Текст книги "Пари на дурнушку (СИ)"

Автор книги: Татьяна Дин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Глава 36

Ложась спать, Валери решила оставшиеся два дня до отъезда в Лондон провести без «ухажеров». Находиться рядом с ними, притворяться и делать вид, что не понимает причин их пристального внимания было невыносимо и требовало от нее слишком много сил. Она еще не до конца справилась с потрясением, чтобы нарастить толстую кожу и не чувствовать себя использованной.

Вал не переставала ругать себя за наивность. За уверенность, что объектом спора могла быть только красивая девушка. Она получила очередной жестокий урок, что человеческая подлость не знает границ.

Два уважаемых джентльмена решили поразвлечься, к физическим страданиям некрасивой и увечной Валери Вудс прибавить еще и душевные. Где-то Вал даже радовалась, что оказалась на ее месте. Если она, имеющая опыт, поверила Говарду, то что говорить о прежней хозяйке тела? Девушка могла легко прыгнуть в постель любому из спорщиков, думая, что ее любят.

Может в этом и состояла миссия Вал – не допустить позора прежней Валери?

В любом случае она была рада, что настрадавшейся за свою короткую жизнь девушке не придется испытать то, что испытала она. Почему-то внутри нее сидела глубокая уверенность, что так было лучше. Что пари нанесло ей меньший удар, чем той, другой Валери. Неизвестно, как бы прежняя Валери поступила, узнай правду. Не захотела бы она покончить с собой?

Только эти мысли грели душу Вал. Но все же ей требовалось немного покоя. Ей нужно было залечить израненное сердце. Поэтому следующим утром, сославшись на плохое самочувствие, она отказалась принимать посетителей. Исключение было сделано только для Саманты.

Когда до и после завтрака Валери получила по букету цветов: сначала от Говарда, а потом и Брендона, то еле удержалась, чтобы тотчас не бросить их в камин. Соперничество двух моральных уродов продолжалось. Но она оставила цветы, так как если бы избавилась от них, да еще и таким путем, об этом мог узнать Говард. Тогда ей пришлось бы объяснять ему причину своего странного поступка, но вряд ли бы она смогла придумать убедительную причину. Валери пришлось принять розы и попросить Фанни поставить их в вазы, а затем разместить на самом дальнем столике, подальше от ее глаз.

Вал вспомнила все случаи, когда друзья боролись за ее внимание. Они готовы были пересиливать себя чтобы носить ее на руках, целовать, исполнять желания, устраивать концерты и говорить о любви только ради того, чтобы получить выигрыш. Должно быть они не раз обсуждали друг с другом чего достигли в ее соблазнении и от души веселились. Они потешались над убогой дурнушкой и планировали новые искушения.

Но ничего. Теперь настала ее очередь повеселиться над друзьями. Они окажутся в роли дурацких клоунов и хорошенько позабавят ее.

Саманта заглянула к Вал ближе к обеду и сразу обратила внимание на цветы. Она порадовалась букету от брата и гораздо сдержаннее отреагировала на букет от Говарда.

В глазах подруги читалась зависть. Она явно мечтала получить от Говарда цветы, но похоже, давно их не получала. Конечно! В отличии от беззащитной Валери Вудс, Говард не мог просто так дарить цветы Саманте, так как вместе с букетом ему пришлось бы заявить о своих серьезных намерениях в отношении нее, чего он не собирался делать, но чего от него все ждали бы. Вот почему он не дарил их Саманте, но спокойно преподносил Вал. С ней ему не нужно было утруждать себя условностями. Условности существовали только для настоящих леди.

Вал не хотела сравнивать себя с Самантой, но против воли сравнения так и напрашивались. Чтобы отвлечься от мыслей, которые вызывали в душе негодование и гнев, она попросила Саманту рассказать, как та провела вечер и утро.

В этот раз Саманта была не так радостна, как вчера днем. Она отметила, что Говард опоздал к ужину, был не в духе, ни с кем не разговаривал, ни танцевал и ушел к себе раньше, чем закончились танцы.

Ни она, ни Брендон, ни гости, ни разу не видели его таким, но сегодня он уже выглядел как обычно. После завтрака мужчины отправились на охоту, а Саманте пришлось два часа провести в обществе двух прилипал, которые всеми путями пытались выведать у нее информацию о хозяине дома – в чем была причина его плохого настроения, какие леди в его вкусе и что он любит. Из всех девушек только Саманта была ближе всех знакома с герцогом Солсбери и рассматривалась как надежный источник. Но как солдат, который не должен выдавать врагам важные секреты, она, прежде чем ответить, обдумывала каждое слово и, делясь информацией, умудрялась сказать много, но по сути не сказать ничего. Девушки все время разочарованно хмыкали и недовольно подергивали плечами.

В подробностях передавая свой разговор подруге, Саманта невероятно гордилась своей находчивостью и смеялась над глупыми клушами, которые так ничего и не получили от нее.

Слушая ее рассказ, Валери улыбалась, но не разделала ее веселья, особенно, когда та упомянула о вечере и танцах.

– Сегодня он обязательно пригласит меня на контрданс, – уверенно заявила Саманта, стоя перед зеркалом и поправляя прическу. – Говард знает, как я люблю этот танец.

Валери не ответила ей ничего определенного, но почему-то была убеждена, что так и будет. Раз Говард хотел поцеловать девушку, значит она ему нравилась. Может не настолько сильно, чтобы сделать предложение, но достаточно, чтобы ради ее поцелуя поспорить на дурнушку.

Перед сном Саманта хоть и обещала, но не навестила Вал. Утром от нее пришла записка, что она отправляется вместе со всеми на прогулку. Но ни днем, ни после ужина от нее не было известий, и, только поздно вечером она заявилась к Валери. Заявилась с бледным лицом и понурым видом, уселась на кровать и повесила голову.

Попросив Фанни ненадолго оставить их одних, Вал выбралась из под одеяла и, сев рядом с Самантой, заглянула ей в лицо. Вал испугалась, что Говард сотворил с девушкой что-то нехорошее.

– Что случилось?! – встревоженно спросила она.

– Он ни разу не пригласил меня танец. Ни разу! – с безнадежностью воскликнула Саманта. – Говард перестал меня замечать! Я для него пустое место! Он предпочел проводить время с господами, чем уделить время мне!

Почувствовав облегчение, что ничего страшного не случилось, Валери ободряюще произнесла:

– Разве тебя это так сильно волнует? Ты ведь сама мне говорила, что он всегда был холоден к женщинам...

– Ты ничего не понимаешь! – вдруг закричала Саманта, а потом закрылась руками и расплакалась. – Я люблю его! Всегда любила! И он относился ко мне по особенному! Я видела как он смотрел на меня. Это были глаза влюбленного мужчины! Но больше он не интересуется мной! Больше я ему не нужна!

Ба...

Валери немного отстранилась от Саманты и подавленно замолчала.

Откровение подруги не было для нее откровением, но послужило дурным знаком. Раз та решила не скрывать свои чувства, значит была серьезно настроена выйти замуж за Говарда. Выйти замуж за человека, который не любил никого кроме себя.

Слезы Саманты заставили Вал еще раз подумать над тем, как поступить. Может все таки стоит рассказать девушке о пари? Стоит раскрыть глаза на человека, которого та любила? Может молчание станет для Саманты бОльшим злом, чем неприглядная отвратительная правда?

Глава 37

Нет, пари касалось только их троих – Говарда, Валери и Брендона, и никому другому он нем больше не нужно было знать. Неизвестно, как Саманта воспримет признание Вал. Она может ей не поверить или, еще хуже, обвинить в том, что та сама влюбилась в Говарда и теперь хочет рассорить Саманту с ним. Да даже если она и поверит, то вряд ли отречется от брата. К тому же это нарушит все планы Вал, и друзья останутся безнаказанными.

Она будет молчать.

Рано или поздно Саманта столкнется с реальностью и поймет, что Говард не собирается жениться на ней. А может все произойдет совсем наоборот. Возможно это Валери ошибается и Говард, после всей историей с пари, с удовольствием свяжет свою жизнь с Самантой. Ведь Саманта привлекала его.

В любом случае крайней останется не он, не Брендон, а она, Валери. Она больше остальных пострадает от всей этой нехорошей ситуации. Все, что она сейчас может сделать, так это ненавязчиво вразумить Саманту.

– Прости, я не думала, что у тебя все так серьезно, – с сожалением произнесла Вал. – Просто я хорошо помню, как ты предупреждала меня насчет Говарда: что он не способен на глубокие чувства и легко может разбить сердце.

– Да, это правда, – громко шмыгнула Саманта носом, – Говард всегда был таким, но я единственная, с кем он столько времени поддерживал близкие отношения. А в прошлом году он наконец увидел, что я выросла, и стал смотреть на меня как на женщину. Он говорил мне, как я похорошела и что составлю конкуренцию самым лучшим красавицам Лондона. Но тогда мне было семнадцать, а теперь восемнадцать! Он с полным правом может сделать мне предложение! И я ждала его. Я надеялась. Я знаю, что всего несколько дней назад еще нравилась ему. Когда мы репетировали песню и он был моим партнером, он не сводил глаз с моих губ. Говард хотел меня поцеловать! Но почему-то так этого и не сделал. У него была тысяча возможностей остаться со мной наедине, но он не воспользовался ни одной из них! Он вдруг охладел ко мне. Сначала я во всем винила Джипси, но наблюдая за ней и Говардом, ни разу не заметила между ними ничего подозрительного. К ней он был равнодушен так же, как и к остальным. Но я все равно чувствую, что здесь замешана женщина, только не знаю, кто она.

Валери неосознанно поежилась.

В своих рассуждениях Саманта во многом оказалась права, только пока не могла свести концы с концами.

– Ты опасаешься, что Говард всерьез кем-то увлекся?

– Я не хочу в это верить, и почти не верю, но он сам на себя непохож. А ты? Ты ничего не замечала? Может ты случайно видела его с какой-нибудь потаскухой?

Грубое слово резануло слух Вал. Но при этом оно достаточно точно отразило суть ее отношений с Говардом. Он, действительно, чуть не сделал из нее потаскуху.

– Нет, не видела.

– А к тебе он не приставал?

Ох, разговор становился все опаснее и опаснее!

– Ты думаешь, я могу заинтересовать такого человека как герцог Солсбери? – ушла Вал от прямого ответа.

Саманта пожала плечами.

– Я уже сама не знаю, что думать. Просто он к тебе необычайно добр. – Саманта покосилась на цветы. – Он ведь ради тебя оставляет гостей и едет в Лондон.

– Может в нем говорит свойственное каждому человеку сочувствие? Или он настолько безнадежен, что не способен на простые теплые чувства?

– Нет, нет, он может быть и добрым, и сочувствующим, иначе бы я не полюбила его, но вы с ним почти не знакомы.

– Зато ты и Брендон его лучшие друзья. Вот он и решил помочь мне – подруге его друзей.

Вал не нравилось, что ей приходилось выгораживать подлеца, но другого выхода у нее не было.

– Да, наверное ты права, – согласилась Саманта с тем, во что ей хотелось верить. – На самом деле хорошо, что мы уезжаем. Если тут и есть его пассия, то она останется ни с чем, а я, за время ее отсутствия, постараюсь вновь влюбить в себя Говарда.

Планы Саманты все больше делали невозможными планы Валери по сводничеству девушки с каким-нибудь молодым человеком.

– Конечно, ты можешь постараться завоевать его симпатию, но не лучше ли обратить внимание на других джентльменов? Что если Говард вообще не имеет намерения жениться?

– Ты хоть и старше меня на два года, но все же я имею хоть какой-то опыт в общении с мужчинами. Я разбираюсь в них немного лучше тебя. Если раньше я уже нравилась ему, значит могу снова понравиться. Мне лишь нужно быть более кокетливой и открытой. Он не устоит против моих чар и сделает мне предложение.

Валери была готова стукнуть Саманту, чтобы выбить из нее самоуверенность. Но одну очень важную вещь ей все же удалось выяснить.

Только сейчас Вал узнала свой настоящий возраст. Валери Вудс была старше Саманты на два года, а значит, ей было двадцать лет. Столько же, сколько и в прежней жизни! Им обеим было по двадцать! После имен это было уже второе совпадение. Видно не просто так она оказалась в этом теле.

– Я не хочу с тобой спорить, – вернулась Вал к своей задаче по вразумлению подруги, – но мне кажется нет ничего плохого в том, чтобы присмотреться к кому-то еще.

– Мне это не нужно, – уверенно отмахнулась от нее Саманта. – Да и тебе тоже.

– Мне?! А я-то тут при чем?

– Брендон все еще влюблен в тебя. Завтра он собирается поехать вместе с нами в одном экипаже, так как хочет весь день провести с тобой.

– Саманта, я уже говорила тебе…

– Да, да, я помню. Но и ты послушай моего совета. Если ты примешь его ухаживания, мой брат обязательно сделает тебе заманчивое предложение, и вскоре ты станешь самой счастливой женой на свете.

– Охотно в это верю, – язвительно заметила Валери и с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Ладно, мне пора идти спать. Фанни уже собрала твои вещи?

– Кажется они все уложены в ящики и сумки.

– Очень хорошо. Тогда я подойду. Спокойной ночи, дорогая. Завтра нам предстоит долгая дорога.

Поднимаясь с кровати, Саманта широко зевнула, устало потерла глаза и, немного шаркая ногами, покинула комнату.

Утром Валери подняли довольно рано. Перед отъездом нужно было успеть одеться, уложить оставшиеся вещи и позавтракать.

И именно в тот момент, когда Валери завтракала, к ней ворвалась Саманта и радостно закричала:

– Я знала! Я знала, что зря переживала насчет Говарда! Я ошиблась! Я нравлюсь ему! Нравлюсь! Теперь я это точно знаю!

Валери чуть не подавилась булкой с маслом.

– Откуда тебе это известно?

– Только что Брендон сообщил мне, что мы едем в герцогском экипаже! Говард пожелал ехать с нами! И это при его любви к поездкам верхом! Что это, если не доказательство его симпатии ко мне?!

– Но он мог руководствоваться совсем другой причиной! – выпалила Валери прежде, чем успела одернуть себя.

– Какой? – непонимающе уставилась на нее Саманта. – Я не вижу других причин. Никогда раньше он не совершал путешествия в коляске. Только верхом. Очевидно, что он хочет провести со мной как можно больше времени.

Вал с радостью списала бы его желание проехаться в карете на плохую погоду, но безоблачное небо делало ее версию несостоятельной. В отличии от подруги она прекрасна знала об истинном мотиве такого неожиданного отклонения в привычках Говарда. Просто он решил не дарить другу возможность весь день очаровывать ее. Он собирался все контролировать. И теперь много часов подряд ей придется смотреть не в одну, а сразу две противные рожи.

– Причина может быть нам неизвестна, – с лицом умудренного опытом человека заключила Валери.

– Известна! – продолжила упрямиться Саманта. – И я только что ее озвучила! Вот увидишь, все будет так, как я говорю! Я лучше всех знаю Говарда!

Она подняла вверх указательный палец и твердым жестом подтвердила свои слова, а потом, махнув Валери рукой, развернулась на каблучках и выпорхнула из покоев.

Опустив взгляд на завтрак, Вал тяжело вздохнула и покачала головой.

Поездка в Лондон обернется для нее еще одним кошмаром.

Глава 38

К тому моменту, как Валери в простом дорожном синем платье без кринолина и такого же синего цвета капоре, опираясь на трость, спустилась вниз и вышла на крыльцо, она уже была твердо настроена свой собственный кошмар превратить в кошмар для Говарда. Она бы сделала это и для Брендона, но тому повезло немного больше, так как он оставался в роли счастливого соперника, которого она продолжит использовать, чтобы злить Говарда.

Оказавшись на улице, Валери с удивлением обнаружила не один запряженный экипаж, а целых два.

Кто-то тоже решил уехать?

Возле карет суетились слуги и проверяли надежность креплений ящиков. Ни Говарда, ни Брендона еще не было. Впрочем как и Саманты.

– О, рада видеть вас, мисс Вудс! – услышала Вал за спиной мелодичный голос Джипси. Спустя мгновение та уже поравнялась с нею и посмотрела на нее с беспокойством. – Мы все очень переживали из-за того досадного падения. Надеюсь, вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы совершить длительную поездку?

Роуз была одета в скромное платье, а в руках держала небольшой саквояж. Очевидно, что вторая карета предназначалась для нее.

– Да, со мной все в порядке. Если не считать шишки на голове, падение прошло почти бесследно.

– Это просто замечательно! Однажды во время выступления я оступилась прямо на сцене и упала в оркестровую яму. После этого я почти две недели не могла подняться с постели из-за тошноты и сильного головокружения. К счастью, мне все же стало легче, но теперь я всегда внимательно смотрю себе под ноги.

– Мне бы тоже следовало это делать, – мрачно заметила Вал. – Особенно учитывая мои ограниченные возможности и слишком крутые лестницы в доме герцога Солсбери.

– Такое может с каждым случиться. Но вы правы, нам всем нужно быть осторожнее.

Разговор Валери с Джипси прервал Говард, который появился со стороны конюшни и позади которого конюх вел под уздцы великолепного жеребца.

– Мисс Вудс, Мисс Джипси, приветствую вас! – крикнул он им ещё издалека и помахал рукой. – Простите, что заставил вас ждать! Я сейчас же помогу вам занять ваши места в экипажах!

Идя к ним, Говард выглядел возбужденно. Он настолько широко улыбался, что зубы сверкали в лучах утреннего солнца.

– А Нельсоны как всегда опаздывают! – продолжал он говорить весело, словно это было чем-то забавным. – Ну что ж, когда-нибудь мне это надоест и я уеду без них!

– Только попробуй! – донесся со стороны двери шутливый голос Брендона. Он вел под руку Саманту. – Иначе потом об этом сильно пожалеешь!

– Неужели ты мог бы со мной так жестоко поступить? – вмешалась в разговор двух друзей Саманта, кокетливо смотря на герцога.

– Только не с вами, – оказавшись на крыльце, поклонился он ей. – Но вашего брата все же стоит когда-нибудь проучить. Он совсем не следит за временем.

– В таком случае давайте сделаем это вместе! Брендон ужасно не пунктуален. Это его самый большой недостаток, который обязательно нужно исправить!

– Ну раз вы оба сговорились против меня, то я оставлю вас и предложу свои услуги более дружелюбно настроенным ко мне дамам. Мисс Валери, мисс Роуз, позвольте я провожу вас до экипажей?

Брендон ловко избавился от сестры и, согнув обе руки в локте, подставил их Валери и Джипси. Те приняли его помощь и не спеша спустились с крыльца.

Говарду ничего не оставалось, как только предложить руку Саманте.

Валери первой оказалась в просторном экипаже. Следом села Саманта, Говард расположился напротив Вал, а последним забрался Брендон и занял пустующее место рядом с другом.

В итоге, девочки сидели напротив мальчиков.

Пока Говард подавал знак кучеру что можно трогать, Саманта успела шепнуть Вал, как зла на Джипси, которая тоже решила уехать, еще и вместе с ними. Та явно не хотела отпускать ее брата.

Вал не стала переубеждать подругу и лишь кивнула в знак согласия.

Но Саманта не могла успокоиться, и, как только карета двинулась в путь, сразу же накинулась на Брендона.

– Ты знал, что Джипси хочет вернуться в Лондон?

– Знал. Как и многие другие.

– Тогда почему ты не рассказал мне об этом?

– Я?! С чего я, вообще, должен обсуждать с тобой дела совершенно чужого нам человека? Планы мисс Роуз касаются только ее. А вот если бы ты хоть немного уделяла ей внимания, то так же как и остальные знала бы о ее желании вернуться в столицу. Она не скрывала своего намерения уехать.

– Мне не зачем общаться с такой как она.

– Что значит "с такой как она"?

– Всем известно, какой репутацией пользуются подобные ей женщины.

– Прекрати! Мисс Роуз не сделала тебе ничего плохого!

– Ну вот, ты уже защищаешь ее!

– Долг джентльмена защищать честь ни в чем не повинной леди! Она ни разу не задела тебя и не обидела, чтобы ты так к ней относилась!

– Леди?! Ха! Для меня достаточно и того, что она является актриской! А еще она все время крутится рядом с тобой! Только слепой может не увидеть, что она хищница!

– Ты еще слишком наивна, чтобы судить о других людях!

– А ты слишком глуп, чтобы заметить опасность! Любая может обвести тебя вокруг пальца!

Слушая перепалку брата с сестрой, Валери замечала, как Говард становился все более довольным и расслабленным. Ему явно нравился предмет спора, так как чем дольше Брендон защищал Джипси, тем сильнее она, Валери, могла начать сомневаться в его чувствах к себе.

Она решила поскорее прекратить эту ссору, пока кто-нибудь что-нибудь не сказал такое, после чего она больше не сможет использовать Брендона в своих целях.

– Мне кажется, нам всем нужно немного расслабиться! Может поиграет в какую-нибудь игру?

Брендон с Самантой резко замолчали, продолжая гневно смотреть друг на друга.

В лице же Говарда промелькнуло разочарование, но когда он обратился к Вал, голос его был мягок.

– И какую игру вы нам предложите, мисс Вудс? Я почему-то уверен, что это будет что-то необычное и увлекательное.

– Все возможно, сэр. Но сначала я бы хотела послушать другие варианты, а уже потом предложить свой.

– Давайте сыграем в Буриме! – громче всех возвестила Саманта и сразу же обратилась к Говарду. – Можно одолжить у тебя платок? У этого упрямца я больше ничего не хочу просить.

Брендон, на нелестное обращение сестры, отреагировал буравящим взглядом и нависшими хмурыми бровями, а Говард с готовностью полез в карман и достал оттуда белоснежный аккуратно сложенный вчетверо платок, который затем протянул Саманте.

Валери понятия не имела, что это за "Буриме" такое и как в него играть, но все таки промолчала, чтобы не показаться странной. Она надеялась, что достаточно быстро поймет, в чем заключались правила игры.

Саманта забрала платок и резким взмахом руки расправила его, наполнив воздух приятным ароматом мужского одеколона, который Валери уже хорошо знала и который неминуемо вызвал в памяти воспоминания о поцелуях Говарда, что заставило ее встряхнуть головой и сосредоточиться на действиях подруги. В это время Саманта кинула платок брату и быстро выкрикнула:

– Глупец!

Брендон тут же поймал его и с гордостью ответил:

– Храбрец!

Задержав у себя платок на пару секунд, он точно таким же способом послал его Валери, при этом сопроводив словом: «Стол».

Вал хоть и поймала платок, но ничего не промолвила. Она лишь прижала к груди белоснежную ткань и растерянно уставилась на Брендона, так как не понимала, что именно от нее требовалось – назвать рифму или антоним, или, может, вообще произнести что-то другое.

– Это же не сложно, Валери, – нарушила неловкую паузу Саманта. – Здесь простая рифма. Стол – скол. Или ствол.

Так значит дело все таки в рифме.

Валери выдохнула, села прямее и уверенно произнесла:

– Простите, я оказалась не готова. Давайте еще раз. Только пусть это будет новое слово.

Она вернула платок Брендону и тот вновь кинул его ей.

– Сова.

– Голова, – не раздумывая ответила она.

Все одобрительно кивнули.

Следующим платок получил Говард.

Валери выбрала ничего не значащее слово "Дом", на что услышала "Звон".

Дальше платок полетел к Брендону.

Его стали кидать не по очереди, а кто кому хотел. Однажды на слово Саманты "Балкон", из уст Валери вырвалось "Смартфон".

– Что? – переспросил Говард, в то время как Саманта засмеялась и заявила:

– Да нет такого слова! Ты только что его выдумала!

Вал осеклась. До этого ей удавалось избегать современных слов, но сейчас из-за того, что от нее требовалась быстрая реакция, она почти не контролировала себя. Но все же она решила не заканчивать игру, пока кое-что не скажет Говарду и Брендону.

Когда ей вновь достался платок, она отправила его Говарду, без смущения бросив ему в лицо:

– Подлец!

Валери хоть и понимала, что ее поступок выглядел как-то по-детски, но все же испытала ни с чем несравнимое наслаждение. Она хотела назвать его так, и назвала!

– Гордец! – парировал Говард, даже не понимая, как точно описал свою натуру.

После очередных перекидываний ей удалось и Брендону отправить послание:

– Гад!

– Фрак.

Сказав все, что хотела, с чувством выполненного долга Валери объявила, что предлагает закончить эту игру и начать новую.

– Мы поиграем в «Правда или действие». Правила просты. Первый игрок обратится ко второму с вопросом: «Правда или действие?» Если второй выберет правду, значит должен честно ответить на вопрос, если же он не хочет ни в чем признаваться, должен изначально сказать «Действие», тогда первый даст ему какое-нибудь задание, которое тот обязан выполнить. Затем второй игрок задаст тот же самый вопрос следующему, и так далее. Лучше, если задания будут шуточными, чтобы мы могли повеселить друг друга.

Валери зловеще улыбнулась, когда на лицах спутников появились радость и оживление, и, с трудом удержалась, чтобы не потереть ладошки, когда все они еще и согласились.

Все переглянулись между собой, дав волю своим тайным желаниям.

Под ненавязчивым и чутким руководством Вал, вскоре было распределено, кто в каком порядке начнет раздавать задания по первому кругу. Говарду выпала честь первым открывать "игру", вторым был Брендон, третьей Саманта, а завершала ее Валери. Себя она оставила последней, так сказать, на десерт.