Текст книги "Он социопат. Только бы не влюбиться... (СИ)"
Автор книги: Татьяна Карсакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)
– Тёмочка, им больно, – шепчет Юлька.
– Так и должно быть, – успокаиваю. – Без боли у них нихрена не будет стимула. А так тело запоминает, где больно, и само делает так, чтобы больно не было. Нихрена ты без боли бойца не воспитаешь.
Подкидываю ногой мячик, чтобы взять в руки. Кидаю в Жеку.
Юля сдавленно охает. Ты моя добрая.
– Что, Жеку щадить будем? – предлагаю.
– Да! – радуется Юльчонок. – Давай Тима закидаем.
– Ну давай.
Кидаю точно в Бессмертного на ритм быстрее. Ему на пользу, пусть ускоряется. Подкидывать мячик ногой надоедает, поэтому начинаю за ним приседать. Юльчонок в качестве утяжелителя срабатывает отлично. Можно было бы и потяжелее, но зато приятно её таскать. Хохочет и подбадривает Женю и Колю с моей спины.
– Коля! Давай! Ну получается же! – пищит под ухом. – Женя! Ура! Увернулся!
Закидываю Тима и упускаю момент, когда Юлька начинает размахивать рукой слишком высоко. У нас над головой сетка с мячами. Юля её задевает.
Успеваю только осознать, что уворачиваюсь и отпрыгиваю, чтобы моей дурынде по голове не попало. Сетка с треском слетает, мячи рассыпаются прямо мне на голову и катятся по залу.
Выдыхаю.
– Да что ж ты такая косячная?
– Ой! – Юлька реагирует слишком эмоционально. – Я не хотела! Прости!
Испугалась, что ли?
– Сама в этот раз не убилась, на том спасибо, – успокаиваю. – Мы делаем успехи. Эй! Гусиным шагом идём и мячи собираем! – отдаю команду и спускаю Юльчонка на пол.
– Тёмочка! – снова испуганные глаза. Закрывает лицо ладонями.
– Забей, – успокаиваю. – Сетку повесим, мячи соберём. Тим, ниже иди! Ты можешь! Коля, блядь! Гусиным шагом, а не ползком.
– Тём, да пусть хоть как-нибудь сделает, – Бессмертный заступается за напарника. – Он даже в армии не служил, чего ты его прессуешь?
– Его прессовать только тебе можно, помню, – соглашаюсь. – Вот не хватит у него сил от погони уйти в нужный момент, или надо будет перепрыгнуть с крыши на крышу, а он промахнётся. Ты виноват будешь.
– Молодой, давай старайся, – Тим меняет пластинку.
– Юльчонок, следи за ними, я сгоняю переодеться. Только, пожалуйста, больше ничего руками не трогай. Окей?
Юлька кивает. Стыдно, что ли?
– Ты молодец, – хвалю. – Какое интересное упражнение им придумала. Даже косячишь полезно.
Смеётся. Вот. Пусть лучше смеётся. Иду в душ.
Юля
– Вот так и сиди.
Сижу. А что мне ещё делать?..
Тёма усадил за стол, поставил передо мной чай с печеньем и запретил вставать. Для верности обмотал всё вокруг лентой черно-жёлтого цвета, которой обычно огораживают место преступления.
Не так уж сильно я и нашкодила… Ну подумаешь, мячики перевернула. Стол и лупу, конечно, жалко, но не под замок же меня за это сажать!
– А ты что будешь делать? – становится интересно.
– Тебе презентацию, – садится за стол напротив. Открывает ноутбук.
– Фу! – кривлюсь. – Может, чем-нибудь интересным займёмся?
– Юльчонок, – очень строго, так, что я вздрагиваю от холода и металла в голосе, – хоть ты не беси. Дел полно. Белкина с ума сходит. Жека халтурит. Ты сейчас единственный адекватный человек в моём мире. Не тупи.
Ладно. Быть единственным адекватным человеком приятно. Льстит.
– Тём, а может, мы займёмся чем-нибудь интересным? – пытаюсь схитрить. – Ты уйдёшь, и развлекать меня будет некому.
– Когда я уйду, ты и сама сможешь развлекаться, – снова очень строгий голос. – А вот учить и контролировать будет реально некому.
Вздрагиваю. Нам так мало времени осталось вместе. Холод пробирает до костей.
Тёма – самое яркое и тёплое, что случалось со мной в жизни. Каждое мгновение вместе – как луч света. Мне ни с кем и никогда не было так весело и интересно, как с ним. Как мы играемся. Как катает меня на спине. И самое главное, он каждый раз на людях подчёркивает мою важность. Я всегда с ним заодно. Он разрешает быть рядом, контролировать что-то, чем-то ему помогать. Он считает меня важной. Ему принципиально знать, что я думаю и чувствую.
В груди болезненный спазм, слёзы подступают к глазам. Начинает казаться, что я всю жизнь хотела именно этого – быть нужной и важной для кого-то не на словах, а на деле. Быть с кем-то не формально, а вот так – по-настоящему.
У нас так мало времени вместе, а Тёма просто берёт и тратит его на скучную учёбу! Да мне совершенно пофиг, что будет дальше с этим институтом! Я там даже учиться не хочу особо! Вообще не факт, что продолжу, просто сейчас что-то делаю по инерции. Дальше решу.
– Тём, я потом всё сама сделаю, – пытаюсь уговорить.
– Я смотрел твои вопросы по экзаменам, – холодно. – Там сто только по маркетингу. Семьдесят восемь по экономике и пятьдесят по Управлению группами. Только не надо мне заливать, что ты всё выучишь. На пары не ходила. Кучу всего пропустила. Я тебе сейчас помогаю. Потом, как начнёшь учить, всё поймёшь.
Вздыхаю.
– Тём, мне очень скучно, – начинаю канючить.
Внутри просыпается капризный ребёнок. Я в детстве была очень хорошей девочкой, всегда слушалась и никогда не закатывала истерики. А сейчас очень-очень хочется! Я заслужила ещё час с ним! Я хочу нормального общения, а не пялиться на его макушку за ноутбуком!
– С этого и надо было начинать, – Артём реагирует на удивление спокойно. – Видишь листы рядом с тобой? С одной стороны напечатано, с другой можешь порисовать. Попробуй нарисовать и себя, и учёбу. Или себя и маньяка. Короче, порисуй, я потом гляну, что получилось, и тебя похвалю. Если нарисуешь очень-очень красиво, поставим в рамку и повесим. Напишем, что это Юля нарисовала.
Показывает на стену у меня за спиной. Там действительно выставка детских рисунков. На каждом написано, кто нарисовал – Мила, Ева, Максим. Но я, блин, не маленькая девочка!
– Держи, – Тёма кладёт передо мной гору фломастеров и карандашей в коробке. Снова уходит за ноутбук.
– Тём, мне скучно! – повторяю капризно. А вот хочу и буду! Хочу его внимания! Хочу его общения! Презентацию и учёбу не хочу!
– Мультики включить? – косится. – Юльчонок, мне надо заняться делами. Включи компьютер рядом с собой и выбери себе что-нибудь интересное. Там в папке на рабочем столе есть классные мультики. Можем найти тебе кино.
Ясно. Это не лечится. Не хочет по-хорошему – значит, будем по-плохому. Как там Злата делала?..
Нахожу ручку на столе и раскручиваю.
– Из этого можно сделать плевалку, как у Златы? – уточняю у Артёма.
Косится на меня.
– Можно. Там ещё резинки канцелярские валялись, можешь поискать. Из неё рогатка даже круче получится.
Снова утыкается в экран. Ну, он сам напросился!
Пару минут кручу резинку и всё-таки соображаю, как сделать рогатку. Рву бумажки.
– Артём, я буду в тебя стрелять, – предупреждаю заранее, чтобы не получилось как вечером с подушкой.
– Ну, можешь и так развлечься, – разрешает равнодушно. – Учти, подметать полы буду твоими волосами.
Вот и прекрасно! Угрозу вряд ли выполнит, но точно будет играться, хватать и тискать. Как я и хотела!
Стрелять в Артёма оказывается скучным занятием. Потому что реакции ноль. Бумажки попадают то в него, то мимо. Азарт быстро проходит, вместо него приходят тяжёлые мысли.
Дура. Вот дура и всё тут. Сижу и выпрашиваю внимание у мужчины, который воспринимает меня то ли как милого ребёнка, то ли как свою работу. Человек помочь от всей души пытается, а я только мешаю.
Снова чувствую себя жалкой и униженной. А с другой стороны… Хочу и буду! Я так часто отказывала себе в своих желаниях, что сейчас просто нет сил этого сделать. И смысла тоже нет. Ну влюбилась и влюбилась. В такого влюбиться не стыдно. Перед ним невозможно устоять! Прошу внимания? Хочу и буду просить! Что мне за это будет? Ну решит, что дура. Пусть решает. Мне вообще должно быть пофиг, что он там подумает. Хочу его. Значит, буду брать его. Могу себе позволить. Сам же говорил, что дура.
Надо только придумать что-нибудь такое интересное…
– Тём, я Маше вчера обещала, что вынесу тебе мозги, – вспоминаю.
– Ты отлично справилась, – равнодушный голос.
– Нет! – капризничаю. – Я тебе обещала вынести мозги на определённую тему!
– Считай, что вынесла, – снова холодный ответ. – Я паинька. Никого не задеваю, никого не унижаю, никого без твоего одобрения не троллю.
– Я великий педагог? – спрашиваю недоверчиво.
– Нет, вы с Белкиной – дуры. Мне кажется, у вас реально хватит ебанутости затащить меня в ЗАГС чисто чтобы поржать и полюбоваться на мою растерянную морду. Можешь собой гордиться, я тебя боюсь даже больше, чем Машу. От Маньки хоть знаю, чего ждать. Ты непредсказуемая.
– Какая я молодец, – на полном серьёзе горжусь. – Тём, а давай подпишем контракт. Вот прям по пунктикам, что ты должен делать, чтобы я была довольна.
– Точно. Контракт. Я придумал для тебя игру.
Идёт к столу и включает компьютер. Что-то клацает.
– Юльчонок, смотри. Это шаблон контракта, который мы подписываем с клиентами. Вноси сюда свои данные, меняй как хочешь, чтобы был на твоих условиях. Можешь играться и представлять, что ты взрослая и работаешь на взрослой работе. Я потом распечатаю и подпишу. Держи.
– Вау! – смотрю на реальный документ в «Ворде». – Тём, а я тут ничего не испорчу?
– Нет. Я создал тебе отдельную копию. Даже если где-то накосячишь, компьютер починю я, с документами разберётся Жека, это не проблема. Всё, играй. Я сделаю взрослые дела и тоже с тобой поиграю.
Сейчас явно троллит, но пофиг. Читаю, разбираюсь.
– Тём, тут твои фамилия, имя, отчество нужны, – понимаю.
– Туманов Артём Сергеевич, – отзывается не глядя. – Лови.
Кидает в меня что-то. Машинально ловлю и понимаю, что это паспорт в тяжёлой кожаной обложке. Ещё раз вау! Я теперь правда как будто всерьёз всё делаю!
Понимаю, конечно, что он банально меня переключил, но интересно! Туманов Артём Сергеевич. Липовая Юлия Владимировна. Значит, Юлия Владимировна – заказчик, а Артём Сергеевич – исполнитель. Нет, как-то некрасиво звучит. Артём Сергеевич будет пациентом, а Юлия Владимировна – врачом. Вот! Я бы могла стать хорошим врачом-психологом? Надо у Маши спросить.
Туманов Артём Сергеевич… Фамилия какая красивая! Мне бы пошла.
Так, стоп! Потом помечтаю! Значит, Туманов Артём Сергеевич, именуемый дальше пациентом, обязуется…
Формулирую и ловлю себя на том, что высовываю кончик языка от усердия. Ладно, это реально увлекательно.
Пациент обязуется отказаться от провокаций конфликтов. От оскорблений. От любых форм троллинга. От любых форм психологического насилия.
Случаи, в которых сторона может отказаться от условий? Пусть будет угроза жизни…
Проверяю всё несколько раз, переделываю так, чтобы Артём не отвертелся. И наконец заканчиваю.
– Тём, всё! – объявляю.
– Быстро, – слышу досаду в голосе. – Ну, показывай, что сделала.
Идёт поворачивать к себе экран. Внимательно читает.
– Пойдёт, – что-то клацает, и принтер рядом гудит. – Давай подпишу.
Передаю ему листик, слежу, чтобы поставил подпись.
– Стоп, – хмурюсь. – Дай-ка я с паспортом сверю. Ты же и надурить меня можешь.
– Могу, – уголки губ чуть приподнимаются, и я угадываю довольную улыбку.
– Артём! – психую.
У меня в договоре лаконичная буква «Т» с закорючкой, в паспорте – нечто невообразимое с кучей хвостов и петель.
– Что? – смотрит холодно.
– Надурил! – тыкаю паспорт ему под нос. – У тебя другая подпись!
– Молодец, – холодно хвалит. – Всегда сверяй подпись в паспорте и в документе, если подписываешь что-то важное.
Печатает новый экземпляр и подписывает уже нормально.
– Как ты?.. – смотрю на невообразимые закорючки, которые он выводит лёгким росчерком, так, что я даже не успеваю понять, как он это делает.
– Сложная подпись. Чтобы никто не подделал. Тебе тоже такая нужна на всякий случай. Посиди пока, придумай, как ты будешь расписываться, я потом приду и посмотрю.
– Да Артём! – психую.
– Что не так? – ледяной взгляд.
Как бы объяснить?..
– Понимаешь, мне очень грустно, – ищу слова и фантазирую, чтобы разжалобить. – Мне страшно от того, что маньяк был совсем рядом. Мне хочется, чтобы со мной поговорили. Хочется… Мне хочется с тобой общаться. Когда я с тобой общаюсь, мне становится легче.
– Блядь.
Снова пристальный взгляд в стену. Интересно, о чём думает?
– Юльчонок, – ловлю терпеливые интонации. Не давит, просто объясняет. – Мне тоже очень хочется играть с тобой и общаться. Но у нас много дел. Ты же уже взрослая, должна понимать. Когда можно играть, мы играем и смеёмся. Сейчас на это нет времени. Если я прав, надо брать урода, допрашивать, искать улики… Это всё надо сделать как можно быстрее. Времени вот вообще ни на что не будет. Потом всё закончится, и тебе надо будет возвращаться к учёбе. Ты начнёшь учить и поймёшь, что тоже не хватает времени. Не потому что ты дура. Потому что там реально много. У тебя эмоции скачут, от этого ещё тяжелее. Я сейчас помогаю тебе заранее. Понимаешь?
Киваю. Всё очень логично. А я веду себя как дура. Неудивительно, что Артём относится ко мне как к маленькой девочке.
– Давай договоримся, – смягчается. – Ты будешь вести себя хорошо, а я постараюсь устроить нам какое-нибудь весёлое приключение. Что-нибудь интересное. Брать маньяка со мной хочешь поехать? Или в квартиру к нему залезть. Или улики искать, как в парке ночью.
Киваю, как заведённая. Я очень хочу попасть с Артёмом в какое-нибудь приключение! Смотреть, как мой супергерой всех спасает и всё решает. Помогать ему. Помощи от меня, объективно, не много, но всё равно очень весело.
– Вот будешь хорошей девочкой, тогда поиграем и возьму тебя с собой работать. Будешь плохо себя вести – запру дома с Бессмертным.
– Да Тёма! – смеюсь.
– Всё, Тёмы тут нет. Тёма занимается делами. Почти закончил.
Снова утыкается в экран ноутбука, а я дуюсь, как мышь на крупу. Далась ему эта учёба!
– Тём, я может с института уходить буду, – пробую подойти с другой стороны.
– Уже решила куда? – бросает на меня взгляд.
– Не знаю, – пожимаю плечами.
– Вот решишь – тогда уйдёшь, – снова отворачивается. – Тебя папа будет кормить, если ты уйдёшь с учёбы?
– Нет, – осознаю. – Мы договорились, что будет помогать, пока учусь.
– Ты сможешь работать и себя обеспечивать?
– Смогу, наверное, – задумываюсь. – Только надо понять, где.
– Вот когда поймёшь, где будешь учиться или работать после ухода, тогда и уходи. А то с голой жопой останешься.
Блин! Логично!
Смотрю в потолок и катаюсь на стуле. Куда уходить? Работать? А где? Где бы я хотела?..
– Если ты сейчас свалишься с этого стула, я не знаю, что с тобой сделаю, – равнодушный голос.
– Да как ты меня достал! – огрызаюсь. – Не свалюсь.
Тихонько раскачиваюсь и думаю. Чем бы я хотела заниматься? Раскрывать преступления? Прикольно, но туда, наверное, уже поздно. И не потяну. Хотя ужасно интересно! Учителем в школу? Можно попробовать. Я хотела, но папа сказал, что они нищие и плохо живут. Интересно, конечно, но мне надо нормально зарабатывать. Воспитателем в детский сад? Я бы хотела, но опять-таки, зарплата…
– Тём, как найти работу, которая будет приносить деньги и нравиться? – решаю спросить.
– Вспомни всё, что ты умеешь делать, и посмотри, за что из этого больше всего платят, – снова равнодушный голос.
– А что я могу хорошо делать? – задумываюсь.
– Выносить мне мозги. И готовить.
– Поваром? Да не, скучно. Готовить я люблю только для себя.
Ладно, оставим кулинарию как план Б. Может, ещё что-нибудь в голову придёт?..
– Юльчонок, иди будем подметать, – Артём отвлекает от мыслей.
– Подметать? – наконец поднимаюсь с надоевшего стула. – А где у вас веник?
– Да на голове у тебя веник. Кто насвинячил? Я чем обещал это всё подметать?
– Э, нет! – делаю тактическое отступление к двери. Задеваю что-то ногой и понимаю, что это что-то свалилось.
– Ещё и мусорку перевернула, – флегматично констатирует Артём. – Человек-катастрофа, блин.
Делает шаг, и я резко срываюсь с места. Ну наконец-то мне хорошо и весело.
Выбегаю в коридор, пробегаю немного. Артём идёт за мной не спеша, просто делает широкие шаги.
– Да ты издеваешься! – понимаю.
– Юль, волосы – пол – мусор. Построй логическую цепочку.
Снова убегаю.
Коридор, ещё коридор… Артём же мне скажет, если побегу куда-то не туда.
Вижу лестницу и бегу по ней, оттуда – в ещё один коридор. Человек из-за угла выглядывает слишком поздно, честно стараюсь затормозить, но всё равно врезаюсь в него.
– Ой, извините! – стараюсь слишком не смущаться.
– Ничего страшного, я тут уже ко всему привык, – улыбается мне высокий, располагающий мужчина.
Артём? А где Тёма, чтобы спасать меня из неловких ситуаций?
– Привет, Волков, – механический голос из-за спины. – Это моё, – тянет меня за ворот свитера к себе. – Поймал.
Рывок, и я перекинута через плечо.
– Да Артём! – пытаюсь сопротивляться.
– Артём, а ты уверен, что девушке всё нравится? – пытается за меня заступиться некий Волков.
– Мне пофиг. Ты бы за своей женой следил. Её в больнице пытаются оставить рожать, а она маньяка ловить убегает.
– Маша, – досада в голосе. – Я с ней поговорю.
– Я вообще удивляюсь, как ты её терпишь.
Тёма разворачивается и несёт меня обратно в кабинет.
– Тём, – шиплю, когда отходим достаточно далеко, – а это Машин муж, да?
– Да. Богдан. Святой человек. Но Мане сейчас будет жаловаться. Скажет, что я тебя абьюзил и на тебя давил. Мы скажем, что Волкову померещилось и ничего такого вообще не было. У него вытянется лицо, и он будет оправдываться. Поржём. Мы с детьми так уже делали.
– Нельзя учить детей врать! – возмущаюсь, хотя возмущаться, лёжа попой кверху на его плече, как-то странно.
– Врать не учил. Учил троллить.
Пинком открывает дверь, и мы заходим в кабинет.
– Артём, что происходит? – испуганный голос Жени.
– Юля – макака. Я её дерево.
Резко спускает, и я оказываюсь висящей вниз головой, волосы почти касаются пола.
– Тёма! – пугаюсь. – Я думала, что ты несерьёзно.
– А оказалось серьёзно, – легко раскачивает меня, как будто подметает.
– Да Артём! – пытаюсь подтянуться на его руках и смеюсь.
– Молодец, – равнодушный голос. – Ещё давай, почти получилось.
Карабкаюсь по нему изо всех сил, задыхаюсь от усилий и смеха.
– Юльчонок, давай, – подбадривает Тёма монотонно. – Глянь, волосы почти на полу. Вон бумажку уже ими подцепил. Ещё выше и, может быть, спасёшься…
Держит так, пока не начинаю просить пощады.
– Так бы и сразу, – легко перекладывает на диван.
Смеюсь и пытаюсь отдышаться. Ладно, пока свою порцию внимания получила.
– Юль, у тебя тут ошибка.
Поднимаю голову и вижу Женю, который читает наш договор.
– Какая? – удивляюсь.
– Смотри, во-первых, ты не указала срок выполнения. Артём может в любой момент сказать, что договор закончился, и обратного ты не докажешь…
– Так, – поднимаюсь.
– Во-вторых, не указан штраф за нарушения договора. И какой ему стимул соблюдать правила?
– Жека, – ледяной голос сбоку от меня, – этот договор должен был стать способом отвлечь Юлю, а не способом загнать меня в кабалу.
– А оказалось, что способ загнать тебя в кабалу, – подскакиваю. – Ой, ты подметаешь?
– Да, – холодно, – ты ж насвинячила.
– Давай помогу, – становится стыдно.
– Сядь. Как мне надо, ты всё равно не сделаешь.
– Да как тебе надо, никто не сделает, – фыркает Женя.
– А давайте перепишем договор, – решаю отомстить за то, что только что назвал меня неумехой. – Тём, копия в компьютере сохранилась?
– Тираны и деспоты, – бросает Артём.
– Хорошо, мы всё равно делали по какому-то шаблону, – подвигаю стул поближе к Евгению.
– Вы делали по нашему стандартному шаблону, – объясняет Женя. – Только этот паразит схитрил и пункт с ответственностью за неисполнение убрал.
– Повторяю, этот договор должен был быть игрой для Юли, а не кабалой для меня, – снова влезает Артём.
– Ты никогда не даёшь никому вставить слово, – понимаю.
– У меня обострённое чувство справедливости, – ледяной взгляд, – а то, что вы сейчас оба делаете, – лишение свободы человека по предварительному сговору.
Решаю не обращать внимания. Загнать Тёму в кабалу мне сейчас интереснее, чем с ним препираться.
– Смотри, – Женя открывает документ на ноутбуке, – во-первых, если подписываешь какие-то документы, рассчитанные на длительное сотрудничество или конкретный результат работы, надо всегда ставить сроки и то, что ты получаешь в конце. Вот с Артёмом. Какой срок ставить?
– До конца жизни! – радуюсь.
– Хрен тебе, – снова монотонное бурчание.
– Нет, Юль, так не пойдёт, – Женя улыбается. – Давай по-другому. Чисто технически Артём работает на тебя через нашу фирму. Вот пока здесь работает, пусть с тобой договор и выполняет. Весь срок работы в частном детективном агентстве «По Фрейду».
– Стрелецкий, я отомщу, – ледяной голос из-под стола.
– Что ты там делаешь? – наклоняюсь.
– Бумажки за тобой подметаю, что ещё?
– Дальше, – рассказывает Женя. – В любом договоре должна быть прописана ответственность за его исполнение. В случае с Артёмом отлично сработают деньги. Пишем: «В случае неисполнения договора пациент (Туманов Артём Сергеевич) обязуется выплатить Липовой Юлие Владимировне один миллион рублей…»
– Откуда у него такие деньги? – ужасаюсь.
– Стрелецкий, ну ты и тварь, – механическое бурчание где-то из-за дивана.
– Ты там полы решил помыть? – заглядываю.
– Решил. Ты же ходить нормально не умеешь, всё затоптала.
– Ладно, напишем два миллиона рублей, – решает Женя. – В качестве моральной компенсации за общение с ним. С такими условиями точно будет шёлковый. Нарушит – скажешь нам с Машей, будем взыскивать, потом на троих поделим. Сто тысяч мы с него один раз уже стрясли…
– Всего-то – обещал не таскать домой баб и притащил, – Тёма демонстративно выходит из кабинета с ведром в руках.
– А как стрясли? – удивляюсь.
– Я тоже в своё время подписывал с ним такие договоры, – улыбается Евгений. – Снимали вместе квартиру, в договоре с ним все правила прописали, чтобы жить было удобно. Артём нарушил. Мы взыскали. После этого он больше не подписывает со мной договоры. Ты, кстати, как его заставила?
– Да есть у меня один аргумент, – вспоминаю про угрозу потащить в ЗАГС. – Но у вас так не получится. Но мне всё-таки кажется, что два миллиона – это очень много.
– Нормально, – Женя безмятежно улыбается. – У него в заначке и больше, скорее всего, есть. Тём, сколько у тебя сейчас в заначке?
– Тебе столько не снилось, – огрызается Тёма. – Ноги поднимите, нелюди. Эксплуататоры. Договор подпиши, полы за ними помой, на ручках поноси… А потом Артём плохой, как обычно, останется.
– Ты замечательный, – успокаиваю и провожу по плечу. – Просто у тебя есть некоторые моменты, над которыми мы работаем. Ты меня воспитываешь. Я тебя.
– Не буду подписывать, – пристальный взгляд.
– Тогда, – демонстративно показываю на безымянный палец.
Артём моргает. Капельку, но кривится.
– Тёма, я сделаю, – стараюсь говорить как можно убедительнее.
– Да тюху на тебя. Жека, давай свой договор.
Подписывает. Мы с Евгением внимательно следим, чтобы подпись была правильной.
– Я. С вами. Не. Дружу.
Тёма демонстративно отворачивается и идёт мыть полы.
Стоп! Он же это сейчас не серьёзно?
– Ты только обещаешь, – Женя смеётся. – Артём как бумеранг, всегда домой возвращается.
– Давай, расскажи, как Манька меня за город вывезла и на трассе бросила, – бурчит Тёма. – Пятьдесят километров до города пешком херачил.
– Тёмочка! – пугаюсь. – Маша не могла так сделать!
– Могла, – снова бурчит. – Сказала выйти шину посмотреть, а сама машину завела и уехала.
– А перед этим ты бросил её одну в незнакомом городе без интернета и телефона, – парирует Женя.
– Да Артём! – пугаюсь ещё больше. – Как ты мог?
– Хотел научить ориентироваться на местности. Маша не оценила. И я её не бросал. Шёл следом, всё видел, просто на глаза ей не попадался.
– Да как весело вы живете, – признаю.
В коридоре быстрые шаги, и в комнату залетает Маша.
– Мои хорошие! – улыбается, как ни в чём не бывало. – Ну, как у вас дела? Тёмочка… – хочет поцеловать Артёма, но он отшатывается.
– Я с тобой не дружу. Ты ведёшь себя глупо. Буду игнорить, пока не начнёшь вести по-другому.
Да Тёма!
– Не очень-то и хотелось, – Маша только смеётся. – Юленька, как ты себя чувствуешь? Зачёт сдала?
– Всё хорошо, – стараюсь улыбаться как можно естественнее. – Артём помог мне сдать зачёт. Всё получилось.
– Вот и здорово, – слишком наигранное веселье. У неё точно всё в порядке? – А это у вас?.. – берёт наш договор.
– Меня абьюзят, ущемляют и психологически насилуют, – жалуется Тёма.
– Это кто такой молодец нашёлся? – Маша радуется. – Вот спасибо этому человеку! За нас всех отомстил! Жень, принеси у меня из кабинета печать. Сюда ещё психологическое освидетельствование надо добавить. А то у нас Тёма – персонаж неоднозначный, может и приступ эпилепсии изобразить…
Маша с Женей на полном серьёзе подписывают освидетельствование, чтобы в случае нарушений Тёма наверняка не откосил. Прикрепляют степлером к договору.
Смеюсь. Ладно, к отношениям внутри команды надо просто привыкнуть.
– Мы этот договор теперь на стене в рамочку повесим, – рассуждает Маша.
– А вот хрен тебе, – Тёма вырывает у неё из рук бумагу и отдаёт мне. – Юльчонок, прячь.
– Давай файл дам, – Женя лезет в стол.
– Спасибо, – аккуратно складываю и убираю в сумку. Смотрю на Артёма. Маша пришла, дальше же должно быть что-то интересное?
– Юль, а как ты заставила его подписать? – Маше тоже интересно.
– А это ты помогла, – бурчит Артём. – Рассказал на свою голову.
– Что ты Юле рассказал? – Маша каменеет.
– А вот всю ту чушь, которую ты мне вчера рассказала в подъезде, – выдаёт Тёма мстительно.
Да, Артём и чувство такта – вещи несовместимые…
– Ой, дурак, – Маша кривится. – Ой, идиот… И этот человек считает глупыми всех, кроме себя!
– Маня, – Артём резко становится холодным и строгим. – Всё обо всём договорились.
– Так я ж и не против, – Мария Александровна резко становится беззаботной. – Если все предупреждены о последствиях, – смотрит мне в глаза, и я ежусь от её взгляда. Слишком много там понимания. – Если все предупреждены о последствиях, то я, разумеется, лезть к вам не буду. Вы все взрослые люди и можете нести ответственность за свои поступки. Если кому-то вдруг понадобится помощь, – ещё один взгляд мне в глаза, – всегда можете обратиться ко мне. Вылечу. Кого-то мягко. А кого-то – гаечным ключом по башке. Пойдёмте.
– Так бы и сразу, – Тёма тянет мне руку. – Юльчонок, пойдём.
– Маша, – решаюсь спросить, – а как думаете, из меня хороший психолог получится?
– Из тебя? – цепкий, пристальный взгляд. – Может быть. Эмпатичная, чувствительная, умеешь договариваться с людьми. Над собой поработаешь, чтобы не быть такой ведомой и осознать свою ценность, и может хорошо получиться. Я тебе скину пару книг, если хочешь. Интересные и просто написаны. Может быть, тебе будет интересно.
– Да, конечно, прочитаю! – киваю радостно.
Хочу быть такой умной, как Маша. До Артёма мне очень далеко, а вот с Машей может и получиться.
Как она восхитительно считывает людей и подбирает слова! Сколько интересных штук знает! Явно же всё то, что мне рассказывает Тёма, она ему рассказала.
– Юльчонок, – Артём наклоняется ко мне, когда идём по коридору, – ты реально психологом стать решила?
– Пока не знаю, – признаюсь. – Просто это всё очень интересно. А ты что думаешь об этой идее?
Поднимает голову, и взгляд становится стеклянным.
– Тебе надо сначала научиться не пропускать всё через себя, – снова наклоняется ко мне. – Манька столько дерьма от своих пациентов выслушивает, что даже у меня волосы дыбом. В остальном – хорошая идея. Ты умная, должно получиться.
Улыбка помимо воли появляется на лице. Тёма считает меня умной, а если он считает умной, значит, не просто умная, а супер-умная! Учитывая, что большинство окружающих Тёма считает откровенными идиотами…
– Садись, – усаживает меня на мягкий диванчик. – Вот листики, можешь порисовать, если станет скучно. Постарайся не капризничать, не шкодить, не косячить, ничего не ломать…
– Да Артём! – пугаюсь. – Я настолько дурой выгляжу?
– Просто предупреждаю, – равнодушный ответ. – Не знаю, чего от тебя ждать.
Садится рядом, закидывает руку на спинку дивана позади меня.
Хочется положить голову Артёму на плечо. Хочется обнять его за пояс. Хочется, чтобы его рука лежала у меня на талии. Но вместо всего этого просто скидываю кроссовки и сворачиваюсь калачиком рядом с ним.
– А что это у нас есть? – в кабинет заходит Бессмертный. – ДНК-анализ окурков и Юлькиного препода.
– Откуда у вас его ДНК? – удивляюсь.
– А мы с Колей тут не просто так жопы просиживаем, – Тим сверкает улыбкой, и мне хочется сравнить её с улыбкой акулы.
– Ну, – торопит Артём. – Где образец взяли?
– Да Колю отправил следить за ним, – Тим смеётся. – Молодой дождался, когда этот мудак на улице плюнет, взял образец.
– Молодец какой! – восхищаюсь.
– Естественно, молодец, – монотонное бурчание под ухом. – Он же не ходит за тобой, как приклеенный. Были бы у меня свободные руки, я бы уже и не такое сделал.
Кусаю себя за губу, чтобы не засмеяться. Артём то ли ревнует конкретно меня, то ли в принципе не любит, когда хвалят кого-то кроме него. Ведёт себя как маленький мальчик, но в его исполнении это так мило и забавно, что тут же хочется затискать, зацеловать и сказать, что лучше него человека не существует.
– Конечно, Коле до тебя далеко, – шепчу Артёму на ухо. – Я прекрасно знаю, что ты бы справился в разы лучше.
– Так бы и сразу, – пристальный взгляд. – Нехрен кого попало молодцом называть. А то они правда поверят, что молодцы.
– Тёма, – пихаю его локтем в бок. – Ну они же сделали что-то очень полезное.
– Банально справились со своими должностными обязанностями, – монотонно твердит Артём. – Нихрена они не молодцы.
– Юля и Тёма! – строгий голос Марии Александровны, и я машинально прижимаюсь к Артёму, чтобы найти у него защиту. – Я вам не мешаю?
– Нет, – равнодушно отвечает мой герой. – Можешь продолжать, нам пофиг.
Да что ты будешь с ним делать?!
Достаю договор из сумки, демонстративно кладу Тёме на колени.
– Прошу прощения, Мария Александровна, больше такого не повторится, – тут же меняет пластинку Артём.
Маша не отвечает, что на неё не похоже. Просто стоит, облокотившись на кресло, смотрит в стену. Что это с ней?..
– Маша пыталась вам рассказать, что ДНК с плевка Игоря Алексеевича полностью совпадает с ДНК на одном из окурков, которые вы привезли. Также марка окурка совпадает с теми, что курит Игорь Алексеевич. Улики, разумеется, косвенные.
– Да он это, – Маша садится на кресло. Вроде всё хорошо, но что-то меня в ней настораживает. Слишком осторожно держится. Нет привычной бешеной энергии и дёрганых движений.
В комнате собрались все те, кого я уже знаю, ещё и Машин муж. Они с Артёмом переглядываются. Так, а может, нам Машу к врачу отправить? А это моё дело? Может, не стоит влезать?
– Машенька, ты уверена? – спрашивает тот самый Волков.
