Текст книги "Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП)"
Автор книги: Сиана Келли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)
– Мы это чувствуем, – проворчал Грим, проходя через дверной проём.
Клайв удержал меня, притягивая в свои объятия.
– Я знаю тебя, – прошептал он мне на ухо. – Когда ты думаешь о том, чтобы совершить какой-нибудь ужасно самоотверженный поступок, помни, что ты стала необходимой для моего выживания.
Поцеловав меня в шею, он взял меня за руку и повёл к остальным, собравшимся вокруг зеркала.
– Сильно, не так ли? Это притяжение?
Четверо моих попутчиков-фейри повернулись ко мне.
– Ты чувствуешь это? – спросил Лиам.
– Конечно.
Он повернулся к Клайву.
– А ты чувствуешь?
Покачав головой, он сказал:
– Ничего.
Лиам склонил голову набок, изучая меня.
– Странно.
Грим наклонился и поднял Пиппина, позволив ему сесть себе на плечо. Они были первыми, кто вошёл в зеркало. Поверхность покрылась рябью, как будто в тихое озеро бросили большой камень. Мэгги, даже не оглянувшись на нас, последовала за ними.
Лиам сделал паузу. Отведя глаза, он сказал:
– Мы позаботимся о ней.
Затем он тоже прошёл через портал.
– Похоже, теперь моя очередь заглянуть в зазеркалье.
– Просто убедись, что ты торопишься домой, Алиса.
Клайв снова проверил мой рюкзак и меч, не решаясь попрощаться.
– Я вернусь в мгновение ока.
Пожалуйста, пусть это будет правдой.
– В конце концов, нам нужно спланировать свадьбу. Жаль, что пропущу вечеринку по случаю помолвки.
– Не напоминай мне, – проворчал он. – Тебе лучше уйти. В Волшебной стране время течёт иначе. Возможно, они уже прождали тебя несколько дней.
– Боже, надеюсь, что нет. Мэгги и так уже ненавидит меня.
– Она не ненавидит тебя. Она боится оставить Дейва, боится не вернуться. Так же, как и все мы.
– Правильно.
Я поцеловала его со всем, на что была способна, а затем шагнула в раму.
– Я люблю тебя!
Слова эхом отдавались в моей голове, пока я оглядывалась по сторонам. Луг. Я стояла на лугу, покрытом полевыми цветами: пурпурными, голубыми, розовыми и белыми. Вспомнив зачем я здесь, я развернулась, ища выход, и обнаружила массивный ствол огромного дерева. Оно было похоже на то, что стояло на нашей стороне; то, в котором они выдолбили «Зеркало Ведьмы». Была ли это задняя сторона того же самого дерева? Охватывало ли это все сферы?
Я нажала на ствол, пытаясь найти портал, но обнаружила только кору.
– Яисследовалдерево. Неможемвернутьсяназад, – Пиппин сидел на высокой ветке и наблюдал за мной.
– Однако это возможно. Когда тот монстр выбивал из меня всё дерьмо, воин вышел через зеркало с этой стороны и затащил тело обратно.
– Хм, – он выскочил и снова помчался вокруг дерева. – Неназывайихмонстрами. Ониэтопонимают.
Минуту спустя, перепрыгивая через огромные сучковатые корни, он сказал:
– Можетбыть. Естьмягкоепятночтобывернуться. Немогупонять, какпройти. Возможно, потребуетсяподарокотЕёвеличества.
– Где остальные?
Луг с искрящимся прудом на краю был окружён густым тёмным лесом. Крошечные разноцветные существа порхали над водой.
– Это эльфы?
Пиппин проследил за моим взглядом.
– Да.
– Остальные?
Это была идиллия, но нас ждала работа, которую нужно было выполнить.
– Ищут. Никтоизнаснепользовалсяэтимвходом. Онипытаютсянайтидорогукдворцу, – он похлопал меня по лодыжке и указал наверх. – Можно?
– О, конечно.
Я наклонилась, чтобы поднять его, и он вскарабкался по моей руке, чтобы сесть мне на плечо.
– Хорошо?
– Да.
– Разве мы не можем просто спросить эльфов, в какую сторону идти?
Я сделала один шаг на луг, и Пиппин дёрнул меня за мочку уха.
– Эй!
– Смотри, кудаидешь. Цветочныеклумбыповсюду. Тыубьёшьодного, иостальныебудутохотитьсязатобой.
– Ой.
Я отступила на мох у основания дерева.
– Остальные скоро вернутся?
– Ониотправилисьпрямопередтем, кактывошла. Черезминуту.
Пока мы ждали, я пыталась мысленно найти Клайва, заверить его, что со мной всё в порядке. Ничего не получилось. Я была полностью отрезана от мёртвых. В основном. В сознании было что-то такое, до чего я не могла дотянуться.
– Нашёл, – глубокий, хриплый голос Грима нарушил тишину. Он указал в направлении мимо пруда. – Туда. Не слишком далеко.
Через несколько минут вернулись Лиам и Мэгги. Грим указал, и мы отправились в путь. Я думала, что была осторожна, когда наступала, но Пиппин всё равно дёргал меня за ухо каждый раз, когда я собиралась наступить на гриб или корень дерева. Остальные, казалось, инстинктивно знали, куда им ставить ноги, поэтому я пошла по их стопам и дёрганье моего уха прекратилось.
Лес был густым во всех направлениях. Пышный и зелёный. Стволы были увиты цветущими лианами. Они висели, как гирлянды, между деревьями. Лесная подстилка была покрыта мхом, усеянным крошечными белыми цветами.
Тропинка повернула, и мы пошли по гораздо более тёмной и густой части леса. Ледяной ветерок дул мне в спину, заставляя меня дрожать. Дыхание. Я слышала дыхание и чувствовала на себе чей-то взгляд. Когда я повернула голову в поисках источника звука, Пиппин потянул меня за ухо и тихо прошептал:
– Несмотри.
Лиана упала с ветки наверху. Я подняла руку, чтобы убрать её с дороги, но получила ещё один рывок. Поняв в ту секунду, что лиана схватила бы меня, если бы я дотронулась до неё, я нырнула под неё и продолжила движение. Пиппин похлопал меня по плечу.
Я и четверо моих спутников молчали. Мы все чувствовали, что угроза изучает нас, принимает решения, поэтому мы старались ничего не делать, чтобы вызвать её гнев. К счастью, десять очень напряжённых минут спустя тропинка снова повернула, и тёмное присутствие, давившее на нас, исчезло.
Просто на всякий случай я подождала ещё несколько минут, прежде чем сказала:
– Спасибо, ребята, что пошли со мной. Без вас я бы всё ещё была на лугу, и меня избивали бы эльфы за то, что я наступила на цветы.
Мэгги выдавила из себя смешок, беспокойно оглядываясь по сторонам.
– Эти маленькие шлюшки в высшей степени порочны.
Грим хмыкнул на это.
Когда я слишком отвлекалась на окружающую меня красоту, Пиппин щёлкал меня по уху, напоминая, чтобы я была внимательна. Мы прошли всего полмили или около того, когда изменился свет. Деревья стояли дальше друг от друга. Пятнистый солнечный свет указывал путь наружу.
Некоторое время назад я начала слышать гул голосов, но когда мы вышли из-за деревьев, я была поражена головокружительным множеством существ: всех форм, размеров и цветов. Хотя у многих была гуманоидная форма, конечно, не у всех. Некоторые из них напоминали не что иное, как носорога или гориллу. Эльфы во множестве сверкающих цветов порхали туда-сюда. Кто-то, очень похожий на лошадь, пробежал мимо, кивая торговцам, которые окликали его.
Разноцветные вымпелы развевались на ветру, указывая путь к белому дворцу. Вдоль обочин грунтовой дороги стояли прилавки торговцев: еда, напитки, ткани, украшения, масла, травы… Я могла бы провести вторую половину дня, изучая их товары, но на это не было времени. Когда я, казалось, слишком заинтересовалась ювелирным стендом, меня щёлкнули по уху. Верно. Сосредоточься.
Осматривая переполненную, хаотичную дорогу впереди, я поискала своих спутников и поняла, что потеряла их. Я поспешила наверстать упущенное, но на моём пути встал мужчина. Он был высоким и довольно худым, с длинным лицом и острыми, как бритва, скулами. Большие чёрные глаза и синеватый оттенок кожи, он был одет в чёрную тунику и брюки со сложным поясом, на котором висели два кинжала.
Он жадно оглядел меня с ног до головы, и я почувствовала привкус желчи в горле.
– И кто это у нас здесь?
Сердце застряло в моём горле, я снова поискала своих спутников, но не смогла найти никого из них. Глупая. Я позволила фейри наложить свои чары и отвлечь меня.
– Я пришла просить аудиенции у королевы. У меня есть сообщение из… человеческого царства.
Он придвинулся ближе и вдохнул мой запах.
– Тогда почему бы тебе не передать мне сообщение?
Я отступила и попыталась обойти его, но в какую бы сторону я ни пошла, он оказывался прямо передо мной.
– Почемубытебенеотвалить? – сказал Пиппин, размахивая своим крошечным мечом.
Всё произошло слишком быстро. Даже я едва могла уловить это движение. Я почувствовала дуновение ветерка на своей шее, а затем его кинжал вернулся на пояс, и Пиппина больше не было у меня на плече. Нет! Обезумев, я развернулась, ища своего друга-эльфа. Пожалуйста, не дай ему умереть.
Наконец я увидел его на тележке продавца. Он держался за голову, но был жив.
– Пиппин, ты в порядке?
Я попыталась двинуться вперёд, чтобы вернуть его, как вдруг длинные, тонкие, стальные руки скользнули вокруг моей талии.
Чей-то голос прошептал мне на ухо:
– Ты поворачиваешься ко мне спиной? Это тебе дорого обойдётся.
Я замерла, дрожа от ужаса.
Его нос ласкал мою щёку.
– Я просто должен придумать, как ты загладишь свою вину передо мной.
Люди вокруг нас не проявляли никакого интереса; на самом деле все они смотрели в противоположную сторону от нас. Когда одна из его длинных, костлявых рук скользнула между моих ног, единственной моей мысль стало «никогда больше». Мои когти выстрелили, к счастью, доказав, что я могу превращаться в Волшебной стране. Я ударила ими над головой, где, как я знала, должна была быть его голова, а затем дёрнула его через плечо, швырнув на землю. Серебристая кровь уже текла по его лицу. Он потянулся за обоими ножами, но я полоснула когтями по его шее, отчего у него оторвалась голова.
Тишина. Каждое существо-фейри прекратило то, что оно делало. Все молча смотрели на мёртвого фейри у моих ног. Затем их взгляды остановились на мне, шатающейся и учащённо дышащей. Твоюююю матьтьтьтьть. Одно задание. У меня было всего одно задание.
Марширующие ноги двигались в моём направлении. Я не могла бежать. Я понятия не имела, куда идти. Кроме того, мне всё ещё нужно было поговорить с королевой. И где были Грим, Лиам и Мэгги? Неужели нас специально разлучили?
Я стащила Пиппина с повозки и направилась к дворцу. Фейри вздрогнул, но убрался с моего пути.
– Мэгги!
Я пробежала между палатками и торговыми тележками в поисках своих друзей.
– Грим! Лиам!
Когда я вернулась на главную дорогу, то не успела сделать и нескольких шагов, как мне преградила дорогу стена воинов. Стена состояла из трёх воинов, но они были довольно широкими. Те, что были по бокам, обнажили мечи. Тот, что был посередине, скрестил руки на внушительной груди, изучая меня.
– Ты отняла жизнь. Твоя теперь конфискована, – заявил он твёрдым и холодным голосом.
Клайв убьёт меня.
– Я пришла, чтобы передать послание королеве. Этот человек первым возложил на меня руки. Я защищалась.
– Это может быть правдой. А может быть, и нет. Как бы то ни было, сейчас ты пойдёшь с нами.
– Но…
Что-то острое ткнулось мне в спину. Я развернулась и увидела ещё двух воинов с обнажёнными мечами. Понимая, что у меня нет выбора, я повернулась, кивнула и последовала за мужчинами, хотя всё ещё оглядывала толпу в поисках остальных.
Мужчины были раздеты до пояса, с кожаными патронташами с кинжалами на мускулистой груди. На поясе у них были ножны для мечей, по одному с каждой стороны. Нижние половины их тел были облачены в бриджи, заправленные в сапоги.
Они провели меня мимо головокружительного множества фейри, которые отказались от притворства, что делают что-то и стали наблюдать, как меня сопровождают к ступеням белого мраморного дворца. У него были купола и башенки, и он был всем тем, чем должен быть сказочный замок.
Солдаты толкнули меня на колени, а затем отступили назад, окружив меня, готовые напасть, если я попытаюсь убежать. Тот, кто был главным, обнажил свой меч и указал на мои руки.
– Как ты это сделала?
Предположив, что он имел в виду мои когти, я сказала:
– Я – оборотень.
– Да, я знаю. Однако ты не должна быть способна превращаться в Волшебной стране. Как ты это сделала? – в его голосе не было злости, скорее любопытство.
И тут меня осенило. Я знала его лицо. Я была избита и окровавлена, глядя на него с пола таверны. Он был тем, кто прошёл сквозь зеркало в «Ведьмином Зеркале» и утащил орка, который напал на меня, обратно в Волшебную страну. Как он прошёл в противоположном направлении?
– Я последний потомок первородного.
– Так вот как ты смогла выжить против моего солдата?
Чёрт, если этот монстр был солдатом, я могла только надеяться, что у него не было взвода наготове. Краем глаза я заметила движение. Мэгги, Грима и Лиама тоже загнали на дворцовую лестницу.
– Почему ты послал солдата убить меня?
– Не для того, чтобы убить тебя. Проверить тебя.
Он взглянул на моих друзей, а затем снова сосредоточился на мне.
– Что у вас есть для моей госпожи Глорианы?
Я колебалась мгновение, не зная, должна ли я рассказать кому-нибудь, кроме самой королевы, или это добавится к моим преступлениям против фейри. Когда Пиппин щёлкнул меня, я сказала:
– В нашем царстве имеется вампир, который убивает фейри.
Перемена в воине произошла мгновенно. Он и раньше был до дури пугающим. В это мгновение выражение его лица стало свирепым и неумолимым. Мышцы напряглись и были готовы к прыжку, он наклонился, заставив меня отпрянуть назад, когда я уставилась в его разъяренное лицо.
– Кто убивает моих людей? – вопрос слетал с его губ, одно отравленное слово за раз.
ГЛАВА 37
В овечьей шкуре
– Её зовут Летиция. Мы охотимся за ней, пытаемся остановить её, но употребление крови фейри изменило её запах, её психическую сигнатуру. Мы доберёмся до неё, но хотели, чтобы королева знала, что мы не игнорируем смерть её людей. Клайв, Магистр Сан-Франциско, прямо сейчас расставляет ей ловушку.
Наклонив голову, он изучал меня, всё ещё разъярённый, но теперь слегка сбитый с толку.
– Психическая сигнатура?
Я бросила быстрый взгляд на своих друзей, но обнаружила разную степень благоговения и страха, направленных на воина. Твою мать. Одно задание! Поскольку смерть, по-видимому, была неминуема, я сделала всё возможное, чтобы спокойно перенаправить и правильно передать сообщение.
– Клайв – вампир…
Воин зашипел, отвращение смешалось с яростью.
– …который руководит сверхъестественным сообществом Сан-Франциско, включая фейри, в течение сотен лет. Он достойный лидер. Летиция, тоже вампир, пытается убить его и использует кровь фейри, чтобы замаскировать свой запах, чтобы спрятаться от Клайва, который является опытным следопытом. Он…
– Ты любишь этого вампира.
Он вложил меч в ножны, а затем снова скрестил руки на груди, озадаченный.
– Они мертвы. Ожившие трупы.
– И да, и нет, в основном нет. Я – оборотень, как ты знаешь, но я также колдунья. Некромант, если быть точной. Я могу общаться с мёртвыми и всё такое, но поскольку вампиры вроде как мертвы, я могу сделать то же самое с ними.
Пристально глядя на меня, он угрожающе возвышался надо мной.
– Объясни.
– Психическая сигнатура, о которой я упоминала ранее. Я чувствую вампиров в своей голове, знаю, где они.
Когда он отступил, я продолжила, пот катился по моей спине.
– Летицию было трудно найти, потому что она питается другими сверхъестественными существами. Сначала это был оборотень, но я избавила его от страданий и отобрала у неё этот путь. Теперь она нападает на фейри. Сверхъестественная кровь изменяет её химический состав, из-за чего её трудно найти, по крайней мере, до тех пор, пока её тело не впитает кровь. Но мы найдём и убьём её. Я пришла, чтобы объяснить королеве, почему этого ещё не произошло.
Услышав тихое бормотание позади меня, я обернулась и увидела, что собралась толпа. Воины всё ещё окружали меня, но позади них было множество фейри, наблюдающих и слушающих. Чёрт возьми. У меня не было ни малейшего шанса выбраться отсюда живой.
Воин толкнул меня в плечо, чтобы привлечь моё внимание, и сказал:
– А почему бы нам не отправиться в ваше королевство и не убить вас всех до единого за то, что она сделала с нашим народом?
Ярость снова заплясала в его глазах. Ворчание и удары в грудь позади меня говорили о том, что все они были готовы отправиться на войну.
Сглотнув, чувствуя головокружение, я сказала:
– Мы пошли на большой личный риск, потому что хотели выказать наше уважение к Волшебной стране, дать ей понять, что мы будем охранять нашу собственную, чтобы защитить её. Мы знаем, что ваши силы велики, но мы пытаемся избежать уничтожения невинных.
Я сделала паузу, взглянув на своих попутчиков. Они выглядели испуганными. Ну, не Грим. Он всегда выглядел мрачным, но Мэгги и Лиам, казалось, были законно поражены этим воином.
– Возможно, мне не следовало приходить. В нашей культуре немедленное сообщение о проблеме, даже если это выставляет нас в дурном свете, является знаком уважения и признанием того, что проблема в наших руках
– И как вы планируете отплатить нам за потерянные жизни?
Его меч снова был в плотной хватке. Я даже не видела, как он вынул его из ножен. Некоторые в толпе подхватили этот вопрос, требуя заплатить нашими жизнями за тех, кто погиб.
Я вот-вот убью своих друзей. Желудок скрутило, я попыталась делать длинные, медленные вдохи, в то время как большим пальцем теребила тыльную сторону обручального кольца. Снова оглядевшись, я увидела в толпе знакомое лицо. Галадриэль стояла в стороне, наблюдая и прислушиваясь.
– Жизнь никогда не может быть возвращена. Это дар, хрупкий и эфемерный. Людей забирают у нас, большинство слишком рано, независимо от продолжительности их жизни.
Я подумала о своей матери, об отце, которого едва помнила, о двоюродной бабушке, которую я только что встретила, и… нет, я не стала бы горевать о потере Клайва, пока меч, который воин продолжал теребить, не пронзил меня насквозь.
– Нам дано ограниченное количество времени, чтобы жить. В вашем царстве жизнь намного длиннее, чем в моём, но потери, я полагаю, те же.
Я на мгновение задумалась.
– У вас здесь есть одуванчики?
Увидев его непроницаемое лицо, я поспешила дальше.
– Это своего рода цветущий сорняк. Он похож на пушистый шарик на длинном стебле, но если вы присмотритесь повнимательнее, то увидите сотни крошечных, расплывчатых звёздочек, совершенных и удивительных. Когда дует ветерок, эти звёзды разносятся ветром далеко и широко.
– Это то же самое для жизни. Мы растём в невзгодах, борясь за выживание, часто скрывая ту часть себя, которая уникальна и ослепительна, за обыденностью. И, подобно одуванчику, наша жизнь выходит далеко за рамки того, о чём мы догадываемся. Итак, – сказала я, пожимая плечами, – можем ли мы вернуть долг вашим погибшим людям? Нет. Никто не может вернуть жизнь. Это слишком великое, слишком далеко идущее чудо, чтобы сводиться к выплатам.
Я совершила ошибку, снова взглянув на Галадриэль, и обнаружила, что на меня смотрят остекленевшие глаза. Я не заплачу, не могу показать слабость. Я должна была убедиться, что мы с друзьями выберемся отсюда.
– Жизнь за жизнь, – сказал он под одобрительные возгласы толпы.
– Я тоже слышала это высказывание. Однако оно ложное. Отнятие жизни не вернёт другую. Это лишает мир двух жизней. Убийство меня в качестве платы за русалку никому не поможет.
– Я не согласен. Это бы мне очень помогло, – усмехнулся воин, а его стражники захихикали.
Сглотнув, я сжала руки в кулаки, пытаясь скрыть дрожь.
– Это может заставить тебя почувствовать себя лучше в данный момент, но моя смерть не вернёт русалку в океан. Смерти, как и жизни, затрагивают многих. Я любима древним и могущественным существом. Месть порождает ещё большую месть.
– Возможно.
– Могу я увидеть вашу королеву и передать своё послание?
Если я не смогу поговорить с королевой, всё это будет напрасно.
– И что бы ты сказала ей такого, чего ещё не сказала здесь?
Он отступил на несколько шагов, как будто выходил из зоны брызг, если бы один из его людей пронзил меня насквозь.
Хороший вопрос.
– Полагаю, я бы попросила Её величество, не могла бы она дать нам время исправить чужую ошибку. Мы знаем, что Волшебная страна очень дорожит своими, так что…
– А что тебе дорого, Саманта?
Воин начал расхаживать передо мной. План, без сомнения, формировался в его голове.
Откуда он знал моё имя?
– Мои друзья здесь.
Я наклонила голову в сторону, где Мэгги, Грима и Лиама держали на острие меча, прежде чем указать на Пиппина на моём плече.
– Каждый из них делает честь фейри, и они не должны быть наказаны за мои собственные ошибки или за то, что было сделано с той бедной русалкой.
– Королева поступает со своим народом так, как считает нужным, – проворчал воин.
– Конечно.
– Больше ничего? – спросил он.
– Мне очень многое дорого. Прежде всего – Клайв. Я люблю его всем своим сердцем. Мы планируем скоро пожениться.
При этих словах он перестал расхаживать.
– Ты бы привязала себя к трупу?
– Он только в основном мёртв, – ухмыльнулась нашей привычной шутке. – Я дорожу своим книжным магазином и баром, моими друзьями Дейвом и Оуэном, Мэг и Сфено, Расселом и Годфри, Джорджем и Коко…
Меня вдруг поразило, как сильно изменилась моя жизнь, какой наполненной она стала.
– Если бы вы спросили меня даже год назад, что мне дорого, я бы сказала, что моя жизнь и «Убиенная Овечка».
Я взглянула на стену стражников с обнажёнными мечами и пожала плечами.
– Возможно, мне было бы безопаснее оставаться дома, закрываясь ото всех, но даже если ты убьёшь меня на месте, за эти последние несколько месяцев я испытала больше, полюбила больше, чем когда-либо думала, что это возможно. Я стою в Волшебной стране, надо мной насмехаются фейри, мне угрожают её воины, и я совершенно живая.
Вернувшись к расхаживанию, он спросил:
– А что сделает твоя пара, если я решу забрать твою жизнь в качестве платы?
Теперь я ухмыльнулась, не в силах сдержаться.
– Он будет ругать меня за то, что я позволила себя убить.
Слёзы навернулись на глаза, когда я снова подумала о нём, оставшемся в одиночестве.
– Он придёт в ярость, соберёт армию вампиров и объявит войну фейри. Независимо от того, победят они или нет, у вас будет легион сверхъестественных убийц, разрывающих ваших людей. В конце концов, насытившись кровью фейри, он будет горевать, и это будет ещё страшнее.
– Ты, кажется, вполне уверена в себе, – сказал он.
Я оглянулась на него, сбитая с толку.
– Не в себе. В нём. Я в нём совершенно уверена.
Когда он возобновил хождение, я почувствовала, что потеряла равновесие. Воин выглядел по-другому. Это было незаметно, но он стал ниже ростом и худее. Когда он снова повернулся ко мне, я не могла сосредоточиться ни на чём, кроме его глаз. Всего несколько мгновений назад они были тёмно-коричневыми, но теперь превратились в завораживающий калейдоскоп цветов.
– А что бы ты отдала, чтобы избежать войны? – его голос был выше, мелодичнее.
– Что угодно.
Когда он остановился передо мной, и, наконец, был сброшен гламур, я поняла, что разговариваю с самой королевой. Толпа, которая, без сомнения, с самого начала знала, что это была она, поклонилась, когда она явила своё истинное лицо. Я была похожа на оленя в свете фар, смотрящего ей в глаза.
– Как насчёт того кулона у тебя на шее?
Она наклонилась, изучая его.
Я дотронулась до резного дракона и покачала головой.
– Мне жаль. Это не моё чтобы отдавать. Бенвейр, матриарх клана драконов, одолжила мне эту семейную реликвию, чтобы я была в безопасности. Я не могу предложить чужое сокровище, как если бы оно было моим собственным.
Раздражение промелькнуло на её лице.
– И это кольцо, к которому ты не могла перестать прикасаться с тех пор, как прибыла в моё царство?
Я сняла его с пальца и предложила ей.
– Так легко?
Она взяла его у меня и изучила, на её лице осветилась признательность, прежде чем она надела его себе на палец.
– Нелегко, вовсе нет, но это символ, а не сама любовь. Это кольцо много значит для меня, потому что Клайв много значит для меня. Однако я с радостью отдаю его тебе в надежде увидеть его снова.
Она прервала зрительный контакт со мной, щелкнула пальцами, и мечи, направленные на моих друзей, были вложены в ножны. На саму Глориану было трудно смотреть. Она излучала силу, облачённую в неземную красоту. Когда она скользнула обратно ко мне, её гипнотические глаза снова заполнили моё зрение.
– Ты, Саманта из клана Куинн, одна из моих, – прошептала она.
Я терпеть не могла не соглашаться с королевой.
– Мэм, я не фейри. Я оборотень и ведьма.
Я почувствовала, как её гнев на мгновение вскипел в моей крови.
– Одна капля крови фейри делает тебя одной из моих. А в тебе, малышка, – она постучала меня по лбу, – куда больше, чем капля.
Всё, что я смогла выдавить, было:
– Как?
– Ты знала, что ведьма, которая создала оборотней, была из рода Кори?
На мой непонимающий взгляд она продолжила:
– А ты знала, что единственная причина, по которой она смогла это сделать, заключалась в том, что в её венах текла кровь фейри? Все те, кто принадлежит к первородной линии волков, несут в себе её кровь, которая является моей кровью. Вот почему я послала своего солдата испытать тебя. Мне было любопытно. Так много поколений спустя, первая женщина, была ли моя магия всё ещё сильна в твоей крови?
У меня свело желудок. Каждый раз, когда я, наконец, твёрдо вставала на ноги, кто-то появлялся, чтобы снова выбить их из-под меня.
– И?
ГЛАВА 38
Какой псих носит шляпу?
Она сияла, её сверкающее сияние заставляло моё сердце петь.
– О, да.
Она сняла с пальца крошечное золотое колечко.
– Возьми его в обмен на кольцо, которое ты мне предложила. С его помощью ты сможешь найти дорогу обратно в Волшебную страну, чтобы мы могли снова поговорить.
Это была тонкая золотая лента с выгравированными символами, которые сверкали на солнце. Её руки были гораздо более изящными, чем мои, поэтому я надела кольцо на мизинец.
– И я ожидаю приглашения на свадьбу.
Звук вернулся. Я не заметила его отсутствия, но когда королева отошла от меня, сложилось впечатление будто конус тишины был снят. Видела ли толпа, как мы разговаривали, кольцо? Я подумала, что нет, поскольку охранники Мэгги, Грима и Лиама только что убрали руки с рукоятей своих мечей. Она дала нам минутку свободного времени, чтобы поговорить.
– Теперь вы можете идти, – сказала она, поднимаясь по ступенькам в свой дворец. – Я даю вам безопасный проход. Ты позаботишься об этой угрозе раньше, чем я решу сделать это сама.
Я встала и поклонилась вместе с её народом.
– Спасибо. Мы так и сделаем.
Обратный путь к дереву прошёл на удивление без происшествий. Королева обещала безопасный проход, и ни один из фейри не вызвал её неудовольствия. Даже тот злой страж, с которым мы столкнулись по дороге, отсутствовал на обратном пути.
– Почемумывозвращаемсяктомудереву? – прощебетал Пиппин.
– Потому что Сэм сказала, что знает, где выход. А теперь заткнись. Этот вопрос был задан дважды, и на него был дан ответ.
Терпение Мэгги было на исходе.
Мы все были немного встревожены. Очевидно, я была не единственной, кто думал, что они не выберутся из Волшебной страны живыми.
Когда мы вернулись к дереву, мы обошли массивный ствол сзади, где, по мнению Пиппина, была завеса между мирами.
– Я понятия не имею, сработает ли это, но на всякий случай все возьмёмся за руки, – поглядев на их растерянные взгляды, я добавила: – В цепочку. Пиппин, держи меня за ухо.
Я протянула Мэгги левую руку. Кольцо королевы было на правой, и я хотела вести этой рукой.
Как только Лиам и Грим присоединились к цепочке, я дотронулась до ствола, на который указал Пиппин. Кора на мгновение замерцала, а затем появилось зеркало. Шагнув обратно из зазеркалья, я крепко ухватилась Мэгги. Все должны были вернуться вместе со мной.
Мгновение спустя мы впятером стояли в таверне «Ведьмино Зеркало». Пиппин завопил и спрыгнул с моего плеча, выбегая из тёмной таверны.
– Большое вам спасибо, что пошли со мной.
– Эх, я же тебе говорила. Нам заплатили.
Мэгги взяла свой телефон. Она оставила его на стойке бара. Постучав по экрану, она сказала:
– Два дня, – она взглянула на Лиама и Грима. – Гораздо лучше, чем мы ожидали.
– Я думал, как минимум, месяц, – проворчал Грим.
– Да, – Мэгги ухмыльнулась. – Минимум. Итак, – сказала она, снова постукивая по экрану, – телефон почти мёртв, но заряда должно быть достаточно, чтобы вызвать пикап.
Пока Мэгги звонила Дейву, я зашла за барную стойку посмотреть, не осталось ли там чего-нибудь после того, как Эбигейл и её демон разгромили заведение. Бутылки были разбиты, но линии отвода, казалось, всё ещё работали. Я нашла кружку в шкафчике и налила Гриму мёд, отодвинув её в конец бара, где не было табуретов. Он протянул руку, схватил кружку и осушил её одним глотком. Он выпил добавку немного медленнее.
Я порылась в холодильнике бара и нашла бутылку шампанского. Наше дальнейшее существование казалось поводом для празднования. Я вытащила пробку и наполнила сколотую кофейную чашку, помятый стакан и рюмку для Лиама, Мэгги и себя. Мы втроём чокнулись ёмкостями – Грима это не беспокоило – и тоже осушили свои.
На нашей второй чашке, третьей Грима, тяжёлые шаги пересекли двор снаружи. Мускулистое тело Дейва заполнило дверной проём. Когда он прошествовал через бар, пристально глядя на Мэгги, мне пришлось отвести взгляд. Мгновение спустя она была в его объятиях, а он продолжал вести её обратно в холл, скрываясь из виду. Я налила Лиаму и себе ещё по чашке, предполагая, что у нас есть немного времени.
Позже, когда Дейв высадил меня перед ноктюрном, было уже далеко за полночь. Это было лучшее время для вампиров, но дом показался мне пустым. У ворот был только один охранник, который неохотно открыл их после того, как смотрел на меня целых пять секунд. Мудак.
Проходя через парадную дверь, я потянулась к Клайву, но не нашла его. Однако я нашла Годфри. Он сидел в кабинете Клайва, положив ноги на стол, и играл на своём телефоне.
– И Амелия действительно думала, что тебе нужен свой собственный город.
Я покачала головой, когда вошла, вспомнив уловку, использованную в Новом Орлеане, чтобы заставить Годфри предать Клайва.
Годфри ухмыльнулся и вскочил.
– Слава Богу. С тех пор, как тебя не было, здесь все зевали, а его высочество был в отвратительном настроении, – он удивил меня, притянув в объятия. – Как ты так быстро вернулась? Клайв думал, что тебя, вероятно, не будет несколько недель.
– Королева сжалилась надо мной и дала нам доступ к кратчайшему пути.
Я уронила рюкзак, а затем вспомнила изящную резьбу, которую я должна была подарить Глориане. Опустившись на колени, я расстегнула рюкзак и зарылась в мягкие футболки в поисках нефритового подарка. Я вытащила ткань, в которую завернула его, но она была пуста. Что-то упало на ковёр. Это была сложенная записка из белого льняного пергамента. Там было написано: «Прекрасно. Спасибо».
Покачав головой, я сунула записку в карман. Не каждый день сама Королева дарит тебе карточку с благодарностью.
– Так где же Клайв и Рассел?
– Вечеринка по случаю твоей помолвки.
– Сегодня вечером?
