Текст книги "Пари на дурнушку (СИ)"

Автор книги: Татьяна Дин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Глава 20

Поездка до города состоялась в закрытой карете. Большинство мужчин, как и герцог, отправились верхом, а дамы и некоторые джентльмены в экипажах или колясках.

При помощи Брендона, Валери осторожно забралась по узкой и неудобной откидной ступеньке внутрь транспорта и устроилась на сидении вместе с Самантой.

Сейчас больше чем когда-либо она ощущала, что попала в прошлое. В шляпке с голубыми лентами, в белоснежных атласных перчатках и красивом темно синем пальто с вышивкой, она виделась себе элегантной дамой. Валери нравилась даже эта пусть и не самая удобная, но очень красивая одежда.

Всю дорогу до города Саманта вела себя как сводница. Ее многозначительные взгляды, жесты и разговоры, жутко раздражали Вал. Брендон же нисколько не смущался поведения сестры и с удовольствием отвечал на ее вопросы, особенно, касающиеся его мнения относительно будущей жены.

Рассказывая о своих предпочтениях, он открыто смотрел на Вал, и все выглядело так, будто описывал он именно ее. Замечала это и Саманта, которая незаметно толкала Валери в бок.

К моменту, когда колонна из экипажей в сопровождении всадников въехала в город и остановилась, Вал уже хотела как можно скорее сбежать от этой парочки.

Первым карету покинул Брендон, следом за ним выпорхнула и Саманта. Молодой человек подал ей руку и помог сойти на тротуар.

Когда наступила очередь Валери, она, немного согнувшись, сделала несколько мелких шагов к выходу. Ей тоже была предложена рука, но не Брендона, а Солсбери, который чудесным образом успел спрыгнуть с коня и оказаться возле коляски. Брат с сестрой стояли чуть поодаль от него.

Прежде чем опереться на руку герцога, Валери посмотрела на неудобную ступеньку и прикинула, как на нее лучше встать, чтобы не спровоцировать боль в ноге. Подниматься по лестнице ей было значительно легче чем спускаться. А здесь ступенька была узкой и находилась высоко от земли.

Все таки решив начать со здоровой ноги, Вал вложила ладонь в руку Солсбери и опустила ногу на ступеньку, чтобы через секунду опустить и вторую, но как только она полностью встала на лесенку, карета резко накренилась и Валери полетела вниз на мощеный тротуар. По крайней мере ей так показалось. Но на самом деле летела она прямиком в объятия Солсбери, который успел среагировать и выставить вторую руку таким образом, чтобы поймать ее и прижать к себе.

Задохнувшись от неожиданности, Валери оказалась вдавлена лицом в шерстяной редингтон.

Боже, она только что чуть не разбилась!

Пока возле нее суетились Саманта с Брендоном, Солсбери убедился, что Вал уверенно стоит на ногах и только потом отпустил ее, разжав руки и отступая назад, но по-прежнему придерживая ее за талию.

Сейчас она не собиралась ругать его за то, что он держал ее. Он спас ее от неминуемого падения и она была ему за это благодарна.

Вал подняла на него глаза и искренне произнесла: «Спасибо!»

– Никогда еще я так не боялся спасти девушку, – улыбнулся он и склонил голову, будто извиняясь за свой хороший поступок.

Смотря на его виноватый вид, Валери стало стыдно за тот упрек, когда она запретила ему хватать ее. Но тут же вспомнила, как вчера без разрешения он целовал ее.

– В этот раз вы все сделали правильно, – сдержанно ответила она.

– Вы не представляете, что для меня значит ваша благодарность. Ведь ее непросто заслужить.

– Благодарность гораздо легче заслужить чем прощение. Я благодарна вам только за то, что вы не дали мне упасть.

– Тогда моя миссия еще не окончена.

– Не стоит, вы только зря теряете время. Лучше остановимся на благодарности.

Решив, что разговор окончен, Валери повернулась к Саманте и сразу заметила, с каким изумлением та смотрит на нее и герцога. У той даже рот открылся.

– Ну что, можем идти? – как ни в чем не бывало спросила Вал, а потом кинула быстрый взгляд на вывески целого ряда магазинов. – Так, где здесь салон модисток?

– Он прямо позади нас, – указала Саманта на нужную дверь, а затем обратилась к брату и Говарду. – Возвращайтесь за нами через час. – Привычным движением она приподняла руку, и, когда Вал подхватила ее, вместе с ней направилась в салон. – Или через полтора, – уже на ходу бросила Саманта, на что получила ответ, что те придут к назначенному часу.

Мужчины ушли по своим делам, а Валери с подругой оказались в салоне, где вдоль стен на специальных подставках стояли платья разных цветов и фасонов, в воздухе витал запах цветочных духов, а на прилавках лежала тысяча женских мелочей – от чулков и подвязок, до лент и кружев. С каждой минутой салон наполнялся все новыми посетительницами, которые прибыли в других экипажах и жаждали скупить все самое модное.

Саманта направилась к столу с перчатками, а Вал заинтересовалась стеклянным шкафчиком с баночками, в которых, судя по различным оттенкам красного, могли находиться косметические средства.

К моменту, когда девушки покинули магазин, Саманта стала обладательницей зонта от солнца, пары перчаток, шляпки, полдюжины кружевных сорочек, палантина и еще кучи разных мелочей, а Валери – пятью баночками румян, которые одновременно служили и помадой, и тенями для век, баночкой вазелина, жемчужной пудрой, бежевыми белилами, очень похожими на тональный крем, двумя стержнями для бровей и глаз – черным и коричневым, обернутыми бумагой, чтобы не запачкать пальцы, и маленькой щеточкой. По совету одной из работниц, Валери должна нанести на щеточку немного вазелина, затем несколько раз провести ею о стержень и накрасить ресницы. Все было до банального просто.

Обозрев весь косметический набор, Вал осталась довольна. К тому же она выбрала только те средства, которые делались из трав, масел и жира, и не могли навредить здоровью. Тех же средств, что содержали в себе свинец и ртуть, она даже не касалась.

На улице Вал и Саманту уже ждали молодые люди, правда в окружении других юных девиц. Но стоило Говарду с Брендоном увидеть подруг, как они поспешили к ним, чтобы забрать из их рук коробки и помочь подругам усесться в экипаж.

Брендон снова расположился напротив сестры и Валери, и, мило им улыбаясь, выглядел слегка загадочным. Через несколько минут выяснилась причина его такого поведения. На сидении рядом с ним лежал плащ, из под которого он достал две бархатные коробочки. Одну он протянул Саманте, а другую Вал.

– Прекрасные безделушки для прекрасных дам, – произнес он, сложил нагруди руки и занял расслабленную позу, ожидая реакции подруг.

Когда Вал и Саманта откинули крышки, то увидели по кулону. И если у Саманты кулон был выполнен в виде бабочки, инкрустированный мелкими рубинами, то у Вал он оказался в виде белого камешка с миниатирой влюбленной пары в серебрянной окантовке.

– О! – воскликнула Саманта, взглянув на украшение подруги. – Это же кулон с секретом! – Она взяла его в руки и открыла. Внутри он оказался полым. – Теперь тебе будет куда спрятать кое чей локон.

Она вернула украшение Валери и одобрительно посмотрела на брата, который перехватил взгляд сестры и незаметно подмигнул ей.

Вал же поблагодарила Брендона за подарок, положила кулон обратно в коробочку и опустила на колени, а потом уставилась в окно, желая немного отгородиться от брата с сестрой и прислушаться к своим внутренним ощущениям.

Внимание Брендона было ей приятно. Так же ей было приятно получить от него подарок, но она не испытывала к нему ничего кроме благодарности. Даже Кайл волновал ее больше чем Брендон. Даже Солсбери вызывал больше эмоций. Поцелуй последнего она не хотела помнить, а помнила. А поцелуй Брендона вызывал только смех.

Валери украдкой посмотрела на молодого человека.

Красив? Красив.

Обаятелен? Бесспорно.

Внимателен? Да.

Брендон не побоялся намекнуть сестре о симпатии к калеке, а сейчас подарил вполне однозначный подарок.

Тогда что же ей, Валери, не хватает? Что же ей на самом деле нужно?

Глава 21

После сытного обеда Валери, как и остальные гости, отдыхала в комнате. Она решила немного полежать, чтобы дать ноге покой. Утренний поход по магазинам не прошел бесследно, появилась ноющая боль, и, вместо того, чтобы заняться макияжем, Вал легла на кровать и растянулась, попутно массируя бедро.

Через полтора часа предстояло спуститься в гостиную для репетиции. Она прикидывала в уме, сколько ей нужно времени, чтобы испробовать все косметические средства, а затем сделать себе скромный макияж. Минут сорок должно хватить. Значит столько же минут она еще могла лежать.

Вал повернулась набок и уже из такого положения принялась разминать ногу.

Стук в дверь прервал ее массажные процедуры.

Помня, что кроме Фанни и Саманты к ней в покои имели наглость заявиться мужчины, она подтянулась к изголовью кровати, выпрямила спину и поправила юбку.

– Войдите! – разрешила она и принялась гадать, мужчина это будет или женщина.

Словно подтверждая ее подозрения, на пороге комнаты появился Солсбери. Значит ее решила навестить мужская половина человечества.

– Простите за неожиданный визит, надеюсь я вам не сильно помешал?

Вал качнула головой, показывая, что не помешал.

Солсбери немного отошел назад, наклонился, что-то взял по ту сторону стены и вернулся в комнату. В его руках оказалась длинная прямоугольная коробка. Он закрыл за собой дверь и направился к кровати.

Вал с интересом наблюдала за его перемещениями.

Остановившись возле нее, он опустил коробку и прислонил ее к стулу.

– Мисс Вудс, я хотел извиниться за свое вчерашнее поведение. Я повел себя слишком дерзко. И чтобы вы не сильно сердились на меня, хочу преподнести вам скромный подарок.

Солсбери откинул крышку и принялся доставать из коробки трости.

Одна, вторая, третья... Всего их оказалось пять.

– Это для вас.

Валери опустила ноги на пол и сначала посмотрела на трости, а потом на него.

– Зачем мне столько?

– Вы должны выбрать, с какой из них вам будет удобнее. Лучше всего, конечно, сделать на заказ, но это позже, а пока придется подобрать что-то из этих. У вас раньше была трость?

Откуда ей было это знать? По крайне мере, среди вещей она не находила ничего похожего.

– Нет, не было.

Солсбери выглядел недовольным. Его брови сошлись на переносице.

– Не понимаю, куда смотрел ваш отец? Очевидно же, что для вас было бы лучше ходить с тростью, – он протянул Валери ладонь. – Я помогу вам выбрать подходящую. Поднимайтесь.

Странно, но Валери даже не думала возражать. Она послушно подала ему руку, оперлась на нее и встала.

– Стойте ровно и выпрямите руку.

Она все сделала так, как он сказал. Солсбери взял трость, приставил ее к левому боку Вал, присмотрелся и недовольно покачал головой. Рукоять трости оказалась намного выше ее запястья.

– Нет, эта не годится, – он откинул первую трость и взял следующую, но и она не подошла, так как была слишком короткой. Третяя ему тоже не понравилась, а вот четвертая заканчивалась ровно у косточки на запястье. – Так, по-моему это то, что нужно. Возьмите ее.

Вал обхватила рукоять. Рука слегка согнулась в локте. Солсбери удовлетворенно хмыкнул.

– Теперь попробуйте опереться на трость и пройтись.

Переложив трость из левой руки в правую, Вал уже собралась сделать шаг, как он остановил ее.

– Вы что делаете? Трость должна находиться в противоположной стороне от больной ноги.

Почувствовав себя глупым ребенком, Вал вернула трость в левую руку и сделала шаг. Но вновь что-то пошло не так. Она не могла понять, что должно двигаться первым – нога или трость и, вообще, в какой момент та должна переставляться?

Валери подняла робкий взгляд на Солсбери. В ответ он ободряюще улыбнулся.

– Немного практики и все получится. Вам нужно выставлять трость одновременно с правой ногой. Тогда она возьмет на себя часть вашего веса. Вот, смотрите.

Он взял свободную трость и прошелся с ней по комнате.

После наглядного урока Вал повторила за ним и направилась к окну. Было непривычно опираться на палку, но с ней, действительно, оказалось легче и удобнее идти. Нога почти не напрягалась и даже уменьшилась хромота.

Проделав обратный путь до кровати, Вал приподняла трость и покрутила ее, рассматривая рукоять в виде удлиненной головы коня.

– Так вы простили меня? – все таки решил Солсбери до конца выяснить ее отношение к нему.

Он стоял совсем рядом с Вал и, как она внимательно рассматривала трость, так он внимательно рассматривал ее.

Простить его ей было несложно, но ее волновал другой вопрос.

– Зачем вы это сделали?

– Что сделал? – не совсем понял он. – Подарил вам трость? Кажется я уже объяснил, что таким образом хотел загладить...

Но Валери не дала ему договорить.

– Нет. Зачем вы поцеловали меня?

Она оторвала взгляд от трости, резко повернулась к нему и уставилась в его лицо. Она смотрела прямо и пытливо. Она хотела увидеть, что будет стоять за его словами.

Говард не выглядел смущенным, но и равнодушным тоже.

– Вы не догадываетесь какое влияние имеете на меня. Когда мы с вами оказались в довольно интимной обстановке, я не смог удержаться от искушения.

Вал не удовлетворил его ответ.

– Я некрасивая, хромая. Какое может быть удовольствие целовать такую как я? Вокруг вас полно красивых женщин.

– Поверьте, среди присутствующих в моем доме дам вам нет равных.

Лгун! Все его слова ложь! Но она выведет его на чистую воду.

– Кажется я поняла, – Валери напустила на себя пренебрежительный вид. – В темноте ведь все равно кого целовать. Темнота скроет любое уродство. Легко целовать дурнушку когда не видно ее лица, не то что при свете дня. Ведь так?

Высказав свое предположение, она уже решила, что разоблачила подлеца, как он тут же стремительно подступил к ней и заключил ее в объятия.

Оказавшись в опасной близости от его губ, до Валери вдруг дошло, как прозвучали ее слова. Она будто напросилась на поцелуй!

– Если вы считаете, что все дело в темноте, то я докажу вам, что вы заблуждаетесь. Сейчас я больше чем когда-либо хочу вас...

– Я не это имела ввиду! – предприняла она попытку убедить его в том, что он сделал неправильный вывод. – Я не имела ввиду, что вы должны мне что-то доказывать!

Но было уже поздно. Солсбери держал ее в тисках. Одной рукой он накрыл ее затылок, а другой крепко прижал к себе за талию. Его губы почти соприкоснулись с ее губами, после чего он в них выдохнул:

– Я не могу оставить вас жить в сомнении. Вы бросили мне вызов и я принял его.

И в подкреплении своих слов впился в ее рот властным поцелуем.

Глава 22

Старание Вал сопротивляться было сломлено в тот миг, когда рука Солсбери опустилась на больное бедро и сжала его. Сжала именно так, чтобы принести ей облегчение, наслаждение и расслабленность, отчего она непроизвольно простонала, обмякла и окончательно растворилась в губах и руках Говарда.

Трость со стуком упала на пол, свидетельствуя о ее полном поражении.

Но стыд и позор она будет испытывать позже, а сейчас ей хотелось, чтобы он не останавливался. Чтобы его целительная рука не отрывалась от бедра, а беспощадные губы терзали ее рот. Дразнили. Наказывали за уступчивость. И Вал сполна получала все что хотела.

Говард был ненасытен в поцелуе. Он врывался в ее рот и опьянял ее стремительными и требовательными движениями.

Полностью охваченная страстным порывом, Вал не удержалась и прикусила его нижнюю губу. Она тоже наказывала его за доставленное ей наслаждение.

Ее поступок не остался без внимания. Издав горловой рык, он поднял ее на руки, отнес на кровать и, продолжая целовать, аккуратно уложил на постель, чтобы затем забраться самому и накрыть ее своим телом.

Но забывшись, Говард слишком поторопился и, пытаясь устроиться у нее между бедер, получил громкий болезненный вскрик.

Вал мгновенно пришла в себя. Боль отрезвила ее и привела в чувство. Она оттолкнула лежащего на ней Солсбери и поскорее вытащила из под него ногу, чтобы быстро лечь на бок и зажать то место, где болело.

Пока, зажмурившись, она пыталась справиться с приступом, он приподнялся на руках, продолжая нависать над ней.

– Могу я тебе помочь? – с долей обеспокоенности спросил он.

– Не надо. Ты уже помог.

– Прости меня. Я не хотел причинить тебе боль. Трудно быть осторожным, когда охватывает страсть.

Сейчас Валери не хотелось говорить об их поступке. Она повела себя как шлюха. А ведь это не ее тело. Она не имела права лишать его одного единственного достоинства – невинности. Пусть это и было незначительным преимуществом некрасивой Валери Вудс, но оно имелось и она должна его сохранить.

– Слезьте с меня, – снова перешла Вал на официальный тон, открыла глаза и уставилась в противоположную стену. – Вы и я... Это неправильно.

Солсбери осторожно перекинул через нее ногу и встал на пол, но не ушел, а опустился на одно колено, накрыл ее руку ладонью и тихо сказал:

– Я что-то чувствую к вам, Валери Вудс.

Валери посмотрела на него и испугалась того, с каким обожанием он смотрел на нее. А его слова? От них бахнуло сердце.

– Еще раз прошу прощения, – мягко сказал он. – Все это лишь моя вина. Вы не должны корить себя за мою настойчивость.

Солсбери нагнулся и поцеловал ее в висок, поцеловал с нежностью и заботой, а потом поднялся и покинул комнату, оставив ее пребывать противоречивом настроении.

"Все это лишь моя вина," – еще раз прокрутила Вал в голове его слова.

Ей бы тоже хотелось так думать, но она была виновна не меньше чем он. А может и больше. Он ничем не рисковал, а вот она рисковала всем. Вместо того, чтобы отвергать его, бороться до конца, быть непреклонной, она поддавалась искушению. Она целовала его. Солсбери уложил ее на постель и если бы не нога, неизвестно чем бы все закончилось. Хотя очень даже известно.

Вал схватила подушку и со стыда уткнула в нее лицо. Пылающие щеки, казалось, могли прожечь белоснежную ткань.

Ее поведение в любом веке считалось развратным. Кайлу она, по крайней мере, готова была отдаться по любви, а Солсбери почему? Лишь из-за его умелых рук и губ?

"Потаскуха! Проститутка!" – ругала себя Вал.

Нравы девятнадцатого века должны были научить ее еще больше хранить свою честь, а не ложиться под первого встречного. Пора перестать вести себя как доступная дурочка.

В Солсбери было что-то такое, что обезоруживало ее. Притягивало. Лишало воли. Но при этом по-прежнему не вызывало доверия. Меньше всего Вал хотела понять, что влюбилась в него. Да она перестанет себя уважать, если позволит этому случиться!

Клин клином вышибают!

Нет, в Брендона она тоже не собиралась влюбляться, но она могла хотя бы переключиться на него, а заодно показать Солсбери, что он ее не волнует.

Не волнует же?

Опираясь на трость, Вал спустилась в гостиную без грамма косметики. Настроения прихорашиваться не было. Не хватало еще, чтобы Солсбери подумал, что это его заслуга. Поцеловал дурнушку, а она от счастья тут же расцвела. Ну нет! Пусть смотрит на нее такой, какая она есть. При этом Вал не забыла надеть кулон – подарок Брендона.

На него же обратила внимание и Саманта, когда Валери появилась в гостиной и подошла к роялю.

Сначала Брендон с сестрой удивились трости в руке Вал, а после того, как узнали, кто послужил виновником появления этого предмета, Саманта громко заметила, как сильно Вал идет подарок брата, который всегда умел подбирать прекрасные вещицы!

Валери обхватила пальчиками кулон, оттянула его и сделала вид, будто любуется им.

– Теперь это мое самое любимое украшение! – воскликнула она, вернув кулон на место и одарив Брендона благодарным, почти влюбленным взглядом.

– Позвольте, – подступил к ней Солсбери, а затем, не спрашивая ее разрешения, взял кулон в руку и слегка наклонился, чтобы лучше рассмотреть его.

Разделяемая от него всего несколькими дюймами, Вал затаила дыхание. Слишком живы были воспоминания их последней встречи. Она все еще помнила вкус его губ: наглых, требовательных и терпких. А руки? Те были невероятно горячими и жаркими! Валери даже помнила запах этого мужчины! Голова кружилась от его близости.

Соберись, тряпка!

Несколько секунд Солсбери безотрывно рассматривал украшение, а потом поднял глаза на Вал.

Она стойко выдержала его взгляд и ничем не показала волнение.

– Хочу вас поздравить, мисс Вудс, – почувствовала она легкое дыхание на своем лице. – Вы станете обладательницей еще одной тайны. Нам, мужчинам, всегда приходится гадать, что скрывает женское сердце и такой вот кулон.

Вал отчетливо уловила намек на тайну, которая теперь их связывала. Он знал, что она никому не расскажет о своем развратном поведении.

– Пока он пуст, но это ненадолго, – заверила она его и кинула многозначительный взгляд на Брендона. – Скоро в нем появится предмет, который будет мне очень дорог.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – с лукавым блеском в глазах отозвался Солсбери, обворожительно улыбнулся ей и наконец отступил от нее.

Отступил, чтобы уступить место Брендону, который все это время стоял чуть в стороне и нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Сидя за роялем, Саманта тоже наблюдала за герцогом и подругой.

Молодой человек коснулся локтя Вал, шепнул ей, что рад видеть свой подарок на ее прелестной шее, и, что если она пожелает, уже сегодня вечером в нем окажется его локон, который она собственноручно отрежет ножничками.

Валери пришлось согласиться на его предложение, так как Солсбери стоял совсем рядом и мог слышать их разговор. Он не должен сомневаться, что она увлечена его другом.

Когда же с личными делами было покончено, все приступили к репетиции.

Вал решила идти до конца в своей демонстрации интереса к Брендону и попросила его проводить ее до дивана, а затем вместе с ним уселась на мягкое сидение и приготовилась петь.

Солсбери продолжил стоять у рояля, хотя Саманта и села на край лавки. Она бросила на Говарда призывный взгляд, и даже еще немного отодвинулась, чтобы освободить для него побольше места, но он не шелохнулся. Когда она поняла, что он не собирался присоединяться к ней, разочарованно надула губки и с недовольным видом занесла пальцы над клавишами.

Лишь к концу первого куплета Саманта немного успокоилась и стала играть с настроением. Говард пропел ей свои слова с тем чувством, с каким и должен был петь мужчина, влюбленный в свою партнершу. Да и взгляд его говорил о том же самом.

Он отлично исполнял свою роль.

Настолько отлично, что Валери ощутила укол ревности. Болезненный и неожиданный.

Нет, нет нет! Нужно немедленно это прекращать! Нужно немедленно переключаться на Брендона!

Дождавшись, когда во втором куплете Брендон допоет свои строчки, она начала исполнять свои и коснулась его рук. Она вложила их в его ладони, на что он, отреагировав на ее порыв, сжал их и приподнял. Заканчивая вместе петь, они смотрели друг другу в глаза и держали руки между собой. А в конце третьего куплета Брендон припал к ее рукам и каждую из них поцеловал.

Валери старательно изображала влюбленность, и даже не забыла глупо хихикнуть.

– Может мы еще раз исполним эту песню? – донесся из-за рояля голос Саманты. – Мне кажется в конце мы недостаточно слаженно пели.

Она с надеждой смотрела на Говарда, но тот не замечал ее умоляющего взгляда, так как все его внимание было направлено на парочку на диване.

Валери нехотя высвободила руки из ладоней Брендона и собралась уже обратиться к Саманте со словами, что не против ее предложения, как в гостиной появился дворецкий. Он направился к хозяину дома, передал тому записку и что-то тихо шепнул.

Никто не расслышал его слов, но зато все заметили, как Солсбери оживился. Он кивнул слуге, а затем громко сказал:

– Друзья, прошу меня простить, но мне придется покинуть вас. Срочное дело. А вы продолжайте репетировать. Завтра у нас еще будет возможность довести всё до идеала.

– Что-то случилось? – спросила Саманта, в голосе которой слышалась обеспокоенность.

– Нет, нет. Все хорошо. И даже очень. Вечером после ужина вы всё узнаете. А сейчас мне нужно идти.

Солсбери учтиво склонил голову и покинул гостиную.

Все проводили его взглядами, но дольше остальных на дверь смотрела Саманта и выглядела очень расстроенной.

Вал тут же перестала обращать внимание на Брендона. Без главного зрителя ей больше не нужно было притворяться. А потом она пересела к Саманте и перепела все оставшиеся песни. Брендону пришлось все это время простоять у рояля и строить ей глазки.

Вечером, после ужина, гости переместились в большую гостиную, но без хозяина дома, который еще в столовой предупредил всех, что присоединится к ним чуть позже.

Валери сидела в окружении брата с сестрой, и те, в привычной им манере, развлекали ее смешными замечаниями относительно поведения гостей. Но, помимо шуток, Брендон не переставал делать ей комплименты, а один раз попросил разрешения ненадолго остаться с ней наедине. Она сделала вид, что не расслышала его просьбу, а затем перевела разговор на другую тему.

Все, в том числе и Вал, ждали Солсбери, только она себе в этом не признавалась, но постоянно посматривала на дверь.

Спустя четверть часа дверь все таки открылась, и Говард появился в гостиной. Но появился не один, а в сопровождении яркой брюнетки в облегающем красном платье.

– Дамы и господа, – обратился он к гостям, – хочу представить вам свою новую гостью, мисс Роуз Смит. Или, как многие из вас ее знают – несравненная Роуз Джипси!

Валери показалось, что она уже слышала это имя и, чтобы выяснить это, повернулась к Саманте, но увидела на ее лице неподдельный испуг сравнимый с ужасом.

– Что с тобой? – забеспокоилась она за подругу.

Саманта перевела на нее остекленевший взгляд.

– Только не она... Я не могу допустить... Я должна...

Пока она говорила, Брендон встал и направился к Роуз.

Проследив за его направлением, Саманта в отчаянии сжала руку Вал и умоляюще произнесла:

– Ты должна спасти нашу семью! Ты должна выйти замуж за Брендона, пока эта вертихвостка не заарканила его! Она приехала за ним, я это знаю! Если он женится на такой как она, матушка этого не переживет! Это будет позор для всей нашей семьи!

На глазах Саманты заблестели слезы, которые она спешно промокнула платком.

Вот тебе и раз! Так сразу и замуж.

Валери вдруг захотелось поскорее вернуться домой в свой век. Ее все сильнее втягивали в чужие проблемы, которые тут же становились и ее проблемами.

Но как бы сильно ей не было жалко Саманту, она не собиралась выходить замуж за Брендона. Даже ради спасения его семьи.