности, львира смотрела из-под полузакрытых век в ту сторону, откуда доносились заклинания.

Через несколько минут пыль осела и вдалеке появилось два мутных силуэта. Сердце взволнованно забилось в груди. Рыжие длинные волосы, друидский плащ… Этот образ Каиса узнала бы из тысячи… Но такого просто не может быть, ведь Нивертон лежит там, на отроге, со смертельным ядом в ране без сознания. Неужели новые происки химер? Или просто галлюцинации? И кто второй? Не успела львира до конца развить мысль, как провалилась в черную мглу, намного более темную, чем непроглядная толща подводной реки.

Глава 20. Бравый воин Кубата

Твердым шагом воин пересек залу и приблизился к полубездыханному телу. Прошептав несколько заклинаний, он разрезал путы, подхватил Каису на руки и направился в один из туннелей. Тяжелые шаги, крепкое телосложение, небольшая темная щетина и светло-рыжие волосы по лопатки. Конечно же это был он, страж Друидэйна, могучий потомственный друид.

Хоть его лицо и было бледно, тело не выказывало никаких признаков слабости. Ни намека на рану, ни следов отравления. Дойдя до разветвления в туннеле, Нивертон, как и тогда, в таверне, закинул Каису себе на плечо и принялся карабкаться наверх, по отвесному ходу. Делал он это так умело и легко, словно Каиса была пушинкой на его плече, а не полноценной друидкой чуть больше, чем в полтора антро́фа (антро́фами в Солмире именовали величину в один метр. Произошло слово от эльфийского «ан» – один и «троф» – шаг).

Второй полез следом. Он оказался совершенно не похож на друида. Ростом чуть ниже стража (почти в два антрофа) и на вид лет сорока пяти, он напоминал какого-то свирепого дикаря. Вытянутое лицо оливкового цвета обрамляли вьющиеся бурые волосы, спутанные в небольшие лохматые колтуны, тело закрывала одежда из драконьей кожи, а на плечах покоился длинный меховой плащ с застежкой из красного кристалла. Потрепанные временем и выжженные солнцем одеяния хоть и предавали ему небрежности, делая похожим на одного из обычных бродяг, однако совершенно не говорили об уязвимости. На поясе висела пара кортиков и длинный меч с изящной рукоятью, навершие которого было украшено медвежьей головой с оскаленной пастью. Физическая подготовка же воина ничуть не уступала стражу Друидэйна. Он с легкостью взбирался по отвесному туннелю, словно делал это каждый день. Хоть борода скрывала половину лица, по темно-карие глазам можно было понять – воин достаточно серьезен и полностью сосредоточен. На лбу застыли характерные морщины, проточенные временем, а густые темные брови сомкнулись в одну сплошную линию.

Снизу донесся какой-то громкий гул. Шум походил на низкий протяжный, но очень сильный звук от огромного шофара, который мгновенно разлетелся по лабиринту извилистых туннелей эхом отдаваясь в его самых потаенных уголках. Едва он стих, как со всех сторон раздались глухие удары в гонг. Камень завибрировал от мощи оглушительного рокота, усиливающегося с каждой минутой. Во всем этом громыхании Нивертон вдруг явно расслышал странный звук, только он, в отличие от предыдущих, неумолимо приближался.

– За нами погоня! – закричал воин, тревожно глянув вниз. – Эти твари собираются на нашу погибель! Поторопись, друид, они настигают!

Нивертон ускорился. Он понял, этот новый шум ни что иное, как шлепанье сотни босых ног по камню. Жители подземелья не собирались отпускать незваных гостей, так нахально вторгшихся на их территорию.

Туннель извивался, заставляя лезть то вертикально, то горизонтально. Порой, он уводил даже вглубь горы, хотя, кто в этом лабиринте разберет, где верх, а где низ? Было совершенно не ясно, куда выведет ход, но воин был уверен в направлении. Очевидно, он ни раз спускался в затхлые туннели черных гор Тарука. Следуя за друидом, он подсказывал Нивертону нужный путь на развилках.

Топот все приближался. Он доносился со всех сторон, а порой шаги были слышны даже через местами тонкие стены туннеля. Видимо, твари сбегались со всего подземного королевства исследуя каждый его ход. Вдруг, на очередной развилке из одного особо узкого хода показалась уродливая голова и пронзительно завопила. Крик морозом ворвался под кожу и эхом прошелся, казалось, по всему подземному лабиринту – от вершин могучих гор, царапающих свинцовое небо, до самой магмы.

– Альде́цио! – вскрикнул Нивертон и от чудовища осталось лишь облако пыли, медленно осевшее на шершавый камень. На секунду все затихло. Страж прислушался. Звенящая тишина заволокла своей густой пеленой все вокруг. Шум от гонга и топота превратился в мираж, словно они никогда и не звучали в этом, казалось бы, необитаемом месте. Даже ветер в туннелях куда-то пропал. Безмолвие нарушал лишь несущийся галопом пульс, да дыхание, которые теперь оглушали своим невероятным гулом. Миг прошел внезапно. Эта звенящая тишина была ни чем иным, как затишьем перед бурей. Издалека раздались яростные крики и топот зазвучал уже в том самом туннеле, по которому отчаянно взбирались беглецы.

– Эта тварь нас выдала! – рявкнул воин. – Клянусь, осталось не больше минуты, как они найдут нас!

Страж не ответил. Он не останавливаясь лез вверх со скоростью восточной мацины. Трудно было понять по его сосредоточенному лицу что он сейчас чувствует. Страх, злость, отчаяние? Впрочем, ничто из перечисленного. Каиса, измученная и израненная, все также без сознания висела на его крепком плече, поэтому он вряд ли мог думать о чем-то кроме спасения ее жизни.

Наконец, сверху забрезжил просвет. Одинокий луч рассвета рассеял тьму своей утренней надеждой. Никогда еще Нивертон так не радовался солнцу. Там, за очередной развилкой, где нет духоты и мрака, сейчас встает летнее солнце. Чем выше стаж взбирался, тем сильнее ослеплял его день. Теперь свет лился со всех сторон, проникая через многочисленные зазоры горы. Еще немного, и рыжая макушка вынырнула из затхлого туннеля. Глаза резануло от яркости, на момент ослепив.

– Друид! – завопил воин снизу. Нивертон обернулся и как раз вовремя. Длинные руки обхватили тело его проводника и тащили обратно, в кромешную темноту подземелья, а тот, едва удерживаясь одной рукой от падения, другой крепко сжимал меч и наносил смертельные удары один за другим. Теснота туннеля не давала хорошенько размахнуться, а рук было слишком уж много. Они вцепились в туловище, сильно сдавив его, облепили плечи и все сильнее тянули вглубь подземелья. Рты жадно впились в кожаные одежды с целью прокусить броню.

Нивертон скинул Каису на землю и схватил руку воина, которой он держался за край.

– Тяни! – проревел тот, но страж уже и так вытаскивал его наружу. Меч с навершием медведя сбрасывал тварей со своего хозяина так легко, словно кожуру с картофеля. Чудовища выли от боли, яростно рычали и кидались вновь, но острие клинка не давало им добраться до самой уязвимой части – ничем не прикрытой шеи воина.

Вытянув проводника, Нивертон наставил ладонь на туннель с рвущимися наружу тварями. Рэта́рден! – раздался сильный голос в утренней тиши черных гор Тарука.

Ход запечатался. Чудовища яростно закричали, царапая и кусая невидимый заслон, не дающий им прорваться наружу.

– Еще хотите?! – с ненавистью проревел Нивертон. – Фе́ра! – клубы мощного пламени вспыхнули в туннеле, поглотив сотню преследователей. С визгом и душераздирающими криками подземные монстры пропали в его смертоносном огне, который разросся по многочисленным ходам, сжигая все на своем пути.

Нивертон протянул воину руку, помогая подняться и тут же рухнул на колени рядом с Каисой, принявшись осматривать рану от стрелы на спине.

– С такой магией, как у тебя, друид, ты бы и без меня справился, – задумчиво признался тот. – Тем более, что она помогла тебе найти ее, – указал воин на львиру, сделав ударение на последнем слове.

– В плане сражения, возможно, – не стал спорить Нивертон, приложив ладонь к ране Каисы. Он закрыл глаза и несколько секунд сидел совершенно неподвижно. Затем, вернул девушку на спину и обернулся к воину:

– Но без тебя я не нашел бы выход. Сердечно благодарю за помощь, – на последнем предложении страж с признательностью приложил руку к груди. – Мир твоему духу, – благословил он своего нового друга и вновь занялся львирой.

– Должно быть она важна для тебя, раз ты полез в самое жерло вулкана, – заметил проводник, присаживаясь рядом на камень и окидывая Каису оценивающим взглядом. – Хотя, за такой бы и я полез, что греха таить.

– Дороже жизни, – ответил Нивертон, подняв на него открытый решительный взгляд.

Воин легонько закивал, показывая, что прекрасно понимает, о чем идет речь.

– С ней все будет в порядке? – неожиданно задал он вопрос.

Нивертон вновь посмотрел на Каису.

– Должно, – с надеждой в голосе ответил страж. – Она потеряла много крови, мы едва успели. Еще чуть-чуть…

– И те твари ее бы просто слопали, – бесцеремонно продолжил многозначительное молчание воин.

– Да… – скривил лицо Нивертон. – Ей нужно время, чтобы прийти в сознание.

Страж сел на землю, уставясь в отсутствующее лицо Каисы; ни один ее мускул не дрогнул, а ресницы все также лежали на бледной коже.

– Попадал я как-то в такую переделку, было время, – вновь рявкнул воин. – Но тогда на мне не было брони, – потрепал он свои кожаные одежды. – Теперь шкура виверн защищает эту тушу, но в ту пору плоть успела отведать ни одних клыков, – он задрал рукав, демонстрируя многочисленные шрамы.

– Ты уже бывал в этих землях? – окинул Нивертон его оценивающим взглядом.

– Нет, в этих не бывал, – мотнул головой воин, – но много раз захаживал в Проклятые. Там почти также – все хотят тебя сожрать. Но меня так легко не одолеть! Я, можно сказать, вырос на Кубате, поэтому грань между людским и магическим различаю. Да и не из пугливых я.

– Что же привело тебя сюда, так далеко на запад? – вскинул брови Нивертон, с неким подозрением осматривая верзилу. – И кем ты будешь?

– Я никто, – как-то скрытно ответил тот. – Род мой давно позабыт и среди людей нет мне места. Остались еще те, кто со мной и рядом они, но в Хьюманвилле нам не рады. Отправился же я в эти края найти то, что было утрачено в великой битве.

– Неужто ты твердишь о Чаше Жизни? Многие ее ищут, – заметил Нивертон, скептически изогнув бровь. – Но пока ее расположение остается в тайне…

– Говорят, львиры забрали ее в Фарьяр или спрятали в секретном ходе черных гор Тарука. Солмир к чему-то готовится, друид, и даже мы, люди, это чувствуем. Против магической опасности извне нам нужна Магия, – последнее слово он произнес чуть ли не с благоговением и намного тише, чем остальные.

– Но зачем же тебе такое оружие для защиты людей, если Хьюманвилл больше не для тебя? – все еще не понимал страж.

– Власть сменилась там незаконно, мой друг, – твердо ответил воин. – Наследника изгнал самозванец, и воцарился он как раз благодаря чарам каким-то. Я не позволю беде разорвать Хьюманвилл изнутри, да еще и ударить снаружи. Хоть моя нога почти и не ступала по его земле, это не значит, что я беспечен о судьбе этого королевства.

Нивертон нахмурился. То, что Солмир меняется он видел невооруженным глазом, но про то, что назревает меж народами, не знал. Друидэйн был слишком далек от чужих воин, даже гимн его это подтверждает, но как бы положение в мире не сыграло злую шутку с необычной судьбой Каисы…

– Я верю, ты защитишь свой народ, – с почтением произнес он, слегка склонив голову. – Но я до сих пор не знаю твоего имени…

Сбоку раздался стон. Нивертон резко обернулся. Золотисто-карие глаза поймали бледно-голубые.

– Нив! – шепнули сухие, почти обескровленные, губы. – Но как?! Ты же был при смерти…

– От чего это? – нахмурился страж. – Это я тебя хочу спросить, бестолочь, куда тебя понесло!

Лицо воина исказилось недоумением. Он явно ожидал разговоров более теплых, да и долгожданную встречу более трогательную.

– Я спасала тебя! – глаза Каисы теперь полностью раскрылись и, казалось, сейчас прожгут в страже дыру.

– Я потерял силы после шторма. И так бы очнулся… – не понимал друид, а взгляд Каисы становился все смертоноснее. Было видно, ей очень хочется огреть своего наставника чем-то тяжелым несмотря на то, что он только что вытащил ее из людоедского логова.

– Ты умирал, Нив, – отрицательно покачала Каиса головой. – Как ты можешь этого не знать?! Я выволокла тебя из той расщелины, спасая от утопления, что было, между прочим, совсем не просто… – добавила с важностью она, – а потом на меня напала химера…

– Химера? – оторопел Нивертон, сосредоточенно вглядываясь в лицо своей подопечной, словно не веря ее словам.

– Она самая! – устало буркнула Каиса. – И когда я чуть не отдала духам душу в борьбе с ней, она все же умудрилась тебя укусить. Потом я перегрызла ей шею, но она снова ожила…

– О чем ты говоришь?! – страж вновь начинал сердиться. – Ты, видимо, бредишь. Отдохни, пусть память вернется, – хотел было уложить он ее обратно на землю, но Каиса достаточно активно брыкнулась. Бамс! На точеную скулу приземлилась смачная оплеуха.

– Ты меня вообще внимательно слушаешь?! – Каиса разозлилась не на шутку и даже смогла кое-как сесть, чтобы быть на одной позиции по своим туго соображающим наставником. – Тебя химера тяпнула, очнись! Я чуть голову не сломала, как спасти тебя! В книге Магии Слова нашла, что цветок Смерти только может помочь…

– Так ты за ним, что ли, полезла в подземелья к о́мрокам?! – Нивертон, похоже, начал улавливать суть произошедшего.

– Стала бы я к ним лезть просто так, забавы ради! Погоди, омроки? Кто это вообще и почему они хотели меня сожрать?!

– Это подземные твари, питаются любым мясом, даже падалью, – внезапно произнес воин, заставив всех обернуться. – Как видишь, они даже друидов уже не боятся…

– А это еще кто? – перевела Каиса взгляд обратно на Нивертона.

– Меня зовут Вестагар, – наконец-то представился верзила, с неким опасением поглядывая на девушку, которую всего каких-то несколько минут назад он представлял робкой и нежной красавицей, нуждавшейся в героическом спасении. Но красавица явно не придавала подвигу такого же романтизма.

– Каиса, – удивленно произнесла она, широко распахнутыми глазами уставившись на необычного для нее с виду воина.

– Пойду осмотрюсь, – вдруг выпалил Вестагар. – Надо сообразить в какой стороне мы находимся, – он тяжело поднялся и неуклюже, но достаточно быстро, побрел куда-то под гору. «Наверное, не хочет нам мешать» – предположил Нивертон и кратко пояснил:

– Он из рода людей, что живут за великими горами Кубата (Кубат – горный хребет, отделяющий людские поселения от магических земель). Мы встретились с ним случайно, когда я шел по твоему следу.

– Погоди, так ты опять наслал на меня следящее заклинание? – усмехнулась Каиса, оценив дальновидный маневр.

– Конечно наслал, ты же сплошная ходячая проблема! Но почему я тогда жив? Разве что… – лицо стража осенила внезапная мысль. Сняв с плеч котомку, он вынул оттуда одеяльце Каисы. – Я проснулся под этим. Если это не химера меня накрыла, значит ты.

– Конечно, я, – не поняла Каиса. – Но как это связано?

– Это ткань из мира Фарьяр. Я думаю, ее не просто так отправили с тобой. Ядовитая львира с прямым противоядием в комплекте, – улыбнулся Нивертон, с неподдельным наслаждением наблюдая невероятные эмоции, ежесекундно сменяющиеся на лице Каисы.

– То есть… Я… Я! Просто так! Лезла к этим проклятым омрокам! Терпела жуткую боль от укусов их вонючих острейших зубов! Стесала себе все ладони о стены, падала и тонула… Чтобы что?!

– Чтобы я жив остался, – засиял улыбкой страж, изо всех сил игнорируя выражение лица своей подопечной. – Так и получилось. Надеюсь, ты рада…