Текст книги "Пари на дурнушку (СИ)"

Автор книги: Татьяна Дин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

Глава 60

– Дамы и господа! – начал Говард и развернулся к гостям. – Рад приветствовать вас в своем доме! Сегодня нам выпала счастливая возможность услышать прекрасный голос мисс Валери Вудс! Она согласилась порадовать нас своим пением! Ее талант достоин восхищения! Скоро вы сами убедитесь, что звуки ее голоса способны перенести вас в мир грез! Приглашаю всех насладиться чудесным пением мисс Валери и игрой несравненной Роуз Джипси!

Говард учтиво поклонился Вал, потом Джипси и направился к стулу, оставляя их в центре внимания гостей.

Валери не могла себе это объяснить, но после небольшой речи Говарда почему-то выдохнула. Она и сама не понимала чего испугалась, но часть напряжения спала. Остался только страх от выступления, который, к удивлению, тоже быстро улетучился.

Второй раз петь оказалось немного легче, и лица гостей она начала различать уже после первой песни. Все пролетело как одно мгновение и закончилось настолько быстро, что Вал даже испытала некоторое разочарование. На подготовку она потратила больше сил и энергии чем на выступление, но раздавшиеся аплодисменты с лихвой окупили ее переживания.

После всеобщих оваций многие захотели лично выразить ей восхищение, и у Валери ушло некоторое время, чтобы выслушать восторженные слова всех желающих.

Роберт находился чуть в стороне и жадно ловил похвалу, обращенную к его дочери. Валери протянула ему руку и подтянула его к себе, чтобы он стоял рядом и тоже получал часть ее популярности.

Когда поток из людей иссяк, а отца увлек какой-то пожилой джентльмен, Вал приподнялась на носочках и оглядела зал в поисках Саманты. Сначала она поговорит с ней, а потом сообщит отцу, что хочет уехать, и, что необходимо, чтобы ему собрали вещи.

– Наверно я единственный, кто не успел сказать тебе, что это было прекрасно.

Валери пришлось повернуться к Говарду, который каким-то чудесным образом оказался у нее за спиной.

Тем временем он продолжил:

– Твое пение может околдовать любого мужчину. И я полностью им очарован. А еще горд, что меня может любить такая девушка. Валери, мне необходимо поговорить с тобой. Не могли бы мы...

– О, герцог Солсбери, вот вы где! – не дала ему закончить мысль Джипси, которая появилась неизвестно откуда. Ее губы венчала обольстительная улыбка. – Как вам наше выступление? Я видела, как вы наслаждались моей игрой и пением мисс Вудс. Признайтесь, мы оправдали ваши ожидания? Вы не ошиблись, пригласив меня помочь нашей дорогой Валери?

– Вы как всегда были на высоте, – с равнодушным лицом сухо ответил он.

– И это все? – состроила она кокетливо-обиженное лицо. – Разве мы не достойны большего восхищения? Валери, может нам стоит придумать для герцога Солсбери какое-нибудь наказание? Мы переживали, волновались, а Его Светлость ограничилась лишь парой-тройкой слов. Ну? Как мы его проучим?

Откровенный флирт Джипси с Говардом Вал не хотела поддерживать. К тому же она только что заметила Саманту, направляющуюся к выходу.

– Просто игнорируйте его, – небрежно бросила она, а затем быстро добавила. – Простите, мне нужно идти. Я оставлю вас.

Вал торопливо обогнула парочку и последовала за Самантой, даже не заметив, каким разочарованным взглядом смотрел на нее Говард.

Догнала она подругу почти у самого выхода. Та была без Уолтера.

– Саманта, погоди! – тронула ее Валери за руку. – Я тебя чем-то обидела? Почему ты не разговариваешь со мной?

Вместо того, чтобы остановиться, Саманта ускорила шаг. Вал тоже решила не отступать. Боль в мышцах усилилась, но это не помешало ей идти быстрее.

Их погоня уже начала привлекать внимание гостей, но Вал не сдавалась.

– Саманта, я не отстану от тебя пока ты мне все не объяснишь! – продолжала настаивать она. – Тебе не удастся от меня сбежать. После лечения я и бегать могу.

Саманта резко затормозила и еще резче повернулась к ней. От гнева она лишь шевелила губами и смотрела на нее как на врага.

– Ты… Ты…

На ее глазах заблестели слезы. Чтобы и другие не увидели их, Вал схватила ее за руку и повела к дверям, но не главным, за которыми также было много людей, а боковым.

– Я не знаю, что с тобой случилось, но нам лучше это выяснить наедине.

Саманта не сопротивлялась до той поры, пока не очутилась в коридоре. Но когда дверь скрыла их от любопытных глаз, а в коридоре, ведущем на улицу и лестницу для слуг, никого не оказалось, дернулась и вырвала руку. Валери обернулась к ней и заметила, что ее слезы уже высохли, а в глазах пылал пожар.

– Ты предала меня! – вдруг накинулась на нее Саманта. – Я доверяла тебе все свои секреты! Открыла сердце! А ты вонзила мне нож в спину! Не зря мне матушка говорила, что все подруги предательницы. Но я не поверила ей. Как же она оказалась права! Ты все от меня скрывала и смеялась надо мной! Ты придумывала всякие небылицы, чтобы убедить меня, будто Говард не интересуется тобой! Ты соблазняла его, а мне лгала прямо в глаза! Я пригрела змею на шее!

Валери была готова к ревности Саманты, но не к обвинениям в обмане.

– Все совсем не так, как ты думаешь! Говард не интересуется мной! Все это лишь видимость! Игра! Он лишь делает вид…

– Хватит! – закричала Саманта и махнула рукой, прерывая ее слова. – Я уже вдоволь наслушалась твоих сказок! Я больше не верю тебе! Как же я жалею, что проявила доброту и взяла тебя к Говарду! Я напрасно старалась понравиться ему! И теперь из-за тебя вынуждена принять предложение Уолтера!

Стоя спиной к двери, Саманта не видела, как та самая дверь приоткрылась и в ее проеме появился Фаррел. Услышав свое имя, он замер. Но Валери успела его заметить.

– Саманта, остановись. Ничего не говори,– прошипела она и многозначительно посмотрела на дверь, показывая, что они не одни, но та не послушалась и заговорила еще быстрее.

– Что, неприятно когда правдой тычут в глаза?! Ты виновница всех моих бед и моего брака с тем, кого я лишь терплю! Ты забрала у меня мою единственную любовь, и мне теперь все равно с кем связать свою жизнь! Для меня все мужчины одинаковы! Они как…

– Достаточно, мисс Нельсон! – как гром среди ясного неба раздался презрительный голос Фаррела. Он шагнул в коридор и прикрыл за собой дверь. Одновременно с этим Саманта в ужасе повернулась к нему. – Возможно, вам бы стоило послушать подругу и остановиться, но я рад, что вы этого не сделали. Я был уверен, что наши чувства взаимны и вы испытываете ко мне такую же нежную привязанность, что и я к вам, но раз это не так, то не хочу мучить вас своим присутствием. Мое предложение больше не имеет силы. Вы свободны. Впредь обещаю не беспокоить вас. Прощайте.

Он склонил голову и покинул коридор, а Саманта продолжила стоять как истукан, огромными глазами смотря на дверь.

Валери боялась заговорить с ней. Она сама была в шоке от случившегося. Единственное, чем она могла утешить подругу, так это тем, что та ошибалась насчет Говарда, который не имел к ней, Валери, никаких сильных чувств.

– Это ты во всем виновата! – вдруг от досады завопила Саманта. – Это все из-за тебя!

Она выбежала вслед за Уолтером, оставив Валери на распутье – бежать за ней или отсидеться в коридоре.

Немного поразмыслив, Вал все же решила не преследовать подругу. Если она станет наседать на нее, все может закончиться прилюдным выяснением отношений, что было еще хуже. Придется пока остаться в коридоре. Ей тоже нужно успокоиться и обо всем поразмыслить. Не так она хотела уехать.

До боли кусая нижнюю губу и нервно заламывая руки, Валери медленно пошла в другой конец коридора. Потом вернулась обратно. Остановилась у единственного окна и посмотрела в него.

На улице опускались сумерки, но было еще достаточно светло, чтобы разглядеть двор с конюшней. Она задумчиво уставилась на постройки, погруженная в мрачные мысли. Перед взором стояла сцена с Фаррелом. Все настолько запуталось, что Валери не могла себе ответить – кто действительно был во всем виноват? Или виновны были все?

– Так вот где прячется наша райская птичка. Или она назначила свидание для какого-нибудь тайного поклонника и ждет его?

Появление Брендона заставило Валери внутренне простонать. Она порядком устала от этого парада лицемерия.

Продолжая смотреть в окно, Вал с раздражением произнесла.

– Есть более банальная причина, почему девушка может находиться одна: ей очень хочется отдохнуть от людей.

Брендон подошел к ней и встал за спиной. Она увидела его отражение в стекле. Его руки опустились ей на плечи.

– Но ведь это желание не распространяется на друзей? Ты же не против, если я побуду рядом? Я очень соскучился по тебе.

Он наклонился и попытался поцеловать изгиб ее шеи, но Вал увернулась и, грубо скинув его руки, развернулась к нему лицом.

Она изо всех сил боролась с искушением не дать ему промеж ног и не сказать, что он проиграл пари. Но если она не сдержится, то Брендон быстро доложит об этом Говарду и тогда ее план тайно исчезнуть провалится. Придется продолжать притворство.

– Вот именно, ты только мой друг.

– Я бы с удовольствием стал для тебя кем-то большим. Ты же видишь, как я влюблен в тебя. Я не могу забыть наш поцелуй. Валери, крошка моя, иди ко мне.

Он резко подался вперед и протянул к ней руки.

В мыслях Валери уже считала себя ловкой и юркой, но на деле была все такой же. Стараясь избежать прикосновения и, вместе с этим, сделать шаг в сторону, оперлась на больную ногу, и та из-за слабости мышц подкосилась. От падения ее спасли загребущие руки, которые успели подхватить ее и прижать к телу.

Брендон не стал церемониться и в наглую полез целоваться. Его губы и язык присвоили Валери себе. Он действовал с напором, буквально въедаясь в нее. Одной рукой он крепко держал ее за талию, а второй за затылок. Он не давал ей вздохнуть и хоть на миг оторваться от него. Валери лишь сумела протиснуть между ними руки, но хорошенько упереться и оттолкнуть его у нее не получалось. Весь ее протест выражался в мычании.

Она сделала новую попытку избавиться от него и, каким-то чудом, ей это удалось. Но уже через мгновение поняла, что чудо это звалось Говардом, который, изрыгая невидимый огонь, оторвал ее от друга и со всего маху дал тому кулаком в лицо. Мужчины сошлись в борьбе, но бил чаще Говард, а Брендон лишь защищался и кричал, что она такая же!

Злорадство Валери быстро сменилось отвращением. Если бы “благородные джентльмены” только видели, до чего опустились в желании залезть к ней под юбку, то начали бы презирать сами себя.

Она не хотела смотреть на их разборки и поспешила в другой конец коридора.

Забираться по узкой винтовой лестнице оказалось целым испытанием, но Валери упорно шла наверх, сжимая зубы от боли. Другого пути у нее не было.

Преодолев путь всего в один этаж, она чувствовала себя крайне измотанной, но, тяжело дыша, продолжила идти к своим покоям, а успешно добравшись до них, открыла дверь и вошла внутрь, но закрыть ее уже не смогла.

С безумным лицом в комнату ворвался Говард, вырвал из ее пальцев ручку двери и с грохотом захлопнул ее, заперев Валери в клетке.

Испугавшись его свирепого вида, она попятилась назад.

Глава 61

Говард сделал к Валери шаг.

– Только… Только попробуй прикоснуться ко мне! – угрожающе произнесла она, продолжая идти назад и выставив перед собой руки. – Я убью тебя!

– Почему ты боишься меня? – спросил он с таким недоумением, будто не стоял с разъяренным видом и не дышал как дракон.

– А ты в зеркало посмотрись.

Говард кинул быстрый взгляд на стол, где находилось зеркало, но тут же наплевав на свой внешний вид, вновь обратился к Валери.

– Тебе не нужно меня бояться. Я никогда не причиню боль.

– Никогда не причинишь боль? – с издевкой переспросила она.

Он сделал к ней еще один шаг и уверенно заявил:

– Никогда!

– Охотно верю. Особенно после того, что ты сделал со своим лучшим другом.

– Брендон не должен был прикасаться к тебе. Он знал, что я люблю тебя.

Продолжающееся вранье вынуждало Вал защищать второго подлеца. Она хотела, чтобы Говарду было также больно как ей.

– Он слишком пылкий и не смог совладать со своими чувствами. А ты накинулся на него. Я склонна думать, что нужна тебе, только чтобы ты мог обойти друга, а вот Брендона по-настоящему любит меня.

Неожиданно Говард бросился к ней и схватил за плечи. Его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее лица.

– Я! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! – закричал он. – И хочу, чтобы ты стала моей женой! Я предлагаю тебе руку и сердце. Выходи за меня!

В одно мгновение терпение Валери лопнуло. В желании выиграть Говард перешел все границы!

– Все! Хватит! – гаркнула она и схватилась за голову, выворачиваясь из его рук. – Я больше не могу это слушать! Как же ты мне омерзителен!

Она вырвалась из его хватки и отпрянула от него.

– Неужели ради выигрыша ты готов унижаться и обещать дурнушке все что угодно?! Даже жениться на ней?! Неужели моя загубленная жизнь стоит всего одного поцелуя красотки?! А мой отец, чем он заслужил жить с опороченной дочерью?!

Говард остолбенел. Его горящие глаза вмиг помертвели, а с лица сошла вся краска. Казалось, он не мог поверить в услышанное.

– Только чудовища могли поспорить на такую как Валери Вудс! – Вал уже была не в состоянии остановить тот поток негодования и гнева, что долгое время бурлили у нее в душе. – Ты – чудовище! – ткнула она в него пальцем. – Я все знаю! Я видела, как вы с Брендоном соперничали и потешались надо мной! Это же забавно, обманывать уродину! Представляю, как тебе было противно целовать такую как я! Как часто ты плевался после наших поцелуев? Или, смотря на губы Саманты, ты еще долго был готов терпеть мои губы?! Но я обладаю не только некрасивым лицом. В моей постели тебя бы ждал еще один неприятный сюрприз. Он мог бы вызвать у тебя тошноту. Хочешь посмотреть на него? Сейчас ты по-настоящему ужаснешься и обрадуешься, что тебе не придется лечь с такой как я. Сейчас ты поймешь, что тебе повезло не выиграть пари.

Схватив подол платья, Валери быстро задрала его, потом подтянула панталоны до бедра и в чувствах сдернула чулок, обнажая перед Говардом изуродованную ногу, а затем выпрямилась и с презрением уставилась на него, наблюдая, как меняется его взгляд, который медленно осматривал ее ляжку.

Как и следовало ожидать, Говард остолбенел. Из мертвого его взгляд стал напряженным. Он ощупывал ее ногу, скользил по ней, не упуская ни единого неровного участка. Его губы побелели.

Валери пыталась разглядеть отвращение или брезгливость в его взгляде, но еще больше хотела разглядеть раскаяние, но выглядел он слишком непроницаемо. Слишком мрачно и каменно.

Вдоволь насмотревшись, Говард опустил голову и закрыл глаза. Давящая тишина стала для Валери невыносимо густой и вязкой. Злость и разочарование, гнев и обида смешались в ядовитый коктейль, который наполнял ее вены. Если Говард немедленно не оставит ее, она умрет.

– Уходи! – выкрикнула она.

Он отрицательно качнул головой.

– Тогда я уйду!

Она стремглав бросилась к двери, но Говард легко преградил ей путь и сгреб в охапку. Он прижал ее голову к груди и сказал на ухо:

– Прости меня.

Он старался удержать ее, но Валери вырывалась. Не обращая внимание на ее сопротивление, он продолжал говорить:

– Я не должен был затевать этот спор. Я совершил ошибку. Как же я сожалею…

– Мне не нужна твоя жалость! – завопила Валери и со всей силы вцепилась в отвороты его фрака. Она оттянула их в сторону, выгибаясь назад, а потом от бессилия принялась колотить кулаками по его груди. – Оставь себе свое запоздалое раскаяние! Я ненавижу тебя!

– Я знаю: мне нет прощения. Я не достоин тебя. Но послушай, Валери. Мои чувства к тебе настоящие. Я люблю тебя больше жизни! Мне неважно что скрывают твои платья. Для меня нет никого прекраснее тебя. Ты моя мисс Совершенство! Богиня! Ни одна красотка и в подметки тебе не годится!

– Хватит! Замолчи!

Валери отвесила ему сразу несколько пощечин.

– Бей меня! Бей! Сильнее! – сказал Говард, не пытаясь спрятаться, а только вытягивая шею, подставляя лицо для новых ударов. – Моя боль ничто, по сравнению с той болью, которую я причинил тебе. Я никогда не искуплю свою вину. Я готов быть твоим рабом. Валяться у тебя в ногах, только остаться с тобой.

– Я не могу быть с чудовищем! Отпусти меня! – Валери резко дернулась и наконец освободилась от него.

Она рванула подальше от Говарда, но нечаянно наступила на подол платья, отчего мгновенно потеряла равновесие. Взмахнув руками и издав крик, рухнула навзничь. Благо, мягкий ковер смягчил падение и она не ушиблась. Но понимая, как жалко сейчас выглядит, ее охватила досада. Она опять была в униженном положении. Боль и обида душили ее. Из груди вырвались рыдания. Она не хотела плакать, но предательские слезы хлынули из глаз и потекли по щекам, затуманивая взор и лишая последних сил.

Но, как оказалось, ужас еще не закончился. Вместо того, чтобы оставить ее в покое, Говард упал на колени и… полез к ней под юбку!

Валери почувствовала, как его рука задирает ткань и оголяет ногу. Боже! Что он собирается делать?!

Валери не могла подняться, но, продолжая давиться от рыданий, попыталась согнуться, схватить его лапищу и оторвать от себя.

Как после всего он еще мог домогаться ее?!

И тут произошло совершенно неожиданное. Говард обхватил ее изуродованную ногу ладонями и припал к ней губами. Он принялся осыпать испещренную мелкими и крупными неровностями кожу многочисленными поцелуями. Из его глаз текли слезы, которые оставляли мокрые следы на ноге. Он целовал ее так, будто это было что-то очень хрупкое. Он не пересиливал себя, не брезговал касаться ее шрамов.

Сердце Валери пронзила стрела. Разум и чувства заметались в душе.

То, что делал Говард, мог делать только любящий человек. Тот, кто по-настоящему любил. Он тоже страдал. Страдал не меньше нее. Он совершил низость и теперь раскаивался. Из чудовища он превратился в чуткого мужчину, готовый на все, даже целовать ее изуродованную ногу.

Жалость к нему охватила Валери.

Она хотела остановить его, но чувства захлестнули ее и, не в силах совладать с ними и вымолвить хоть слово, она уткнулась в согнутые руки, громко заплакала и вся затряслась.

Заботливые ладони проскользнули у нее подмышками, приподняли ее и перевернули на спину. Говард оказался сверху и наклонился к ней.

– Валери, прости меня, – скользнул он губами по ее щеке, слизывая соленые слезы. – Девочка моя. Мой воробушек. Я люблю тебя. – Он снова поцеловал ее. – Даже если когда-нибудь ты простишь меня, я себя никогда не прощу. – Говард перестал целовать ее и, нависая над ней, смотрел ей прямо в глаза. Его взгляд пронизывал ее насквозь. – Я ненавижу себя, но если бы не это пари… Если бы я не предложил Брендону спор… Я бы никогда не узнал какая ты. Я бы продолжал вести пустую жизнь, наполненную пошлыми развлечениями и эгоистичными желаниями. Я бы не разглядел тебя. Не понял бы, какое сокровище находится рядом со мной. Мне не важно, что у тебя под одеждой, я хочу быть с тобой. Ты нужна мне именно такая.

После жаркой речи Говард накрыл ее губы и смял их. Он ничего не требовал, не ждал. Он показывал, что не может жить без нее.

Все бастионы внутри Валери рухнули и превратились в руины. Тяжесть сменилась лёгкостью, а тьма светом.

Вал обвила его шею и прильнула к нему, отвечая на поцелуй. Руки Говарда сжали ее тело. Его пальцы впились в нее, причиняя ей боль, но Вал понимала, что Говард делал это неосознанно. Испытывая сожаление и душевные муки, он страдал. Сожалел о содеянном. Понимал, как низко поступил. И считал, что не заслужил ни ее прощения, ни этого поцелуя.

Все это только сильнее убедило ее, что Говард изменился. Она могла отбросить сомнения и принять его.

Долгий эмоциональный поцелуй закончился словами Говарда, которые он хрипло выдохнул ей в губы:

– Ты простила меня? Могу я надеяться… – спазм сдавил его горло.

Валери подняла руку и коснулась ею темного локона, свисающего с его лба, а затем убрала его назад, запустив пальцы в волосы.

– Можешь, любимый, можешь. – Она опустила руку и провела ей по его щеке, лаская взглядом лицо. – Ты можешь надеяться, что я буду с тобой.

– Ты примешь мои руку и сердце? Станешь моей женой?

– Да.

Из груди Говарда вырвался вздох облегчения, после чего он опустил голову и прижался виском к ее виску.

Валери тоже расслабилась и закрыла глаза. Оба наслаждались моментом сближения. Но уже через секунду Говард приподнялся и сел на колени, а потом достал из внутреннего кармана фрака красную коробочку, открыл ее, достал кольцо и, взяв руку Вал, без спросу надел его на ее безымянный палец.

– Вот теперь ты точно моя! – с гордым видом сообщил он и, не дав ей полюбоваться обручальным кольцом, подкрепил слова крепким поцелуем.