Текст книги "Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП)"
Автор книги: Сиана Келли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)
Отказ от мольбы о помощи заставил меня почувствовать себя лучше, сильнее. И я отправилась на поиски Нормы, ассистентки Клайва. Она работала целыми днями, пока вампиры отсутствовали, и у неё был кабинет дальше по коридору от кухни. Я остановилась там в первую очередь, поскольку умирала с голоду. Прошлой ночью я взяла с собой деньги, планируя зайти в ночную закусочную, чтобы перекусить. Вместо этого я помчалась домой, чтобы побыть с Клайвом.
Я проверила холодильник. Вампиры ненавидели покупать еду для меня, поэтому кладовая была пуста. Поскольку Клайв настоял на том, чтобы на кухне была еда для меня, тот, кто ходил за покупками, обычно выбирал готовые обеды, которые они оставляли в холодильнике. Найдя мясной рулет, картофельное пюре и зелёную фасоль, я наложила полную тарелку и поставила её в микроволновку. Также я нашла шоколадный торт, оставить портиться который было бы преступлением.
После того, как я съела свою тарелку с ужином на завтрак, я отрезала два куска торта. Я съела свой, запив большим стаканом молока, а затем понесла второй по коридору в кабинет Нормы.
Когда я появилась у её двери, она подскочила.
– Извини! – я протянула ей тарелку. – Я не хотела тебя напугать. Я решила, что ты слышала меня на кухне.
– О, мисс Куинн. Фух, это отобрало десять лет жизни.
Она покачала головой, тёмные кудри качнулись, как будто стряхивая испуг.
– Я только что закончила разговор по телефону. Я не знала, что вы встали.
– Я пришла с тортом, – я положила тарелку и вилку на стол. – Да заодно спросить, могу ли я одолжить одну из машин Клайва.
Я очень надеялась, что ей не сообщили о моём статусе не-водителя.
– Конечно. Мистер Фицуильям выразился предельно ясно. У вас есть доступ ко всему, – Норма начала печатать на своём ноутбуке. – Какую машину вы бы хотели взять?
– Могу я просто пойти в гараж и осмотреться? Я не знаю названий машин. Я хочу ту, которая будет самой безопасной и лёгкой в управлении, так как я не часто вожу.
Преуменьшение века.
– Безусловно.
Норма вскочила со стула, и плед упал на пол. На ней были леггинсы и тёплые дутики в сочетании с красной шёлковой блузкой и жемчугом. Она посмотрела на себя сверху вниз, и её тёплая коричневая кожа порозовела.
– Эм, девяносто девять целых девять десятых процента времени я одна в своём кабинете. Когда мне приходится участвовать в видеозвонке, они видят только верхнюю часть.
– Понятно. Если бы Клайв знал, что тебе холодно, он бы добавил обогреватель или отрегулировал термостат, или что-то в этом роде.
Она схватила ключи с угла своего стола и повела меня по коридору к гаражу.
– Я не возражаю, – заметив мой взгляд, она продолжила. – Если слишком тепло, меня клонит в сон, тем более что я совсем одна. Если в кабинете холодно, это не даёт мне уснуть. Когда я не отвечаю на телефонные звонки, у меня обычно играют подкасты, чтобы составить мне компанию.
– Умно.
Знала ли она, что работает на вампиров? Мне нужно было не забыть спросить одного из парней.
– Вот мы и пришли, – сказала она, открывая дверь гаража.
Она включила свет, и я была ошеломлена количеством и разнообразием роскошных спортивных автомобилей, но не отсутствием цвета. Почти все машины были чёрными, с примесью нескольких серебристых. Они были настолько фирменными, что это было просто смешно.
– Серьёзно?
Гараж походил на долбаный выставочный зал, некоторые машины стояли на подъемниках, некоторые на земле.
– Это неловко.
Норма рассмеялась и подняла брови в знак согласия, на самом деле, не сказав ничего негативного о своём работодателе.
– Я не поведу ни одну из этих вещей. Разве у него нет хорошего, тихого седана до кучи?
Она отвела меня в дальний угол. Здесь стоял «Мерседес», на котором Рассел несколько раз возил меня. Там также были «БМВ» и «Вольво». Я указала на последнюю, наименее претенциозную из всех.
– Они должны быть безопасными, верно?
– Безусловно. Ключ находится в подстаканнике. Не забудьте взять его с собой, так как машина не запрётся, если вы оставите его внутри. Когда вы заводите двигатель, дверь гаража автоматически открывается. Как только вы выедете, она закроется за вами.
– Идеально. Большое спасибо за помощь.
Мне нужно было, чтобы она ушла, пока я пытаюсь вспомнить, как водить машину.
– Не за что. Если вам понадобится что-нибудь ещё, на стене позади вас есть домофон.
Кивнув, она ушла.
Я подошла к машине, как подошла бы к опасному хищнику. Дверь бесшумно открылась, чёрный внешний вид уступил место мягкой коричневой коже и чёрной приборной панели. Я села, закрыла дверь и запаниковала. Тут было совсем не похоже на машину Дейва. Медленно дыша, я поняла, что всё здесь очень похоже на машину Лидии. Не требуется идеального времени срабатывания сцепления.
Это было глупо. И опасно. Мне надо было просто вызвать такси или загрузить одно из этих приложений для обмена поездками. Вытаскивая телефон из кармана, я вспомнила пустой взгляд Лиама, когда он перепрыгнул через стойку с ножом в руке, одержимый желанием убить меня. Лиам, селки с присущей ему магией, не смог отбиться от Эбигейл и её ручного демона. Какие шансы были у обычного человека? И если она нападёт, когда водитель будет в транспортном потоке, погибнет ещё больше людей.
Вздохнув, я нажала кнопку, чтобы завести двигатель, и он тихо заурчал. Дверь гаража открылась, пока я изучала датчики, кнопки и переключатели, пытаясь вспомнить всё, что я видела, как Дейв и Лидия делали.
Я смогу это сделать. Мне было двадцать четыре, почти двадцать пять. Я должна уметь водить чёртову машину. Подавив страх, я поискала адрес Исторического общества, где мы вчера припарковались, так как «Ведьмино Зеркало» в Интернете не засветилось. Дисплей на приборной панели спросил, хочу ли я выполнить сопряжение с телефоном. Я нажала «Да», и на экране появилась карта.
«Начинаем маршрут до бульвара Хиллсайд, 1500. Поверните направо и продолжайте движение по маршруту».
Решив, что это знак, я включила передачу и поехала с парковки к двери гаража. Как только я выехала на сланцевую дорожку, дверь гаража закрылась. На мгновение я забеспокоилась, когда подъехала к воротам, но затем они открылись. Наверное, в машины был встроен чип, распознаваемый воротами.
Следуя указаниям, я пересекла город без происшествий. Ладно, из переулка выехала машина, которая, как мне показалось, пыталась проехать передо мной. Оглядываясь назад, судя по громкому, продолжительному гудению, остановиться и пропустить его было неправильным выбором, но я всё ещё утверждаю, что повела себя вежливо.
Только когда мне навигатор сказал выехать на автостраду, ведущую на юг, я начала всерьёз паниковать. Слава богу, никто из других водителей не хотел начинать свой день со столкновения. Через несколько гудков и средних пальцев в мой адрес я оказалась в потоке машин.
Я только начала расслабляться, когда компьютерный голос велел мне свернуть на бульвар Серрамонте. Следуя его указаниям, я оставила скоростной террор позади. Я оказалась на дороге, которая шла параллельно автостраде, а затем она пересекла шоссе 280, превратившись в дорогу, разделяющую Колму пополам. Я проехала мимо неработающего магазина памятников, повернула за угол и снова оказалась на парковке Исторического общества.
Поставив машину на стоянку, я заглушила двигатель и вздохнула. Последние тридцать минут моей жизни были в равной степени ошеломляющими и волнующими. Когда-нибудь в будущем я буду знать, как это делать правильно, и тогда у меня будет свобода перемещаться куда захочу, когда мне захочется. Мне не нужно будет ни с кем советоваться, просить подвезти или посещать места в пределах дистанции бега.
Я всегда хотела увидеть снег. Я могла бы съездить на озеро Тахо, пробежаться по снегу, а потом поехать обратно. Пузырьки головокружения наполнили меня. Больше не нужно полагаться на других, чтобы меня куда-то привезли, или я твердить себе, что это того не стоит.
Вздохнув, я вспомнила, что нужно захватить ключ, прежде чем выйти. Я поискала способ запереть машину, осматривая дверь в поисках замочной скважины, как это было в машине Дейва. Ничего не найдя, я изучила ключ и увидела значок блокировки. Я нажала на кнопку, и машина зачирикала. Препятствие было устранено, и я отправилась на поиски своей двоюродной бабушки.
Ворота были пройдены так же легко, как и в прошлый раз. Однако свет во дворе был другим. Складывалось впечатление, будто бы вечные сумерки немного углубились в ночь. Голоса шептались вдалеке, пока я пробиралась между столами к двери в волшебном дереве. Постучав, я подождала, шёпот прекратился.
– Входи, дорогая, – позвал пронзительный голос.
От этого голоса у меня встали дыбом волосы, но я не знала почему. Я узнала голос Марты. Не в силах точно определить, что меня так напугало, я открыла дверь и вошла.
Марта сидела у огня. Большое зеркало – то, которое, как я подозревала, было окном в Волшебную страну, – висело позади неё, отражающая поверхность была темнее, чем в прошлый раз. Была ли связь между внутренним двором и зеркалом? Было ли притяжение Волшебной страны тем, что заставляло меня чувствовать себя неловко?
Свет камина мерцал в тёмном помещении. Марта сгорбилась под шалью, наклонив голову вперёд. Галадриэль нигде не было видно. Кожу головы покалывало, я знала, что Дейв был прав. Меня подставили.
Иссохший палец поднялся из складок её одежды, маня меня к себе.
– Я ждала тебя.
Отступив на несколько шагов, я развернулась, чтобы уйти, и обнаружила, что дверь исчезла. Твою мать.
– О, не уходи, – голос изменился: стал глубже, гортаннее. – Я ещё не завтракала.
Не-Марта встала, сбросила шали и продолжила увеличиваться. Макушка головы существа задела деревянные балки потолка. Оно было одето в какой-то гламур, который скрывал реальные размеры и объём. Рельефные мышцы заблестели в свете камина, когда существо двинулось ко мне.
Огр? Тролль? Мой разум пробежался по всем фейри-монстрам, о которых я могла вспомнить, пытаясь определить этого, пытаясь вспомнить слабые места. Больше всего он походил на орка. В этом и заключалась проблема с изучением всего по книгам. Мне приходилось полагаться на чужие знания и точность. Однако фейри не любили, когда кто-то знал их секреты.
Вопрос на данный момент заключался в следующем: случайно ли он был похож на орка? Была ли это его истинная форма или он знал, что мне снились кошмары об орках с тех пор, как я впервые прочитала «Властелина колец»? Играл ли он на моих страхах, как моя тётя?
Перебирая пальцами ожерелье, заколдованное для защиты моего разума, я попятилась и потянулась, решив узнать, смогу ли я найти его в той части моего разума, где жила моя некромантия. Ничего. Либо мой мозг был на взводе, либо существо не было ни нежитью, ни бессмертным.
Я выпустила острые как бритва когти, моё лицо раздулось, чтобы вместить большие, острые зубы волка. Я жестом поманила монстра вперёд. Я могла бы умереть, но я не собиралась сдаваться легко.
Он подавил смешок, разминая руки и поворачивая голову. Он взял трехметровую деревянную скамью и размахнулся.
Пригнувшись в последнюю минуту, я перекатилась ближе к нему и выбросила руку, оцарапав когтями заднюю часть его лодыжки, надеясь, что у орков есть ахиллесовы сухожилия. Он взревел, когда я выскочила у него за спиной. К несчастью, он всё также размахивал массивным куском дерева.
Скамейка врезалась в мой бок. Я почувствовала, как левая рука сломалась и услышала тошнотворный треск, когда я перелетела через стойку бара. Я не рекомендую врезаться в бутылки с алкоголем. Разбитое стекло режет в клочья, а алкоголь жалит, как сволочь.
Блокируя травмы, блокируя всю боль и страх, я медленно выпрямилась и встала. Кровь заливала мне глаза, но я достаточно ясно видела, как на меня смотрит моя собственная смерть.
ГЛАВА 9
Орки – Придурки
Ухмыляясь, он поднял меня на ноги за шею. Я позволила своему лицу обмякнуть, когда он обнажил сломанные, почерневшие зубы.
Безвольно повиснув, стараясь не выдать движение, я выбросила здоровую руку вперёд. Мои когти задели лицо, разрывая глаза. Закричав, орк уронил меня и схватился за лицо.
Пока он отвлёкся, я вскарабкалась на стол позади него, стараясь соответствовать его росту, а затем запрыгнула ему на спину. Я сомкнула челюсти на его шее сзади и рванула со всей силой, на какую была способна. Это было всё равно что пытаться прокусить броненосца.
Опасаясь, что даже моих режущих способностей будет недостаточно, чтобы глубоко прорезать его шкуру, я вместо этого использовала когти на правой руке, как копья, вонзив их ему в шею, а затем медленно сжала пальцы в кулак.
Он развернулся, колотя меня по бокам своими огромными мясистыми кулаками. Я висела у него на спине. Хотя он и не мог попасть в меня в упор, эти кулаки всё ещё причиняли адскую боль, особенно когда они нанесли удар по уже сломанной руке. Если и было что-то, что я умела делать, так это парить над болью и ужасом. Это даже близко не было самым худшим, что когда-либо случалось со мной, и я пережила это. И, чёрт возьми, я переживу это тоже.
Кровь сочилась по моим пальцам и стекала по горлу. Разозлившись тем, что во мне есть хоть какая-то часть его, даже его дурно пахнущая кожа и кровь, я злобно покачала головой, скрежеща своими волчьими зубами. Проблема была в том, что его шея была такой чертовски толстой, что я не могла найти его позвоночник.
В то время как мои когти медленно разрезали хрящи на его шее, он снова развернулся и прижал меня к стене. У меня перехватило дыхание. Я чувствовала себя так, словно меня сбросили с десятого этажа. Рёбра сломаны, тело избито, в голове звенит, я зарылась глубже в сознание. Это не займёт много времени. Как только он лишит меня сознания или сломает слишком много костей, чтобы я могла двигаться, я буду в его власти. Я должна была сражаться изо всех сил, пока ещё могла.
В отчаянии, зная, что он ещё не умер, чтобы это не сработало, я представила свою магию в виде спирали в груди, как учила меня Лидия. Я рвала когтями, стискивала зубы, а потом представила, как эта спираль обвивается вокруг его шеи, перекрывая ему доступ воздуха.
Его сдавленный вздох заставил надежду забурлить в моей груди. Потянув сильнее, представляя, как спираль прорезает его шкуру, я почувствовала, как по моим пальцам потекло ещё больше крови. Когда он упал на колени, в глубине души я знала, что тоже переживу это.
Через несколько мгновений борьбы его шея оказалась в моих челюстях, я вырвала ему позвоночник и стала наблюдать, как его мёртвое тело рухнуло на пол.
Мир боли дал о себе знать, когда я довольно резко опустилась на пол в баре, прислонившись спиной к стене. Никто не сможет подкрасться к тебе, если ты будешь спиной к стене. Прижимая сломанную руку к груди, пытаясь дышать, я уставилась на гору мёртвого орка. Я знала, что в последнее время моя голова довольно часто ударялась о твёрдые поверхности, но всё это не имело смысла. Почему, чёрт возьми, монстры-фейри преследовали меня?
Я вроде как понимала свою тётю. Я даже понимала вампиров, которые хотели убрать меня. Что, чёрт возьми, я когда-либо сделала фейри? В моих мыслях промелькнул Лиам. Меня обвиняли в том, что Эбигейл овладела Лиамом? Дерьмо. Это было так несправедливо.
Уловив краем глаза движение, я вздрогнула. Из зеркала на стене появилась нога. Мгновение спустя высокий воин в доспехах уже стоял надо мной, изучая меня. Когда он присел на корточки, чтобы получше рассмотреть, когти на моей правой руке снова выскользнули. Его взгляд метнулся к когтям, а затем вернулся к моему лицу.
– Едва пережила это, – он остановился на мгновение, прислушиваясь. – Пробито лёгкое, – встав, он двинулся к мёртвому орку. – Интересно.
Схватив орка за ноги, эльфийский воин оглядел меня в последний раз, сказал:
– Ты совсем не такая, как я ожидал, – и потащил тушу обратно через зеркало.
Я сидела в оцепенении, гадая, скоро ли из зеркала появятся новые монстры или фейри на данный момент покончили со мной. У эльфа был меч. Если бы он захотел, он мог бы убить меня. Я восприняла его незаинтересованность как знак, что я могу посидеть здесь ещё немного.
Не прошло и пяти минут, как дверь открылась. Я не заметила, как она появилась снова. Галадриэль включила свет и придержала дверь для Марты.
– Что это за ужасный запах?
Обе женщины несколько минут осматривали разрушения.
– Совершенно не моя вина, – прохрипела я, заставив Марту вздрогнуть.
– Саманта?
Она осторожно приблизилась, пока не разглядела меня как следует.
– О, Боже милостивый. Гэдди, помоги мне.
Она бросилась ко мне и упала на колени рядом со мной.
Галадриэль оробела.
– Сломана рука, рёбра, лёгкое, сотрясение мозга. Она – месиво.
Я начала кивать, а потом поморщилась.
– Гэд, пожалуйста.
Марта провела рукой по моей голове и поморщилась, когда её пальцы коснулись большого узла на спине.
Галадриэль, как эльфийский воин, присела рядом со мной, её пристальный взгляд охватил все увечья.
– Чья это кровь?
Она указала на лужу дурно пахнущей крови, её глаза проследили за размазанным следом на полу перед зеркалом.
Пожав здоровым плечом, я сказала:
– Понятия не имею. Он был похож на орка.
Издав звук отвращения в глубине горла, она усмехнулась:
– Опять Толкин.
– Выглядел как один из них.
Я использовала рукав своей рабочей руки, чтобы стереть ещё больше его крови со своего лица. Желудок скрутило, я старалась не думать о том, сколько всего этого я, вероятно, проглотила.
– Его голова задевала потолок. Мускулистый. Кожа такая толстая. Трудно прокусить.
Я не могла набрать воздуха, в котором нуждалась, чтобы заговорить. Я шептала короткими очередями.
– Он притворился Мартой. Как только я вошла. Дверь исчезла. Он сбросил гламур.
– Солдат?
Марта повернулась к Галадриэль.
– Зачем Королеве Фейри посылать сюда одного из своих солдат?
Галадриэль продолжала смотреть на размазанную по полу кровь с напряжённым выражением лица.
– После того, как я убила орка. Воин прошёл сквозь зеркало.
Мне пришлось замолчать на минуту, так как я изо всех сил пыталась перевести дух. Однако им нужно было знать, на случай, если появятся новые.
– Воин сказал, что я интересная. Протащил орка обратно через зеркало.
Надеюсь, на некоторое время разговор окончен. Невозможность легко дышать заставила меня сосредоточиться на моём следующем вдохе.
– Королева Фейри находит тебя интересной, – Галадриэль покачала головой, настороженно глядя в зеркало.
– Гэд, – это не было произнесено как вопрос, но Марта явно что-то спрашивала.
Галадриэль уставилась на Марту, выражение её лица смягчилось.
– Ты знаешь, что это значит.
Глаза Марты наполнились слезами, и она кивнула.
– Я бы не просила, если бы она не была так плоха.
Галадриэль выдохнула, а затем положила одну руку прямо на перелом моей руки, а другую – на рёбра и лёгкие. Жар и боль смешались на мгновение, прежде чем я оцепенела. Я чувствовала, что что-то происходит, но боль не была связана с этим, что стало приятным изменением. Несколько минут спустя, её внутренний свет потускнел, руки Галадриэль соскользнули с меня.
Марта бросилась к эльфийке, чтобы помочь ей подняться на ноги.
– А теперь сядь и отдохни. Я принесу тебе чаю.
Галадриэль похлопала Марту по руке.
– На этот раз не получится.
– Нет. Всё будет хорошо. Я тебя сейчас приведу в порядок. Ты увидишь.
Теперь Марта умоляла.
– Я всегда дам тебе то, что тебе нужно, дорогая.
Галадриэль наклонилась, нежно поцеловала Марту в щеку, а затем шагнула через зеркало в Волшебную страну.
Марта прислонилась к стене, тихое рыдание оборвалось. Чувствуя себя лучше, чем когда-либо за последнее время, я вскочила и помогла Марте сесть на ближайшую скамейку. Слёзы беззвучно текли по её лицу, пока она смотрела в зеркало.
– Мне так жаль.
Марта повернулась ко мне, вытирая лицо насухо.
– Чего ради?
– Я не понимаю всего, что только что произошло, но понимаю, что Галадриэль пострадала, исцеляя меня, и из-за этого ей пришлось вернуться в Волшебную страну.
Я бы предпочла иметь дело со сломанной рукой, сотрясением мозга и внутренними повреждениями, нежели видеть неподдельное страдание на лице Марты.
Она похлопала меня по руке и встала.
– Я приготовлю нам немного чая. Похоже, нам многое нужно обсудить.
Когда она наполнила чайный поднос, я подошла к бару, намереваясь отнести его обратно к одному из длинных столов на козлах. Вместо этого она указала в дальний коридор. Она привела нас в уютную комнату с мягкими стульями в цветочек и удобным диваном.
Я поставила поднос на чайный столик между стульями и наполнила кружки. Протянув ей добротную кружку, я попыталась дать ей время успокоиться. Фотографии заполняли стены и большую часть плоских поверхностей. Я подошла, чтобы изучить их. Некоторые были сняты в баре, некоторые – во дворе. Большинство персон на них были людьми, которых я никогда раньше не видела. Одна была очень похожа на мою маму в детстве. На снимке она сидела за праздничным тортом с широкой улыбкой на лице. Её угрюмо выглядящая сестра стояла на заднем плане.
Однако подавляющее большинство фотографий были с Мартой и Галадриэль. На самом раннем снимке им обоим было лет по двадцать, они обнимали друг друга и смеялись. На одном женщины сидели на мотоцикле, Галадриэль за рулём, Марта обнимая её, обе такие счастливые. Они вместе путешествовали по миру. Улыбаясь, держась за руки, перед Эйфелевой башней, театром «Глобус», Сакре-Кер, Собором Парижской Богоматери, пирамидами инков, египетскими пирамидами, Серенгети… так много изображений, повествующих об их долгой жизни.
По мере того как Марта старела, Галадриэль оставалась молодой, красивой и энергичной. Пятьдесят лет, и что никогда не менялось, ни на одной из фотографий, так это дружба и преданность, которые женщины проявляли друг к другу. Марте должно было быть уже за семьдесят, но Галадриэль всё ещё видела в ней молодую подругу, как на самых ранних фотографиях. Я не осознавала, что плакала, пока Марта не произнесла моё имя.
– Что я наделала?
Сев рядом с ней, я потянулась к её руке.
– Пожалуйста, скажи мне, как вернуть её.
– Это была я, а не ты. Я приняла решение.
Убитая горем, она уставилась в свою кружку.
– Время в Волшебной стране так непредсказуемо. Она может вернуться через несколько минут, а может, и через пятьдесят лет после того, как меня уже не будет.
Проглотив слёзы, она продолжила:
– Это уже однажды случалось. Моя двоюродная сестра, чёрная ведьма, как твоя Эбигейл, выследила меня. Заклинание, которое она наложила, должно было убить меня. Галадриэль встала перед заклинанием, дав мне время послать мёртвых за моей двоюродной сестрой. Она убежала, но Гэд была смертельно ранена. Ей пришлось вернуться в Волшебную страну, чтобы исцелиться. Я думала, что потеряла её навсегда, а потом, три года спустя, она вернулась в мою жизнь.
Вытирая ещё больше слёз, она сделала глоток.
– Мне просто нужно убедиться, что я проживу достаточно долго, чтобы быть здесь, когда она вернётся, вот и всё.
– Клайв мог бы сделать тебя вампиром. Или я могла бы сделать тебя оборотнем! Я понятия не имею, как это делается, но я могла бы попробовать. Тогда вы могли бы остаться вместе.
Я не могла остановить слёзы, текущие по моему лицу.
– Чепуха. Я слишком стара для всего этого. Нет, – она покачала головой, уставившись на стену с фотографиями. – Это была лучшая жизнь, на которую я могла когда-либо надеяться.
Взглянув на меня, она сказала:
– Ну вот. Прекращай ныть. Я прожила пятьдесят два года в счастье и радости. Кто из вас может так о себе сказать? И кто знает? Может она скоро вернётся.
– Итак, – она поставила свою кружку и расправила плечи. – Ты здесь на уроке, так что нам пора начинать.
– О, нет, – сказала я, ставя свою кружку. – Даже не беспокойся об этом.
– Я совершенно против попыток убить мою внучатую племянницу.
Она потянулась к маленькой деревянной шкатулке на книжной полке слева от себя.
– У меня есть кое-что для тебя.
Передав это мне, она снова взяла свой чай.
Открыв крышку, я обнаружила маленький стеклянный шарик на длинной цепочке. Стеклянные нити пересекали внутреннюю часть переливающегося шара. Я легонько провела пальцем по холодной поверхности. Изделие было слишком красивым, чтобы не прикоснуться к нему, и всё же я боялась, что даже это может разбить стекло.
– Надень.
Пораженная, я встретилась с ней взглядом.
– Я не хочу его разбить.
– Чепуха. Оно более твёрдое, чем кажется. Давай.
Она махнула рукой, настаивая.
Подняв кулон за цепочку, я наблюдала, как свет проникает в стекло, раскачивая его из стороны в сторону по комнате. Поверив ей на слово, я надела его через голову, вытащила косу и позволила стеклянному шарику упереться мне в грудь. Он был определённо заколдован. Его задействованный потенциал пронзил меня насквозь. Он не был ни добрым, ни злым, просто могущественным.
– Хорошо. Теперь оберни свою магию вокруг стекла. Мысленно представь свою магию…
– Лидия сказала мне представить это как нить, свернутую в моей груди. Я уже делала это.
– Ладно, хорошо. Поработаем с этим. Представь, как твоя магия обволакивает стекло, полностью окутывая его коконом.
Закрыв глаза, я сделала, как она сказала. Я представила золотую нить, обвивающую кулон, как украшения «Глаз Бога», которые я делала в детстве.
– Теперь втяни это в себя. Твоя магия заявила о себе. Сделай это по-своему. Втяни катушку обратно в грудь, внутри размести колдовское стекло.
И снова я сделала, как она сказала. Возник краткий миг холода, прежде чем жар моей магии поглотил его, присвоив его.
– Да, хорошо. Теперь, когда тебе нужно использовать свою некромантию, ты заключаешь плату в это колдовское стекло.
– Но…
– Нет. Выживание не заслуживает наказания, – она сжала руку в кулак на подлокотнике кресла. – Мы с Гэд обсуждали это больше раз, чем я могла бы сосчитать за эти годы. Это неправильно. Ни одно другое волшебное существо не наказывается за то, что оно такое. Эльфы не чувствуют боли, когда творят магию. Гэд сегодня не была ослаблена из-за того, что использовала свою магию. Она заявила, что твои травмы – её собственные. И теперь, вернувшись в Волшебную страну, она как новенькая.
– Остальные фейри не чувствуют боли. Белые ведьмы теоретизируют о балансе и платежах, но не страдают так, как мы. Чёрные ведьмы должны чувствовать боль, но они направляют её на знакомых или жертв. Почему нас наказывают просто за то, что мы другие? – она испустила порывистый вздох. – Нет. Боль не должна быть платой за существование. Теперь ты используешь это колдовское стекло.
Кивнув, я сказала, что так и сделаю, на самом деле не зная, правда ли это.
ГЛАВА 10
Нет простых ответов
Обратная дорога была лучше. Я чувствовала себя слишком разбитой, чтобы поддерживать постоянное состояние паники. Следовательно, я совершала меньше ошибок. Я направилась прямо к «Убиенной Овечке», так как уже прошёл час после открытия. Может быть, я могла бы попросить Дейва дать мне урок обращения с этой машиной, чтобы я могла более безопасно ездить к Марте. Мне также нужно было больше, чем моё естественное оружие, на случай, если Королева Фейри пришлет ко мне больше монстров.
Я припарковалась и, не забыв взять ключ, побежала вниз по лестнице в «Убиенную Овечку». На полпути вниз я миновала мужчину, потирающего лоб. Я сделала паузу, не желая, чтобы он видел, как я исчезаю из обыденного мира, проходя через обереги. Я была совершенно не готова к тому, что он выбросит кулак, пытаясь ударить меня. К счастью, мои рефлексы были такими, какие они есть, я увернулась от его кулака и столкнула его с лестницы в кусты.
Я напряглась, готовая к тому, что он снова нападёт, но он лежал неподвижно, глаза на мгновение остекленели, а затем он быстро заморгал.
– Я… я только что пытался ударить тебя?
– Да.
– О, мой бог.
Он вскочил на ноги и перешагнул через верёвочный пограничный знак, не дающий пешеходам забредать в охраняемые природные зоны.
– Я так… я понятия не имею, что только что произошло.
– Всё в порядке.
– Нет. На самом деле это не так. Мне так жаль. Я просто…
Бедняга ушёл, явно, ставя под вопрос свои собственные глубоко укоренившиеся склонности к насилию, хотя это было дело рук Эбигейл. Она использующая случайных людей, чтобы напасть на меня.
Я продолжила спускаться по лестнице, ничего так сильно не желая, как по-настоящему сильно ударить свою тётю. Неисчислимый ущерб; она прожила жизнь, полную неисчислимого ущерба.
Оуэн обслуживал бар. Три человека. Там были только три ведьмы, которые сидели вместе и пили чай. Чёрт. Я заглянула в книжный магазин. Никого. Это было нехорошо.
Я собиралась рассказать ему, что только что произошло, но он выглядел измождённым, что было очень не похоже на Оуэна.
– Привет, как ты себя чувствуешь?
Его тёмно-карие глаза были слезливыми.
– Отлично. Не могу избавиться от головной боли. Сегодня днём у меня назначена встреча с врачом, – он посмотрел на часы. – Вообще-то, ничего, если я сейчас уйду? Как ты можешь видеть, сегодня тут глухо, – в его голосе была резкость, которая мне не понравилась.
Должно быть, ему было очень больно.
– Конечно. Иди. Когда закончишь у доктора, иди домой и отдохни. Мы с Дейвом можем прикрыть.
– Да. Спасибо, – потирая лоб, он добавил: – Я так и сделаю.
Как только Оуэн ушёл, я проверила, как там мои любители чая, а затем отправилась на поиски Дейва. Он сидел за своим столом, который стал новым дополнением к отремонтированной кухне. Теперь у него был кабинет, спрятанный за дверью.
– Эй, только что произошло кое-что действительно странное.
Я открыла дверцу холодильника в поисках лимонада, который он иногда готовил для меня. Сегодня мне не повезло. Когда я закрыла дверь, я обнаружила, что он стоит в метре от меня, его лицо исказилось от гнева.
– Что?
– Что ты имеешь в виду, что?
Он схватил меня за ворот свитера и дёрнул вперёд.
– Оуэн был здесь при открытии. Когда я упомянул, что думал, что он отвезёт тебя сегодня, он не понял, о чём я говорю. Я звонил тебе на мобильный. Никакого ответа. Затем, – казалось, маленькие огоньки зажглись в его чёрных глазах. – Я позвонил домой, и Норма сказала, что ты взяла одну из машин Клайва.
– Ох.
– Ты могла умереть! – он зарычал мне в лицо. – И ты могла бы забрать с собой кучу невинных людей. Ты сказала мне, что позвонишь Оуэну для поездки. Ты солгала мне.
– Нет, это не так, – оттолкнув его руку, я отступила на шаг и вытащила свой телефон. – Видишь?
Я показала ему текстовые сообщения.
Отнеся мой телефон обратно к своему столу, он плюхнулся в кресло.
– Какого хрена? Я спросил его, почему он не с тобой, и он повёл себя так, как будто понятия не имел, о чём я говорю.
Я запрыгнула на остров. Мы услышим, если бы кто-нибудь спустится по лестнице в бар.
