Текст книги "Инвалид моего сердца (СИ)"

Автор книги: Татьяна Абалова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Глава 23

Первый всадник снова поднес к губам горн, сияющий золотом на солнце. Впрочем, сиял не только он, но и пуговицы и эполеты на мундирах вызывающе красного цвета, в которые были облачены воины отряда.

Процессия, сопровождающая матушку полковника, выглядела внушительно. Не меньше двадцати умелых бойцов, если судить по широким плечам и оружию, болтающемуся на портупеях. Пышные султаны на киверах покачивались в такт лошадиному шагу.

Фло заметалась под звуки горна, не зная, где ей встать: за спиной кормилицы или рядом со слугами. В бежевом платье она отличалась бы от одинаково одетых горничных и только привлекла бы к себе внимание важной дамы.

– Чего ты прыгаешь? – шикнула на нее миссис Кэррот. – Встань рядом со мной. Улыбайся и молчи. Говори только тогда, когда к тебе обращаются.

– Может, мне уйти? – запаниковала сиделка.

– Поздно.

– Но карета еще далеко…

– Леди Ферфакс тот самый всадник, что дудит в горн.

Фло тяжело сглотнула.

Процессия достигла лестницы, и первый конник, отличающийся от остальных не только наличием горна, но и более пышным султаном на кивере, легко соскочил с лошади. Флоренс поразилась, что на подобные «кульбиты» способна мама полковника. К ней тут же подбежал один из сопровождающих и взял из рук горн. Из кареты вышли и замерли в ожидании распоряжений две служанки, если судить по чепцам и накрахмаленным фартукам.

«Миледи приехала за маленьким Луи. Наверное, это няньки», – догадалась Флоренс.

Когда графиня четким шагом прошла вдоль ряда слуг, в едином порыве сотворившим приветственные поклоны, Фло отметила подтянутую фигуру, загорелое лицо и острый взгляд, которым леди Ферфакс ощупала каждую служанку.

Легко взбежав по лестнице, она крепко обнялась с кормилицей. Графиня оказалась высоко роста, а султан так и вовсе делал ее великаншей.

– Милая Сью, ты все такая же молодая! – произнесла она голосом с хрипотцой. Полковник перенял черты своей матери, поэтому Фло нашла ее такой же красивой.

– Куда мне за вами угнаться, миледи. По сравнению с вами я старая калоша, – радостно откликнулась кормилица. – Не желаете отдохнуть с дороги? Мы приготовили ваше любимое яблочное суфле.

– Не сейчас, – леди Ферфакс бросила быстрый взгляд на Флоренс, которая застыла в поклоне, не решаясь распрямиться. – Сначала поздороваюсь с сыном.

– Познакомьтесь, это леди Флоренс Саттон, – торопливо представила ее кормилица. – Она проводит вас в новые покои Рэймонда. У нас, знаете ли, идет перестройка.

– Леди? – взгляд матери полковника сделался пытливым. Фло почувствовала, как у нее загорелись уши. – Что в доме моего женатого сына делать благородным девушкам?

Флоренс распрямилась и смело посмотрела в лицо графини, чей возраст угадывался только с близкого расстояния. Несмотря на лучики морщинок у глаз и заметную седину в прядях, выбившихся из–под кивера, она сохранила себя в превосходной форме. Кормилица была одного возраста с леди Фэрфакс, но по сравнению с ней смотрелась баржей рядом с парусником.

– Мой отец – барон, разорился, – Флоренс не стала добавлять, что лорд Саттон, несмотря на титул, проводит летнее время вовсе не на море. – И даже благородным девушкам нужно что–то есть. Я работаю здесь сиделкой.

– Веди! – скомандовала матушка полковника и первая шагнула в прохладу холла.

Флоренс едва за ней поспевала. На лестнице графиня сняла перчатки и, сунув их в свой кивер, протянула сиделке. С наслаждением встряхнула короткими локонами, что тоже выбивалось из нормы, поскольку дамы в ее возрасте предпочитали укладывать волосы в пышные прически.

– Училась? – не поворачивая головы, спросила графиня.

– Да, институт благородных девиц в Трисборо.

– Навыки ухода за инвалидами имеешь?

– Проходила практику в течение трех лет в военном госпитале.

– Похвально. Магия?

– Эмпат.

Графиня остановилась и повернулась к Флоренс.

– И все? – она прищурила глаза. – Я чувствую нечто более сильное. Что–то, что отзывается моей магии.

Она пощелкала пальцами, словно пыталась понять, что скрывает сиделка, и никак не могла нащупать. Фло опустила глаза.

– По материнской линии, кроме эмпатии, досталась магия поражения, но я ее не развивала.

– То есть, боевая магия?

– Да. В институте не приветствовались агрессивные виды магии, – Фло сама не понимала, как графиня сумела ее раскрутить. Она скрывала свои способности даже от сестры, а тут и пяти минут не прошло, как во всем созналась.

– Поняла. Чем сдерживаешь?

– Сладким. Достаточно конфеты или яблока, чтобы подавить всплеск раздражения. Я стараюсь носить в кармане кусочек сахара.

– Оригинально! – восхитилась графиня. – Я свою не сумела удержать. Она проявилась так мощно, что разрушил половину дома. Пришлось пойти учиться наравне с мужчинами в военной академии. Сейчас я в чине генерала. О пограничной заставе на перевале слышала?

Флоренс вспомнила карту графства.

– Замок Патридж?

– Да. Он принадлежит Ферфаксам, но волей короля я разместила там пограничный гарнизон.

– Пограничники в красном? Чтобы их видели издалека и боялись? – Фло вскинула брови.

Графиня широко улыбнулась.

– К сыну как на праздник. Только в парадной форме. Еще и на внука хотелось бы произвести впечатление.

– О, Луи будет в восторге, – заверила ее Флоренс.

Встреча матери и сына прошла тепло. Она саданула сына по здоровому плечу, а он кисло улыбнулся в ответ.

– Что за истерика, Рэй? – генеральша сурово свела брови. – Почему ты хочешь спрятать малыша у меня?

Флоренс принесла стул, и генеральша села, но руку сына не выпустила, переплетя свои и его пальцы.

– Здесь стало опасно. Я никому не доверяю.

Мать покосилась на сиделку.

– Кроме Флоренс, – поправился полковник.

– Спите вместе?

– Мама, как можно? – его взгляд посуровел. – Я женат.

– Уф, я боялась, что ты назовешь другую причину, почему не можешь любить женщину.

– Мама! – произнес граф с укором и бросил извиняющийся взгляд на Фло.

Сиделка вышла и тихо закрыла за собой дверь. Пусть мать и сын поговорят наедине. Сама пошла к себе и достала канцелярскую книгу. Пора сформулировать на бумаге не дающие покоя мысли.

Раскрыв нужную страницу, Фло окунула перо в чернильницу.

Итак, появились ли ответы на ранее заданные вопросы? И да, и нет. Она так и не выяснила, кто в усадьбе владеет магией. Относительно писем в Эндброк есть догадка, что с хозяйкой списывается Бетти. Но почему тогда на конверте стояла пометка, что письмо предназначено постояльцу номера 82, а не жильцу королевских покоев? Только ли Бетти сообщает в гостиницу «Морон» о делах графа? А может, получателей, как и отправителей, двое?

Делая пометки, Фло хмыкнула. Пусть почтамт на себя взяла полиция, не будет лишним проследить за почтальоном и теми, кто захочет с ним встретиться. Он как раз явится завтра. У Флоренс тоже был повод поговорить с ним. Она сгорала от нетерпения получить ответы на письма, отправленные в госпиталь Трисборо и подруге в Эндброк, а старик мог подсказать сроки доставки. Неудивительно, что матушка графа прибыла быстро: крепость Патридж находилась в нескольких часах езды. Фло мысленно представила карту, найденную в кабинете графа.

«Маленький Луи уже вечером будет в безопасном месте».

Вспомнив, чем еще занималась в последние дни, Флоренс записала, чтобы не забыть:

«1. Получить от миссис Кэррот список слуг, уволившихся за последние полгода. 2. Сходить в полицейское управление, чтобы узнать результаты исследования игрушек. Официальный ответ может идти слишком долго».

Она была знакома с бюрократией не понаслышке.

Зазвонил колокольчик, и Флоренс сорвалась с места. Полковник, наконец, вспомнил о ней. По его требованию между их покоями установили связь, что значительно облегчило жизнь Флоренс: не надо было топтаться в коридоре или прислушиваться к голосам в его комнате в ожидании, когда позовет.

В комнате хозяина усадьбы было многолюдно. Кроме старой графини, Фло заметила двух служанок, прибывших вместе леди Ферфакс, маленького Луи, сидящего на коленях у отца, и миссис Марди, судорожно прижимающую к красным глазам платочек. Я непонимающе уставилась на нее.

– Мне не нужны чужие на пограничной заставе. Своих нянек хватает, – категорично заявила графиня.

Миссис Марди громко всхлипнула.

– Но я присматриваю за маленьким лордом чуть ли не с рождения…

– Вам найдут другое дело, – мягко успокоил ее полковник. – В усадьбе всегда есть чем заняться.

– Но я полюбила мальчика как родного. Я знаю, какие ему нравятся колыбельные и какие страхи мучают по ночам…

Сердце Флоренс сжалось. Нет, не по поводу страданий жены садовника. Фло понимала, почему умудренная опытом графиня отрывает ее от ребенка: пока не нашли шпиона, никто не покинет усадьбу. Было бы верхом неблагоразумия отправлять человека, которого подозревают в связях с врагом, туда же, куда прячут мальчика. Миссис Марди в списке неблагонадежных в тетради Фло значилась под номером три. Конечно, после Мэри и Бетти.

Сердце Фло отреагировало болью на слова, что мальчика мучают ночные страхи. Неужели всему виной разлука с матерью? Или причина в проклятых игрушках, ведь в полиции маг обнаружил еще две со следами колдовства. Наверняка полковник ввел маму в курс дела, чтобы генеральша знала, чего опасаться.

Она только кивнула своим служанкам, как те подхватили миссис Марди под локотки и увели.

Флоренс застыла с открытым ртом. В голове понеслись мысли одна страшнее другой: графиня до такой степени ненавидит слезливые расставания, что готова выкинуть няньку в коридор, или миссис Марди собираются пытать? И дурак заметил бы, какие крепкие руки и бесстрастные лица у новых воспитательниц маленького Луи. Под стать генеральше. Удивительно, что они приехали в карете, а не прискакали верхом. Или дом на колесах пригнали только из–за малыша?

Графиня заметило широко распахнутые глаза Фло.

– Они всего лишь спросят, что любит и не любит мой внук. Заодно соберут его вещи.

Сиделка с облегчением выдохнула. Не так все страшно.

– Флоренс, пока я играю с сыном, своди маму к Маркусу, – попросил полковник. – Пусть посмотрит, над чем он колдует.

Генеральша прытко поднялась и, одернув красный китель, направилась к выходу. Чего тянуть?

Фло растеряно оглянулась на лорда Ферфакса.

– Вы останетесь с ребенком один на один?

– Не надо настолько не доверять мне, – с улыбкой ответил граф.

– Вы можете не уследить за мальчиком, а у вас под подушкой заряженный револьвер, – шепотом предупредила Фло. Но генеральша услышала.

С прытью, на которую не способна даже молодая девушка, она забралась на кровать сына и, пошарив пол подушкой, вытащила револьвер.

Глава 24

Полковник застыл с перекошенным лицом, глядя на мать с огнестрельным оружием.

– Я не ожидала такого от тебя, сын, – с упреком сказала она, проверяя барабан.

– Я держу его под рукой для защиты, – Рэймонд достойно встретил прямой взгляд матери.

– Для самообороны тебе достаточно боевых заклинаний, – отрезала генеральша. – А для личных целей… Пустить пулю в лоб – недостойная рода Ферфакс слабость.

Мать сразу все поняла. И степень отчаяния сына, и нежелание быть обузой для кого–либо.

Фло мяла в руках фартук. Получилось, что она нечаянно сдала полковника. Но может, оно и к лучшему? Как ни крути, а заряженное оружие однажды выстрелит.

– Я не слаб, мама, – заверил граф, но револьвер назад не получил.

Генеральша не собиралась терять время, наблюдая за метаниями сиделки, которая искусала губы в кровь и скоро превратит фартук в тряпку. Она взяла Фло за руку и вывела в коридор. В комнату полковника тут же вернулась одна из служанок старой графини. Второй няньки и миссис Марди не было видно.

– Держи на всякий случай у себя, – графиня протянула Флоренс револьвер. Сиделка механически взяла его и спрятала в карман фартука. Под тяжестью он безобразно отвис. – Пользоваться умеешь?

Фло кивнула.

– Офицер, за которым я ухаживала в госпитале, научил.

– Была влюблена в него? – графиня строго взглянула и, не дожидаясь ответа, пошагала по лестнице вниз.

– Нет. Он был влюблен в меня, – не стала скрывать Флоренс. Отвечать на личные вопросы не хотелось, но генеральша вполне могла применить пытки.

«Боже, о чем я думаю?»

– Целовались?

– Для этого нужны ответные чувства, – Фло облизала сухие губы.

– Я спрашиваю про тебя и моего сына, – графиня остановилась и развернулась к ней.

Фло моргнула, не находя слов. Только сейчас она оценила рост матери Рэймонда. Они смотрели глаза в глаза, хотя генеральша стояла на ступень ниже.

– Понятно, – выдохнула леди Ферфакс. – Значит, ответные чувства к моему сыну у тебя есть.

– Вы не так поняли! Ничем предосудительным мы не занимались. Так, игра слов… – поспешила оправдаться Флоренс, сгорая от стыда. Она не ответила сразу, да и сейчас неловко врала. Ведь было! Было и понравилось! А он женат…

– Поклянись, если они помирятся, ты уйдешь в сторону. У них сын, – генеральша шептала, дергая Флоренс за фартук, но каждое ее слово било молотом по голове несчастной сиделки. – Хватит с нас одной неудачной женитьбы. Тут даже не в деньгах дело. У нас их столько, что хватило бы на несколько поколений беззаботной жизни.

– А в чем дело? – по лицу Фло пошли пятна.

– Рэй признался мне, из какой ты семьи.

Лучше бы она дала Флоренс пощечину.

– Хорошо, – Фло ответила не сразу. Она не могла говорить, иначе едва сдерживаемые слезы выдали бы ее состояние. – Обещаю, как только леди Энн вернется, я исчезну.

Как она могла возразить? Отец в тюрьме, сестра содержанка. Даже если бы полковник не рассказал, генеральша все равно поинтересовалась бы, что из себя представляет дочь барона Саттона, а там недалеко и до позорных газетных статей и светских сплетен.

Удовлетворившись ответом, графиня погромыхала сапогами дальше, а Фло зажала ладонью рот, гася рыдания. Она вдруг осознала, как ей будет трудно уйти из жизни полковника.

«Ты знаешь его неделю, – упрекала она себя, – а ведешь себя, как отвергнутая невеста».

Но сердце кричало иное: «Не неделя, а четыре года. Мы всего лишь взяли перерыв!»

– А как же яблочное суфле? – в холле гостью поджидала леди Кэррот.

– Не время, Сью, – отмахнулась от нее генеральша.

Фло пожала плечами на вопросительный взгляд кормилицы и заторопилась за прыткой графиней. Та уже неслась в сторону конюшен.

Они застали Маркуса и мистера Кэррота за горячим спором. Оба стояли над готовым инвалидным креслом, металлические детали которого сверкали не хуже горна. Леди Фэрфакс и Флоренс застыли. Генеральша жадно рассматривала рукотворное чудо. Мастера постарались на славу.

Наконец заметив гостей, мужчины перестали яростно сверлить друг друга глазами.

– Мистер Гудвилл, познакомьтесь, этот леди Ферфакс, матушка полковника, – как можно ровнее произнесла Флоренс.

Горло першило, и она боялась, что голос совсем исчезнет или сорвется на крик. Была бы она одна, сейчас вовсю предавалась бы рыданиям. Но посторонние люди и великолепное кресло, которое она так ждала, не дали ей погрузиться в истерику.

Фло являлась эмпатом и прекрасно чувствовала чужие эмоции, а генеральша на лестнице сказала то, во что действительно верила и чего всей душой желала – воссоединения сына со снохой. Она не кривила душой. Сиделка была лишней.

– О чем спор? – генеральша заложила руки за спину и уставилась на изобретателя в ожидании ответа.

Маркус потряс кобурой, искусно сшитой из жесткой воловьей кожи.

– Я хочу закрепить это прекрасное изделие у подлокотника, чтобы милорду было удобно выхватывать револьвер, а мистер Кэррот против…

– Я тоже против, – перебила Маркуса графиня. – С полковника хватит войны. Никаких револьверов.

Изобретатель открыл и закрыл рот.

– Кресло уже готово? – генеральша подошла ближе.

– Готово, но мы еще не испытывали его, – засуетился Маркус, поспешно избавляясь от неугодной кобуры. – Коляска пока на ручном ходу. Для того, чтобы она стала самоходной, нужно зарядить накопители магии, а это небыстрый процесс.

Он развернул свое творение на колесах спинкой вперед и показал на две цилиндрические емкости, прикрепленные к ней.

– Как интересно, – восхитилась генеральша и провела рукой по отшлифованной поверхности металла. – Можно, я прямо сейчас испытаю кресло?

Кто бы посмел ей возразить? Маркус, у которого во время трапез не закрывался рот, вдруг растерял красноречие и просто кивнул. Генеральша тут же заняла сиденье. Удобно устроившись, обернулась на изобретателя.

– Везите.

Флоренс, пока на нее не смотрели, закатила глаза. Трудно жить рядом с такой деятельной особой. Возможно только поэтому ее сын, даже став инвалидом, предпочел одиночество.

Когда Маркус выкатил коляску за пределы мастерской, Флоренс с плотником переглянулись.

– Госпожа постарела, – с печалью в голосе произнес он. – В былые времена она усадила бы самого Маркуса в кресло и понеслась с ним по косогору, чтобы испытать прочность колес и мягкость хода.

– Откуда у нее столько энергии? – удивилась Флоренс.

– Сильная. Если бы ей позволили, она наполнила бы батареи магией в два счета, – лицо мистера Кэррота расплылось в улыбке. – Правда, потом неделю всем, кто находится рядом, пришлось бы плохо. Особенно одаренным магией. Им в такое время лучше держаться от нее подальше. Все жилы вытянула бы.

– Магический вампиризм! – воскликнула Фло, понимая, отчего ей хотелось рыдать.

Нет, вовсе не требование клятвы выбило ее из колеи, а прощупывание магических способностей. Вот почему генеральша так легко вычислила, что помимо «цветочной» магии, дочь барона Саттона владеет боевой.

– Ага, оно самое, – подтвердил мистер Кэррот. – Покойный граф – супруг леди Ферфакс, именно так его называл. Царствие ему небесное.

Флоренс нашла взглядом бегущего по парку Маркуса. Он толкал инвалидную коляску с восседающей на ней графиней, а слуги, попадавшиеся им на пути, кидались врассыпную.

«Магический вампиризм – редкий вид дара. Награжденный им легко растрачивает свой запас, но после мучается от жажды. Не успокаивается, пока не восполнит пустоту, – Флоренс, наблюдая за веселящейся парочкой, вспоминала строки из учебника. – Не удивительно, что графиня развалила половину дома. Вампир способен выбросить огромную порцию за раз, а собирает ее по крупицам».

– Откуда вы знаете о ее даре? – Фло повернула голову. Мистер Кэррот тоже наблюдал за коляской.

– Мы с супругой в этой семье почти всю жизнь, – улыбнулся плотник. – С тех пор, как Сью взяли кормилицей. Старый хозяин тоже был сильным магом, однако сердце не выдержало.

– А как же маленький Луи? Она собирается забрать его с собой, – забеспокоилась Флоренс.

– В мальчике еще не проснулась магия. Ему с бабушкой безопасно, – успокоил ее плотник.

– У вас есть клочок ненужной бумаги? Мне надо кое–что срочно записать.

– Полно, – плотник мотнул головой в сторону заваленного всякой всячиной письменного стола. Новенькая кобура лежала поверх стопки чертежей.

Флоренс разгребла свободный пятачок и, взяв карандаш, торопливо записала, чтобы не потерять мысль:

'1. Если госпожа Ферфакс чувствует наличие магии на расстоянии, то сможет ли она найти затаившегося в усадьбе мага?

2. Срочно узнать, каким образом происходит высасывание магии. Вампир держится за руку или достаточно посмотреть в глаза? А может, все происходит на расстоянии? На какой срок графиня способна обезвредить мага?

3. Приходило ли в голову военному руководству задействовать миледи, как оружие массового поражения? Она запросто развалила половину дома. Наверняка в бою такой маг страшен. Один всплеск – и нет вражеского войска. Ну или неприятельские маги высосаны досуха'.

Флоренс задумчиво грызла карандаш. Если на последний вопрос ответ «да», то стоит поаплодировать королю. Он нашел применение опасных способностей генеральши, заставив ее жить на уединенной заставе высоко в горах. Подальше от густозаселенных городов.

Ответы хотелось получить как можно скорее, но Фло решила не спрашивать у генеральши. Миледи настолько импульсивна, что трудно предположить ее реакцию. Лучше прощупать почву в разговоре с полковником.

Возвращение графини Флоренс встретила с улыбкой.

– Маркус – гений! – заявила генеральша, выбираясь из кресла. – Я пригласила его поработать на заставе, когда он закончит дела с моим сыном. Настолько уникального самоходного механизма, как эта коляска, я еще не видела.

Фло посмотрела на мнущегося плотника, и ей стало обидно. Он тоже был в команде, а лавры достались одному Гудвиллу.

– А как вам работа мистера Кэррота? – спросила Флоренс, намеренно погладив лакированную спинку кресла.

– Я всегда знала, что Уиджи не подведет, – генеральша одарила плотника улыбкой. – Еще с той самой лошадки, которую он смастерил для Рэя.

– Ну если нам начали воздавать должное, – Маркус встал рядом с Фло и положил руку ей на плечо, – то я должен признаться, что идея самоходной коляски принадлежит нашей милой Флоренс. Она нашла меня и заразила своим энтузиазмом. Вы еще не видели придуманную ею механическую перчатку, которая заставит двигаться парализованную конечность полковника. Не пройдет и месяца, как он сможет не только двигать рукой, но и самостоятельно ходить! Пока у меня только чертежи, но взглянув на них, вы все поймете.